Апелляционное определение № 22-248/2026 от 16 февраля 2026 г.

Судья 1-ой инстанции: ФИО3 № 22-248/2026

Судья докладчик: Пастухова Л.П.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 февраля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Пастуховой Л.П.,

судей: Жданова В.С., Серебренникова Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Быковой А.С.,

с участием:

прокурора Эйсбруннер К.В.,

потерпевшего Потерпевший №1,

защитника адвоката Цирлина А.Л. в интересах осуждённой ФИО1,

защитника адвоката Гнилуша А.В. в интересах осуждённого ФИО2,

осуждённых ФИО1, ФИО2,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнению к ней потерпевшего Потерпевший №1 на приговор Иркутского районного суда Иркутской области от 3 декабря 2025 года, которым

ФИО1, ... несудимая,

осуждена:

по п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года,

по ч. 2 ст. 330 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев,

ФИО2, ... несудимый,

осуждён:

по п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года,

по ч. 2 ст. 330 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1, ФИО2 наказание считается условным с испытательным сроком в 5 лет каждому.

Испытательный срок исчислен с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок зачтено время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

Контроль за поведением условно осужденных возложен на филиал ФКУ УИИ ГУФСИН России по Иркутской области по месту жительства осужденных.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ возложена обязанность на ФИО1, ФИО2: встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, без уведомления которого не менять постоянного места жительства, являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, с периодичностью, установленной данным органом.

Гражданский иск Потерпевший №1 в части взыскания материального ущерба, причиненного преступлениями, удовлетворен частично.

Взыскан в солидарном порядке с ФИО1, ФИО2 в пользу Потерпевший №1 материальный ущерб в размере 187 Номер изъят рублей 47 копеек.

Исковые требования Потерпевший №1 в части взыскания материального ущерба в остальной части оставлены без рассмотрения.

Гражданский иск Потерпевший №1 в части взыскания с ФИО1, ФИО2 компенсации морального вреда удовлетворен.

Взысканы с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда Номер изъят рублей.

Взысканы с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда Номер изъят рублей.

Заявление потерпевшего ФИО9 о взыскании процессуальных издержек, связанных с расходами на оплату услуг представителя в размере Номер изъят рублей, оставлено без рассмотрения.

Меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 и ФИО2 по вступлении приговора в законную силу подлежат отмене.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

По докладу председательствующего, выслушав потерпевшего Потерпевший №1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней об изменении приговора, осуждённую ФИО1, её защитника адвоката Цирлина А.Л., осуждённого ФИО2, его защитника адвоката Гнилушу А.В., возражавших против доводов апелляционной жалобы и дополнениям к ней потерпевшего Потерпевший №1, высказавшихся о законности, обоснованности и справедливости приговора, оставлении его без изменения, апелляционной жалобы и дополнения к ней, без удовлетворения, прокурора Эйсбруннер К.В., высказавшуюся о законности, обоснованности и справедливости приговора, оставлении его без изменения, апелляционной жалобы и дополнения к ней, без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за вымогательство, то есть требование совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере, а также за самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, совершенное с угрозой применения насилия.

Преступления совершены Дата изъята в доме, расположенном по адресу: <адрес изъят> при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании осуждённые ФИО1, ФИО2 вину в совершении преступлений не признали.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней потерпевший Потерпевший №1 не оспаривая правильность квалификации действий осуждённых судом по п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, выражает несогласие с приговором суда в части переквалификации действий осуждённых с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ. Считает приговор в данной части незаконным, необоснованным, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания.

Приговор суда не отвечает требованиям ст. 297 УПК РФ.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы указывает на совершение осуждёнными тяжкого преступления, группой лиц с применением насилия. ФИО1 в тот период была действующим сотрудником полиции, имела огромные связи, это подтверждается тем, что он долгое время не мог добиться возбуждения уголовного дела в отношении неё, его заявления игнорировались, а на него оказывалось давление со стороны руководства ФИО1 Более того, находясь в ИВС последняя продолжала получать заработную плату и поощрения. Считает, что несмотря на то, что ФИО1 уволена из полиции, связи у неё остались и она продолжит совершение преступлений против него. В суде первой инстанции осуждённые не признали своей вины, не извинились перед ним и несмотря на все доказательства, в том числе его СМС-переписку с ФИО2, не возместили причиненного ущерба. В период следствия и суда ФИО1 и ФИО2 через адвоката оказывали давление на него, угрожали возмещением их затрат и осуждением. Считает назначение условного наказания несправедливым.

Указывает о несогласии с переквалификацией действий ФИО1 и ФИО2 с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ, поскольку считает, что имел место именно разбой, а не самоуправство, поскольку суд не принял во внимание, что история о пропаже шкатулки ФИО1 является лишь мнимым поводом, который ФИО1 и ФИО2 использовали для того, чтобы незаконно завладеть его имуществом в виде золотых украшений, а именно двух золотых цепочек массой Номер изъят и Номер изъят грамм, золотой подвески в виде креста массой Номер изъят грамм, золотой подвески в виде иконы массой Номер изъят грамма.

Ссылается на отсутствие у него перед ФИО1 и ФИО2 реальных фактических обязательств, связанных с якобы пропавшей шкатулкой с драгоценностями ФИО1, а их доводы на эти надуманные основания при совершении разбойного нападения с применением ножа были лишь поводом для того, чтобы он самостоятельно снял золотые изделия с себя. Суд необоснованно согласился с позицией государственного обвинителя и стороны защиты об этом надуманном предлоге для ухода ФИО1 и ФИО2 от ответственности за разбой и назначения им наказания за совершение менее тяжкого преступления, что не соответствует фактическим обстоятельствам совершенного преступления, изложенным в материалах уголовного дела и его (Потерпевший №1) показаниях в суде.

Обращает внимание на последовательность действий ФИО1 и ФИО2, которая не была учтена судом, а именно, что после того как ему с использованием угроз объявили, что заберут принадлежащие золотые изделия пока он не вернет шкатулку с драгоценностями ФИО1, он на это своего согласия не дал и не снял с себя золотые украшения, поскольку никакой шкатулки он не брал и никогда ее не видел, а ФИО2 поняв его позицию, применил по отношению к нему нож, что суд необоснованно посчитал квалифицирующим признаком ст. 330 УК РФ. Суд пришел к выводу, что использование ножа ФИО2 ограничилось только его демонстрацией, но в действительности нож был приставлен к его спине, чтобы он не мог оказать физического сопротивления, и только после этого ФИО2 начал снимать с него золотые изделия.

Суд необоснованно сослался в приговоре на его переписку с ФИО2 в мессенджере «Ватсап», в то время как последний на всех стадиях предварительного следствия и суда указывал, что находился в тот момент в состоянии алкогольного опьянения и решил пошутить над ним (Потерпевший №1), говоря, что вернет золотые изделия после возврата шкатулки с драгоценностями ФИО1 Считает, что ФИО2 издевался над ним, поскольку достоверно знал, что никакой шкатулки с драгоценностями ФИО1 у него нет, и использовал этот надуманный предлог, чтобы не возвращать ему золотые изделия, поскольку к моменту переписки вместе с ФИО1 и неустановленными лицами распорядился ими по собственному усмотрению. Таким образом, судом при решении вопроса о характере умысла ФИО1, ФИО2 и вывода о квалификации их действий, положил в основу недостоверные сведения.

Обращает внимание на золотые украшения, которые так и не были ему возвращены ни на стадии предварительного следствия, ни в суде, а ФИО1 и ФИО2 отказались сообщать в ходе допроса в суде где находятся его вещи, что указывает на то, что они распорядись его имуществом по своему усмотрению, чем причинили ущерб как собственнику золотых изделий. Данное обстоятельство опровергает вывод суда об отсутствии корыстного умысла у ФИО1 и ФИО2, поскольку свидетельствует о наличии в их действиях признаков хищения с применением насилия, а не причинение только существенного вреда.

Также судом не были приняты во внимание его показания о том, что никакой шкатулки с драгоценностями у ФИО1 не было. Факт наличия шкатулки судом достоверно не установлен, объективных доказательств утраты ФИО1 золотых и серебряных изделий в материалах уголовного дела нет. ФИО2 и свидетели в своих показаниях указывали о наличии и пропаже шкатулки у ФИО1, но при этом знали об этом с её слов. Кроме того, имеется исследованное в суде доказательство – фотография ФИО1 от Дата изъята года с украшением на шее в виде золотого кулона о пропаже которого наряду с другими украшениями она заявляла в полицию. В обоснование данного довода указывает, что заявление о пропаже шкатулки было подано ФИО1 в полицию Дата изъята , уже после того, как он подал заявление в полицию о совершении в отношении него преступления ФИО1, ФИО2 и неустановленными лицами. По результатам рассмотрения заявления ФИО1 было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела Дата изъята , а Дата изъята ФИО1 в социальной сети выложила фотографию, на которой видно, что у нее на шее находится золотой кулон на цепочке, а в ушах серьги, якобы пропавшие.

Он не оспаривает установленные судом такие квалифицирующие признаки, как единый умысел ФИО1 и ФИО2, согласованность их действий, то есть групповой характер совершенного ими преступления, который не был им вменен, согласно обвинительного заключения. Вместе с тем, не соглашается с судом первой инстанции, что применение ножа и высказывание угроз применения насилия при противоправном изъятии у него золотых изделий, причинили ему только моральные страдания.

В приговоре имеются противоречия, а именно, судом указано на совершение ФИО1 и ФИО2 самоуправства и одновременно при решении вопроса о размере ущерба, причиненного преступлением указано о похищении у него золотых украшений.

Считает, что действия ФИО1 и ФИО2 должны быть квалифицированы судом как совершение разбоя, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, то есть как преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 162 УК РФ. Суд первой инстанции в недостаточной степени проверил обоснованность позиции государственного обвинителя, который изменил обвинение в сторону смягчения и вынес основанное на неверной квалификации, несправедливое вследствие чрезмерной мягкости решение, назначив наказания не соответствующие степени общественной опасности деяниям ФИО1, ФИО2

Кроме того, суд неправомерно оставил без рассмотрения требования его гражданского иска к ФИО1, ФИО2 указав, что требования имущественного характера, хотя и связанные с преступлением, но относящиеся, в частности, к последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшего подлежат разрешению в гражданском судопроизводстве.

Обращает внимание, что суд первой инстанции никак не мотивировал свое решение в данной части, при этом сослался на п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», в котором содержится прямое указание на необходимость приведения в приговоре мотивов принятого решения.

Размер причиненного ему материального ущерба установлен в судебном заседании на основании свидетельских показаний, экспертных заключений и документов в размере Номер изъят рублей 85 копеек. Как посчитал суд, квалифицирующий признак «в крупном размере» нашел свое подтверждение в ходе судебного заседания. Достоверность, допустимость и относимость письменных доказательств у суда сомнений не вызвали, как и показания свидетелей, полученные в строгом соответствии с УПК РФ, оценка которым дана в приговоре. Никакого последующего восстановления нарушенных прав, которые бы вытекали из причиненного ему ущерба, не требовалось. Размер денежных средств в размере Номер изъят рублей, которые были переданы им наличными как часть оплаты в счет первоначального взноса в рамках договора купли-продажи дома, а также суммы, затраченные им на строительный материал, облагораживание территории дома и приобретение предметов мебели, судом точно установлены и подлежали возмещению в ходе рассмотрения гражданского иска, заявленного по уголовному делу.

Считает, что таким образом, суд в гражданском порядке должен повторно рассмотреть те же самые документы, заслушать тех же самых свидетелей и установить те же самые обстоятельства, которые уже установлены и доказаны в ходе судебного заседания по уголовному делу. Таким образом, суд необоснованно переложил вопрос о возмещения ему вреда, причиненного преступлением на другой суд, чем незаконно устранился от решения вопроса, непосредственно входящего в его компетенцию.

Просит приговор суда изменить, переквалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 с ч. 2 ст. 330 УК РФ на ч. 2 ст. 162 УК РФ и назначить им справедливое наказание, соответствующее степени общественной опасности содеянного, а также удовлетворить требования, заявленного им гражданского иска.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1 осуждённая ФИО1 считает приговор суда законным и обоснованным. Указывает, что доводы потерпевшего не подтверждаются материалами дела и сводятся к его желанию отомстить. В том числе, несостоятелен довод об оказании помощи и содействия со стороны ее начальства и справедливо отклонен судом. Считает, что судом законно и обоснованно определена квалификация содеянного и назначено справедливое наказание. Обязуется выполнять назначенное наказание безусловно, добросовестно и считает возможным свое исправление без изоляции от общества. Просит оставить приговор без изменения, апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1, без удовлетворения.

В судебном заседании потерпевший Потерпевший №1 поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней об изменении приговора, просил их удовлетворить, переквалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 с ч. 2 ст. 330 УК РФ на ч. 2 ст. 162 УК РФ, назначить наказание, соответствующее степени общественной опасности содеянного, удовлетворить требования гражданского иска.

Осуждённая ФИО1, её защитник адвокат Цирлин А.Л., осуждённый ФИО2, его защитник адвокат Гнилуша А.В., возражали против доводов апелляционной жалобы и дополнения к ней, высказались о законности, обоснованности и справедливости приговора, оставлении приговора без изменения, апелляционной жалобы и дополнения к ней, без удовлетворения.

Прокурор Эйсбруннер К.В. высказалась о законности, обоснованности и справедливости приговора суда, просила оставить его без изменения, доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней оставить, без удовлетворения.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней потерпевшего, поступивших возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. п. 2, 3 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены и изменения судебного решения в апелляционном порядке является в том числе, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона.

Такие нарушения требований уголовно-процессуального закона судом первой инстанции допущены.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно материалам уголовного дела, органом предварительного следствия ФИО1 и ФИО2 обвинялись в совершении преступления, предусмотренного п. п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере.

Кроме того, органом предварительного следствия ФИО1 и ФИО2 обвинялись в том, что в период времени с 22 часов 00 минут Дата изъята до 02 часов 00 минут Дата изъята , более точное время органом предварительного следствия не установлено, ФИО2, ФИО1 и неустановленные лица, находясь на территории земельного участка и в доме по адресу: <адрес изъят>, после совершенного вымогательства в отношении Потерпевший №1, заметили на шее последнего золотые украшения в виде цепей и подвесок, в связи с чем, выходя за пределы ранее возникшего умысла, направленного на вымогательство, внезапно, из корыстных побуждений с целью быстрого незаконного обогащения, возник единый совместный преступный умысел, направленный на совершение разбойного нападения, в целях хищения имущества Потерпевший №1 с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц, с применением предметов, используемых в качестве оружия. ФИО2, ФИО1 и неустановленные лица понимали, что воля, возможность и желание к сопротивлению Потерпевший №1 подавлены после примененного в отношении него насилия и высказанных ранее ими угроз применения насилия, которые Потерпевший №1 воспринял реально.

Реализуя свой внезапно возникший совместный преступный умысел, направленный на завладение чужим имуществом Потерпевший №1 в результате разбойного нападения в вышеуказанное время и месте, ФИО2, действуя умышленно, группой лиц, совместно с ФИО1 и двумя неустановленными лицами, вооружился неустановленным в ходе предварительного следствия ножом, который взял на кухне дома, по вышеуказанному адресу, с целью подкрепления высказанных угроз применения насилия в отношении потерпевшего, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде причинения имущественного ущерба собственнику имущества и желая наступления этих последствий, напал на Потерпевший №1, приставив к спине последнего вышеуказанный нож, тем самым угрожая потерпевшему применением насилия, опасного для жизни и здоровья, одновременно с этим ФИО1 также высказала угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшему, затем ФИО2 и ФИО1 заставили Потерпевший №1 снять с себя и передать им (ФИО2 и ФИО1) золотые украшения в виде: .... При этом неустановленные лица, с целью реализации совместного и согласованного преступного умысла с ФИО2, направленного на совершение разбойного нападения, в целях хищения имущества Потерпевший №1 также высказали в адрес последнего угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья в случае отказа Потерпевший №1 передать им вышеуказанные золотые украшения.

Потерпевший №1, реально опасаясь физической расправы со стороны ФИО2, ФИО1 и неустановленных лиц, по указанию ФИО2 снял с себя вышеуказанные золотые украшения и передал их последним, тем самым ФИО2 и ФИО1 и неустановленные лица открыто похитили и завладели имуществом Потерпевший №1 После чего, ФИО2, ФИО1 и неустановленные лица заставили написать Потерпевший №1 расписку о якобы добровольной выдаче им указанных украшений, что последний сделал, реально опасаясь с их стороны физической расправы.

В результате умышленных, совместных, согласованных преступных действий ФИО2, ФИО1 и неустановленные лица путем разбойного нападения открыто похитили имеющиеся у Потерпевший №1 золотые украшения в виде: ..., причинив потерпевшему значительный материальны ущерб.

ФИО2 и ФИО1 и неустановленные лица после совершенного разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества группой лиц, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с места происшествия скрылись, распорядившись в дальнейшем похищенным имуществом по своему усмотрению. Своими умышленными действиями ФИО1 и ФИО2 совершили преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 162 УК РФ – разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

ФИО1 и ФИО2 вину в совершении преступлений не признали.

В соответствии со ст. 73 УК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Согласно положениями п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ и разъяснениями, данными в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 51 от 19 декабря 2017 года «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения путем переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание. При этом государственный обвинитель должен изложить суду мотивы изменения обвинения в сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания, а суд – принять решение только после завершения исследования в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, значимых для этого материалов дела и заслушивания мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и стороны защиты об обоснованности позиции государственного обвинителя.

Как усматривается из протокола судебного заседания, после исследования собранных по делу доказательств, государственный обвинитель, выступая в прениях, изменил обвинение в отношении ФИО1 и ФИО2 в сторону смягчения и просил переквалифицировать их действия с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ – самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается гражданином, причинивших существенный вред потерпевшему, совершенное с угрозой применения насилия. Государственный обвинитель обосновал свою позицию тем, что не установлен и не доказан корыстный мотив у ФИО2 и ФИО1 на совершение разбоя. Умысел осуждённых был направлен на самоуправство, то есть на самовольное, вопреки закону порядку действий, правомерность которых оспаривается потерпевшим, по изъятию золотых изделий в результате пропажи золотых изделий ФИО1, ФИО2 угрожал потерпевшему, демонстрируя нож, ФИО1 высказывала угрозы, применения насилия, при этом они требовали, чтобы Потерпевший №1 снял с себя золотые украшения и передал им. Государственный обвинитель уменьшил размер материального ущерба, причиненного потерпевшему Потерпевший №1 с учетом выводов заключения эксперта Номер изъят от Дата изъята до Номер изъят рублей.

Суд первой инстанции, принимая решение, обусловленное позицией государственного обвинителя, не проверил законность и обоснованность переквалификации действий ФИО1 и ФИО2 и при принятии решения не учел, что государственным обвинителем не было приведено достаточных оснований и мотивов для принятия такого решения.

Вынося приговор с учетом позиции государственного обвинителя, суд не принял во внимание совокупность исследованных доказательств, противоречащих позиции государственного обвинителя об изменении обвинения, свидетельствующих о наличии у ФИО1 и ФИО2 корыстной цели, направленной на завладение золотыми изделиями, принадлежащими потерпевшему Потерпевший №1

Так, из показаний потерпевшего Потерпевший №1, данных в судебном заседании следует, что Дата изъята после того, как его заставили под диктовку написать расписку о том, что он не имеет никаких денежных претензий к ФИО1, двое неизвестных ему лиц сказали ему, чтобы он собирался и уезжал. Пока он собирал вещи со двора, его вновь пригласили в дом, он зашел в дом, его провели на кухню и ФИО2 стал говорить, что пропала шкатулка с золотом, принадлежащая ФИО1 и что он её забрал. ФИО2 и двое неизвестных ему лиц спросили настоящее у него золото или нет и стали требовать, чтобы он снял с себя золото, ФИО2 стоял рядом с кухонным гарнитуром, там взял нож, подошел к нему с ножом и схватил его за золотые цепи, представил нож к спине в правой части поясницы в области почек. Он начал выдвигать ультиматум, ФИО1 сказала, что если он не снимет золото, то к нему применят насилие сексуального характера. ФИО2 вернулся с полиэтиленовым пакетом, чтобы он (Потерпевший №1) самостоятельно снял и положил свои золотые украшения. Он снял золотые украшения, положил в пакет, ФИО1 забрала этот пакет.

Согласно показаниям потерпевшего Потерпевший №1, данным на предварительном следствии Дата изъята (т. 2 л.д. 124-134) следует, что Дата изъята после написания под диктовку парня 1 расписки о том, что он не имеет ни имущественных, ни денежных претензий к ФИО1, его отпустили и отправили собирать вещи, дали на сборы 5 минут. Пока он пытался выгнать машины, к нему подошел парень 2 и сказал вернуться в дом и отдать ключи от дома. В доме находились ФИО2, ФИО1, Свидетель №1, парень 1 и 2 зашли за ним следом. ФИО2 позвал ФИО1 поговорить в соседнюю комнату, затем ФИО2 вышел из комнаты и спросил у него где золото ФИО1 Следом за ФИО2 разговор про золото подхватили парень 1 и парень 2 и стали спрашивать где её золото, затем они спросили у ФИО1 настоящее ли на нем золото. В тот момент на нем были надеты: .... ФИО2 подошел к нему и сказал, что так как у ФИО1 пропало золото, то он должен снять свое и отдать ФИО1 ФИО2 увел ФИО1 в комнату за ними ушел парень 1, затем этот парень вышел и сказал ему написать расписку, что он добровольно отдает золото, что его никто к этому не принуждал. ФИО2 отошел к кухонному гарнитуру и он (Потерпевший №1) в этот момент решил уйти из кухни, встал со стула, но парень 2 снова усадил его на стул с требованием, чтобы он скорее писал расписку и не тянул время. В это время к нему сзади подошел ФИО2, он почувствовал, как ему в область поясницы справа уперся твердый острый предмет, он понял, что это нож, так как он видел, что ФИО2 взял со стола кухонный нож. При этом ФИО2 правой рукой держал нож, а второй рукой схватил его за цепочки, которые были на шее, как бы дернул вверх, поторапливая его, затем ФИО2 положил нож на стол и стал обеими руками пытаться расстегнуть карабины на цепях. В это время парень 1 происходящее снимал на камеру телефона, затем спросил его добровольно ли он отдает свое золото, на что он ответил, что не отдаст свое золото. В этот момент ФИО1 обратилась к нему со словами, что, если он сейчас не снимет золото, к нему применят насилие сексуального характера, чтобы быстрее снимал золото и не задерживал их. ФИО2 подошел к нему с пустым полимерным пакетом куда он по требованию парня 1 снял и положил свои золотые цепи 2 штуки, крест, иконку, парень завязал пакет и сказал, что золото будет у ФИО1 Когда он вышел из дома, следом за ним вышел в ограду парень 2 и сказал ему, что если он обратится в полицию, то им ничего не будет, а они найдут его и ему не поздоровится, высказывал угрозу, что его посадят в тюрьму. Общая стоимость золотых изделий составляет Номер изъят рублей.

В ходе проверки показаний на месте от Дата изъята (т. 2 л.д. 179-185) потерпевший Потерпевший №1 пояснил, что Дата изъята около 23 часов сожительница ФИО1 привела группу из четырех человек, которые требовали с него расписки на денежные средства. Затем они сказали, чтобы он собирал вещи и выезжал. Когда он заводил машину во дворе, его позвали в дом, где сообщили, что у ФИО1 пропало золото и что они сейчас золото у него заберут, когда он сказал, что не будет отдавать золото, ФИО2 взял нож. При этом ФИО1 сказала, что, если он не снимет золотые украшения, они применят насилие сексуального характера. Его заставили лично снять с себя золотые украшения, положить в пакет и передать ФИО1

Потерпевший Потерпевший №1 в судебном заседании полностью подтвердил оглашенные показания.

Суд первой инстанции признал достоверными показания потерпевшего Потерпевший №1, данные как в судебном заседании, так и на предварительном следствии, указав, что они последовательны, стабильны на протяжении всего производства по уголовному делу, не содержат существенных противоречий по делу, получены с соблюдение норм уголовно-процессуального закона и требований ст. 51 Конституции РФ.

Согласно исследованному судом постановлению от Дата изъята (т. 3 л.д. 25-27) установлено, по результатам проверки, проведенной по заявлению ФИО1 от Дата изъята , в возбуждении уголовного дела по ст. 158 УК РФ отказано, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления, так как не доказан факт наличия золотых украшений у ФИО1

Таким образом, указанные в приговоре с учетом позиции государственного обвинителя мотивы переквалификации деяния ФИО1 и ФИО2 с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ, основанные на том, что (в ходе предварительного и судебного разбирательства) не установлен и не доказан корыстный мотив последних на совершение преступления, противоречит вышеизложенным доказательствам, исследованным в ходе судебного следствия.

Кроме того, оценка, данная судом показаниям потерпевшего Потерпевший №1, прямо противоречит принятому решению о переквалификации действий ФИО1 и ФИО2 на ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Согласно протоколу судебного заседания (т. 10 л.д. 18 оборот), потерпевший Потерпевший №1 возражал против мнения государственного обвинителя о переквалификации действий ФИО1 и ФИО2, на ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Судебное решение, принятое в связи с полным или частичным отказом государственного обвинителя от обвинения или в связи с изменением им обвинения в сторону смягчения, может быть обжаловано участниками судебного производства или вышестоящим прокурором в апелляционном или кассационном порядке.

Предложенное государственным обвинителем изменение обвинения ФИО1 и ФИО2 путем переквалификации их действий с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ, то есть как менее тяжкого преступления с учетом ст. 252 УПК РФ, повлекло возникновение обстоятельств, которые не могли быть устранены в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции, поэтому исключали возможность принятия судом законного и обоснованного решения в отношении ФИО1 и ФИО2

Исходя из конституционно-правового смысла, заложенного в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2016 года № 457-О, суд апелляционной инстанции, установив, что позиция государственного обвинителя, изменившего обвинение в сторону смягчения, очевидно ошибочная и что фактические обстоятельства, на которые он ссылается при изменении обвинения, равно как и обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении либо установленные в ходе судебного разбирательства, свидетельствуют о наличии в действиях обвиняемого признаков более тяжкого преступления, и при наличии жалобы потерпевшего на приговор, которой инициирован апелляционный пересмотр уголовного дела и в которой поставлен вопрос об ухудшении положения обвиняемого, вправе отменить приговор и вернуть уголовное дело прокурору, указав при этом согласно ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий как более тяжкого преступления. Это позволяет суду апелляционной инстанции избежать подтверждения юридической силы решения суда первой инстанции, которое он считает неправосудным, что соответствует правовым позициям, изложенным Конституционным Судом Российской Федерации, в том числе в Постановлении от 2 июля 2013 года № 16-П и Определении от 14 января 2016 года № 15-О.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о квалификации действий осуждённых ФИО1 и ФИО2 по ч. 2 ст. 330 УК РФ, с учетом позиции государственного обвинителя, противоречат доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, что свидетельствует о существенных нарушениях уголовного и уголовно-процессуального законов при решении вопроса о юридической оценке действий ФИО1 и ФИО2 и назначении наказания.

Судебной коллегией приговор суда отменяется полностью, поскольку события имели место в одно и то же время, в одном и том же месте.

Учитывая, что ФИО1 и ФИО2 обвиняются в совершении, в том числе тяжкого преступления и принимая во внимание данные об их личностях, судебная коллегия считает необходимым меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения.

При изложенных обстоятельствах, апелляционная жалоба и дополнение к ней потерпевшего Потерпевший №1 подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Иркутского районного суда Иркутской области от 3 декабря 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2, отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2 возвратить прокурору Иркутского района Иркутской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Апелляционную жалобу и дополнение к ней потерпевшего Потерпевший №1, удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

В случае обжалования осуждённые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.П. Пастухова

Судьи В.С. Жданов

Е.В. Серебренников