Апелляционное определение № 33-1853/2026 от 8 апреля 2026 г.

УИД 69RS0013-01-2025-000014-18

Дело № 2-280/2025 судья Павлова Ю.Ю.

(№ 33-1853/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 апреля 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Пойменовой С.Н.,

судей Климовой К.В., Кубаревой К.В.

при секретаре судебного заседания Алиевой Л.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Кубаревой Т.В.

дело по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжское автотранспортное предприятие» на решение Кимрского городского суда Тверской области от 22 декабря 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к ООО «Верхневолжское АТП» о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Верхневолжское АТП» (ИНН №) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт <данные изъяты>, выдан ДД.ММ.ГГГГ к.п. <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Исковые требования ФИО1 в остальной части, превышающей сумму в размере <данные изъяты> – оставить без удовлетворения.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Взыскать с ООО «Верхневолжское АТП» (ИНН №) в пользу Кимрского муниципального округа Тверской области государственную пошлину в сумме <данные изъяты>».

Судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Верхневолжское автотранспортное предприятие» (далее ООО «Верхневолжское АТП»), ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 15 часов 50 минут ФИО1, являясь пассажиром рейсового автобуса №, принадлежащим ООО «Верхневолжское АТП», при экстренном торможении автобуса упала с пассажирского сидения и получила различные травмы, включая <данные изъяты>.

Применение экстренного торможения водителем автобуса явилось следствием маневра, совершенного водителем автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №.

Таким образом, вред ее здоровью причинен в результате взаимодействия владельцев двух источников повышенной опасности – автобуса <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, которым управлял работник ООО «Верхневолжское АТП», и автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, владельцем которого является ФИО3

Моральный вред выразился в физических страданиях и нравственных страданиях, поскольку ФИО1 испытала сильную боль в момент получения травм, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в ГБУЗ <данные изъяты>, ей проведена операция, до настоящего времени <данные изъяты> не восстановилась в полном объеме.

С учетом уточнения исковых требований, истец ФИО1 просила суд взыскать в ее пользу солидарно с ООО «Верхневолжское АТП» и ФИО3 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен водитель автобуса ФИО4

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась.

Представитель истца ФИО1 адвокат Зиновьев Е.В. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Верхневолжское АТП» по доверенности ФИО5 в судебном заседании поддержала доводы отзыва и дополнений к отзыву, признав исковые требования частично.

Ответчик ФИО3, его представитель ФИО6 в судебном заседании против удовлетворения иска возражали по основаниям, указанным в письменных возражениях.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 адвокат Михеев С.В. в судебном заседании полагал, что сумма морального вреда, заявленная к взысканию, является завышенной.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ответчика ООО «Верхневолжское АТП» предлагается отменить решение суда полностью, принять по делу новое решение, которым взыскать солидарно компенсацию морального вреда с ФИО3 и ООО «Верхневолжское АТП», снизив размер компенсации до размера, отвечающего требованиям разумности и справедливости.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников третьим лицам.

Судом первой инстанции к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО3, который не отрицал тот факт, что ДД.ММ.ГГГГ управлял автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный номер №, и 15 часов 50 минут проезжал через <адрес>, на нерегулируемом перекрестке в районе <адрес>, где в указанную дату и время произошло рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие.

В обжалуемом судебном акте суд первой инстанции не привел ни одного предусмотренного законодательством Российской Федерации обстоятельства, позволяющего освободить соответчика ФИО3 от обязанности компенсировать моральный вред.

В материалах дела по данному дорожно-транспортному происшествию имеется вступившее в законную силу постановление суда по делу об административном правонарушении, которым прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении водителя ООО «Верхневолжское АТП» ФИО4 в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции в обжалуемом решении переоценил действия водителя ФИО4 вопреки имеющемуся в материалах постановлению, переквалифицировал действия водителя ФИО4 на основании видеозаписи, которая уже была исследована в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении в отношении ФИО4 и на основе которой, в том числе, было вынесено постановление.

Податель жалобы также выражает несогласие с взысканной суммой компенсации морального вреда, полагая, что возложение на ответчика ООО «Верхневолжское АТП» суммы компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей не соответствует требованиям разумности и справедливости, и пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

В судебное заседание суда апелляционной инстанции явились: представитель ответчика ООО «Верхневолжское АТП» по доверенности ФИО5, прокурор Гончарова Е.С.

Остальные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, не явились, об отложении дела не ходатайствовали, в связи с чем на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, выслушав пояснения представителя ответчика ООО «Верхневолжское АТП» ФИО5, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Гончаровой Е.С., полагавшей решение суда законным и обоснованным, изучив доводы апелляционной жалобы, возражения на апелляционную жалобу, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу указанной нормы, для возложения имущественной ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно статьям 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда и независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

На основании абзаца 2 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (абзац 1 пункта 15).

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска (абзац 2 пункта 15).

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

По смыслу приведенных норм материального права в их взаимосвязи, на работодателя возлагается обязанность возместить не только имущественный, но и моральный вред, причиненный его работником при исполнении им трудовых обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзац 4 пункта 32).

Судом первой инстанции установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 50 минут на <адрес> водитель ФИО4, управляя транспортным средством <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, принадлежащим ООО «Верхневолжское АТП», применил экстренное торможение, в результате чего в салоне автобуса произошло падение пассажира ФИО1, которая получила телесные повреждения.

Согласно заключению эксперта № судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО1 имелись повреждения - <данные изъяты>. Указанные повреждения возникли не более чем за 2-3 недели перед поступлением в больницу. Повреждения возникли от действия тупого твердого предмета или предметов, и их причинение сопровождалось нанесением среднего вреда здоровью, так как они повлекли за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности от 10 % до 30 %. Высказаться о конкретном предмете не представляется возможным, так как в местах повреждений не отобразились его индивидуальные свойства. <данные изъяты>, учитывая его характер, мог образоваться, например, в результате падения на вытянутую или отведенную руку.

Постановлением Кимрского городского суда Тверской области от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО4 прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Из текста постановления следует, что вмененный ФИО4 пункт 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации является общей нормой о необходимости не создавать опасности для движения и не причинять вреда, и в причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшей не состоит.

Решением Тверского областного суда от 25 июля 2025 года постановление Кимрского городского суда Тверской области от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, жалоба потерпевшей ФИО1 – без удовлетворения.

Судом первой инстанции исследована видеозапись, из которой следует, что автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, под управлением водителя ФИО3 двигался по <адрес> с низкой скоростью, затормозил, приблизившись к перекрестку, после чего продолжил движение.

Разрешая спор и частично удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь приведенными нормами права, исходил из того, что между действиями водителя автобуса ФИО4, применившего экстренное торможение с целью избежания столкновения с впереди движущимся транспортным средством, и причинением в результате падения вреда здоровью средней тяжести пассажиру автобуса ФИО1, имеется прямая причинная связь.

Поскольку установлено наличие трудовых отношений водителя ФИО4 с ООО «Верхневолжское АТП», ответственность за вред, причиненный работником при исполнении трудовых обязанностей, несет работодатель.

Отказывая в удовлетворении исковых требований к ответчику ФИО3, суд исходил из того, что причинная связь между действиями ФИО3, в том числе нарушение им Правил дорожного движения Российской Федерации, а также факт того, что экстренное торможение автобуса имело место именно в результате действий ФИО3 ни в ходе рассмотрения гражданского дела, ни в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении не установлено.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Доводы жалобы о том, что по данному дорожно-транспортному происшествию имеется вступившее в законную силу постановление суда по делу об административном правонарушении, которым прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО4 в связи с отсутствием состава административного правонарушения не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, по следующим основаниям.

В силу пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно пункту 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации и как следствие привлечение лица к ответственности не является одним из условий, необходимых для рассмотрения гражданского иска о возмещении вреда, и, следовательно, не исключает его гражданско-правовой ответственности.

Вопреки доводам жалобы отсутствие в действиях водителя нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации, не исключает разрешение вопроса о гражданско-правовой ответственности его работодателя за причинение вреда, установленной статьями 1064, 1068, 1079, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 24 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» участники дорожного движения имеют право: на возмещение ущерба по основаниям и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации, в случаях причинения им телесных повреждений, а также в случаях повреждения транспортного средства и (или) груза в результате дорожно-транспортного происшествия.

Ответчик, являясь владельцем источника повышенной опасности, несет ответственность независимо от вины, и в соответствии со статьями 1079, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации обязан возместить вред.

В соответствии с приведенными выше нормами права, при рассмотрении дела суд первой инстанции исследовал обстоятельства дела, а именно: факт падения истца в автобусе, причинение истцу вреда здоровью средней тяжести, а также принял во внимание отсутствие в действиях водителя автобуса нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации, и пришел к обоснованному выводу о частичном удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда.

Ссылки апеллянта на то, что в обжалуемом судебном акте суд первой инстанции не привел ни одного предусмотренного законодательством Российской Федерации обстоятельства, позволяющего освободить соответчика ФИО3 от обязанности компенсировать моральный вред, нельзя признать состоятельными.

В мотивировочной части решения суд привел выводы, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения.

Учитывая, что причинная связь между действиями ФИО3 и возникшими для истца последствиями, а также факт того, что экстренное торможение имело место именно в результате действий ФИО3 ни в ходе рассмотрения гражданского дела, ни в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении не установлены, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении иска, заявленного к ответчику ФИО3, и о возложении обязанности по компенсации морального вреда именно на ООО «Верхневолжское АТП», как работодателя ФИО4

Вопреки утверждениям апеллянта, взаимодействия двух источников повышенной опасности судом первой инстанции не установлено.

Ссылки в жалобе на то, что суд в обжалуемом решении переоценил действия водителя ФИО4 на основании видеозаписи, которая уже была исследована в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении в отношении ФИО4, о неправильности выводов суда первой инстанции не свидетельствуют, и не влекут отмену состоявшегося по делу судебного акта.

В обжалуемом решении, судом приведены и проанализированы пункты 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, нарушение которых водителем ФИО4 судами при рассмотрении административного дела не проверялось.

Доводы жалобы о том, что размер компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> чрезмерно завышен, не отвечает принципам разумности и справедливости, отклоняются судебной коллегией как несостоятельные.

Из анализа действующего законодательства следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой инстанции.

Ввиду того, что данная категория дел носит оценочный характер, только суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая нормы закона, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном выражении и полного возмещения, то предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшему за перенесенные страдания.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание конкретные обстоятельства произошедшего, учел характер и степень перенесенных истцом ФИО1 физических и нравственных страданий, степень тяжести вреда, причиненного здоровью истца ФИО1, длительность ее лечения, возраст и состояние здоровья, и, руководствуясь принципом разумности и справедливости, определил к взысканию с ответчика компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты>.

По убеждению судебной коллегии, определенный размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу истца, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, отвечает требованиям разумности и справедливости, определен с учетом фактических обстоятельств дела и заслуживающих внимание обстоятельств.

Мотивы, по которым суд посчитал необходимым взыскать указанную сумму компенсации морального вреда, подробно приведены в решении суда, причин для несогласия с данными выводами суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает.

При таких обстоятельствах, оснований полагать размер компенсации морального вреда завышенным или несправедливым не имеется.

Исходя из требований пункта 2 части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Данным требованиям решение суда первой инстанции в полной мере отвечает.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального и процессуального права судом применены верно.

Оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Кимрского городского суда Тверской области от 22 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжское автотранспортное предприятие» – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 17 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи

С.Н. Пойменова

К.В. Климова

Т.В. Кубарева