Решение № 2-288/2017 2-288/2017(2-6616/2016;)~М-5713/2016 2-6616/2016 М-5713/2016 от 19 января 2017 г. по делу № 2-288/2017

КОПИЯ Дело №2-288/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 января 2017 года г.Калининград

Центральный районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Ченцовой Л.В.,

при секретаре Алейник Е.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.Т.В., Д.М.М. к ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, начальнику отдела №4 ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации о признании решения об отказе в принятии на учет нуждающихся незаконным, признании права на получение жилого помещения и обязании поставить на учет нуждающихся в жилом помещении,

УСТАНОВИЛ:

Истицы обратились в суд, указав в исковом заявлении, и, как пояснил их представитель К.Т.В. в судебном заседании, К.Т.В. являются вдовой, а Д.М.М. - дочерью погибшего при исполнении обязанностей военной службы старшего прапорщика К.М.И., которому Министерством обороны Российской Федерации в 1995 году была предоставлена квартира < адрес >. Данное жилое помещение было предоставлено в порядке обмена на основании справки, выданной командиром войсковой части квартиросъёмщику В.Р.Б., ранее проживающему в этой квартире. Факт обмена исключал наличие у квартиры статуса служебной и указывал на предоставление в постоянное пользование. Будучи обеспеченным жилым помещением, с рапортом о предоставлении другого жилья К.М.И. не обращался. Решением Зеленоградского районного суда Калининградской области от < Дата >, вступившим в законную силу, в удовлетворении исковых требований о признании права собственности в порядке приватизации истицам отказано, поскольку квартира является служебной. Установленное судом обстоятельство прямо указывает на то, что военнослужащий К.М.И. жилым помещением для постоянного проживания обеспечен не был, но имел такое право. Внесение изменений в действующее законодательство – п.3.1 ст. 24 Федерального закона «О статусе военнослужащих» - позволило К.Т.В. < Дата > обратиться к начальнику отдела №4 ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ с заявлением о принятии на учет в качестве нуждающихся в получении жилого помещения по договору социального найма, ссылаться на то, что супруг при жизни имел основания быть признанным нуждающимся в жилых помещениях. В удовлетворении заявления ей было незаконно отказано со ссылкой на то, что жилым помещением супруг был обеспечен и к числу нуждающихся отнесен быть не мог. Просят суд признать за ними право на получение жилого помещения по договору социального найма по линии Министерства обороны Российской Федерации; признать незаконным решение начальника отдела №4 ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации от < Дата > №42/09/191; обязать начальника отдела №4 ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации принять их на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма.

К.Т.В. и Д.М.М. в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Представитель ответчика - начальника отдела №4 ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ - Г.Д.П. в судебном заседании возражал против иска. Считает, что истцы обосновали требования законодательством, введенным в действие после смерти К.М.И. Обязанность по предоставлению военнослужащим жилых помещений действующим в то время законодательством возлагалась на орган местного самоуправления. К.М.И. при жизни на учете нуждающихся не состоял и состоять не мог ввиду обеспеченности жилой площадью каждого члена семьи по 9,6 кв.м., что превышало учетную норму в размере 8 кв.м.

Ответчик - ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации - своего представителя в суд не направил.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

К.Т.В. является вдовой, Д.М.М. - дочерью погибшего < Дата > при исполнении обязанностей военной службы старшего прапорщика К.М.И.

Приказом командира войсковой части № №№ от < Дата > К.М.И. исключен из числа Вооруженных сил РФ, из списков личного состава части, всех видов обеспечения. Выслуга лет К.М.И. на день смерти составила 20 лет 05 месяцев 26 дней.

В период прохождения военной службы в 1995 году К.М.И. было предоставлено жилое помещение – квартира < адрес >.

Сторона истца настаивала на том, что в данной квартире ранее проживал военнослужащий В.Р.Б., убывший в Литовскую Республику в ту квартиру по обмену, которую занимала семья К..

С < Дата > и по настоящее время К.Т.В. проживает и зарегистрирована в указанном жилом помещении составом семьи два человека - она и дочь Д.М.М.

< Дата > К.Т.В. обратилась в ФГКУ "Западное региональное управление жилищного обеспечения" МО РФ с заявлением о принятии ее на жилищный учет составом семьи два человека (она и дочь).

Решением ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ от < Дата > №№ ей отказано.

Данный отказ не подлежит отмене в силу следующего.

Согласно ч. 1 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 года N76-ФЗ «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим предоставление жилых помещений или выделение денежных средств на их приобретение в порядке и на условиях, которые устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 3.1 ст. 24 этого закона, в редакции Федерального Закона от 28 декабря 2013 года №405 ФЗ, на который ссылается сторона истца, установлено: за членами семей военнослужащих (за исключением военнослужащих, участвовавших в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих), погибших (умерших) в период прохождения военной службы, и за членами семей граждан, проходивших военную службу по контракту и погибших (умерших) после увольнения с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, а при общей продолжительности военной службы 20 лет и более вне зависимости от основания увольнения, признанным нуждающимся в жилых помещениях или имевшим основания быть признанными нуждающимися в жилых помещениях в соответствии с настоящим Федеральным законом до гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, денежные средства на приобретение или строительство жилых помещений либо жилые помещения предоставляются в порядке и на условиях, которые предусмотрены пунктами 1, 16, 18 и 19 статьи 15 и статьей 15.1 настоящего Федерального закона, с учетом права военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, на дополнительную общую площадь жилого помещения на дату его гибели (смерти).

Таким образом, приведенным нормативным регулированием вводится гарантия сохранения у членов семьи военнослужащего самостоятельного права на жилищное обеспечение по линии Министерства обороны Российской Федерации, которое имел военнослужащий до своей смерти и его не реализовал.

Суд считает, что эта дополнительная гарантия на истиц не распространяется, поскольку введена в действие после смерти супруга (отца).

Согласно ч.2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Зеленоградского районного суда Калининградской области от < Дата >, вступившим в законную силу < Дата >, К.Т.В. и Д.М.М. отказано в признании права собственности в порядке приватизации на квартиру < адрес >.

Судом при рассмотрении спора было установлено, что жилое помещение является служебным; дата придания жилью такого статуса не определена в силу того, что ответчиком не представлено соответствующих доказательств.

Не представлено ответчиком таких доказательств и при рассмотрении настоящего дела.

В то же время, вышеуказанным решением установлено, что спорное жилое помещение является собственностью Министерства обороны Российской Федерации; с < Дата > по < Дата > значилось помещением в закрытом военном городке; решения о предоставлении жилья семье К. на условиях социального найма уполномоченным органом не принималось.

Совокупность этих обстоятельств, которые не доказываются вновь и не подлежат оспариванию, позволяет суду прийти к выводу о том, что справка, выданная командиром в/ч № квартиросъёмщику В.Р.Б. (о том, что войсковая часть не возражает против обмена занимаемой им квартиры в < адрес >, с семьей К., прибывающей для постоянного проживания из Литовской Республики), не является бесспорным доказательством предоставления данной квартиры К.М.И. на условиях социального найма.

Процедура закрепления квартиры в постоянное пользование должна была соответствовать действующему в то время законодательству.

Круг лиц, на которых распространены соответствующие гарантии в сфере жилищного обеспечения, определен в Законе Российской Федерации от 22.01.1993 года N4338-1 "О статусе военнослужащих", действовавшем на момент смерти К.М.И.

В период прохождения К.М.И. военной службы и на дату его смерти обеспечение военнослужащих жилыми помещениями осуществлялось в соответствии с Положением о порядке обеспечения жилой площадью в Советской Армии и Военно-Морском Флоте, утвержденным Приказом Министра обороны СССР от 10 ноября 1975 года N285 "О мерах по дальнейшему улучшению обеспечения жилой площадью в Советской Армии и Военно-Морском Флоте".

Действующим законодательством было предусмотрено, что признание военнослужащих нуждающимися в предоставлении жилого помещения носит заявительный характер.

Истцами не оспаривалось, что К.М.И. к командиру воинской части с рапортом о признании его нуждающимся в жилом помещении не обращался, на заседании жилищной комиссии воинской части не рассматривался. Соответственно, решение о признании его нуждающимся в улучшении жилищных условий, оформленное протоколом, утвержденным командиром воинской части, отсутствует.

Поскольку право на обеспечение жилым помещением у членов семьи после смерти военнослужащего возникает только в случае, если таким правом при жизни был наделен военнослужащий, а таким правом К.М.И. не обладал, то основания для удовлетворения иска отсутствуют.

Пунктом 45 вышеназванного Положения установлено, что в случае, когда военнослужащий увольняется в запас или в отставку и остается проживать на закрепленной за Министерством обороны СССР жилой площади в домах местных Советов депутатов трудящихся, министерств и ведомств, такая площадь снимается с учета.

Таким образом, вопрос о переводе < адрес > из числа служебного жилья в фонд социального использования мог иметь положительное разрешение.

Однако, ни К.М.И., ни члены его семьи с таким заявлением не обращались. Напротив, как указано в решении Зеленоградского районного суда от < Дата >, истице К.Т.В. в 2000 году (в то время, когда < адрес > был включен в перечень закрытых военных городков) было предложено жилое помещение для постоянного проживания, от которого она отказалась, а < Дата > К.Т.В. заключила с ФГУ «Специальное территориальное управление имущественных отношений» МО РФ договор найма служебного жилого помещения (квартиры, в которой проживает). Данный договор является действующим, не оспаривался.

Исходя из вышеизложенного, суд считает, что правовые основания для удовлетворения исковых требований К.Т.В. и Д.М.М. отсутствуют.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске К.Т.В., Д.М.М. – отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г.Калининграда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 25 января 2017 года.

Судья: