Приговор № 1-14/2017 от 29 июня 2017 г. по делу № 1-14/2017

у.д. № 1-14/2017 (№ 810044)


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

с. Боград 30 июня 2017 года

Боградский районный суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Норсеевой И.Н.,

при секретаре Беляевой Н.П.,

с участием

государственных обвинителей помощников прокурора Боградского района Сидорова С.А., ФИО1, ФИО2,

представителя потерпевшего ФИО3, его представителя – адвоката Музалевского А.А.,

представителя потерпевшего ФИО4,

подсудимого ФИО5,

защитников – адвокатов Аушева И.В., Кадкиной Н.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО5, родившегося (дата), зарегистрированного и проживающего по (адрес), несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества при следующих обстоятельствах.

В период с 13 января 2016 года по 15 января 2016 года ФИО5, находясь на территории нефтебазы ЗАО «Первомайское», расположенной в с. Первомайское Боградского района Республики Хакасия, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, с целью его противоправного, безвозмездного изъятия и обращения в свою пользу, действуя из корыстных побуждений, тайно похитил две емкости для хранения ГСМ объемом по 50 кубических метров каждая, стоимостью 12800 рублей за одну емкость, на сумму 25600 рублей, одну емкость для хранения ГСМ объемом 25 кубических метров стоимостью 7600 рублей, принадлежащих ЗАО «Первомайское». Похищенным имуществом ФИО5 распорядился по своему усмотрению, причинив своими действиями ЗАО «Первомайское» ущерб на общую сумму 33200 рублей.

Подсудимый ФИО5 вину в совершении инкриминируемого преступления не признал, суду показал, что в ноябре 2015 года от конкурсного управляющего ЗАО «Первомайское» ему поступило предложение взять в аренду имущество ЗАО «Первомайское», он согласился, о чем написал заявление. 23 ноября 2015 года состоялось собрание кредиторов, на котором присутствовали представители еще одной фирмы, которые были намерены взять в аренду имущество ЗАО «Первомайское». В перерыве ФИО3 предложил ему написать заявление об аренде имущества ЗАО «Первомайское» с арендной платой 50 000 рублей в месяц, пояснив, что потери, связанные с арендной платой, они возместят, продавая имущество, не входящее в производственный комплекс ЗАО «Первомайское» по цене металлолома, на что тот согласился. 05 декабря 2015 года имущество ЗАО «Первомайское» было передано ему в аренду, были заключены договоры аренды и материальной ответственности. По договору аренды и по договору хранения емкости для ГСМ ему не передавались. В декабре 2015 года он говорил ФИО3, что ему необходимо приобрести корм, на что тот пояснял, что имущество, которое не входит в производственный комплекс, можно будет продавать, однако лучше это делать, чтобы частично закрыть задолженность по заработной плате перед работниками ЗАО «Первомайское», и передал списки реестровой и текущей задолженности по заработной плате, он (ФИО5) подыскивал работников, желающих таким образом получить задолженность по заработной плате, договоры с ними заключал ФИО3

ФИО3 сказал, что на нефтебазе есть емкости, которые надо оприходовать, потом их можно продавать, и передал сведения о том, сколько весит каждая из емкостей, чтобы ориентироваться при реализации.

12 января 2016 года он совместно с ФИО3 приезжал к Свидетель №7 на работу, Свидетель №7 подписал договор купли-продажи емкостей для ГСМ, начало договора было напечатано, далее договор был заполнен от руки, ФИО3 пояснил, что напечатает договоры и привезет.

12 января 2016 года они с ФИО3 приехали домой к Свидетель №9, та подписала договор купли-продажи, ФИО3 находился в машине, к ней домой не заходил.

По договорам, заключенным ФИО3 с Свидетель №7 и с Свидетель №9 емкости продавались по 4000 рублей за тонну, цену устанавливал ФИО3. На заседании совета кредиторов в апреле 2016 года обсуждалось, что реализовываться имущество будет по цене металлолома от 3000 до 4000 за тонну.

Свидетель №7 и Свидетель №9 при заключении договоров купли-продажи на место хранения емкостей не выезжали, емкости не осматривали, желали получить только свою задолженность по заработной плате.

12 января 2016 года после подписания договоров между ФИО3 и Свидетель №7, Свидетель №9, он (ФИО5) приобрел у Свидетель №7 и Свидетель №9 емкости для ГСМ по цене, равной их задолженности по заработной плате, претензий к нему они не имеют. С Свидетель №7 и Свидетель №9 им были заключены устные договоры о приобретении емкостей.

В период с 12 по 15 января 2016 года приезжали представитель ЗАО «Интикульское» и Свидетель №16, они обговорили условия приобретения двух емкостей объемом по 50 куб. м, и одну емкость объемом 25 куб. метров. Стоимость реализации определял он (ФИО5) самостоятельно, расчет зерном производился уже именно с ним, как с собственником емкостей.

15 января 2016 года, когда Свидетель №16 приехал за емкостями, он сообщил ФИО3, что отгружает емкости, на что ФИО3 согласился. Вечером он сообщил ФИО3, что за реализованные емкости для ГСМ ему привезли овес. Также о том, что 15 января 2016 года вывозились емкости, ФИО3 было известно и от Свидетель №2

17 или 20 января 2016 года ФИО3 привез экземпляры напечатанных договоров купли-продажи и они повторно подписали их с Свидетель №7, и Свидетель №9 В дальнейшем 26 января 2016 года под зарплату бывшим работникам ЗАО «Первомайское» было реализовано около 10 емкостей для ГСМ по цене металлолома.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, проанализировав показания подсудимого ФИО5, сопоставив их с другими собранными по делу доказательствами, суд находит, что, несмотря на отрицание подсудимым ФИО5 своей вины, событие преступления, а также вина ФИО5 в его совершении при установленных и описанных судом обстоятельствах, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Из показаний представителя потерпевшего ФИО3 (конкурсного управляющего ЗАО «Первомайское») следует, что в ноябре 2015 года после одобрения собрания кредиторов, он, как конкурсный управляющий ЗАО «Первомайское» заключил с главой КФХ ФИО5 договор об ответственном хранении имущества ЗАО «Первомайское» и договор аренды. Имеющиеся в ЗАО «Первомайское» емкости для ГСМ были включены по акту дополнительной инвентаризации в конкурсную массу 12 января 2016 года. Отдельный договор хранения на данные емкости для ГСМ не заключался.

После новогодних праздников ФИО5 обратился к нему по поводу возможности реализовать имущество, на что он (ФИО3) ему пояснил, что согласно решению кредиторов, принятому в 2014 году, то имущество, которое не входит в состав производственно-технического комплекса ЗАО «Первомайское» можно реализовывать в счет погашения задолженности по заработное плате перед бывшими работниками этого предприятия. Разрешение ФИО5 на реализацию имущества ЗАО «Первомайское» он не давал.

В середине января 2016 года из звонка Свидетель №2 он узнал, что с нефтебазы ЗАО «Первомайское» отгружают емкости для ГСМ. После 20 января 2016 года, приехав в с. Первомайское, он стал разбираться по поводу реализации емкостей, поняв, что может потерять это имущество, по предложению ФИО5 решил оформить произведенную реализацию имущества в счет погашения заработной платы перед работниками, которых ему назвал ФИО5 После 20 января 2016 года, возможно 25 января 2016 года, дату не помнит, он с ФИО5 приезжал домой к Свидетель №9, подписал договор купли-продажи, акт приема-передачи на емкости для ГСМ. К Свидетель №7 он и ФИО5 приезжали для подписания договора купли-продажи на работу. Так как емкости для ГСМ не входили в производственно-технический комплекс предприятия, по решению кредиторов реализация емкостей производилась по цене металлолома. Стоимость емкостей для ГСМ определялась им исходя из информации, находящейся в сети Интернет, о размере и объеме емкостей, а также с учетом утвержденной собранием кредиторов цены реализации металлолома 4 000 рублей за 1 тонну веса. Цена емкостей для ГСМ была равна задолженности по заработной плате ЗАО «Первомайское» перед Свидетель №7 в размере (сумма) и перед Свидетель №9 в размере (сумма).

Когда с Свидетель №7 и Свидетель №9 оформляли договоры купли-продажи и акты приема-передачи емкостей для ГСМ, датированные 12 января 2016 года, на нефтебазу, где находились емкости, не выезжали, емкости не передавали, оформляя все только на бумаге, фактически эти емкости уже были вывезены. Работникам Свидетель №7 и Свидетель №9 пояснялось, что ФИО5 заберет у них емкости для ГСМ и выплатит им деньги в счет задолженности по заработной плате. 12 января 2016 года он с Свидетель №7 и Свидетель №9 не встречался, договоры были составлены позже, после того, как начали расследовать уголовное дело.

В 2014 году на собрании кредиторов было принято решение производить реализацию имущества, входящего в состав производственно-технического комплекса через аукционные торги, а имущество, которое не входило в состав производственно-технического комплекса разрешалось реализовывать по прямым договорам, в том числе и в счет погашения задолженности по заработной плате. На собрании кредиторов в апреле 2016 года общим списком утвердили имущество, подлежащее реализации, в том числе и емкости для ГСМ.

Емкости под ГСМ он (ФИО3) не мог продавать третьим лицам, поскольку для этого необходимо было проводить оценку и аукционные торги. О том, что ФИО5 собирается продавать емкости для ГСМ третьим лицам, он не знал, реализовывать эти емкости ФИО5 он не уполномочивал и разрешение не давал.

В период конкурсного производства с работниками ЗАО «Первомайское» заключались договоры купли-продажи имущества, и под зарплату передавалось имущество ЗАО «Первомайское», таким образом была погашена задолженность по заработной плате в размере около 1 миллиона рублей.

Из показаний представителя потерпевшего ЗАО «Первомайское» ФИО4 следует, что цистерны, которые находились на нефтебазе ЗАО «Первомайское», являлись собственностью ЗАО «Первомайское». ФИО5, не имея на то полномочий, вывез и продал емкости для ГСМ, после этого поставил ФИО3 перед фактом, предложив оформить реализацию емкостей Свидетель №7 и Свидетель №9 под зарплату, обещал, что выплатит указанным гражданам задолженность по заработной плате.

Из исследованных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №16 (т. 2 л.д. 55-58) следует, что 11 января 2016 года он обзванивал знакомых фермеров с целью приобретения емкости для хранения ГСМ, позвонил ФИО5, тот пояснил, что ему передали имущество ЗАО «Первомайское», которое он теперь распродает, и у него на нефтебазе имеются любые емкости, цену за емкости ФИО5 назвал в 1000 рублей за кубический метр объема. Зная, что емкости требуются и в ЗАО «Интикульское», он сообщил об этом директору Свидетель №10. 13 января 2016 года в 12 часов он и главный инженер ЗАО «Интикульское» Свидетель №5 приехали в с. Первомайское на нефтебазу ЗАО «Первомайское» посмотреть емкости для ГСМ. ФИО5 открыл им ворота нефтебазы, на территории нефтебазы находилось около 20 различных емкостей для ГСМ, территория была огорожена. Он Свидетель №16 выбрал емкость, находившуюся в северо-западной части нефтебазы объемом 25 куб. м, после этого они уехали домой. Созвонившись, он нанял машину из с. Новоселово, оборудованную подъемным краном для перевозки емкости. Он позвонил ФИО5 и сказал, что автомобиль ждет около нефтебазы, через некоторое время ему перезвонил ФИО5, пояснил, что отправил автомобиль с грузом обратно, примерно в 16 часов емкость выгрузили к нему на территорию КФХ. В качестве расчета за емкость ФИО5 попросил рассчитаться с ним зерном овса, в перерасчете на вес стоимость составила 4 000 кг зерна. 21 января 2016 года сотрудниками полиции емкость была у него Свидетель №16 изъята, поэтому с ФИО5 он не рассчитался.

Из показаний свидетеля Свидетель №5 в судебном заседании, а также данных в ходе предварительного расследования (т. 2 л.д. 31-34), исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и подтвержденных свидетелем, следует, что он является главным инженером ЗАО «Интикульское», 12 января 2016 года директор Свидетель №10 дал ему указание съездить в ЗАО «Первомайское» для осмотра емкостей под ГСМ. 13 января 2016 года он (Свидетель №5) и Свидетель №16 приехали в с. Первомайское к нефтебазе ЗАО «Первомайское». Нефтебаза была огорожена, на территории находилось около 20 цистерн. Их встретил ФИО5, показал цистерны, состояние цистерн было хорошее. ФИО5 пояснил, что они могут выбрать любые цистерны. Он, как представитель ЗАО «Первомайское» договорился с ФИО5 о приобретении двух емкостей объемом 50 кубических метров каждая по 1000 рублей за куб. метр объема на сумму 100 000 рублей, рассчитаться договорились зерном овса, в перерасчете на вес стоимость составляла 17 000 кг овса. Брух также договорился о приобретении цистерны. 15 января 2016 года он отправил автокран и грузовую машину, под управлением Свидетель №1, для погрузки цистерн. После того, как первую цистерну привезли в ЗАО «Интикульское», он ФИО5 отправил КАМАЗ, загруженный овсом в количестве 11200 кг, ФИО5 принял овес, о чем расписался в товарной накладной. В течение дня автомобиль Свидетель №1 сделал два рейса, привезя на территорию ЗАО «Интикульское» две цистерны по 50 куб. метров каждая. Договор в письменной форме не составлялся, в дальнейшем выяснилось, что произошла кража цистерн, поэтому полный расчет не произвели.

Из показаний свидетеля Свидетель №10 в судебном заседании, а также данных в ходе предварительного расследования, исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и подтвержденных свидетелем, следует, что он является директором ЗАО «Интикульское», ему позвонил Свидетель №16, сказал, что ЗАО «Первомайское» продает цистерны. Он Свидетель №10 дал указание главному инженеру Свидетель №5 узнать условия продажи, осмотреть емкости, решить все организационные вопросы, связанные с вывозом и расчетами за них. 13 января 2016 года он уехал в командировку, после этого Свидетель №5 ему сообщил, что они приобрели две цистерны объемом 50 куб. метров каждая по 1000 рублей за кубический метр объема, на общую сумму 100 000 рублей, договорились рассчитаться зерном овса, в перерасчете на вес стоимость составляла 17 000 кг, но рассчитались не полностью, поскольку от органов полиции стало известно, что продавец не имел права распоряжаться имуществом ЗАО «Первомайское». Приобретенные цистерны привезли в ЗАО «Интикульское» (т. 2 л.д. 9-11).

Из исследованных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №11 (т. 2 л.д. 68-70) следует, что он работает водителем в ЗАО «Интикульское». 15 января 2016 года в период с 14 до 15 часов он по указанию главного инженера Свидетель №5 загрузил автомобиль Камаз зерном овса и повез его в с. Первомайское Боградского района к территории нефтебазы ЗАО «Первомайское». Подъехав к территории нефтебазы ЗАО «Первомайское», видел, как автокран ЗАО «Интикульское» осуществлял погрузку цистерны. Незнакомый мужчина сказал ехать за ним, они проследовали в направлении д. Борозда Боградского района, затем по полям на ферму, где этот мужчина сказал выгрузить зерно на склад, после этого мужчина расписался в товарно-транспортной накладной за принятое зерно.

Показания свидетеля объективно подтверждаются исследованной в судебном заседании товарно-транспортной накладной от 15 января 2016 года, согласно которой ФИО5 принял от водителя ЗАО «Интикульское» Свидетель №11 112,25 центнеров овса (т. 1 л.д. 74).

Из исследованных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №15 следует, что в январе 2016 года он по просьбе Свидетель №16 на своем грузовом автомобиле должен был вывезти с нефтебазы в с. Первомайское Боградского района емкость объемом 25 кубических метров. По приезду в с. Первомайское его встретил мужчина на автомобиле белого цвета иностранного производства, который открыл ворота нефтебазы, указал емкость, которую необходимо загружать, после этого, загрузив емкость он Свидетель №15 отвез её Свидетель №16 в с. Толстый Мыс (т. 2 л.д. 43-45).

Из показаний свидетеля Свидетель №12 (водителя автокрана ЗАО «Интикульское»), исследованных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что 15 января 2016 года в 12 часу он, по указанию главного инженера Свидетель №5, приехал на автокране в с. Первомайское Боградского района для погрузки цистерн для ГСМ с территории нефтебазы ЗАО «Первомайское». Неизвестный ему мужчина из находившегося там автомобиля «внедорожник» белого цвета сказал ему проехать на территорию нефтебазы и показал, какие емкости для ГСМ надо загрузить. Он загрузил в грузовой автомобиль цистерну объемом 50 куб. м, грузовик уехал, затем через 2-2,5 часа грузовик вернулся, и он загрузил в него вторую цистерну объемом 50 куб. м. Он и грузовой автомобиль выехали с территории нефтебазы, мужчина из «внедорожника» сразу закрыл ворота нефтебазы на замок. По прибытию в с. Интикуль, он выгрузил цистерну около нефтебазы ЗАО «Интикульское» (т. 2 л.д. 12-14).

Из исследованных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что 15 января 2016 года он по просьбе Свидетель №5 на своем грузовом автомобиле за два рейса перевез две емкости для ГСМ объемом по 50 куб. м из нефтебазы с. Первомайское на территорию нефтебазы ЗАО «Интикульское» (л.д. 15-18).

Из показаний свидетеля Свидетель №2 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных свидетелем, следует, что она принимала участие в собраниях кредиторов ЗАО «Первомайское» как представитель трудового коллектива ЗАО «Первомайское». На территории нефтебазы ЗАО «Первомайское» было около 20 емкостей для хранения ГСМ, полной инвентаризации имущества при проведении процедуры банкротства проведено не было, в конкурсную массу было включено только три цистерны. Ей известно, что на собраниях кредиторов принимался вопрос о реализации имущества, не включенного в производственно-технический комплекс предприятия, по цене металлолома, но когда принималось такое решение, не помнит. 15 января 2016 года около 12 часов, проезжая мимо нефтебазы ЗАО «Первомайское», видела, что на территории указанной нефтебазы работает автокран, демонтирует цистерны для хранения ГСМ и производит их погрузку в грузовые автомобили. Она позвонила конкурсному управляющему ФИО3, выяснить, с его ли разрешения производится демонтаж цистерн, известно ли ему о том, что с нефтебазы вывозят цистерны. ФИО3 ничего вразумительного ей не пояснил, смысл слов заключался в том, что не нужно соваться не в свое дело, из чего она поняла, что ФИО3 был в курсе происходящего. Через некоторое время по данному факту она позвонила в дежурную часть.

Наличие у ЗАО «Первомайское» на нефтебазе емкостей для ГСМ подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №13

Из показаний свидетеля Свидетель №3 следует, что до 2015 года, т.е. до введения конкурсного производства он являлся главным инженером ЗАО «Первомайское». Ему известно, что у ЗАО «Первомайское» в качестве основных средств имелось около 20 емкостей для хранения ГСМ, расположенных на нефтебазе ЗАО «Первомайское».

Из показаний свидетеля Свидетель №4 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных свидетелем (т. 1 л.д. 245-246), следует, что она работала в качестве бухгалтера в ЗАО «Первомайское» и принимала участие в инвентаризации имущества ЗАО «Первомайское», проводившейся в 2011 году. На нефтебазе ЗАО «Первомайское» находилось около 20 штук емкостей для ГСМ, которые числились в качестве основных средств ЗАО «Первомайское».

Из исследованных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №13 (т. 2 л.д. 4-6) следует, что по 2014 год он работал заведующим нефтебазой ЗАО «Первомайское», на территории которой располагались около 25 емкостей - цистерн для хранения ГСМ. Емкости входили в состав основных средств ЗАО «Первомайское».

Как следует из исследованных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №14 (начальника службы по работе с проблемными активами АО «Россельхозбанк»), 14 апреля 2016 года, он как представитель АО «Россельхозбанк», являющегося одним из кредиторов ЗАО «Первомайское», принимал участие в собрании кредиторов, одним из вопросов которого было утверждение перечня имущества, стоимостью менее 100 тыс. рублей, подлежащего продаже по прямым договорам, в числе имущества были емкости под ГСМ. Конкурсный управляющий ЗАО «Первомайское» ФИО3 предложил представленное в списке имущество продавать по прямым договорам по цене металлолома, поскольку это имущество не входит в производственно-технический комплекс, срок эксплуатации имущества истек, имущество разукомплектовано, изношено. Собрание кредиторов приняло единогласно решение о реализации такого имущества, в частности емкостей для ГСМ по цене металлолома (т. 2 л.д. 142-143).

Из показаний свидетеля Свидетель №6 следует, что она является представителем уполномоченного органа Управления Федеральной налоговой службы по Республике Хакасия по делам о банкротстве, и осуществляет сопровождение процедуры банкротства ЗАО «Первомайское». Перед собранием кредиторов 14 апреля 2016 года конкурсным управляющим ФИО3 кредиторам был предоставлен перечень имущества, включенного в конкурсную массу, но не состоявшего в имущественном комплексе организации, находящегося в изношенном, разукомплектованном состоянии. Собрание кредиторов единогласно утвердило перечень конкретного имущества, которое было реализовано или будет реализовано, как металлолом по цене от 3000 рублей до 3500 рублей за тонну для выплаты заработной платы и текущих расходов по делу о банкротстве. Предварительная оценка этого имущества не проводилась, поскольку, если балансовая стоимость имущества менее 100000 рублей, то по закону о банкротстве имущество реализуется без проведения оценки. Если не имеется сведений о балансовой стоимости имущества и рыночная стоимость этого имущества составляет менее 100000 рублей, то это имущество считается металлоломом.

Из показаний свидетеля Свидетель №7 следует, что он работал в ЗАО «Первомайское» до банкротства предприятия, перед ним имелась задолженность по заработной плате. В январе 2016 года, дату не помнит ФИО3 с ФИО5 приехали к нему, ФИО3 предложил ему в счет задолженности по зарплате получить емкости под ГСМ – две цистерны объемом 50 кубических метров и 10 кубических метров, а ФИО5 эти емкости у него выкупит. Емкости находились на нефтебазе ЗАО «Первомайское», емкости он не осматривал, желал только получить свою задолженность по заработной плате. Заключили договор о том, что он покупает у ФИО3 цистерны как металлолом по весу, по цене 4 рубля за килограмм, а также договор о том, что он продает ФИО5 эти емкости по той же цене, т.е. в размере задолженности по заработной плате в (сумма). ФИО5 обещал рассчитаться за емкости на следующий день, однако отдал деньги только к сентябрю 2016 года, в настоящее время претензий к ФИО5 он не имеет. Через дня два ФИО5 с ФИО3 приезжали к нему, подписывали с ним второй раз договоры, первый договор был написан от руки, второй – напечатан на компьютере, содержание договора и сумма были те же. Копии договоров ему (Свидетель №7) не отдавали. Внимание на дату при заключении договора купли-продажи емкостей для ГСМ он не обращал, его интересовала сумма задолженности по зарплате.

Из исследованных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №7, данных в ходе предварительного расследования, следует, что примерно 17 января 2016 года, более точную дату не помнит, к нему приехали конкурсный управляющий ФИО3 и ФИО5, и он подписал договор купли-продажи двух емкостей ГСМ с последующим выкупом их ФИО5 Примерно через неделю к нему вновь приехали ФИО5 и ФИО3, пояснив, что договор составлен неправильно, представили ему другой экземпляр договора. Сумма в договоре не изменилась, в чем были отличия, ему не известно. ФИО5 в сентябре 2016 года вернул ему за емкости для ГСМ сумму в размере (сумма) (т. 1 л.д. 222-224, 229-231).

После оглашения показаний, свидетель Свидетель №7 подтвердил их, указав, что точно назвать дату, когда заключался договор купли-продажи 12 января 2016 года или 17 января 2016 года, он не может, допрашивали его через какое-то время после рассматриваемых событий, на тот период он также не мог утверждать о дате заключения договора купли-продажи, так как не помнил, документов на руках у него не имелось. Возможно, что дата, указанная в договоре купли-продажи, заключенном им и конкурсным управляющим ЗАО «Первомайское» ФИО3 – 12 января 2016 года соответствовала действительности. В акте приема-передачи емкостей для ГСМ (т. 1 л.д. 116) дата написана его рукой, дату ему сказал написать ФИО5, все документы были у ФИО5

Из показаний свидетеля Свидетель №9 следует, что у ЗАО «Первомайское» перед ней имелась задолженность по заработной плате. К ней домой приехал ФИО5 и предложил ей взять под зарплату емкости для ГСМ, она согласилась, подписала документы, которые не читала, емкости ей не передавали, емкости ей были не нужны. С ФИО5 приезжал конкурсный управляющий ЗАО «Первомайское», однако с ней он не разговаривал, сидел в машине. Через 4-5 месяцев после этого ФИО5 выплатил ей все сумму задолженности по заработной плате около (сумма). Дату заключения договора не помнит, возможно, дату составления договора она писала своей рукой, однако она не заостряла внимание на том, соответствовала ли дата, указанная в договоре, фактической дате его подписания, утверждать, что договор был подписан именно 12 января 2016 года, она не может.

Из исследованных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №9, данных в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 232-234, 235-237), следует, что в период с 25 января 2016 года по 27 января 2016 года (более точно сказать не может), к ней приехал ФИО5 вместе с конкурсным управляющим ЗАО «Первомайское» ФИО3. ФИО5 предложил получить задолженность по заработной плате, для этого надо было подписать документы, составить договор, она согласилась. Спустя 3-4 дня они снова приехали, привезли документы: заявление на выдачу в натуральной форме в счет заработной платы продукции ЗАО «Первомайское» на (сумма), договор купли-продажи и акт приема-передачи, которые она подписала, не читая. Она видела, что ФИО5, заполняя ведомость, писал про емкости в количестве трех штук объемом 50 куб. м, 25 куб. м и 6 куб. м. ФИО5 пояснил, что эти емкости он возьмет себе, а ей за них отдаст деньги в сумме задолженности по заработной плате. Копии документов ФИО5 ей не оставил. Весь разговор про емкости был только с ФИО5, никаких предложений от ФИО3 ей не поступало.

После оглашения показаний свидетель Свидетель №9 поддержала их, пояснив, что ранее события она помнила лучше, указав, что ФИО3 был в машине только когда они приезжали в первый раз, во второй раз ФИО5 приезжал к ней один.

Суд с учетом положений ст. 252 УПК РФ не приводит в приговоре показания свидетеля Свидетель №8 и не принимает их качестве доказательств, как не отвечающие критерию относимости к данному уголовному делу.

Кроме вышеуказанных доказательств вина подсудимого ФИО5 в совершении им преступления, указанного в описательной части приговора, подтверждается письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ, в частности:

Согласно рапорту дежурного Отд МВД России по Боградскому району от 20 января 2016 года, от Свидетель №2 поступило сообщение о том, что с 09 января 2016 года с территории ЗАО «Первомайское» вывозится имущество (нефтяные бочки) (т. 1 л.д. 37).

В ходе осмотра места происшествия от 21 января 2016 года осмотрена территория нефтебазы ЗАО «Первомайское», расположенная в с. Первомайское, Боградского района, установлено, что нефтебаза огорожена забором с железобетонными пролетами, на территории расположены емкости для хранения ГСМ, установлено отсутствие трех емкостей, имеются следы работы тяжелой техники (т. 1 л.д. 50-58).

Согласно договору материальной ответственности от 23 ноября 2015 года, а также акту приема-передачи имущества на ответственное хранение от 05 декабря 2015 года, ЗАО «Первомайское» (поклажедатель) передавало ИП главе КФХ ФИО5 на ответственное хранение имущество ЗАО «Первомайское» – здания, сооружения, машины, механизмы, оборудование (т. 1 л.д. 85-86, 87-92).

Кроме того, согласно заключенному 23 ноября 2015 года договору, ЗАО «Первомайское» (арендатор) передало ИП главе КФХ ФИО5 во временное владение и пользование имущество ЗАО «Первомайское» (здания, сооружения, машины, механизмы, оборудование) согласно приложению (т. 1 л.д. 96-97, 98-103).

Вместе с тем, емкости для хранения ГСМ в перечне переданного ФИО5 имущества не значатся, что также подтверждается показаниями представителя потерпевшего ФИО3 и показаниями подсудимого ФИО5 о том, что емкости для хранения ГСМ ему на хранение либо в аренду не передавались.

В ходе выемки 11 апреля 2016 года у свидетеля Свидетель №1 изъят грузовой автомобиль, на котором перевозили емкости для ГСМ, который был осмотрен, признан вещественным доказательством и возвращен свидетелю Свидетель №1 (т. 2 л.д. 24-25, 26-27, 28,29).

В ходе выемки у свидетеля Свидетель №5 изъяты две емкости для хранения ГСМ объемом по 50 кубических метров каждая, которые осмотрены, признаны вещественными доказательствами и возвращены свидетелю Свидетель №5 (т. 2 л.д. 35-37, 38-39, 40, 41).

У свидетеля Свидетель №15 в ходе выемки 29 марта 2016 года изъят автомобиль, на котором перевозили похищенную емкость объемом 25 куб. м, данный автомобиль осмотрен, признан вещественным доказательством и возвращен собственнику (т. 2 л.д. 46-48, 49-51, 52, 53).

В ходе выемки от 29 марта 2016 года у свидетеля Свидетель №16 изъята емкость для ГСМ объемом 25 кубических метров, которая осмотрена, признана вещественным доказательством и возвращена свидетелю (т. 2 л.д. 59-61, 62-64, 65, 66).

Подсудимый ФИО5 и его защитник-адвокат Аушев И.В. в обоснование невиновности ФИО5 в совершении инкриминируемого ему деяния ссылались на заключенные конкурсным управляющим ЗАО «Первомайское» договоры купли-продажи емкостей для ГСМ.

Так, как следует из заявления Свидетель №9, адресованного конкурсному управляющему ЗАО «Первомайское» ФИО3, она просит выдать в не денежной (натуральной) форме продукцию ЗАО Первомайское» в счет заработной платы в (сумма) (т. 3 л.д. 95).

Согласно договору купли-продажи (номер) от 12 января 2016 года, заключенному между ЗАО «Первомайское» в лице конкурсного управляющего ФИО3 (продавцом) и Свидетель №9 (покупателем), а также акту приема-передачи к нему, продавец продал покупателю три металлические емкости объемом 50 куб. м, 25 куб. м, 6 куб. м, общим весом 5,68 тонн по цене 4000 рублей за 1 тонну (т. 3 л.д. 96- 97).

Из ведомости на выдачу заработной платы в натуральной форме, подписанной 12 января 2016 года, следует, что Свидетель №9 получила вышеуказанные емкости на общую (сумма) (т. 3 л.д. 98).

Кроме того, из заявления Свидетель №7 от 12 января 2016 года, адресованного конкурсному управляющему ЗАО «Первомайское» ФИО3, он просит выдать в не денежной (натуральной) форме продукцию ЗАО Первомайское» в счет заработной платы в (сумма) (т. 3 л.д. 99).

Согласно договору купли-продажи (номер) от 12 января 2016 года, заключенному между ЗАО «Первомайское» в лице конкурсного управляющего ФИО3 (продавцом) и Свидетель №7 (покупателем), а также акту приема-передачи к нему, продавец продал покупателю две металлические емкости объемом 50 куб. м, 10 куб. м, общим весом 4,367 тонн по цене 4000 рублей за 1 тонну (т. 3 л.д. 100-101).

Из ведомости на выдачу заработной платы в натуральной форме, подписанной 12 января 2016 года, следует, что Свидетель №7 получил вышеуказанные емкости на общую (сумма) (т. 3 л.д. 102).

Вместе с тем, из показаний представителя потерпевшего ФИО3, а также свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №9 следует, что вышеуказанные договоры купли-продажи, акты приема-передачи, заявления, ведомости были составлены не 12 января 2016 года, а позднее. Так, потерпевший ФИО3 пояснял, что он приехал в с. Первомайское только после 20 января 2016 года. Свидетели Свидетель №7 и Свидетель №9 поясняли, что не они не обращали внимания на дату, указанную в договоре купли-продажи и других документах, подписываемых ими, соответствовала ли она фактически той дате, когда подписывались документы.

Данные показания представителя потерпевшего ФИО3 и свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №9 подтверждаются исследованными в судебном заседании детализациями телефонных соединений абонентов сотовой связи, зарегистрированных на ФИО3 и ФИО5

Так, из детализации соединений абонента сотовой связи (номер), зарегистрированного на ФИО3 (т. 3 л.д. 30-79, т. 1 л.д. 192-211), следует, что соединение указанного абонента в районе базовых станций, расположенных Боградском районе, Республики Хакасия, осуществлялось только 21 января 2016 года в период с 11 час. 25 мин. до 14 час. 51 мин.; 26 января 2016 года с 10 час. 23 мин. до 16 час. 11 мин.; а также 27 января 2016 года в 06 час. 45 мин.. При этом в другое время, в том числе 12 января 2016 года ФИО3 осуществлял телефонные соединения, находясь вне пределов с. Первомайское Боградского района, а, следовательно не мог приезжать к Свидетель №7и Свидетель №9 и подписывать с ними договоры купли-продажи емкостей для ГСМ.

Указание подсудимого ФИО5 и его защитника-адвоката Аушева И.В. на то, что согласно исследованным детализациям 12 января 2016 года, то есть в день заключения договоров купли-продажи с Свидетель №7 и Свидетель №9 происходил телефонный разговор между ФИО3 и ФИО5, не опровергает выводов суда о том, что договоры купли-продажи между конкурсным управляющим ЗАО «Первомайское» ФИО3 и Свидетель №7, Свидетель №9 не могли быть заключены 12 января 2016 года, поскольку из детализации соединений абонентов сотовой связи следует, что во время осуществления звонков на абонентские номера (номер), (номер), принадлежащие ФИО5, ФИО3 находился в районе базовых станций в г. Абакане Республики Хакасия.

Ссылки стороны защиты на то, что ФИО3 и ФИО5 разговаривали между собой по телефону 12 января 2016 года и 15 января 2016 года, и, следовательно, по мнению защиты, что реализация ФИО5 похищенных емкостей для ГСМ осуществлялась с согласования с ФИО3, не могут быть признаны состоятельными, поскольку из исследованных детализаций содержание состоявшегося между ФИО5 и ФИО3 разговора установить невозможно, другими доказательствами то, что ФИО5 действовал с разрешения ФИО3 не подтверждено, данное обстоятельство самим ФИО3 отрицается, он поясняет, что в тот период участились хищения имущества ЗАО «Первомайское» в этой связи они с ФИО5 созванивались. Предположение, высказанное свидетелем Свидетель №2 о том, что ФИО3 знал о совершаемых ФИО5 действиях по вывозу емкостей для ГСМ, являются её субъективным мнением, не подтвержденным какими-либо иными доказательствами. Кроме того, как следует из исследованных судом доказательств, а именно из показаний свидетеля Свидетель №16, Свидетель №5 о приобретении ими емкостей для ГСМ они договорились с ФИО5 13 января 2016 года, в этот же день водитель Свидетель №15 по просьбе Свидетель №16 вывез в присутствии ФИО5 емкость для ГСМ, вместе с тем, телефонных соединений между ФИО5 и ФИО3 в этот день – 13 января 2016 года не зафиксировано.

Исследованная судом детализация абонентского (номер), зарегистрированного на ФИО5 (т. 3 л.д. 22-28) также не опровергает выводов суда о виновности подсудимого ФИО5 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах, поскольку в данной детализации зафиксировано нахождение ФИО5 во время телефонных соединений, указания на то, где, в каком месте, находится абонент, с которым разговаривал ФИО5, в частности – ФИО3, не определяется.

Оценив показания подсудимого ФИО5 с учетом принципа презумпции невиновности, установленного ст. 14 УПК РФ, суд допускает их в качестве достоверных только в той части, в которой они не опровергаются иными данными. Суд полагает достоверными и правдиво отражающими события, которые имели место в действительности, его показания в части реализации им емкостей для ГСМ представителю ЗАО «Интикульское» и Свидетель №16, а также обстоятельств, места и последовательности заключения договоров купли-продажи емкостей для ГСМ между конкурсным управляющим ФИО3 и Свидетель №7, Свидетель №9, поскольку указанные показания согласуются с другими доказательствами, показаниями свидетелей, в то же время его указания о дате заключения договоров купли-продажи между конкурсным управляющим ФИО3 и Свидетель №7, Свидетель №9 до реализации им емкостей для ГСМ Свидетель №16 и ЗАО «Интикульское», а также о том, что на момент указанной реализации он являлся собственником емкостей для ГСМ, и как следствие о его невиновности является несостоятельными и расцениваются судом как реализованный способ защиты ФИО5 от уголовного преследования, поскольку опровергаются исследованными судом доказательствами.

Давая оценку показаниям свидетелей, представителей потерпевшего, суд исходит из того, что ни у кого из допрашиваемых лиц не имелось повода для оговора подсудимого, также в деле не содержится данных о наличии неприязненных отношений между подсудимым и представителями потерпевшего, свидетелями, послуживших поводом к даче ложных показаний, в этой связи оснований сомневаться в целом в достоверности показаний указанных лиц, не имеется. Показания представителей потерпевшего и свидетелей отличаются определенной логикой и последовательностью, объективно подтверждаются указанными выше письменными материалами дела. В своих показаниях они детально рассказали об обстоятельствах известного им события. Достоверность показаний свидетелей сторонами не оспаривается. Противоречий в показаниях свидетелей по значимым для доказывания по делу обстоятельствам не имеется.

Приведенные показания свидетелей суд принимает в качестве доказательств по делу, так как они последовательны, логичны, согласуются между собой, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и объективно подтверждаются письменными доказательствами.

Органами предварительного следствия действия ФИО5 квалифицированы по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное в крупном размере.

Как следует из предъявленного обвинения, ФИО5 похитил две емкости для ГСМ объемом по 50 кубических метров каждая стоимостью 98400 рублей за одну емкость и одну емкость для хранения ГСМ объемом 25 кубических метров стоимостью 56800 рублей на общую сумму 253600 рублей.

В обоснование стоимости похищенного имущества сторона обвинения ссылается на заключение эксперта.

Согласно заключению эксперта (номер) рыночная стоимость резервуаров для хранения ГСМ с учетом износа на момент хищения 20 января 2016 года составлял 269 500 рублей (т. 1 л.д. 129-141).

Из заключения (номер) об определении стоимости имущества, следует, что на момент хищения 15 января 2016 года рыночная стоимость каждого из двух резервуаров для хранения ГСМ объемом 50 куб. м, с учетом износа составляет 98 400 рублей, рыночная стоимость резервуара для хранения ГСМ объемом 25 куб. м, с учетом износа составляет 56 800 рублей (т. 1 л.д. 152-166).

Однако согласно инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей от 12 января 2016 года в собственности ЗАО «Первомайское» имеются емкости металлические (состояние металлолом) в количестве 70,72 тонн по цене 4000 рублей за тонну на сумму 282880 рублей (т. 1 л.д. 104-106). Таким образом, все имеющиеся у ЗАО «Первомайское» емкости для ГСМ имеют стоимость 282880 рублей.

Из исследованных судом доказательств, в частности показаний представителя потерпевшего ФИО3, следует, что имущество ЗАО «Первомайское», не участвовавшее в производственно-техническом комплексе, в том числе емкости для хранения ГСМ, реализовывалось им по цене металлолома по 4000 рублей за одну тонну веса, по рыночной цене емкости для ГСМ он никому не реализовывал. Кроме того, свидетель Свидетель №6 поясняла, что собранием кредиторов было утверждено имущество, которое было реализовано или будет реализовано, как металлолом по цене от 3000 рублей до 3500 рублей за тонну.

При таких обстоятельствах не имеется оснований полагать, что вышеуказанные похищенные ФИО5 емкости были бы реализованы ЗАО «Первомайское» по цене, определенной согласно заключению эксперта. Суд приходит к выводу, что в результате хищения емкостей для ГСМ потерпевшему ЗАО «Первомайское» причинен ущерб исходя из стоимости 4000 рублей за тонну веса емкости. Как следует из веса емкостей для ГСМ, определенного конкурсным управляющим ЗАО «Первомайское» ФИО3 в договорах купли-продажи, подписанных с Свидетель №7 и Свидетель №9, вес емкости объемом 50 куб. м составляет 3,2 тонны, вес емкости объемом 25 куб. м – 1,9 тонны, следовательно, две емкости объемом 50 кубических метров имеют стоимость 12800 рублей каждая, на сумму 25600 рублей, одна емкость для хранения ГСМ объемом 25 кубических метров имеет стоимость 7600 рублей. Таким образом, общая сумма ущерба, причиненного ФИО5 ЗАО «Первомайское» составляет 33200 рублей.

Приведенные выше исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности суд признает достаточными для правильного разрешения дела.

Оценивая исследованные доказательства с точки зрения их относимости и допустимости, суд приходит к однозначному выводу о том, что данные доказательства достоверно доказывают вину подсудимого ФИО5 в совершении хищения имущества ЗАО «Первомайское» при установленных и описанных судом обстоятельствах, в этой связи доводы защитника-адвоката Аушева И.В. об отсутствии в действиях ФИО5 состава преступления, суд отклоняет.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что имея свободный доступ на территорию нефтебазы ЗАО «Первомайское», находясь на территории нефтебазы ЗАО «Первомайское», ФИО5, не имея на то никаких правовых оснований реализует емкости для ГСМ, принадлежащие ЗАО «Первомайское», представителю ЗАО «Интикульское» и Свидетель №16, тем самым совершает хищение чужого имущества – ЗАО «Первомайское». Хищение ФИО5 совершено тайным способом, поскольку, незаконное изъятие ФИО5 имущества ЗАО «Первомайское» происходило в отсутствие представителя собственника, а присутствовавшие при реализации и изъятии емкостей для ГСМ Свидетель №16, Свидетель №5, а также водители автомобилей и автокранов, не знали о неправомерности действий ФИО5, а, следовательно, не осознавали преступного характера действий ФИО5, и исходя из сложившейся обстановки подсудимый ФИО5 полагал, что действует тайно от них. Подсудимый ФИО5 осознавал, что безвозмездно завладевает чужим имуществом, причиняя ущерб потерпевшему ЗАО «Первомайское», и действовал умышленно из корыстных побуждений. Хищение является оконченным, поскольку подсудимый ФИО5 имел реальную возможность распорядиться и распорядился похищенным по своему усмотрению.

При этом на основе совокупности исследованных доказательств, суд полагает необходимым уточнить время совершения данного преступления. Как следует из предъявленного ФИО5 обвинения, ФИО5 похитил емкости для хранения ГСМ в период с 12 января 2016 года по 15 января 2016 года, однако, как следует из пояснений свидетелей Свидетель №16 и Свидетель №5 они прибыли на территорию нефтебазы ЗАО «Первомайское» для приобретения емкостей для ГСМ 13 января 2016 года, где договорились об их приобретении с ФИО5, после этого емкость, приобретенная Свидетель №16 была вывезена в этот же день, емскоти, приобретенные ЗАО «Интикульское» вывезены 15 января 2016 года. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что рассматриваемое преступление совершено ФИО5 в период с 13 по 15 января 2016 года.

Вопреки утверждениям подсудимого ФИО5 и его защитника Аушева И.В. о том, что ФИО5 на период реализации емкостей для ГСМ Свидетель №16 и ЗАО «Интикульское» являлся собственником данных цистерн, судом достоверно установлено, что ФИО5 не имел никаких правовых оснований и правомочий для их реализации. Заключение договоров купли-продажи емкостей для ГСМ между конкурсным управляющим ЗАО «Первомайское» и Свидетель №7 и Свидетель №9, а также последующее приобретение ФИО5 данных емкостей у Свидетель №7 и Свидетель №9 было инициировано именно подсудимым ФИО5 в целях скрытия факта совершенного им хищения имущества ЗАО «Первомайское» и придания законности реализации им емкостей для ГСМ Свидетель №16 и ЗАО «Интикульское», при этом данные действия были произведены уже после того, как в правоохранительные органы поступило заявление от Свидетель №2

С учетом изложенного, суд полагает необходимым переквалифицировать действия ФИО5 и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества.

Принимая во внимание, что ФИО5 на учете у врача психиатра не состоит, оценивая поведение подсудимого во время совершения инкриминируемого ему преступления и в судебном заседании, который дает логически выдержанные пояснения в соответствии с избранной линией защиты, у суда не возникло сомнений в его психическом состоянии. По этим основаниям суд приходит к выводу об его вменяемости по отношению к совершенному деянию.

Оснований для освобождения ФИО5 от уголовной ответственности и наказания суд не усматривает.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Определяя вид и размер наказания ФИО5, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления против собственности, относящегося к категории небольшой тяжести, конкретные обстоятельства дела, мотивы и цели совершения преступления, влияние назначаемого наказания на исправление ФИО5, на условия его жизни и жизни его семьи, также суд учитывает его семейное положение, возраст подсудимого, учитывает его состояние здоровья, наличие имеющихся у него заболеваний, а также личность подсудимого ФИО5, который не судим (т. 2 л.д. 90); на учете у врача нарколога, психиатра не состоит (т. 2 л.д. 92); участковым уполномоченным полиции Отд МВД России по Боградскому району характеризуется положительно, как спокойный по характеру, жалоб от соседей и и администрации на него не поступало (т. 2 л.д. 94); по месту жительства главой Первомайского сельсовета характеризуется положительно, как уравновешенный, тактичный, жалоб на него не поступало (т. 2 л.д. 96).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО5 в соответствии с ч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ суд признает: добровольное возмещение им имущественного ущерба, причиненного в результате преступления потерпевшему ЗАО «Первомайское», путем выплаты Свидетель №9 и Свидетель №7 денежных средств в размере имевшейся у ЗАО «Первомайское» задолженности по заработной плате перед данными работниками; состояние здоровья ФИО5; положительные характеристики личности.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому ФИО5, судом не установлено.

Суд не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих назначить ФИО5 наказание ниже низшего предела и более мягкого вида наказания по правилам ст. 64 УК РФ, чем предусмотрено санкцией ч. 1 ст. 158 УК РФ.

В связи с изложенным, с учетом характера совершенного ФИО5 преступления, степени общественной опасности суд полагает необходимым назначить ФИО5 наказание в виде исправительных работ. Ограничений, предусмотренных ч. 5 ст. 50 УК РФ, препятствующих назначению ФИО5 данного вида наказания, судом не установлено. Принимая во внимание совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, с учетом влияния наказания на исправление осужденного, суд считает, что исправление ФИО5 возможно без реального отбывания наказания с применением ст. 73 УК РФ и возложением на осужденного обязанностей, позволяющих контролировать его поведение и исправление.

Суд приходит к твердому убеждению, что назначение ФИО5 более мягкого наказания не сможет в достаточной степени повлиять на исправление осужденного. В тоже время суд считает, что применение к подсудимому ФИО5 более строгого наказания не будет соответствовать принципу справедливости.

Именно такое наказание ФИО5, по мнению суда, является справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности, а также обстоятельствам совершенного преступления и личности виновного, будет отвечать предусмотренным ст. 43 УК РФ целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.

В ходе судебного заседания представителем потерпевшего ЗАО «Первомайское» ФИО3 заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО5 имущественного вреда, причиненного преступлением, в размере 236 129 рублей (т. 3 л.д. 84-85).

Согласно положениям ч. 2 ст. 309 УПК РФ при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Поскольку рассмотрение гражданского иска требует дополнительных расчетов, с учетом выводов суда об уменьшении размера причиненного преступлением ущерба, суд полагает необходимым передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 303-304, 307-309УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО5 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде в виде исправительных работ на срок 4 (четыре) месяца с отбыванием наказания по основному месту работы с удержанием 15 % из заработной платы в доход государства.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО5 наказание считать условным с испытательным сроком 6 (шесть) месяцев.

Возложить на ФИО5 обязанности:

- встать на учет в уголовно – исполнительную инспекцию по месту жительства;

- не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденных;

- один раз в месяц, в дни, установленные уголовно-исполнительной инспекцией, являться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства.

Меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке по вступлению приговора в законную силу отменить.

Признать за гражданским истцом конкурсным управляющим ЗАО «Первомайское» ФИО3 право на удовлетворение гражданского иска, передав вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в порядке и в сроки, предусмотренные ст. 389.4 УПК РФ, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий И.Н. Норсеева