Апелляционное определение № 33-4348/2025 33-617/2026 от 8 февраля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Судья 1 инст.: Лучкин М.М. УИД: 18RS0001-01-2023-001311-43

Судья-докладчик: Пашкина О.А. Апел. производство: №33-617/2026

1-я инстанция: №2-14/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 февраля 2026 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Дубовцева Д.Н.,

судей Нургалиева Э.В., Пашкиной О.А.,

при секретаре Стрелковой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 25 февраля 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Транко Групп» к ФИО1, ФИО2 Арзуман оглы о взыскании материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Пашкиной О.А., судебная коллегия

установила:

Общество с ограниченной ответственностью «Транко Групп» (далее – истец, работодатель, общество, ООО «Транко Групп») обратилось в суд с иском к ФИО1 (далее – ответчик, работник, ФИО1) о взыскании материального ущерба, мотивируя тем, что в период с 9 ноября 2021 года по 13 марта 2023 года истец работал в ООО «Транко Групп» в должности водителя-экспедитора. В период трудовых отношений с участием ФИО1 произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого транспортное средство – грузовой тягач Scania G400, VIN: №, государственный регистрационный знак № (далее – транспортное средство, Scania G400), находящийся в сцепке с прицепом ГРАЗ 91393-0000010, VIN: X№, государственный регистрационный знак № (далее – прицеп ГРАЗ), принадлежащие истцу, получило механические повреждения. Постановлением по делу об административном правонарушении от 19 декабря 2022 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) с назначением наказания в виде административного штрафа. 19 января 2023 года между истцом и Обществом с ограниченной ответственностью «Сервис» заключен договор на комплексное обслуживание автотранспортных средств (техническое обслуживание, ремонт и приобретение запасных частей) №к-СТР, общая стоимость ремонтных работ транспортного средства по которому составила 533 350 руб. Указанная сумма оплачена истцом в полном объеме. По результатам проведения служебного расследования составлен акт от 20 марта 2023 года, из которого следует, что материальный ущерб ООО «Транко Групп» причинен в результате дорожно-транспортного происшествия, а сумма фактически понесенных расходов на восстановительный ремонт составила 533 350 руб. В связи с этим ООО «Транко Групп» просило взыскать с ФИО1 материальный ущерб в размере 533 350 руб., судебные издержки в размере 15 200 руб., стоимость услуг экспертной организации в размере 8 534 руб., а также расходы на оплату государственной пошлины.

Протокольным определением районного суда от 28 мая 2024 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2 (далее – ФИО2).

Протокольным определением районного суда от 30 июля 2024 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Сервис» (далее – третье лицо, ООО «Сервис»).

Протокольным определением районного суда от 20 января 2025 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО2 (далее – ответчик).

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика ФИО1 – ФИО3, действующий по ордеру адвоката, исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении иска по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело судом первой инстанции рассмотрено в отсутствие представителя истца ООО «Транко Групп», ответчиков ФИО1, ФИО2, представителя третьего лица ООО «Сервис», надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте судебного заседания.

Решением Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 25 февраля 2025 года исковые требования ООО «Транко Групп» к ФИО1, ФИО2 о взыскании ущерба удовлетворены.

Взысканы с ФИО1 в пользу ООО «Транко Групп» сумма ущерба – 266 675 руб., расходы на оплату оценочных услуг – 7 600 руб., расходы на оплату государственной пошлины – 4 267 руб.

Взысканы с ФИО2 в пользу ООО «Транко Групп» сумма ущерба – 266 675 руб., расходы на оплату оценочных услуг – 7 600 руб., расходы на оплату государственной пошлины – 4 267 руб.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит указанное решение отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что суд первой инстанции оставил без внимания, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником работодатель обязан истребовать от него письменное объяснение для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Из материалов дела следует, что столкновение транспортных средств произошло на полосе движения автомобиля Scania G400, и ответчик ФИО1 не двигался по встречной полосе. Предшествующий выезд ответчика на полосу встречного движения не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и был совершен в месте, где такой маневр был разрешен.

Возражений на апелляционную жалобу не поступило.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель истца ООО «Транко Групп», ответчик ФИО2, представитель третьего лица ООО «Сервис» не явились, были надлежащим образом извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела, в связи с чем на основании ст.ст. 167, 327 ГПК РФ дело рассмотрено судебной коллегией в их отсутствие.

Согласно свидетельству о смерти от 17 декабря 2025 года серии II-НИ № 11 декабря 2025 года, то есть после подачи апелляционной жалобы, ответчик ФИО1 умер.

По смыслу статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации имущественная обязанность работника по возмещению ущерба, причиненного работодателю, возникает в случае отказа работника от добровольного возмещения ущерба работодателю – со дня вступления в законную силу решения суда о взыскании с работника в пользу работодателя суммы материального ущерба. Поскольку обжалуемое решение о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «Транко Групп» суммы материального ущерба не вступило в законную силу, постольку правовых оснований для установления правопреемства на стороне работника судебная коллегия не усматривает.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2013 года, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 3 июля 2013 года, по вопросу №2, с учетом назначения суда второй инстанции поступление в суд апелляционной инстанции ко времени рассмотрения дела сведений о смерти лица, подавшего апелляционную жалобу на судебные постановления, вынесенные в порядке искового и особого производства, в том числе и в случае, когда характер спорного правоотношения не допускает правопреемства, не освобождает суд апелляционной инстанции от обязанности рассмотреть апелляционную жалобу и вынести апелляционное определение в пределах полномочий, установленных ст. 328 ГПК РФ, поскольку иное не соответствовало бы общим целям и задачам гражданского судопроизводства, на достижение которых должна быть направлена каждая из составляющих его стадий.

С учетом приведенного акта толкования апелляционная жалоба ответчика ФИО1 подлежит рассмотрению судом апелляционной инстанции по существу.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы в настоящем деле судебная коллегия не усматривает.

Изучив и проанализировав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 9 ноября 2021 года между ООО «Транко Групп» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен трудовой договор №№, в соответствии с которым истец принят на работу к ответчику на должность водителя-экспедитора на неопределенный срок.

Пунктом 2.3 трудового договора предусмотрено, что работник, занимающий должность «водителя-экспедитора», является материально-ответственным лицом и несет ответственность за автотранспортное средство, которое предоставлено ему работодателем для выполнения транспортных грузоперевозок, а также за сохранностью перевозимых грузов с момента окончания погрузки и до момента получения этого груза грузополучателем

Согласно п. 2.4.1 трудового договора при исполнении функций водителя работник обязан, в том числе управлять автомобилем, соблюдая правила дорожного движения и правила эксплуатации автомобиля.

9 ноября 2021 года между ООО «Транко Групп» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен договор о полной материальной ответственности водителя-экспедитора, в соответствии с п.п. 1.1, 1.2 которого работник принял обязательство нести полную индивидуальную материальную ответственность за недостачу переданных ему для перевозки грузов (имущества). Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

19 декабря 2022 года в 8 час. 20 мин. на 91 км автодороги «Казань-Оренбург-Акбулак-граница с Республикой Казахстан» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств Scania G400 под управлением ФИО1 и ГАЗ 233520 с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО2 По факту нарушения п. 9.10 Правил дорожного движения постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Соль-Илецкому городскому округу от 19 декабря 2022 года №, оставленным без изменения решением Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 14 марта 2023 года и решением Оренбургского областного суда от 16 мая 2023 года, ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) с назначением наказания в виде административного штрафа.

Собственником транспортного средства Scania G400 и прицепа ГРАЗ является ООО «Транко Групп».

Приказом ООО «Транко Групп» от 21 декабря 2022 года № создана комиссия, которой поручено провести служебное расследование для установления причин возникновения нарушения, фактов причинения ущерба и виновных в этом лиц.

30 декабря 2022 года для расчета стоимости ущерба, рыночной стоимости, годных остатков транспортного средства Scania G400 между ООО «Транко Групп» и ООО «АвтоТрансКом» заключен договор №, стоимость услуг по которому определена в размере 15 200 руб. Согласно платежному поручению от 29 декабря 2022 года № ООО «Транко Групп» оплатило ООО «АвтоТрансКом» 15 200 руб.

Исходя из экспертного заключения ООО «АвтоТрансКом» от 19 января 2023 года №, расчетная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Scania G400 без учета износа запасных частей составила 2 235 762,19 руб., с учетом износа запасных частей – 485 876,37 руб.

19 января 2023 года между ООО «Транко Групп» (заказчик) и ООО «Сервис» (исполнитель) заключен договор комплексного обслуживания автотранспортного средства (техническое обслуживание, ремонт и приобретение запасных частей) №к-СТО, согласно п. 1.1 которого исполнитель принял обязательство выполнить работы по проведению диагностики транспортного средства, техническому обслуживанию и техническому ремонту.

Общая стоимость ремонтных работ в целях восстановления повреждений в соответствии со счет-фактурой от 31 января 2023 года № составила 533 350 руб. Указанная сумма оплачена истцом в пользу ООО «Сервис» в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями от 19 января 2023 года № на сумму 200 000 руб. и от 30 января 2023 года № на сумму 333 350 руб.

Приказом ООО «Транко Групп» от 13 марта 2023 года №-к ФИО1 13 марта 2023 года уволен по инициативе работника на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

По результатам проведения служебного расследования комиссией ООО «Транко Групп» составлен акт от 20 марта 2023 года, из которого следует, что причинение ущерба имуществу ООО «Транко Групп» в размере 533 350 руб. вызвано виновными действиями бывшего работника ФИО1, допустившего нарушение п. 9.10 Правил дорожного движения, что образует состав административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.15 КоАП РФ. В связи с увольнением ФИО1 основания для привлечения его к дисциплинарной ответственности отсутствуют. Предложено привлечь бывшего работника к материальной ответственности в виде возмещения причиненного ущерба.

Разрешая спор сторон по существу, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 12, 15, 1064, 1079, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 238, 243 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), и исходил из того, что вина за вред, причиненный имуществу истца, лежит на ответчиках ФИО1 и ФИО2, поскольку нарушение Правил дорожного движения, вследствие которого произошло дорожно-транспортное происшествие, допущено обоими водителями, а потому пришел к выводу о взыскании с ответчиков в пользу ООО «Транко Групп» суммы ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Апелляционная жалоба ФИО1 содержит доводы о несогласии с вышеприведенными выводами суда первой инстанции в части взыскания с данного ответчика материального ущерба и судебных расходов, а потому обжалуемое решение в силу положений ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ подлежит проверке судом апелляционной инстанции в указанной части.

Судебная коллегия, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, не может согласиться с выводами суда первой инстанции, приведенными в обоснование удовлетворения исковых требований ООО «Транко Групп» к ответчику ФИО1 о взыскании материального ущерба, поскольку такие выводы не соответствуют как фактическим обстоятельствам дела, так и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, исходя из нижеследующего.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 ТК РФ, из которой следует, что материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 ТК РФ определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 ТК РФ).

В соответствии со ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами.

Исходя из ст. 242 ТК РФ, полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1).

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами (часть 2).

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 ТК РФ.

Так, согласно п. 6 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом.

Статьей 247 ТК РФ установлено, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов (часть 1).

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт (часть 2).

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом (часть 3).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», а также пункте 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2024), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29 мая 2024 года, следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинно-следственная связь между противоправным поведением работника и наступившим ущербом, вина работника в причинении ущерба. При этом бремя доказывания наличия совокупности названных выше обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от него письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

При наличии необходимых условий для возложения на работника материальной ответственности работник обязан возместить работодателю только прямой действительный ущерб (реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести излишние затраты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам). Доказать размер причиненного работником прямого действительного ущерба должен работодатель.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба на основании пункта 6 части первой статьи 243 ТК РФ может быть возложена на работника только в случае вынесения соответствующим уполномоченным органом в отношении работника постановления о назначении административного наказания.

Судом первой инстанции данные нормы трудового законодательства, регулирующие порядок возложения на работника материальной ответственности за причиненный работодателю при исполнении трудовых обязанностей ущерб, с учетом установленных по делу обстоятельств к спорным отношениям применены неправильно.

Как видно из материалов дела, письменные объяснения для установления причины возникновения ущерба работодателем у работника ФИО1 в нарушение положений части второй статьи 247 ТК РФ не истребовались, акт об уклонении данного ответчика от предоставления письменных объяснений составлен истцом 2 февраля 2023 года в отсутствие доказательств, подтверждающих истребование у него таких объяснений и направление ему соответствующего требования до указанной даты. Имеющаяся в материалах расследования пояснительная записка инженера БД ФИО4 о том, что при устном общении с ФИО1 он запросил у работника письменные объяснения, не может быть принята в качестве доказательства исполнения работодателем предусмотренной статьей 247 ТК РФ обязанности, поскольку в отсутствие данных о передаче указанному лицу соответствующих полномочий работодателя и при очевидном отрицании самим ответчиком этого факта указанный документ в отсутствие иной совокупности не подлежит признанию в качестве достоверного и достаточного подтверждения юридически значимого обстоятельства по делу.

Отклоняя доводы ФИО1 о нарушении работодателем порядка возложения на работника полной материальной ответственности, суд первой инстанции сослался на то, что основанием для ее наступления является причинение работником ущерба в результате административного правонарушения, которое установлено постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Соль-Илецкому городскому округу от 19 декабря 2022 года.

Однако районный суд оставил без внимания то обстоятельство, что причины возникновения и размер подлежащего взысканию с ФИО1 в пользу ООО «Транко Групп» ущерба не являлись предметом рассмотрения при вынесении постановления по делу об административном правонарушении, которым ФИО1 был привлечен к административной ответственности, а потому само по себе установление уполномоченным органом факта совершения работником административного правонарушения хоть и является основанием для полной материальной ответственности работника, но не освобождает работодателя от соблюдения порядка привлечения его к такой ответственности и не обуславливает бесспорное возмещение ущерба ответчиком ФИО1

Учитывая, что в связи с несоблюдением порядка привлечения ФИО1 к материальной ответственности невозможно с достоверностью установить факт наступления ущерба у работодателя, размер такого ущерба и вину работника в его причинении, судебная коллегия находит выводы районного суда о наличии правовых оснований для взыскания с указанного ответчика материального ущерба не соответствующими вышеприведенным нормативным положениям и фактическим обстоятельствам дела, а потому решение суда первой инстанции в указанной части подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ООО «Транко Групп» к ФИО1 о взыскании суммы материального ущерба.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ оставление исковых требований ООО «Транко Групп» к ФИО1 без удовлетворения исключает возмещение судебных расходов истца за счет указанного ответчика.

Апелляционную жалобу ФИО1, не согласившегося с удовлетворением к нему исковых требований работодателя, судебная коллегия находит обоснованной и подлежащей удовлетворению.

В остальной части решение районного суда подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 25 февраля 2025 года в части удовлетворения исковых требований Общества с ограниченной ответственностью «Транко Групп» к ФИО1 о взыскании материального ущерба, расходов на оплату оценочных услуг, расходов на оплату государственной пошлины отменить, принять по делу в этой части новое решение, которым исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Транко Групп» к ФИО1 о взыскании материального ущерба, судебных расходов оставить без удовлетворения.

Апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить.

В остальной части то же решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 10 февраля 2026 года.

Председательствующий судья Д.Н. Дубовцев

Судьи Э.В. Нургалиев

О.А. Пашкина