Решение № 2-1561/2019 2-1561/2019~М-21/2019 М-21/2019 от 2 июня 2019 г. по делу № 2-1561/2019

Дело №2-1561/19 3 июня 2019 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Кировский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Малининой Н.А.

при секретаре Кузнецовой А.С.

с участием прокурора Зелинской А.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Метабо Евразия» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Метабо Евразия» (далее – ООО «Метабо Евразия», Общество) о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 17 января 2005 года между ним и ответчиком заключён трудовой договор №34-Т, по условиям которого истец был принят на работу в Общество на должность менеджера по продажам. На всём протяжении трудовой деятельности истец добросовестно исполнял свои трудовые обязанности, соблюдая правила внутреннего распорядка, а также трудовую дисциплину; никогда не подвергался мерам дисциплинарного взыскания, тогда как со стороны работодателя имеет место нарушение прав и охраняемых законом интересов истца.

Так, 6 ноября 2018 года истец был письменно уведомлен о том, что в связи с проводимыми в Обществе организационно-штатными мероприятиями было принято решение о сокращении численности и штата работников ввиду чего истец подлежит увольнению с работы на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации по истечении двух месяцев со дня вручении настоящего уведомления с предоставлением льгот и компенсаций, предусмотренных действующим законодательством.

Намерение работодателя уволить истца с работы по вышеуказанным основаниям последний считает незаконным и необоснованным, поскольку в нарушение требований статьи 56 и пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации ответчик не поручает истцу работу по месту исполнения им служебных обязанностей, всех клиентов компании также уведомили о том, что истец уже уволен с работы, что не соответствует действительности. По утверждению руководства, истцу якобы представили приказ о сокращении, но истец его не видел и подписи в нём не ставил. Причиной увольнения истца, по его мнению, является не соблюдение норм Трудового кодекса Российской Федерации и фактическое сокращение численности или штата работников, а пенсионный возраст истца.

Ответчик не предложил истцу все вакантные должности, соответствующие его квалификации, имеющиеся в штате компании. Предупреждая об увольнении с работы по указанным основаниям, не было учтено преимущественное право истца на оставление на работе.

Изложенные обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют об отсутствии основания для его увольнения по пункту 2 статьи 1 стати 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Незаконными действиями ответчика истцу причинён моральный вред, поскольку он, рассчитывал на исполнение ответчиком своих обязанностей, возлагал определённые надежды, связывая с этим свои личные планы.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований в полном объёме, ФИО1 просил признать незаконным намерение руководства ООО «Метабо Евразия» уволить его с работы на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации – в связи с сокращением численности или штата работников, обязать руководство ОО «Метабо Евразия» принять меры к исполнению условий трудового договора №34Т от 17 января 2005 года об осуществлении истцом трудовых обязанностей на занимаемой им должности, взыскать с ООО «Метабо Евразия» компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 уточнил заявленные требования, просил признать незаконным и отменить приказ ответчика от 9 ноября 2019 года об увольнении истца с занимаемой должности на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, восстановить истца на работе в ООО «Метабо Евразия» в должности регионального менеджера по продажам, обязать руководство ОО «Метабо Евразия» принять меры к исполнению условий трудового договора №34Т от 17 января 2005 года об осуществлении истцом трудовых обязанностей на занимаемой им должности, взыскать с ООО «Метабо Евразия» компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, обязать ответчика выдать истцу правку о средней заработной плате для предоставления в службу занятости (л.д. 50-59)

13 мая 2019 года истец вновь уточнил заявленные требования, просил признать незаконным и отменить приказ ответчика от 9 ноября 2019 года об увольнении истца с занимаемой должности на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, восстановить истца на работе в ООО «Метабо Евразия» в должности регионального менеджера по продажам, обязать руководство ООО «Метабо Евразия» принять меры к исполнению условий трудового договора №34Т от 17 января 2005 года об осуществлении истцом трудовых обязанностей на занимаемой им должности, взыскать с ООО «Метабо Евразия» компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей (л.д. 195-200).

3 июня 2019 года истец дополнил свои требования требованием о взыскании с ответчика невыплаченной заработной платы в размере 677 464 рублей 35 копеек.

Истец, его представитель ФИО2 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ФИО3 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, выслушав объяснение прокурора, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

В соответствии со статьёй 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором).

В силу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

Из материалов дела следует, сторонами не оспаривается, что 17 января 2005 года между сторонами по делу заключён трудовой договор, по условиям которого ФИО1 принят на работу в ООО «Метабо Евразия» на должность менеджера по продажам (л.д. 16-20, 92).

Согласно дополнительному соглашению от 1 января 2011 года к трудовому договору от 7 января 2005 года, с 1 января 2011 года непосредственно место работы истца находится на дому по адресу проживания: <адрес>

17 января 2014 года между сторонами подписано соглашение к трудовому договору от 17 января 2005 года, согласно пункту 2 которого, с даты подписания соглашения работа по трудовому договору осуществляется работником на условиях о дистанционной работе, вне местонахождения работодателя или его филиала, иного структурного подразделения, а также осуществляет вне стационарного рабочего места. Местом нахождения работника признаётся его почтовый адрес: <адрес>, местом нахождения работодателя – его почтовый адрес: <адрес>

Приказом ответчика от 31 марта 2017 года истец переведён на должность регионального менеджера по Северо-Западному федеральному округу с 1 апреля 2017 года с окладом в 72 413 рублей (л.д.93).

29 июня 2018 года сторонами подписано дополнительное соглашение к трудовому договору от 17 января 2005 года, согласно которому, с 1 июля 2018 года истцу установлен разъездной характер работы, истец осуществляет служебные поездки для выполнения совей трудовой функции, установлен оклад в 66 000 рублей; все предыдущие дополнительные соглашения и приложения к ним, касающиеся оплаты труда, признаны недействительными с 1 июля 2018 года (л.д. 14).

Приказом ответчика №409 от 31 октября 2018 года в связи с сокращением и перераспределением функциональных обязанностей и уменьшением объёма работ в штатное расписание от 10 января 2018 года внесены следующие изменения: из штатного расписания исключена штатная единица регионального менеджера по Северо-Западному федерального округу (л.д. 94).

6 ноября 2018 года истец уведомлен о том, что в связи с проводимыми в ООО «Метабо Евразия» организационно-штатными мероприятиями было принято решение о сокращении численности и штата работников (приказ от 31 октября 2018 года №409). Истец предупреждён о сокращении занимаемой им должности, а также о том, что по состоянию на 6 ноября 2018 года вакантные должности, соответствующие его квалификации, а также вакантные нижестоящие и нижеоплачиваемые должности, работу по которым истец может выполнять с учётом имеющейся у него квалификации и состояния здоровья, отсутствуют (л.д.28).

В адрес истца ответчик направил письмо, согласно которому, понимая сложность сложившейся для работника ситуации, связанную с получением входных пособий, регистрацией в качестве безработного в органах занятости, предложил истцу рассмотреть вопрос о расторжении трудового договора от 17 января 2005 года в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 6 ноября 2018 года на следующих условиях: дата увольнения – 9 ноября 2018 года, работодатель выплачивает истцу денежную компенсацию в размере семи окладов и компенсацию за дни неиспользованного отпуска. Истцу предложно в срок до 18 часов 00 мнут 8 ноября 2018 года письменно проинформировать работодателя о своём решении (л.д. 23).

Приказом генерального директора ООО «Метабо Евразия» от 9 января 2019 года действие трудового договора от 17 января 2005 года №34Т прекращено, истец уволен с занимаемой должности с 9 января 2019 года (л.д. 95).

На указанном приказе стоит отметка истца о его несогласии с данным приказом и дата 9 января 2019 года.

В материалы дела представлен акт от 6 ноября 2018 года, подписанный финансовым директором, менеджером по персоналу и главным бухгалтером, которым удостоверено ознакомление указанными лицами истца с уведомлением о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата (л.д. 97).

Как указывалось ранее, обращаясь с настоящим иском в части признания увольнения незаконным, ФИО1 указывал на то, что ответчик не поручает истцу работу по месту исполнения им служебных обязанностей, всех клиентов компании также уведомили о том, что истец уже уволен с работы, что не соответствует действительности, на нарушение ответчиком процедуры увольнения, поскольку истцу не представили приказ о сокращении, а истиной причиной увольнения является пенсионный возраст истца, ответчик не предложил истцу все вакантные должности, соответствующие его квалификации, имеющиеся в штате компании; предупреждая об увольнении с работы по сокращению штата не было учтено преимущественное право истца на оставление на работе.

Проанализировав представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отказе в иске по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В силу части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В силу частей 1 и 2 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью 3 статьи 81 настоящего Кодекса. О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что в соответствии с частью третьей статьи 81 Кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

При этом необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 Трудового кодекса Российской Федерации) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть вторая статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно представленным ответчиком штатным расстановкам в Обществе на 6 ноября 2018 года, 10 января 2019 года, 4 марта 2019 года (л.д.98-101, 133-134) в ООО «Метабо Евразия» имелись должности водителя погрузчика, грузчика, грузчика первой категории, инженера по приёмке, инженера по ремонту, менеджера по прямым продажам, регионального менеджера по ДФО (Владивосток).

Вместе с тем, все перечисленные вакансии имелись у работодателя в Москве и Владивостоке, тогда как в силу части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.

При этом, согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», под другой местностью понимается местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта.

Представленные ответчиком штатные расстановки свидетельствуют об отсутствии у работодателя свободных вакансий на территории Санкт-Петербурга. Доказательств обратного в материалы дела не представлено, судом не добыто.

Из материалов дела не следует, что при заключении с истцом трудового договора ответчик принял на себя обязательства по предложению вакансий в других местностях, как того требует часть 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Доводы истца, сводящиеся к тому, что он выполнял свои трудовые обязанности в Москве, в связи с чем ответчик обязан был предложить ему вакантные должности в указанном регионе, подлежат отклонению судом, поскольку в Москву ФИО1 направлялся в командировки, что подтверждается соответствующими приказами о направлении в командировку №395 в период с 6 по 10 ноября 2018 года (л.д. 174), №328 от 31 августа 2018 года – с 3 по 5 октября 2018 года (л.д. 175), №223 от 7 июня 2018 года – с 8 по 11 июля 2018 года (л.д. 176), №110 от 13 марта 2018 года – с 3 по 6 апреля 2018 года (л.д. 177), №5 от 25 декабря 2017 года с 18 по 20 января 2018 года (л.д. 178).

Доказательств осуществления трудовой функции в Москве на иных условиях, нежели при направлении в командировку, истцом не представлено. Трудовым договором и дополнительным соглашением к нему установлено место работы истца в Санкт-Петербурге.

Кроме того, изучив и проанализировав представленные ответчиком должностные инструкции инженера по приёмке ООО «Метабо Евразия», менеджера по прямым продажам, инженера по ремонту, грузчика, водителя погрузчика, утверждённые 10 января 2018 года, суд соглашается с доводами ответчика о несоответствии квалификации и опыта работы истца данным должностям.

Более того, в материалы дела ответчиком представлены доказательства, свидетельствующие об отсутствии в настоящее время свободных вакансий в городе Москве.

Доводы истца о нарушении ответчиком при его увольнении требований статьи 179 Трудового кодекса Российской Федерации со ссылками на то обстоятельство, что при сокращении штата Обществом не был учтён возраст истца, подлежат отклонению судом как основанные на неправильном толковании приведённой нормы, согласно которой при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

Кроме того, на что верно указано ответчиком, занимаемая истцом должность регионального менеджера по Северо-Западному федеральному округу являлась единственной, преимущественного права перед кем-либо при сокращении такой должности истец иметь не мог.

Доводы истца о том, что приказ о его сокращении не был представлен работодателем, также подлежат отклонению, поскольку на приказе генерального директора ООО «Метабо Евразия» от 9 января 2019 года, которым действие трудового договора от 17 января 2005 года №34Т прекращено, а истец уволен с занимаемой должности с 9 января 2019 года, стоит отметка ФИО1 о его несогласии с данным приказом и дата 9 января 2019 года. Подлинность подписи истца последним не оспорена.

Кроме того, как указывалось ранее, в материалы дела представлен акт от 6 ноября 2018 года, подписанный финансовым директором, менеджером по персоналу и главным бухгалтером Общества, которым удостоверено ознакомление указанными лицами истца с уведомлением о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата.

Каких-либо бесспорных доказательств в подтверждение приведённого довода, в опровержение представлены ответчиком доказательств, ФИО1 не представлено.

Наличие конфликтных отношений между сторонами по делу, на что ссылается истец, не является основанием для признания увольнения незаконным, для вывода о фиктивности произведённого ответчиком сокращения штата.

Процедура увольнения истца по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации – в связи с сокращением численности или штата работников, проведена ответчиком в точном соответствии с требованиями статей 81, 179, 180 Трудового кодекса Российской Федерации. Нарушений процедуры увольнения истца, вопреки доводам последнего, в ходе рассмотрения дела не установлено.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Никаких доказательств, свидетельствующих о незаконности проведенной ответчиком процедуры увольнения истца, последним в материалы дела не представлено, судом не добыто.

При установленных обстоятельствах, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований ФИО1 о признании незаконным и отмене приказа ответчика от 9 ноября 2019 года об увольнении истца с занимаемой должности на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, производных требований о восстановлении на работе, обязании ответчика принять меры к исполнению условий трудового договора, взыскании невыплаченной заработной платы за время вынужденного прогула.

Требования истца об обязании ответчика выдать истцу правку о средней заработной плате для предоставления в службу занятости также не подлежат удовлетворению, поскольку, согласно материалам дела, 9 января 2019 года истцу направлено уведомление о необходимости получения справок, в котором указано на их получение по адресу: <адрес> в рабочее время с понедельника по пятницу 9 часов 30 минут до 18 часов 00 минут. В случае невозможности получения справок в отделе кадров по указанному адресу, истца просили сообщить в письменной форме о своём согласии на отправление справки по почте, а также сообщить адрес отправления (л.д. 157). Нарушений прав истца, выразившихся в непредставлении ответчиком в добровольном порядке запрашиваемой справки, не установлено. Истец не лишён возможности, предоставив информацию об адресе направления справки либо же путём приезда в Москву в офис ответчика, получить запрашиваемую справку самостоятельно.

Согласно положениям статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством, соглашением, коллективным договором, иными локальными нормативными актами организации, трудовым договором.

Причинение морального вреда является следствием неправомерных действий или бездействия работодателя. Признать действия или бездействие работодателя неправомерными может сам работодатель, орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, государственный инспектор труда.

Факт причинения морального вреда должен быть доказан работником. Доказательством указанного обстоятельства могут служить, в том числе, заболевание, возникшее в связи с потерей работы; нравственные страдания, обусловленные потерей работы и невозможностью найти другую работу; невозможность трудоустроиться, получить статус безработного в связи с задержкой выдачи трудовой книжки; задержка заработной платы, поставившая семью в сложное материальное положение, и т.д.

По трудовым спорам, рассматриваемым непосредственно в суде, – о восстановлении на работе, об изменении даты и формулировки причины увольнения, о переводе на другую работу, об отказе в приеме на работу и др. – вопрос о факте причинения работнику морального вреда и размере денежной компенсации работодателем разрешается судом.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», усматривается, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьёй 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, исходя из анализа приведённых норм, учитывая факт отсутствия нарушения ответчиком трудовых прав истца, требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда с ООО «Метабо Евразия» также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Метабо Евразия» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья Н.А. Малинина