Решение № 2-854/2017 2-854/2017~М-729/2017 М-729/2017 от 17 декабря 2017 г. по делу № 2-854/2017

Гражданское дело № 2-854/2017


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

г. Агрыз РТ 18 декабря 2017 года.

Агрызский районный суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Галявиевой А.Ф.,

при секретаре Платоновой Н.С.,

с участием истца ФИО6 и его представителя – адвоката Тиляшевой А.Ш. (удостоверение № ордер №),

представителя ответчика – начальника Агрызского РОСП УФССП России по Республике Татарстан ФИО7,

судебного пристава исполнителя Агрызского РОСП УФССП России по Республике Татарстан ФИО8,

ответчика ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Агрызскому РОСП УФССП России по Республике Татарстан, ООО «Пин-Кама», ФИО9, третьим лицам УФССП России по Республике Татарстан, ФИО10 о признании действий судебных приставов исполнителей Агрызского РОСП УФССП России по Республике Татарстан незаконными и признании недействительными торгов в форме открытого аукциона по продаже недвижимого имущества,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд указав следующее: в производстве судебных приставов исполнителей Агрызского РОСП УФССП по РТ находится исполнительное производство №, возбужденное 24.05.2012 года о взыскании с истца в пользу ФИО10 659 700 рублей (денежная компенсация разницы, образовавшейся при разделе совместно нажитого имущества супругов). В рамках указанного исполнительного производства 28.04.2015 года судебным приставом – исполнителем был наложен арест на принадлежащее истцу нежилое здание магазина «Рапсодия», расположенное по адресу <адрес>, а так же был наложен арест на принадлежащий истцу автомобиль «Тайота-Камри» г.р.з. №. Арестованное имущество не было изъято, оставалось в пользовании истца.

В рамках исполнительного производства истец приступил к исполнению решения суда и на период 28.10.2017 года добровольно через судебных приставов - исполнителей выплатил долг в размере 375 000 рублей, при этом продолжал частями погашать долг. 26.10.2017 года вечером от посетителя магазина истцу стало известно, что принадлежащее ему здание магазина «Рапсодия» продано на торгах. 27.10.2017 года он обратился к судебному приставу-исполнителю и попросил предоставить материалы исполнительного производства для ознакомления. Однако истцу было отказано в этом, ему лишь вручили несколько незаверенных ксерокопий документов, содержащихся в исполнительном производстве.

Из содержания указанных копий документов истцу стало известно, что судебными приставами принадлежащее ему здание магазина без его уведомления об оценке и о передаче на торги, а так же без предложения добровольно указать на имущество, на которое могло быть обращено взыскание, передали на торги. Истец полагает, что действия судебных приставов - исполнителей Агрызского РОСП являются незаконными, поскольку они грубо нарушили действующее законодательство об исполнительном производстве, так же нарушили его права и законные интересы: судебные приставы исполнители в рамках исполнительного производства не извещали истца о проводимых ими мероприятиях, не вручали копии документов, лишили его права участвовать в ходе оценки принадлежащего ему имущества и лишили возможности оспорить результаты оценки. Из отчета об оценке усматривается, что здание принадлежащего ему магазина было оценено без осмотра, как помещение, а не как коммерческая недвижимость, в связи с чем оценка была явно занижена. В нарушение законодательства об исполнительном производстве на торги было передано недвижимое имущество стоимостью, многократно превышающей размер долга, тогда как имелось иное арестованное имущество в виде автомобиля, стоимость которого была более чем достаточной для погашения долга. При этом приставами – исполнителями не принято во внимание, что он продолжал частями погашать долг. Торги арестованного имущества так же были проведены с грубыми нарушениями, в частности прием заявок на участие в аукционе не было организовано по месту нахождения объекта недвижимости – в г. Агрыз (прием заявок организован в обоих случаях в г. Набережные Челны), о проведении торгов ни в первом, ни во втором случае истец не был извещен, сведения о торгах не были опубликованы в сети Интернет, так же о проведении повторных торгов не было публикации в печати. Учитывая изложенное истец просит признать незаконными действия судебных приставов - исполнителей Агрызского РОСП по РТ в рамках исполнительного производства в его отношении, так же признать недействительными торги в форме открытого аукциона и договор купли-продажи принадлежащего истцу недвижимого имущества, заключенный на основании оспариваемых торгов и применить последствия недействительности сделки.

В судебном заседании истец и его представитель Тиляшева А.Ш. иск поддержали по вышеуказанным основаниям. ФИО6 подтвердил изложенные в исковом заявлении обстоятельства и пояснил, что в настоящее время задолженность по исполнительному производству № от 24.05.2012 г. полностью погашена. На период проведения торгов оставалась задолженность в размере 284 000 рублей, он продолжал погашать долг частями, при этом со стороны судебных приставов исполнителей никаких претензий по поводу погашения долга частями не было. В рамках исполнительного производства был наложен арест не только на здание магазина, но и на принадлежащий ему автомобиль, который при необходимости немедленного погашения долга он мог передать для реализации. У него имеются счета в банках и имеется иное имущество, которое по стоимости сопоставимо с имевшимся долгом. Однако о проводимых мероприятиях в ходе исполнительного производства его никто не уведомлял, его лишили возможности участвовать в оценке имущества (помещение магазина не было осмотрено внутри, что подтверждается фотографиями, содержащимися в оценке и отсутствием его подписи в документах), его лишили возможности оспорить оценку, он не знал о проводимых торгах, о том, что принадлежащий ему магазин продан на торгах он случайно узнал от посетителя магазина, при этом магазин был оценен не как объект коммерческой деятельности и продан по чрезмерно заниженной цене. Торги так же были проведены с нарушением законодательства, поскольку заявки принимались не по месту нахождения объекта торгов, объявление не было опубликовано в местной газете и в Интернете, о торгах не были уведомлены даже судебные приставы – исполнители. Здание магазина было незаконно продано за 1 631 150 рублей, тогда как согласно отчету об оценке № 08-11/2017 его стоимость составляет 3 185 000 рублей. Торги были проведены по оценке, срок которой истек, так же торги проведены за пределами двухмесячного срока со дня передачи имущества на торги. Ссылка приставов исполнителей на то, что они якобы направляли истцу постановления по имеющемуся в деле первоначальному адресу не соответствует действительности, поскольку в материалах исполнительного производства имеются сведения о его новом адресе, при этом отсутствует информация, что приставы-исполнители предпринимали какие – либо меры для установления контакта с истцом. Вместе с тем в этом не было необходимости, поскольку истец сам добровольно погашал долг через судебных приставов – исполнителей. Полагает, что в незаконных действиях судебных приставов – исполнителей усматривается заинтересованность в пользу покупателя. Указанное подтверждается тем, что он не был уведомлен об оценке и передаче здания на торги и это при том, что здание магазина расположено на одной улице в непосредственной близости со зданием, в котором размещается Агрызский отдел РОСП и приставы – исполнители неоднократно бывали по месту его работы - в магазине «Рапсодия». Кроме того при необходимости он мог передать в счет погашения долга иное имущество, в частности автомобиль, стоимость которого несколько раз превышает имевшийся долг. Предпринимательская деятельность для истца и его семьи является единственным источником дохода, из которого он оплачивал долг; лишившись единственного объекта предпринимательской деятельности он лишается средств к существованию. Просит иск удовлетворить.

В подтверждение иска ФИО6 в суд представлены квитанции и платежные поручения о перечислении денежных средств в счет погашения долга за период с 25.06.2015 года по 23.11.2017 года, из которых следует, что в настоящее время задолженность истца по исполнительному производству № полностью погашена.

Представитель ответчика Агрызского РОСП УФССП России по Республике Татарстан – начальник отдела – старший судебный пристав исполнитель ФИО7 иск не признала и пояснила, что в ходе исполнительного производства, возбужденного в отношении ФИО6, был наложен арест на его банковские счета и на здание магазина, о чем имеются соответствующие документы. Однако в материалах исполнительного производства отсутствует вынесенное ею постановление о наложении ареста в отношении автомобиля, предполагает, что это постановление могло быть утеряно при передаче исполнительного производства от одного пристава исполнителя к другому. В ходе мероприятий по оценке и передаче имущества на торги должнику уведомления и копии постановлений направлялись по адресу, который был указан при возбуждении исполнительного производства. Истец действительно частями погашал долг, однако оставшаяся непогашенной часть долга была значительной, поэтому арестованное здание магазина было передано на торги. О том, что у должника имеется другое имущество, которое могло быть изъято для погашения долга, не было известно. Сведения о проведении торгов были опубликованы в печати и в сети Интернет организаторами торгов, почему заявки на участие в торгах принимались не по месту нахождения имущества, ей неизвестно. Цена на здание магазина была понижена на 15% в виду того, что первые торги не состоялись. В ходе исполнительного производства со стороны приставов – исполнителей никакой заинтересованности не было, нарушений не допускалось.

Судебный пристав – исполнитель ФИО8 иск не признала и дала пояснения, аналогичные пояснениям начальника отдела РОСП ФИО7. Подтвердила, что на дату 20.11.2017 года истцом долг перед взыскателем полностью погашен. Исполнительное производство не окончено в связи с судебным разбирательством.

Представитель УФССП России по Республике Татарстан и третье лицо ФИО10 в судебном заседании отсутствовали, отзыв на иск не представили.

Ответчик ФИО9 иск не признал, полагал, что он добросовестно купил выставленный на торги объект – здание магазина «Рапсодия» за установленную на торгах цену - 1 631 150 рублей. Указанную сумму после заключения договора купли – продажи он внес на депозитный счет Агрызского РОСП УФССП по РТ. По его мнению, никаких незаконных действий со стороны приставов – исполнителей и со стороны организаторов торгов – ООО «Пин – Кама» не было.

Представитель ответчика – директор ООО «Пин-Кама» ФИО11 в судебном заседании отсутствовал, иск не признал, представил отзыв на иск, в котором указал следующее: ООО «Пин-Кама» является специализированной организацией и действует на основании Государственного контракта № 04/17 «На оказание услуг по реализации имущества, арестованного во исполнение судебных актов..», заключенного с ТУ Федерального агентства по управлению госимуществом в РТ (Росимущество) 09.01.2017 г. сроком действия по 31.12.2017 года. 21.08.2017 года поручением № 1645 МТУ Росимущество поручило ООО «Бэрэкэт» принять арестованное заложенное имущество - магазин «Рапсодия» и реализовать на торгах на сумму 1 900 000 рублей. Согласно пункту 4.3.3 Госконтракта от 31.07.2014 года № 05/17 «На оказание услуг по реализации имущества, арестованного во исполнение судебных актов…», заключенного с Росимуществом по РТ, ООО «Бэрэкэт» вправе привлекать к исполнению настоящего контракта соисполнителей с уведомлением заказчика, на этом основании 21.08.2017 года издало распоряжение № 1645 о поручении ООО «Пин-Кама» (г. Набережные Челны») принять по акту приема – передачи арестованное имущество – магазин «Рапсодия, находящийся по адресу <адрес> и произвести его реализацию за 1 900 000 рублей. 23.08.2017 судебным приставом – исполнителем данная квартира (так указано в отзыве) была передана по акту приема-передачи организатору торгов ООО «Пин-Кама». Первичные торги, назначенные на 04.10.2017 года в связи с отсутствием заявок были признаны несостоявшимися. 05.10.2017 года судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о снижении цены на 15%, были назначены вторичные торги на 26.10.2017 года. В торгах приняли участие ФИО1 и ФИО9, который был признан победителем торгов. Цена проданного имущества составила 1 631 150 рублей. В тот же день между победителем торгов ФИО9 и организатором торгов был подписан протокол о результатах торгов. После внесения ФИО9 27.10.2017 года покупной цены в полном объеме, сторонами подписан договор купли-продажи арестованного имущества от 31.10.2017 года и по акту приема – передачи имущества, правоустанавливающих документов в этот день проданное имущество было передано покупателю – ФИО9. Денежные средства, поступившие от продажи имущества, были перечислены на счет Агрызского РОСП. Информация как о первых, так и о вторых торгах по спорной «квартире» (так указано в отзыве) размещалась организаторами торгов ООО «Пин-Кама» с соблюдением требований п. 3 ст. 57 ФЗ от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке залоге недвижимости». Извещение осуществлено в периодическом издании, являющимся официальным информационным органом исполнительной власти субъекта РФ – в газете «Республика Татарстан», а так же размещалась в сети Интернет на официальном сайте Российской Федерации согласно требованиям постановления Правительства РФ от 30.01.2013 года № 66 «О Правилах направления информации о торгах по продаже заложенного имущества…».

В отзыве так же указано, что иск предъявлен с нарушением гражданского процессуального законодательства: представитель ответчика полагает, что иск о признании незаконными действий судебных приставов-исполнителей подлежит рассмотрению в порядке, предусмотренном КАС РФ, соответственно не может быть соединен с иском о признании недействительными торгов и признании недействительными договора купли-продажи, заключенного по результатам торгов. Возможные нарушения, допущенные в рамках исполнительного производства не имеют отношения в порядку проведения торгов и не могут рассматриваться в качестве основания для признания торгов недействительными в силу пункта 1 статьи 449 ГК РФ, поскольку в силу Федерального закона «Об исполнительном производстве» защита прав взыскателя, должника и других лиц осуществляется путем обжалования действий судебного пристава – исполнителя. Ответчик полагает, что истец вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не доказал наличие совокупности обстоятельств, в связи с которыми торги могут быть признаны недействительными: то есть истец не доказал нарушение норм закона при проведении торгов и нарушение прав и законных интересов лица, оспаривающего такую сделку.

Представитель УФССП России по Республике Татарстан и третье лицо ФИО10 в судебном заседании отсутствовали, отзыв на иск не представили.

Выслушав лиц, участвующих в рассмотрении дела, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истец доказал, как того требует статья 56 ГПК РФ, обоснованность и законность своих требований, а потому предъявленные им исковые требования подлежат удовлетворению. Придя к такому выводу суд исходит из следующего:

Предметом спора, возникшего между сторонами и юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по настоящему делу являются:

1) наличие либо отсутствие нарушений со стороны судебных приставов – исполнителей Агрызского РОСП по РТ в рамках исполнительного производства, возбужденного в отношении должника ФИО6 и при наличии нарушений, их влияние на результаты проведенных торгов;

2)наличие либо отсутствие оснований для признания недействительными публичных торгов и договора купли – продажи арестованного имущества, проведенных в рамках указанного исполнительного производства.

Порядок обращения взыскания на имущество должника установлен статьей 69 Федерального закона от 02.10.2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее по тексту – Закон № 229-ФЗ). Частью 1 указанной статьи предусмотрено, что обращение взыскания на имущество должника включает изъятие имущества и (или) его реализацию, осуществляемую должником самостоятельно, или принудительную реализацию либо передачу взыскателю.

Взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства в рублях и иностранной валюте, обращается в размере задолженности, то есть в размере, необходимом для исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, с учетом взыскания расходов по совершению исполнительных действий и исполнительского сбора, наложенного судебным приставом-исполнителем в процессе исполнения исполнительного документа (часть 2 статьи 69-ФЗ).

Согласно части 3 статьи 69 Закона № 229-ФЗ, взыскание на имущество должника по исполнительным документам обращается в первую очередь на его денежные средства в рублях и иностранной валюте и иные ценности, в том числе находящиеся на счетах, во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, за исключением денежных средств должника, находящихся на залоговом, номинальном, торговом и (или) клиринговом счетах.

При отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, хозяйственного ведения и (или) оперативного управления, за исключением имущества, изъятого из оборота, и имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание, независимо от того, где и в чьем фактическом владении и (или) пользовании оно находится (часть 4 статьи 69-ФЗ).

В силу части 5 статьи 69 Закона № 229 – ФЗ «Об исполнительном производстве» должник вправе указать имущество, на которое он просит обратить взыскание в первую очередь. Окончательно очередность обращения взыскания на имущество должника определяется судебным приставом-исполнителем.

Из материалов исследованного в судебном заседании исполнительного производства №, возбужденного 24.05.2012 г. в отношении должника – ФИО6 следует, что в ходе исполнительного производства установлено наличие у должника ФИО6 расчетных счетов в ЗАО «Славянский банк» и ПАО «Ак-Барс» банк, а так же на основании акта от 28.04.2015 года наложен арест на имущество – магазин «Рапсодия» площадью 50,9 кв.м по адресу <адрес>. Кроме того в соответствии со сведениями, предоставленными ОГИБДД УМВД по г. Ижевску Удмуртской Республики, 29.07.2017 года был наложен запрет на регистрационные действия в отношении принадлежащего истцу автомобиля «Тайота-Камри» г.р.з. № на основании документа № от 26.07.2017 года, выданного СПИ ФИО7 в рамках исполнительного производства № от 24.05.2012 года.

26.01.2017 года СПИ Агрызского РОСП ФИО3 вынесено постановление об участии в исполнительном производстве специалиста ООО «КОНСЭКО-РТ» г. Казань ФИО2 для оценки арестованного имущества – магазина «Рапсодия» по адресу <адрес>. В тот же день - 26.01.2017 года СПИ Агрызского РОСП ФИО3 в Управление ФССП России по Республике Татарстан направлена заявка № на оценку арестованного имущества – магазина «Рапсодия».

В дальнейшем - 10.02.2017 года и.о. заместителя руководителя Управления ФССП России по Республике Татарстан ФИО4 поручила провести оценку арестованного имущества ООО «КОНСЭКО-РТ» (заявка № 131).

07.04.2017 года составлен отчет № 83К-131/Эоц-17 по определению рыночной стоимости объекта оценки. Стоимость объекта определена в размере 1 900 000 рублей. Постановлением от 06.06.2017 года СПИ Агрызского РОСП ФИО7 приняла результаты оценки.

16.06.2017 года СПИ ФИО7 вынесено постановление о передаче арестованного имущества на торги, 23.08.2017 года ею составлен акт о передаче арестованного имущества на торги, 05.10.2017 года вынесено постановление о снижении цены переданного на реализацию имущества на 15%.

Во всех вышеперечисленных документах содержится информация о том, что сторонам исполнительного производства разъясняются их права и обязанности, предусмотренные Законом № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», в том числе право сторон обжаловать эти документы. Так же указано, что копии документов направляются сторонам и иным участникам исполнительного производства.

Между тем в исполнительном производстве не содержится сведений и доказательств того, что вынесенные судебным приставом – исполнителем постановления и иные документы фактически направлены и вручены сторонам исполнительного производства, в частности отсутствуют сведения об их направлении и (или) вручении должнику ФИО6. Более того, из материалов исполнительного производства следует, что копии документов простым письмом без уведомления о вручении направляются сторонам (в том числе ФИО6) по адресу <адрес>, тогда как судебным приставам – исполнителям достоверно было достоверно известно о перемене места жительства должника ФИО6 и выезде с указанного адреса, о чем в исполнительном производстве имеются соответствующие сведения, предоставленные начальником УФМС России по Удмуртской Республике (Устиновский район г. Ижевска) от 20.07.2015 года №. При этом необходимо учесть, что в материалах исполнительного производства вопреки утверждениям судебных приставов-исполнителей, отсутствуют уведомления, расписки или иные документы, подтверждающие направление и вручение истцу указанных документов даже по прежнему адресу проживания должника (то есть по адресу <адрес>).

Статьей 24 Закона «Об исполнительном производстве» предусмотрено, что с целью соблюдения предусмотренных законом прав стороны исполнительного производства документы при неизвестности места его жительства могут быть вручены по месту его работы. В данном случае ФИО6 документы могли быть вручены по месту осуществления им предпринимательской деятельности – в магазине «Рапсодия» по адресу <адрес>, о чем было достоверно известно судебным приставам – исполнителям, однако такие сведения в деле так же отсутствуют.

Статья 24 Закона «Об исполнительном производстве» прямо устанавливает обязанность судебного пристава-исполнителя известить лиц, участвующих в исполнительном производстве, об исполнительных действиях и о мерах принудительного исполнения, а статья 50 того же Закона закрепляет право сторон исполнительного производства участвовать в совершении исполнительных действий. Таким образом, действующее законодательство, устанавливает гарантии защиты прав сторон исполнительного производства.

В частности частью 1 статьи 24 Закона установлено, что лица, участвующие в исполнительном производстве, извещаются о времени и месте совершения исполнительных действий или применения мер принудительного исполнения либо вызываются к судебному приставу-исполнителю повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой, телеграммой, с использованием электронной, иных видов связи и доставки или лицом, которому с его согласия судебный пристав-исполнитель поручает их доставить.

В случаях, когда исполнительный документ подлежит немедленному исполнению, а также при наложении ареста на имущество и принятии иных обеспечительных мер судебный пристав-исполнитель вправе совершать исполнительные действия и применять меры принудительного исполнения без предварительного уведомления об этом лиц, участвующих в исполнительном производстве. При этом судебный пристав-исполнитель обязан уведомить указанных лиц о совершении исполнительных действий или о применении мер принудительного исполнения не позднее следующего рабочего дня после дня их совершения или применения (часть 2 ст.24 Закона).

Согласно части 3 ст. 24 Закона извещения, адресованные взыскателю и должнику, направляются по адресам, указанным в исполнительном документе. Извещение, адресованное лицу, участвующему в исполнительном производстве, направляется по месту жительства или месту нахождения такого лица. Извещение может быть направлено по месту работы гражданина, участвующего в исполнительном производстве.

В силу части 1 статьи 50 Закона стороны исполнительного производства вправе знакомиться с материалами исполнительного производства, делать из них выписки, снимать с них копии, представлять дополнительные материалы, заявлять ходатайства, участвовать в совершении исполнительных действий, давать устные и письменные объяснения в процессе совершения исполнительных действий, приводить свои доводы по всем вопросам, возникающим в ходе исполнительного производства, возражать против ходатайств и доводов других лиц, участвующих в исполнительном производстве, заявлять отводы, обжаловать постановления судебного пристава-исполнителя, его действия (бездействие), а также имеют иные права, предусмотренные законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве.

Судом установлено, что вопреки вышеуказанным положениям Закона № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», истец в ходе исполнительного производства не был надлежаще и своевременное извещен о проводимых судебными приставами – исполнителями мероприятиях, вследствие чего был лишен возможности принимать участие в этих мероприятиях, а так же воспользоваться иными предусмотренными частью 1 статьи 50 Закона правами, в том числе своим правом обжаловать действия (бездействие) судебных приставов – исполнителей.

Судом так же установлено, что в рамках данного исполнительного производства были нарушены требования части 2 статьи 69-ФЗ «Об исполнительном производстве» об обращении взыскания на имущество должника в размере задолженности, то есть в размере, необходимом для исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе (на период передачи имущества на торги долг истца составлял 284 000 руб., тогда как стоимость выставляемого на торги имущества по первичной оценке - 1 900 000 руб. (фактически же стоимостью 3 185 000 р., и это при наличии иного арестованного ликвидного имущества); так же нарушены требования части 3 указанной статьи о взыскании в первую очередь денежных средств должника в рублях и иностранной валюте и иных ценностей, в том числе находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях (имеются сведения о наличии у истца счетов в банках); и наконец, было нарушено право должника, предусмотренное частью 5 ст. 69 Закона указать приставу-исполнителю имущество, на которое он просит обратить взыскание в первую очередь (как было указано ранее, у должника кроме арестованного нежилого помещения имеется находящийся под ограничением по данному исполнительному производству автомобиль и иное имущество).

Согласно части 1 статьи 85 Закона № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» оценка имущества должника, на которое обращается взыскание, производится судебным приставом-исполнителем по рыночным ценам, если иное не установлено законодательством Российской Федерации.

Частью 3 указанной статьи предусмотрено, что судебный пристав-исполнитель обязан привлечь оценщика для оценки имущества, если должник или взыскатель не согласен с произведенной судебным приставом-исполнителем оценкой имущества.

В случае привлечения судебным приставом – исполнителем оценщика для оценки имущества, судебный пристав – исполнитель: 1) в акте (описи имущества) указывает примерную стоимость вещи или имущественного права и делает отметку о предварительном характере оценки; 2) назначает специалиста из числа отобранных в установленном порядке оценщиков; 3) выносит постановление об оценке вещи или имущественного права не позднее трех дней со дня получения отчета оценщика; 4) направляет сторонам копию заключения оценщика по результатам отчета об оценке не позднее трех дней со дня его получения.

Стоимость объекта оценки, указанная оценщиком в отчете, является обязательной для судебного пристава-исполнителя при вынесении указанного постановления, но может быть оспорена в суде сторонами исполнительного производства не позднее десяти дней со дня их извещения о произведенной оценке (часть 4 статьи 85 Закона).

Согласно части 6 статьи 85 Закона «Об исполнительном производстве» копии постановления судебного пристава-исполнителя об оценке имущества или имущественных прав направляются сторонам исполнительного производства не позднее дня, следующего за днем его вынесения.

Из материалов исполнительного производства следует, что должник не был извещен ни о назначении оценщика, ни о производстве оценки арестованного имущества, так же ему не был направлен отчет об оценке, то есть он не был ознакомлен с результатами оценки – с отчетом № 83К-131/Эоц-17, в соответствии с которым стоимость объекта оценки определена округленно 1 900 000 рублей, соответственно истец был лишен возможности оспорить результаты оценки и действия судебных приставов – исполнителей, с которыми он не согласен.

Вместе с тем истцом в ходе судебного разбирательства проведена самостоятельная оценка указанного имущества. Так, согласно отчету № 08-11/2017 г. рыночная стоимость нежилого помещения - магазина «Рапсодия» по адресу <адрес> по состоянию на 07.04.2017 года (то есть по состоянию на период оценки имущества оценщиком, назначенным СПИ) составляет 3 185 000 рублей. Результаты указанной оценки никем не оспорены. Тем самым установлено, что судебными приставами – исполнителями на торги было передано имущество должника с оценкой, не соответствующей его рыночной стоимости.

В материалах исполнительного производства содержится два акта о передаче арестованного имущества на торги от 23.08.2017 года. Один из них составлен начальником отдела – старшим СПИ ФИО7 и подписан ею, однако представителем специализированной организации, принимающей имущество, акт не подписан, так же не содержит акт сведений о понятых. Соответственно этот акт не подтверждает факт передачи имущества на торги. Второй акт составлен с одной стороны СПИ ФИО8 и с другой стороны представителем ООО «Пин-Кама» ФИО12, однако подлинник этого акта в деле отсутствует (имеется только ксерокопия), так же из копии данного акта видно, что отсутствуют сведения об участии понятых при передаче объекта. Кроме того, в обоих актах отсутствуют сведения о том, что должник был уведомлен о передаче принадлежащего ему имущества на торги. Таким образом отсутствует надлежаще оформленный в соответствии с законом документ, на основании которого было передано арестованное имущество специализированной организации ООО «Пин-Кама», что влечет незаконность самого факта передачи арестованного имущества на торги.

Кроме того в исполнительном производстве имеется постановление от 05.10.2017 года, вынесенное СПИ ФИО5 о снижении цены переданного на реализацию имущества (магазина «Рапсодия») на 15%. Указанное постановление никем не подписано, при этом во вводной части постановления указано должностное лицо – СПИ ФИО5, а в резолютивной части имеется запись: «начальник отдела – старший судебный пристав ФИО7», однако постановление ею не подписано. При этом сведения о передаче находящегося в производстве СПИ ФИО7 исполнительного производства №, в производство СПИ ФИО5, в материалах исполнительного производства отсутствуют.

Вместе с тем по запросу суда представителем ООО «Пин-Кама» в суд представлена ксерокопия постановления о снижении цены переданного на реализацию имущества (магазина «Рапсодия») от 05.10.2017 года иного содержания: из этой ксерокопии следует, что постановление о снижении цены вынесено начальником отдела – старшим судебным приставом ФИО7. При этом указанное постановление подписано, как было установлено в судебном заседании, не ФИО7, а иным лицом и подлинник данного постановления в материалах исполнительного производства отсутствует.

Таким образом установлено, что снижение цены переданного на реализацию имущества на 15% является незаконным, поскольку отсутствует надлежаще оформленный уполномоченным на то лицом подлинный документ, на основании которого произведено снижение цены.

Из части 8 статьи 85 Закона «Об исполнительном производстве» вытекает обязанность судебного пристава-исполнителя производить переоценку имущества, если с даты последней оценки прошло более шести месяцев.

Из материалов исполнительного производства следует, что отчет № 83К-131/Эоц-17 об оценке объекта – магазина «Рапсодия», на основании которого проведены торги и определена стоимость реализуемого имущества, составлен 07.04.2017 года. В пункте 3 части 1 отчета указано, что данный отчет составлен исключительно для реализации арестованного имущества в рамках исполнительного производства и действителен до 07.10.2017 года.

Между тем в соответствии с протоколом № 02 заседания комиссии об определении победителя торгов по продаже арестованного имущества, протокола о результатах по продаже арестованного имущества и иных представленных ООО «Пин-Кама» документов, торги проведены 26.10.2017 года, то есть после истечения шести месяцев с даты проведения оценки имущества, что является нарушением части 8 ст. 85 Закона «Об исполнительном производстве». Указанные обстоятельства в числе иного являются основанием для признания торгов недействительными.

Согласно ч. 1 ст. 90 Закона "Об исполнительном производстве" торги должны быть проведены в двухмесячный срок со дня получения организатором торгов имущества для реализации.

Из материалов исполнительного производства следует, что арестованное имущество – нежилое помещение магазина «Рапсодия», на основании акта о передаче арестованного имущества на торги было передано судебным приставом – исполнителем представителю ООО «Пин-Кама» 23.08.2017 года, соответственно торги должны были быть проведены в двухмесячный срок, исчисляя с указанной даты, то есть до 23.10.2017 года.

Как было ранее указано, из протокола заседания комиссии об определении победителя торгов арестованного имущества и протокола результатов торгов, торги по продаже нежилого помещения – магазина «Рапсодия», расположенного по адресу <адрес> пом. 02, проведены 26.10.2017 года, то есть с нарушением срока, установленного частью 1 статьи 90 Закона «Об исполнительном производстве».

Более того, в тексте протокола № 02 заседания комиссии об определении победителя торгов по продаже арестованного имущества от 26.10.2017 года зафиксированы сведения, противоречащие материалам исполнительного производства, в частности в отношении продаваемого имущества указано о наличии обременения в виде ипотеки, тогда как это не соответствует действительности.

Также организатором торгов не исполнены надлежащим образом требования закона о размещении информации о проведении торгов в печати и информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования.

Организатор торгов обязан разместить такую информацию не только в периодическом издании, но и в сети Интернет, несоблюдение которого является основанием для признания торгов недействительными.

В представленных в суд материалах отсутствуют сведения о размещении информации в сети Интернет о первых торгах, назначенных на 04.10.2017 года, а так же отсутствует информация об опубликовании информации о назначении вторых торгов на 26.10.2017 года в газете «Республика Татарстан».

Информация о торгах направляется организатором торгов для ее размещения на официальном сайте Российской Федерации www.torgi.gov.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Однако в данном случае информация о торгах, назначенных на 26.10.2017 года, была опубликована на сайте www.rt-onlain.ru, вместо официального сайта Российской Федерации www.torgi.gov.ru, что подтверждается представленным в суд скриншотом сайта, при этом доказательства об опубликовании информации о первых торгах на сайте www.torgi.gov.ru, как было указано ранее, суду не представлено.

На момент организации торгов, Правила размещения информации в сети Интернет были установлены Постановлением Правительства РФ от 230.01.2013 года № 66 в редакции от 18.01.2017 г. № 25. В соответствии с указанными Правилами, информация о публичных торгах с указанием сведений, предусмотренных п. 3 ст. 57 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" размещается на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов и на официальных сайтах ее территориальных органов, а так же в печатных средствах массовой информации, распространяемых, в том числе, по месту нахождения реализуемого имущества, а также в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования. Размещение указанной информации на официальном сайте территориального органа ФССП России осуществляется лицом, обеспечивающим ведение сайта, не позднее одного рабочего дня со дня ее получения от специализированной организации.

Ответчиками не представлено доказательств о размещении извещения о торгах, на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов и на официальном сайте его территориального органа.

Также ответчиком при публикации информации о проведении публичных торгов указаны не соответствующие документам сведения об объекте продажи, в частности указано о наличии обременения в виде ипотеки, тогда как такое обременение в данном случае отсутствует, а также не указана дата внесения записи в ЕГРП о принадлежности объекта собственнику.

Кроме того в материалах дела отсутствуют сведения (квитанции, чеки, приходные кассовые ордера) о внесении задатка лицами, допущенными к участию в торгах, что является нарушением требований ст. 448 ГК РФ; а так же отсутствуют доказательства того, что судебный пристав-исполнитель был извещен о проведении торгов.

Тем самым установлено, что ответчиком ООО «Пин-Кама» в ходе проведения торгов были допущены существенные нарушения ряда требований закона, что влечет недействительность данных торгов.

В силу статьи 93 Закона «Об исполнительном производстве» торги могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Гражданским кодексом РФ.

Согласно пункту 1 статьи 449.1 Гражданского кодекса РФ под публичными торгами понимаются торги, проводимые в целях исполнения решения суда или исполнительных документов в порядке исполнительного производства. Правила, установленные ст.ст. 448 и 449 Гражданского кодекса РФ применяются к публичным торгам, если иное не установлено Гражданским кодексом РФ и процессуальным законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 449 Гражданского кодекса РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов. Торги могут быть признаны недействительными в случае, если были допущены существенные нарушения порядка проведения торгов, при неправильном определении цены продажи, а так же если были допущены иные существенные нарушения правил, установленных законом.

При этом приведенный в пункте 1 статьи 449 Гражданского кодекса РФ перечень оснований для признания публичных торгов недействительными не является исчерпывающим. Такими основаниями могут быть, в том числе, нарушение сроков публикации и полноты информации о времени, месте и форме публичных торгов, об их предмете, о существующих обременениях продаваемого имущества и порядке проведения публичных торгов, а также сведений о начальной цене (п. 2 ст. 448 ГК РФ).

Исходя из положений частей 6 и 7 статьи 87 Закона «Об исполнительном производстве» основаниями для начала процедуры проведения публичных торгов являются постановление судебного пристава – исполнителя о передаче имущества должника на реализацию и передача этого имущества судебным приставом – исполнителем специализированной организации по акту приема – передачи.

Между тем, если исполнительное производство возбуждено в отсутствие законных оснований или на реализацию передано имущество, на которое не может быть обращено взыскание, а так же при наличии допущенных судебным приставом – исполнителем иных существенных нарушений, повлекших за собой неправильное определение цены продажи, то у организатора публичных торгов отсутствуют предусмотренные Законом «Об исполнительном производстве» основания для проведения процедуры публичных торгов.

Таким образом исходя из того, что при производстве данного исполнительного производства судебными приставами был допущен ряд существенных нарушений Закона «Об исполнительном производстве», которые в итоге повлекли в том числе неправильное определение цены продаваемого объекта, то основания для проведения процедуры публичных торгов отсутствовали.

Более того, организаторами торгов при проведении самих торгов были допущены существенные вышеперечисленные нарушения, в результате которых были нарушены законные права и интересы истца.

Исходя из изложенного, с учетом установленных существенных нарушений, допущенных как судебными приставами исполнителями, так и организаторами торгов, публичные торги, проведенные 26.10.2017 года в отношении имущества – магазина «Рапсодия», подлежат признанию недействительными в связи с существенными нарушениями, повлиявшими на результат торгов, а так же повлиявшими на законные права и интересы стороны исполнительного производства (должника).

В соответствии с пунктом 2 статьи 449 ГК РФ признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги и применение последствий, предусмотренных статьей 167 ГК РФ.

Согласно положениям пункта 1 статьи 168 ГК РФ по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой. В то же время сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима, или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В данном случае установлено, что существенные нарушения, допущенные судебными приставами исполнителями и организаторами торгов, нарушают права и охраняемые законом интересы стороны исполнительного производства.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что заключенный по результатам торгов договор купли-продажи арестованного имущества от 31.10.2017 года, в силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ, является ничтожной сделкой, как нарушающий закон и права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Применительно к рассматриваемой ситуации, по смыслу статьи 167 ГК РФ, вследствие недействительности договора купли-продажи от 31.10.2017 года каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. При этом применение двусторонней реституции должно обеспечить возврат в первоначальное положение всех сторон сделки.

При таких обстоятельствах суд считает иск ФИО6 обоснованным, доказанным и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

Рассматривая доводы ответчиков о нарушении истцом требований процессуального закона путем подачи иска в порядке ГПК РФ, а не в порядке КАС РФ, суд считает их несостоятельными исходя из следующего: то обстоятельство, что соответствующие постановления и действия судебных приставов исполнителей не оспорены в отдельном судебном производстве, не является основанием для отказа в иске ФИО6, поскольку ФИО6 вправе сам выбирать способы защиты своих прав, при этом защита нарушенных прав человека в гражданско-правовой области может происходить не только по правилам процессуального законодательства.

В данной ситуации признание незаконными действий судебных приставов исполнителей представляет собой особый случай применения такого способа защиты гражданских прав по статье 12 ГК РФ, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, соответственно эти требования могут быть рассмотрены в порядке искового производства, предусмотренного ГПК РФ. Тем более, что оба пункта требований истца взаимосвязаны между собой.

Доводы ответчика – начальника отдела СПИ ФИО7 о том, что ФИО6 23.08.2017 года были направлены документы: постановление и акт о передаче имущества на торги, что по ее мнению подтверждается реестром почтовых отправлений от 23.08.2017 года, то суд относится к этим доводам критически и считает несостоятельными исходя из следующего:

В представленной ответчиком ксерокопии почтового реестра – списка внутренних почтовых отправлений от 23.08.2017 года (подлинник реестра в суд не представлен) указаны вид и категория отправлений: заказное письмо. Соответственно помимо данного реестра в подтверждение отправки корреспонденции должнику ФИО6 должны быть представлены почтовые уведомления о вручении почтового отправления адресату либо отчет об отслеживании отправления с почтовым идентификатором, однако в данном случае ни уведомлений, ни отчета о вручении адресату направленного отправления суду не представлено. При этом на первом листе реестра отсутствует штамп почтового отделения о принятии этой корреспонденции.

Что касается приложенного второго листа реестра, на котором имеется штамп почты России о принятии к отправке отправлений 23.08.2017 г., то суд считает, что этот второй лист не является продолжением первого листа реестра отправки (в котором значится фамилия ФИО6) исходя из того, что на первом листе копии реестра имеется запись о том, что по данному реестру почтовых отправлений всего 56 шт., тогда как из второго листа реестра усматривается, что почтовых отправлений 69 шт..

Тем самым суду не представлены допустимые, относимые и достоверные доказательства того, что сторона исполнительного производства – ФИО6 был своевременно и надлежаще извещен о мероприятиях, проводимых судебными приставами – исполнителями в рамках исполнительного производства № от 24.05.2012 г.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить.

Признать незаконными действия судебных приставов исполнителей Агрызского РОСП Управления ФССП России по Республике Татарстан в рамках исполнительного производства №, возбужденного 24.05.2012 года в отношении должника – ФИО6 и их действия по передаче на торги и реализацию арестованного имущества – нежилого помещения – магазина «Рапсодия» общей площадью 50,90 кв.м, расположенного по адресу <адрес>.

Признать недействительными состоявшиеся 26.10.2017 года торги в форме открытого аукциона по продаже нежилого помещения – магазина «Рапсодия» общей площадью 50,90 кв.м, расположенного по адресу <адрес> и заключенный 31.10.2017 года на основании данных торгов между ООО «Пин-Кама» в лице ФИО11 с одной стороны и ФИО9 с другой стороны договор купли-продажи нежилого помещения – магазина «Рапсодия» общей площадью 50,90 кв.м, расположенного по адресу <адрес>.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца через районный суд.

Председательствующий судья Агрызского районного суда РТ Галявиева А.Ф.