Апелляционное постановление № 22-5952/2025 от 23 сентября 2025 г. по делу № 1-375/2025

Судья – Фойгель К.М. Дело № 22-5952/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Краснодар 24 сентября 2025 года

Краснодарский краевой суд в составе:

Председательствующего Конофьевой В.М.,

при ведении протокола с/з помощником судьи Осиповым А.Р.,

с участием прокурора Решетняк К.В.,

адвоката Гридина Д.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Павлиди В.М. на постановление Первомайского районного суда г. Краснодара от 31 июля 2025 года, которым

уголовное дело в отношении ФИО1 ...........16 обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, Пельц ...........17 обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, возвращено прокурору г. Краснодара в порядке ст. 237 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи, изложившего обстоятельства дела и доводы апелляционного представления, выслушав выступления участников судебного разбирательства, суд

У С Т А Н О В И Л :

Органами предварительного расследования ФИО1, обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, Пельц М.М., обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Уголовное дело по обвинению ФИО1, Пельц М.М. поступило в суд с обвинительным заключением для рассмотрения по существу 21 мая 2025 года.

31 июля 2025 года Первомайский районный суд г.Краснодара по итогам предварительного слушания вынес обжалуемое постановление о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО1 и Пельц М.М. прокурору на основании ч. 1 ст. 237 УПК РФ. В обоснование принятого решения суд сослался на то, что обвинительное заключение не содержит перечень имущества, которое, по мнению следственного органа ФИО1 присвоила, то есть похитила. Не указана стоимость похищенного имущества, его идентификационные и индивидуальные признаки. В материалах дела отсутствует экспертиза, определяющая и подтверждающая размер причиненного ущерба. Имеющееся в материалах уголовного дела заключение специалиста № 128-23-00105 от 21 февраля 2023 года выполненное союзом «Усть-Лабинская торгово-промышленная палата» по заявлению генерального директора ОАО «Кубаньавтосервис» - ФИО2, содержит выводы о среднерыночной стоимости всего имущества указанного в акте приема- передачи по состоянию на февраль 2023 года (т.1 л.д. 104). Экспертиза не была проведена в рамках предварительного следствия и не отражает, какое именно имущество было похищено подсудимыми, а лишь указывает на стоимость переданного ФИО1 имущества на основании акта приема-передачи. Представленная в материалы уголовного дела оценочная экспертиза (т. 1 л.д. 140) не отражает сведений об имуществе, которое, со слов представителя потерпевшего, фактически находилось в арендуемых ФИО1 нежилых помещениях и не отражено в акте приема-передачи. В ходе предварительного следствия не выяснено, какое именно имущество было похищено ФИО1, его стоимость, индивидуальные признаки. Сумма причиненного преступлением ущерба указана со слов потерпевшего. В обвинительном заключении отсутствуют основные данные, которые следователь обязан устанавливать и указывать в обвинительном заключении в соответствии со ст. 220 УПК РФ. Фактически объект преступления не указан, тем самым событие преступления, вмененное, не расписано. Следственным органом нарушена процедура продления срока следствия, срок по которому превышает 12 месяцев. Выполнение следственных и процессуальных действий, выполненных свыше установленных законом сроков следствия, включая составление обвинительного заключения, как и итогового процессуального документа по делу, не может быть признано законным.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Павлиди В.М. считает постановление суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, передать уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции для рассмотрения по существу. В обоснование своих доводов указывает, что мнение стороны защиты о неясности предъявленного обвинения опровергается материалами уголовного дела, поскольку в формулировке обвинения указаны все обстоятельства, подлежащие доказыванию согласно ст. 73 УПК РФ. Кроме этого, отсутствие сведений о конкретном наименовании того либо иного предмета не может служить основанием для его исключения из перечня похищенного имущества, поскольку согласно заявлению о преступлении, показаниям потерпевшего, ему в связи с совершенным преступлением причинен материальный ущерб, сумму которого он и указывает. Также, судом без получения пояснений следователя и руководителя следственного органа делается вывод о неверно примененных положениях закона при расследовании уголовного дела, что отнесено к специальному порядку обжалования, предусмотренного ст. 125 УПК РФ, наделяющей указанных должностных лиц правом участия и дачей пояснений по существу обжалуемых действий, а у суда возникает обязанность в силу положений ч. 3 ст. 125 УПК РФ.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

На основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления. Основанием для возвращения дела прокурору являются такие существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные на досудебной стадии расследования уголовного дела, которые являются препятствием к его рассмотрению и не могут быть устранены судом самостоятельно.

В соответствии с ч. 1 ст. 225 УПК РФ в обвинительном акте должно быть указано существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ в своих решениях, в частности, в постановлении от 08 декабря 2003 года № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан», по смыслу п.1 ч.1 ст.237 УПК Российской Федерации во взаимосвязи с п. п. 2 – 5 ч.1 той же статьи, а также со ст.215, 220, 221, 225 и 226 УПК Российской Федерации, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований данного Кодекса при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. При этом основанием для возвращения дела прокурору, во всяком случае, являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют, в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям данного Кодекса.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.14 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 года № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», возвращение уголовного дела прокурору должно рассматриваться как исключительное обстоятельство и осуществляться в тех случаях, когда невозможно в судебном заседании устранить недостатки, препятствующие рассмотрению дела.

Вопреки указанной норме закона и разъяснениям порядка ее применения, приведенные судом первой инстанции причины возвращения уголовного дела прокурору, не относятся к тем нарушениям закона, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу.

Мнение стороны защиты о неясности предъявленного обвинения опровергается материалами уголовного дела, поскольку в формулировке обвинения указаны все обстоятельства, подлежащие доказыванию согласно ст.73 УПК РФ.

В каждом случае описания присвоенного имущества, следователем указывается достаточные признаки описания такового, имеющиеся в распоряжении следственного органа, в том числе и сведения о его стоимости.

Отсутствие сведений о конкретном наименовании того либо иного предмета не может служить основанием для его исключения из перечня похищенного имущества, поскольку согласно заявлению о преступлении, показаниям потерпевшего, ему в связи с совершенным преступлением причинен материальный ущерб, сумму которого он и указывает.

Описание преступного деяния в предъявленном обвинении является процессуальной обязанностью следователя, которым использована логически верная последовательность описанных событий.

Так, согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, следователем указано на заключение ИП ФИО1 договора аренды недвижимого имущества от 15 февраля 2020 года и ООО «Кубаньавтосервис» с одновременно составленным Приложением №1, содержащим опись переданного движимого имущества, которое вверялось ИП ФИО1, т.е. арендатору. Стоимость вверенного имущества отражена в предъявленном обвинении, исходя из самого приложения - описи имущества и сведений, полученных из показаний представителя потерпевшего.

Именно это имущество, которое отражено в обвинении, тождественное описи - Приложению № 1 к договору аренды и вменяется подсудимым в совершенное присвоение.

Согласно ст. 73 УПК РФ ущерб является обстоятельством, подлежащим доказыванию и до представления государственным обвинений каких-либо доказательств, указание на необъективность его размера и фактически отсутствия доказательств его подтверждающих, преждевременно.

В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», основанием к возвращению уголовного дела определяется правовая ситуация при которой по уголовному делу не проведена экспертиза, согласно ст. 196 УПК РФ, регламентирующей производство обязательных судебных экспертиз.

В свою очередь ст. 196 УПК РФ закрепляет исчерпывающий список обстоятельств, для установления которых, необходимо проведение обязательных судебных экспертиз, и не содержит императивных требований, обязывающих проводить товароведческие экспертизы.

В этой связи, выводы относительно нарушений допущенных на досудебной стадии уголовного производства относительно установления ущерба являются необоснованными, кроме того, следует отметить, что суд в своем постановлении принимает позицию защитника, фактически ставящего вопрос о проведении дополнительных следственных действий, что является восполнением проведенного предварительного следствия и не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору ввиду прямого запрета, изложенного в правовой позиции п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 года № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству».

Выводы суда, изложенные в обжалуемом постановлении о том, что установление сроков предварительного следствия после отмены постановлений о приостановлении предварительного следствия является незаконным, противоречит приведенному в этом же постановлении суда определению Конституционного Суда РФ от 26 марта 2020 года № 759-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО3 на нарушение его конституционных прав пунктом 2.1 части первой статьи 39, частью шестой статьи 162, пунктом 1 части первой статьи 208 и частью второй статьи 211 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», поскольку согласно тексту данного определения, оспариваемые заявителем законоположения не содержат каких-либо изъятий из принципов законности и разумного срока уголовного судопроизводства (статьи 6.1 и 7 УПК РФ), предполагающих соблюдение требований законности, обоснованности и мотивированности процессуальных решений и принятие мер, необходимых для ускорения расследования, а предусмотренный ими порядок продления срока предварительного следствия может применяться лишь законно, без злоупотребления правом на его использование, они не могут расцениваться в качестве нарушающих права заявителя в обозначенном им аспекте. Следовательно, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Таким образом, Первомайским районным судом г. Краснодара, при возвращении уголовного дела прокурору фактически дана оценка действиям следователя и руководителя следственного органа, как совершенных при злоупотреблении правом.

При указанных обстоятельствах судом без получения пояснений следователя и руководителя следственного органа делается вывод о неверно примененных положениях закона при расследовании уголовного дела, что отнесено к специальному порядку обжалования, предусмотренного ст. 125 УПК РФ, наделяющей указанных должностных лиц правом участия и дачей пояснений по существу обжалуемых действий, а у суда возникает обязанность в силу положений ч. 3 ст. 125 УПК РФ.

Такой процедуры рассмотрения доводов ходатайства судом не соблюдено, однако в мотивировке постановления о возращении уголовного дела прокурору судом делаются выводы о нарушении порядка продления срока предварительного следствия, предусмотренного ст. 162 УПК РФ, что в свою очередь не является основанием, предусмотренным и изложенным в ст.237 УПК РФ.

В соответствии со ст. 38 УПК РФ следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу. В его полномочиях самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, в том числе уполномочен согласно ст. 208 УПК РФ приостанавливать производство по уголовному делу по любому из изложенных в ней оснований.

Согласно ст. 39 УПК РФ руководитель следственного органа уполномочен проверять материалы уголовного дела, отменять незаконные или необоснованные постановления следователя.

В соответствии с ч. 6 ст. 162 УПК РФ руководитель следственного органа вправе устанавливать срок предварительного следствия в пределах одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю вне зависимости от того, сколько раз оно до этого возобновлялось, прекращалось либо возвращалось для производства дополнительного следствия, и вне зависимости от общей продолжительности срока предварительного следствия.

Вместе с тем, действия, бездействие следователя либо руководителя следственного органа якобы злоупотребляющих вышеизложенными правами продления срока следствия не обжаловались на досудебной стадии уголовного судопроизводства в порядке судебного контроля.

Принятые по уголовному делу процессуальные решения о приостановлении предварительного следствия и его возобновлении, принимались уполномоченным должностным лицом в пределах своих полномочий и прав, определённых вышеуказанными нормами УПК РФ и каждое из них обусловлено сложившейся по уголовному делу фактической обстановкой при его расследовании. Каких - либо решений, влекущих необходимость возвращения уголовного дела прокурору следователями и руководителем следственного органа, не принималось.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», указывающие на то, возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве.

Таким образом, судом необоснованно сделан вывод о невозможности постановления приговора либо принятия иного решения по уголовному делу в отношении ФИО1 и Пельц М.М. на основании имеющегося в уголовном деле обвинительного заключения.

В соответствии с вышеизложенным, вынесенное постановление Первомайского районного суда г. Краснодара от 31 июля 2025 года о возврате прокурору уголовного дела на основании ч. 1 ст. 237 УПК РФ по обвинению ФИО1 ...........18 обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, Пельц ...........19 обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст.160, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ является незаконным, основано на непроверенных судом доказательствах, и не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признает выводы суда о невозможности постановления судом приговора или иного итогового решения необоснованными, а постановление о возвращении уголовного дела прокурору подлежащим отмене с направлением его для рассмотрения со стадии подготовки в тот же суд в ином составе суда.

Оснований для изменения избранной ФИО1 и Пельц М.М. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Первомайского районного суда г. Краснодара от 31 июля 2025 года отменить, апелляционное представление государственного обвинителя Павлиди В.М. – удовлетворить.

Направить уголовное дело на новое рассмотрение в отношении ФИО1 и Пельц М.М. в Первомайский районный суд г.Краснодара, со стадии подготовки в ином составе.

Меру пресечения ФИО1 и Пельц М.М. оставить прежнюю.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий В.М. Конофьева