Приговор № 22-4354/2025 от 26 ноября 2025 г.

судья Труфанова И.А. дело №22-4354/2025

УИД 22RS0001-01-2025-000861-64

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Барнаул 27 ноября 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Друзя С.А.,

судей Погарской А.А., Заплатова Д.С.,

при помощнике судьи Лагерниковой Е.В.,

с участием:

прокурора Пергаевой А.В.,

адвоката Ишенина А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Зацепина Е.В. на приговор Алейского городского суда Алтайского края от 25 сентября 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ рождения, уроженец <адрес>, несудимый,

- осужден по ч.1 ст.109 УК РФ к 2 годам исправительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, на основании ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей: не менять место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, куда являться один раз в месяц.

По делу разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств, процессуальных издержках.

Заслушав доклад судьи Погарской А.А. и выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в причинении по неосторожности смерти М.М.В.

Преступление совершено 19 марта 2025 года в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в судебном заседании.

В судебном заседании ФИО1 вину признал частично.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Зацепин Е.В., выражая несогласие с приговором в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания, подробно приводя обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, как они установлены судом, в результате двух ударов ладонью по лицу, толчка в спину, от чего потерпевший споткнулся об порог, упал и ударился шеей в районе левого ближнего угла кухонного стола, от чего получил телесные повреждения в виде тупой травмы шеи, закрытого сгибательного безоскольчатого перелома правого большого рога подъязычной кости, округлых кровоподтеков на передней поверхности шеи справа в средней трети (3) и на передней поверхности шеи слева в средней трети (2) с массивными кровоизлияниями в подлежащих тканях шеи в их проекции, которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, указывает, что согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы, при обстоятельствах, указанных ФИО1 при проверке показаний на месте, не исключается, хотя и маловероятно, образование перелома правого рога подъязычной кости, и не объясняется образование округлых кровоподтеков в области шеи, при этом сторона падения потерпевшего указана осужденным неверно, поскольку удар должен располагаться с правой, а не с левой стороны. Указанные выводы эксперт Г. подтвердил в судебном заседании, указав, что травма, ставшая причиной смерти М.М.В., носит комбинированный характер, образовалась от воздействия твердых тупых предметов, более вероятной причиной перелома подъязычной кости является сдавление шеи руками, при падении и ударе об стол шеей должен образоваться кровоподтек полосовидной формы, которого нет. Обращает внимание, что оценка указанным доказательствам, в том числе показаниям эксперта, судом не дана, а версия осужденного, которую суд принял за основу при вынесении решения, не объясняет наличие на шее потерпевшего кровоподтеков округлой формы, которые, как указывает эксперт, образовались от сдавления шеи пальцами рук. Более того, показания эксперта в этой части не отражены в приговоре. Помимо этого, судом не дана оценка непоследовательным и противоречивым показаниям осужденного в ходе предварительного расследования и судебного заседания, неверном указании стороны падения при проверке показаний на месте, высказывании версии о падении через длительный промежуток времени после происшедших событий. Обращает внимание, что потерпевший последовательно указывал свидетелям о нанесении телесных повреждений исключительно <данные изъяты>, об иных лицах никогда не заявлял, чему также не дана оценка судом. Фактические обстоятельства свидетельствуют о причинении осужденным тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего. Необоснованная переквалификация действий ФИО1 повлекла назначение чрезмерно мягкого наказания. Просит приговор отменить, вынести новый апелляционный приговор, которым ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы сроком 6 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, меру пресечения изменить на заключение под стражу, срок наказания исчислять с момента задержания, зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В возражениях адвокат Ишенин А.А. просит приговор оставить без изменения, апелляционное представление- без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора вследствие мягкости наказания, которые могут быть устранены в суде апелляционной инстанции путем вынесения нового апелляционного обвинительного приговора.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что 19 марта 2025 года в период с 20 час. 30 мин. до 23 час. 09 мин. по <адрес>, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений, реализуя преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, осознавая общественно-опасный характер своих действий, предвидя неизбежность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не предвидя возможности наступления смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть, ФИО1 схватил руками за одежду М.М.В. в области грудной клетки и плеч, выталкивал из помещения дома, с силой поочередно не менее одного раза надавливал руками и локтевым сгибом рук на грудную клетку М.М.В., нанес ему не менее одного удара рукой и не менее одного удара ногой в область грудной клетки слева, удерживал руками за одежду в области грудной клетки и плеч, с силой толкал М.М.В., тем самым не менее одного раза ударил его головой об дверную коробку, не менее одного раза сдавливал руками и локтевым сгибом в области грудной клетки последнего, упирая в дверную коробку, нанес не менее 21 удара руками и ногами в область лица, головы, верхних и нижних конечностей М.М.В., с силой схватил руками шею М.М.В., не менее одного раза сжал ее пальцами рук, тем самым сдавил органы шеи потерпевшего, нанес не менее 5 ударов руками и локтевым сгибом в область шеи последнего.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил М.М.В. телесные повреждения: тупую травму шеи, закрытый сгибательный безоскольчатый перелом правого большого рога подъязычной кости, округлые кровоподтеки на передней поверхности шеи справа в средней трети /3/ и на передней поверхности шеи слева в средней трети /2/ с массивными кровоизлияниями в подлежащих мягких тканях шеи в их проекции, которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; закрытый разгибательный перелом 5-го ребра слева по окологрудинной линии по хрящевому отрезку с кровоизлиянием в мягкие ткани в его проекции, которое причинило средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья; кровоподтеки в окологлазничной области слева /1/, на наружной пверхности правого плеча во всех третях /1/, на правой боковой поверхности грудной клетки на уровне 5-8 ребер от передней подмышечной до задней подмышечной линии /1/, на передней поверхности грудной клетки справа на уровне 2-4 ребер от окологрудинной до средней ключичной линии /1/, на тыльной поверхности правой кисти /1/,на передней поверхности грудной клетки слева на уровне 2-7 ребер от окологрудинной до передней подмышечной линии /6/, на передней поверхности левого плечевого сустава /1/, на передней внутренней и задней и поверхностях левого предплечья в средней и нижней трети с распространением на тыльную поверхность левой кисти /1/, на левой боковой стенке живота /1/, в области гребня левой подвздошной кости /1/, на наружной поверхности левого бедра в верхней и средней третях /3/, на наружной поверхности правой голени в верхней и средней третях /6/, на передней поверхности правой голени в верхней трети /2/, ссадину на фоне кровоподтека в лобной области справа с распространением на правую теменную область, ссадину у наружного края правого глаза, которые не причинили вред здоровью.

Смерть М.М.В. наступила не позднее 10 час. 50 мин. 24 марта 2025 года по <адрес>, от причиненной ФИО1 тупой травмы шеи, осложнившейся травматическим отеком гортани с развитием асфиксии вследствие стеноза гортани тяжелой степени.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину признал частично, показал, что в ходе ссоры с <данные изъяты> в доме <данные изъяты> схватил его руками за одежду в области плеч, грудной клетки, тряс, с силой выталкивал на улицу, <данные изъяты> оказывал сопротивление, отталкивал от себя, поэтому мог ударяться руками и головой о дверные проемы, между ними произошла потасовка, в ходе которой оба оказались на улице, где он ударил <данные изъяты> два раза ладонью по левой щеке. Вернувшись в дом, он сказал <данные изъяты> идти спать, толкнул его рукой в спину, отчего тот споткнулся об порог, ударился при падении шеей с правой стороны об угол стола, затем встал, пошел спать. За шею он <данные изъяты> не хватал, не сдавливал, по шее не бил. Считает, что не все телесные повреждения образовались от его действий, лишь небольшая часть на лице, плече, на теле, а повреждения на шее <данные изъяты> получил в результате падения и ударе об угол стола.

Из оглашенных на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний ФИО1, данных в ходе предварительного расследования ДД.ММ.ГГ, усматривается, что в ходе конфликта он схватил <данные изъяты> руками за одежду в области плеч, возможно, и грудной клетки, тряс его, с силой выталкивал из дома на улицу, <данные изъяты> оказывал сопротивление, поэтому он стал давить ему в упор в область грудной клетки, допускает, что и область шеи. <данные изъяты> оказывал активное сопротивление, размахивал руками, мог удариться руками, ногами, туловищем о дверные проемы, прижимался к ним, а также он прижимал <данные изъяты> к стене, допускает, что мог предплечьем своей руки надавить ему на горло, нанести удар в область шеи. Вытолкав <данные изъяты> на улицу, покричал на него, затем они вместе вошли в дом, он сказал <данные изъяты>, чтобы тот больше не приходил к <данные изъяты>, после чего уехал (т.2 л.д.77-82, 83-90).

При допросе ДД.ММ.ГГ ФИО1 показал, что шею <данные изъяты> не сдавливал, ударов по шее не наносил, ударов кулаками ни в какие части тела <данные изъяты> не наносил, выталкивал <данные изъяты> из дома на улицу, тот сопротивлялся, поэтому мог ударяться руками, ногами, головой, туловищем о дверные проемы. Допускает, что на улице мог не более двух раз ударить <данные изъяты> ладонью по лицу. Вспомнил, о том, что вернувшись в дом, толкнул <данные изъяты> руками в спину, отчего тот споткнулся, ударился шеей с левой стороны об угол кухонного стола. При допросе в качестве подозреваемого падению <данные изъяты> не придал значения, поэтому и не сообщил (т.4 л.д.37-39).

При проверке показаний на месте ДД.ММ.ГГ ФИО1 продемонстрировал, что при падении <данные изъяты> ударился левой стороной шеи об угол стола (т.4 л.д.187-192), а при допросе в качестве обвиняемого в тот же день показал, что телесные повреждения, обнаруженные при исследовании трупа <данные изъяты>, образовались от его действий, когда он с силой тряс его в области грудной клетки, выталкивая из дома, а телесные повреждения в области шеи- от удара при падении об угол стола, причем не левой, а правой стороной. При проверке показаний на месте, демонстрируя падение и удар левой стороной, не придал значения этому факту (т.4 л.д.193-195).

Виновность Меновщикова В..В. в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании суда первой инстанции доказательств:

- показаниями потерпевшего М.Д.Н. о том, что о происшедшем ему известно со слов <данные изъяты>, что сначала произошел конфликт между ней и потерпевшим, в результате чего она ушла из дома, затем приехал ФИО1, между ним и потерпевшим произошел конфликт. Охарактеризовал потерпевшего отрицательно, ФИО1- положительно, как человека, заменившего ему отца;

- показаниями свидетеля М.В.Н. о том, что в результате конфликта между <данные изъяты>, последняя ушла из дома. Он задремал, через некоторое время услышал шорохи. Вышел в прихожую, где увидел, как <данные изъяты> держал <данные изъяты> за одежду в районе груди, не тряс. Затем он развернул потерпевшего, и со словами идти спать толкнул в спину, отчего потерпевший запнулся, упал, ударился шеей об стол, поднялся и пошел спать, а ФИО1 уехал. Утром видел у потерпевшего кровоподтек около левого глаза. Из оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля следует, что он находился в своей комнате, не спал, поскольку сильно переживал за супругу, услышал шум, а через некоторое время- звуки борьбы и крики ФИО1 на веранде, вышел, увидел, что он руками держал потерпевшего за одежду в районе груди, с силой тряс, а тот вырывался, нанесение ударов не видел. Подробности событий плохо помнит, поскольку находился в шоковом состоянии. На следующий день утром, когда потерпевший уходил из дома, видел у него в области левого глаза гематому. Вернувшейся супруге рассказал, что видел между <данные изъяты> потасовку. Более потерпевшего не видел, о его смерти узнал ДД.ММ.ГГ (т.1 л.д.176- 181);

- показаниями свидетеля М.Н.В. о том, что вечером ДД.ММ.ГГ у нее произошел конфликт с <данные изъяты> из-за злоупотребления спиртным, в результате чего она, сказав о самоубийстве, ушла из дома. Вернувшись утром ДД.ММ.ГГ домой, увидела у <данные изъяты> над левым глазом небольшую ссадину, которой ранее не было. Видела <данные изъяты> обнаженным по пояс, иных телесных повреждений у него не было. <данные изъяты> ушел, она заметила, что стол на кухне сдвинут. Муж рассказал, что после ее ухода находился в своей комнате, уснул, услышал разговор, шорохи, звуки на крыльце дома, вышел и увидел, как ФИО1 руками тряс за одежду в районе груди М.М.В., затем отпустил. Когда потерпевший пошел в дом, он его толкнул руками в спину, тот запнулся, упал и ударился правой стороной шеи об стол. После конфликта ФИО1 уехал, а М.М.В. остался ночевать. Из оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля следует, что ее <данные изъяты> видел, как ФИО1 руками прижал потерпевшего, ударил два раза ладонью по лицу, отчего у потерпевшего образовался кровоподтек в районе левого глаза, иных подробностей о конфликте <данные изъяты> не рассказывал. Вернувшись домой утром ДД.ММ.ГГ, она сразу же прошла к себе в комнату, у потерпевшего заметила кровоподтек под левым глазом, других повреждений не видела, он был одет. Вечером ДД.ММ.ГГ приехали сотрудники полиции, сказали, что привезли <данные изъяты>, поскольку тот нарушал порядок в приемной покое больницы. Она <данные изъяты> не видела, сказала сотрудникам полиции, что он проживает по другому адресу, куда они его и увезли. О смерти <данные изъяты> узнала ДД.ММ.ГГ (т.1 л.д.165-172);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Ч.А.В. о том, что М.И.В. является <данные изъяты>. Около 21 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГ он пришел в дом <данные изъяты>, где М.В.Н. рассказал о конфликте между <данные изъяты>, в результате которого последняя ушла из дома с намерением самоубийства. Он позвонил и рассказал о случившемся <данные изъяты> ФИО1, та перезвонила, и сказала, что он отпросился с работы и поехал в дом <данные изъяты>. Он отвез М.В.Н. домой, затем позвонил ФИО1, тот рассказал, что между ним и потерпевшим произошла потасовка. Вечером ДД.ММ.ГГ он дважды разговаривал по телефону с <данные изъяты> ФИО1, которая сначала сказала, что в доме <данные изъяты> между <данные изъяты> произошел конфликт из-за <данные изъяты>, они подрались, а затем со слов М.В.Н. также сообщила, что после конфликта и драки потерпевший просит вызвать скорую помощь, жалуется на то, что <данные изъяты> сломал ему ребра. Утром ДД.ММ.ГГ он разговаривал по телефону с ФИО1, который подтвердил конфликт с <данные изъяты> и нанесение ему нескольких ударов ладонями (т.1 л.д.185- 194);

- показаниями свидетеля М.О.С.. о том, что вечером ДД.ММ.ГГ она находилась в <адрес>, когда ей позвонил Ч.А.В. и сказал, что в результате конфликта с потерпевшим ее <данные изъяты> М.Н.В. ушла из дома с намерением самоубийства, она позвонила и рассказала об этом <данные изъяты>, который находился на работе. Со слов <данные изъяты> известно, что в ходе конфликта он ударил <данные изъяты> два раза ладонью по лицу, толкнул в спину, тот упал и ударился шеей об стол;

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетелей Г.С.А. и Б.В.В. о том, что ДД.ММ.ГГ около 19 час. 00 мин. ФИО1 попросил отпустить его с работы по семейным обстоятельствам, вернулся примерно через 30 минут (т.2 л.д.1- 5, 9- 13);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Д.А.В. о том, что ДД.ММ.ГГ в ходе телефонного разговора и при личном общении М.М.В. рассказал, что вечером ДД.ММ.ГГ у него произошла драка с <данные изъяты> в доме <данные изъяты>, <данные изъяты> его избил, в результате чего ему тяжело дышать, болят ребра, имеется кровоподтек в области левого глаза, не может встать, жаловался на головные боли, головокружение, говорил, что несколько раз вызывал скорую помощь. О том, что его бил кто-то еще, помимо <данные изъяты>, не говорил (т.1 л.д.132-142);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля П.А.А. о том, что ДД.ММ.ГГ около 17 час. 36 мин. она прибыла по вызову в дом М.М.В., который находился в состоянии алкогольного опьянения, пояснил, что ДД.ММ.ГГ подрался с <данные изъяты>, тот нанес ему множественные удары в область туловища, грудной клетки и лица. При осмотре на теле имелись множественные гематомы в области туловища, гематома в области левого глаза, при пальпации грудной клетки потерпевший жаловался на боли в области грудной клетки, левого бока. О том, что телесные повреждения ему нанес кто-то иной, потерпевший не говорил, убеждал, что его избил именно <данные изъяты>. В связи с подозрением на ушиб грудной клетки и перелом ребер М.М.В. был госпитализирован в военный госпиталь, поскольку сообщил, что является военнослужащим. В последующем узнала, что эта информация была неверной, поэтому М.М.В. госпитализировали в КГБУЗ <данные изъяты> (т.1 л.д.224- 233);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля А.Н.В. о том, что ДД.ММ.ГГ около 18 час. 20 мин. в приемный покой военного госпиталя доставили М.М.В., находящегося в состоянии алкогольного опьянения. При осмотре на теле М.М.В. имелись множественные гематомы в области левого бока, грудной клетки, левого предплечья, левого глаза и области шеи, визуально была видна деформация в области грудной клетки (выпячивание ребра), что было похоже на передом ребра. М.М.В. жаловался на острые боли в области грудной клетки, левого бока, у него прослеживалось ослабленное дыхание, не смог сделать полный вдох грудью ввиду сильных болей в области грудной клетки. М.М.В. пояснил, что его избил <данные изъяты>, а о причине знает его <данные изъяты>, о том, что кто-то иной, кроме <данные изъяты>, нанес телесные повреждения, не говорил, утверждал, что его избил именно <данные изъяты>. Поскольку было установлено, что потерпевший не является военнослужащим, он был госпитализирован в КГБУЗ <данные изъяты> (т.2 л.д.27- 31);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Л.С.В. аналогичного содержания (т.2 л.д.33- 37);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля А.М.А. о том, что ДД.ММ.ГГ около 21 час. 00 мин. по указанию дежурного врача он отвез пациента, который находился в состоянии алкогольного опьянения, не являлся военнослужащим, из военного госпиталя в КГБУЗ <данные изъяты> (т.4 л.д.157- 160);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Л.С.Н. о том, что ДД.ММ.ГГ около 21 час. 30 мин. из военного госпиталя в приемный покой КГБУЗ <данные изъяты> доставили М.М.В., который находился в состоянии алкогольного опьянения, неоднократно падал на пол со скамьи. При опросе потерпевший стал вести себя крайне агрессивно, выражался грубой нецензурной бранью, отказывался пояснить, какие жалобы у него имеются и о причинах образования гематомы в области левого глаза, от первичного осмотра и госпитализации также отказался, в связи с чем он вызвал сотрудников Росгвардии, которые его увезли (т.2 л.д.20- 24);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля М.О.Ю. аналогичного содержания (т.4 л.д.134-136);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетелей П.И.А. и Б.С.Д. о том, что ДД.ММ.ГГ около 22 час. 05 мин. они прибыли по вызову в приемный покой КГБУЗ <данные изъяты>, где врачи, пояснив, что пациент выражается грубой нецензурной бранью, указали на М.М.В., который находился в состоянии опьянения, неоднократно заваливался на пол с лавки. На вопрос, откуда у него гематома в области левого глаза, потерпевший пояснил, что его ДД.ММ.ГГ побил <данные изъяты>, поскольку он пришел к <данные изъяты> в состоянии алкогольного опьянения, но отказался писать заявление о привлечении к уголовной ответственности. О том, что кто-то иной, кроме <данные изъяты>, причинил ему телесные повреждения, М.М.В. не говорил, указывал именно на <данные изъяты>. Иных телесных повреждений не видели, поскольку М.М.В. был одет. Они доставили его по месту регистрации, где <данные изъяты> М.М.В. сказала, что он фактически проживает по другому адресу, куда они его и отвезли, потерпевший зашел в дом, они уехали (т.1 л.д.197- 205, 208- 212);

- показаниями свидетеля Т.Ю.Д. о том, что вечером ДД.ММ.ГГ вместе с Л.В.А. прибыли по вызову в дом М.М.В., который находился в состоянии алкогольного опьянения, сказал, что несколько дней назад его избил <данные изъяты>, жаловался на боли в грудной клетке, руках, ногах, что ему тяжело дышать. При осмотре на левом глазу, на левом боку были видны гематомы, повреждений на шее и гематом в районе грудной клетки не было. Освещение в комнате, где происходил осмотр, было плохое, полностью осмотреть себя М.М.В. не дал, от госпитализации отказался;

- свидетель Л.В.А., подтвердив показания, данные в ходе предварительного расследования (т.1 л.д.244- 248), показала, что М.М.В. пояснил, что подрался с <данные изъяты>, жаловался на боли в области грудной клетки, ребер, почек, затрудненное дыхание, у него были множественные гематомы в области туловища, на лице, но должным образом осмотреть себя не дал: приподнял футболку, когда Т.Ю.Д. начала пальпировать, прервал ее, требовал, чтобы ему ввели обезболивающее, оставили еще ампулу и уехали;

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетелей С.Е.С., М.С.Н., Л.Д.В. о том, что ДД.ММ.ГГ М.М.В. не явился на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию, при проверке ночью входную дверь в дом не открыл. При повторной проверке Л.Д.В. ДД.ММ.ГГ около 10 час. 00 мин. в доме был обнаружен труп М.М.В. (т.4 л.д.140- 144, 146- 150, 151- 154);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Т.Д.С. о том, что в ходе оперативно-розыскных мероприятий при осмотре телефона потерпевшего он получил детализацию телефонных соединений, согласно которой до смерти потерпевший неоднократно вызывал скорую помощь, после чего получил записи разговоров с диспетчерами скорой помощи, из которых следовало, что потерпевший говорил о причинении ему телесных повреждений <данные изъяты>. Затем в отдел полиции для выяснения обстоятельств причинения телесных повреждений пригласили ФИО1 После того, как ДД.ММ.ГГ его задержал следователь в порядке ст.91 УПК РФ, по пути следования из здания следственного комитета в отдел полиции ФИО1 спросил, как можно написать явку с повинной, а прибыв в отдел полиции, написал ее (т.2 л.д.59-62);

- показаниями эксперта Г. о том, что тупая травма шеи, которая причинила тяжкий вред здоровью и явилась причиной смерти потерпевшего, носит комбинированный характер, могла возникнуть как от удара ограниченным тупым предметом с не плоской поверхностью, ребром какого-либо объекта, так и от сдавливания шеи руками человека, либо от обоих: и удара, и сдавления. Он присутствовал при проверке показаний на месте ФИО1, вероятность того, что потерпевший упал и ударился об стол, нельзя исключить, но при этом должен образоваться кровоподтек полосовидной формы, а его не было, несколько круглых кровоподтеков от падения образоваться не могут, поскольку они характерны от сдавливания пальцами рук;

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому ДД.ММ.ГГ осмотрена квартира по <адрес>, зафиксирована обстановка, изъят телефон потерпевшего (т.1 л.д.14-28);

- протоколами осмотра предметов- дисков с детализациями телефонных соединений, переговоров, видеозаписями, из которых следует, что потерпевший М.М.В. ДД.ММ.ГГ ДД.ММ.ГГ неоднократно вызывал скорую помощь, жаловался на телесные повреждения на голове, туловище, руке, боли в области ребер, отдышку, указывая, что подрался, употребляет алкоголь; в ходе разговора ДД.ММ.ГГ со свидетелем Д.А.В. говорил, что телесные повреждения, от которых испытывает боли, ему нанес <данные изъяты>; в разговоре ДД.ММ.ГГ со свидетелем Ч.А.В. ФИО1 говорит, что побил <данные изъяты> из-за поступка <данные изъяты>, при этом не контролировал себя, о чем сожалеет, не возражает, что сломал ему ребра, возможно, бил не сильно ладошкой, но точно не уверен, знает о том, что <данные изъяты> просит отца вызвать скорую помощь; ДД.ММ.ГГ в 21 час. 45 мин. М.М.В. был доставлен в приемный покой КГБУЗ <данные изъяты>, где неоднократно падал, покинул приемный покой в сопровождении сотрудников Росгвардии (т.3 л.д.158-167, 183-193, 202-214, 220-226, 227-234, 235-246);

- картами вызовов скорой помощи (т.4 л.д.49-57);.

- заключениями эксперта, согласно которым при судебно-медицинской экспертизе трупа М.М.В. обнаружены следующие телесные повреждения: тупая травма шеи, закрытый сгибательный безоскольчатый перелом правого большого рога подъязычной кости, округлые кровоподтеки на передней поверхности шеи справа в средней трети /3/ и на передней поверхности шеи слева в средней трети /2/ с массивными кровоизлияниями в подлежащих мягких тканях шей в их проекции, которая образовалась от действия твердых тупых объектов (орудий, предметов), возможно, как при сдавливании шеи, в том числе пальцами рук, так и при ударах в область шеи твердым тупым объектом, например, при ударе кулаком, локтевым сгибом и т.д., и не могла образоваться в результате падения с высоты собственного роста, учитывая характер и локализацию телесных повреждений, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, т.к. вызвала развитие угрожающего жизни состояния в виде механической асфиксии с острой дыхательной недостаточностью тяжелой степени; закрытый разгибательный перелом 5-го ребра слева по окологрудинной линии по хрящевому отрезку с кровоизлиянием в мягкие ткани в его проекции, которое образовалось от действия твердого тупого объекта (орудия, предмета), возможно, при ударе, либо сдавлении таковым в переднезаднем направлении, причинило вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья, возможность образования в результате падения с высоты собственного роста на выступающий твердый тупой объект хотя и маловероятна, но полностью исключить нельзя; кровоподтеки в окологлазничной области слева /1/, на наружной поверхности правого плеча во всех третях /1/, на правой боковой поверхности грудной клетки на уровне 5-8 ребер от передней подмышечной до задней подмышечной линии /1/, на передней поверхности грудной клетки справа на уровне 2-4 ребер окологрудинной до средней ключичной линии /1/, на тыльной поверхности правой кисти /1/,на передней поверхности грудной клетки слева на уровне 2-7 ребер от окологрудинной до передней подмышечной линии /6/, на передней поверхности левого плечевого сустава /1/, на передней внутренней и задней и поверхностях левого предплечья в средней и нижней трети с распространением на тыльную поверхность левой кисти /1/, на левой боковой стенке живота /1/, в области гребня левой подвздошной кости /1/, на наружной поверхности левого бедра в верхней и средней третях /3/, на наружной поверхности правой голени в верхней и средней третях /6/, на передней поверхности правой голени в верхней трети /2/, ссадина на фоне кровоподтека в лобной области справа с распространением на правую теменную область, ссадина у наружного края правого глаза, которые образовались от множественных (не менее 21) ударов твердыми тупыми объектами (орудиями, предметами), возможно, кулаками, ногами и т.д., не могли, учитывая их множественность и различную локализацию, образоваться при падении с высоты собственного роста и как по отдельности, так и в своей совокупности не причинили вред здоровью. Все телесные повреждения были причинены прижизненно в срок более 2-х, но не более 5-ти суток до наступления смерти. Смерть М.М.В. наступила за 2-3 суток до регистрации трупных явлений при экспертизе трупа (ДД.ММ.ГГ) от тупой травмы шеи, осложнившейся травматическим отеком гортани с развитием асфиксии вследствие стеноза гортани тяжелой степени. В крови и моче трупа М.М.В. обнаружен этиловый спирт в концентрации, которая у живых людей обычно соответствует средней степени алкогольного опьянения.

При обстоятельствах, показанных обвиняемым ФИО1 при проверке показаний на месте, не исключается, хотя и маловероятно образование перелома правого большого рога подъязычной кости, но при этом сторона падения пострадавшего указана обвиняемым неверно, т.к. удар в данном случае должен был располагаться справа, а не с левой стороны, также при данных обстоятельствах не объясняется образование округлых кровоподтеков в области шеи. Закрытый разгибательный перелом 5-го ребра слева по окологрудинной линии по хрящевому отрезку с кровоизлиянием в мягкие ткани в его проекции при обстоятельствах, указанных обвиняемым, образоваться не мог. Часть из телесных повреждений, которые не причинили вреда здоровью, могла быть причинена при обстоятельствах, указанных обвиняемым,- при ударах о дверные проемы, мебель и т.д., но учитывая их множественность, образование их всех при таких обстоятельствах крайне маловероятно. Возможность образования телесных повреждений, имевшихся у М.М.В. при обстоятельствах, запечатленных на видеозаписи КГБУЗ <данные изъяты>, полностью не исключается для отдельных повреждений, не причинивших вреда здоровью, но весь комплекс имеющихся телесных повреждений во время событий, запечатленных на видеозаписи, образоваться не мог.

Благоприятный исход (выздоровление) у М.М.В. при оказании ему квалифицированной медицинской помощи наступил бы с большой степенью вероятности (т.2 л.д.134- 154, т.4 л.д.203-208).

Оценив представленные доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а их совокупности- достаточной для принятия решения по делу, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1

В основу приговора судом положены показания свидетелей М.О.С.., Т.Ю.Д., эксперта Г.. а также свидетелей М.В.В., М.Н.В., Ч.А.В., Г.С.А., Б.В.В., П.А.А., А.Н.В., Л.С.В., А.М.А., Л.С.Н., М.О.Ю., П.И.А., Б.С.Д., Л.В.А., С.Е.С.. М.С.Н., Л.Д.В., Т.Д.С., данные ими в ходе предварительного следствия, поскольку они последовательны, непротиворечивы, дополняют друг друга, соответствуют фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1, и объективно подтверждаются письменными доказательствами, указанными выше.

Свидетели одинаковым образом описывают происшедшие события, существенных противоречий, неустранимых сомнений, истолкование которых необходимо в пользу ФИО1, их показания не содержат. Имеющиеся незначительные расхождения связаны с давностью событий и субъективной оценкой восприятия, характерной для каждого из них.

Оснований не доверять показаниям допрошенных по делу свидетелей обвинения не имеется, обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в привлечении к уголовной ответственности, в оговоре ФИО1 не выявлено.

Доводы стороны защиты о противоречивости показаний свидетелей обвинения относительно наличия телесных повреждений у потерпевшего суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку имеющиеся незначительные неточности и несоответствия в деталях не свидетельствуют о недостоверности их показаний. Показания указанных лиц по юридически значимым обстоятельствам соответствуют совокупности иных доказательств, положенных судом в основу приговора, и изобличают ФИО1 в совершенном им преступлении.

Кроме того, судом не были установлены и данные, которые позволили бы считать, что показания, изобличающие ФИО1 в совершении преступления, свидетели обвинения давали под воздействием недозволенных методов ведения предварительного расследования.

К показаниям ФИО1 о том, что не все телесные повреждения образовались от его действий, а лишь небольшая часть на лице, плече, на теле, повреждения на шее <данные изъяты> получил в результате падения и ударе об угол стола, свидетелей М.В.Н., М.Н.В., М.О.С.., данным в ходе судебного заседания, суд относится критически, расценивает их как реализованное право на защиту, а у свидетелей- как желание помочь ФИО1 избежать ответственности за содеянное.

Показания ФИО1 являются непоследовательными и противоречивыми.

Так, в телефонном разговоре ДД.ММ.ГГ со свидетелем Ч.А.В. ФИО1 говорил, что во время избиения <данные изъяты> не контролировал себя, не возражал, что сломал ему ребра, о том, что удары наносил не сильно, не был уверен.

Первоначально при допросе ФИО1 указывал о давлении <данные изъяты> в область грудной клетки, возможно и шеи, допускал, что мог предплечьем своей руки надавить ему на горло, нанести удар в область шеи, а спустя два месяца выдвинул версию о том, что толкнул <данные изъяты> руками в спину, отчего тот споткнулся, ударился шеей с левой стороны об угол кухонного стола, а затем вновь изменил показания, указав, что <данные изъяты> ударился правой стороной шеи.

Свидетели М.В.Н. и М.Н.В. также изменили показания с учетом версии <данные изъяты>, а свидетелю М.О.В. о падении потерпевшего известно со слов <данные изъяты>.

Потерпевший М.М.В. в разговорах с медицинскими работниками, сотрудниками полиции, со свидетелем Д.А.В. последовательно указывал на ФИО1 как на лицо, совершившее в отношении него преступление, пояснял, что именно <данные изъяты>, и никто другой, избил его, до конфликта с ФИО1 телесных повреждений у потерпевшего не было.

Из показаний свидетеля А.Н.В. следует, что ДД.ММ.ГГ, т.е. на следующий день после совершения преступления, при осмотре она видела выпячивание ребра, что было похоже на перелом, гематомы на шее у потерпевшего, а из показаний свидетелей Т.Ю.Д. и Л.В.А. следует, что ДД.ММ.ГГ потерпевший не дал осмотреть себя полностью, начал проявлять агрессию, освещение в комнате было плохим.

Версия ФИО1 о механизме причинения телесных повреждений <данные изъяты> опровергается заключениями и показаниями эксперта Г. о том, что сторона падения потерпевшего указана неверно, удар должен был располагаться справа, при этом должен образоваться кровоподтек полосовидной формы, которого не было, и невозможно образование несколько круглых кровоподтеков, которые характерны для сдавливания шеи пальцами рук, также невозможно образование закрытого разгибательного перелома 5-го ребра слева.

Таким образом, суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ- умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно заключению экспертов, ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием, болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, в период инкриминируемого деяния не обнаруживал признаков временного психического расстройства, в том числе патологического аффекта, не был лишен способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, по своему психическому состоянию в настоящее время также не лишен способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, давать показания, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.3 л.д.121-123).

Поведение ФИО1 не вызывает сомнений в его психическом состоянии, оно адекватно судебно-следственной ситуации, носит целенаправленный и последовательный характер, он понимает характер предъявленного обвинения, активно защищает свои интересы, а потому суд признает выводы экспертов обоснованными, приходит к выводу о его вменяемости.

При назначении вида и размера наказания суд в соответствии со ст.ст.6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Оценивая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд принимает во внимание, что деяние направлено против жизни и здоровья, законом отнесено к категории особо тяжких, а также учитывает конкретные обстоятельства его совершения.

ФИО1 находится в трудоспособном возрасте, имеет семью, постоянное место жительства, работы, на учетах у психиатра и нарколога не состоит, не судим, по месту жительства и работы характеризуется исключительно положительно.

С учетом требований ч.1 ст.389.24 УПК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в ч.3 п.16 постановления от 27 ноября 2012 года № 26 «О применении норм УПК РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции может принять решение, ухудшающее положение обвиняемого по отношению к решению суда первой инстанции, не иначе как по представлению прокурора и (или) жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей. При этом суд не вправе выходить за пределы доводов жалобы или представления.

Поскольку апелляционное представление не содержит доводов об исключении каких-либо смягчающих наказание обстоятельств, а основания для этого имеются, суд апелляционной инстанции обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 признает и учитывает: пояснения ФИО1, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию, расследованию преступления, расценивая в качестве такового объяснение, подробные признательные показания об обстоятельствах происшедшего, в том числе при проверке на месте происшествия, в ходе следственного эксперимента, отсутствие судимостей, противоправное поведение М.М.В., явившееся поводом к совершению преступления, состояние здоровья близких родственников, связанное с наличием заболеваний, оказание посильной помощи родственникам, наличие <данные изъяты>, мнение потерпевшего М.Д.М., не настаивающего на каком-либо наказании, а также наличие наград при выполнении профессиональных обязанностей, в связи с чем назначает наказание с применением ч.1 ст.62 УК РФ.

Оснований для признания иных обстоятельств, смягчающими, суд апелляционной инстанции не находит.

Суд не признает и не учитывает явку с повинной ФИО1 в качестве смягчающего наказание обстоятельства (т.1 л.д.87), поскольку она была дана не добровольно, а в связи с задержанием по подозрению в совершении преступления, и у сотрудников полиции имелись основания полагать, что ФИО1 причастен к совершению преступления.

Отягчающих наказание обстоятельств нет.

При назначении вида и размера наказания ФИО1 суд учитывает характер, степень общественной опасности и конкретные обстоятельства совершенного преступления, данные о его личности, наличие совокупности смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, и находит справедливым и соразмерным содеянному назначить ему наказание в виде реального лишения свободы, полагая, что цели наказания в виде восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений не могут быть достигнуты без его изоляции от общества.

Оснований для применения положений ст.73 УК РФ суд не усматривает, поскольку полагает, что цели наказания могут быть достигнуты только при назначении наказания в виде реального лишения свободы.

С учетом характера и степени общественной опасности деяния, конкретных обстоятельств дела, личности осужденного, суд не усматривает оснований для изменения категории преступлений в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Оснований, предусмотренных ст.53.1 УК РФ для замены лишения свободы принудительными работами, как альтернативы лишению свободы не имеется, так как это не предусмотрено ч.1 ст.53.1 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, в судебном заседании не установлено, в связи с чем, оснований для применения положений ст.64 УК РФ суд не находит.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывать наказание ФИО1 надлежит в исправительной колонии общего режима.

Согласно протоколу задержания ФИО1 в качестве подозреваемого по настоящему уголовному делу задержан ДД.ММ.ГГ, освобожден ДД.ММ.ГГ, поэтому на основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ суд засчитывает в срок лишения свободы время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешая судьбу вещественных доказательств по делу, суд исходит из требований ст.ст.81, 82 УПК РФ.

При отсутствии доводов апелляционного представления о необоснованном освобождении ФИО1 от взыскания процессуальных издержек в виде оплаты труда адвоката в ходе предварительного расследования в сумме 1989,50 руб., оснований для взыскания процессуальных издержек не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.16, 389.17, 389.18, 389.20, 389.23, 389.24, 389.28, 389.31, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

Приговор Алейского городского суда Алтайского края от 25 сентября 2025 года в отношении ФИО1 отменить.

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы сроком 2 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять со дня задержания.

На основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства:

- диски хранить в материалах уголовного дела;

- телефоны <данные изъяты> и <данные изъяты>, толстовку с капюшоном, кофту потерпевшего М.М.В. уничтожить,

- телефон <данные изъяты>, переданный ФИО1, оставить по принадлежности.

Апелляционные представление удовлетворить частично.

Апелляционный приговор вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжалован в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии вступившего в законную силу судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе либо в течение трех суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий С.А. Друзь

Судьи А.А. Погарская

Д.С. Заплатов