Апелляционное постановление № 10-19/2019 от 10 ноября 2019 г. по делу № 10-19/2019

Дело № 10-19/2019 г. мировой судья Кашина Ю.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Иваново 11 ноября 2019 года

Ивановский районный суд Ивановской области в составе председательствующего судьи Савина А.Г., с участием прокурора Ветровой Е.В., потерпевшей ФИО3 №1, осужденного ФИО2, защитника Телегина Д.А., представившего удостоверение № 590 и ордер № 000073, при секретаре Редькиной Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката осужденного ФИО2 на приговор мирового судьи судебного участка № 1 Ивановского судебного района в Ивановской области от 29 июля 2019 года, которым

ФИО2, <данные изъяты>

осужден по ч.1 ст.119 УК РФ к 10 месяцам ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

Изложив материалы дела, заслушав пояснения осужденного ФИО2, защитника Телегина Д.А., прокурора Ветровой Е.В., потерпевшей ФИО3 №1, апелляционный суд

УСТАНОВИЛ:

Мировым судьей судебного участка № 1 Ивановского судебного района в Ивановской области ФИО2 признан виновным в угрозе убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Преступление совершено ФИО2 28 января 2019 года с 19.00ч. до 20.12 ч. по адресу: <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник Телегин Д.А. выразил несогласие с приговором мирового судьи, счел его не соответствующим требованиям закона и подлежащем отмене в виду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела и неправильного применения уголовного закона. Мировым судьей в приговоре не приведены и не оценены должным образом существенные противоречия между письменными доказательствами, показаниями свидетелей, потерпевшей ФИО3 №1 и подсудимого ФИО2 относительно обстоятельств, имевших место 28.01.2019: не принято во внимание наличие заинтересованности потерпевшей ФИО3 №1 в исходе дела, обусловленной имущественным спором и расторжением брака с ФИО2, имеющимися неприязненными отношениями; не принято во внимание наличие общей заинтересованности несовершеннолетней ФИО7, дочери потерпевшей, проживающей совместно с ней и находящейся в зависимости от неё. Судом оставлен без внимания факт, что 28.01.2019 ФИО2 находился по адресу <адрес> по приглашению ФИО3 №1 и осуществлял уход за больным ребенком, а спустя полчаса по утверждению стороны обвинения меняет свое поведение, угрожает сжечь всех в доме. Такое утверждение является безосновательным, не подтверждено доказательствами по делу. ФИО2 категорически отрицал угрозу убийством, приведенные факты свидетельствуют об отсутствии у него умысла на совершение преступления. Суд необооснованно не принял во внимание показания ФИО2 об отсутствии у него намерений угрожать жизни потерпевшей, находившейся вместе с детьми в жилом доме. Осуществление ФИО2 действий по разлитию жидкости в отдалении от членов семьи говорит о направленности его действий в отношении имущества, но не в отношении личности. Осуществление ФИО2 действий именно в отношении спорного жилого дома, искажение действительных событий в дальнейших показаниях потерпевшей и, с ее подачи, в показаниях несовершеннолетней ФИО7 подтверждается также и показаниями свидетеля ФИО10 Суд необоснованно критично отнесся к показаниям ФИО2, которые являлись стабильными и последовательными при производстве дознания. Вместе с тем, его показания суд необоснованно оценил только как способ защиты и уклонения от уголовной ответственности. Приняв за основу показания потерпевшей, не обратив должного внимания на приведенные факты и противоречия, суд в приговоре оценивает и сопоставляет доказательства не между собой, а по отношении к принятой судом версии событий с точки зрения стороны обвинения. Подобный избирательный подход суда свидетельствует об отсутствии объективности в оценке собранных по делу доказательств, обвинительном уклоне и невозможности принятия в таких условиях законного и обоснованного решения по делу. В связи с этим, для выполнения требований статьи 297 УПК РФ, суд должен был основывать свои выводы на показаниях незаинтересованного свидетеля ФИО10, письменном доказательстве - рапорте о принятии сообщения от 28.01.2019 года, протоколе осмотра места происшествия, заключении эксперта и показаниях подсудимого ФИО2, которые были последовательны и не имеют противоречий. Обосновывая вывод о наличии в действиях ФИО2 состава преступления, суд посчитал установленным факт разлива подсудимым в жилом доме светлого нефтепродукта. Однако такой вывод суда не подтвержден достаточными доказательствами, в материалах уголовного дела отсутствуют допустимые и достоверные доказательства разлива ФИО2 светлого нефтепродукта в жилом доме, вывод суда об установлении этого факта не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд вслед за стороной обвинения ошибочно идентифицировал два совершенно разных факта – наличие следов измененного светлого нефтепродукта в банке и разлитие светлого нефтепродукта в доме.

Признавая подсудимого ФИО2 виновным в совершении преступления, суд, вслед за органом предварительного расследования, квалифицировал его действия, как угрозу убийством, при которой имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (часть 1 статьи 119 УК РФ). Вывод суда о наличии в действиях ФИО2 указанного состава преступления является необоснованным. Объективный фактор в виде объективных оснований угрозы не был принят во внимание судом, квалификация действий подсудимого дана исключительно на основе субъективного восприятия событий со стороны потерпевшей. Просит приговор мирового судьи судебного участка №1 Ивановского судебного района вИвановской области от 29.07.2019 года по уголовному делу №1-22/2019 в отношении ФИО2 отменить в виду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенного нарушения уголовно-процессуального закона; неправильного применения уголовного закона.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшая ФИО3 №1 просила оставить приговор мирового судьи в отношении ФИО2 без изменения и сочла решение мотивированным и основанным на нормах уголовно-процессуального закона. Заинтересованность в исходе уголовного дела у нее отсутствовала, поскольку связь между исходом уголовного дела и существующим (по мнению защитника Телегина Д.А.) имущественным спором, как таковая, отсутствует, поскольку ничто не мешало ФИО2 решать вопросы раздела имущества параллельно с ходом рассматриваемого уголовного дела. Заинтересованность в исходе дела несовершеннолетнего свидетеля ФИО7 также ничем не подтверждена. Ее показания, показания ее дочери ФИО7 на всем протяжении следствия и дознания являлись неизменными, стабильными и последовательными, в отличие от показаний ФИО1, которые неоднократно менялись в ходе следствия и имели явные противоречия. При составлении протокола сотрудниками полиции в вечер совершения преступления 28.01.2019 ФИО2 написал, что разливал по дому бензин, а позднее, после заключения соглашения с адвокатом, с целью избежания уголовной ответственности, изменил свои показания. В ходе судебного процесса адвокат Телегин дважды предлагал ей примириться с последующим принесением ФИО2 извинений, слов раскаяния в содеянном и признания в совершении преступления. Считает это доказательством непоследовательности и недостоверности показаний подсудимого. Претензии защитника Телегина о неполном экспертном исследовании на предмет определения вещества (либо иной жидкости) считает несостоятельными, поскольку в ходе следствия и дознания ничто не мешало ФИО2 и его защитнику Телегину Д.А. ставить перед экспертом при отправке банки из-под бензина на экспертизу любые вопросы, какие бы они на тот момент посчитали необходимыми и достаточными. Высказанная ФИО2 угроза имела реальный характер, т.е. она могла быть действительно реализована, была потенциально опасной для жизни и здоровья ее и ее малолетних детей. Угроза ФИО2 была высказана именно с целью и умыслом запугать, подавить волю, заставить выполнять его требования. Угроза убийством, выраженная ФИО2, была напрямую связана с возможностью пожара в жилом доме, в котором большая часть строительных материалов, на которые ФИО2 плескал бензин являлись горючими. Считает доводы, выраженные защитником циничными, фактически направленными на введение судьи в заблуждение, поскольку реально покинуть дом таким образом, в действительности, на тот момент, не представлялось возможным. Просила оставить приговор мирового судьи без изменения.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО2, его защитник Телегин Д.А. поддержали доводы апелляционной жалобы, просили отменить приговор мирового судьи с учетом доводов, изложенных в жалобе.

Прокурор Ветрова Е.В., потерпевшая ФИО3 №1 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, указывая, что нарушений требований уголовно-процессуального закона, уголовного закона мировым судьей при вынесении обжалуемого приговора не допущено, приговор является законным, обоснованным и мотивированным.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. ст. 7, 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, а признается он таковым, если постановлен в строгом соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона, неправильное применение норм УК РФ, а также несправедливость назначенного наказания.

Выводы мирового судьи о виновности ФИО2 основаны на совокупности исследованных судом доказательств, проверенных и оцененных в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, обоснованно признанных достаточными для разрешения дела.

Виновность ФИО2 подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами в частности:

- показаниями потерпевшей ФИО3 №1, данными в ходе судебного заседания у мирового судьи, так и в ходе дознания, согласно которым 28 января 2019 года в вечернее время в ходе возникшего между ею и ФИО2 конфликта, последний расплескал бензин по комнате, взял банку со спичками, стал зажигать спичку, говорил, что сейчас здесь все спалит. Указанные действия ФИО2 были восприняты ею как угроза убийством, поскольку ФИО2 был настроен агрессивно по отношению к ней. Она испугалась за свою жизнь и жизнь своих детей, выбежала босиком на улицу с криком о помощи. ФИО2 ее догнал, уронил в сугроб, стал избивать руками и ногами, за волосы поволок обратно в дом. Она крикнула дочери, чтобы та вызвала полицию. О том, что в банке у ФИО2 находится бензин, поняла по резкому запаху, так как сама является водителем;

- показаниями несовершеннолетнего свидетеля ФИО7, согласно которым ФИО2 разбрызгивал жидкость из банки на стены, потолок, лестницу, на ноги ее матери ФИО3 №1 и на диван, где находились ее мать и малолетний брат. ФИО2 говорил, что сожжет здесь все вместе с ними. Мать выбежала на улицу, ФИО2 побежал за ней, она слышала крики матери о помощи, после чего она выкинула спички из окна и стала вызывать полицию;

- показаниями свидетеля ФИО10, согласно которым он пришел в дом ранее незнакомой ФИО3 №1 по просьбе знакомого Сергея, который попросил его обеспечить безопасность ФИО3 №1 до приезда сотрудников полиции, поскольку у Ленец конфликт с мужем. Когда он пришел в дом, там уже находились сотрудники полиции, в доме стоял запах нефтепродукта.

Виновность ФИО2 также подтверждается письменными материалами уголовного дела, а именно: заявлением ФИО3 №1 о привлечении к уголовной ответственности ФИО2; протоколом осмотра места происшествия: <адрес>, в ходе которого изъяты две спички и банка; заключением эксперта, согласно которому на поверхности банки обнаружены следы измененного светлого нефтепродукта, а также другими доказательствами, анализ которых подробно приведен в приговоре.

Несмотря на занятую осужденным ФИО2 позицию, мировой судья пришел к обоснованному выводу о его виновности в совершении вышеуказанного преступления, который подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на стадии предварительного расследования, исследованных в судебном заседании с участием сторон, и подробно изложенных в приговоре.

Какие-либо не устраненные судьей существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Оснований для иной оценки доказательств, о чем по существу ставится вопрос в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы защитника Телегина Д.А. о невиновности осужденного ФИО2 тщательно проверялись в судебном заседании и были обоснованно отвергнуты как несостоятельные, противоречащие совокупности установленных доказательств, уличающих ФИО2 в совершении преступления. С приведенными в приговоре мотивами суд апелляционной инстанции согласен.

Доводы защитника о том, что у ФИО2 отсутствовал умысел на совершение преступления, по мнению суда апелляционной инстанции, не могут быть признаны состоятельными, так как выводы мирового судьи о наличии у ФИО2 умысла на совершение преступления, угрозы убийством, надлежащим образом мотивированы в приговоре и подтверждается приведенными показаниями потерпевшей в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, свидетельскими показаниями, правильно признанными соответствующими действительности, так как соответствуют целенаправленным действиям ФИО2 установленных мировым судьей.

Оценивая показания ФИО2, отрицавшего свою виновность в совершении преступления, мировой судья не признал их достоверными, поскольку они в полном объеме опровергаются доказательствами, добытыми как на стадии предварительного расследования так и в ходе судебного заседания, в том числе, признанными судом достоверными показаниями потерпевшей ФИО3 №1, свидетеля ФИО7, свидетеля ФИО10, а также заключениями проведенных по делу экспертиз, объективно подтвержденными обстоятельствами и материалами дела. Не доверять последовательным показаниям потерпевшей и свидетелей обвинения, положенных в основу обвинительного приговора, у мирового судьи оснований не имелось. То факт, что ФИО3 №1 не сообщила случайному свидетелю ФИО10 подробностей конфликта, объясняя это тем что она с ним не знакома, не свидетельствуют о том, что обстоятельств преступления, изложенных в обвинении, не было.

Рапорт о происшествии от 28 января 2019 года ( том 1 л.д. 15) является изложением опосредованной информации, сообщенной потерпевшей и не противоречит последующему ее заявлению в отдел полиции о наличии со стороны ФИО2 угроз убийством и ее показаниям.

Утверждение защиты о заинтересованности в исходе дела потерпевшей ФИО3 №1 и ее дочери ФИО7 голословны. Доводы о том, что у ФИО2 по приходу в дом не было умысла на совершение преступления, не опровергает возникновение у него умысла на угрозу убийством при нахождении в доме после начавшегося словесного конфликта между ним и потерпевшей ФИО3 №1 Оснований к оговору ФИО2 не имеется. Наличие имущественного спора как раз повлияло на поведение ФИО2, который, не отрицая этого, использовал эти обстоятельства в качестве повода для конфликта. Наличие банки со следами нефтепродукта и спичек использовались ФИО2 для благоприятного разрешения имущественного спора путем запугивания потерпевшей.

Высказывание ФИО2 словесных угроз « я сейчас спалю дом вместе с Вами, мне терять нечего », «сейчас подожгу все…» при демонстрации действий по разливу жидкости с содержанием нефтепродукта в непосредственной близости к людям, находящимся в доме, и по взятию им спичек явилось средством давления на потерпевшую, намерения вызвать у нее боязнь и страх за свою жизнь и жизнь детей. Реальность исполнения угрозы была очевидной для потерпевшей, что не могло не осознаваться ФИО2, который рассчитывал на ее испуг с целью подавления воли потерпевшей. Угроза убийством была настолько высока, что потерпевшая выбежала из дома в зимнее время в домашней одежде на улицу. О наличии в руках ФИО2 банки с жидкостью, пахнувшей бензином, свидетельствуют показания ФИО3 №1, ФИО7 и кроме того запах нефтепродукта в доме ощущал свидетель ФИО10, это же было подтверждено заключением экспертизы №.

Состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 119 УК РФ, является формальным и окончен с момента высказывания угроз убийством. Невозможность установления вида исходного нефтепродукта на поверхности металлической банки, представленной на экспертизу, не свидетельствует о том, что у потерпевшей должны были отсутствовать основания для восприятия действий ФИО2 как угрожающие для ее жизни. Заключение экспертизы № о содержании в другой банке из-под антифриза, представленной ФИО2 29 мая 2019 года, этиленгликоля не опровергает заключение первоначальной экспертизы 2/840 о наличии в банке, изъятой с места происшествия, следов нефтепродукта.

Действия ФИО2 по разбрызгивании по дому содержимого из банки в совокупности с наличием у него спичек явились средством, укрепляющим его желание реализовать свой преступный умысел и явилось дополнением к высказанным ранее угрозам убийством. Его решимость по повреждению, уничтожению имущества выбранным им общеопасным способом с находящимися в доме людьми явилось составообразующим обстоятельством, инкриминируемого преступления.

С учетом обстановки произошедшего, агрессивного поведения ФИО2, как до, так и во время конфликта, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что мировой судья правильно установил фактические обстоятельства дела и обоснованно квалифицировал действия осужденного ФИО2 по ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Доводы апелляционной жалобы об обвинительном уклоне судебного процесса либо пристрастности мирового судьи не нашли своего подтверждения.

Оценка доказательств произведена мировым судьей в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88, 307 УПК РФ, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении мировым судьей требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Все доказательства, представленные сторонами, мировым судьей оценены с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Доводы апелляционной жалобы о допущенных судом нарушениях уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела не являются обоснованными.

Из протокола судебного заседания следует, что председательствующим в соответствии с положениями, содержащимися в ч. 3 ст. 15 УПК РФ, были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав, в частности, права на заявление ходатайств о производстве судебных действий, имеющих значение для дела.

Доводы защиты в апелляционной жалобе о том, что выводы мирового судьи не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, неправильно применен уголовный закон, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, так как указанные доводы ничем не подтверждаются и полностью опровергаются вышеприведенными доказательствами.

При назначении осужденному наказания, мировой судья в полной мере учел характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства происшедшего, данные о личности и все достоверно установленные в судебном заседании влияющие на вид и размер наказания обстоятельства.

При назначении наказания подсудимому ФИО2 мировой судья в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ учитывал данные о личности ФИО2, который к уголовной ответственности привлекается впервые, учел положительную характеристику по месту работы, наличие на иждивении двоих малолетних детей, признав эти обстоятельства, смягчающими наказание.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО2 наказание в виде ограничения свободы справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому суд не находит оснований для отмены или смягчения назначенного наказания.

Таким образом, приговор отмене или изменению по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Вместе с тем, назначая наказание в виде ограничения свободы, мировой судья не учел положения ст. 53 УК РФ о необходимости установления ограничения только в пределах территории одного соответствующего муниципального образования. Как пояснил ФИО2, проживает он в г. Иваново, в связи с чем суд апелляционной инстанции исключает указание на ограничение ФИО2 на выезд за пределы территории городского округа Кохма.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор мирового судьи судебного участка № 1 Ивановского судебного района в Ивановской области от 29 июля 2019 года в отношении ФИО2 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора указание на ограничение ФИО2 на выезд за пределы территории городского округа Кохма.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Телегина Д.А. без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке гл. 47.1 УПК РФ.

Председательствующий А.Г.Савин