Решение № 2-172/2017 2-172/2017(2-2124/2016;)~М-2075/2016 2-2124/2016 М-2075/2016 от 1 марта 2017 г. по делу № 2-172/2017

дело № 2-172/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Краснокаменск 02 марта 2017 года

Краснокаменский городской суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Салбукова К.В.,

с участием прокурора Цыреновой Б.Ч.,

при секретаре Кулаковой М.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 ФИО13 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 ФИО14 о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что в период времени с 02.03.2016г. по 17.11.2016г. истица работала у ответчика ИП ФИО2 в должности старшего продавца в магазине «<данные изъяты>», расположенного в <адрес>. Между истицей и ответчиком был заключен трудовой договор на неопредленный срок, договор о полной индивидуальной материальной ответственности и договор о полной коллективной (бригадной) ответственности. В период с 01.11.2016г. по 02.11.2016г. в магазине была проведена инвентаризация в результате которой установлена недостача в размере <данные изъяты> рублей. По результатам инвентаризации ФИО1 была уволена приказом № от ДД.ММ.ГГГГ по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. С выявленной недостачей истица не согласна, поскольку часть товара указанного в акте инвентаризации как недостача, на момент инвентаризации находилась в торговом зале магазина, кроме того, при ее приеме на работу, уходе в отпуск, работодателем не проводилась инвентаризация, в связи с чем, объем материальных ценностей вверенных работодателем, установить не представляется возможным. Также работодателем была проведена инвентаризация с нарушением Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 N 49. В связи с чем, ФИО1 просила суд, признать приказ № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным и отменить его; восстановить ее на работе в должности старшего продавца магазина «<данные изъяты>» ИП ФИО2; взыскать с ответчика в пользу истца среднюю заработную плату за время вынужденного прогула с выплатой процента (денежной компенсации) за невыплату в срок заработной платы за время вынужденного прогула с момента отстранения от работы 11.11.2016г. по день восстановления на работе; взыскать незаконно удержанную сумму в размере <данные изъяты> рублей из заработной платы с выплатой процента (денежной компенсации) за невыплату в срок; взыскать компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.000 рублей; взыскать судебные расходы по оплате услуг юриста в размере <данные изъяты> рублей и <данные изъяты>000 рублей услуги нотариуса.

Впоследствии истец уточнила исковые требования, просила суд признать приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора незаконным и отменить его; изменить формулировку увольнения на увольнение по п. 3 ст. 77 ТК РФ (по собственному желанию); взыскать с ответчика ИП ФИО2 оплату за время вынужденного прогула с 11.11.2016г. по день вынесения решения суда; взыскать незаконно удержанную из заработной платы сумму в размере <данные изъяты> рублей; взыскать компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.000 рублей; взыскать судебные расходы по оплате услуг юриста в размере <данные изъяты>000 рублей и <данные изъяты>000 рублей услуги нотариуса.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала в полном объёме, дала пояснения аналогичные содержанию иска.

В судебном заседании представители ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО4, ФИО5, действующие на основании доверенностей, исковые требования не признали, суду пояснили, что в ходе проведенной инвентаризации был установлен факт недостачи в магазине «<данные изъяты>» принадлежащего ИП ФИО2 Истица ФИО1, как старший продавец, виновна в выявленной недостаче, поскольку допустила ненадлежащий учет и хранение вверенного товара. С истицей и другими продавцами были заключены договоры о коллективной (бригадной) и полной индивидуальной материальной ответственности, в связи с чем работодатель имел право на увольнение истицы по основанию утраты доверия.

Определением суда от 13 января 2017 года к участию в деле в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований были привлечены ФИО6, ФИО7 <данные изъяты>

В судебном заседании ФИО7, суду пояснила, что ранее работала вместе с ФИО1 в должности продавца у ИП ФИО2 в магазине «<данные изъяты>» в период с 01.03.2016г. по 17.11.2016г., уволена по утрате доверия. Режим работы был 5 дней рабочих с двумя выходными, продавцы работали поочередно меняя друг друга, с ней заключался договор о полной индивидуальной ответственности, договор о коллективной материальной ответственности не заключался. Товар поступал по накладным и они сверяли его наличие по факту. В период работы проводились инвентаризации несколько раз, но их результаты ей неизвестны.

Заслушав участников судебного разбирательства, свидетелей, изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства, заслушав заключение прокурора Цыреновой Б.Ч., полагавшей, что исковые требования удовлетворению не подлежат, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях: совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении Пленума от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" расторжение трудового по указанному основанию возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты довериям к ним.

В силу п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обязанность доказать наличие законных оснований для увольнения работника по инициативе работодателя, а также соблюдения порядка и сроков применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения лежит на работодателе.

Увольнение по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации является видом дисциплинарного взыскания, применение которого должно производиться в четком соответствии с положениями ст. 192. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности является факт совершения дисциплинарного правонарушения, который в трудовом законодательстве называется дисциплинарным проступком и под которым понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (ст. 192 ТК РФ). Под неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя).

Привлечение к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации допускается в случаях когда работодатель установил конкретную вину работника и доказал ее в установленном порядке (принцип презумпции невиновности и виновной ответственности, т.е. наличия вины как необходимого элемента состава правонарушения).

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 был заключен трудовой договор на неопределенный срок о принятии истицы на работу на должность старшего продавца <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО2 с ФИО1 был заключен договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности, как с членом коллектива магазина «<данные изъяты>» дома <адрес>. В качестве члена коллектива которому вверяются материальные ценности указана также ФИО15 <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ с истицей ФИО3 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности <данные изъяты>

Согласно акту инвентаризации магазина «<данные изъяты>» ИП ФИО2 от 01.11.2016г., была выявлена недостача товарно-материальных ценностей на общую сумму <данные изъяты>

В указанном акте имеется подпись в ознакомлении истицы ФИО1 и ФИО9, при этом ФИО1 письменно пояснила, что с результатами инвентаризации не согласна, так как товар, находящийся в зале магазина, не указан в товарных остатках, а числится в недостачу <данные изъяты>

Согласно ст. 244 ТК РФ, письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Согласно разделу I Перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития РФ № 85 от 31 декабря 2002 года, такими признаются в том числе продавцы.

Оценивая трудовую функцию истицы в должности продавца, суд приходит к выводу, что работодатель имел право на заключение с ФИО1 договора о полной материальной ответственности и коллективной (бригадной) материальной ответственности, поскольку товарно-материальные ценности вверялись как коллективу продавцов, так и лично истице ФИО1

Из материалов дела, пояснений истицы и представителя ответчика следует, что в должностях продавцов магазина «<данные изъяты>» ИП ФИО2 работали истица ФИО1, и третьи лица ФИО7, ФИО6

Согласно ст. 245 ТК РФ, при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность.

Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

В судебное заседание ответчиком представлен договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ. заключенный с продавцами ФИО1 и ФИО7 <данные изъяты>

Вместе с тем, судом установлено, что в сентябре 2016 года на работу в магазин «<данные изъяты>» в качестве продавца была принята ФИО8, которая работала также поочередно сменяя ФИО1 и ФИО7, принимая у них и передавая им товарно-материальные ценности при сдаче смены.

Сведений о том, что с ФИО8 был заключен договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности как с членом коллектива продавцов магазина «<данные изъяты>», суду ответчиком представлено не было.

Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины (п. 3 ст. 245 ТК РФ).

Из приведенных разъяснений положений трудового законодательства, регулирующих вопросы материальной ответственности работника, следует, что законодателем установлена презумпция вины работника при условии доказанности работодателем правомерности заключения с работником договора о полной материальной ответственности и самого факта недостачи, и в этом случае работник обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Из установленных судом обстоятельств дела следует, что в нарушение ст. 245 ТК РФ, работодателем ИП ФИО2 договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности был заключен не со всеми членами коллектива продавцов магазина «<данные изъяты>», а именно, не был заключен с продавцом ФИО8

При таком положении, у суда не имеется оснований для вывода о виновности ФИО1 в выявленной недостаче как члена коллектива продавцов магазина «<данные изъяты>», поскольку, в указанном коллективе работал продавец ФИО8, не несущая ответственность за вверенные коллективу товарно-материальные ценности, вследствие не заключения с ней договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Однако доводы истца о том, что при проведении инвентаризации был нарушен Порядок инвентаризации, установленный Приказом Министерства финансов Российской Федерации N 49 от 13.06.1995 года, необоснованны, поскольку указанный Порядок регламентирует проведение инвентаризации для юридических лиц, а работодателем истицы являлась индивидуальный предприниматель ФИО2

Вместе с тем, представитель ответчика ссылалась также на имевшиеся факты личного нарушения старшим продавцом ФИО1 финансовой дисциплины, выразившиеся в обращении товаров магазина в свою пользу без внесения денежных средств в кассу магазина.

Согласно объяснительной ФИО1 от 17.11.2016г., она не согласна с выявленной в ходе инвентаризации недостачи в размере <данные изъяты> рублей, однако частично указанную недостачу признает, поскольку брала товар в долг <данные изъяты>

В представленных работодателем документах под наименованием «Долги», указаны имена «<данные изъяты>» с перечислением под ними номеров штрих-кодов и суммы товаров, с подведением общего итога долга продавцов (ФИО1 – «<данные изъяты>», ФИО7 - «<данные изъяты>», ФИО8 – <данные изъяты>

Представитель ответчика ФИО4 суду пояснила, что указанные документы были обнаружены работодателем при проведении ревизии и в данных документах продавцы магазина «<данные изъяты>» в том числе и ФИО1 («<данные изъяты>»), вели отметки товара, который они взяли без ведома работодателя из магазина для собственных нужд, без внесения денежных средств в кассу магазина. При этом работодателем не давалось согласия на такие действия со стороны продавцов, являющихся материально ответственными лицами, в связи с чем, не было известно ведется ли учет всего товара, который брался из магазина продавцами, неизвестно в какой срок они за него рассчитывались и рассчитывались ли вообще.

Истица ФИО1 в судебном заседании подтвердила, что представленные документы с наименованием «Долги», являются их записями товара, который они брали в долг и рассчитывались за него по мере возможности. При этом, менеджер курирующая их магазин, знала об этом и не запрещала делать. На вопросы суда пояснила, что лично ИП ФИО2 разрешения на приобретения товара в долг в устной или письменной форме им не давала, на момент инвентаризации задолженность по товару не была погашена у всех продавцов, в связи с чем, вошла в акт инвентаризации как недостача.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была уволена по п. 7 ст. 81 Трудового кодекса РФ - совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя <данные изъяты>

Как усматривается из материалов дела, основанием для принятия ответчиком решения об увольнении истца за утрату доверия послужило следующее.

ДД.ММ.ГГГГ была проведена инвентаризация по учету товарно-материальных ценностей, находящихся в магазине «<данные изъяты>» <адрес><данные изъяты>

По результатам инвентаризации был выявлен факт недостачи товарно-материальных ценностей на денежную сумму в размере <данные изъяты> рублей.

В соответствии с письменным объяснением ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ., часть недостачи она признает, а причиной этой частичной недостачи являлось то, что все члены бригады, в том числе и истец, брали товар из магазина в долг, не внося соответственно денежные средства в кассу магазина. Аналогичные пояснения ФИО1 дала и в судебном заседании <данные изъяты>

Таким образом, исходя из вышеуказанных обстоятельств, истица ФИО1 в ходе проведения проверки работодателем и в суде, признала факт частичной недостачи товарно-материальных ценностей в результате своих виновных действий, поскольку согласия работодателя на такие действия в ходе заседания доказано не было.

В соответствии с п. 21 Постановления Правительства РФ от 19.01.1998 г. N 55 "Об утверждении Правил продажи отдельных видов товаров" расчеты с покупателями за товары осуществляются с применением контрольно-кассовых машин.

Согласно трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ., заключенному с ФИО1, в ее обязанности входит в частности: отпуск товаров в розницу с соблюдением правил торговли; обеспечение сохранности материальных ценностей <данные изъяты>

Как следует из материалов дела, вышеуказанные факты приобретения товара без внесения денежных средств в кассу магазина, не отрицались продавцами магазина истцом ФИО1 и третьим лицом ФИО7

Доводы истца ФИО1 о том, что отпуск товаров в долг работникам магазина, получение ею товаров в долг под запись и последующий возврат денежных средств производилось с разрешения работодателя нельзя признать состоятельными, поскольку доказательств, подтверждающих данные обстоятельства, суду представлено не было, более того, это отрицается ответчиком и опровергается должностными обязанностями истца содержащимися в трудовом договоре.

В связи с этим, нельзя согласиться и с суждением истицы в оправдание указанных действий, что истец впоследствии возвращала денежные средства в кассу работодателя (фактически брала товар в кредит), поскольку сам факт получения товара без внесения денежных средств в кассу является нарушением финансовой дисциплины.

Также, доводы истицы о том, что в акте инвентаризации имелось указание на товар, который находился в торговом зале, в частности, в ходе судебного заседания истица смогла указать только на один такой товар – зарядное устройство «<данные изъяты> не доказывают отсутствие ее вины в фактах недостачи, поскольку истица подтвердила и не отрицала наличие в акте инвентаризации товара, который она приобретала в долг, а соответственно он отсутствовал в торговой точке по вине ФИО1, при этом фактически будучи не оплаченным.

Законодательство РФ не содержит понятия "доверие", однако, исходя из смысла правовых норм регламентирующих данные правотношения, следует сделать вывод, что доверие - это оценочная категория, позволяющая работодателю рассчитывать на честное отношение работника к вверенным ему денежным или товарным ценностям и, соответственно, надеяться на их сохранность.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что у ответчика имелись основания для увольнения истицы по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, поскольку, в ходе выявленных при инвентаризации фактах недостачи и присвоения истцом как старшим продавцом магазина «<данные изъяты>» товара, с неопределенной обязанностью оплатить товар исходя из личных возможностей, при этом в отсутствие такого согласия от работодателя, у ответчика обоснованно возникли опасения за сохранность вверенного истице товара, вследствие совершения ФИО1 действий, свидетельствующих об отсутствии надлежащего отношения к учету и реализации товара, в связи с чем, доверие работодателя к работнику непосредственно обслуживающему товарно-материальные ценности было утрачено.

Согласно п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Согласно докладной записке ревизора ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ., в ходе проверки складских документов в магазине «<данные изъяты>» <адрес>, было установлено, что старший продавец ФИО1 относится к своим обязанностям халатно, складские отчеты не проверены, не сшиты и не подписаны, приемка товара ведется невнимательно, частично товар по полкам не выставлен <данные изъяты>

При таком пололжении, суд приходит к выводу, что работодателем исполнена обязанность, по оценке тяжести проступка совершенного работником, обстоятельств, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду, поскольку, в ходе судебного заседания было установлено, что ФИО1, работая не продолжительное время у данного работодателя (менее одного года), имела нарекания к своей работе со стороны ревизоров, при этом являясь старшим продавцом организующим работу других продавцов в смене, допускала случаи нарушения финансовой дисциплины которые носили систематический характер, в связи с чем, работодатель, правомерно применил дисциплинарное наказание в виде увольнения.

Из материалов дела также усматривается, что ответчиком процедура привлечения к дисциплинарной ответственности и увольнения была соблюдена, от истца было истребовано письменное объяснение, дисциплинарное взыскание применено в месячный срок.

Поскольку увольнение произведено ответчиком в соответствии с трудовым законодательством, отсутствуют основания и для взыскания с ответчика в пользу истца, в соответствии со ст. 394 Трудового кодекса РФ, компенсации морального вреда.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истицы в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО17 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 ФИО16 об признании приказа об увольнении незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и незаконно удержанных денежных средств, компенсации морального вреда, судебных расходов – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Краснокаменский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья: Салбуков К.В.