Апелляционное постановление № 22-59/2026 22-7953/2025 от 13 января 2026 г.

Мотивированное
апелляционное постановление изготовлено 14 января 2026 года

Председательствующий Исаев Д.А. Дело № 22-59/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 12 января 2026 года

Свердловский областной суд в составе председательствующего Цупак Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Морозовым В.Е.,

с участием осужденной ФИО1, осужденного ФИО2,

адвоката Малаховой И.В. в защиту осужденного ФИО2,

адвоката Мастеренко В.А. в защиту осужденной ФИО1,

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Малакавичюте И.Л.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО2, ФИО1, адвоката Красильниковой М.Б. в защиту осужденной ФИО1, адвоката Малаховой И.В. в защиту осужденного ФИО2, апелляционному представлению государственного обвинителя СлюнкоЕ.А. на приговор Пригородного районного суда от 1 октября 2025 года, которым

ФИО2,

родившийся <дата>,

ранее не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году 7 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2года.

На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено условно с испытательным сроком 2 года, в течение которого ФИО2 обязан:

- не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных;

- ежемесячно 1 раз в месяц являться в указанный орган на регистрацию в установленные им сроки.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

ФИО1,

родившийся <дата>,

ранее не судимая,

осуждена по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году 7 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2года.

На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено условно с испытательным сроком 2 года, в течение которого ФИО1 обязана:

- не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных;

- ежемесячно 1 раз в месяц являться в указанный орган на регистрацию в установленные им сроки.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Цупак Е.А., выступления осужденной ФИО1, адвоката МастеренкоВ.А., адвоката Малаховой И.В. осужденного ФИО2, поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Малакавичюте И.Л., поддержавшей доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО2, ФИО1 признаны виновными в том, что:

- 2января 2020 года ФИО2, управляя автомобилем РЕНО САНДЕРО регистрационный знак <№>, допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть человека;

- 2января 2020 года ФИО1, управляя автомобилем ШЕВРОЛЕ ЛАНОС регистрационный знак <№>, допустила нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть человека;

Преступление совершено ими на территории автомобильной дороги «с. Николо-Павловское - с. Петрокаменское - г. Алапаевск» Пригородного района Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах:

- адвокат Малахова И.В. в защиту осужденного ФИО2 просит приговор суда отменить, оправдать ее подзащитного. Полагает, что судом в нарушение норм закона, не опровергнуты доводы стороны защиты, что место столкновения автомобилей фактически не установлено. Не исследована видеозапись с видеорегистратора. Тогда, как из фактических обстоятельств по делу следует, что именно действия водителя ФИО1, управляющей Шеврале Ланос, привели к столкновению транспортных средств, поскольку она допустила нарушение правил 10.1 ПДД РФ, траектория движения управляемого ею автомобиля, изменилась, не совпала с изгибом поворота дороги;

- осужденный ФИО2 поддерживает доводы своего адвоката. Считает, что он неоднократно утверждал в судебном заседании о том, что передвигался в пределах своей полосы движения, на встречную полосу не выезжал. Полагает, что виновником аварии является осужденная ФИО1, которая не справилась с управлением своего автомобиля, как водитель не приняла во внимание нахождение обоих автомашин в условиях обоюдного поворота дороги, который искажал ее восприятие в отношении местонахождения его машины, выехала на встречную полосу движения, где и произошло столкновение;

- адвоката Красильниковой М.Б. в защиту осужденной ФИО1 просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор в отношении ФИО1 Полагает, что выводы суда о виновности ФИО1 не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, приговор основан на предположениях. Автор жалобы указывает, что вина ФИО1 в совершении преступления не доказана, а в приговоре суд не дал надлежащую оценку её показаниям, которая последовательно утверждала о том, что она не нарушала правила дорожного движения, умысла на совершение преступления не имела. Отмечает, что стороной обвинения не было представлено объективных и достоверных доказательств совершения преступления ее подзащитной. Просит учесть, что суд первой инстанции не дал оценку доводу стороны защиты о том, что предъявленное ФИО1 обвинение не соответствовало требованиям УПК РФ, поскольку в обвинении не описано, в чем выразилось противоправное поведение осужденной и отсутствует вывод о наличии причинно-следственной связи между нарушениями ПДД и причинением смерти потерпевшей Д. и тяжким вредом здоровья потерпевшим М. Просит учесть, что в обвинении отсутствовало указание на конкретное место совершения преступления, которое не было установлено в судебном заседании, и не вменялось то, что действия И.А.СБ. находились в причинно-следственной связи с тяжкими последствиями. Также в обвинении ФИО1 отсутствовали указание на проведенную автотехническую экспертизу, а также сведения о том, из заключения какой из проведенных автотехнических экспертиз усматривалась вина ФИО1 в ДТП с учетом того, что в материалах дела имеется несколько таких экспертиз, выводы которых коренным образом противоречат друг другу. Обращает внимание, что нарушен принцип презумпции невиновности, поскольку суд вышел за пределы предъявленного ФИО1 обвинения. Поскольку свидетель И. показал, что ФИО1 на полосу встречного движения не выезжала и двигалась в соответствии с правилами ПДД. Свидетели Х., П., Т. и другие свидетели подтверждают позицию стороны защиты осужденной ФИО1 Согласно дополнительной автотехнической экспертизе от 27 мая 2020 года столкновение произошло на правой стороне проезжей части. Именно автомобиль Рено двигался по встречной полосе и создавал опасность для движения автомобиля Шевроле, что находится в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП. В связи с этим приходит к выводу о том, что движение автомобиля Шевроле под управлением И.А.СБ. происходило в пределах своей полосы и не могло исключить столкновение, в связи с чем её доверительница требования ПДД не нарушала. Суд первой инстанции не дал оценку указанным выводам эксперта. Суд в основу приговора положил также доказательства: протоколы осмотра мест происшествия в которых указаны разные параметры проезжей части и нет привязки к видимой части дорожного покрытия. Поскольку ни в одном протоколе осмотра места происшествия и схемах нет подписи ФИО1, то данные доказательства являются недопустимыми, протокол следственного эксперимента от 11 июня 2020 года, так как указанные в этом протоколе данные не соответствуют погодным условиям на момент ДТП 2 января 2020 года по времени года, состоянии дороги и погодным условиям; заключение экспертизы от 9 октября 2024 года, проведенные экспертами Ж. и К., согласно данному заключению установить точное место столкновения транспортных средств под управлением ФИО1 и ФИО2 не представляется возможным, а проведение математических расчетов невозможно в связи с тем, что отсутствуют полные сведения и замеры проезжей части. Вместе с тем дан субъективный вывод о том, что оба транспортных средства выехали на встречную полосу, который основан только на предположениях.

Считает, что суд в нарушение норм уголовно-процессуального законодательства проигнорировал, не учел и не дал оценку исследованной в судебном заседании рецензии директора ООО «ПрофЭксперт» С. согласно которому следует, что заключения экспертов № 386/4-1, 387/4-1,388/6-1 от 26 января 2024 года, выполненные экспертами Челябинской лаборатории судебной экспертизы Министерства Юстиции РФ и № 5062;5070;5071;5182/14-1-24 от 9 октября 2024 года, проведенные экспертами Ж. и К., выполнены с грубейшими нарушениями процессуальных норм производства судебной экспертизы.

Указывает, что суд не дал оценки доводам стороны защиты о том, что при назначении повторной автотехнической экспертизы следователем было существенно нарушено право на защиту ФИО1, которая несвоевременно была ознакомлена с постановлением о назначении экспертизы, так как в этот период времени находилась в статусе свидетеля по данному уголовному делу, а не подозреваемой, и соответственно была лишена возможности задать дополнительные вопросы перед экспертом и заявить отводы. Суд не дал оценки тому. что освидетельствование ФИО2 на алкоголь не производилось. Указанные обстоятельства свидетельствуют об односторонности и неполноте предварительного следствия. Из исследованных судом доказательств усматривается, что ФИО1 не нарушала п. 10.1 и п. 10.3 ПДД РФ и двигалась не только со скоростью, не превышающей установленную ограничениями, но и со скоростью, обеспечивающей водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Полагает, что ФИО1 предприняла все возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Автор жалобы отмечает, что осужденная не нарушала требований п. 9.1, п. 9.4, п. 9.10 Правил, двигалась в пределах своей полосы, вела автомобиль ближе к правому краю проезжей части, соблюдая боковой интервал. Данные обстоятельства подтверждаются показаниями самой подзащитной, свидетелей, видеозаписью и материалами уголовного дела.

- осужденная ФИО1 поддерживает доводы своего адвоката. Считает, что её вина в совершении преступления не доказана. Суд не дал надлежащую оценку её показаниям согласно которым она последовательно утверждала, что правила дорожного движения не нарушала, умысла на совершение инкриминируемого преступления у неё не было. Выводы суда противоречат фактическим обстоятельствам дела, не подтверждаются исследованными в ходе судебного заседания доказательствами.

В апелляционном представлении государственный обвинитель СлюнкоЕ.А. просит приговор суда изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора суда указание на применение при назначении наказания ФИО1 положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, усилить ФИО1 назначенное наказание по ч. 3 ст. 264 УК РФ в виде лишения свободы сроком до 2 лет с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года 3месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года. Полагает, что судом был не правильно применен уголовный закон, что является нарушением требований Общей части УК РФ. Указывает, что судом не было установлено при назначении наказания ФИО1 смягчающего обстоятельства, предусмотренного пп. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, позволяющего применить положение ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В возражениях государственный обвинитель Слюнко Е.А. просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении и апелляционных жалобах, возражениях, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Осужденный ФИО2 вину в совершении преступления не признал, пояснил, что 02 января 2020 года он двигался на своей машине Рено -Сандеро в сторону с. Петрокаменское, спиртных напитков и в этот день не употреблял. В машине за ним на пассажирском сидении находилась Д. В., посередине находился М. и справа от него Л., на переднем пассажирском сидении была его жена ФИО3. После п. Новоасбест он стал выезжать на участок дороги, представляющий из себя поворот налево, скорость была около 50 км в час. Вдалеке увидел, что по встречной полосе ехала машина Шевроле. Поскольку асфальта, а соответственно и разделительной полосы в силу наледи и снега не было видно, он визуально поделил дорогу пополам, двигался по своей полосе движения, на встречную полосу не выезжал, двигался на поворот по ходу движения. Автомобиль под управлением ФИО1 ехал сначала по своей полосе, потом она возможно нажала на тормоз и ее машину потащило влево на его полосу движения. Он тоже притормозил, дорога была скользкая, но столкновения избежать не удалось и произошел резкий удар в левое переднее колесо его автомобиля, автомобиль выбросило на обочину. Приехала скорая помощь, его осмотрели. Он поставил конус, где произошло столкновение – на его полосе движения. Он не согласен с мнениями экспертов, что он выехал в момент столкновения частично на полосу встречного движения, считает, что ФИО1 выехала на встречную полосу движения, что и явилось причиной ДТП. Он не нарушил пункты ПДД, которые указаны в предъявленном обвинении.

Осужденная ФИО1 в судебном заседании вину не признала, считает, что ни один из пунктов правил ПДД, предъявленных ей в обвинении, ею не нарушены. 02 января 2020 около она была за рулем своей автомашины выехала со стороны с. Петрокаменское в сторону г. Нижний Тагил. На переднем пассажирском сидении был И., на заднем сидении находились Б., посередине сидела дочь З., рядом младшая дочь Е. Было облачно, дорога была обычная зимняя, в обоих направлениях были накатаны снежные колеи, и она могла определять край асфальта. Местами асфальт был заснеженный, преимущественно с левой стороны по ходу ее движения. Перед поворотом она несколько раз нажала педаль тормоза, скорость снизилась до 50 км/ч и в этот момент она увидела, что автомобиль под управлением ФИО3 движется прямо на нее, она вновь применила экстренное торможение, так как впереди не было достаточного бокового интервала для проезда. Чуть позже она плавно повернула руль для прохождения поворота, машина на тормозах продолжала двигаться прямо без заноса. Встречный автомобиль не совершал никаких маневров для предотвращения столкновения и произошел удар. К моменту столкновения ее машина уже почти останавливалась. Все маневры она совершала в пределах своей полосы движения, так как могла визуально определять и правый и левый край дороги на месте ДТП. Считает, что ФИО2 не ориентировался в пространстве и не оценивал дорожную обстановку.

Несмотря на занятую позицию ФИО2 и ФИО1, о непричастности к совершению преступления, вина в совершении каждым из них преступления, нашла свое подтверждение в установленных судом фактических обстоятельствах по делу.

Так, время, место, обстоятельства дорожно–транспортного происшествия установлены согласно рапорту инженера-электроника ДЧ МУ МВД России «Нижнетагильское» О., из которого следует, что 02 января 2020 года в 15:32 поступило сообщение от дежурного ГИБДД о том, что 02 января 2020 года в 12:20 от СМП в ГИБДД поступило сообщение, что на автодороге с. Николо-Павловское – г. Алапаевск в районе п. Новоасбест произошло ДТП с участием автомашины Рено и автомашины Шевроле (т. 1 л.д. 37).

В ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 02 января 2020 в протоколе отражены участок местности где произошло происшествие, состояние дорожного покрытия, дорожные знаки, а также расположение автомашин на дороге участников происшествия, повреждения автомашин, к которому приобщены фотоизображения, а также составлена схема в которой отражены описанные в протоколе осмотра места происшествия обстоятельства. С протоколом осмотра и схемой ознакомлены понятые, ФИО2 (т. 1 л.д. 60-64, 65, 68-73).

В ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 02 января 2020 года с составлением протокола и схемы к нему, 02 января 2020 года с 15:40 до 17:00 осмотрен участок местности на а/д с. Николо-Павловское – Алапаевск, 16 км 500 м., о чем составлен протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия и составлена схема и фототаблица к нему. В ходе осмотра установлено: проезжая часть горизонтальная, ширина 7.5 м, вид покрытия – асфальтобетонное, состояние покрытия – мокрое, покрыто снегом, дефектов дороги нет, дорожное покрытие шириной для двух направлений 7.5 м. К проезжей части примыкают: справа - обочина грунтовая, покрыта снегом, шириной 4.5 м, слева – обочина грунтовая, покрыта снегом, шириной 3.1 м, далее за обочинами справа и слева - кюветы, покрытые снегом. Разметка не просматривается из-за снежного покрова. Место происшествия находится в зоне действия дорожных знаков: 1.11.2 (опасный поворот), 3.20 (обгон запрещен), 3.21 (конец зоны действия знака 3.20), 1.34.1 (направление поворота), 1.34.2 (направление поворота) – расположены вдоль дороги на обочине справа;), 1.11.1 (опасный поворот), 3.20 (обгон запрещен), 3.21 (конец зоны действия знака 3.20), расположены вдоль дороги на обочине слева. Условия, ухудшающие видимость – снегопад. Видимость дороги достаточная. Зафиксировано расположение транспортных средств на месте происшествия, наличие обломанных и утерянных частей транспортного средства в виде битого стекла, пластика, которые хаотично разбросаны на проезжей части с наибольшими размерами 8 м х 11 м. Описаны повреждения транспортных средств. В ходе осмотра изъят видеорегистратор «MYSTERY» из салона автомобиля Шевроле Ланос. На схеме зафиксирован разброс осколков пластика, стекла, который расположен по всей ширине проезжей части. (т. 1 л.д. 74-87).

Согласно показаниям свидетеля Ш., данным в ходе предварительного следствия и в суде, следует, что 02 января 2020 года днем он с инспектором ГИБДД Щ. прибыли на ДТП в район 16-17 км автодороги с. Николо-Павловское – г. Алапаевск, где столкнулись автомобили Рено Сандеро и Шевроле Ланос. Слева от автодороги по ходу движения со стороны п.Новоасбест в сторону с. Петрокаменское стоял автомобиль Шевроле Ланос, передней частью в направлении с. Петрокаменское, который частично перекрывал полосу движения со стороны с. Петрокаменское в сторону п. Новоасбест. Автомобиль Рено Сандеро стоял на противоположной стороне автодороги, передней частью в направлении п. Новоасбест. Оба автомобиля имели повреждения передних частей. На дороге в месте ДТП были разбросаны обломки и осколки от автомобилей, были ли следы от колес транспортных средств, не может сказать, не видел. На том участке дороги, где произошло столкновение, имеется поворот направо по ходу движения со стороны с. Петрокаменское в сторону п. Новоасбест. Водители автомобилей, следуя в повороте в обоих направлениях, стараются двигаться ближе к центру дороги, поэтому асфальт правой стороны полосы проезжей части, предназначенной для движения со стороны п. Новоасбест в сторону с. Петрокаменское, был частично заснежен, то есть асфальт не был чистым, в отличие от встречной полосы движения. Ширина проезжей части была достаточная для свободного проезда двух встречных автомобилей. Разметка на проезжей части не просматривалась.

Из показаний свидетеля Я., данных в ходе предварительного следствия и в суде, следует, что 02 января 2020 года она выезжала на ДТП в район 16 км 500 м автодороги с. Николо-Павловское – г. Алапаевск, где произошло столкновение автомобилей Шевроле Ланос и Рено Сандеро. Она и инспектор ГИБДД Н. прибыли на место ДТП, там уже были инспектора ГИБДД. Пострадавшие находились в автомашинах скорой медицинской помощи. Когда пострадавших увезли в больницы, в том числе ФИО1, на месте ДТП остался мужчина, представившийся мужем ФИО1, а также водитель Рено Сандеро ФИО2 и его жена. Она произвела осмотр места ДТП совместно с инспектором Н. Осмотр производился в направлении со стороны г. Алапаевска (с. Петрокаменское) в сторону с. Николо-Павловское. Столкновение автомобилей произошло на участке, где имеется поворот дороги направо по ходу осмотра и движения со стороны г. Алапаевска в сторону с. Николо-Павловское. Проезжая часть имеет по одной полосе движения в каждую сторону. Вид покрытия – асфальт, состояние покрытия комбинированное, то есть мерзлое, заснеженное и снежные накаты. Разметки на проезжей части обнаружено не было. Поскольку разметка, обозначающая края проезжей части отсутствовала, то ширина проезжей части была замерена по краям асфальта, то есть за край проезжей части было принято окончание асфальта. Для чего снежный накат справа по ходу осмотра был расчищен на расстоянии 0.5 м. Левый край проезжей части был определен также по окончанию асфальта, который был заснежен, но не укатан. Ширина проезжей части составила 7.5 м. Далее были замерены обочины, а именно, расстояние от краев асфальта до снежных валов, которые составили: справа по ходу осмотра – 3.1 м, слева по ходу осмотра – 4.5 м. Обочины с обеих сторон проезжей части были заснежены. Автомобиль Шевроле Ланос стоял в районе правого края проезжей части по ходу осмотра, передней частью в сторону г. Алапаевска, под углом: задняя правая часть находилась на проезжей части, в 1.3 м от правого края проезжей части. Передняя часть автомобиля Шевроле Ланос была полностью деформирована, повреждена. Автомобиль Рено Сандеро стоял полностью на левой обочине по ходу осмотра, передней частью в направлении с. Николо-Павловское. На автомобиле Рено Сандеро была повреждена передняя левая часть и левая боковая сторона. Следов от колес автомобилей Шевроле Ланос и Рено Сандеро на дорожном полотне не было обнаружено. Обломки пластика, осколки стекла были разбросаны по всей ширине дороги между автомобилями. ФИО2 указал место столкновения на полосе проезжей части, предназначенной для движения со стороны с. Николо-Павловское в сторону г. Алапаевска, поставил на указанное им место конус. Согласно произведенным замерам, столкновение произошло в 1.8 м от передней части автомобиля Шевроле Ланос и в 1.8 м от левого края проезжей части (края асфальта) по ходу осмотра. В ходе осмотра были произведены замеры, фотосъемка, расположение объектов, имеющих отношение к ДТП, а также место столкновения со слов водителя ФИО2 зафиксировано в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения и в схеме.

Свидетель Н. сотрудник ГИБДД в суде дал показания аналогичные показаниям свидетеля Я.

Из совокупности показаний свидетелей Г. и А., следует, что 02 января 2020 года, они ехали на автомашине по автодороге со стороны с. Николо-Павловское в сторону с. Петрокаменское. Проехали п. Новоасбест и увидели последствия ДТП – столкновения автомобилей. Их остановил сотрудник ГИБДД и попросил быть понятыми при осмотре места ДТП. Они согласились. Со слов сотрудников ГИБДД узнали, что произошло лобовое столкновение между автомобилем Рено Сандеро, двигавшимся со стороны п. Новоасбест, с автомобилем Шевроле Ланос, двигавшимся со стороны с. Петрокаменское. Автомобиль Шевроле Ланос находился на стороне дороги, предназначенной для движения со стороны с. Петрокаменское в сторону п. Новоасбест. Автомобиль Рено Сандеро располагался на правой обочине по ходу движения со стороны п. Новоасбест. Передние части обоих автомобилей были повреждены. По окончании осмотра они с В. ознакомились со схемой, с протоколом осмотра, расписались в составленных документах.

Довод защиты, что протоколы и схемы с места происшествия составлены только исходя из обстоятельств, изложенных вторым участником ДТП ФИО2, несостоятельны и опровергаются показаниями, прибывшими на место происшествия сотрудниками ГИБДД, а также показаниями свидетелей. То обстоятельство, что ФИО1 не участвовала при доследственной проверке на месте происшествия, она как участник впоследствии не была лишена ознакомиться с протоколами осмотра места происшествия, схемами, которые существенно друг от друга не отличаются и дополнить их, действия сотрудников полиции она не обжаловала, что указывает на ее позицию по делу, но не дает основания для признания протоколов осмотра места происшествия и схем, фототаблицы недопустимыми доказательствами.

В ходе выемки от 18 марта 2020 года с составлением протокола, у свидетеля И. изъят оптический носитель информации (компакт-диск) с фотографиями с места дорожно-транспортного происшествия, который осмотрен, признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства. В ходе осмотра диска с составлением протокола и фототаблицы к нему, обнаружены фотоснимки участка автомобильной дороги в месте ДТП, расположение транспортных средств, фрагментов (обломков, осколков) от автомобилей, иных объектов и следов, имеющихся на месте происшествия. (т. 3 л.д. 234, 236-239).

Из показаний, данных свидетелем И. в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании, следует, что он ехал в автомобиле под управление ФИО1, когда приближались к п. Новоасбест, впереди был поворот направо по ходу их движения. Приближаясь к этому повороту, он видел, что встречная полоса на две трети занесена снегом, а во встречном направлении двигались два легковых автомобиля, которые находились примерно на таком же расстоянии до поворота, как и они. У него вызвало опасение, что при одновременном проезде поворота встречный автомобиль проедет по их полосе. Как помнит, перед поворотом ФИО1 применила торможение (несколько раз нажимала и отпускала педаль тормоза), затем повернула руль вправо (может быть на 90 градусов), продолжала двигаться с той же скоростью, машина практически не отклонялась от прямой. ФИО1 нажала на тормоз, держала его длительное время, и появилась динамика снижения скорости. Пока ехали по прямой, то двигались параллельно дороге, рядом с правым краем. В поворот машина не вошла, и дальше произошло столкновение со встречным автомобилем, который двигался по свободному от снега асфальту. В какой момент ФИО1 применила торможение, а также точную последовательность ее действий, не помнит. Насколько они отдалились от правого края дороги, была ли это середина дороги, определить без записи видеорегистратора не может. Он на какой-то момент времени отвлекся, поэтому не может точно сказать, где произошло столкновение, относительно края дороги, полос движения. Он обратился к мужчине – сотруднику ГИБДД, сказал, чтоб они замерили тормозной путь, где он заканчивается, так как на дороге, на льду, были четко прорисованы две параллельные линии их тормозного пути с резким его обрывом, то есть следы от колес их автомобиля, длиной примерно 45-50 м. Правый след начинался в 0.0 м от правого края дороги по ходу их движения, заканчивался в 0.5 м от правого края дороги по ходу их движения (края асфальта и снега). (т. 3 л.д. 230-232).

В суде свидетель И. указал, что эксперты, приводя в своем заключении обстоятельства дорожного происшествия не приняли во внимание запись с регистратора, не учли тормозной путь автомобиля под управлением ФИО1, указав, что она допустила нарушения правила дорожного движения, чем были нарушены ее процессуальные права.

Суд обоснованно отнесся критически к показаниям указанного свидетеля в судебном заседании, поскольку И. является супругом ФИО1, тем самым пытался помочь ей уйти от уголовной ответственности.

Судом был исследован протокол осмотра предметов от 10 января 2020 года, где был осмотрен изъятый видеорегистратор «Mystery». В ходе осмотра на карте памяти MicroSD, установленной в видеорегистраторе, обнаружены два файла FILE1094, FILE1095, имеющие значение для дела. Указанные два видеофайла записаны на оптический диск. Данный видеорегистратор с картой памяти признаны и приобщены в качестве вещественного доказательства (т. 2 л.д. 128-130, 131)

В соответствии с протоколом осмотра предметов и иллюстрационной таблицы к нему от 21 января 2020 года, осмотрен оптический диск с двумя видеофайлами. При открытии содержимого диска отображаются два файла. При воспроизведении файла FILE1094, на видеозаписи с начала ее воспроизведения зафиксированы происходящие события, охватываемые объективом видеокамеры: автодорога «с. Николо-Павловское – с. Петрокаменское – г. Алапаевск» для движения в двух направлениях. Проезжая часть – асфальт, состояние дорожного покрытия частично заснеженное, справа и слева от асфальта (относительно точки видеосъемки) снежные накаты, снежные валы, лесопосадки. Разметка на проезжей части отсутствует. На видеозаписи наглядно отображено движение встречных транспортных средств по проезжей части автодороги. По ходу движения автомобиля Шевроле Ланос справа и слева от проезжей части установлены дорожные знаки 3.20. «Обгон запрещен», справа дорожный знак 1.11. «Опасный поворот» (направо). Далее по ходу движения автомобиля Шевроле Ланос просматривается закругление дороги направо. Слева от проезжей части установлен дорожный знак 1.34.1. «Направление поворота», справа установлена стела «Новоасбест». В конечных кадрах видеозаписи становится виден автомобиль РЕНО САНДЕРО государственный регистрационный знак <№>, двигающийся во встречном направлении. Видеозапись прерывается. При воспроизведении второго файла FILE1095 имеется звуковая дорожка. Слышны слабые звуки движения автомобиля. На видеозаписи с начала ее воспроизведения зафиксированы происходящие события, охватываемые объективом видеокамеры: просматривается проезжая часть автодороги (поворот направо). Навстречу автомобилю Шевроле Ланос двигается автомобиль РЕНО САНДЕРО, далее за автомобилем Рено Сандеро двигаются два легковых автомобиля. На время видеозаписи «02:34:43» слышен крик женщины. На времени видеозаписи «02:34:44» происходит столкновение автомобилей Рено Сандеро и Шевроле Ланос. Видеозапись прерывается (т. 2 л.д. 134-139).

Из протокола осмотра предметов от 11 февраля 2020 года и иллюстрационной таблицы к нему следует, что осмотрен стандартный оптический диск, содержащий два файла. При воспроизведении видеозаписи FILE1095 зафиксированы происходящие события, охватываемые объективом видеокамеры: автодорога «с. Николо-Павловское – с. Петрокаменское – г. Алапаевск». Проезжая часть – асфальт, состояние дорожного покрытия частично заснеженное, справа от асфальта снежный накат. Разметка на проезжей части отсутствует. В начальном кадре видеограммы просматривается проезжая часть автодороги и виден автомобиль РЕНО САНДЕРО, двигающийся во встречном направлении. Также впереди просматривается поворот дороги направо, по ходу движения автомобиля Шевроле Ланос. Далее по ходу видеозаписи происходит сближение транспортных средств. Автомобиль Шевроле Ланос проезжает дорожный знак 1.34.1 «направление поворота». Далее происходит столкновение автомобилей Рено Сандеро и Шевроле Ланос. В ходе осмотра была выполнена раскадровка видеозаписи. Начальный кадр видеограммы принят за кадр № 0. Конечный кадр видеограммы № 80. Кадры № 51, 56, 60 представлены на иллюстрациях №№ 1-3. Момент столкновения зафиксирован на илл. № 4 в кадре № 66. (т. 2 л.д. 140-143). Указанный оптический диск признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства. (т. 2 л.д. 144).

В соответствии с заключением экспертов № 5062;5070;5071;5182/14-1-24 от 09 октября 2024 года повторной автотехнической экспертизы, выполненной экспертами ФБУ Российского федерального центра судебной экспертизы при Министерстве юстиции РФ Ж. и К., по результатам исследования видеозаписи с видеорегистратора можно указать, что с начала видеозаписи до кадра 42 автомобиль Шевроле Ланос смещается вправо и движется по закруглению проезжей части. Далее с кадра 43 до момента столкновения автомобиль Шевроле Ланос движется в прямом направлении, не по закруглению проезжей части. Автомобиль Рено располагался в районе видимой середины проезжей части, а автомобиль Шевроле Ланос в процессе двигался не по закруглению и смещался к середине проезжей части.

На схеме места дорожно-транспортного происшествия не зафиксировано каких-либо следов (следов колес; следов, оставленных деталями транспортных средств) перемещения автомобиля Рено и автомобиля Шевроле до столкновения, поэтому установить точные координаты места столкновения первичного контакта автомобиля Рено с автомобилем Шевроле относительно границ проезжей части не представляется возможным.

Однако, комплекс таких трасологических признаков, как осыпь осколков пластика и стекла, расположенная на середине проезжей части исходя из фотографий с места происшествия и схемы, характер повреждений транспортных средств, а также конечное расположение транспортных средств, в совокупности указывает на то, что столкновение произошло на середине проезжей части, с частичным выездом на встречную полосу движения, как автомобиля Рено, так и автомобиля Шевроле.

Остановочный путь автомобиля Рено при торможении со скорости движения 50-53-60 км/ч, составлял около 46,1-69,8 м.

Остановочный путь автомобиля Шевроле при торможении со скорости движения 50-55 км/ч, составлял около 47,8-62,6 м.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля Рено располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Шевроле путем выполнения требований п.1.4 с учетом п.9.1, п.9.4 абзац 1, п.9.10, а также п.10.1 Правил дорожного движения РФ.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля Шевроле располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Рено путем выполнения требований п.1.4 с учетом п.9.1, п.9.4 абзац 1, п.9.10, а также п.10.1 Правил дорожного движения РФ.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, водителям автомобилей Рено и Шевроле следовало руководствоваться требованиями п.1.4 с учетом п.9.1, п.9.4 абзац 1, п.9.10, а также п.10.1 Правил дорожного движения РФ.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителей автомобилей Рено и Шевроле усматривается несоответствие требованиям п.1.4 с учетом п.9.1, п.9.4 абзац 1, п.9.10, а также п.10.1 Правил дорожного движения РФ.

С технической точки зрения, несоответствие действий водителей автомобиля Шевроле и автомобиля Рено требованиям п.1.4 с учетом п.9.1, п.9.4 абзац 1, п.9.10, а также п. 10.1 Правил дорожного движения РФ находится в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием. (т. 8 л.д.28-44)

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований не доверять заключениям № 5062;5070;5071;5182/14-1-24 от 09 октября 2024 года, не имеется. Заключения по делу в полной мере соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами в том числе заключениями за № 1092/08-1, 1093/08-1(т. 3 л.д. 82-91), № 386/4-1, 387/4-1, 388/6-1 (т. 6, л.д. 189-206), видеозаписью с регистратора.

В суде эксперт Ж. пояснил, что при исследовании всех обстоятельств ДТП середина проезжей части была определена визуально. На фотоизображениях просматривается видимая часть асфальта проезжей части, если визуально разделить видимую асфальтированную часть пополам, то середина проезжей части будет левее конуса. Край проезжей части был определен по следам движения других транспортных средств. На фотоизображениях с места происшествия следов торможения не просматривается.

На схеме места происшествия осколки зафиксированы на всей проезжей части. Однако при изучении фотографий с места ДТП, отчетливо видно, что основная осыпь осколков, фрагментов, грязи расположена по центру проезжей части. При контакте транспортных средств с нижних частей автомобиля на месте осыпается грязь и мелкие осколки пластика, а крупные осколки имеют свойство большой инертности и могут отлетать далеко, поэтому крупные осколки расположены у каждого транспортного средства, а мелкая осыпь находится в месте удара - в центре проезжей части. Если два транспортных средства сопоставимы по массе и скорости, при столкновении происходит эксцентричный удар, они удалятся примерно на одинаковое расстояние. Автомобили после ДТП расположены примерно на равном удалении от центра проезжей части - от этой осыпи осколков, грязи, скорости их движения и масса при столкновении были сопоставимы, в совокупности эти признаки указывают, что место столкновения автомобилей находилось в районе середины проезжей части. Учитывая характер повреждений автомобилей, а именно при контакте около 1/3 передних частей, фотоизображений, схемы, соответственно был сделан вывод о том, что каждый из автомобилей в момент столкновения частично выехал на встречную полосу. Место столкновения установлено примерно в середине проезжей части. Конкретную точку указать не представляется возможным.

При столкновении автомобили столкнулись левыми углами. Каждый из автомобилей начал эксцентрично вращаться против часов стрелки относительно своего направления движения, и автомобили начали удаляться от первичной точки контакта.

В соответствии с правилами дорожного движения, на дорогах установлено правостороннее движение. В соответствии с п. 9.1 количество полос движения транспортных средств определяется разметкой или знаком, если их нет, самими водителями в соответствии с шириной проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимым интервалом между ними. При движении по дороге, которая не обозначена разметкой, водители должны держаться правой стороны, каждой для себя, чтобы не допустить контакта с другими транспортными средствами. Ширину проезжей части водители определяют сами, по своему усмотрению. При движении по дороге без разметки, водители между собой сами обязаны визуально разделить дорогу и держаться правой стороны. В данном случае оба водителя оказались на середине проезжей части, с частичным выездом на полосу встречного движения. У обоих водителей с технической точки зрения усматривается несоответствие требований пунктов ПДД, указанных в заключении.

Взяв в основу приговора заключения № 5062;5070;5071;5182/14-1-24 от 09 октября 2024 года, суд обоснованно отнесся критически к заключению ООО «ПрофЭксперт», с приведенными доводами соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам защитника осужденной ФИО1, суд, учитывая совокупность приведенных доказательств, сведения, содержащиеся в протоколе следственного эксперимента от 11.06.2020 (т. 3, л.д. 108-118) о расположении транспортных средств в момент столкновения, посчитал недопустимыми, поскольку следственный эксперимент проведен в иных погодных и дорожных условиях, не имеющих естественных осадков, сужающих проезжую часть, с иными транспортными средствами, отличающимися размерами с автомобилями ФИО2, ФИО1, а кроме того, указанные сведения противоречит выводам заключений экспертов № 386/4-1, 387/4-1, 388/6-1 от 26.01.2024, 5062;5070;5071;5182/14-1-24 от 09.10.2024, основанных на полном исследовании материалов дела, расчетах, выполненных с использованием видеозаписи с видеорегистратора.

Характер телесных повреждений, причиненных М., Л., Д., их взаимосвязь между дорожно-транспортным происшествием, установлены судом на основании заключений судебно - медицинских экспертиз (т. 1 л.д. 216-224, т. 2 л.д. 8-11).

Таким образом, проанализировав и оценив все доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, их совокупности – достаточности для разрешения дела, в силу установленных обстоятельств, установил, что невыполнение водителями ФИО4 и ФИО1 требований п.п. 1.3, 1.4., п. 1.5., 8.1., 9.1., 9.4., 9.10. ПДД РФ находится в прямой причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.

Доводы подсудимой ФИО1 и ее защитника относительно того, что освидетельствование ФИО2 на состояние опьянения не производилось, что по их мнению указывает на односторонность и неполноту предварительного следствия, не имеет отношения к предъявленному ей обвинению.

Предварительное следствие и судебное разбирательство проведены полно, всесторонне и объективно с соблюдением уголовно-процессуального закона и принципов уголовного судопроизводства.

Тот факт, что оценка доказательств судом к части которых он отнесся критически, не совпадает с позицией стороны защиты, не ставит под сомнение законность принятого судом решения.

Нарушений принципов состязательности сторон, презумпции невиновности, как и необоснованных отказов стороне защиты в удовлетворении заявлявшихся ходатайств, в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушения процессуальных прав участников, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по мнению суда апелляционной инстанции, судом первой инстанции не допущено.

Суд правильно квалифицировал действия ФИО2 по ч. 3 ст. 264 УК РФ и действия ФИО1 по ч.3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Оснований для оправдания осужденных или переквалификации его действий на более мягкий закон, судебная коллегия не усматривает.

Судом при назначении наказания осужденным учтены требования ст.ст. 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного каждым виновным преступления, данные о личности виновных, установленные обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 судом признаны, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ – оказание им помощи потерпевшим на месте, как иная помощь непосредственно после совершения преступления; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, что он ранее не судим, его преклонный возраст, состояние здоровья, наличие <...>.

Одновременно и обоснованно суд принял во внимание иные характеризующие личность осужденного сведения, которыми располагал при вынесении приговора.

Отягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ не установлено, в связи с чем судом обоснованно применены положения ч.1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО2

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 судом признаны в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие у виновной малолетнего ребенка <№>, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, что она ранее не судима, состояние ее здоровья.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом в силу ст. 63 УК РФ не установлено.

Вместе с тем являются обоснованными доводы апелляционного представления о том, что суд необоснованно применил при отсутствии смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «и,к» ч.1 ст. 61 УК РФ положения ч.1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО1.

В связи с чем, приговор подлежит изменению, путем исключения из описательно- мотивировочной части приговора указание на положения ч.1 ст. 62 УК РФ, при назначении наказания ФИО1, с усилением назначенного наказания.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления ФИО3 и ФИО1, личности осужденных, суд принял законное и справедливое решение о необходимости назначения каждому из осужденных наказания в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ.

Оснований для применения положений ч.6 ст. 15, ст. 53.1, ст. 64 УК РФ, судом первой инстанции справедливо не установлено, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Кроме того, суд, исходя из обстоятельств совершенного преступления, личности осужденной, обоснованно не усмотрел оснований для предоставления ФИО1 отсрочки исполнения наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ.

Вместе с тем, учитывая, что преступление совершено ФИО3 и ФИО1 02 января 2020 года, после постановления настоящего приговора, истекли сроки давности уголовного преследования, установленные п. «б» ч.1 ст. 78 УК РФ шесть лет исчисляемые со дня совершения преступления, относящиеся к категории средней тяжести и до момента вступления приговора в законную силу, в связи с чем осужденные подлежат освобождению как от основного наказания в виде лишения свободы, так и дополнительного в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона при расследовании и рассмотрении дела, влекущих отмену или иное изменение приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст.389.28, ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Пригородного районного суда от 1 октября 2025 года в отношении ФИО2, ФИО1 изменить:

-исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение положений ч.1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ;

-усилить назначенное ФИО1 наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ до 2 лет лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2года.

На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в 2 года 3 месяца, с обязанностями, указанными в приговоре;

-освободить ФИО2 от наказания, назначенного по преступлению, предусмотренному ч.3 ст.264 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением сроков давности уголовного преследования;

- освободить ФИО1 от наказания, назначенного по преступлению, предусмотренному ч.3 ст.264 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальной части приговор оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб без удовлетворения, доводы апелляционного представления удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы или кассационного представления в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда в законную силу.

Осужденные ФИО2, ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранным ими защитникам либо ходатайствовать о назначении им защитников.

Председательствующий Е.А. Цупак