Апелляционное постановление № 22-397/2025 от 9 июля 2025 г.

Председательствующий-Завгородний А.В. Дело № 22-397/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

10 июля 2025 года г. Горно-Алтайск

Верховный Суд Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи Шатина А.К.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Республики Алтай Казандыковой С.А.,

осужденных ФИО2, ФИО1,

защитников – адвокатов Щербаковой Е.А., Манатовой Е.В.,

при секретаре Щигреевой В.А.,

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО2, его защитника Щербаковой Е.А., защитника Инякиной М.Ю. в интересах ФИО1 на приговор Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай от <дата>.

Заслушав доклад судьи Шатина А.К., выслушав выступление осужденного ФИО2 и его защитника-адвоката Щербакову Е.А., осужденного ФИО1 и его защитника Манатову Е.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Казандыковой С.А., полагавшей необходимым приговор суда изменить, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Приговором Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай от <дата>

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ к штрафу в размере 45000 рублей с указанием реквизитов.

Мера пресечения в отношении ФИО1, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена прежней, по вступлении приговора в законную силу постановлено отменить.

ФИО1 освобожден от уплаты процессуальных издержек.

В соответствии со ст.115 УПК РФ арест, наложенный на имущество, принадлежащее ФИО1: земельный участок, кадастровый №, место расположения которого установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: <адрес>, земли колхоза им. Чапаева, до оплаты штрафа в полном объеме сохранена.

ФИО2, <дата> года рождения, уроженец <адрес> Республики Алтай, гражданин РФ, ранее не судимый,

осужден по ч.4 ст. 33, ч.1 ст.285 УК РФ к штрафу в размере 50 000 рублей с указанием реквизитов.

Мера пресечения в отношении ФИО2, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена прежней, по вступлении приговора в законную силу постановлено отменить.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1 осужден за то, что, являясь должностным лицом, из корыстной и иной личной заинтересованности, использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы, что повлекло существенное нарушение охраняемых законов интересов общества и государства.

ФИО2 осужден за то, что, являясь должностным лицом, из корыстной и иной личной заинтересованности совершил подстрекательство к использованию должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, что повлекло существенное нарушение охраняемых законов интересов общества и государства.

Преступление ими совершено <дата>, на территории <адрес> Республики Алтай, при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в описательно – мотивировочной части приговора суда.

Осужденные ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании вину не признали.

При этом, осужденный ФИО1 в судебном заседании показал, что ночью 27.09.2022г. он и В. находились на дежурстве, передвигаясь на служебном автомобиле в составе патруля ДПС. В указанный день около 5 часов 23 минут в <адрес> – Алтайске РА они обнаружили, что знак 8.22.1 «Препятствие» находится на проезжей части, а далее на стоянке у <адрес> увидели стоявший автомобиль Лексус РХ330, водителя рядом не было. Они подъехали к автомобилю, обнаружили, что у него имеются повреждения с левой стороны: колесо и зеркало. Он сфотографировал машину и отправил фотоснимки дежурному инспектору для сведения и принятия решения. В его компетенцию не входит составление протоколов об административных правонарушениях. Он не видел водителя машины, не собирался скрывать факт происшествия от сотрудников ГИБДД, ФИО2 не сообщал ему, кто является водителем автомобиля, не уговаривал его не привлекать того к административной ответственности. Для него не было очевидным, что именно Лексус РХ330 сбил данный знак.

Осужденный ФИО2 в судебном заседании показал, что 27.09.2022г. он был в отпуске в <адрес>. Утром ему позвонил П., после разговора с ним он позвонил в дежурную часть ГИБДД, а затем ФИО1 Последний сообщил ему, что он не уверен, что автомобиль Лексус РХ330 сбил дорожный знак. Он ему посоветовал сфотографировать автомобиль, фотографии переслать сотруднику по розыску, и заняться дальнейшим патрулированием. Он не уговаривал ФИО1 не привлекать водителя к административной ответственности, и не просил его не задерживать машину. ФИО3 в дальнейшем привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, что свидетельствует об отсутствии общественно – опасных последствий.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 указал, что считает приговор суда незаконным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела и нарушениями норм УПК РФ. В обоснование своих доводов осужденный указывает о том, что судом не должным образом оценены его показания, показания свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, эксперта Мурса, экспертное заключение от <дата>, приказ об утверждении Наставления об организации деятельности ДПС. В связи с вышесказанным, просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе защитник Щербакова Е.А. в интересах осужденного ФИО2 просит приговор отменить, в связи с тем, что вина ФИО2 не доказана, а именно факт влияния ФИО10 путем уговоров подстрекательства последнего к совершению должностного преступления, а также не доказано ненадлежащее исполнение обязанностей ФИО10, которые входили в компетенцию последнего. Кроме этого суд использует не относимое доказательство, поскольку разговор, содержание которого приводит суд в приговоре, имел место за пределами времени, то есть один из разговоров ФИО2 с ФИО3 имел место за пределами времени, которое зафиксировано в приговоре, указанное в описательно-мотивировочной части. В результате допроса эксперта М. установлено, что вывод эксперта о том, что в диалоге ФИО2 и ФИО3 содержится побуждение к помощи, основан исключительно на оценке экспертом разговора между ФИО3 и Алексеем, который состоялся после разговора ФИО3 и ФИО2, в связи с чем сторона защиты приходит к выводу о неосведомленности ФИО2 о совершении ФИО3 ДТП в состоянии алкогольного опьянения, а суд в свою очередь с учетом разъяснений эксперта в судебном заседании должным образом не дал оценку заключению эксперта. Автор жалобы также указывает, что суд не дал оценки содержанию Приказа МВД об утверждении Наставления об организации деятельности ДПС, между тем, именно на основании указанного документа ФИО10 и ФИО6 выполнили весь объем установленных для них обязанностей, а именно, обнаружив недостатки в содержании улично-дорожной сети, зафиксировали путем фотосъемки и передали информацию сотрудникам дежурной части. Указанное еще раз подтверждает, что ФИО2 не допустил противоправного воздействия путем использования авторитета занимаемой им должности и уговоров на подчиненного по службе инспектора ФИО10 с целью подстрекательства последнего к использованию своих должностных полномочий вопреки интересам службы. ФИО10 в свою очередь не уклоняясь от исполнения служебных обязанностей по выявлению, фиксации и оформлению ДТП и административных правонарушений не совершил преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ. Кроме того, судом не должным образом оценены показания самого ФИО2, об отсутствии общественно-опасных последствий вменяемого в вину деяния, о том, что он не обладал сведениями до <дата> о не привлечении ФИО3 к ответственности за оставление места ДТП, и после того им была организована проверка по указанному факту, в результате которой ФИО3 привлечен к ответственности.

В апелляционных жалобах защитник Инякина М.Ю. в интересах ФИО1, считает приговор суда незаконным и необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, выводы приговора противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, в связи с чем просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор. Суд не принял показания свидетелей ФИО3, ФИО7, ФИО6, ФИО8, ФИО5, ФИО9, ФИО4, посчитал их неверными, поскольку они противоречат исследованным в суде доказательствам. В качестве доказательства суд привел заключение эксперта № от <дата>, однако, показания эксперта, данные в судебном заседании, не оценил и посчитал выводы экспертизы безусловным доказательством вины ФИО10. Согласно исследованной в судебном заседании видеозаписи с событиями от <дата> о возможном ДТП ФИО10 и ФИО6 сообщено дежурному ФИО5 в Управление ГИБДД путем направления фотографий и устного сообщения в установленном порядке, в связи с чем выводы суда о том, что, поддавшись уговорам ФИО2, ФИО10 не привлек ФИО3 к административной ответственности, не состоятельны. Вместе с тем, ФИО10 полномочиями по составлению протоколов об административных правонарушениях не обладал, такая обязанность возложена на дознавателя, об этом сообщили свидетели по делу ФИО4, ФИО5, ФИО8 и прочие свидетели. Кроме этого, имелись только предположения о причастности к ДТП автомобиля, расположенного в удалении от места обнаружения знака, который имел повреждения. Водителя на месте не было и оснований полагать, что проходящие мимо 2 мужчины и женщина имеют отношение к владению и управлению этим автомобилем, у экипажа не было. ФИО10 не мог знать, что к ДТП причастен ФИО3, и тем более, что тот находился в состоянии алкогольного опьянения. Таким образом, ФИО10 выполнил свои обязанности в полном объеме и при таких обстоятельствах, в действиях ФИО10 отсутствует состав инкриминируемого преступления.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО2, его защитника Щербаковой Е.А., защитника осужденного ФИО1 – Инякиной М.Ю. и.о. прокурора <адрес> Полыгалов Е.К. просит оставить приговор суда – без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО2 и защитников, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

ФИО2 и ФИО1 осуждены законно и обоснованно, их вина в совершенном преступлении нашла свое подтверждение совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, изложенных в приговоре, получивших верную оценку суда.

Вопреки доводам жалоб, приговор отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, в нем указаны фактические обстоятельства совершения преступления, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденных в содеянном, и мотивированы выводы относительно квалификации преступления и назначенного наказания.

Суд дал верную оценку показаниям осужденных.

Суд апелляционной инстанции также признает недостоверными показания осужденных ФИО2, ФИО1 в части того, что ФИО1 не имел полномочий на составление протоколов об административных правонарушениях, а данными полномочиями обладал лишь свидетель А., осужденный ФИО2 не уговаривал ФИО1 бездействовать в отношении П., не привлекать последнего к административной ответственности, не просил ФИО1 не задерживать машину, ФИО2 не был осведомлен о совершении П. административного правонарушения, ФИО1 не было известно, что именно водителем автомобиля «Лексус» совершено данное административное правонарушение, поскольку данные показания опровергаются совокупностью исследованных, согласующихся между собой доказательств, указанных в приговоре суда.

Так, свидетель В. показал, что около 5 часов <дата>, передвигаясь на служебном автомобиле ДПС по маршруту патрулирования в <адрес> – Алтайске, они с ФИО1 заметили, что в районе ТЦ «Горный» дорожный знак, который должен быть закреплен на столбе, лежит на проезжей части. Он прислонил знак к ограждению, примерно через 200 метров они обнаружили стоящий автомобиль «Лексус» с повреждениями, которые он сфотографировал. Он позвонил в дежурную часть А., сообщил про поврежденный знак и автомобиль, фотографии отправил последнему. Очевидных признаков того, что ДТП совершил указанный автомобиль, не было. Когда уезжали, ФИО10 звонил ФИО2, зачем, он не спрашивал. Оформлением ДТП занимается дознаватель, а они выявляют правонарушения и передают информацию об этом.

Из показаний свидетеля П., данных им в ходе предварительного следствия и оглашенных в ходе судебного заседания, следует, что у него имеется телефон с номерами 89635107988, 89236635008, ими пользуется только он. В ночь с 26 на 27.09.2022г. он употреблял спиртное с мужчиной и женщиной, с которыми он познакомился накануне. Ночью с данными лицами на своем автомобиле «Лексус», он поехал по <адрес> – Алтайску, передвигаясь в районе ТЦ «Горный» он в силу алкогольного опьянения допустил наезд на металлическое ограждение, разделяющее полосы движения и сбил данный дорожный знак. Он увидел, что повредил левое зеркало, а также порвал покрышку левого переднего колеса. Он решил покинуть место ДТП, проехав около 100 метров, он остановил машину на стоянке. Они все вышли из машины. В этот момент он увидел, что к месту ДТП подъехал автомобиль ДПС. Испугавшись того, что его привлекут к административной ответственности и заберут автомобиль, он позвонил по телефону своему товарищу ФИО2 на №, которому рассказал о ДТП, и попросил его, чтобы он «спас» ситуацию, чтобы позвонил сотрудникам ДПС и сказал им не составлять в отношении П. административные материалы, и не забирать машину. После, сотрудники ДПС уехали. В дальнейшем, он отремонтировал автомобиль в СТО. В ноябре 2022 г. его вызвали в ГИБДД, затем он был привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ.

В судебном заседании свидетель П. показания, данные им в ходе предварительного следствия и оглашенные в ходе судебного заседания, подтвердил частично, указав, что он не видел, как к месту ДТП подъехал автомобиль ДПС, не сбивал знак, не рассказывал ФИО2 обстоятельства ДТП, не просил его сказать сотрудникам ДПС, чтобы они не составляли в отношении него административные материалы.

Суд апелляционной инстанции признает показания свидетеля П., данные им в ходе предварительного следствия и оглашенные в ходе судебного заседания, последовательными, логичными, достоверными, они получены с соблюдением требований уголовно – процессуального закона и подтверждаются совокупностью других доказательств.

Показания свидетеля П., данные им в ходе судебного заседания суд апелляционной инстанции признает недостоверными, поскольку данные показания опровергаются совокупностью исследованных, согласующихся между собой доказательств, указанных в приговоре суда.

Из показаний свидетеля Т. следует, что с <дата>г. он являлся инспектором дежурной группы ОРДПС ГИБДД МВД по РА, с 26 по <дата> он находился на службе. Кроме него на службе в дежурной части нес службу А., который являлся и.о. инспектора по разбору. Во время смены, после отдыха от ФИО5 ему стало известно, что наряд третьей смены ОРДПС ГИБДД МВД по <адрес> ему сообщил, что обнаружили на стоянке автомобиль с повреждениями от наезда на металлическое ограждение, факта ДТП нет и ему выезжать не обязательно. Поскольку факта ДТП не было, поэтому он данный факт в журнал записей дежурного не вносил. Кроме этого, от ФИО5 ему стало известно, что по номеру дежурной части звонил ФИО2 и спрашивал, кто дежурит по маршруту «Трактовая-Мебельная». Говорили ли сотрудники третей смены ОРДПС ГИБДД МВД по <адрес> о том, что на проезжей части лежал дорожный знак, он не знает, но предполагает, что если бы А. они сказали, то А. его поставил бы в известность, а сам А. бы выехал на место ДТП, и сам бы оформил данные о ДТП и внес все в базу. Поскольку А. скидывали фотографию поврежденного автомобиля, А. попытался связаться с хозяином автомобиля, однако, телефон тот не взял.

Аналогичные показания дал свидетель А.

Из показаний свидетеля защиты К. следует, что в сентябре 2022г. он занимал должность заместителя начальника УГИБДД МВД по РА. Деятельность сотрудников ДПС регулируется приказом МВД РФ «Об утверждении наставления о ДПС» № ДСП, должностными инструкциями сотрудников. Водителя автомобиля на месте не было, осужденные выполнили свои обязанности, на них не возложена обязанность оформлять административные материалы, это должен был делать иной сотрудник.

Судом дана надлежащая оценка показаниям указанных свидетелей, а также иных свидетелей, в том числе, показаниям о том, что у осужденного Т. и свидетеля В. отсутствует обязанность оформлять административные материалы, оснований для иной оценки суд апелляционной инстанции не усматривает.

Виновность осужденных в совершении преступлений также подтверждается показаниями свидетелей Т., У., В., К., Л., С., П., С., материалами оперативно – розыскной деятельности, справками – меморандумами по материалам оперативно – розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» от 17.11.2022г., протоколом осмотра и прослушивания компакт – дисков данного оперативно – розыскного мероприятия, протоколами осмотра и обыска, ответами ПАО «Вымпел Ком» и ПАО «МТС», выписками из приказов МВД по РА о назначении осужденных на должность: ФИО1 – на должность старшего инспектора отдельной роты ДПС ГИБДД МВД по РА, ФИО2 – на должность заместителя командира отдельной роты ДПС ГИБДД МВД по РА, должностным регламентом осужденных и другими доказательствами, которые участниками судебного разбирательства не оспариваются.

Согласно протокола осмотра и прослушивания компакт – дисков оперативно – розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» от 17.11.2022г. прослушаны телефонные переговоры – между П. и осужденным ФИО2, в ходе которого П. рассказывает осужденному ФИО2, что «попал» и машину бросил на стоянке в районе «Жилмассива», просит «спасти» всю ситуацию, машина ему нужна дома и говорит, что подъехала машина ДПС, а также между П. и осужденным ФИО2, в ходе которого П. рассказывает осужденному ФИО2, что машина ДПС уже уехала, ФИО2 говорит П., чтобы тот забрал машину, а также между П. и мужчиной по имени Алексей, в ходе которого П. рассказывает Алексею, что он ударил автомобиль «Лексус», после сразу позвонил другу – заместителю начальника ГАИ и просил того, чтобы не трогали, и сотрудники ДПС уехали, иначе «забрали бы права и сидел бы»…, а также между осужденными ФИО2 и ФИО1, в ходе которого осужденный ФИО2 спрашивает, где находится ФИО1, получает от последнего информацию о том, что он полагает, что дорожный знак сбил автомобиль «Лексус» с номером «490» и они фотографируют его. ФИО2 сообщает, что водитель автомобиля – его знакомый. ФИО1 говорит: «да, вон они идут». Осужденный ФИО2 просит ФИО1, чтобы «он съездил куда – нибудь, фотографии пусть будут, и все». Он – ФИО2, позвонит водителю, чтобы тот убрал машину. ФИО1 соглашается.

Согласно заключению экспертизы № от <дата>, 1) в диалоге П. и ФИО2 содержится побуждение в форме просьб. Субъектом побуждения выступает П., объектом побуждения – ФИО2 Содержанием побуждения является помощь, заключающаяся в звонке и разговоре ФИО2 со своими подчиненными о том, чтобы они не совершали никаких действий по отношению к П. и его автомобилю. 2) В диалоге ФИО1 и ФИО2 обнаружены побуждения в форме просьб. Субъектом побуждения выступает ФИО2, объектом побуждения – ФИО1 Содержанием побуждений выступает создание фотоизображений автомобиля – участника дорожно-транспортного происшествия, а также последующее бездействие в ситуации дорожно-транспортного происшествия. 3) В диалоге ФИО1 и ФИО2 в репликах ФИО1 содержится информация о цвете и марке автомобиля – участника дорожно-транспортного происшествия. В репликах ФИО2 обнаружена информация о владельце данного автомобиля – лице, с которым ФИО2 был ранее знаком.

Доводы осужденного ФИО2 и защиты о том, что в нарушение требований уголовно – процессуального закона в приговоре отсутствуют показания и оценка данных показаний эксперта М., проводившей указанную экспертизу и допрошенной в судебном заседании, показавшей, что при ответе на вопрос 1 она использовала также и телефонный разговор, состоявшийся между П. и мужчиной по имени Алексей, сам по себе телефонный разговор, состоявшийся между П. и ФИО2, без учета телефонного разговора между П. и мужчиной по имени Алексей, не содержит побуждений со стороны П. в форме просьб – оказании помощи, заключающейся в звонке и разговоре ФИО2 со своими подчиненными о том, чтобы они не совершали никаких действий по отношению к П. и его автомобилю, диалог, состоявшийся между ФИО2 и ФИО1 носит межличностный, не институциональный характер, их роли начальник – подчиненный, установлены ею из постановления следователя о назначении экспертизы, ее показания свидетельствуют о невиновности осужденных в совершении преступлений, несостоятельны.

Суд апелляционной инстанции признает, что указанные показания эксперта М. не свидетельствуют о невиновности осужденных в совершении данных преступлений, поскольку из анализа телефонных переговоров между П. и ФИО2, между осужденными, следует, что в ходе телефонного разговора П. просил ФИО2, чтобы тот попросил сотрудников ОРДПС ГИБДД МВД по РА не привлекать его к административной ответственности и не забирать его автомобиль.

При этом, о том, что ФИО2 понял просьбу П. именно таким образом, свидетельствует состоявшийся сразу после указанного разговора телефонный разговор между осужденными ФИО2 и ФИО1, в ходе которого осужденный ФИО2, получив информацию о ДТП от ФИО1, сообщает тому, что водитель автомобиля – его знакомый, просит ФИО1, чтобы «он съездил куда – нибудь, фотографии пусть будут, и все», он – ФИО2, позвонит водителю, чтобы тот убрал машину. ФИО1 соглашается.

При этом, отсутствие в приговоре показаний эксперта М. и их оценки, не свидетельствует о незаконности приговора.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 являлся непосредственным командиром ФИО1

При указанных обстоятельствах, доводы жалоб о том, что осужденный ФИО1 выполнил все должностные обязанности, которые должен был выполнить в данной ситуации, необоснованны.

Доводы жалоб о том, что осужденный ФИО1 ввиду Наставления по организации деятельности ДПС ГИБДД МВД РФ, утверждённого приказом МВД РФ от <дата>г. № дсп, а также установленного порядка несения службы в МВД по РА, не имел полномочий по составлению административных материалов, проколов об административных правонарушениях, несостоятельны, поскольку данные обязанности прямо закреплены в его должностном регламенте (инструкции), в Федеральном законе РФ № - ФЗ от 07.02.2011г. «О полиции», в других нормативных актах.

Доводы жалоб в части того, что второй разговор между П. и ФИО2, в ходе которого П. рассказывает осужденному ФИО2, что машина ДПС уже уехала, ФИО2 говорит П., чтобы тот забрал машину, состоялся 27.09.2022г. в 05 часов 29 минут, что находится за пределами вмененного осужденным периода времени, необоснованны.

Сообщение указанных сведений в ходе данного разговора не имеет отношения к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по данному делу.

Доводы жалоб в части того, что время указанных телефонных переговоров, указанное органом предварительного следствия и в материалах ОРД, противоречит времени, указанному в кадрах видеозаписи из салона служебной машины, также несостоятельны.

Точное время указанных телефонных переговоров, помимо материалов ОРД, подтверждается также и ответами ПАО «Вымпел Ком» и ПАО «МТС».

При установленных в судебном заседании обстоятельствах, выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ, как использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, так как это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, а у ФИО2 – в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 33, ч.1 ст. 285 УК РФ, являются законными, обоснованными и мотивированными.

При этом, суд апелляционной инстанции полагает, что диспозиция совершенного ФИО2 преступления подлежит уточнению, его необходимым считать осужденным по ч.4 ст. 33, ч.1 ст. 285 УК РФ, за подстрекательство к использованию должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, так как это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в склонении другого лица к совершению преступления путем уговоров.

Судом установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом, использовал из иной личной заинтересованности, выразившейся в желании оказать услугу неимущественного характера своему командиру ФИО2, знакомым которого является П., и в интересах которого ФИО2 обратился с просьбой о непринятии мер административного воздействия, свои служебные полномочия вопреки интересам службы, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, т.к. были нарушены закрепленные в КоАП РФ принципы равенства лиц, совершивших административные правонарушения перед законом, неотвратимости наказания за совершение административного правонарушения, а также дискредитировал и дезорганизовал нормальную, регламентированную законом деятельность организаций, в том числе, МВД по РА и ГИБДД МВД по РА, чем подорвал авторитет указанных правоохранительных органов.

ФИО2 подстрекал путем уговоров ФИО1 к использованию должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, так как это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Доводы защиты об отсутствии общественно – опасных последствий от преступлений ввиду того, что позже П. был привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, несостоятельны, поскольку постановлением и.о. мирового судьи судебного участка № <адрес> – Алтайска от 30.11.2022г. за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, П. назначен административный арест на 5 суток.

Таким образом, П. был привлечен к административной ответственности после того, как преступление было выявлено сотрудниками УФСБ РФ по РА и по данному факту проводились проверочные мероприятия.

При назначении наказания суд учел требования ст.60 УК РФ, характер и степени общественной опасности совершенных преступлений, отнесенных законом к преступлениям средней тяжести, данные о личности виновных лиц, в том числе, их возраст, семейное положение, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд обоснованно учел наличие на иждивении осужденного несовершеннолетних детей, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, оказание помощи престарелой матери, наличие ведомственных наград.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд обоснованно учел наличие на иждивении осужденного несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья близких родственников, оказание помощи родителям, наличие ведомственных наград.

Иных, не учтенных судом первой инстанции обстоятельств, которые могли бы быть признаны в качестве смягчающих наказание, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Отягчающих наказание осужденных обстоятельств судом обоснованно не установлено.

Каких-либо оснований для применения при назначении наказания осужденным положений ст. 64 УК РФ, а также для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, судом первой инстанции по делу обоснованно не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Приняв во внимание указанные обстоятельства, суд обоснованно назначил осужденным наказание в виде штрафа.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно ст.389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости исключения из осуждения ФИО1 и ФИО2 признака корыстной заинтересованности, поскольку доказательств, подтверждающих корыстную заинтересованность осужденного ФИО1, т.е. стремление путем совершения указанных неправомерных действий получить для себя или иных лиц выгоду имущественного характера, суду не представлено.

Исключение из осуждения данного признака преступления влечет снижение осужденным наказания.

Кроме того, как установил суд, осужденный ФИО1 признан исполнителем преступления, а осужденный ФИО2 – подстрекателем.

Согласно ч.1 ст.34 УК РФ ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления.

Суд не учел данного требования закона и назначил осужденному ФИО2 наказание в большем размере, чем осужденному ФИО1, данное наказание, назначенное ФИО2, не может быть признано справедливым, оно подлежит снижению.

Ч.1 ст.18 УПК РФ предусмотрено ведение уголовного судопроизводства на русском языке.

Согласно ч.6 ст. 1 Федерального закона от <дата> № 53-ФЗ "О государственном языке Российской Федерации", при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использования слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка (в том числе нецензурной брани), за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке.

Присутствие в тексте приговора нецензурной брани, является прямым нарушением требований действующего законодательства.

Употребление нецензурной брани и распространение материалов, содержащих нецензурную брань, противоречит закону и общепринятым нравственно-этическим нормам.

Судом первой инстанции указанные выше требования законов нарушены, поскольку в описательно-мотивировочной части приговора при изложении телефонных переговоров П. и ФИО2, П. и мужчины по имени Алексей, ФИО2 и ФИО1 (листы приговора 26,27,28,29), а также при изложении результатов просмотра видеофайлов из салона служебного автомобиля (листы приговора 30, 31, 32, 33), приведены сокращения, обозначающие нецензурную брань, что неприемлемо в официальных документах.

При таких обстоятельствах, приговор подлежит изменению, а указание на нецензурные выражения из текста описательно-мотивировочной части приговора – исключению.

В соответствии со ст.240 УПК РФ в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию. Приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Между тем, принимая решение о виновности осужденного в совершении инкриминируемых ему преступлений, суд первой инстанции сослался в приговоре на выписку из приказа МВД по РА об увольнении ФИО1 (т.3 л.д.197), выписку из приказа МВД по РА об увольнении ФИО2 (т.3 л.д.198). которые не оглашались судом и не были исследованы.

Суд апелляционной инстанции принимает решение об исключении из числа доказательств указанных выписок.

Каких-либо иных нарушений уголовно-процессуального закона либо неправильного применения уголовного закона при рассмотрении уголовного дела и постановлении приговора, которые являлись бы основанием к отмене или изменению приговора, судом первой инстанции допущено не было.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Приговор Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай от <дата> в отношении ФИО10 и ФИО2 изменить.

Исключить из осуждения ФИО1 по ч.1 ст.285 УК РФ признак корыстной заинтересованности.

Снизить назначенное ФИО1 по ч.1 ст.285 УК РФ наказание в виде штрафа до 35000 рублей.

Исключить из осуждения ФИО2 по ч.4 ст.33, ч.1 ст.285 УК РФ признак корыстной заинтересованности.

Снизить назначенное ФИО2 по ч.4 ст.33, ч.1 ст.285 УК РФ наказание в виде штрафа до 30000 рублей.

Исключить из текста описательно – мотивировочной части приговора указание на нецензурные выражения при изложении телефонных переговоров П. и ФИО2, П. и мужчины по имени Алексей, ФИО2 и ФИО1 (листы приговора 26,27,28,29), а также при изложении результатов просмотра видеофайлов из салона служебного автомобиля (листы приговора 30, 31, 32, 33).

Исключить из числа доказательств выписку из приказа МВД по РА об увольнении ФИО1 (т.3 л.д.197), выписку из приказа МВД по РА об увольнении ФИО2 (т.3 л.д.198).

В остальной части приговор оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО2, защитников – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационной инстанции.

Председательствующий А.К. Шатин