Решение № 2-234/2020 2-234/2020~М-255/2020 М-255/2020 от 20 октября 2020 г. по делу № 2-234/2020

Дело №


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

<адрес>

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ года

<данные изъяты> суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Водяниковой М.И.,

с участием прокурора <адрес> Праведникова О.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «<данные изъяты> комитета здравоохранения <адрес> о признании незаконными приказа об увольнении и соглашения о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ответчику ОБУЗ <данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> о признании незаконными соглашения о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Свои требования истец с учетом их уточнений мотивировала тем, что она более 28 лет работала в ОБУЗ «<данные изъяты>», а со ДД.ММ.ГГГГ в должности заместителя главного врача по экономическим вопросам. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ней был прекращен на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон. Считает увольнение незаконным, поскольку прекращение трудового договора и написание ею заявления об увольнении носило вынужденный характер, имело место под давлением со стороны пришедшего в больницу нового главного врача. Намерений расторгать трудовой договор, прекращать свою трудовую деятельность в больнице она не имела. Поэтому, принимая во внимание длительный стаж ее работы, неоднократные поощрения за работу, просит признать приказ о прекращении с ней трудового договора и дополнительное соглашение к нему незаконными, восстановить ее на работе в прежней должности, взыскать с ответчика в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей. При этом, ссылаясь на опасения заболевания новой коронавирусной инфекции, распоряжения <адрес> о самоизоляции, отнесение ее в силу имеющихся у нее заболеваний и заболеваний совместно проживающих с ней лиц к особой группе риска, приостановку деятельности судов и иных организаций, ходатайствует о восстановлении пропущенного ею срока обращения в суд за разрешением возникшего с ответчиком индивидуального трудового спора, признав причины пропуска уважительными.

В судебном заседании истец ФИО3 и ее представитель по доверенности ФИО5 поддержали заявленные исковые требования, а также ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока обращения в суд, по изложенным выше основаниям, просили удовлетворить, указывая, что заключение соглашения о прекращении трудового договора, написание соответствующего заявления о прекращении трудового договора по соглашению сторон и соответственно увольнение ФИО3 носит вынужденный (недобровольный) характер, поскольку она новой работы для себя не искала, оснований для прекращения своей трудовой деятельности, принимая во внимание ее возраст, близкий к пенсионному, трудовой стаж, отсутствие иных доходов, значимого имущества, наличие группы инвалидности и на иждивении матери инвалида 1-й группы, последовавшее сразу за увольнением соискание себе нового места работы посредством постановки на учет в центр занятости, не имела.

В судебном заседании представитель ответчика ОБУЗ «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> по доверенности ФИО6 исковые требования ФИО3 не признал, просил в их удовлетворении отказать за необоснованностью, указывая, что действительно ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состояла с ответчиком ОБУЗ «<данные изъяты> в трудовых отношениях, сначала в должности экономиста, а затем, со ДД.ММ.ГГГГ в должности заместителя главного врача по экономическим вопросам. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО3 был прекращен и она освобождена от занимаемой ею должности на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с заключенным ею с работодателем соглашения о прекращении трудового договора с указанной даты. При этом заявление о прекращении трудового договора и соглашение к нему были написаны ФИО3 добровольно, исключительно по собственному волеизъявлению, без какого-либо давления со стороны представителей работодателя, о чем свидетельствует собственноручное написание ею заявления об увольнении, подписание соглашения о прекращении трудового договора, ознакомление с приказом об увольнении, получение трудовой книжки и окончательного расчета, невыход на работу после увольнения, отзыв направленных в адрес работодателя и прокурору <адрес> жалоб на незаконность увольнения, отсутствие обращений в компетентные органы с соответствующими заявлениями об угрозах увольнения. Кроме того, истцом без уважительных причин пропущен установленный ст. 392 Трудового кодекса РФ срок обращения в суд, поскольку о нарушении трудовых прав истцу стало известно ДД.ММ.ГГГГ при ознакомлении с приказом об увольнении, получении трудовой книжки и расчета, а в суд она обратилась лишь ДД.ММ.ГГГГ. При этом истец не лишена была возможности подать иск посредством использования средств почтовой связи и интернет-портал районного суда.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора <адрес> Праведникова О.В., полагавшего заявленные ФИО3 требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 16 Трудового кодекса РФ - трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом в результате назначения на должность или утверждения в должности, а также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Одним из оснований прекращения трудового договора в силу п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ является соглашение сторон (статья 78 настоящего Кодекса).

Так, статьей 78 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Статьей 84.1 Трудового кодекса РФ, закрепившей общий порядок расторжения трудового договора, предусмотрено, что прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

В судебном заседании было установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осуществляла трудовую деятельность в ОБУЗ «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> на основании приказа о приеме на работу № от ДД.ММ.ГГГГ, приказа о переводе № от ДД.ММ.ГГГГ и заключенного с ней ДД.ММ.ГГГГ трудового договора № и дополнительного соглашения к нему от ДД.ММ.ГГГГ.

В период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осуществляла у ответчика трудовую деятельность в должности экономиста, а в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в должности заместителя главного врача по экономическим вопросам.

Указанные обстоятельства подтверждаются пояснениями сторон, копиями указанных приказов, трудового договора и записями в трудовой книжке истца (т. 1 л.д. 10-16, 91-96).

ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с приказом главного врача ОБУЗ «<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, принятого на основании заявления ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ и заключенного также ДД.ММ.ГГГГ с работодателем соглашения о расторжении трудового договора действие трудового договора с ФИО3 было прекращено и она была уволена с занимаемой ею должности по соглашению сторон на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, что также подтверждается копиями указанных документов и соответствующей записью в трудовой книжки ФИО3 (т. 1 л.д. 10-15, 17, 86-88).

Согласно статье 1 Трудового кодекса РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда.

Свобода труда в сфере трудовых отношений, как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ в своих решениях, в частности в Постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ №-П и от ДД.ММ.ГГГГ №-П, проявляется прежде всего в договорном характере труда, в свободе трудового договора. Именно в рамках трудового договора на основе соглашения гражданина и работодателя решается вопрос о работе по определенной должности, профессии, специальности.

Свобода труда предполагает также возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя.

Суд считает, что истец ФИО3 намерений на прекращение своей трудовой деятельности у ответчика и расторжение трудового договора, заключенного с ней на неопределенный срок, не имела, а ее волеизъявление на написание ДД.ММ.ГГГГ заявления о расторжении с ней трудового договора и увольнении ее с работы по соглашению сторон, равно как и подписание соглашения о расторжении трудового договора носило недобровольный, а вынужденный характер, обусловленный давлением со стороны нового руководителя ОБУЗ «<данные изъяты>».

Об отсутствии со стороны ФИО3 добровольности волеизъявления на написание указанных заявления и соглашения о прекращении со ДД.ММ.ГГГГ трудового договора и обоснованности указанных ею доводов о вынужденности увольнения, по мнению суда, свидетельствуют следующие обстоятельства.

Трудовая деятельность истца ФИО3, имеющей на момент прекращения трудового договора предпенсионный возраст, составляла у ответчика более 28 лет, из них по занимаемой на момент увольнения должности более 18 лет.

За весь период трудовой деятельности ФИО3 неоднократно поощрялась работодателем, никогда устно либо письменно, посредством подачи заявлений об увольнении с работы не писала. Напротив, ФИО3 постоянно повышала уровень своей квалификации по занимаемой ею должности, о чем свидетельствуют имеющиеся в материалах дела соответствующие удостоверения (т. 1 л.д. 27-30).

В период трудовой деятельности у ответчика ФИО3 соискательства нового места работы посредством подачи своего резюме (анкеты) либо заявлений о приеме на работу в сторонние организации, походом на собеседования и т.п. не осуществляла. Напротив, сразу после увольнения с работы, через 2 дня, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в целях поиска места работы и дохода была зарегистрирована в качестве безработной в центре занятости населения <адрес>, где стоит и по настоящее время, что подтверждается справкой центра занятости (т. 2 л.д. 24).

Иных доходов, кроме заработной платы, получаемой по занимаемой ею должности и в связи с имеющейся у нее инвалидностью (т. 1 л.д. 25), значимого имущества, вкладов, счетов в банке, содержащих значимые денежные накопления, позволивших бы ей проживать без трудовой деятельности, а также продолжать оказывать материальную поддержку проживающей с ней совместно и фактически находящейся на ее иждивении матери ФИО7, являющейся <данные изъяты>, нуждающейся в дорогостоящем лечении и дорогостоящих медицинских средствах реабилитации (т. 1 л.д. 21-23, 34-36, 51-68), не имела.

Единственным источником дохода после увольнения у ФИО3 стала заработная плата, получаемая ее супругом <данные изъяты> также осуществляющего трудовую деятельность у ответчика, (т. 1 л.д. 24, 31-33, 205-209), угрозы об увольнении которого высказывал новый главный врач <данные изъяты> истцу в случае не написания той заявления об увольнении, что нашло свое подтверждение пояснениями истца ФИО3 и показаниями допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля <данные изъяты> чьи показания согласуются и не противоречат ни друг другу, ни иным обстоятельствам по делу.

Также нашедшими свое подтверждение являются и доводы истца, равно как и свидетельством вынужденности расторжения трудового договора, о представлении ей главным врачом <данные изъяты> предполагаемого к замещению после нее на занимаемую ею должность нового заместителя главного врача по экономическим вопросам в лице ФИО9, обучение которой она согласно устного распоряжения руководителя должна была произвести в течение 14 дней, предшествующих увольнению.

Оснований не доверять указанным объяснениям у суда не имеется, поскольку именно ФИО9 и была с ДД.ММ.ГГГГ принята на занимаемую ранее ФИО3 должность и весь 14-дневный период пребывания истца на стационарном лечении, предшествующий непосредственному дню ее увольнения, с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, находилась на рабочем месте истца, что нашло свое подтверждение в судебном заседании показаниями свидетеля ФИО4, а также данными трудовой книжки ФИО9, содержащими данные об отсутствии у нее в указанный период времени постоянного места работы, то есть позволяющими ей находиться в <данные изъяты> (т. 1 л.д. 70-73, 89-90, 100, 112, 217-220, т. 2 л.д. 38-46).

Кроме того, о вынужденности увольнения ФИО3 свидетельствует указание в заявлении об увольнении его основания – соглашение сторон, написанное под диктовку руководителя <данные изъяты> и в его кабинете, а не по собственному желанию, позволившего бы ФИО3, которая юридического образования и соответствующих познаний в различиях между указанными двумя основаниями увольнения, а также о возможности при последнем отозвать свое заявление, не имеет.

Об этом также свидетельствует и факт изготовления самого соглашения о расторжении трудового договора не ФИО3, а представителями работодателя по распоряжению главного врача, с внесенным в него уже к моменту подписания его ФИО3 печатным шрифтом даты прекращения трудового договора, лишающее истца возможности на указание иной даты прекращения трудового договора, не разъяснение истцу работодателем последствий подписания такого соглашения.

Из пояснений представителя ответчика, данных в судебном заседании, следует отсутствие у работодателя осведомленности о причинах подачи ФИО3 заявления об увольнении.

Кроме того, психологическое состояние ФИО3, которая вследствие предшествующих действий работодателя, попала на стационарное лечение в терапевтическое отделение <данные изъяты> с обострением диагностированной у нее немногим ранее гипертонической болезни, написала заявление через 1 рабочий день после выхода с больничного, в кабинете руководителя и под его диктовку, опасаясь повторения криза и переживая за судьбу близкого ей человека (супруга), также свидетельствует о вынужденном характере принятого ФИО3 решения об увольнении.

При указанных выше обстоятельствах, факт ознакомления ФИО3 с приказом об увольнении посредством проставления своей подписи, получение трудовой книжки, положенного ей при увольнении расчета, невыход впоследствии на работу, необращение в уполномоченные органы с заявлениями об угрозе увольнения, с учетом выбранного истцом ФИО3 способа защиты своих прав посредством разрешения возникшего с ответчиком индивидуального трудового спора в суде, не свидетельствует о добровольности волеизъявления истца на расторжение трудового договора по соглашению сторон.

В связи с этим доводы представителя ответчика в данной части суд находит несостоятельными и подлежащими отклонению.

При этом суд, с учетом сложившейся в Российской Федерации санитарно-эпидемиологической обстановки, с учетом возраста ФИО3, данных о ее личности, состояния ее здоровья и состояния здоровья совместно проживающих с ней лиц, находит заявленные истцом причины пропуска установленного статьей 292 Трудового кодекса РФ месячного срока обращения в суд за разрешением возникшего с ответчиком индивидуального трудового спора, уважительными, а пропущенный срок соответственно подлежащим восстановлению.

Доводы представителя ответчика о том, что истец не лишена была подать иск посредством почтовой связи либо через интернет-приемную суда, принимая во внимание, что защита нарушенного права предполагает не только подачу соответствующего обращения, но и непосредственное процессуальное участие в суде, сбор доказательств в целях их представления в суд, получение перед этим необходимых консультаций, суд с учетом приведенных выше обстоятельств находит необоснованными и подлежащими отклонению.

С учетом изложенного, отсутствием признака добровольности волеизъявления ФИО3 на написание заявления об увольнении с работы и заключение соглашения о расторжении трудового договора со ДД.ММ.ГГГГ, действия ответчика по прекращению трудовых отношений с истцом и увольнению ее с работы нельзя признать законными.

В связи с этим соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенное между ОБУЗ «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> в лице главного врача ФИО1, и ФИО3, а также приказ работодателя № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении истца с работы суд считает признать незаконными.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ - в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

При этом, как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на сумму пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула (абз. 4 п. 62).

При указанных обстоятельствах, руководствуясь вышеуказанными нормами права, суд считает ФИО3 восстановить на работе в ОБУЗ <данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> в прежней должности заместителя главного врача по экономическим вопросам со ДД.ММ.ГГГГ и взыскать в ее пользу с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула, за вычетом суммы выплаченного выходного пособия, в размере <данные изъяты> дней вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты> выплаченного выходного пособия – т. 1 л.д. 82).

Согласно абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ - работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ - моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Статьей 394 Трудового кодекса РФ также предусмотрено, что в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

При этом, как указано в абзаце 4 пункта 63 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного суда РФ - размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом изложенного суд полагает, что истцу ФИО3 в результате нарушения трудовых прав истца, незаконного увольнения и лишения ее возможности трудиться, был причинен моральный вред, выразившийся в перенесенных истцом нравственных страданиях.

Суд полагает, что данный вред подлежит денежной компенсации.

Размер компенсации причиненного ФИО3 морального вреда суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом объема, характера и степени причиненных истцу физических и нравственных страданий, степени вины работодателя, требований разумности и справедливости, полагает определить в <данные изъяты> и данную сумму полагает взыскать в пользу ФИО3 с ОБУЗ «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес>.

В связи с этим в удовлетворении требований истца о взыскании в ее польщу с ответчика компенсации морального вреда в оставшейся части в размере <данные изъяты>), суд считает отказать.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ – судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 98 ГПК РФ – стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом требований.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и п/п 8 п. 1 ст. 333.20 НК РФ - государственная пошл ина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Из смысла данной нормы следует, что если истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, она взыскивается с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований исходя из той суммы, которую должен был уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины.

В соответствии с п/п 1 и п/п 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ - по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, при подаче искового заявления:

-имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска от 200 001 рубля до 1 000 000 рублей государственная пошлина уплачивается в размере 5 200 рублей плюс 1 процент суммы, превышающей 200 000 рублей;

-неимущественного характера государственная пошлина уплачивается физическими лицами в размере 300 рублей.

В судебном заседании на основании материалов дела было установлено, что истец ФИО3 в силу п/п 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ при подаче иска в суд освобождена законом от уплаты государственной пошлины, поскольку предъявила иск о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, а также заявила иные требования, вытекающие из трудовых правоотношений.

При таких обстоятельствах и учитывая, что решение суда состоялось в пользу истца, суд, исходя из характера и размера удовлетворенных судом требований, также считает взыскать с ОБУЗ «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес>, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, госпошлину в бюджет муниципального района «<адрес>» <адрес>, в сумме <данные изъяты>, в том числе по требованию неимущественного характера - <данные изъяты> рублей и по требованию имущественного характера - <данные изъяты>

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199, 211 ГПК РФ, ст. 396 ТК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> о признании незаконными приказа об увольнении и соглашения о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконными соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенное между Областным бюджетным учреждением здравоохранения <данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> в лице главного врача ФИО1, и ФИО3, и приказ главного врача Областного бюджетного учреждения здравоохранения <данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО3 с работы.

Восстановить ФИО3 на работе в Областном бюджетном учреждении здравоохранения «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> в должности заместителя главного врача по экономическим вопросам с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Областного бюджетного учреждения здравоохранения <данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> в пользу ФИО3 заработную плату за время вынужденного прогула в сумме <данные изъяты>

Взыскать с Областного бюджетного учреждения здравоохранения «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты>

Взыскать с Областного бюджетного учреждения здравоохранения «<данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> в бюджет муниципального района «<адрес>» <адрес> государственную пошлину в сумме <данные изъяты>

В удовлетворении требований ФИО3 о взыскании с Областного бюджетного учреждения здравоохранения <данные изъяты>» комитета здравоохранения <адрес> в ее пользу компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> отказать.

Решение суда в части восстановления ФИО3 на работе и взыскании в ее пользу заработной платы за время вынужденного прогула за три месяца в сумме <данные изъяты> подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в <данные изъяты> суд через <данные изъяты> суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, которое состоится ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья М.И. Водяникова