Приговор № 1-119/2017 от 29 июня 2017 г. по делу № 1-119/2017

Дело № 1-119/2017


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Томская область, ЗАТО Северск 30 июня 2017 года

г. Северск

Судья Северского городского суда Томской области Харжевский А.В.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора ЗАТО г. Северск Томской области ФИО1,

подсудимой ФИО2,

защитника – адвоката Гаранина А.А.,

потерпевших В., А.,

представителя потерпевших В., А. – Н.,

представителя потерпевшей П. – адвоката Г.,

при секретаре Епифанцевой Т.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО2, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ),

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (на момент совершения преступления С.) совершила мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, при следующих обстоятельствах.

ФИО2 в период с 21 часа 00 минут 04.08.2014 по 15.09.2014, находясь в квартире по [адрес], совместно с неустановленным лицом, группой лиц по предварительному сговору, заключила устный договор с П., В., А. о займе денежных средств в размере 150000 рублей под предлогом предоставления займа под залог принадлежащей им на праве общей долевой собственности (по 1/3 доли в праве) ** квартиры, расположенной по [адрес], стоимостью 1580000 рублей, до возврата П., В. и А. денежного долга, при этом, не имея намерения выполнить условия договора, ФИО2 и неустановленное лицо решили путем обмана П., В. и А. завладеть правом на принадлежащее последним жилое помещение по указанному адресу.

Во исполнение данного преступного умысла ФИО2 и неустановленное лицо, действуя совместно и согласованно, то есть группой лиц по предварительному сговору, в период с 11 часов 00 минут до 15 часов 00 минут 05.08.2014 пришли в [адрес], где предъявили А. для подписания ранее составленные неустановленным лицом документы: договор купли-продажи и передаточный акт, введя А. в заблуждение, умышленно сообщили последней ложные сведения о том, что данные документы необходимы для выполнения условий ранее достигнутой договоренности о выдаче займа под залог вышеуказанной квартиры, принадлежащей П., В. и А., до момента возврата ими денежных средств по займу, указав о необходимости юридически оформить их сделку в соответствующем органе регистрации сделок с недвижимостью и пообещав выдать денежный займ после регистрации сделки. А., находясь под воздействием обмана, по указанию ФИО2 и неустановленного лица, подписала договор купли-продажи, передаточный акт принадлежащего ей, ее ** и ** на праве общей долевой собственности жилого помещения, расположенного по [адрес], стоимостью 1580000 рублей, не ознакомившись с их содержанием и не понимая их значения, не имея намерения продать свою долю в жилом помещении, будучи уверенной в профессионализме и порядочности ФИО2 и неустановленного лица, что составленные документы необходимы для получения денежного займа.

Продолжая свои действия, направленные на завладение данным жилым помещением путем обмана, ФИО2 и неустановленное лицо в период с 11 часов 00 минут до 15 часов 00 минут 05.08.2014 пришли в торговый центр «**» по [адрес], где, действуя совместно и согласованно, то есть группой лиц по предварительному сговору, предъявили В. и П. для подписания ранее составленные неустановленным лицом документы: договор купли-продажи и передаточный акт, введя В. и П. в заблуждение, умышленно сообщили последним ложные сведения о том, что данные документы необходимы для выполнения условий ранее достигнутой договоренности о выдаче займа под залог принадлежащей им и А. вышеуказанной квартиры, до момента возврата ими денежных средств по займу, указав на необходимость юридически оформить их сделку в соответствующем органе регистрации сделок с недвижимостью и пообещав выдать денежный займ после регистрации сделки. В. и П., находясь под воздействием обмана, по указанию ФИО2 и неустановленного лица подписали договор купли-продажи, передаточный акт принадлежащего им и А. на праве общей долевой собственности жилого помещения, расположенного по [адрес], стоимостью 1580000 рублей, не ознакомившись с их содержанием и не понимая их значения, не имея намерения продать свои доли в жилом помещении, будучи уверенными в профессионализме и порядочности ФИО2 и неустановленного лица, что составленные документы необходимы для получения денежного займа.

После этого, 06.09.2014 в период с 14 часов 00 минут до 18 часов 00 минут, П., В. и А., находясь под воздействием обмана, по указанию ФИО2 и неустановленного лица проследовали с ФИО2 в помещение Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (далее – Росреестр), расположенное по адресу: Томская область, ЗАТО Северск, <...>, где передали на регистрацию составленные неустановленным лицом договор купли-продажи, передаточный акт принадлежащего им на праве общей долевой собственности жилого помещения, расположенного по [адрес], стоимостью 1580000 рублей, и сопутствующие к ним документы. 15.09.2014 был зарегистрирован переход права собственности на ФИО2

Таким образом, ФИО2 и неустановленное лицо в период с 21 часа 00 минут 04.08.2014 по 16.09.2014, действуя умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана, под предлогом обеспечения возврата П., В. и А. не полученных ими денежных средств по устному договору займа приобрели право на чужое имущество – квартиру, принадлежащую П., В. и А., расположенную по [адрес], стоимостью 1580000 рублей и лишили П., В. и А. права на жилое помещение, чем причинили потерпевшим ущерб в особо крупном размере на указанную сумму.

В судебном заседании подсудимая ФИО2 виновной себя в совершении инкриминируемого ей деяния не признала и показала, что примерно летом 2014 года ее знакомый Ж. сообщил, что П. хотят получить деньги в сумме 150000 рублей под залог недвижимости с возвратом в сумме 200000 рублей, она согласилась ему помочь. Примерно через час, в вечернее время, приехала к П. в квартиру на [адрес], где был Ж., после чего последний уехал. В. и А. хотели получить займ, но П. сказала, что хочет продать указанную квартиру за 1100000 рублей, и те согласились. Она, осмотрев квартиру, сказала, что сможет купить ее за 900000 рублей, поскольку квартира находится в плохом состоянии, с чем П. согласилась при условии, если деньги будут переданы сегодня. Тогда она сфотографировала документы на квартиру – свидетельства о регистрации права собственности по 1/3 доли, паспорта П., чтобы Ж. составил договор купли-продажи квартиры, а затем привезла П. деньги в сумме 900000 рублей, которые являлись ее накоплениями, в том числе от продажи двух автомобилей за 500000 и 100000 рублей и **. На следующий день она и Ж., который следил за правильностью сделки, приехали к П., там А. подписала договор купли-продажи квартиры, написала расписку в получении 300000 рублей, которые получила днем раньше. После этого они приехали в торговый центр «**», где находились П. и В., последние ознакомились с договором купли-продажи, подписали его и написали расписки в получении денежных средств по 300000 рублей каждая. На следующий день она, П., В. и А. встретились в Росреестре и подали документы на регистрацию, где им разъяснили существо сделки. Однако через один или два дня ей позвонила П. или В. и попросила добавить им еще 100000 – 150000 рублей за квартиру, но она отказалась, поскольку они договаривались о продаже квартиры именно за 900000 рублей. После этого ей позвонили из Росреестра и сообщили, что П. передумали, сделка приостановлена. В связи с этим она приехала в торговый центр «**», просила П. и В. вернуть ей деньги, но они договорились о том, что она добавит П. еще 50000 рублей, что она и сделала, привезя деньги вечером к ним домой, но расписку с них не взяла, так как об этом не подумала. На следующий день П. возобновили сделку, в результате квартира стала принадлежать ей, но П. освобождать квартиру не собирались, написали заявления в полицию. Затем она продала квартиру Ж. по рыночной стоимости в размере 1300000 рублей, при этом он знал о приобретении ею данной квартиры за 900000 рублей, но денег от него не получила, так как это было формально. В результате Ж. должен был ей передать 1100000 рублей, поскольку она ранее должна была ему 200000 рублей за юридические консультации, составление договора купли-продажи и другие оказанные юридические услуги. О продаже квартиры Ж. договорилась с последним после подачи П. документов на регистрацию и приостановления сделки. Впоследствии договор между нею и Ж. был расторгнут, поскольку Ж. отказался покупать квартиру в связи с тем, что потерпевшие, которые были зарегистрированы в данной квартире, обратились с заявлениями в полицию. Она же покупала квартиру у П., чтобы улучшить жилищные условия своих детей, но для чего в то же время 16.09.2014 решила эту квартиру продать, пояснить не может, как и то, за какую сумму был продан ею **. Почему Ж. с вопросом о займе денежных средств обратился именно к ней, не знает. Квартиру П. решила продать не только в целях погашения долга перед Ж., но и в связи с предстоящим замужеством и переездом в другой город. Впоследствии она, поняв, что П. не собираются ни отдавать ей деньги, ни выселяться из приобретенной ею у них квартиры, обратилась в суд. На телефонные звонки П. не отвечала в связи с тем, что они просили еще денег за квартиру. С Ж. она в предварительный сговор не вступала, он, как юрист, к которому она ранее уже обращалась за помощью, лишь составлял договор купли-продажи. Она без оформления трудовых отношений работает ** в **, однако практически на работу не ходит, взяла отпуск за свой счет на период рассмотрения настоящего уголовного дела в суде.

В дальнейшем в ходе судебного следствия подсудимая заявила, что договорилась с Ж. о продаже ему квартиры в день получения свидетельства о праве собственности на нее. Вспомнила об этом после того, как ее допросили в суде в качестве подсудимой.

Между тем из оглашенных в судебном заседании показаний ФИО2, данных ею в качестве подозреваемой в ходе предварительного расследования (т. 3, л.д. 83-88), следует, что денежные средства, которыми она располагала, были ее накоплениями и предназначались для улучшения жилищных условий ее детей. От своего знакомого Ж., к которому неоднократно обращалась за консультацией по юридическим вопросам за вознаграждение, узнала, что есть люди, которые хотят оформить займ денежных средств под залог недвижимости, а она могла одолжить свои деньги под залог недвижимости. К П. домой ее привозил Ж., документы на квартиру ей не предоставлялись, не помнит, одна или с Ж. приезжала в торговый центр «**», где П. и В. написали ей расписки в получении по 300000 рублей за проданную квартиру, договор купли-продажи составлял Ж. по ее просьбе, но каким образом она передала ему для этого данные П., а также где именно она и П. после написания последними расписок подписали договор купли-продажи, не помнит. П. хотели продать квартиру за 1150000 рублей, по цене ниже рыночной.

Несмотря на непризнание подсудимой ФИО2 вины, ее виновность в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Показаниями потерпевшей В. в судебном заседании, согласно которым она, ее ** – П. и ** – А. проживают в ** квартире по [адрес], которая принадлежит им на праве собственности по 1/3 доли каждой. В конце июля 2014 года им были необходимы деньги в сумме 150000 рублей, в том числе на оплату задолженности по коммунальным платежам в сумме 33000 рублей, обучение А. и оплату ранее оказанных риэлторских услуг по приватизации квартиры в агентстве «**» в сумме 50000 рублей. Узнав о возможности получения займа под залог недвижимости, она в Интернете нашла соответствующее объявление с номером телефона с именем Ф., позвонила и договорилась с молодым человеком о встрече. 04.08.2014 около 21 часа к ним домой по указанному адресу приехал Ж., личность которого они удостоверили по паспорту, сказал, что предоставит им денежный займ с переплатой 50000 рублей под залог недвижимости, при этом будут подписаны определенные документы, чтобы они не переживали, так как он юрист и все оформит сам. Вместе с тем, условием было и то, что квартиру они должны оформить на его знакомую. Затем Ж. позвонил С. (ФИО3) Н.В., та через 15 минут приехала, предоставила свой паспорт, повторила все те же условия займа. Поскольку они все равно переживали, Ж. и ФИО2 убеждали их, что все будет нормально, и если им (В., П. и А.) потребуются еще деньги, то они могут снова к ним обратиться, а документы оформят сами. Дома 05.08.2014 находилась А. К ней приехали Ж. и ФИО2, привезли для подписания документы. В это время в квартире в соседней комнате также находилась Б. и все слышала. Со слов А., в документах было указано, что они обязаны выехать из своей квартиры в течение 7 суток, однако Ж. и ФИО2 пояснили, что переживать не стоит, это просто формальность, именно так оформляется такой стандартный договор, и что расписку в получении 300000 рублей необходимо писать собственноручно, так как без этого документы не примут на оформление. А., будучи юридически неграмотной, никогда не оформлявшая сделок, поверила им и подписала все документы, причем ФИО2 и Ж. произвели впечатление приличных людей. После этого А. позвонила ей и сообщила, что содержание договора ей не было понятно. Затем ФИО2 и Ж. приехали в торговый центр «**», где она (В.) и П. находились на работе, предоставили им для ознакомления документы, и на их вопрос, почему оформляется договор купли-продажи, а не договор займа, пояснили, что это стандартная процедура оформления бумаг, что сначала оформляется договор купли-продажи, а потом оформляется договор займа денежных средств. При этом их квартиру будет невозможно ни продать, ни разменять. Ж. пояснил, что условие договора купли-продажи об их обязанности выехать из квартиры в течение 7 дней является стандартным и они могут не переживать, так как он юрист, а квартиру необходимо формально продать за 900000 рублей, то есть менее 1000000 рублей, чтобы не уплачивать налоги, и что каждая из них должна написать расписку в получении 300000 рублей, иначе договор на переоформление квартиры в регистрационном центре не примут, при этом продиктовали им текст расписок. Данный разговор слышала Е., находившаяся в торговом центре «**». Также по просьбе ФИО2 и Ж. им потерпевшими была предоставлена справка из ЖЭУ о составе семьи. Кроме того, деньги в качестве займа ФИО2 обещала передать им в регистрационном центре в день подачи документов на регистрацию. Она (В.) попросила ФИО2 перевести деньги на счет банковской карты П., сообщив номер счета. По указанию подсудимой 06.08.2014 в 14 часов она, П. и А. явились в регистрационный центр, где ФИО2 сообщила, что деньги должны поступить на банковскую карту через 3 дня. Вместе сдали документы на регистрацию. Однако деньги на счет П. в указанный подсудимой срок не поступили. Впоследствии ФИО2 пояснила, что в связи с утратой банком ее заявления на перевод денег она написала новое заявление и в течение 3-5 дней деньги на счет банковской карты поступят. Но и в течение этих дней деньги на карту так и не поступили. 12.08.2014 они приостановили сделку, при этом причину данного решения не указывали. В связи с этим 13.08.2014 П. позвонила ФИО2 и сказала, что в таком случае Ж. ей деньги для передачи им в качестве займа не отдаст. П. пояснила, что сделка приостановлена в связи с тем, что займ они так и не получили, но ФИО2 убедила их в том, что для получения займа нужно возобновить регистрацию сделки, которую можно приостановить в любое время, а иначе Ж. ей денег для займа не даст. Они ФИО2 поверили, т.к. нуждались в деньгах, и возобновили регистрацию сделки. Тогда ФИО2 сказала, что деньги отдаст им в регистрационном центре, но после того, как они заберут документы после регистрации. 16.09.2014 в назначенное время ФИО2 в регистрационный центр не явилась, по телефону сослалась на то, что не может приехать, указывая при этом различные причины, а затем дозвониться до нее было невозможно, как и до Ж. По поводу непредоставления займа ФИО2 придумывала такие причины, как то, что не может сейчас подъехать, или что у нее заболела дочь, а также что должна расплатиться этими деньгами за совершенное ДТП. 19.09.2014 она, А. и П. пришли в регистрационный центр за документами и, узнав, что ФИО2 забрала документы, 20.09.2014 обратились в полицию с заявлением о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности. Впоследствии решением Северского городского суда Томской области сделка купли-продажи квартиры была признана недействительной, их право на жилое помещение по 1/3 доли на каждую было восстановлено. При этом они не понимали, что по договору купли-продажи между ними и ФИО2 продают свою квартиру, полагая, что таким образом квартира оформляется как залог для получения денежного займа, а при приеме документов в регистрационном центре им ничего не разъясняли. Продавать свою квартиру они не собирались. Никаких денег они ни от ФИО2, ни от Ж. не получали, задолженность в сумме 33000 рублей за оплату жилищно-коммунальных услуг была погашена ими за счет денежных средств, переданных им их ** – К., к которой они обратились 12.08.2014, так как им могли отключить электричество за неуплату. При подаче первого искового заявления о признании договора купли-продажи недействительным, которое впоследствии было оставлено судом без рассмотрения по причине того, что они решили вновь обратиться в полицию с заявлением о возбуждении в отношении ФИО2 уголовного дела, принадлежащая им квартира была уже зарегистрирована на Ж., а когда они обратились в суд с аналогичным исковым заявлением повторно, собственником их квартиры уже снова являлась ФИО2 При этом в период рассмотрения искового заявления представитель Ж. – И. приходил к ним домой с предложением, согласно которому Ж. готов переоформить квартиру на них, но при условии, если ему будут возвращены деньги, которые он отдал ФИО2 за квартиру, для чего Ж. нужно продать квартиру другим лицам и тем самым вернуть себе деньги, затем признать ту сделку недействительной и переоформить квартиру на них. Однако от таких условий все потерпевшие отказались.

Показаниями потерпевшей А. в суде, которая об обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, дала показания, аналогичные показаниям потерпевшей В., пояснив, в том числе, что, действительно, 05.08.2014 она, П. и В., обратившиеся по объявлению в Интернете за получением займа в сумме 150000 рублей под залог квартиры для погашения задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг в сумме 33000 рублей, задолженности за услуги по приватизации квартиры в сумме 50000 рублей и на ее обучение в сумме 50000 рублей, по указанию и уговорам прибывших к ним по объявлению ФИО2 и Ж. подписали составленный последним договор купли-продажи за 900000 рублей принадлежащей им на праве общей долевой собственности квартиры, расположенной по [адрес], стоимостью 1580 000 рублей, содержание которого ей было непонятно, написали расписки в получении каждой из них 300000 рублей, будучи введенными в заблуждение ФИО2 и Ж., ложно утверждавшими, что такой договор заключается формально, необходим для предоставления в регистрационный центр, после чего будет написана расписка о том, что на самом деле это договор займа, не имея при этом намерений продавать либо обменивать указанную квартиру, в результате чего принадлежащая им квартира перешла в собственность ФИО2 Деньги ни от ФИО2, ни от Ж. они не получали. После получения ими 19.09.2014 документов в регистрационном центре ФИО2 больше на их телефонные звонки не отвечала.

Показаниями потерпевшей П., данными в ходе предварительного расследования, которые полностью согласуются с показаниями потерпевших В. и А. об обстоятельствах подписания 05.08.2014 договора купли-продажи квартиры, стоимостью 1580000 рублей, заключенного между нею, ее ** В., А. и С. (ФИО3) Н.В., под воздействием обмана со стороны последней и Ж. Впоследствии, 06.10.2015 договор купли-продажи был признан судом недействительным. (т.1, л.д. 200-206, 210-211)

Показаниями свидетеля Б. в ходе судебного заседания и на предварительном следствии (т. 1, л. д. 212-214), согласно которым 05.08.2014 около 12 часов она пришла к своей подруге А. на [адрес], в это время к А. пришли мужчина и женщина, как ей впоследствии стало известно – Ж. и С. (ФИО3) Н.В. Она их видела, а затем из комнаты слышала происходивший в кухне между ними и А. разговор, в ходе которого Ж. и ФИО2 уговаривали А. подписать договор купли-продажи квартиры П. на [адрес] написать расписку в получении денег, тогда как А. намеревалась оформить займ денежных средств, для чего П. и обратились к Ж. по объявлению в Интернете. На возражения А. о том, что она намерена получить займ, а не продать квартиру, и на ее вопрос, зачем нужна расписка, если нет денег, Ж. и ФИО2 пояснили, что это необходимо для подачи документов в регистрационный центр, при этом настойчиво объясняли А., что данный договор купли-продажи затем будет оформлен как договор займа, что документы нужно срочно подать в регистрационный центр, после чего они передадут П. заемные денежные средства, уверяя в том, что разницы между договором купли-продажи и займом нет, что это формальность, и квартиру продавать никто не собирается, что займ оформляется именно так, а фактически все будет по-другому. Ж. говорил, что он юрист, и чтобы А. ему поверила. После ухода Ж. и ФИО2, исходя из услышанного, она засомневалась в честности последних, о чем сообщила А., но та сказала ей, что ее убедили и она подписала договор купли-продажи, а после посещения регистрационного центра ей передадут заемные денежные средства, Ж. является юристом, поэтому она уверена, что все законно. Дату и время посещения А. 05.08.2014 помнит достоверно, в связи с тем, что именно 5 числа и в это время, ежемесячно, получает на банковскую карту за своего ребенка денежные средства по потере кормильца, и в тот день она, находясь у А., ожидала поступления этих денег. Впоследствии ей стало известно о том, что П., которые находились в затруднительном материальном положении, обманули, и займ в сумме 150000 рублей они не получили, расписки в получении денег за квартиру были написаны всеми потерпевшими. Она никогда не слышала, что П. собираются продавать свою квартиру. О том, что квартира П. уже не принадлежит, те узнали из поступившей квитанции на оплату жилищно-коммунальных услуг, в которой значился другой собственник – С. (ФИО3) Н.В. В связи с этим П. стало плохо со здоровьем и потерпевшие обратились в полицию.

Показаниями свидетеля Е. в судебном заседании, согласно которым от своей знакомой П. она узнала, что В. и А. нашли объявление о займе денежных средств, им нужно было около 100000 рублей, деньги были необходимы для обучения А. В конце лета 2014 года к ним в подсобное помещение торгового центра «**» пришли Ж. и подсудимая ФИО3 (С.) Н.В., где она слышала, как последние, у которых в руках были какие-то бумаги, предлагали П. и В. подписать документы, а те, сомневаясь, спрашивали, зачем им подписывать документы. Однако ФИО2 отвечала, что это всего лишь формальность. П. впоследствии рассказала ей, что они подписали документы, затем должны были встретиться в регистрационном центре, чтобы оформить квартиру на ФИО2 Потерпевшие должны были получить заемные деньги на счет банковской карты, но не получили, в связи с чем поняли, что их обманули. Продавать свою квартиру они не собирались, и другого жилья у них не было, ** П. – К. проживала в однокомнатной квартире.

Показаниями свидетеля И. в судебном заседании и на предварительном следствии (т, 1. л. д. 235-238), согласно которым в 2012 году он познакомился с Ж. по объявлению, так как тому требовался юрист. Летом 2014 года Ж. обратился к нему и сообщил, что является соответчиком по гражданскому делу по иску П. к нему и С. (ФИО3) о признании недействительной сделки, по которой подсудимая приобрела у П. квартиру по [адрес], а затем он приобрел у нее данную квартиру с обременением в виде ипотеки и уплатил часть стоимости, пояснив, что ФИО2 должна ему деньги за оказанные ранее юридические услуги, но при невозможности отдать долг переоформила данную квартиру на него. При этом он (Ж.) ранее помог ФИО2 приобрести эту квартиру у П., а те проживают в ней и не съезжают. Также Ж. пояснил, что по причине болезни в суд явиться не сможет и попросил его представлять интересы по гражданскому делу за вознаграждение. Исковое заявление П. было оставлено судом без рассмотрения, так как стороны не явились в судебное заседание. Также по просьбе Ж. он приходил домой к потерпевшим. Так как Ж., приобретший квартиру у ФИО2, хотел вернуть свои деньги, то просил предложить П. вариант продажи их квартиры третьему лицу, а именно продать их квартиру и приобрести П. квартиру подешевле или разменять квартиру с доплатой, при этом сумму доплаты Ж. взял бы себе, и П. остались бы с жильем, то есть предложить примирение, чтобы П. отозвали исковое заявление. Зафиксированные в представленных ему стенограммах разговоры действительно происходили между ним и П. в квартире последних на [адрес]. От потерпевших он узнал, что ФИО2 при покупке квартиры не заплатила П. деньги, последние отрицали факт написания ими расписок именно за оплату стоимости их квартиры, так как хотели получить от ФИО2 денежный займ, а она путем обмана уговорила их написать данные расписки. Он не поверил им. Впоследствии представлял в суде интересы ФИО2 Он ранее, примерно за два месяца до этого, видел подсудимую при расторжении договора купли-продажи указанной выше квартиры между нею и Ж. в связи с неуплатой последним стоимости квартиры. Тогда он представлял интересы Ж. Летом 2015 года перед судебным разбирательством по другому гражданскому делу ему позвонила ФИО2 и пояснила, что она приобрела квартиру у П. за 900000 рублей, полностью уплатив ее стоимость. Предварительно осмотрела ее, квартира находилась в плохом состоянии. Кроме того, подсудимая при встрече показала ему три расписки П. в получении каждой из них 300000 рублей, попросила представлять ее интересы в суде по гражданскому делу по иску П. к ней о признании сделки недействительной. От ФИО2 ему также стало известно, что ключ от приобретенной квартиры она потеряла, на момент совершения сделки с П. имелась задолженность по оплате жилищно-коммунальных услуг, деньги, которые она заплатила П. за квартиру, ей подарил мужчина. Он и ФИО2 заключили договор об оказании юридических услуг. Она пояснила, что рассчитается с ним за работу после того, как продаст квартиру по [адрес], но при условии, если решение суда будет в ее пользу. Несмотря на то, что до этого потерпевшие рассказали ему, что квартиру продавать не собирались и денег от ФИО2 не получали, он согласился на предложение ФИО2, поскольку видел договор купли-продажи квартиры, расписки в получении денег и решил, что дело будет выигрышным. Однако суд удовлетворил иск П. и признал договор купли-продажи квартиры недействительным. Содержание прослушанных в судебном заседании по гражданскому делу аудиозаписей соответствует указанному в имеющихся в деле стенограммах разговоров между ним и П. в их квартире.

Показаниями свидетеля Ш. в судебном заседании, из которых следует, что 07 августа 2014 года ее знакомая В. просила у нее в долг 150000 рублей, которые нужны были для оплаты обучения А. – в размере 50000 рублей и для погашения долга по оплате жилищно-коммунальных услуг. В сентябре 2014 года В. сообщила ей, что обратилась по объявлению в Интернете к Ж., последний в тот же вечер приехал к ней домой, сообщил, что может предоставить ей 150000 рублей, а отдать В. будет должна ему 200000 рублей, но для этого нужно формально составить договор купли-продажи квартиры на [адрес] по месту жительства В., А. и П. и переоформить эту квартиру на С. (ФИО2). В. с такими условиями согласилась, поскольку Ж. ее убедил, пояснив, что расписки – это формальность, не имеющая отношения к продаже квартиры. При этом другого жилья у П. не имелось, продавать свою квартиру они не собирались. Каждая из них написала расписку в том, что якобы получила 300000 рублей, но деньги они не получили. В результате квартира П. стала принадлежать на праве собственности ФИО2 Также со слов В. ей известно, что впоследствии данную квартиру у ФИО2 приобрел Ж., оформив ипотечный кредит. В связи с этим П. обратились в полицию, а затем в суд. Потерпевшие очень переживали, что могли лишиться единственной квартиры, а переехать в однокомнатную квартиру своей ** (К.) они не могли. В связи с неполучением денег от подсудимой, они за материальной помощью обратились к К. С тех пор в имущественном положении П. ничего не изменилось.

Показаниями свидетеля Р. в судебном заседании, согласно которым в июле 2014 года ее знакомая П. обращалась к ней с просьбой об одолжении денег в сумме 150000 рублей, необходимых для погашения задолженности по жилищно-коммунальным платежам, но у нее такой суммы денег не было. После этого, осенью 2014 года, от П. ей стало известно о том, что В. и А. нашли по объявлению о займе денежных средств молодого человека по имени Ф. (Ж.). Последний сообщил, что переплата составит 50000 рублей за год. При этом нужно было переоформить квартиру под залог, а когда П. вернут долг в сумме 200000 рублей, им вернут квартиру. Ж. и С. (подсудимая ФИО2) приходили к П., Ж. сказал, что квартиру нужно оформить на ФИО2 Также Ж. и ФИО2 приходили в торговый центр «**» по месту работы П. и В., где уговаривали тех подписать договор купли-продажи, поясняя, что это формальность, сказали П. написать расписки, что те якобы получили деньги. Потерпевшие подписали договор купли-продажи, написали расписки в получении денег, не имея намерений продать квартиру, жить им больше было негде, а деньги потерпевшим переданы не были. Когда П. получили квитанцию за жилищно-коммунальные услуги на имя С., они поняли, что их обманули, в связи с переживаниями по поводу случившегося П. перенесла два инсульта, все потерпевшие боялись остаться без квартиры. В дальнейшем за деньгами для погашения задолженности по оплате коммунальных услуг П. вынуждены были обратиться к ** П. – К.

Показаниями свидетеля Х. в ходе предварительного следствия (т. 1, л. д. 231-233), из которых следует, что в 2014 году она совместно с О. работала риэлтором в ООО Агентство недвижимости «**» (**) в г. Северске, в конце марта 2014 года в данном агентстве П., В. и А. оказывались услуги по приватизации квартиры, расположенной по [адрес], в связи с чем 03.04.2014 между нею и П. был заключен договор об оказании данных услуг на сумму 50000 рублей. Ранее, в январе-феврале 2014 года, ее знакомая В. рассматривала вариант размена данной квартиры из-за конфликтных отношений в семье, но по поводу продажи квартиры не заявляла. После улаживания конфликта, в начале марта 2014 года, В. разменивать квартиру уже не собиралась, в дальнейшем по вопросу размена либо продажи квартиры в данное агентство, как и в другие агентства, не обращалась. Также ей известно о наличии у П. на тот момент большой задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг по квартире, поэтому они нуждались в деньгах, в связи с чем в начале августа 2014 года через Интернет связались с незнакомыми мужчиной и женщиной (неустановленным лицом и ФИО2), чтобы взять у них денежные средства в долг. Затем В., П. и А., доверяя неустановленному лицу и ФИО2, которые объяснили им, что сначала оформляется договор купли-продажи их квартиры, а потом будет оформлен договор займа денежных средств, подписали договор купли-продажи ФИО2 своей квартиры, написали расписки в получении денег за квартиру, но деньги им никто не передал, так как неустановленное лицо и ФИО2 их обманули. Впоследствии ФИО2 начала их избегать, обещала передать деньги, но обманула, в результате чего П. лишились единственного жилья. В дальнейшем П. обратились в полицию, а также с исковым заявлением в суд, решением которого договор купли-продажи их квартиры был признан недействительным.

Свидетель Л., работающая с 2014 года ** в Северском отделе Росреестра по Томской области, в судебном заседании показала, что поступившие на регистрацию сделки документы подвергаются правовой экспертизе, затем направляются в отдел регистрации государственных прав, затем возвращаются регистратору, который проводил правовую экспертизу, где заполняются реестры, изготавливаются свидетельства о регистрации права, после чего документы передаются на выдачу гражданам. После подачи документов для регистрации права возможно приостановление сделки по заявлению стороны договора.

Вышеприведенные показания потерпевших и свидетелей суд принимает в качестве доказательств вины подсудимой в совершении преступления, поскольку они последовательны, логичны, дополняют друг друга, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. Наличие у них оснований для оговора подсудимой стороной защиты не указано и судом не установлено.

Кроме того, вина подсудимой ФИО2 подтверждается следующими доказательствами.

Протоколом принятия устного заявления В. от 20.09.2014, в котором она сообщила о завладении неустановленным лицом путем обмана в период с 04.08.2014 по 16.09.2014 квартирой № **, расположенной на [адрес], принадлежащей на праве общей долевой собственности ей, П. и А. (т. 1, л. д. 36).

Протоколом проверки показаний потерпевшей В. на месте от 14.02.2017 (т. 1, л. д. 172-182), согласно которому она указала обстоятельства совершения преступления в отношении нее, П. и А., аналогичные обстоятельствам, изложенным ею в настоящем судебном заседании при допросе.

Протоколом выемки от 16.12.2016 из Северского отдела Росреестра были изъяты документы по сделкам с квартирой, расположенной по [адрес] (т. 1, л. д. 246-248).

Протоколом осмотра этих документов, а именно:

- заявления П., В., А. в Росреестр от 08.07.2014 о регистрации права общей долевой собственности, доля в праве каждого 1/3, на квартиру, расположенную по [адрес] (т. 2, л. <...>);

- договор на передачу квартиры в собственность граждан от 30.06.2014, регистрационный №**, заключенный между Администрацией городского округа ЗАТО Северск Томской области и П., В., А., согласно которому последние приобрели квартиру по [адрес] в общую долевую собственность по 1/3 доли в праве собственности (т. 2, л. д. 8);

- заявление П., В. и А. в Росреестр от 06.08.2014 о регистрации перехода права собственности на вышеуказанную квартиру (т. 2, л. д. 9-10);

- заявление С. (ФИО3) Н.В. в Росреестр от 06.08.2014 о регистрации права собственности на эту же квартиру (т. 2, л. д. 11);

- договор купли-продажи от 05.08.2014 между продавцами П., В., А., и покупателем С. (ФИО3) Н.В., ** квартиры по [адрес], стоимостью 900000 рублей с отметкой о регистрации 15.09.2014 перехода права собственности на данное жилое помещение с потерпевших на подсудимую (т. 2, л. д. 12);

- передаточный акт от 05.08.2014, согласно которому П., В. и А. передали С. (ФИО3) Н.В. указанную квартиру, принадлежащую им на праве общей долевой собственности на основании договора на передачу квартиры в собственность граждан от 30.06.2014, обязуются сняться с регистрационного учета по указанному адресу. При этом санитарное и техническое состояние передаваемого помещения оценивается Покупателем как хорошее (т. 2, л. д. 13);

- расписка на имя С. (ФИО3) Н.В., составленная ** 1 категории Росреестра М., в получении документов на государственную регистрацию права собственности на квартиру потерпевшей, из которой следует, что заявителями являются П., В. и А., составлены документы (заявление о государственной регистрации права от 06.08.2014, договор купли-продажи от 05.08.2014, передаточный акт от 05.08.2014, справка от 05.08.2014 МП ЗАТО Северск «Единый расчетно-консультационный центр», чек-ордер от 05.08.2014 на сумму 1000 рублей на имя С. (ФИО3) Н.В., подтверждающий уплату пошлины за государственную регистрацию), о чем 06.08.2014 в 14 часов 18 минут в книгу учета внесена запись № **. Кроме того, имеется отметка, что С. (ФИО3) Н.В. получила лично 16.09.2014 данные документы и свидетельство серии ** № ** (т. 2, л. д. 14);

- заявление С. (ФИО2) в Росреестр от 16.09.2014 в 15 часов 32 минуты о регистрации перехода права собственности на квартиру по [адрес] (т. 2, л. д. 15);

- заявление Ж. в Росреестр от 16.09.2014 в 15 часов 32 минуты о регистрации права собственности на квартиру по [адрес] (т. 2, л. д. 16);

- заявление Ж. в Росреестр от 16.09.2014 о государственной регистрации ** (обременения) права: ипотека в силу закона, на данную квартиру (т. 2, л. д. 17);

- договор купли-продажи от 16.09.2014, зарегистрированный в Росреестре 22.09.2014, заключенный между С. (ФИО3) Н.В. и Ж., согласно которому ФИО2 продала Ж. вышеуказанную квартиру за 950000 рублей при условии оплаты ее стоимости: 50000 рублей не позднее 10 дней с момента подписания договора, 900000 рублей – не позднее 31.12.2014, залог возникает (регистрируется), а за зарегистрированными по адресу данной квартиры П., В., А. не сохраняется право пользование данным жилым помещением после регистрации перехода права собственности к Покупателю, то есть к Ж. (т. 2, л. д. 18);

- расписка Росреестра от 16.09.2014 в 15 часов 32 минуты в получении документов на государственную регистрацию права собственности на вышеуказанную квартиру, из которой следует, что заявителями являются Ж. и С. (ФИО3) Н.В., составлены документы (заявление о государственной регистрации права от 16.09.2014, договор купли-продажи от 16.09.2014, справка от 16.09.2014, чек-ордер от 16.09.2014 на сумму 1000 рублей на имя Ж., подтверждающий уплату пошлины за государственную регистрацию), о чем 16.09.2014 в 15 часов 32 минуты в книгу учета внесена запись № **, и что Ж. 22.10.2014 получил от ** 1 категории Росреестра М. документы и свидетельство серии ** № ** (т. 2, л. д. 19);

- сопроводительное письмо в Росреестр (Северский отдел) о направлении Северским городским судом Томской области для исполнения определения (копии) от 12.12.2014 по иску П., В. и А. к С. (ФИО3) Н.В., Ж. о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, истребовании квартиры из чужого незаконного владения, признании права собственности (т. 2, л. д. 20);

- копия определения Северского городского суда Томской области от 12.12.2014, согласно которому судом применены меры по обеспечению иска П., В., А. о признании недействительным договора от 05.08.2014 купли-продажи вышеуказанной квартиры, истребовании ее из чужого незаконного владения, признании права собственности, а именно Ж. и Росреестру запрещено совершение юридических действий по распоряжению, отчуждению, а также изменению записи в ЕГРП о праве на данное жилое помещение (т. 2, л. д. 21);

- заявление Ж. в Росреестр от 12.05.2015 о регистрации перехода права собственности на квартиру по [адрес], с указанием его представителя – И. (т. 2, л. д. 23);

- заявление С. (ФИО3) Н.В. и Ж. в Росреестр от 21.05.2015 о регистрации соглашения от 26.04.2015 о расторжении договора купли-продажи от 16.09.2014, без выдачи свидетельства о государственной регистрации права перехода права собственности на данную квартиру (т. 2, л. д. 24);

- соглашение от 26.04.2015 о расторжении договора купли-продажи квартиры по [адрес] от 16.09.2014 между С. (ФИО3) Н.В. и Ж. в связи с неоплатой Покупателем, то есть Ж., суммы договора купли-продажи (т. 2, л. д. 25);

- заявления П., В., А. в Росреестр от 18.03.2016 о государственной регистрации прекращения права собственности С. (ФИО3) Н.В. на указанную выше квартиру (т. 2, л. <...>);

- заявления П., В., А. в Росреестр от 18.03.2016 о государственной регистрации права общей долевой собственности, доля в праве 1/3, на эту же квартиру (т. 2, л. <...>), (т. 2, л. д. 1-4).

Вышеуказанные документы также осмотрены и в ходе судебного следствия.

Протоколом осмотра предметов (документов) от 12.02.2017, согласно которому были осмотрены копии документов из гражданского дела № ** по иску П., В., А. к С. (ФИО3) Н.В. о признании недействительным договора купли-продажи от 05.08.2014 квартиры по [адрес], заключенного между П. и ФИО2, и о признании права собственности П., В., А. на указанную квартиру по 1/3 доли каждой, а именно:

- копии документов, аналогичные изъятым следователем из Северского отдела Росреестра согласно протоколу выемки от 16.12.2016 (т. 2, л.д. 168, 169-171, 177, 178, 179-180, 185-187, 188, 197, 198-199, 201, 203, 206, 212);

- исковое заявление П., В., А. (т. 2, л. д. 155-158) с вышеназванными требованиями;

- договор от 03.04.2014 об оказании услуг приватизации квартиры по [адрес], заключенный между ООО Агентство недвижимости «**» и П. на сумму 50000 рублей (т. 2, л. д. 167);

- расписка от 08.07.2014 в получении документов на государственную регистрацию, из которой следует, что документы на оформление указанной выше квартиры в собственность поступили в Росреестр по Томской области (т. 2, л. д. 172);

- свидетельства о государственной регистрации права от 17.07.2014, выданные Росреестром П., В., А., согласно которым каждой из них в общей долевой собственности принадлежит доля в праве 1/3 на квартиру по [адрес] (т. 2, л. д. 173-175);

- справка ОАО «Единый расчетно-консультационный центр» № ** от 05.08.2014 о том, что по адресу квартиры зарегистрированы П., а также ее ** В. и А. (т. 2, л. д. 176);

- выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 17.08.2015 и 23.09.2015, согласно которым квартира по [адрес] принадлежит С. (ФИО3) Н.В. на праве собственности, по договору купли-продажи от 05.08.2014, соглашения от 26.04.2015 о расторжении договора купли-продажи от 16.09.2014, государственная регистрация совершена 21.05.2015 (т. 2, л. <...>);

- выписка из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 03.11.2014, согласно которой вышеуказанная квартира принадлежит Ж. на праве собственности, государственная регистрация совершена 22.09.2014 (т. 2, л. д. 183-184);

- заявление П., В., А. в Росреестр от 12.08.2014, в котором они просят приостановить государственную регистрацию перехода права собственности на данную квартиру, а также расписка от 12.08.2014 в получении Росреестром указанного заявления и уведомления сторон сделки – П. и С. (ФИО3) Н.В. о приостановлении государственной регистрации (т. 2, л. <...>, 194);

- чек-ордер от 16.09.2014 на сумму 1000 рублей на имя Ж., подтверждающий уплату пошлины за государственную регистрацию (т. 2, л. д. 200);

- расписка Росреестра от 16.09.2014 в получении документов на государственную регистрацию права собственности на квартиру по [адрес], из которой следует, что заявителем является Ж., составлены документы (заявление о государственной регистрации права от 16.09.2014, договор купли-продажи от 16.09.2014) (т. 2, л. д. 202);

- заявление С. (ФИО3) Н.В. в Росреестр от 12.05.2015 о регистрации права собственности на квартиру по [адрес] (т. 2, л. д. 204-205);

- расписка Росреестра от 12.05.2015 в получении документов на государственную регистрацию права собственности на данную квартиру, из которой следует, что заявителями являются С. (ФИО3) Н.В. и Ж., представитель последнего – И., получены документы (заявление о государственной регистрации права от 12.05.2015, доверенность на представителя, соглашение от 26.04.2015 о расторжении договора купли-продажи от 16.09.2014, договор купли-продажи от 16.09.2014 и другие), а также то, что ФИО2 26.05.2015 получила свидетельство серии ** № ** (т. 2, л. д. 207-208);

- уведомления Росреестра от 23.09.2015, согласно которым у П., В., А. отсутствует право собственности на какое-либо недвижимое имущество (т. 2, л. <...>);

- договор на проведение оценочных услуг от 26.11.2014, заключенный между Оценочной компанией «ЛАНДО» и В., объектом которого является квартира по [адрес] (т. 2, л. д. 213);

- отчет от 01.12.2014 № ** Оценочной компании «ЛАНДО», согласно которому по состоянию на 26.11.2014 рыночная стоимость ** квартиры по [адрес] общей площадью ** м2 составила 1580000 рублей (т. 2, л. д. 214-242);

- уведомление администрации АО ЕРКЦ в адрес С. (ФИО3) Н.В. о том, что по состоянию на 03.08.2015 ее задолженность по оплате жилищно-коммунальных и иных услуг по [адрес], возникшая за семь месяцев, составляет 25125, 33 рублей (т. 3, л. д. 9);

- квитанция (единый платежный документ) за февраль 2015 года, из которой следует, что у С. (ФИО3) Н.В., как собственника квартиры по вышеуказанному адресу, на 11.02.2015 имеется задолженность по оплате жилищно-коммунальных услуг в размере 7307,5 рублей (т. 3, л. д. 10-11);

- выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, согласно которым Ж. не является индивидуальным предпринимателем с 01.01.2005 в связи с утратой регистрации, а С. (ФИО3) Н.В., зарегистрированная как индивидуальный предприниматель по осуществлению **, прекратила деятельность с 03.02.2014 в связи с принятием ею соответствующего решения (т. 3, л. <...>);

- детализация оказанных услуг по абонентскому номеру +**, зарегистрированному на П., за период с 01.08.2014 по 01.10.2014, в которой, со слов участвовавшей в осмотре потерпевшей В., отражены входящие и исходящие звонки на телефон, а именно 04.08.2014 в 14 часов 53 минут она звонила Ж. на № ** по объявлению о получении займа под залог и договорилась о встрече у себя дома; 13.08.2014 с № ** звонила С. (ФИО3) Н.В., узнав о приостановлении сделки, и пояснила, что если сделка не осуществится, то денег в заем не передаст; 18.08.2014 П. звонила ФИО2 и Ж., чтобы выяснить, будут ли они давать займ, после чего позвонила ФИО2 и сказала, что не даст денег, если они не возобновят сделку; 20.08.2014, 21.08.2014, 25.08.2014 звонила ФИО2 и уговаривала П. возобновить сделку; 16.09.2014 в 08 часов 55 минут звонила ФИО2 по поводу встречи в регистрационном центре, в 13 часов 59 минут П. выясняла у ФИО2, когда та приедет, в 14 часов 03 минуты ФИО2 сообщила, что не знает, когда приедет, в 15 часов 13 минут и 15 часов 50 минут П. договаривалась с ФИО2, чтобы та забрала ее с работы, чтобы поехать в регистрационный центр за документами; на последующие звонки с номера телефона П. 16.09.2014, 17.09.2014, 18.09.2014, 20.09.2014 ФИО2 не отвечала (т. 3, л. д. 19-32);

- детализация абонента Томского филиала ООО «Т2 Мобайл» № ** – С. (ФИО3) Н.В. за период с 01.08.2014 по 31.10.2014, согласно которой с 09.09.2014 по 15.09.2014 имеются многочисленные соединения с абонентом № ** – Ж., 16.09.2014 – соединения с Ж. и П. (№ **), поступили 4 смс-сообщения от П. и В. (№ **), с 17.09.2014 по 18.09.2014 имеются 8 попыток связи В. с ФИО2 (т. 3, л. д. 33-43);

- выписка по счету банковской карты П. с 17.10.2014 по 20.09.2015 – установлено, что на счете П. денежных сумм более 1000 рублей не имелось (т. 3, л. д. 44);

- ответ банка ВТБ24 (ПАО) на запрос судьи о том, что у В. по кредитному договору от 09.03.2011 последнее погашение кредита было произведено 18.12.2011, и по кредитному договору от 02.11.2010 имеются задолженности перед банком; в период с 01.07.2014 по 31.12.2014 оплата по кредитным договорам В. не производилась (т. 3, л. д. 45-51);

- справка Сбербанка России о состоянии вклада К., согласно которой 12.08.2014 со счета было снято 150000 рублей (т. 3, л. д. 52);

- городское еженедельное издание – газета «**» № ** от 12.12.2014, в которой по информации ЕРКЦ напечатан список платежеспособных граждан, имеющих задолженность по оплате жилищно-коммунальных услуг на 03.12.2014, в числе которых названа С. (ФИО3) Н.В. (т. 3, л. д. 53-54).

В ходе осмотра стенограмм аудиозаписи разговоров установлено следующее.

Из стенограммы аудиозаписи «**»: как пояснила участвующая в осмотре потерпевшая В., разговор записан ею и происходит 16.09.2014 в Росреестре между нею, обозначенной в стенограмме, как Ж2, ее ** П. (Ж1), и ее ** А. (Ж3), следует, что П. ожидают С. (ФИО3) Н.В. для получения документов на квартиру и займа, но та к назначенному времени к 14 часам не явилась, сообщила по телефону, что едет из Томска. После чего П. по телефону просит ФИО2 заехать к ней в магазин, сообщает В. и А. о том, что сейчас заберет деньги у ФИО2, П. намерены выяснить в Росреестре, можно ли им прийти за документами завтра (т. 2, л. д. 137-154, т. 3, л. д. 55-56).

Из стенограммы аудиозаписи «**»: как пояснила участвующая в осмотре потерпевшая В., разговор записан ею и происходит 11.01.2015 в квартире на [адрес] между нею, обозначенной в стенограмме, как Ж1, ее ** П. (Ж2) и пришедшим к ним домой представителем Ж. – И. (М1), следует, что В. и П. рассказывают И. о встрече с Ж., аналогично изложенному ими в судебном заседании при допросе в качестве потерпевших по настоящему уголовному делу. И. пояснил, что ФИО2 пользовалась услугами Ж., в связи с чем должна была ему деньги (т. 2, л. д. 137-154, т. 3, л. д. 57-65).

Из стенограммы аудиозаписи «**»: как пояснила участвующая в осмотре потерпевшая В., разговор записан ею и происходит 13.01.2015 в квартире на [адрес] между нею, обозначенной в стенограмме, как Ж1, ее ** П. (Ж2) и пришедшим к ним домой представителем Ж. – И. (М1), следует, что И. пояснил, что нужно найти С. (ФИО3) Н.В., чтобы она составила договор дарения принадлежащей им квартиры, тем самым отдала им квартиру, а они в свою очередь заберут заявление, также сообщает, что такой договор может написать Ж., возможно заключить договор купли-продажи, заключить мировое соглашение, признать сделку недействительной (т. 2, л. д. 137-154, т. 3, л. д. 66-67).

В ходе осмотра диска DVD-RW с аудиозаписью, содержащейся в файле с именем «**», разговора двух женщин и диска CD-RW с аудиозаписями, содержащимися в файлах под названиями «**» и «**», с разговорами между двумя женщинами и мужчиной установлено, что содержание разговоров на данных аудиозаписях соответствуют содержанию указанных выше стенограмм (т. 2, л. д. 137-154, т. 3, л. д. 68).

Проверив и оценив в соответствии с положениями ст. ст. 17, 87 и 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) приведенные доказательства стороны обвинения, суд пришел к выводу о том, что они относимы, допустимы, достоверны, подтверждают друг друга, согласуются между собой и в своей совокупности устанавливают одни и те же факты, изобличающие подсудимую в совершенном ею деянии, а потому свои выводы об обстоятельствах дела суд основывает именно на этих доказательствах.

Согласно вступившему в законную силу решению Северского городского суда Томской области от 06.10.2015 об удовлетворении исковых требований П., В., А. о признании недействительным договора купли-продажи от 05.08.2014 квартиры по [адрес], заключенного между последними и С. (ФИО3) Н.В., и о признании права собственности П., В., А. на указанную квартиру по 1/3 доли каждой, судом установлено, что факт передачи денежных средств подсудимой по договору купли-продажи квартиры от 05.08.2014 не доказан, что подтверждает позицию истцов П. об отсутствии у них намерений отчуждать свою квартиру, а заключение ими договора купли-продажи от 05.08.2014, написание расписок, подписание акта приема-передачи квартиры (передаточного акта) расценивалось ими как условие, выдвинутое С. (ФИО3) Н.В. и Ж., для получения займа и носило формальный характер, с учетом:

- пояснений истцов П. о том, что необходимость заключения ими договора купли-продажи принадлежащей им квартиры от 05.08.2014 с переходом права собственности на С. (ФИО3) Н.В. была разъяснена им Ж. как формальность, условие, без которого невозможно дальнейшее заключение договора займа с залогом недвижимого имущества – данной квартиры, и пояснения П. относительно действий Ж. и подсудимой в полной мере согласуются с показаниями свидетелей Б. и Е.,

- отсутствия доказательств того, что П. изъявили желание продать принадлежащую им квартиру,

- факта действительной нуждаемости П. в денежных средствах в размере 150000 рублей, в связи с чем они обратились к Ж. по вопросу займа денежных средств, что подтверждается пояснениями С. (ФИО3) Н.В., указанными в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, согласующимися с пояснениями ее представителя И. в судебном заседании, при этом данная сумма денег не столь значительна, чтобы П. продать свое единственное жилье,

- отсутствия доказательств исполнения данного договора в части фактической передачи квартиры, как предмета договора, пояснений П. о том, что 04.08.2014 квартира С. (ФИО2) и Ж. не осматривалась, ключи от квартиры им не передавались, что не противоречит показаниям свидетеля Б.,

- отсутствия со стороны С. (ФИО3) Н.В. действий по вступлению во владение квартирой,

- отсутствия доказательств платежеспособности С. (ФИО3) Н.В. относительно покупки квартиры за 900000 рублей на момент заключения договора купли-продажи от 05.08.2014,

- приостановления П. государственной регистрации перехода права собственности от них к С. (ФИО3) Н.В. после того, как обещанная сумма займа им не была передана, и обращения в полицию по факту мошеннических действий,

- пояснений П. о том, что расписки в получении денег по договору купли-продажи квартиры написаны ими под убеждением Ж. и С. (ФИО3) Н.В. о необходимости этого действия для государственной регистрации перехода права собственности на квартиру и дальнейшего займа денег под залог недвижимости, с учетом материального положения П. после заключения данного договора, которое изменений не претерпело,

- ориентировочной рыночной стоимости квартиры на 05.08.2014 в размере не менее 1550000 рублей, исходя из сведений ООО «ФИРН» № ** от 06.10.2015 и оценочной компании «ЛАНДО» № ** от 01.12.2014, при наличии доказательств удовлетворительного состояния квартиры, о чем также указано в передаточном акте от 05.08.2014 самой С. (ФИО2),

- факта перехода права собственности на квартиру к Ж. на основании договора купли-продажи от 16.09.2014, с обременением права: ипотека в силу закона,

- факта расторжения договора купли-продажи от 16.09.2014 между С. (ФИО3) Н.В. и Ж.,

в совокупности данные обстоятельства свидетельствуют о согласованности и совместности действий С. (ФИО3) Н.В. и Ж., направленных на достижение единого для них результата – отчуждения истцами П. спорной квартиры в их пользу, а волеизъявление истцов, выраженное в договоре купли-продажи квартиры от 05.08.2014, не соответствует их действительной воле вследствие их заблуждения, о чем свидетельствуют все последующие действия сторон после совершения сделки, а также отсутствие доказательств со стороны ответчика (подсудимой ФИО2) о фактическом исполнении договора (т. 2, л. д. 109-116).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 12.02.2016 решение Северского городского суда Томской области от 06.10.2015 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика С. (ФИО3) Н.В. – без удовлетворения, поскольку на основании исследованных и приведенных в решении доказательств установлено, что при изложенных обстоятельствах при заключении договора купли-продажи П. заблуждались в отношении природы сделки и правовых последствий данного договора, а именно П., заключая договор купли-продажи квартиры, исходили из неправильных, не соответствующих действительности представлений о его природе, выраженная в договоре их воля на отчуждение квартиры в собственность С. (ФИО3) Н.В. неправильно сложилась вследствие существенного для них заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые они действительно имели в виду, а именно получение займа под залог недвижимости. При этом заблуждение П. для них явилось столь существенным, что они не совершили бы данную сделку, если бы знали о действительном положении дел (т. 2, л. д. 119-124).

Аналогичные обстоятельства установлены судом и при рассмотрении настоящего уголовного дела.

В соответствии со ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные, в том числе, вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского судопроизводства, признаются судом без дополнительной проверки.

Основываясь на данных положениях закона и с учетом исследованных в судебном заседании доказательств, суд признает преюдициальное значение вышеназванного решения по гражданскому делу, в котором в качестве сторон участвовали потерпевшие П. и подсудимая ФИО2, в части установленного судом при рассмотрении гражданского дела факта обмана подсудимой совместно с неустановленным лицом потерпевших П. путем сообщения последним ложных сведений относительно природы сделки в отношении принадлежащей им квартиры, поскольку названные обстоятельства имеют значение для разрешения данного уголовного дела и противоречий в части установленных фактических обстоятельств совершенного преступления не установлено.

Судом также были исследованы доказательства стороны защиты.

Согласно показаниям свидетеля М., работающей ** в ФГБУ Федеральная кадастровая палата Росреестра по Томской области, данным в судебном заседании, при приеме документов на регистрацию заявитель подает документы, предоставляет свой паспорт, затем документы оцениваются на соответствие требованиям закона и наличие каких-либо нарушений в них (подчисток, приписок, неоговоренных исправлений), заявитель расписывается в заявлении, при этом специалист комментирует, какое заявление подписывает заявитель. Несколько заявителей по одному предмету договора принимаются специалистом одновременно. Если договор купли-продажи не подписан, то специалист выясняет, ознакомлен ли заявитель с условиями договора, и при положительном ответе договор подписывается, в противном случае заявитель читает договор вместе со специалистом, а затем подписывает, после чего заявителю предоставляются для подписания распечатанные специалистом заявление о переходе права собственности на основании договора и о регистрации права, расписка с перечнем принятых документов и сообщается срок окончания регистрации. При этом в обязанности специалиста по приему документов не входит разъяснение заявителю природы сделки, поскольку если договор подписан, то, значит, заявитель осознает свои действия. Однако если заявитель спрашивает, какой именно документ он сейчас подписывает, то специалист разъясняет ему это. Заявления о приостановлении либо о прекращении государственной регистрации подаются в том же порядке, причины приостановления либо прекращения указываются специалистом в заявлении со слов заявителя, и эти причины тот формулирует самостоятельно, затем заявление распечатывается. В случае если заявитель сомневается, какую причину ему указать, специалист может поставить прочерк и самовольно причину не указывает.

Показания свидетеля М. в части ее обязанностей при приеме документов на регистрацию согласуются с ее должностной инструкцией от 28.04.2014, представленной по запросу суда.

Свидетель защиты Ю. в судебном заседании показала, что ее ** – подсудимая ФИО2 в настоящее время работает, а именно делает ремонт в квартирах, иногда подрабатывает **, на иждивении ФИО2 находится младшая дочь **.**.**** года рождения, отец последней с ними не проживает, платит алименты. Также со слов ** ей известно, что та неофициально работает **, но график работы ей неизвестен. Ранее ФИО2 принадлежал **, но примерно зимой 2015 года ** был продан. В собственности ФИО2 было два автомобиля, которые она продала около одного года назад. Супруг ФИО2 проживает в другом городе, и она его ни разу не видела.

Оценивая показания подсудимой ФИО2 как в судебном заседании, так и на предварительном следствии, а также сопоставив с другими доказательствами по уголовному делу, суд признает их надуманными, непоследовательными, нелогичными и несоответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, обусловленными желанием подсудимой избежать ответственности за содеянное.

Ее показания опровергаются собранными по уголовному делу и исследованными доказательствами, в частности вышеприведенными показаниями потерпевших П., В., А. об обстоятельствах совершения в отношении них преступления путем обмана, в полной мере согласующимися с показаниями свидетелей Б., Е. и Ш., подтвердившими факт неосведомленности потерпевших о совместных умышленных незаконных действиях подсудимой и неустановленного лица по продаже принадлежащей потерпевшим квартиры, а также нежелание П. продавать свою квартиру, отсутствия у них другого жилья, намерении потерпевших при невозможности оформить кредит в банке лишь получить денежный займ с целью решения личных финансовых вопросов по оплате риэлторских услуг по приватизации квартиры, для погашения задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг и для обучения А., что также подтверждается в частности договором об оказании услуг приватизации от 03.04.2014, заключенным между агентством «**» и П., согласно которому стоимость риэлторских услуг составляет 50000 рублей, о чем также показала свидетель Х. на предварительном следствии, сведениями о задолженности по кредитам перед банками. Данные свидетели также описали физическое и эмоциональное состояние потерпевших после того, как они, не получив обещанного в ходе устной договоренности займа, поняли о совершенных в отношении них преступных действиях.

При этом к показаниям свидетеля Х. в судебном заседании о том, что П. обращались к ней, как к риэлтору, не только по вопросу приватизации своей квартиры, но и с целью продажи квартиры, в связи с чем и был заключен договор об оказании услуг именно на сумму 50000 рублей, тогда как услуги по приватизации стоят 15000 рублей, суд относится, как к несоответствующим действительности, поскольку они объективно опровергаются показаниями потерпевшей В., а также первоначальными показаниями свидетеля Х., данными в ходе предварительного следствия, в которых она, во-первых, утверждала, что В. высказывала намерения только лишь разменять квартиру из-за конфликта с родственниками, а во-вторых, пояснила, что спустя непродолжительное время В. отказалась от размена квартиры и в дальнейшем с таким вопросом, а также с вопросом о продаже квартиры не обращалась, и эти показания судом принимаются как достоверные, полученные в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо замечаний по ведению допроса не поступило, протокол прочитан и подписан свидетелем лично, судом также не установлено обстоятельств, которые бы свидетельствовали о даче свидетелем показаний такого содержания под каким-либо давлением или в силу каких-то иных обстоятельств. Более того, свидетель Х. подтвердила в судебном заседании, что ее показания в ходе предварительного следствия занесены следователем в протокол в соответствии с тем, как она их давала. Также из договора об оказании услуг приватизации от 03.04.2014, заключенного между агентством «**» и П., не следует, что агентство в рамках данного договора еще и оказывало П. услуги, связанные с продажей квартиры.

Показания потерпевшей В. о том, что в Росреестре ей, П. и А. существо сделки по продаже квартиры также не разъясняли, согласуются с показаниями свидетеля защиты М. и ее должностной инструкцией.

Об отсутствии у потерпевших намерения продать свои доли в общей долевой собственности в квартире свидетельствует и их поведение после того, как документы на регистрацию, как они полагали – для получения займа, были поданы, но обещанный займ от ФИО2 и неустановленного лица они не получили, в связи с чем 12.08.2014 они обратились с заявлением о приостановлении государственной регистрации перехода права собственности на принадлежащую им квартиру, а после убеждений подсудимой ФИО2 о необходимости возобновления сделки для получения ими займа и после регистрации права собственности ФИО2 на квартиру, поняв, что подсудимая и неустановленное лицо не намерены выполнить условия договора о займе, незамедлительно обратились за защитой своих прав в полицию, а затем в суд.

Сторона защиты, основываясь на показаниях свидетеля М., согласно которым причина приостановления государственной регистрации сделки указывается именно со слов заявителя, а при отсутствии причины ставится прочерк, полагает, что указание от имени потерпевших в заявлении от 12.08.2014 причины приостановления государственной регистрации, что П. продавать квартиру передумали, свидетельствует об изначальной осознанности действий потерпевших по продаже квартиры.

Однако потерпевшая В. показала, что такую причину ни она, ни П. и А. не указывали и сотруднику регистрационного центра не сообщали, поскольку эта причина не соответствует действительности. Как такая запись появилась в заявлении, ей не известно.

По мнению суда, показания потерпевшей В. в этой части в совокупности с другими исследованными доказательствами по уголовному делу подтверждают наличие у подсудимой ФИО2 умысла на совершение путем обмана мошеннических действий, направленных на приобретение права на жилое помещение потерпевших П..

Версию стороны защиты относительно платежеспособности подсудимой ФИО2 на момент подписания между потерпевшими и подсудимой договора купли-продажи квартиры за 900000 рублей, которые, по утверждению ФИО2, являлись ее накоплениями от продажи принадлежащих ей двух автомобилей и **, а согласно показаниям И. – были подарены ей неким мужчиной, суд также признает несостоятельной с учетом наличия у подсудимой неисполненных обязательств по возбужденным с 2013 года исполнительным производствам на основании акта Управления Пенсионного Фонда и судебных решений, что подтверждается представленными стороной обвинения в судебном заседании сведениями с сайта Управления ФССП России по Томской области, а также копиями постановлений о возбуждении исполнительных производств в 2013 и 2014 годах, показаний свидетеля И., которому со слов ФИО2 известно о наличии у той задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг на момент совершения сделки с П., сведений из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, согласно которым с 03.02.2014 ФИО2 прекратила свою предпринимательскую деятельность, сведений отдела ГИБДД УМВД России по ЗАТО Северск Томской области от 31.05.2017 и 06.06.2017 о том, что автомобиль «Пежо» подсудимой был подарен 28.10.2013 ее ** Ю., копией договора дарения от 28.10.2013, приложенным к ответу, карточкой учета транспортного средства автомобиля ВАЗ – **, согласно которой тот снят с учета в ГИБДД 29.03.2013, показаний свидетеля защиты Ю. в судебном заседании, утверждавшей, что принадлежавший подсудимой ФИО2 ** был продан примерно зимой 2015 года, а два автомобиля ФИО2 продала около одного года назад, то есть спустя продолжительное время после подписания и государственной регистрации договора купли-продажи квартиры П. от 05.08.2014, а также с учетом показаний подсудимой ФИО2 об имеющейся у нее задолженности перед неустановленным лицом и показаниями потерпевшей В., согласно которым после приостановления ими 12.08.2014 сделки в связи с непоступлением на банковскую карту П. обещанных средств займа, ФИО2 звонила и неоднократно говорила, что если они не возобновят сделку, то Ж. им денег не даст.

Таким образом, доказательств платежеспособности подсудимой в той мере, что позволило бы ей приобрести квартиру по указанной стоимости, суду стороной защиты не представлено, как и доказательств тому, что ФИО2 еще и доплатила потерпевшим за квартиру 50000 рублей. В связи с чем суд считает, что подсудимая не только не имела возможности купить квартиру, но и фактически не имела намерений этого делать, о чем также свидетельствуют и показания потерпевших о том, что ключи от квартиры они подсудимой не передавали, квартиру с целью покупки ФИО2 не осматривала. Подсудимая в своих показаниях в судебном заседании описать подробно квартиру П. и обстановку в ней не смогла. Кроме того, утверждая, что квартира потерпевших находилась в плохом санитарном и техническом состоянии, чем обусловлена стоимость квартиры ниже рыночной, настояла на подписании ими передаточного акта, в котором такое состояние оценено как хорошее. Во исполнение условий договора купли-продажи во владение квартирой ФИО2 вступить не пыталась, на телефонные звонки потерпевших не отвечала, скрывалась от них, что подтверждается показаниями потерпевших П., детализацией оказанных услуг по абонентскому номеру сотового телефона П. Жилищно-коммунальные услуги ФИО2 не оплачивала, на что также указывают не только показания потерпевших, но и сведения о задолженности, содержащиеся в квитанциях на оплату жилищно-коммунальных услуг на имя ФИО2, как на нового собственника жилого помещения, и в городском еженедельном издании – газете «Диалог» № ** от 12.12.2014, предоставленные ЕРКЦ по состоянию на 03.12.2014.

Как установлено в судебном заседании, материальное положение семьи потерпевших П. после совершения сделки купли-продажи принадлежащей им квартиры не изменилось, существующие финансовые вопросы по оплате жилищно-коммунальных услуг были решены ими за счет средств ** П. – К., что подтверждается как показаниями потерпевших П., так и показаниями свидетелей Ш., Р., а также выпиской по счету банковской карты П., согласно которой с 17.10.2014 по 20.09.2015 на счете П. денежных сумм более 1000 рублей не имелось, и справкой Сбербанка России о том, что 12.08.2014 К. со счета были сняты 150000 рублей.

Таким образом, в результате совместных с неустановленным лицом преступных действий ФИО2 потерпевшие П. денежного займа, как и 950000 рублей за свою квартиру, не получили, при этом лишились права на жилое помещение.

Согласно документам по сделкам с квартирой 16.09.2014 после регистрации сделки купли-продажи с П. подсудимая ФИО2 в тот же день заключила договор купли-продажи квартиры П. с неустановленным лицом (указанным в договоре как Ж.). Данное решение подсудимая ФИО2 с учетом указанной ею ранее цели приобретения квартиры – для улучшения жилищных условий своих детей, объяснить логично в судебном заседании не смогла. Впоследствии, 21.05.2015 квартира П. вновь перешла в собственность ФИО2, поскольку договор купли-продажи от 16.09.2014 между нею и неустановленным лицом был расторгнут.

Кроме того, несостоятельность версии стороны защиты о том, что значение совершаемых действий по купле-продаже квартиры потерпевшие понимали, имели цель продать свою квартиру, подтверждается показаниями потерпевших, свидетеля И., стенограммами аудиозаписей, согласно которым после обращения потерпевших с заявлениями в полицию и иском в суд возможность возвращения квартиры П. в их собственность обсуждалась ими и И., действующим в интересах неустановленного лица (указанного им как Ж.), по предварительному сговору с которым подсудимая совершила мошенничество.

Оценивая в совокупности исследованные доказательства, суд считает их соответствующими требованиям относимости, допустимости и достоверности, а вину ФИО2 в совершении преступления – установленной.

Таким образом, вышеприведенными доказательствами подтверждено, что подсудимой ФИО2 совместно с неустановленным лицом путем обмана совершены мошеннические действия, направленные на приобретение права на жилое помещение потерпевших П..

Подсудимая при совершении преступления действовала с прямым умыслом, из корыстных побуждений, осознавала противоправность своих действий и полностью реализовала свои намерения, выполнив для этого целенаправленные и конкретные действия, то есть подсудимая желала поступить именно таким образом.

Факт совершения подсудимой ФИО2 преступления в составе группы лиц по предварительному сговору подтверждается совокупностью доказательств, из которых следует, что мошеннические действия подсудимой ФИО2 носили совместный и согласованный характер с неустановленным следствием лицом, были направлены на достижение единой цели, в результате чего произошел переход права собственности на жилое помещение в установленном законом порядке. Каждый из них выполнял только те действия, которые были обусловлены отведенной ему ролью. Без согласия кого-либо из них достижение поставленной цели было бы невозможным и это согласие между ними было достигнуто до совершения преступления.

Квалифицирующий признак преступления – совершение мошенничества в особо крупном размере, то есть свыше одного миллиона рублей, также нашел подтверждение в ходе судебного разбирательства, как в показаниях потерпевших, так и из стоимости имущества, на которое было приобретено право, установленной на основании отчета от 01.12.2014 № ** Оценочной компании «ЛАНДО», согласно которому по состоянию на 26.11.2014 рыночная стоимость ** квартиры по [адрес] общей площадью ** м2 составила 1580000 рублей. Данный отчет составлен специалистом У. имеющим согласно Свидетельству от 18.05.2014, приложенному к названному отчету, право в течение трех лет со дня выдачи данного свидетельства осуществлять оценочную деятельность на всей территории Российской Федерации. Кроме того, оценка спорной квартиры произведена в период, максимально приближенный ко времени совершения преступления, с полным осмотром объекта оценки, а также при отсутствии со стороны потерпевших, подсудимой либо третьих лиц действий, которые могли повлечь либо повлекли за собой последствия в виде увеличения либо уменьшения ее стоимости.

Кроме того, о стоимости квартиры П. свыше одного миллиона рублей свидетельствуют и сведения, представленные в справке-расчете следователя, составленной в соответствии с Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 15.07.2014 № 387/пр «О нормативе стоимости одного квадратного метра общей площади жилого помещения по Российской Федерации на второе полугодие 2014 года и показателях средней рыночной стоимости одного квадратного метра общей площади жилого помещения по субъектам Российской Федерации на 3 квартал 2014 года», согласно которой при нормативе стоимости одного квадратного метра 34450 рублей общая стоимость квартиры потерпевших площадью ** м2 составила 1570920 рублей (т. 2, л. <...>).

С учетом изложенного, сомневаться в объективности установленных в ходе вышеуказанного исследования, произведенного специалистом У., обстоятельств у суда оснований не имеется.

Квалифицирующий признак преступления – совершение мошенничества, повлекшего лишение права гражданина на жилое помещение, в отношении П., В. и А. также нашел подтверждение, поскольку право собственности на квартиру, принадлежащую потерпевшим на праве общей долевой собственности, в результате преступных действий подсудимой ФИО2 и неустановленного лица перешло к ФИО2

Таким образом, доводы стороны защиты о необоснованном уголовном преследовании подсудимой и об отсутствии в ее действиях состава преступления являются несостоятельными.

Кроме того, доводы стороны защиты основаны на субъективной и ошибочной оценке доказательств, так как сторона защиты в нарушение правил, установленных ст. 88 УПК РФ, подвергает сомнению отдельные доказательства, представленные стороной обвинения, игнорируя их совокупность, которая с достаточностью подтверждает вину подсудимой.

С учетом изложенного суд квалифицирует действия ФИО2 по ч. 4 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории тяжких преступлений, характер и степень фактического участия подсудимой в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, роль подсудимой в совершении преступления в составе группы лиц, отсутствие у нее судимости, данные о личности подсудимой, ее возраст, состояние здоровья, наличие семьи, имущественное положение, а также влияние наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи.

Так, подсудимая ФИО2 совершила умышленное тяжкое преступление против собственности, направленное на лишение граждан права на жилище.

Вместе с тем суд учитывает, что ФИО2 не судима, в целом характеризуется положительно, на учетах у психиатра и психиатра-нарколога не состоит, тяжких последствий в виде утраты потерпевшими жилого помещения не наступило, в течение более двух лет после совершения преступления к уголовной ответственности не привлекалась.

При этом суд не учитывает представленную стороной защиты характеристику за подписью директора **, поскольку согласно показаниям свидетелей Щ. и Т. в судебном заседании Э. сообщил им, что ФИО2 у него не работает, а характеристика с места работы, как пояснила свидетель Т., дана им с целью поддержать ФИО2, как свою знакомую.

Показания данных свидетелей стороной защиты не опровергнуты.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимой, суд в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает наличие у нее малолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, не имеется.

Учитывая приведенные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу о возможности исправления подсудимой без реального отбывания наказания и постановляет назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы с применением условного осуждения, а также возлагает на нее обязанности, способствующие исправлению осужденной и контролю за ее поведением.

С учетом обстоятельств дела, данных о личности подсудимой, ее материального положения, нахождения на иждивении ФИО2 малолетнего ребенка дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы суд считает возможным не назначать.

Суд не усматривает оснований для применения к подсудимой положений ст. 64 УК РФ, поскольку в ходе судебного заседания не было установлено исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ею преступления.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени его общественной опасности, судом не установлено оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, несмотря на отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года.

На основании ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 4 (четыре) года.

Возложить на ФИО2 обязанности: два раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденной, не менять места жительства без уведомления этого органа.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства: находящиеся в материалах уголовного дела (том 2, л. д. 155-243, т. 3, л. д. 1-68) копии документов из гражданского дела ** по иску П., В., А. к С. (ФИО2), а также распечатки стенограмм аудиозаписи разговоров, диск DVD-RW и диск CD-RW с аудиозаписями – оставить при уголовном деле в течение всего срока его хранения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Томского областного суда через Северский городской суд Томской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а также в кассационном порядке в президиум Томского областного суда со дня вступления приговора в законную силу.

В случае подачи апелляционной жалобы и (или) представления осужденная вправе ходатайствовать о своем участии, а также участии защитника или поручать осуществление своей защиты избранному ею защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья А.В. Харжевский