Решение № 12-149/2019 от 15 июля 2019 г. по делу № 12-149/2019

Дело № 12-149/19


Р Е Ш Е Н И Е

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

г. Можга 16 июля 2019 года

Судья Можгинского районного суда Удмуртской Республики Кожевникова Ю.А.,

с участием старшего помощника Можгинского межрайонного прокурора Тукаевой С.Н.,

лица, привлекаемого к административной ответственности, ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи по делу об административном правонарушении,

у с т а н о в и л:

28.03.2019 г. постановлением исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 1 города Можги – мировым судьей судебного участка № 2 города Можги Удмуртской Республики ФИО1 признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 19.29 КоАП РФ, и ей назначено наказание в виде штрафа в размере 20000 рублей.

Событие правонарушения, согласно постановлению мирового судьи, заключается в том, что 01.12.2018 г. ФИО1, являясь индивидуальным предпринимателем, подписала трудовой договор и приказ о приеме на работу К.И.С., которая ранее замещала должность ведущего специалиста-эксперта сектора исполнения сметы доходов и расходов Управления бухгалтерского учета и отчетности Администрации муниципального образования «<***>». В нарушение положений ст. 64.1 Трудового кодекса РФ, ч. 4 ст. 12 Федерального закона от 25.12.2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» ФИО1 в 10-дневный срок не сообщила о заключении указанного трудового договора по последнему месту службы К.И.С. – в Администрацию муниципального образования «<***>».

ФИО1 с данным постановлением не согласилась и обратилась в суд с жалобой, в которой просит постановление мирового судьи отменить и производство по делу прекратить в виду малозначительности совершенного деяния.

Жалоба мотивирована тем, что при трудоустройстве К.И.С. не сообщила ФИО1 о ранее занимаемой должности, трудовую книжку не представила. Должностные обязанности К.И.С. по месту новой работы полностью отличались от тех обязанностей, которые она выполняла, являясь специалистом-экспертом сектора исполнения сметы доходов и расходов, что исключает возможность возникновения коррупционных связей. Трудоустройство К.И.С. не было связано с коррупционными рисками и не может повлечь коллизии публичных и частных интересов с прежней занимаемой должностью на государственной службе. Кроме того, в действиях ФИО1 фактически отсутствует коррупционная составляющая и существенная угроза охраняемым общественным отношениям. Сложившаяся ситуация не подпадает под определение «коррупция», поэтому вины ФИО1 в совершении правонарушения не имеется. Таким образом, мировым судьей не учтены доводы, обосновывающие наличие в действиях ФИО1 минимальной вины, раскаяние в совершенном правонарушении, а также принятие мер для устранения нарушения.

В судебном заседании привлекаемое лицо ФИО1 доводы жалобы поддержала, дополнительно пояснила, что с 01 по 29 декабря 2018 г. Колсеникова работала у неё в магазине бухгалтером. При приеме на работу трудовую книжку К.И.С. ей не предоставила. В марте 2019 года К.И.С. ей позвонила по телефону и сообщила, что её вызывали в прокуратуру, в связи с чем необходимо внести запись о трудоустройстве в трудовую книжку. К.И.С. работала в магазине по трудовому договору, за неё производились отчисления в Пенсионный фонд, ФСС, поэтому она внесла ей запись в трудовую книжку в марте 2019 г. О том, что К.И.С. до трудоустройства работала в районной администрации, ей не было известно. Ранее К.И.С. приезжала к ней и привозила товар от ИП Н. и ИП К..

Заслушав участников процесса, мнение старшего помощника прокурора, полагавшего об отказе в удовлетворении жалобы, изучив материалы административного дела и доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

Оспариваемое постановление мировым судьей вынесено 28.03.2019 г.

Копия данного постановления направлялась ФИО1 заказным письмом по адресу: <***>.

Копия постановления по делу об административном правонарушении ФИО1 не получена и почтовый конверт был возвращен на судебный участок № 1 города Можги.

Согласно паспортным данным, ФИО1 зарегистрирована с 21.03.2019 г. по адресу: <***>

По месту жительства заявителя оспариваемое постановление не направлялось, его копию ФИО1 получила под подпись 10.06.2019 г., что подтверждается справочным листом по делу № 5-195/19.

В соответствии с ч. 1 ст. 30.3 КоАП РФ жалоба на постановление по делу об административном правонарушении может быть подана в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

Принимая во внимание, что постановление по делу об административном правонарушении изначально было направлено не по месту жительства привлекаемого лица, в связи с чем он был лишен возможности получить направленную в его адрес копию постановления, срок на обжалование подлежит исчислению с 10.06.2019 г. – момента фактического получения ФИО1 копии постановления по делу об административном правонарушении. Жалоба на постановление мирового судьи подана заявителем 20.06.2019 г., т.е. с соблюдением предусмотренного названной нормой срока обжалования.

Согласно ст. 30.6 КоАП РФ при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении проверяются законность и обоснованность вынесенного постановления, при этом судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Объективная сторона состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.29 КоАП РФ, выражается в неисполнении работодателем при привлечении к трудовой деятельности на условиях трудового договора или гражданско-правового договора (гражданско-правовых договоров) на выполнение работ (оказание услуг) в течение месяца стоимостью более ста тысяч рублей гражданина, замещавшего должности государственной (муниципальной) службы, перечень которых установлен нормативными правовыми актами Российской Федерации (далее - бывший государственный (муниципальный) служащий), обязанности сообщать в десятидневный срок о заключении такого договора представителю нанимателя (работодателю) государственного (муниципального) служащего по последнему месту его службы в порядке, устанавливаемом нормативными правовыми актами Российской Федерации, в течение двух лет после его увольнения с государственной (муниципальной) службы.

Указанное сообщение направляется независимо от того, входили ли в должностные (служебные) обязанности бывшего государственного (муниципального) служащего функции государственного, муниципального (административного) управления организацией, заключившей с ним указанные договоры (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.11.2017 г. № 46 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судьями дел о привлечении к административной ответственности по статье 19.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности послужил факт выявления Можгинской межрайонной прокуратурой неисполнения требований ст. 64.1 Трудового кодекса РФ, ч. 4 ст. 12 Федерального закона от 25.12.2008 N 273-ФЗ «О противодействии коррупции» индивидуальным предпринимателем ФИО1, что выразилось в неуведомлении в письменной форме в десятидневный срок со дня заключения трудового договора от 01.12.2018 г. с К.И.С. главы муниципального образования «<***>» о его заключении.

В соответствии со ст. 64.1 Трудового кодекса РФ работодатель при заключении трудового договора с гражданами, замещавшими должности государственной или муниципальной службы, перечень которых устанавливается нормативными правовыми актами Российской Федерации, в течение двух лет после их увольнения с государственной или муниципальной службы обязан в десятидневный срок сообщать о заключении такого договора представителю нанимателя (работодателю) государственного или муниципального служащего по последнему месту его службы в порядке, устанавливаемом нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Аналогичные требования содержатся в ч. 4 ст. 12 Федерального закона от 25.12.2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».

Постановлением Правительства РФ от 21.01.2015 г. № 29 утверждены Правила сообщения работодателем о заключении трудового или гражданско-правового договора на выполнение работ (оказание услуг) с гражданином, замещавшим должности государственной или муниципальной службы, перечень которых устанавливается нормативными правовыми актами Российской Федерации, согласно которым работодатель при заключении трудового договора или гражданско-правового договора в течение 2 лет после увольнения гражданина с государственной или муниципальной службы сообщает представителю нанимателя (работодателю) государственного или муниципального служащего по последнему месту его службы о заключении такого договора в письменной форме (пункт 2).

Сообщение оформляется на бланке организации и подписывается ее руководителем или уполномоченным лицом, подписавшим трудовой договор со стороны работодателя, либо уполномоченным лицом, подписавшим гражданско-правовой договор. Подпись работодателя заверяется печатью организации или печатью кадровой службы (при наличии печатей) (пункт 3).

Названные требования антикоррупционного законодательства распространяются на лиц, замещавших должности муниципальной службы, перечисленные в Перечне должностей муниципальной службы в органах местного самоуправления муниципального образования «<***>», утвержденном постановлением главы муниципального образования «<***>» 02.03.2017 г. В данном перечне названа должность ведущего специалиста-эксперта, входящего в старшую группу должностей муниципальной службы.

Как следует из материалов дела, 02.07.2018 г. распоряжением главы муниципального образования «<***>» №***-к от 02.07.2018 г. К.И.С. принята на работу в сектор исполнения сметы доходов и расходов Управления бухгалтерского учета и отчетности ведущим специалистом-экспертом на период отсутствия основного работника.

27.08.2018 г. распоряжением главы муниципального образования «<***>» №***-к от 27.08.2018 г. действие срочного трудового договора с К.И.С. прекращено.

Согласно справке начальника отдела организационно-кадровой работы Управления документационного обеспечения Администрации МО «<***>», по состоянию на 05.03.2019 г. уведомление о заключении трудового договора с К.И.С. не поступало.

В то же время, 01.12.2018 г. в соответствии с приказом индивидуального предпринимателя ФИО1 К.И.С. принята на работу в магазин «<***>» на должность бухгалтера. В день приема на работу с ней заключен трудовой договор.

29.12.2018 г. приказом ИП ФИО1 трудовой договор с К.И.С. прекращен по инициативе работника.

Поскольку после увольнения К.И.С., ранее замещавшей должность муниципальной службы, которая включена в Перечень должностей муниципальной службы, предусмотренных статьей 12 Федерального закона «О противодействии коррупции», прошло менее двух лет, ИП ФИО1 в силу приведенных выше норм обязана была не позднее 11.12.2018 г. предоставить главе муниципального образования «<***>» информацию о привлечении к трудовой деятельности бывшего муниципального служащего К.И.С., однако соответствующего сообщения ею направлено не было.

Из пояснений ФИО1 следует, что трудовую книжку К.И.С. ей не предоставляла, о её прежнем месте работы она не знала.

Допрошенная свидетель К.И.С. в судебном заседании пояснила, что в ноябре 2018 г. она позвонила по объявлению ФИО1 для трудоустройства. На вопрос Натальи Николаевны о последнем месте работы она сообщила, что работала в <***>, а также у ИП Н. и ИП К.. После этого ФИО1 пригласила её на работу. С 15.11.2018 г. она обучалась на рабочем месте в магазине ИП ФИО1, а затем с 01.12.2018 г. трудоустроилась официально. На работе она говорила сотрудникам, что работала в <***>, но слышала ли об этом Наталья Николаевна, ей не известно. Трудовую книжку при трудоустройстве она не предъявляла. В середине декабря 2018 г. она написала заявление об увольнении по собственному желанию и 29.12.2018 г. уволилась. В марте 2019 г. её вызвали в прокуратуру, взяли объяснение и попросили принести документы о работе у ИП ФИО1. После этого она созвонилась с Натальей Николаевной и попросила её внести запись в трудовую книжку. После этого разговора она подошла к ФИО1, последняя внесла ей запись в трудовую книжку и она расписалась в журнале за её получение. Дату получения трудовой книжки она написала 29.12.2018 г., т.к. этим числом уволилась.

Свидетель Г.Е.И. пояснил, что работает у ИП ФИО1 системным администратором. В декабре 2018 г. в магазине ИП ФИО1 работала бухгалтером К.И.С.. При её приеме на работу он не присутствовал. После увольнения, примерно в январе 2019 г., К.И.С. приходила в магазин и просила внести ей запись в трудовую книжку. О том, что она работала в районной администрации, ему не известно.

Свидетель И.А.А. пояснила, что работает продавцом в магазине «<***>» у ИП ФИО1, режим работы 2 через 2 дня. В декабре 2018 г. в магазине работала К.И.С. бухгалтером. О том, что она работала в районной администрации, ей не известно.

Оценивая показания ФИО1, К.И.С. в совокупности с письменными доказательствами (копией приказа о прекращении трудового договора, книгой учета движения трудовых книжек и др.), прихожу к выводу о недостоверности данных показаний, т.к. они противоречат письменным доказательствам, соответствующим требованиям трудового законодательства.

Согласно ст. 65 Трудового кодекса РФ при заключении трудового договора лицо, поступающее на работу, предъявляет работодателю среди прочих документов трудовую книжку, за исключением случаев, когда трудовой договор заключается впервые или работник поступает на работу на условиях совместительства. Исключений, при которых К.И.С. не должна была предъявлять работодателю трудовую книжку, не установлено.

В приказе о прекращении трудового договора К.И.С. собственноручно сделана запись «трудовую книжку на руки получила 29.12.2018 г.». В книге учета движения трудовых книжек дата заполнения трудовой книжки указана 01.12.2018 г., дата выдачи трудовой книжки работнику – 29.12.2018 г.

Записи в трудовой книжке К.И.С. выполнены в хронологической последовательности и соответствуют приказам о приеме на работу и увольнении.

Из указанных обстоятельств следует, что при приеме на работу К.И.С. у работодателя – ИП ФИО1 в распоряжении имелась её трудовая книжка, т.е. последняя достоверно знала, что вновь принимаемый работник ранее замещал должность муниципальной службы.

Показания свидетелей Г.Е.И., И.А.А. о том, что им не было известно о прежнем месте работы К.И.С., судом во внимание приняты быть не могут, т.к. данные лица вопросами приема на работу у ИП ФИО1 не занимаются.

Согласно статье 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Такие обстоятельства, как личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, свидетельствующими о малозначительности правонарушения. Данные обстоятельства, в силу частей 2, 3 статьи 4.1 КоАП РФ, учитываются при назначении административного наказания.

В абзаце третьем пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

Как указано выше, объективная сторона состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.29 КоАП РФ, заключается в противоправном бездействии, выразившемся в неуведомлении представителя нанимателя (работодателя) по прежнему месту службы принимаемого на работу бывшего государственного или муниципального служащего.

Поскольку наступление вредных последствий не является квалифицирующим признаком объективной стороны административного правонарушения, ответственность за которое установлена статьей 19.29 КоАП РФ, отсутствие указанных последствий не свидетельствует о малозначительности совершенного правонарушения.

Установление обязанности работодателя сообщать в десятидневный срок представителю нанимателя (работодателю) государственного или муниципального служащего по последнему месту его службы о заключении трудового или гражданско-правового договора на выполнение работ (оказание услуг) с гражданином, замещавшим определенные должности государственной (муниципальной) службы, в течение двух лет после его увольнения с государственной (муниципальной) службы направлено на повышение эффективности противодействия коррупции и основывается на принципах приоритетного применения мер по предупреждению коррупции и комплексного использования политических, организационных, информационно-пропагандистских, социально-экономических, правовых, специальных и иных мер для её устранения (пункты 5 и 6 статьи 3 Федерального закона «О противодействии коррупции»).

Ссылка в жалобе на то, что должностные обязанности бухгалтера К.И.С. по месту новой работы полностью отличались от тех, которые она выполняла на муниципальной службе, являясь специалистом-экспертом, не может служить основанием для прекращения производства по делу по малозначительности, т.к. сообщение подлежит направлению независимо от того, входили ли в должностные (служебные) обязанности бывшего муниципального служащего по прежнему месту работы в его функции (должностные обязанности) по новому месту работы.

Таким образом, выводы мирового судьи о наличии в бездействии ИП ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 19.29 КоАП РФ, являются верными и основаны на имеющихся в деле доказательствах.

Обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении, отсутствуют. Административное наказание назначено ФИО1 с учетом общих правил назначения наказания в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3,5, 4.1, 4.2-4.3 КоАП РФ, и характера совершенного административного правонарушения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 30.7, 30.8 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

Постановление исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 1 города Можги – мирового судьи судебного участка № 2 г. ФИО2 от 28 марта 2019 года в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 19.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения.

Жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение обжалованию и опротестованию в порядке ст. 30.9-30.10 КоАП РФ не подлежит.

Судья- (подпись) Кожевникова Ю.А.

Копия верна: судья- Кожевникова Ю.А.