Апелляционное определение № 33-1724/2026 от 13 мая 2026 г.

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

Судья Рубан М.В. №

(в первой инстанции)

№
(в апелляционной инстанции)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Севастопольского городского суда в составе:

председательствующего судьи Просолова В.В.,

судей Григоровой Ж.В., Козуб Е.В.,

при секретаре Гребенюк К.И.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Просолова В.В. апелляционную жалобу ФИО3 на решение Нахимовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по иску ФИО4 к ФИО3 (третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Севастополю, Департамент по имущественным и земельным отношениям <адрес>, нотариус нотариальной палаты <адрес> ФИО5, ФИО6) об установлении факта принятия наследства, признании права собственности на имущество в порядке наследования по закону,

по встречному иску ФИО3 к ФИО4 об установлении факта принятия наследства по закону, признании права собственности на имущество в порядке наследования по закону,

установила:

ФИО4 обратился в суд с иском, в котором с учетом уточнений просил установить факт принятия им наследства после смерти бабушки - ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ, и матери - ФИО8, умершей ДД.ММ.ГГГГ, а также признать за ним право собственности в порядке наследования после смерти бабушки и матери на жилой <адрес> надворными постройками по переулку Сенному в <адрес> (кадастровый №).

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО7, являвшаяся матерью ответчика ФИО3 и ФИО8, а также которая приходится бабушкой истцу. На основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 принадлежал жилой дом с надворными постройками по адресу: <адрес>, переулок Сенной, 6. Согласно завещанию от ДД.ММ.ГГГГ данный дом завещан ею в равных долях детям ФИО8 и ФИО3. На момент смерти ФИО7 в жилом доме проживала ее дочь ФИО8 с несовершеннолетними детьми, которая фактически приняла наследство, оставшись проживать в доме. Ответчик ФИО3 с момента смерти матери никогда не проживал в наследственном доме, не осуществлял о нем заботу и уход. Наследство по завещанию после смерти ФИО7 ФИО3 принято не было ни путем подачи заявления о принятии наследства нотариусу, ни путем совершения фактических действий. Истец ФИО4 с момента своего вселения в 1994 году и по настоящее время проживает в спорном жилом доме, осуществляет бремя ухода и содержания дома, в связи с чем фактически принял наследство после смерти матери ФИО8

ФИО3 обратился в суд со встречным иском, в котором с учетом уточнений просил установить факт принятия им наследства по закону после смерти матери ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ, и признать за ним право собственности на 1/2 долю жилого дома с надворными постройками по адресу: <адрес>, переулок Сенной, <адрес>, кадастровый №.

Встречные исковые требования мотивированы тем, что в пределах 6 месяцев после смерти матери ФИО3 фактически принял наследство, поскольку забрал с места проживания матери фотографии, ордена и медали отца, хранившиеся у матери, а также по просьбе сестры осуществлял ремонт входной калитки. Кроме того, он являлся ответственным за организацию и проведение похорон матери.

Решением Нахимовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ первичный иск удовлетворен частично, установлен факт принятия наследства по закону ФИО4 после смерти матери ФИО8, умершей ДД.ММ.ГГГГ; за ФИО4 признано право собственности в порядке наследования по закону на жилой <адрес> надворными постройками по переулку Сенному в <адрес>. В удовлетворении остальной части первичного иска, а также встречного иска ФИО3 отказано в полном объеме.

Не согласившись с решением суда, ФИО3 подал апелляционную жалобу, в которой просит восстановить срок на подачу апелляционной жалобы, решение Нахимовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № отменить, принять по делу новое решение, которым установить факт принятия им наследства, открывшегося после смерти ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ, в виде 1/2 жилого дома с надворными постройками по адресу: <адрес>, кадастровый №, и признать за ним право собственности на данную 1/2 долю в порядке наследования; в удовлетворении исковых требований ФИО4 о признании права собственности на 1/2 жилого дома отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указано, что суд первой инстанции сделал неверный вывод о том, что свидетели ФИО9 и ФИО10 не смогли достоверно подтвердить совершение ФИО3 действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, тогда как указанные свидетели достоверно пояснили, что ФИО3 осуществлял доставку продуктов в спорный дом на поминки после смерти матери, организовал стол, отремонтировал замок калитки, раздал ненужные вещи матери соседям. Суд первой инстанции неверно истолковал пояснения представителя ФИО3, расценив их как указание лишь на организацию похорон как основание фактического принятия наследства, тогда как в действительности имелась в виду совокупность действий: организация и оплата похорон и поминок, ремонт замка калитки, раздача вещей матери соседям, что в целом, по мнению апеллянта, свидетельствует о фактическом принятии наследства. Судом первой инстанции не принято во внимание, что воля умершей ФИО7 была выражена в завещании 1/2 жилого дома с надворными постройками от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенном нотариусом, которое до смерти наследодателя изменено либо отменено не было. ФИО3 не мог достоверно доказать, когда и при каких обстоятельствах он забрал из спорного дома медали, ордена и удостоверения к ним, поскольку полагался на пояснения свидетелей ФИО9 и ФИО10, однако суд первой инстанции оценил их показания иначе. Кроме того апеллянт отмечает, что в суд первой инстанции не была вызвана свидетель ФИО11, которая наблюдала, как ФИО3 после смерти матери забирал из ее дома ордена и медали отца, по причине отсутствия возможности обеспечить ее явку ввиду операции и длительной реабилитации с июля 2025 г.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ФИО4 указывает на законность и обоснованность принятого решения, просит оставить его без изменения, а в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО3 отказать.

Возражая против доводов жалобы, указывает, что оба свидетеля давали показания со слов самого заявителя и ни один из них не подтвердил совершение ответчиком действий по принятию наследства. Организация поминок и оплата похорон сами по себе не являются фактическим принятием наследства, поскольку направлены на соблюдение традиций, а не на совершение действий в отношении наследственного имущества. ФИО3 с достоверностью был осведомлен о смерти матери ДД.ММ.ГГГГ, однако заявление нотариусу о принятии наследства подал лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя 26 лет, не представив доказательств уважительности пропуска 6-месячного срока. В судебном заседании суда первой инстанции ходатайств о допросе свидетеля ФИО11 не заявлялось, а обстоятельства, которые она могла бы подтвердить, уже являлись предметом исследования и оценки.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 - ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы и просил ее удовлетворить, решение суда первой инстанции отменить.

Представитель истца ФИО4 - ФИО1 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила решение оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы извещены надлежащим образом; в соответствии со ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав судью-докладчика, представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, допросив свидетеля ФИО11, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, обсудив указанные доводы, возражения на них, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

При этом в абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" указано, что суд апелляционной инстанции на основании абзаца второго части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе в интересах законности проверить обжалуемое судебное постановление в полном объеме вне зависимости от доводов жалобы, представления.

Полномочия суда апелляционной инстанции определены статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке приведены в статье 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330); недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330); несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 330); нарушение или неправильное применение норм материального или норм процессуального права (пункт 4 части 1 статьи 330).

В соответствии с частью 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 постановления Пленума).

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являвшаяся матерью ФИО3 и ФИО8.

На основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 принадлежал жилой дом с надворными постройками по адресу: <адрес>, переулок Сенной, 6, кадастровый №.

Согласно завещанию ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенному нотариусом, принадлежащий ей жилой <адрес> по переулку Сенному в <адрес> завещан ее детям ФИО8 и ФИО3 в равных долях. Указанное завещание до смерти наследодателя изменено либо отменено не было.

Решением Нахимовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, вступившим в законную силу, установлен факт принадлежности дубликата свидетельства о праве наследования по завещанию на <адрес> по переулку Сенному в <адрес>, выданного ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО7, - именно ФИО7.

Как следует из материалов наследственного дела, ФИО3 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства по всем основаниям после смерти матери лишь ДД.ММ.ГГГГ

Согласно ответу нотариуса ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 разъяснено о пропуске срока на принятие наследства и необходимости обращения в суд.

Обеими сторонами по делу не оспаривался и был признан факт того, что ФИО8 фактически приняла наследство после смерти своей матери ФИО7, оставшись проживать в жилом доме по переулку Сенному, 6, где проживала до момента своей смерти ДД.ММ.ГГГГ и была зарегистрирована по данному адресу согласно сведениям домовой книги.

Согласно характеристике ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 проживает по адресу: <адрес>, переулок Сенной, 6, начиная с 1994 года и по настоящее время.

Как следует из материалов наследственного дела, ФИО4 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства по всем основаниям после смерти матери ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ

Согласно ответу нотариуса ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 разъяснено о необходимости обращения в суд по вопросу установления факта принятия наследства.

В судебном заседании суда первой инстанции были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО12 показала, что с момента переезда в 1994 году и по настоящее время в доме по переулку Сенному, 6 проживает ФИО4; ответчика ФИО3 она видела всего пару раз.

Свидетель ФИО13 показала, что с 2002 года она проживала совместно с ФИО4 в <адрес> по переулку Сенному; за период совместной жизни ими был осуществлен ремонт дома; уходом за домом занималась мать истца ФИО8, а после ее смерти - ФИО4; ФИО3 приходил пару раз в гости и более его никто не видел.

Свидетель ФИО9 показал, что организацией похорон ФИО7 занимался ее сын ФИО3; о том, что ответчик забрал медали отца, свидетелю известно со слов самого ФИО3; когда именно это произошло, свидетель не знает. Свидетель ФИО10 показал, что после смерти матери ФИО3 по просьбе сестры приезжал помогать по дому; когда именно ФИО3 забрал медали отца, свидетелю неизвестно.

Разрешая спор и частично удовлетворяя первичные исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 548, 549 Гражданского кодекса УССР, п.п. 1, 2 ст. 1153, ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о наследовании", ч. 3 ст. 1268 Гражданского кодекса Украины, исходил из того, что ФИО8 фактически приняла наследство после смерти своей матери ФИО7, проживая в спорном жилом доме и осуществляя бремя его содержания, при этом ФИО4 как наследник первой очереди фактически принял наследство после смерти матери ФИО8, проживая в доме на момент ее смерти и продолжая проживать в нем по настоящее время. В свою очередь ФИО3 не было представлено достаточных и допустимых доказательств совершения им в установленный 6-месячный срок действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства после смерти матери, в связи с чем районный суд пришел к выводу об удовлетворении требований ФИО4 об установлении факта принятия им наследства после смерти матери ФИО8 и признании за ним права собственности на спорный жилой дом в целом, а также об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они мотивированы, соответствуют установленным обстоятельствам дела, основаны на правильном применении и толковании норм материального права и исследованных судом доказательствах.

В соответствии со ст. 11 Федерального конституционного закона от ДД.ММ.ГГГГ №-ФКЗ "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя" положения раздела V "Наследственное право" части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации применяются к отношениям по наследованию на территории Республики Крым и города федерального значения Севастополя, если наследство открылось ДД.ММ.ГГГГ и позднее; в случае открытия наследства до ДД.ММ.ГГГГ к указанным отношениям применяется законодательство, действовавшее на соответствующей территории до этой даты.

Поскольку наследство после смерти ФИО7 открылось ДД.ММ.ГГГГ, а после смерти ФИО8 - ДД.ММ.ГГГГ, оба наследства открылись до ДД.ММ.ГГГГ, к правоотношениям по наследованию применяется законодательство, действовавшее на территории <адрес> до ДД.ММ.ГГГГ применительно к порядку и срокам принятия наследства - Гражданский кодекс Украинской Советской Социалистической Республики 1963 года (в части наследства, открывшегося до ДД.ММ.ГГГГ) и Гражданский кодекс Украины (в части наследства, открывшегося после ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно ст. 548 Гражданского кодекса УССР для приобретения наследства необходимо, чтобы наследник его принял; принятое наследство считается принадлежащим наследнику с момента открытия наследства.

В соответствии со ст. 549 Гражданского кодекса УССР признается, что наследник принял наследство, если он фактически вступил в управление или владение наследственным имуществом либо подал в государственную нотариальную контору по месту открытия наследства заявление о принятии наследства; указанные действия должны быть совершены в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Аналогичные правила наследования закреплены в ч. 1 ст. 1268 и ст. 1270 Гражданского кодекса Украины, а также в п.п. 1, 2 ст. 1152, п. 2 ст. 1153, п. 1 ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о наследовании", под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства, обработка наследником земельного участка, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом получение лицом компенсации на оплату ритуальных услуг и социального пособия на погребение не свидетельствует о фактическом принятии наследства.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что ФИО8 фактически приняла наследство после смерти своей матери ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ, поскольку на день открытия наследства проживала в спорном жилом доме совместно с наследодателем, была в нем зарегистрирована, осталась в нем проживать после смерти матери, фактически вступила во владение домом и несла бремя его содержания вплоть до своей смерти ДД.ММ.ГГГГ Данное обстоятельство признано обеими сторонами и сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Принятие ФИО8 наследства после смерти матери в полном объеме, как единственным принявшим наследство наследником первой очереди, влечет то, что вся наследственная масса, причитавшаяся по завещанию ей, перешла к ней со дня открытия наследства. Следовательно, в состав наследственного имущества после смерти ФИО8, умершей ДД.ММ.ГГГГ, вошел жилой дом по переулку Сенному, 6, принятый ею в целом.

Обстоятельства фактического принятия ФИО4 наследства после смерти матери ФИО8 подтверждены совокупностью доказательств, которые суд первой инстанции исследовал в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в частности характеристикой ОМВД России по <адрес>, подтверждающей проживание ФИО4 в спорном доме начиная с 1994 года и по настоящее время; показаниями свидетелей ФИО12 и ФИО13, которые непосредственно наблюдали его проживание в доме, ведение им хозяйства и осуществление ремонта; признанием самого ФИО3, не оспаривавшего факт проживания ФИО4 в доме.

ФИО4 проживал в спорном доме на день открытия наследства и продолжает проживать в нем по настоящее время, то есть вступил во владение и управление наследственным имуществом в установленный срок.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции об отсутствии доказательств фактического принятия наследства ФИО3 в установленный законом 6-месячный срок.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неверно оценил показания свидетелей ФИО9 и ФИО10 в части свидетельствующих о принятии наследства действий ФИО3, судебная коллегия отклоняет как несостоятельные.

Оценка доказательств судом первой инстанции произведена в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом относимости, допустимости, достаточности и взаимной связи в совокупности.

Оба свидетеля прямо указали, что об обстоятельствах получения ответчиком медалей его отца они знают исключительно со слов самого ФИО3, являясь производными свидетелями относительно данного факта, а не его очевидцами.

Конкретное время совершения этого действия, в том числе когда именно, в какой день и при каких обстоятельствах, ни один из свидетелей назвать не смог.

Между тем для установления факта принятия наследства принципиально важным является совершение действий именно в течение 6-месячного срока со дня открытия наследства, а не в иные периоды.

Показания, содержание которых не позволяет установить соответствие действий требованию о сроке, не могут считаться достаточными для подтверждения фактического принятия наследства. Несогласие апеллянта с оценкой, данной показаниям свидетелей судом первой инстанции, само по себе основанием для отмены или изменения судебного решения не является.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неверно истолковал позицию представителя ФИО3, расценив ее как ссылку лишь на организацию похорон, в то время как речь шла о совокупности действий, судебная коллегия также отклоняет.

Суд первой инстанции оценил каждое из называемых действий в отдельности. Организация и оплата поминок, ремонт входной калитки по просьбе сестры ФИО8 и раздача вещей матери соседям в совокупности не образуют действий, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу, поскольку каждое из них объясняется иными мотивами, в частности, соблюдением похоронно-поминальной традиции, исполнением поручения фактического пользователя дома (сестры), разовой бытовой помощью родственнице, а не управлением наследственным имуществом как своим собственным.

Следует также отметить, что в судебном заседании суда первой инстанции от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 лично пояснил, что ремонт калитки производил именно по просьбе сестры, что исключает квалификацию данного действия как выражения его воли на принятие наследства.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не принял во внимание наличие завещания от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО3 в отношении 1/2 жилого дома, является юридически несостоятельным.

Завещание является документом, выражающим волю наследодателя относительно распределения имущества, и определяет круг лиц, призываемых к наследованию, а также доли наследников. Вместе с тем наличие завещания само по себе не заменяет и не исключает необходимости принятия наследства наследником в установленном законом порядке и в установленный срок.

По смыслу ст. 548 Гражданского кодекса УССР и п. 1 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник обязан его принять; право наследника, в том числе по завещанию, возникает лишь при совершении им надлежащих принимающих действий в установленный срок. Непринятие наследства в установленном порядке влечет утрату права на наследство по тому основанию, по которому наследник был призван.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции по ходатайству представителя апеллянта была допрошена свидетель ФИО11. В судебном заседании свидетель пояснила, что является подругой супруги ответчика ФИО3, в спорном доме бывала один раз, приехав туда в конце декабря 1998 г., то есть приблизительно через месяц после похорон матери ответчика, по просьбе ответчика и его супруги с целью помочь забрать посуду, использованную для организации поминок, и хранившиеся в доме медали отца ответчика. По словам свидетеля, ФИО3 в ее присутствии забрал медали отца и посуду, которую, по ее мнению, он привез для поминок, а также посуду, которая принадлежала матери ответчика. При отъезде, уже находясь в машине, свидетель наблюдала, как по просьбе сестры ответчика ФИО3 в течение около часа производил ремонт входной калитки.

Судебная коллегия относится к показаниям свидетеля ФИО11 критически и не принимает их в качестве достаточного доказательства фактического принятия ФИО3 наследства по следующим основаниям.

Свидетель не смогла пояснить, каким образом ей стало известно о принадлежности посуды именно матери ответчика, а не самому ФИО3, который, по ее же словам, привез ее для поминок. Данное противоречие в показаниях свидетеля осталось неразрешенным, от ответа на вопросы судебной коллегии свидетель ФИО11 уклонилась. Кроме того, показания свидетеля ФИО11 вступают в прямое противоречие с ранее данными в суде первой инстанции показаниями свидетелей ФИО9 и ФИО10: последние указывали, что ФИО3 забрал медали отца и вещи матери непосредственно в день похорон, тогда как свидетель ФИО11 указала, что данные действия имели место приблизительно через месяц после похорон.

Показания свидетеля в целом носят путаный и непоследовательный характер, ряд обстоятельств она не может воспроизвести с точностью, отдельные сведения сообщает без объяснения источника осведомленности.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что в судебном заседании суда первой инстанции ходатайство о допросе свидетеля ФИО11 не заявлялось. Из имеющихся в деле протоколов судебных заседаний от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ следует, что вопрос об уважительности причин невозможности обеспечить явку данного свидетеля на разрешение суда первой инстанции не ставился и не являлся предметом рассмотрения.

Вместе с тем, даже принимая показания свидетеля ФИО11 во внимание, судебная коллегия приходит к выводу о том, что описанные ею действия ФИО3 не могут быть квалифицированы как фактическое принятие наследства.

Забирание медалей отца ответчика, хранившихся у матери, не является принятием наследственного имущества ФИО7, поскольку медали принадлежали отцу ответчика, а не наследодателю.

Забирание посуды, использованной для поминок, само по себе не свидетельствует о вступлении наследника во владение наследственным имуществом в смысле ст. 549 Гражданского кодекса УССР и п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку действия, связанные с организацией поминальных мероприятий и последующим получением имущества, задействованного в этих мероприятиях, не являются действиями по управлению или распоряжению наследственным имуществом как собственным.

Согласно прямому указанию, содержащемуся в абзаце 7 пункта 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании», получение компенсации на оплату ритуальных услуг и социального пособия на погребение не свидетельствует о фактическом принятии наследства.

По той же правовой логике организация поминок и действия, связанные с соблюдением поминальных обрядов, совершаются в целях памяти об умершем, а не в целях управления его имуществом как собственным. Ремонт входной калитки, произведенный по просьбе сестры ФИО8, фактически вступившей во владение домом, также не является выражением воли ФИО3 на принятие наследства, а представляет собой оказание помощи лицу, осуществлявшему фактическое владение имуществом.

Таким образом, ни по отдельности, ни в совокупности действия ФИО3, описанные как им самим, так и допрошенными по делу свидетелями, не свидетельствуют о фактическом принятии им наследства после смерти матери ФИО7 в установленный шестимесячный срок.

При этом обращение ФИО3 к нотариусу с заявлением о принятии наследства последовало лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя более 25 лет после открытия наследства, что само по себе свидетельствует об отсутствии с его стороны каких-либо активных действий, направленных на принятие наследственного имущества, на протяжении этого периода.

Следует также отметить, что согласно сведениям домовой книги ФИО3 снят с регистрационного учета по адресу спорного жилого дома еще в 1976 году, то есть задолго до смерти матери, и с тех пор по данному адресу не регистрировался и не проживал, что исключает применение к нему правила о фактическом принятии наследства путем совместного проживания с наследодателем.

Разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, а представленные сторонами доказательства оценил по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права, в том числе предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении дела не установлено.

Все доводы и доказательства, приводимые сторонами, были предметом оценки суда первой инстанции, обжалуемый судебный акт соответствует требованиям статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть включает в себя фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом; выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведённые в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения.

Ссылки на нормы права, регулирующие спорное правоотношение, установленные судом обстоятельства и мотивы, по которым суд первой инстанции отдал предпочтение одним доказательствам перед другими, правила оценки доказательств судом при разрешении спора соблюдены, тогда как несогласие стороны с результатами этой оценки не подпадает под приведённый в законе исчерпывающий перечень оснований к пересмотру судебного постановления.

Признав, что доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии обстоятельств, предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для её удовлетворения и пересмотра обжалуемого судебного акта.

Руководствуясь ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Нахимовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в трехмесячный срок.

Апелляционное определение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий В.В.Просолов

Судьи Ж.В.Григорова

Е.В.Козуб



Суд:

Апелляционный суд города Севастополя (Город Севастополь) (подробнее)

Ответчики:

Департамент по имущественным и земельным отношениям г. Севастополя (подробнее)

Судьи дела:

Просолов Виктор Викторович (судья) (подробнее)