Решение № 2-1888/2018 2-1888/2018~М-1428/2018 М-1428/2018 от 28 ноября 2018 г. по делу № 2-1888/2018

Дело №


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 ноября 2018 года город Георгиевск

Георгиевский городской суд Ставропольского края под председательством

судьи Дешпита В.С.,

при секретаре Тарасянц А.Р.,

с участием

представителя истицы ФИО1 ФИО2,

представителя ответчиков ФИО3 и ФИО4 ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Георгиевского городского суда гражданское дело № по иску Оганесян ФИО20 к Овсепяну ФИО21 и Овсепяну ФИО22 о признании договора купли-продажи и договора дарения недвижимого имущества недействительными, применении последствия недействительности сделок в виде возврата недвижимого имущества,

УСТАНОВИЛ:

В иске ФИО1 и судебном заседании ее представитель ФИО2, в обоснование исковых требований суду сообщили, что истица владела на праве собственности недвижимым имуществом, расположенным по адресу: <адрес>, состоящим из объекта незавершенного строительства – жилого дома, площадью застройки 120,20 кв.м., степенью готовности 98%, и земельного участка, общей площадью 3135 кв.м.

Право собственности на объект незавершенного строительства возникло у истицы на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом по Георгиевскому нотариальному округу Ставропольского края ФИО5, зарегистрированного в реестре за №. Государственная регистрация права собственности состоялась ДД.ММ.ГГГГ.

Право собственности на земельный участок возникло у истицы на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом по Георгиевскому нотариальному округу Ставропольского края ФИО5, зарегистрированного в реестре за №. Государственная регистрация права собственности на земельный участок состоялась также ДД.ММ.ГГГГ.

Истица является матерью ФИО6, который на момент 2012 года имел долговые обязательства в виде кредитов.

Для погашения кредитов ФИО6 обратился к ФИО3 с просьбой о займе денежных средств, поскольку ответчик занимался тем, что выдавал де нежные средства под проценты.

ФИО3 согласился, но под условием, что ФИО6 оформит залог на недвижимое имущество в качестве гарантии возврата долга, взятого им у ответчика.

Поскольку недвижимого имущества в собственности ФИО6 было недостаточно, от ответчика поступило предложение оформить залог на принадлежащее истице недвижимое имущество.

ФИО1, переживая за своего сына, приняла предложение ответчика.

После возникшей договоренности, ФИО3 передал ФИО6 сумму займа, пояснив при этом, что оформление залога является долгой и дорогостоящей процедурой, так как требовалось привлечение оценщика и предложил оформить договор купли-продажи, уверив истицу, что поскольку они знакомы на протяжении длительного времени, то переживать не о чем, и, после возврата сыном долга, домовладение будет переоформлено на имя истицы путем регистрации права в ЕГРП.

Согласившись на данное предложение, ФИО1 подписала договор купли-продажи, который, по сути, являлся договором залога. В договоре они формально указали стоимость домовладения в размере 200 000 рублей, а стоимость земельного участка в размере 50 000 рублей.

После заключения договора купли-продажи семья истицы продолжала проживать в домовладении, оплачивать коммунальные платежи, налоги, не меняя собственника лицевого счета. То есть, права истицы, как собственника, со стороны ответчика не нарушались.

Одновременно ФИО6 выплачивал имевшиеся у него перед ответчиком долговые обязательства, внося периодические платежи.

Спустя некоторое время, истице стало известно, что ФИО3 оформил домовладение, находящееся в ее фактическом пользовании, на имя своего сына ФИО4, зарегистрировав с ним договор дарения.

Между тем, долговые обязательства, имевшиеся у ФИО6, погашены, оснований удерживать домовладение в формальной собственности ответчиков, оснований не имеется. Однако, при обращении с просьбой о перерегистрации права собственности на недвижимое имущество, ответчики никак не реагируют.

По указанным основаниям ФИО1 в иске и ее представитель ФИО2 в судебном заседании просят суд признать договор купли-продажи от 19 сентября 2012 года, заключенный между ФИО1 и ФИО3 недействительным, признать договор дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительной сделкой, применить последствия недействительности сделок в виде возврата ФИО1 недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>.

Истица ФИО1 в судебное заседание не явилась, будучи извещенной о его времени и месте в соответствии со ст. 113 ГПК РФ, воспользовавшись своим правом, предусмотренным ст. 48 ГПК РФ на ведение дела через представителя.

На основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истицы ФИО1

Ответчики ФИО3 и ФИО4 в судебное заседание также не явились, будучи извещенными о его времени и месте в соответствии со ст. 113 ГПК РФ, воспользовавшись своим правом, предусмотренным ст. 48 ГПК РФ на ведение дела через представителя.

На основании ч. 4 ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков ФИО3 и ФИО4

В судебном заседании представитель ответчиков ФИО3 и ФИО4 – ФИО7 возражала в отношении заявленных ФИО1 требований, просила в удовлетворении иска отказать, по следующим основаниям.

Действительно 19 сентября 2012 года между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества - объекта незавершенного строительством жилого дома литер А, площадью застройки 120,2 кв.м, степенью готовности 98%, и земельного участка, площадью 3 135 кв.м, расположенных по адресу: <адрес>.

Право собственности на недвижимое имущество по данному договору купли-продажи было зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права серии 26-АИ № и серии 26-АИ №.

При оформлении договора купли-продажи ФИО1 сообщила, чтобы ФИО3, как покупатель, оплатил все услуги по оформлению сделки, который обратился к ИП ФИО8, занимавшемуся оформлением сделки, оплатив необходимые расходы.

До подписания договора купли-продажи недвижимости ФИО3 истице были полностью переданы денежные средства в сумме 250 000 рублей.

С момента продажи дома ФИО1 со своей семьей продолжают проживать в данном домовладении, хотя обязались выселиться из него и сняться с регистрационного учета, но уклоняются исполнения обязательств уже не протяжении 6 лет.

В 2013 году ФИО3 обращался в суд с требованиями о признании истицы прекратившей право пользования жилым помещением и выселении из дома. После получения данных требований, ФИО1 попросила ответчика предоставить некоторое время для ее выселения.

Спустя 3 года, а именно ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в суд с требованием о признании договора купли-продажи недвижимости недействительным и истребовании имущества из чужого незаконного владения. Решением Георгиевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, истребовании их из незаконного владения, отказано.

Решением Георгиевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования ФИО4 к ФИО9 и ФИО10 о признании прекратившими право пользования незавершенным строительством жилым домом и выселении, удовлетворены.

В 2018 году ФИО1 снова обращается в суд с иском к ФИО4 и ФИО3 о признании договора купли-продажи недвижимости и дарения недействительными.

Согласно ст. 196 ГПК РФ общий срок давности устанавливается в три года.

Таким образом, по мнению представителей ответчиков ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 срок исковой давности истек, и доказательств его пропуска по уважительной причине, истицей не представлено.

В своем иске ФИО1 указывает, что в 2012 году ее сын ФИО6, имея долговые обязательства, обратился к ФИО3 с просьбой одолжить ему денег, так как ответчик занимался выдачей денежных средств под проценты. ФИО3 потребовал оформления принадлежащего истице недвижимого имущества как залога исполнения обязательств по возврату долга. Однако, указанные истицей обстоятельства, не соответствуют действительности. Согласно расписке от 07 сентября и от 30 августа, ФИО6 взял у ФИО3 в долг денежные средства, что никакого отношения к проданной ДД.ММ.ГГГГ недвижимости, не имеет. ФИО3 не предлагал ФИО6 брать деньги в долг. При оформлении сделки купли-продажи, ФИО1 лично ознакомилась с договором купли-продажи и подписала его. При этом специалистом Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю выяснялось существо сделки, а также произведен ли расчет по оплате недвижимого имущества до подписания настоящего договора.

По указанным основаниям представитель ответчиков ФИО3 и ФИО4 – ФИО7 просила отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

В судебное заседание также не явился представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, картографии и кадастра по Ставропольскому краю, будучи извещенным о его времени и месте в соответствии со ст. 113 ГПК РФ, который не сообщил суду о наличии уважительных причин неявки.

На основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя указанного третьего лица.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 28 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу ч. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно положениям ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).

Согласно ч. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ч. 2 ст. 167).

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании недействительными мнимых сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

Как следует из представленных письменных доказательств, исследованных в судебном заседании, ФИО1 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ принадлежали объект незавершенного строительства – жилой дом, степенью готовности 98%, общей площадью 120,20 кв.м и земельный участок, площадью 3 135 кв.м с кадастровым номером №1, находящиеся по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи объекта незавершенного строительства – жилого дома, а также и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, по цене 250 000 рублей, в том числе: стоимость дома в размере 200 000 рублей, земельного участка в размере 50 000 рублей.

По условиям п. 11 договора купли-продажи от 19 сентября 2012 года при передачи недвижимости, сторонами составляется передаточный акт, однако в связи с тем, что расчет между сторонами произведен полностью, недвижимость, ее принадлежности и относящиеся к ней документы покупателем получены, настоящий договор является документом, одновременно подтверждающим факт передачи указанной недвижимости продавцом в собственность покупателя и предъявляется на государственную регистрацию без передаточного акта.

На момент подписания договора купли-продажи недвижимого имущества в доме были зарегистрированы и проживали продавец ФИО1 и член ее семьи - ФИО10

Записи о переходе права собственности на объект незавершенного строительства – жилой дом и земельный участок на имя ФИО3 внесены в Единый государственный реестр недвижимости ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 был заключен договор дарения объекта незавершенного строительства – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, право по которому за ФИО4 было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество ДД.ММ.ГГГГ, записи о регистрации №-№ и №.

В качестве оснований заявленных требований ФИО11 указывает на то, что заключенный договор купли-продажи объекта незавершенного строительства – жилого дома и земельного участка является недействительным, ввиду его мнимости (ст. 170 ГК РФ).

Свидетель ФИО6 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ показал суду о том, что ФИО1 является его матерью, в 2012 году ему для работы были необходимы денежные средства, в связи с чем, он обратился к ФИО3 с просьбой о займе. В подтверждение возврата денег, ФИО3 потребовал у него оставить в залог дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>. Для этого между его матерью ФИО1 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи спорного недвижимого имущества. После переоформления недвижимости, они продолжали проживать в своем доме, пользоваться имуществом, передачи ключей не было. В настоящее время долговые обязательства им перед ФИО3 погашены, однако, тот отказывается переоформлять недвижимость обратно на имя матери, требуя с него еще больше миллиона рублей, якобы в уплату процентов, о которых при заключении договора займа речи не велось. По данному спору его мать обращалась в правоохранительные органы, однако, в возбуждении уголовного дела было отказано по причине того, что данные правоотношения регулируются гражданским кодексом. На момент заключения договора купли-продажи объекта незавершенного строительства - жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, стороны пришли к соглашению о том, что данная сделка совершена в обеспечение его обязательств по возврату долга, после погашения которого, имущество будет переоформлено обратно в собственность матери.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ показал суду о том, что семья ФИО6 проживает с ним по соседству. В 2012 году у них сложилось тяжелое материальное положение, сгорел цех ФИО6, все об этом знали, поскольку принимали участие в тушении пожара. В связи с этим ФИО6 обратился к ФИО3 с просьбой о займе денежных средств. ФИО3 согласился одолжить ему денег, но при условии, если ФИО6 оставить в залог дом своей матери, чтобы быть уверенным в возврате долга. Когда заключался договор купли-продажи, ФИО3 говорил, что как только ФИО6 расплатится с ним, дом будет переоформлен обратно на имя ФИО1 Он лично спрашивал у ФИО3 о том, почему он не переоформляет дом обратно на имя ФИО1, ведь ФИО6 с ним полностью рассчитался, на что тот пояснил, что хочет проучить ФИО6 за его длинный язык. Поэтому ФИО3 обратился к судебным приставам, чтобы выселить мать ФИО6 из этого дома. Хотя после переоформления недвижимости и до настоящего времени ФИО1 из дома никуда не выезжала, вещи не перевозила, как жила там, так и продолжает пользоваться домом до настоящего времени, как собственник.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показал, что он оказывал услуги ФИО3 по оформлению сделки договора купли-продажи, расположенного по адресу: <адрес>. При подписании договора присутствовали покупатель ФИО3 и продавец ФИО1, никаких вопросов и претензий друг к другу стороны не предъявляли.

ФИО13, допрошенная в судебном заседании 23 ноября 2018 года в качестве специалиста пояснила, что в 2015 году она исполняла обязанности специалиста приема документов Георгиевского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, картографии и кадастра по <адрес>. При оформлении договора купли-продажи личное присутствие сторон сделки либо их представителей по доверенности строго обязательно. Она не может определить, что знакома со сторонами. Процедура оформления всегда стандартная: удостоверяется личность, вносятся данные, подается заявление и договор для подписания, хотя договор могут подписывать и не в их присутствии. Документы на сдачу для оформления сделки может принести одна из сторон. Возможна и предварительная запись, которая ведется через интернет. Никакого участия в формировании волеизъявления сторон они не принимают, выполняют чисто техническую работу по регистрации сделок.

Из объяснений ответчика ФИО3, опрошенного ДД.ММ.ГГГГ УУП ОП <адрес> ОМВД России по Георгиевскому городскому округу капитаном полиции ФИО18, в ходе проведения проверки по заявлению ФИО1 о принятии к нему мер по поводу незаконного лишения ее семьи единственного жилья и незаконного требования денежных средств, следует, что примерно в 2012 году ФИО6 брал у него деньги в долг в сумме 3 000 000 рублей. Когда ФИО6 брал у него долг, был заключен договор купли-продажи на домовладение, расположенное по адресу: <адрес>, на тот случай, если ФИО6 не выплатит ему долг (материал КУСП №).

Из объяснений ФИО4, опрошенного ДД.ММ.ГГГГ УУП ОП <адрес> МО МВД России «Георгиевский» ст. лейтенантом полиции ФИО14, в ходе проведения проверки по заявлению ФИО1 о привлечении к ответственности виновных лиц, которые своими действиями лишили ее единственного жилья, следует, что примерно в 2012 году ФИО6 взял у его отца деньги в долг в сумме 8 000 000 рублей. Когда ФИО6 брал у его отца долг, был заключен договор купли-продажи на домовладение, расположенное по адресу: <адрес>. ФИО6 выплатил отцу долг в небольшой сумме, а последние два года не выплачивает, в связи с чем, так как был заключен договор о купле-продаже дома, то отец подарил ему спорное домовладение в начале 2015 года (материал КУСП №).

Таким образом, из объяснений представителя истицы, свидетелей ФИО6 и ФИО12, а также самих ответчиков ФИО4 и ФИО3, следует, что намерением ФИО1 было получение займа её сыном ФИО6 у ФИО3, а не продажа принадлежащего ей на праве собственности объекта незавершенного строительства - жилого дома и земельного участка, а намерением ФИО3 было не приобретение спорного недвижимого имущества, а получение обеспечения исполнения обязательств по возврату сыном истицы - ФИО6 предоставленных им денежных средств. Подписывая договор купли-продажи объекта незавершенного строительства – жилого дома и земельного участка, истица ФИО1 полагала, что заключает договор залога спорного имущества в обеспечение исполнения обязательств по договору займа, заключенного с ее сыном с ФИО3

Согласно копии дела правоустанавливающих документов о регистрации права собственности на объект незавершенного строительства - жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, за ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ было зарегистрировано право собственности на спорные объекты недвижимого имущества.

В силу положений ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Разрешая спор по существу, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд исходит из того, что при заключении договора купли-продажи спорного объекта незавершенного строительства - жилого дома и земельного участка, стороны договора не намеревались создать правовые последствия, характерные для данного вида сделок, не преследовали цели передать и получить в фактическое владение и пользование дом и земельный участок. ФИО4 и ФИО3, после заключения договора купли-продажи, в спорный дом не вселялись, обязанностей как собственники жилого помещения, не несли.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что стороны договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ приступили к исполнению условий договора купли-продажи, в том числе по передаче имущества, его оплате в соответствии с условиями договора, суду представлено не было.

Проверяя волеизъявление продавца на совершение оспариваемой сделки, судом установлено, что ФИО1 не имела намерения продавать объект незавершенного строительства – жилой дом и земельный участок, что подтверждается показаниями допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей ФИО6 и ФИО12

Как следует из материалов дела, ФИО1 другого жилья, за исключением объекта незавершенного строительства, степенью готовности 98% -жилого дома, явившегося предметом договора купли-продажи, не имеет.

Других доказательств, стороной ответчика суду не представлено и материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, заключая оспариваемый договор купли-продажи, ФИО1 заключила мнимую сделку, поскольку цель, к которой она стремилась, в виде займа сыну денежных средств, была ею достигнута, а ФИО3 получил в обеспечение исполнения сыном истицы ФИО6 обязательств по возврату долга, залоговое имущество.

Вместе с тем, в результате заключения данной сделки, ФИО1 лишилась своего имущества и единственного пригодного для проживания жилого помещения. Спорный дом и земельный участок выбыли из обладания ФИО1 помимо ее воли, подтверждением чему является явная несоразмерность цены реализуемого истицей дома и земельного участка их кадастровой стоимости, при отсутствии доказательств вынужденности и срочности его реализации истицей на указанных в договоре условиях.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что волеизъявление истицы, выраженное ею в договоре купли-продажи, не соответствовало ее действительной воле, что позволяет сделать вывод о наличии мнимости в действиях сторон на момент заключения оспариваемого договора и последствий совершаемой ими сделки.

Тот факт, что истица сама подписывала договор и принимала непосредственное участие в регистрации перехода прав на оспариваемое имущество, писала собственноручно заявления различного характера о том, что она понимает суть сделки, сами по себе не свидетельствуют об отсутствии мнимости со стороны ФИО1, поскольку истица считала, что подписывает документы о договоре залога жилого дома и земельного участка в целях обеспечения обязательств по возврату займа ее сыном ФИО6 – ФИО3

Поскольку ни одно из последствий, предусмотренных ч. 1 ст. 454 ГК РФ, не наступило, договор купли-продажи носит притворный характер, так как ответчик с сентября 2012 года, в том числе и с момента регистрации перехода права собственности в октябре 2012 года, каких-либо действий по сохранности дома не совершал, какие-либо договоры на предоставление коммунальных услуг и на техническое обслуживание дома не заключал, что бесспорно свидетельствует о том, что ответчик, заключая договор купли-продажи, не стремился к возникновению каких-либо правовых последствий.

Кроме того, ФИО3 в течение более 2,5 лет (до марта 2015 года) не осуществлял никаких действий по владению, пользованию и распоряжению домом и земельным участком, не нес расходов по их содержанию, не извлекал из них доходов, не распоряжался (то есть не относился к спорным объектам имущества как к своему имуществу), в то время как истица с сентября 2012 года потратила значительные денежные средства на сохранность и улучшение домовладения, что подтверждает факт владения ею спорной недвижимостью, доказательств оплаты налогов ФИО3 не представлено, как и доказательств оплаты объектов недвижимости по договору.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заключенный сторонами договор купли-продажи не отражает волеизъявление ФИО1, как участника сделки по отчуждению спорного недвижимого имущества, а ФИО3 не намеревался принимать данное имущество и осуществлять в отношении него правомочия собственника, в связи с чем, доводы истицы о совершении ею мнимой сделки являются обоснованными, и в силу п. 1 ст. 170 ГК РФ, у суда имеются основания для признания данного договора купли-продажи недействительным.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчиков ФИО3 и ФИО4 – ФИО7 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности и об отказе в заявленных требованиях по следующим основаниям.

В соответствии со ст.ст. 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (ч. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Судом установлено, что поскольку денежные средства по договору купли-продажи фактически не передавались, истица вместе с членами ее семьи после заключения и регистрации договора купли-продажи продолжала проживать в спорном домовладении, ФИО3 не осуществлял никаких действий по владению, пользованию и распоряжению домом и земельным участком, не нес расходов по их содержанию, не извлекал из них доходов, и новый собственник недвижимого имущества ФИО4 обратился в суд с требованием о выселении ФИО1 лишь ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что началом исполнения ничтожной сделки – договора купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО1 и ФИО3 19 сентября 2012 года, является дата предъявления ФИО4 в суд иска к ФИО1 о выселении. В связи с этим, довод представителя ответчиков о том, что истицей нарушен срок исковой давности не может быть принят судом во внимание, поскольку с настоящим иском ФИО1 обратилась в суд 19 июня 2018 года, то есть в пределах установленного законом трехлетнего срока, а потому оснований для применения к заявленным ею требованиям исковой давности не имеется.

Кроме того, суд также считает необходимым отметить, что ранее истица ФИО1 предпринимала меры по защите своего нарушенного права, обращаясь 18 января 2016 года в суд с иском к ФИО3 и ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, истребовании из незаконного владения, и решением Георгиевского городского суда от 21 марта 2016 года, вступившим в законную силу 27 июля 2016 года, в удовлетворении данных требований было отказано.

Поскольку договор дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО4 от 27 марта 2015 года, вытекает из договора купли-продажи от 19 сентября 2012 года, признанного недействительным, не повлекшего юридических последствий с момента его заключения, все последующие сделки суд считает недействительными.

В связи с этим, запись о праве собственности ФИО4 в Едином государственном реестре недвижимости на спорный объект незавершенного строительства – жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, подлежит прекращению.

Данное решение является основанием для регистрации права собственности ФИО1 на спорный объект незавершенного строительства – жилой дом и земельный участок.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Государственная пошлина в размере 5 700 рублей, рассчитанном в соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, от уплаты которой истице была предоставлена отсрочка, подлежит взысканию с ответчиков ФИО3 и ФИО4 на основании ст. 103 ГПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 39, 173, 193-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования Оганесян ФИО23 к Овсепяну ФИО24 и Овсепяну ФИО25 о признании договора купли-продажи и договора дарения недвижимого имущества недействительными, применении последствия недействительности сделок в виде возврата недвижимого имущества, удовлетворить.

Признать договор купли-продажи объектов недвижимости – объекта незавершенного строительства - жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между Оганесян ФИО26 и Овсепяном ФИО28, недействительным.

Признать договор дарения объектов недвижимости – объекта незавершенного строительства - жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между Овсепяном ФИО29 и Овсепяном ФИО30, недействительным.

Прекратить право собственности Овсепяна ФИО31, зарегистрированное Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ, записи о регистрации № и №, на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: по адресу: <адрес>.

Возвратить объект незавершенного строительства - жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, в собственность ФИО1.

Взыскать с Овсепяна ФИО32 и Овсепяна ФИО33 в бюджет Георгиевского городского округа <адрес> государственную пошлину в размере 5 700 (пять тысяч семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд, путем подачи апелляционной жалобы через Георгиевский городской суд в течение месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Судья В.С. Дешпит