Решение № 2-610/2018 2-99/2018 от 17 июня 2018 г. по делу № 2-610/2018

дело № 2-99/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Сибай 18 июня 2018 года

Сибайский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Буранкаева Т.И.,

при секретаре судебного заседания Заманове Р.К.,

с участием представителя ответчика – Сибайского института (филиала) федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Башкирский государственный университет» ФИО3,

представителя ответчика – федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Башкирский государственный университет» ФИО4,

а также заместителя прокурора г. Сибай РБ Валеева Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к Сибайскому институту (филиалу) федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Башкирский государственный университет», федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Башкирский государственный университет» о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, о признании незаконным приказа об увольнении, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском к Сибайскому институту (филиалу) федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Башкирский государственный университет» (далее по тексту – СИ (филиал) БашГУ) о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, о признании незаконным приказа об увольнении, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ был назначен на должность кафедры «Теории государства и права» (далее по тексту – «ТГП») юридического факультета СИ (филиал) БашГУ по ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до момента избрания по конкурсу, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ и приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ по результатам конкурсного отбора на Ученом совете он был назначен на должность доцента кафедры «ТГП» юридического факультета СИ (филиал) БашГУ на срок 3 года до ДД.ММ.ГГГГ. По результатам конкурсного отбора на Ученом совете, на основании дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ он был назначен на ту же должность сроком на 3 года, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Однако после выхода с больничного на рабочее место охрана института не впустила его в здание института без объяснения, в связи с чем им были направлены соответствующие заявления в прокуратуру и Следственный комитет. В конце ноября 2017 года ему стало известно о том, что он уволен с ДД.ММ.ГГГГ на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) в связи с истечением срока договора. Однако, он не согласен с данным увольнением, поскольку 1) дополнительного соглашения сроком на 8 месяцев и 29 дней он не заключал, 2) в порядке ст. 79 ТК РФ об истечении срока действия трудового договора его не уведомили, 3) в нарушением требований ч. 2 ст. 57 ТК РФ в срочном трудовом договоре не была указана причина, послужившая основанием для его заключения. Ссылаясь на то, что его среднемесячный заработок составляет 53 081,06 рублей, просит суд взыскать недополученный заработок в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 212 324 рубля 27 копеек, а также компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, также признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок, признать приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ и его увольнение незаконными, восстановить его на работе в должности доцента кафедры «ТГП» юридического факультета СИ (филиал) БашГУ с ДД.ММ.ГГГГ.

Определением Сибайского городского суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Башкирский государственный университет» (далее по тексту – БашГУ).

В судебном заседании истец ФИО5 не участвовал, надлежаще извещен о времени и месте судебного разбирательства, в своем ходатайстве, отправленном в суд по электронной почте в 11.06 часов ДД.ММ.ГГГГ, просил отложить судебное разбирательство в связи с тем, что апелляционное определение Верховного Суда Республики Башкортостан по частной жалобе ответчика он не получал, с данным решением не согласен, желает ознакомиться с ним и обжаловать, повестку в суд он не получал.

Разрешая ходатайство истца об отложении судебного разбирательства, суд исходит из следующего.

По смыслу частей 1, 2 и 3 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) судебная повестка является лишь одной из форм судебных извещений и вызовов. Лица, участвующие в деле извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

При этом лицам, участвующим в деле, судебные извещения и вызовы должны быть вручены с таким расчетом, чтобы указанные лица имели достаточный срок для подготовки к делу и своевременной явки в суд.

Исходя из имеющейся в материалах дела телефонограммы, истец ФИО5 в 11.34 часов ДД.ММ.ГГГГ был извещен о необходимости явиться на судебное заседание, назначенное на 14.00 часов ДД.ММ.ГГГГ, посредством телефонограммы на номер телефона №.

Как обоснованно отметил представитель ответчика ФИО4, истец ФИО5, будучи гражданином, имеющим высшее юридическое образование, занимавшим должность доцента кафедры и по совместительству декана юридического факультета, должен был быть заинтересован в рассмотрении своего искового заявления, а также осознавать последствия неявки в судебное заседание без уважительных причин. К доводам ФИО5 о недостаточности времени для подготовки к судебному заседанию ввиду неполучения копии апелляционного определения просил отнестись критически, поскольку сторона ответчика данной возможности лишена не была, ознакомилась с материалами дела после возвращения дела из суда апелляционной инстанции и получила на руки копию необходимого судебного акта ВС РБ.

В ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод закреплено, что каждый человек имеет право на разбирательство его дела в суде в разумный срок, а также на эффективное средство правовой защиты.

Данное положение Конвенции, согласуясь с предусмотренным ч. 1 ст. 19 и ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ принципом состязательности и равноправия сторон и установленным в ст. 9 ГПК РФ принципом диспозитивности во взаимосвязи со ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, предполагающей свободу определения лицами, участвующими в деле, объема своих прав и обязанностей в гражданском процессе и их усмотрение при использовании предоставленными им процессуальными средствами защиты, предопределяет, что распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться принадлежащими им процессуальными правами.

В соответствии с ч. ч. 1 и 3 ст. 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. При этом суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Согласно ч. 1 ст. 169 ГПК РФ отложение разбирательства дела допускается в случаях, предусмотренных ГПК РФ, а также в случае, если суд признает невозможным рассмотрение дела в этом судебном заседании вследствие неявки кого-либо из участников процесса, предъявления встречного иска, необходимости представления или истребования дополнительных доказательств, привлечения к участию в деле других лиц, совершения иных процессуальных действий, возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи.

В определении Конституционного Суда РФ № 435-О-О от 22.03.2011 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО1 и ФИО2 на нарушение их конституционных прав статьей 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 118, 167, 233, 350, 357, 358 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», в пункте 2.2 указано, что статья 167 ГПК РФ предусматривает обязанность суда отложить разбирательство дела в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, в отношении которых отсутствуют сведения об их извещении, а также в случае неявки лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, при признании причин их неявки уважительными. Уважительность причин неявки определяется судом на основании анализа фактических обстоятельств, поскольку предусмотреть все причины неявки, которые могут быть отнесены к числу уважительных, в виде исчерпывающего перечня в законе не представляется возможным. Данное полномочие суда, как и закрепленное статьей 118 ГПК РФ право суда считать лицо в упомянутом в ней случае надлежаще извещенным вытекают из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; лишение суда этих полномочий приводило бы к невозможности выполнения стоящих перед ним задач по руководству процессом. Гарантией прав лиц, участвующих в деле, на личное участие в судебном заседании являются предусмотренные процессуальным законодательством, в частности статьей 364 ГПК РФ, процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судебными инстанциями и основания для отмены судебных постановлений.

При таких обстоятельствах, учитывая, что истец ФИО5 был заблаговременно и надлежащим образом извещен о дате судебного заседания за 5 дней до его начала, имел, как и ответчики, реальную возможность запросить у суда копию апелляционного определения Верховного Суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ (в том числе и оперативно по электронной почте), а также принимая во внимание, что ранее ФИО5 неоднократно и систематически заявлял ходатайства об отложении судебного разбирательства, суд полагает возможным на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотреть гражданское дело без его участия.

Представитель ответчика БашГУ ФИО4, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, а также представитель ответчика СИ (филиал) БашГУ ФИО3, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования не признали, фактически поддержали поданное ранее письменное возражение (т. 1 л.д. 175-178), согласно которому доводы истца о заключении дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, по которому действие трудового договора якобы было продлено с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являются необоснованными, поскольку имеется собственноручно написанное истцом заявление, зарегистрированное ДД.ММ.ГГГГ под №, согласно которому он сам лично просит руководство института продлить действие срочного трудового договора на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На основании данного заявления и было заключено дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ и издан приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ о продлении действия срочного трудового договора на указанный срок. Доводы истца о том, что при его увольнении нарушены требования ст. 79 и ч. 2 ст. 57 ТК РФ, также являются несостоятельными, т.к. в статье 57 ТК РФ отсутствует часть 2, а согласно ст. 332 ТК РФ трудовые договоры на замещение должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, могут заключаться как на неопределенный срок, так и на срок, определенный сторонами трудового договора, что и было сделано между сторонами – заключен срочный трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ с последующим продлением срока его действия с согласия сторон. По истечении срока действия трудового договора, работодатель произвел мероприятия по увольнению, руководствуясь ст. 79 ТК РФ. Кроме того, указывают, что ФИО5 пропущен срок исковой давности, т.к. об увольнении ему стало известно ДД.ММ.ГГГГ, а исковое заявление предъявлено в суд лишь ДД.ММ.ГГГГ, т.е. за пределами месячного срока для обжалования приказа об увольнении в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Выступая в прениях сторон, представитель ответчика ФИО4 добавил, что даже если пойти истцу на встречу, и исчислять дату начала течения исковой давности с ДД.ММ.ГГГГ, когда истец забрал свою трудовую книжку, даже в этом случае срок подачи иска им был пропущен без уважительных причин. Истец ФИО5 является юристом, по совместительству работал деканом юридического факультета, в связи с чем довод о том, что он не мог сдать исковое заявление в месячный срок, является несостоятельным. Кроме того, ФИО5 был осведомлен о том, что имеются локальные нормативные акты, устанавливающие срочность трудовых отношений, лично присутствовал на заседаниях Ученого совета. Просят в удовлетворении исковых требований ФИО5 отказать в полном объеме.

Представитель ответчика БашГУ – ФИО6 в судебном заседании не участвовал, будучи надлежаще извещенным о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки суду не сообщил, не просил об отложении судебного разбирательства.

При указанных обстоятельствах суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика БашГУ – ФИО6.

Изучив и оценив материалы дела, выслушав представителей ответчика, допросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующему.

Из представленных стороной ответчика заверенных копий следует, что СИ (филиал) БашГУ является филиалом организации (БашГУ), осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования (т. 1 л.д. 111-114, 115-163, 164-172)

На основании заявления ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором он просит в целях непрерывности учебного процесса и до избрания по конкурсу принять его на работу, по соглашению сторон с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 56), между ФИО5 и СИ (филиал) БашГУ заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 58-59), по условиям которого ФИО5 принимается на должность доцента кафедры «ТГП» юридического факультета на условии срочного трудового договора в целях сохранения непрерывности учебного процесса, срок договора: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Приказом СИ (филиал) БашГУ №-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 принят на работу на вышеуказанных условиях, что подтверждается выпиской из приказа (т. 1 л.д. 57).

Форма и содержание данного трудового договора соответствуют ст. ст. 57, 67 ТК РФ.

Уведомлением № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 60) ФИО5 извещается о том, что срок действия срочного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ истекает ДД.ММ.ГГГГ. Данное уведомление получено истцом в тот же день, что подтверждается его подписью. СИ (филиал) БашГУ издан приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении действия трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с истечением срока действия трудового договора (п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ) (т. 1 л.д. 61).

В последующем, будучи избранным по конкурсу на заседании Ученого совета СИ (филиал) БашГУ (протокол № от ДД.ММ.ГГГГ) и рекомендованным на должность доцента кафедры «ТГП» юридического факультета сроком на 3 года (т. 1 л.д. 62), ФИО5 в своем заявлении от ДД.ММ.ГГГГ просит принять его на данную должность на условиях срочного трудового договора сроком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 63).

На основании указанных документов между истцом ФИО5 и СИ (филиал) БашГУ заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 65-66), по условиям которого ФИО5 принимается на должность доцента кафедры «ТГП» юридического факультета на условии срочного трудового договора по результатам конкурсного отбора на Ученом совете сроком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Приказом СИ (филиал) БашГУ №-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 принят на работу на вышеуказанных условиях, что подтверждается выпиской из приказа (т. 1 л.д. 64).

По истечении срока действия трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 в своем заявлении просит продлить его действие в той же должности на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 70).

Между работником ФИО5 и работодателем СИ (филиал) БашГУ заключено дополнительное соглашение № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 72), согласно которому срок действия трудового договора продлевается со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Приказом СИ (филиал) БашГУ №-к от ДД.ММ.ГГГГ срок действия трудового договора с ФИО5 продлен на указанный срок (т. 1 л.д. 71, 173-174). В силу ст. 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться:

1) на неопределенный срок;

2) на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения.

Согласно ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, законодатель вместе с тем ограничивает их применение: по общему правилу такие договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в некоторых иных случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами.

В частности главой 52 ТК РФ установлены особенности регулирования труда педагогических работников.

В соответствии со ст. 332 ТК РФ трудовые договоры на замещение должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, могут заключаться как на неопределенный срок, так и на срок, определенный сторонами трудового договора.

Заключению трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, а также переводу на такую должность предшествует избрание по конкурсу на замещение соответствующей должности.

В целях сохранения непрерывности учебного процесса допускается заключение трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, без избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности при приеме на работу по совместительству или в создаваемые образовательные организации высшего образования до начала работы ученого совета - на срок не более одного года, а для замещения временно отсутствующего работника, за которым в соответствии с законом сохраняется место работы, - до выхода этого работника на работу.

При избрании работника по конкурсу на замещение ранее занимаемой им по срочному трудовому договору должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, новый трудовой договор может не заключаться. В этом случае действие срочного трудового договора с работником продлевается по соглашению сторон, заключаемому в письменной форме, на определенный срок не более пяти лет или на неопределенный срок.

В соответствии с абзацем 2 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» срочный трудовой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (ч. 2 ст. 59 ТК РФ), то есть он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

Анализируя вышеприведенные нормы закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, а также представленные документы, суд приходит к выводу о том, что заключение с ФИО5 срочного трудового договора на замещение должности педагогического работника было абсолютно законным.

Срочный трудовой договор был подписан истцом, при его оформлении ФИО5 согласился с условиями трудового договора, в том числе со срочным характером его работы, знал о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода, данный договор подписан истцом без замечаний и оговорок. Установление истцу срочного характера трудового договора не противоречило требованиям трудового законодательства. Трудовой договор заключен истцом на основе добровольного согласия, считать иначе по доводам искового заявления у суда оснований не имеется.

Кроме того, в период действия срочного трудового договора истец в суд с заявлением об оспаривании срочного трудового договора не обращался, был согласен работать на данных условиях, что подтверждается его личными заявлениями.

Истец, вопреки ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не указал, в чем выражалось давление ответчика на него при заключении срочного трудового договора, равно как и вынужденный характер подписания срочного трудового договора по иным основаниям, не представив тому никаких объективных доказательств.

Принцип свободы договора является базисным в российском законодательстве, в том числе трудовом. Истец был свободен в заключении трудового договора, в реализации своего конституционного права на труд и не представил доказательств, что трудовой договор заключался им вынужденно.

Таким образом, требование истца ФИО5 о признании трудового договора заключенный на неопределенный срок не основано на законе и удовлетворению не подлежит и его доводы о том, что в трудовом договоре не была указана причина, послужившая основанием для её заключения, подлежат отклонению как необоснованные.

Аргументы истца о том, что он не заключал дополнительное соглашение № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 72) подлежат отклонению, поскольку они опровергаются наличием подписи ФИО5 в данном документе. О проведении почерковедческой экспертизы истец не заявлял, суд также не находит оснований для её проведения.

Уведомлением СИ (филиал) БашГУ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был извещен о том, что срок действия срочного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ истекает ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 73).

Также СИ (филиал) БашГУ издан приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО5 в связи с истечением срока действия трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ (п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ) (т. 1 л.д. 74).

Однако уведомление № от ДД.ММ.ГГГГ и копия приказа об увольнении истцом не получены в связи с отказом самого ФИО5 от их получения, о чем составлен акт об отказе от подписи № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 75).

Уведомлением № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 извещается о том, что в связи с прекращением трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ он уволен на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, в связи с невозможностью выдать трудовкую книжку в день увольнения просят ФИО5 явиться в отдел правового и кадрового обеспечения СИ (филиал) БашГУ, либо дать свое письменное согласие на направление трудовой книжки по почте (т. 1 л.д. 77).

Согласно копии книги учета движения трудовых книжек ФИО5 получил свою трудовую книжку на руки ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 78-79).

Свидетель ФИО7, ведущий специалист по кадрам отдела правового и кадрового обеспечения СИ (филиал) БашГУ, показала суду, что в заявлениях от имени ФИО5, в дополнительных соглашениях, а также в трудовом договоре подписи принадлежат ФИО5, который расписывался в ее присутствии. По окончании срока действий трудового договора, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был лично ознакомлен с уведомлением и приказом об увольнении, получил их копии. Помнит, что ФИО5 свернул полученные документы и положил во внутренний карман своего пиджака, однако подписывать предъявленные ему документы отказался и вышел из кабинета, в связи, с чем она совместно с начальником отдела ФИО3 и председателем профкома ФИО8 составили данный акт об отказе от подписи. Затем ею было подготовлено письмо № от ДД.ММ.ГГГГ, которое она лично относила на почту, однако ФИО5 его не получил, пришел за своей трудовой книжкой только в ноябре 2017 года, получив ее под роспись в журнале.

Оснований не доверять показаниям указанного свидетеля у суда не имеется, поскольку ее показания согласуются с представленными документами. Каких-либо данных, свидетельствующих о ее прямой или косвенной заинтересованности, у суда также не имеется, кроме того, свидетель давал показания, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Одним из оснований прекращения трудового договора в соответствии с п. 2 ст. 77 ТК РФ является истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

При этом согласно ст. 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Согласно пункту 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

С учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (далее - индивидуальный предприниматель), или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Учитывая, что ФИО5 лично указывал адрес: <адрес>, в качестве адреса места своего жительства (т. 1 л.д. 72 оборот), суд находит обоснованным направление уведомления № от ДД.ММ.ГГГГ по данному адресу (т. 1 л.д. 76).

При таких обстоятельствах суд считает достоверно установленным, что процедура увольнения, предусмотренная ст. ст. 79, 84.1 ТК РФ, ответчиком соблюдена.

Доводы истца о том, что между ним и СИ (филиал) БашГУ было подписано дополнительное соглашение на период до ДД.ММ.ГГГГ, является голословным и объективно ничем не подтвержденным.

Утверждение о том, что истец не был уведомлен о предстоящем увольнении, опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами, оценка которым дана выше.

Как производные, исковые требования истца ФИО5 под №№ и 4 о восстановлении на работе и взыскании заработной платы и компенсации морального вреда подлежат отклонению.

При этом суд соглашается с доводами стороны ответчика о пропуске срока исковой давности.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью и возлагая на государство обязанность по их соблюдению и защите (статья 2), гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (статья 46, часть 1), в том числе закрепленных статьей 37 Конституции Российской Федерации прав в сфере труда.

Согласно статье 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Данное положение закона направлено на обеспечение функционирования механизма судебной защиты трудовых прав и в системе действующего правового регулирования призвана гарантировать возможность реализации работниками права на индивидуальные трудовые споры (статья 37, часть 4, Конституции Российской Федерации), устанавливая условия, порядок и сроки для обращения в суд за их разрешением.

Предусмотренный указанной статьей срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является более коротким по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. Однако такой срок, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным; установленные данной статьей сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 21 мая 1999 года № 73-О, от 12 июля 2005 года № 312-О, от 15 ноября 2007 года № 728-О-О, от 21 февраля 2008 года № 73-О-О и др.).

Своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника, а при пропуске срока по уважительным причинам он может быть восстановлен судом (часть третья статьи 392 Трудового кодекса РФ).

Из разъяснений, данных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 43 от 29 сентября 2015 года «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Из содержания данного разъяснения следует, что приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд не является исчерпывающим.

Из материалов дела следует, что об увольнении истец узнал ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в момент составления акта об отказе от подписи при получении копии приказа об увольнении и уведомления об истечении срока действия трудового договора. Кроме того, как обоснованно указывал представитель ответчика ФИО4, что даже в случае исчисления срока исковой давности с момента вручения истцу трудовой книжки – ДД.ММ.ГГГГ, то месячный срок исковой давности в любом случае пропущен истцом, предъявившим исковое заявление ДД.ММ.ГГГГ.

Сам же истец ФИО5 указывает, что о нарушении его прав ему стало известно в конце ноября 2017 года. Какими-либо объективными данными это утверждение также не подтверждено.

К доводам ходатайства истца от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 192) о том, что он лично с 11 по ДД.ММ.ГГГГ был в командировке, а адвокат, которого он нанял, не подал исковое заявление, опасаясь гнева руководства, суд относится критически, поскольку ФИО5, как уже указывалось ранее, являясь образованным юристом, должен был осознавать, что подача искового заявления возможна не только путем личного предъявления, но и путем направления почтовой связью, либо посредством сети Интернет. Других причин об уважительности пропуска срока исковой давности истец не заявлял.

Таким образом, в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности следует отказать в связи с отсутствием реальных объективных причин, свидетельствующих об уважительности пропуска срока.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к Сибайскому институту (филиалу) федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Башкирский государственный университет», федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Башкирский государственный университет» о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, о признании незаконным приказа об увольнении, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Сибайский городской суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Т.И. Буранкаев