Решение № 2-508/2024 2-508/2024~М-249/2024 М-249/2024 от 18 июня 2024 г. по делу № 2-508/2024

Дело № 2-508/2024

61RS0013-01-2024-000574-56


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июня 2024 года г.Красный ФИО1 Ростовской области

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Тесленко А.В.,

при секретаре Орловой О.А.,

с участием истца ФИО2 и ее представителя ФИО3,

помощника Красносулинского городского прокурора Ростовской области – Потехина А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ГБУСОН РО «Красносулинский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, аннулировании записи об увольнении в трудовой книжке, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ГБУСОН РО «Красносулинский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов», с учетом уточненных исковых требований, о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, указав, что с 2014 она работала в ГБУСОН РО «Краносулинский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» в должности <данные изъяты> С 20 ноября 2023 года директор ГБУСОН РО «СДИПИ» стала принуждать ФИО2 к увольнению, о чем она неоднократно подавала жалобы в прокуратуру. Не выдержав давления со стороны руководителя, которая угрожала ее уволить по «статье», она была вынуждена 05.02.2024 написать заявление об увольнении по собственному желаю. Впоследствии она решила отозвать свое заявление об увольнении, поскольку ее незаконно принудили уволиться, однако директор ГБУСОН РО «СДИПИ» ей отказали в приеме заявления об отзыве заявления об увольнении (в период нахождения истца на больничном директор ГБУСОН РО «СДИПИ» запретила сотрудникам учреждения впускать истца на территорию ГБУСОН РО «СДИПИ», а впоследствии запретила сотрудникам учреждения принимать от нее какие-либо заявления). В связи с незаконными действиями работодателя истец неоднократно обращалась с жалобами в органы прокуратуры. 19 февраля 2024 года истец была уволена по собственному желанию на основании ее заявления от 05.02.2024, о чем был вынесен Приказ № от 19.02.2024, выдана трудовая книжка. При ознакомлении с приказом истец письменно на бланке приказа указала, что не согласна с увольнением, так как оно было написано под давлением директора ГБУСОН РО «СДИПИ». Учитывая изложенное, истец полагает, что ее увольнение является незаконным, просит признать незаконным приказ об увольнении, восстановить ее на работе, аннулировать запись об увольнении в трудовой книжке, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Истец и ее представитель в судебном заседании поддержали заявленные требования, просили их удовлетворить, мотивируя доводами, изложенными в иске. Пояснили, что заявление на увольнение было написано из-за давления, оказанного со стороны работодателя – директора интерната ФИО4 В данной ситуации истец не выразил добровольного волеизъявления на увольнение заявление, добровольный характер заявление не носило. Кроме того истцовая сторона обратила внимание на наличие неоднократных требований работодателя на предоставление ФИО2 объяснительных, наличие вынесенных в отношении нее приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, которые впоследствии были отменены судом, о чем имеются соответствующие судебные решения. Причиной принуждения к увольнению послужили объяснения ФИО2, данные представителям Министерства здравоохранения относительно начисления сотрудникам интерната заработных плат и их удержания директором ФИО4.

Представитель ГБУСОН РО «СДИПИ», извещенный надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, в судебное заседание не явился. Дело рассмотрено в его отсутствие.

Прокурор в заключении полагал, что исковые требования истца являются обоснованными, подлежащими удовлетворению, поскольку доводы истца о принуждении к увольнению со стороны работодателя нашли свое подтверждение.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 ТК РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 ТК РФ).

Порядок расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) определен статьей 80 ТК РФ.

Частью 1 статьи 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 ТК РФ).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 ТК РФ).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм ТК РФ являлись следующие обстоятельства: были ли действия ФИО2 при подписании 05.02.2024 заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными; выяснялись ли руководством общества причины подачи ФИО2 заявления об увольнении по собственному желанию; разъяснялись ли ФИО2 работодателем последствия написания ею заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию; имела ли ФИО2 до дня увольнения отозвать свое заявление, если принять во внимание, что ФИО2 ссылалась на непринятие ее заявления в отделе кадров; имело ли место оказание какого-либо давления со стороны работодателя, так как по доводам истца, на нее оказывалось с целью принуждения к написания заявления об увольнении.

Судом установлено, что между ФИО2 и ГБУСОН РО «Красносулинский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» был заключен трудовой договор № от 05.05.2014, согласно которому работодатель обязался предоставить ФИО2 работу в должности <данные изъяты> (л.д.21-23).

Приказом № от 19.02.2024 ФИО2 была уволена на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ – по инициативе работника.

Разрешая исковые требования ФИО2 о незаконности ее увольнении, суд приходит к выводам о том, что между работником ФИО2 и работодателем не было достигнуто основанное на добровольном и осознанном волеизъявлении работника соглашение о прекращении трудовых отношений.

О данном обстоятельстве свидетельствуют действия в отношении ФИО2, совершенные в предшествующий увольнению работника период со стороны работодателя, действия ФИО2 перед увольнением и сразу после увольнения, а также показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, коллег ФИО2

Так, в период, предшествующий увольнению ФИО2 в отношении нее директором учреждения был вынесен приказ № от 29.11.2023 о проведении служебного расследования по факту нарушения кодекса этики и служебного поведения <данные изъяты> ФИО2 на рабочем месте (л.д.134).

По результатам служебного расследования на основании Приказа директора упреждения № от 30.11.2023 ФИО2 объявлено замечание за нарушения кодекса этики и служебного проведения, в котором ФИО2 указала, что не согласна с ним (л.д.132).

Приказом директора учреждения № от 04.12.2023 ФИО2 было объявлен выговор за ненадлежащее исполнение должностных и трудовых обязанностей, в котором ФИО2 указала, что не согласна с ним.

В связи с несогласием с указанными Приказами ФИО2 обратилась в суд, с требованием признать их незаконными.

Суд принимает во внимание, что решением Красносулинского районного суда Ростовской области от 12.04.2024 Приказы № и № признаны незаконными. При этом суд учитывает, что указанное решение суда на момент рассмотрения настоящего дела не вступило в законную силу (л.д.85-102).

Приказом директора учреждения № от 18.01.2024 ФИО2 снова был объявлен выговор за нарушение должностной инструкции и трудового договора.

26.01.2024 директором ГБУСОН РО «СДИПИ» на ФИО2 было написано заявление о преступлении, в котором директор указывала о выявленных при инвентаризации имущества учреждения были выявлены излишки и недостача, чем был причинен ущерб учреждению (л.д.27-28).

Постановлением УУП СО МО МВД России «<данные изъяты>» от 05.03.2024 было отказано в возбуждении дела ввиду отсутствия в действиях ФИО2 состава преступления (л.д.31).

Таким образом, изложенные директором ГБУСОН РО «СДИПИ» в заявлении факты, не подтвердились.

ФИО2 неоднократно обращалась в органы прокуратуры и Государственную инспекцию труда в <адрес> с жалобами на действия директора ГБУСОН РО «СДИПИ», связанные с принуждением ее к увольнению со стороны директора и в дальнейшем незаконном увольнении.

Так, жалобы были поданы 28.11.2023 - в Государственную инспекцию труда в <данные изъяты> и в Красносулинскую городскую прокуратуру; 15.02.2024 – в Красносулинскую городскую прокуратуру. По результатам проверки заявления ФИО2 было разъяснено о необходимости обращения в суд.

Кроме того, в судебном заседании нашли подтверждение доводы истца о том, что намерение директора учреждения уволить ФИО2 возникло задолго до даты ее увольнения, что подтверждается представленными суду Приказом № от 20.02.2024 о принятии на должность <данные изъяты> другого сотрудника. Новый сотрудник ФИО8 была принята на работу на должность <данные изъяты> которую раньше занимала ФИО2, на следующий день после увольнения ФИО2, а именно 20.02.2024. При этом для трудоустройства на указанную должность ФИО8 проходила обучение уже с 05.02.2024 по 06.03.2024.

Также суд учитывает отсутствие у ФИО2 причин для принятия решения об увольнении по собственному желанию, если принять во внимание, что истец работает в ГБУСОН РО «СДИПИ» с 2014 года, что подтверждается копией трудовой книжки ФИО2

Также ФИО2 пояснила, что в период нахождения на больничном - с 05.02.2024 по 12.02.2024 она пыталась сдать в отдел кадров заявление об отзыве заявления об увольнении, которое было обусловлено несогласием с принятым работодателем решением о расторжении трудового договора по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 77 ТК РФ, однако на территорию ГБУСОН РО «СДИПИ» ее пускали. По выходу с больничного она принесла сотруднику отдела кадров заявление, однако последняя отказалась его принимать, в связи чем ФИО2 его просто оставила на столе сотрудника отдела кадров.

Суд критически относится к представленным стороной ответчика Актам о непоступлении от ФИО2 заявления об отзыве заявления об увольнении (л.д.38-39), поскольку указанные Акты от 16.02.2024 и 19.02.2024 не содержат подпись одного из сотрудников, составление Актов о непоступлении заявлений от работника учреждений никаким локальным ГБУСОН РО «СДИПИ» или нормативным актом не предусмотрено. По мнению суда, указанные Акты не могут являться доказательством того, что ФИО2 не сдавала заявление об отзыве заявления об увольнении. Кроме того, ответчиком, о причинах, по которым указанные Акты были составлены, суду не было доведено.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО9 – <данные изъяты> ГБУСОН РО «СДИПИ», чьи показания в силу абз. 2 ч. 1 ст. 55 ГПК РФ являются одним из средств доказывания, пояснила, что ей известно, что ФИО10 отказалась подписывать Акт о непоступлении от ФИО2 заявления об отзыве заявления об увольнении, так как не могла подтвердить это обстоятельство. Также свидетель ФИО9 пояснила, что ей известно о том, что между ФИО2 и директором интерната сложилась конфликтная ситуация из-за объяснений ФИО2, данных представителям Министерства здравоохранения относительно начисления сотрудникам интерната заработных плат и их удержания директором ФИО4. Директор неоднократно требовала от ФИО2 объяснения, перестала пускать ФИО2 в корпус, где находится ее рабочие место. Также ей известно, что директор подговаривала проживающих интерната, чтобы они говорили, что сестры хозяйки, в том числе ФИО2, избивают их. Директор интерната неоднократно вызывала других сотрудников интерната и требовала написать докладные на ФИО2 На тех санитарок, которые не согласились писать докладную на ФИО2, директор впоследствии стала оказывать давление.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО11 – <данные изъяты> ГБУСОН РО «СДИПИ» пояснила, что по выходу директора интерната ФИО4 с декрета в ноябре 2023 года сотрудники подняли вопрос по зарплате, после чего директор стала оказывать давление на некоторых сотрудников интерната. Директор начала давить на ФИО2 и ФИО13 Она регулярно вызывала их в кабинет. Кроме того, директор предлагай ей (ФИО11) написать докладную на ФИО2 о том, что она выполняет свои должностные обязанности не в соответствии с должностной инструкцией, однако она отказалась писать на ФИО2 докладную, поскольку нарушений с ее стороны не было. Также свидетель пояснила, что ей известно, что ФИО2 пыталась отозвать свое заявление об увольнении. В коридоре интерната свидетель лично от директора интерната слышала возмущения о том, что ФИО2 пыталась отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию.

Не доверять показаниям указанных свидетелей и подвергать сомнению достоверность их показаний у судьи оснований не имелось, поскольку перед допросом свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их заинтересованности в исходе дела установлено не было. Каких-либо доказательств, опровергающих достоверность показаний указанных свидетелей, суду представлено не было.

Таким образом, совершенные ФИО2 сразу после написания заявления об увольнении и после увольнения действия, действия работодателя, применение с его стороны в отношении ФИО2 неоднократных дисциплинарных взысканий, подача заявлений в отдел полиции, которые признаны необоснованными, принятие на должность <данные изъяты> другого сотрудника на следующий день после увольнения ФИО2, в своей совокупности дают основания полагать, что со стороны работодателя имело место принуждение к увольнению ФИО2

Ввиду изложенного, суд приходит к выводу о том, что между работодателем ГБУСОН РО «СДИПИ» и ФИО2 не было достигнуто соглашение об увольнении ФИО2 по собственному желанию, и ФИО2 не имела основанное на свободном волеизъявлении намерение прекращать трудовые отношения с ответчиком по собственной инициативе.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что факт принуждения к увольнению нашел свое объективное подтверждение, в связи с чем увольнение ФИО2 на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ является незаконным, а потому Приказ о ее увольнении подлежит отмене, а ФИО2 подлежит восстановлению на работе в ранее занимаемой должности.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

Порядок расчета среднего заработка установлен и Положением "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. N922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" (далее - Положение).

В силу пункта 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (утв. постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. N 922) средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

С учетом даты увольнения истца, а также требований вышеуказанного Положения, сведений указанных в справке о среднем заработке ФИО2, который составляет 1 849,56 руб. в день, с ответчика подлежит взысканию средний заработок за период вынужденного прогула, а именно – с 20 февраля 2024 года по 19 июня 2024 года вкл., то есть за 80 рабочих дней.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку в судебном заседании установлен факт нарушения ответчиком как работодателем трудовых прав ФИО2, учитывая конкретные обстоятельства дела, степень вины ответчика, степень нравственных страданий истца, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца 10 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

В силу ст. 393 ТК РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 – удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ директора ГБУСОН РО «Красносулинский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» № от 19 февраля 2024 года об увольнении работника ФИО2 на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Восстановить ФИО2 на работе в должности <данные изъяты> ГБУСОН РО «Красносулинский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» с 20 февраля 2024 года.

Аннулировать в трудовой книжке ФИО2 запись об увольнении.

Взыскать с ГБУСОН РО «Красносулинский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» в пользу ФИО2 средний заработок за время вынужденного прогула с 20 февраля 2024 года по 19 июня 2024 года в сумме 147 964 рублей 80 копеек.

Взыскать с ГБУСОН РО «Красносулинский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Красносулинский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья А.В. Тесленко

Мотивированное решение изготовлено 21.06.2024г.