Апелляционное постановление № 22К-1988/2024 от 25 марта 2024 г. по делу № 3/1-30/2024

Судья Шатова О.С. № 22К-1988/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Пермь 26 марта 2024 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Пикулевой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Гришкевич К.С.

с участием прокурора Мальцевой А.В.,

защитника - адвоката Мешканцева С.А.,

подозреваемого А.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференцсвязи материалы дела по апелляционной жалобе адвокатов Мешканцева С.А. и Кирия Е.В. в защиту подозреваемого А. на постановление судьи Мотовилихинского районного суда г. Перми от 20 марта 2024 года, которым

А., дата рождения, уроженцу ****,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, то есть до 19 мая 2024 года.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления подозреваемого А. и адвоката Мешканцева С.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Мальцевой А.В. об оставлении постановления без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

19 марта 2024 года возбуждено уголовное дело в отношении А. по признакам преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ, в этот же день он задержан в порядке, предусмотренном ст. ст. 91, 92 УПК РФ, допрошен в качестве подозреваемого.

Ст. следователь следственного отдела по Мотовилихинскому району г. Пермь следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю С. с согласия руководителя следственного органа обратилась в суд с ходатайством об избрании в отношении А. меры пресечения в виде заключения под стражу, по итогам рассмотрения которого судом принято вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе адвокаты Мешканцев С.А. и Кирия Е.В., выступая в защиту интересов подозреваемого А., просят постановление отменить как незаконное и необоснованное и избрать меру пресечения, не связанную с лишением свободы. Полагают, что рассмотрение вопроса об избрании в отношении А. меры пресечения в виде содержания под стражей приняло исключительно формальный характер, суд не исходил из презумпции невиновности, в связи с чем был нарушен баланс между публичными интересами, связанными с применением мер процессуального принуждения, и правами А. на свободу. Считают, что избрание меры пресечения в виде заключения под стражу произведено судом без проверки обоснованности подозрения в причастности А. к совершению преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ, а показания свидетеля Т. отношения к подозрению А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ, не имеют, кроме того, судом не проверено наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами. Также, ссылаясь на положения Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», отмечают, что судом не приведено выводов о невозможности применения иной меры пресечения, в частности, в виде домашнего ареста. Защитники полагают, что суд оставил без внимания наличие на иждивении у А. жены, являющейся пенсионером уголовно-исполнительной системы, двух несовершеннолетних сыновей, имеющих ряд заболеваний, а также наличие у А. постоянного места жительства и работы, ведомственных наград, двадцатичетырехлетнего срока безупречной службы, тяжелых заболеваний, требующих, в том числе, хирургического вмешательства, и ходатайство трудового коллектива об избрании в отношении А. меры пресечения, не связанной с лишением свободы.

Проверив представленные материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав участвующих лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. ст. 97 - 99, 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого, обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

При решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения и определения ее вида должны учитываться данные о личности подозреваемого, обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства, а также тяжесть преступления.

При решении вопроса о мере пресечения в отношении подозреваемого А. указанные положения закона соблюдены, поскольку, избирая меру пресечения, суд первой инстанции принял во внимание данные о его личности, тяжесть инкриминируемого преступления.

В материалах дела имеются достаточные данные об обоснованности подозрения А. в причастности к совершению умышленного коррупционного преступления против государственной власти, интересов государственной службы, относящегося к категории особо тяжких, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

Судья, учитывая изложенные выше обстоятельства в совокупности, пришел к обоснованному выводу о том, что подозреваемый А., находясь на свободе, опасаясь суровости возможного наказания, может скрыться от органов предварительного следствия, иным образом воспрепятствовать производству по делу путем оказания какого-либо воздействия на свидетелей, с которыми знаком либо находится в служебных, приятельских или дружеских отношениях, а также принятия мер к сокрытию следов преступления.

Вопреки доводам адвокатов, данный вывод основан не только на тяжести имеющегося в отношении А. подозрения, которое на первоначальных этапах производства по уголовному делу достаточно для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, но и на конкретных обстоятельствах, характеризующих его личность и поведение.

Указанные выше обстоятельства являлись достаточными для удовлетворения заявленного следователем ходатайства и избрания данной меры пресечения в отношении подозреваемого.

Кроме того, как следует из представленных материалов, сведения о личности подозреваемого А., его состояние здоровья, семейное положение, наличие у него на иждивении двоих несовершеннолетних детей, и других сведений, содержащихся в апелляционной жалобе, учтены судом первой инстанции в полном объеме, однако не позволили прийти к выводу о том, что соблюдение разумного баланса между интересами подозреваемого А. и необходимостью гарантировать эффективность системы уголовного правосудия возможно в условиях иной, более мягкой меры пресечения.

При таких обстоятельствах судом первой инстанции правильно установлено отсутствие оснований для избрания иной, более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, залога, запрета определенных действий, подписки о невыезде и надлежащем поведении, данный вывод достаточно подробно и убедительно мотивирован в обжалуемом постановлении, и у суда апелляционной инстанции нет оснований не соглашаться с таким решением и избирать в отношении подозреваемого меру пресечения, не связанную с заключением под стражу, принимая во внимания тяжесть предъявленного подозрения и личность А. Наличие у него постоянного места жительства, работы, бывшей супруги, готовой обеспечить его в период домашнего ареста и предоставить жилое помещение, а также положительные характеристики личности по месту жительства и службы не ставят под сомнение выводы суда первой инстанции и не свидетельствуют о незаконности обжалуемого постановления.

Каких-либо оснований сомневаться в выводах суда не имеется, доводы стороны защиты не опровергают данных, установленных судом первой инстанции. Представленные органом следствия материалы дела тщательно изучены судом первой инстанции, в судебном заседании заслушаны все участники судебного разбирательства, по итогам рассмотрения судом вынесено мотивированное постановление, которое отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, в нем подробно приведены фактические основания о необходимости избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении А.

Материалы дела не содержат каких-либо данных о наличии у подозреваемого заболеваний, препятствующих содержанию его под стражей, об ухудшении состояния его здоровья, о невозможности содержания его под стражей по состоянию здоровья, а также о том, что состояние здоровья А. требует незамедлительной медицинской помощи, которая ему не может быть оказана в условиях изоляции от общества, суду апелляционной инстанции также не представлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение принятого решения, судом первой инстанции не допущено.

Доводы защитника об указании в обжалуемом постановлении на то, что А. обвиняется в совершении преступления, не влияют на выводы суда и не могут служить основанием для отмены избранной меры пресечения, поскольку такое указание является явной технической опиской, которая может быть устранена судом первой инстанции в порядке ст. ст. 397, 399 УПК РФ.

С учетом изложенного, оснований для отмены или изменения постановления, в том числе, по доводам апелляционной жалобы адвокатов не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление судьи Мотовилихинского районного суда г. Перми от 20 марта 2024 года в отношении А. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвокатов Мешканцева С.А. и Кирия Е.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск) с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись