Апелляционное постановление № 22-2512/2025 от 7 декабря 2025 г.

Судья Дмитриева Н.А. Дело № 22-2512


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 декабря 2025 года город Саратов

Саратовский областной суд в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам ФИО2,

при секретаре Зеленцовой В.Ю.,

с участием прокурора Даниловой О.Г.,

адвоката Сухоручкина А.Е.,

представителей потерпевшего ФИО8, ФИО9,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Танаевой О.В., апелляционную жалобу представителя ФИО10 – адвоката ФИО6 на постановление Заводского районного суда г. Саратова от 23 сентября 2025 года, которым уголовное дело в отношении:

ФИО33, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, умершего 03 сентября 2021 года, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ,

возвращено прокурору Саратовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав выступления адвоката Сухоручкина А.Е., прокурора Даниловой О.Г., представителей потерпевшего ФИО8, ФИО9, поддержавших доводы апелляционных жалобы и представления об отмене постановления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Заводского районного суда г. Саратова от 23 сентября 2025 года уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, возвращено прокурору Саратовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Танаева О.В. полагает постановление незаконным, необоснованным, подлежащим отмене. В доводах отмечает, что в обвинительном заключении указано, какие именно нормы налогового законодательства нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований. Приводя содержание информационного письма Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 16 июля 2025 года № 36-22-2025 «О некоторых вопросах правоприменения при осуществлении надзора за расследованием уголовных дел о налоговых преступлениях», указывает, что отмена решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения после возбуждения уголовного дела не должна предрешать выводы органов расследования о наличии или отсутствии в действиях налогоплательщика состава преступления и влечь за собой автоматическое принятие решения о прекращении уголовного дела. Считает, что постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда подлежит правовой оценке на предмет допустимости, достоверности и относимости наряду с иными собранными по уголовному делу доказательствами. Приводя правовую позицию Верховного суда Российской Федерации, изложенную в п.26 постановления Пленума от 26 ноября 2019 года №48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», указывает, что фактические обстоятельства, установленные вступившими в законную силу решениями арбитражных судов, имеют значение по делу и сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности лица в совершении преступления. Полагает необоснованным выводы суда о том, что судебно-экономическая экспертиза по делу проведена не была, а имеющееся заключение эксперта противоречит акту налоговой проверки. Отмечает, что суд в целях проверки доказательств, вправе по ходатайству сторон или по собственной инициативе вызвать и допросить эксперта для разъяснения или дополнения данного им заключения, назначить судебную экспертизу, в том числе, дополнительную или повторную. Просит постановление отменить, дело направить для рассмотрения на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда.

В апелляционной жалобе представитель ФИО10 - адвокат Сухоручкин А.Е. выражает несогласие с постановлением, полагает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене. В доводах, подробно излагая выводы суда, указывает, что время совершения преступления в данном уголовном деле необходимо для указания события преступления, а также для исчисления сроков привлечения к уголовной ответственности. Полагает, что допущенное органами следствия нарушение не препятствует вынесению по уголовному делу реабилитирующего решения в связи с отсутствием события преступления, поскольку при установлении факта отсутствия самого события преступления время значения не имеет, как и сроки привлечения к уголовной ответственности. Указывает, что решение налогового органа, которым установлен факт совершения налогового правонарушения, отменено вступившим в законную силу решением суда. Обращает внимание, что согласно исследованному в судебном заседании заключению эксперта №412 от 25 ноября 2024 года налоговый орган пришел к необоснованному выводу о наличии налогового правонарушения. Приводя правовую позицию Верховного суда Российской Федерации, изложенную в п.29 постановления Пленума от 26 ноября 2019 года №48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», указывает, что не указание в обвинительном заключении сроков уплаты соответствующих налогов не свидетельствует о необходимости возвращения уголовного дела прокурору и не препятствует суду вынести реабилитирующее решение при наличии к этому соответствующих оснований. Считает, что указанные судом в постановлении противоречия могут быть устранены в порядке, предусмотренном ст.283 УПК РФ, путем назначения и проведения соответствующей судебной экспертизы. Вместе с тем полагает, что вступившее в законную силу решение арбитражного суда должно быть признано судом без дополнительной проверки с вынесением в отношении ФИО1 реабилитирующего решения в связи с отсутствием события преступления. Полагает, что при квалификации действий ФИО1 по ч.2 ст.199 УК РФ у органов следствия не имелось оснований для прекращения уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, либо при отсутствии согласия стороны защиты на это - в связи с непричастностью. Считает устранение указанных в обжалуемом постановлении нарушений возможным только принятием судом окончательного судебного решения по результатам рассмотрения уголовного дела по существу. Полагает, что ООО «СПК «Курников» не является юридическим лицом, несущим материальную ответственность за действия ФИО1, поскольку последний не являлся директором либо владельцем данной организации. Считает, что судом в нарушение ч.3 ст.104.1 УК РФ не установлен срок, на который наложен арест на имущество ООО «СПК «Курников». Отмечает, что на момент поступления уголовного дела в суд сумма налогов, штрафов и пени, доначисленных по решению налогового органа, полностью возмещена, в связи с чем, наложение ареста на имущество «СПК «Курников» в обеспечение исполнения приговора в части гражданского иска не требуется, гражданский иск налоговым органом не заявлен. Отмечает, что в соответствии с ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискация имущества по делам данной категории не предусмотрена и применена быть не может, в связи с чем, оснований для сохранения ареста на имущество в целях обеспечения его конфискации не имелось. Полагает, что в случае признания умершего ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого деяния и назначении ему наказания в виде штрафа, последний будет освобожден от уплаты штрафа в связи с его смертью. При таких обстоятельствах у суда также не имелось оснований для сохранения ареста на имущество ООО «СПК «Курников». Считает, что сохранение ареста на имущество данной организации ведет к нарушению прав и законных интересов ООО «СПК «Курников», закрепленных в Конституции Российской Федерации. Просит постановление отменить, дело направить для рассмотрения на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда. Снять арест, наложенный на имущество ООО «СПК «Курников».

Проверив материалы уголовного дела, заслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что постановление суда подлежит отмене по следующим основаниям.

В силу ч.4 ст.7 УПК РФ, постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Однако обжалуемое постановление указанным требованиям закона не отвечает.

В соответствии со ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

По смыслу закона, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по собственной инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Основанием для возвращения дела прокурору, таким образом, являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости.

Изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционного представления и апелляционной жалобы о незаконности и необоснованности постановления суда, поскольку оснований, предусмотренных ст.237 УПК РФ, влекущих возвращение уголовного дела прокурору, не имеется.

Положения ст.220 УПК РФ предписывают следователю указывать в обвинительном заключении существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса РФ, предусматривающие ответственность за данное преступление.

Соглашаясь с доводами апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в нем изложено существо предъявленного обвинения, указаны время, место, обстоятельства совершения инкриминируемого деяния, часть и статья УК РФ, предусматривающая ответственность за данное преступление.

Так, возвращая уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, суд указал, что обвинительное заключение не содержит данных о времени совершения преступления, что в нем указаны лишь суммы завышенных вычетов по налогам на добавленную стоимость и на прибыль, а также указаны налоговые периоды, при том, что моментом окончания вменяемого преступления следует считать неуплату налогов в срок, установленный в налоговом законодательстве.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что в обвинительном заключении и постановлении о привлечении в качестве обвиняемого отсутствует указание органов предварительного следствия на конкретные сроки, в которые налоги подлежали уплате организацией, то есть на время совершения вмененного ФИО1 преступления, которое является обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, данным в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», способами уклонения от уплаты налогов, сборов, страховых взносов являются действия, состоящие в умышленном включении в налоговую декларацию (расчет) или иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений, либо бездействие, выражающееся в умышленном непредставлении налоговой декларации (расчета) или иных указанных документов.

Исходя из того, что в соответствии с положениями законодательства о налогах и сборах срок представления налоговой декларации (расчета) и сроки уплаты налога, сбора, страхового взноса могут не совпадать, моментом окончания преступления, предусмотренного статьей 198 или статьей 199 УК РФ, следует считать фактическую неуплату налогов, сборов, страховых взносов в срок, установленный законодательством о налогах и сборах

Как следует из обвинительного заключения, сотрудники бухгалтерии ООО «СПК «Курников», исполняя указания ФИО1, включив в налоговые декларации по НДС по приобретенному сырью, но не использованному для производства в последующем реализованной продукции, суммы НДС в состав вычетов налогов на добавленную стоимость, исказили суммы налога на добавленную стоимость, отраженные в налоговых декларациях, и в период с 01.01.2018 года по 07.12.2021 года представили их в МРИ ФНС России № 19 по Саратовской области, что повлекло неуплату налога на добавленную стоимость в бюджет за период 1, 2, 3, 4 кварталы 2018 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2019 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2020 года в общей сумме 11 510 437 рублей.

Кроме того, в обвинительном заключении указано, что сотрудники бухгалтерии ООО «СПК «Курников», исполняя указания ФИО1, включив в налоговые декларации на прибыль организаций суммы расходов по приобретенному сырью, но не использованному для производства в последующем реализованной продукции, исказили суммы налоговой базы по налогу на прибыль организаций, отраженные в налоговых декларациях, и в период с 01.01.2018 года по 29.03.2023 года представили их в МРИ ФНС России № 19 по Саратовской области, что повлекло неуплату налога на прибыль организаций за период 2018-2020 гг. в общей сумме 20 548 473 рубля.

Таким образом, предоставление заведомо ложных сведений о суммах налогов на добавленную стоимость и налогов на прибыль в налоговый орган в указанные периоды и является временем совершения инкриминируемого преступления, в связи с чем, вывод суда о не указании времени совершения преступления является неверным.

Также в обжалуемом постановлении суд отметил, что органами следствия неправильно указан срок уплаты налога на добавленную стоимость согласно п.п.1,5 ст.174 НК РФ - не позднее 20 числа каждого из трех месяцев, следующем за истекшим налоговым периодом, в то время как в редакции от 29 ноября 2014 года № 382-ФЗ, действующей в инкриминируемый ФИО1 период уклонения от уплаты налогов, срок уплаты указанного налога был установлен не позднее 25-го числа каждого из трех месяцев, следующем за истекшим налоговым периодом.

Между тем, данное обстоятельство само по себе не является препятствием для рассмотрения уголовного дела и может быть устранено в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, в обоснование выводов о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ суд указал, что решением Двенадцатого Арбитражного апелляционного суда признано недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Саратовской области от 16.08.2023 года № 11/10 о привлечении ООО «Саратовский птицекомбинат «Курников» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в связи с чем размер налога, сокрытого от уплаты, бесспорно не установлен, экономическая экспертиза по делу не проведена, а имеющееся в материалах уголовного дела заключение эксперта №НАЛ А09/25/11 Приволжского филиала ФГКУ «Судебно-экспертный центр следственного комитета РФ», которое было приобщено следователем к материалам уголовного дела, но не учтено в качестве доказательства по делу, противоречит акту налоговой проверки, положенному в основу обвинения.

Согласно разъяснениям, данным в 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» судам надлежит иметь в виду, что доказательствами, подтверждающими наличие или отсутствие в содеянном признаков составов налоговых преступлений, могут быть, в том числе, налоговые декларации (расчеты), другие необходимые для исчисления и уплаты налогов, сборов, страховых взносов документы, акты налоговых проверок, заключение эксперта, материалы проверок исполнения законодательства о налогах и сборах иных уполномоченных органов. Также необходимо учитывать вступившие в законную силу решения арбитражных судов, судов общей юрисдикции, постановленные в иных видах судопроизводства, имеющие значение по делу.

Вместе с тем, фактические обстоятельства, установленные в таких судебных решениях, сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности лица в совершении преступления. В целях наиболее полного и всестороннего выяснения всех обстоятельств, связанных с совершением налоговых преступлений, суды могут привлекать к участию в судебном разбирательстве специалистов, а в необходимых случаях назначать соответствующие экспертизы.

В постановлении от 21.12.2011 N 30-П Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Вместе с тем, предмет исследования в каждом виде судопроизводства имеет свои особенности, исходя из которых определяются не только компетентный суд, но и специфика процессуальных правил доказывания по соответствующим делам, включая порядок представления и исследования доказательств, а также основания для освобождения от доказывания.

Пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

Поэтому в уголовном судопроизводстве результатом межотраслевой преюдиции может быть принятие судом данных только о наличии либо об отсутствии какого-либо деяния или события, установленного в порядке гражданского судопроизводства, но не его квалификация как противоправного, которая с точки зрения уголовного закона имеет место только в судопроизводстве по уголовному делу (пункт 3.2 постановления N 30-П).

С учетом приведенных положений закона, наличие принятых арбитражными судами решений относительно признания недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Саратовской области от 16.08.2023 года № 11/10 о привлечении ООО «Саратовский птицекомбинат «Курников» к ответственности за совершение налогового правонарушения, которое изначально явилось основанием для возбуждения уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, в отношении ФИО34., подлежит оценке при принятии судом итогового решения по уголовному делу.

Помимо этого, суд указал, что исходя из имеющегося в деле заключения эксперта, действия лица по уклонению от уплаты налогов, с учетом суммы неуплаченных налогов, подпадают под ч.1 ст.199 УК РФ, преступление по которой относится к категории небольшой тяжести, сроки давности привлечения к уголовной ответственности по которой составляют два года и истекли на момент предварительного следствия, в связи с чем, пришел к выводу, что следователем не выполнены требования о прекращении уголовного дела, предусмотренные п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», в связи с чем, уголовное дело подлежит возвращению прокурору.

Однако и с такими выводами суда первой инстанции согласиться нельзя, поскольку уголовное дело органами предварительного следствия возбуждено по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, и переквалификация судом совершенного деяния на ч.1 ст.199 УК РФ по итогам судебного разбирательства не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

В силу требований уголовно-процессуального закона к полномочиям суда отнесено разрешение уголовного дела по существу и вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора (или иного итогового судебного решения) на основании тех доказательств, которые будут представлены сторонами, учитывая при этом принципы независимости судей, презумпции невиновности и состязательности сторон.

В соответствии с требованиями ст.299 УПК РФ вопросы доказанности предъявленного обвинения разрешаются судом только по итогам судебного разбирательства при постановлении приговора, в процессе постановления которого и подлежат оценке доказательства, представленные сторонами, по правилам, установленным ст.88 УПК РФ.

Из положений ст.237 УПК РФ и принципов уголовного судопроизводства следует, что установление судом обстоятельств, не подтверждающих предъявленное обвинение доказательствами, не является обстоятельством, препятствующим постановлению приговора и основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

С учетом изложенного, оснований для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом не имелось, обжалуемое постановление не может быть признано законным и обоснованным, оно подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Заводского районного суда г. Саратова от 23 сентября 2025 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, возвращено прокурору Саратовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом - отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Апелляционное постановление может быть обжаловано путем подачи кассационных представления или жалобы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий