Апелляционное определение № 22-47/2026 от 11 февраля 2026 г.

Судья Викулин А.М. дело № 22-47/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Салехард 12 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего Палея С.А.,

судей Скрипова С.В. и Трумма А.Р.,

при секретаре судебного заседания Негрей В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Соболевой Л.А., а также апелляционным жалобам осуждённого ФИО1 и защитника Васильева А.В. в интересах осуждённой ФИО2 на приговор Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 10 ноября 2025 года, по которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, гражданин РФ, судимый:

1) 13 марта 2019 года мировым судьёй судебного участка № 121 Свердловского района г. Иркутска по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года;

2) 19 октября 2020 года Свердловским районным судом г. Иркустка по ч. 2 ст. 228 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 74 УК РФ, ст. 70 УК РФ (приговор от 13 марта 2019 года) к 3 годам 3 месяцам лишения свободы – освобождён по отбытии наказания 15 декабря 2023 года,

осуждён по:

- ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (одиннадцать преступлений) к 11 годам лишения свободы за каждое;

- ч. 3 ст. 30, пп. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (двенадцать преступлений) к 10 годам лишения свободы за каждое;

- по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 4 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно ФИО1 назначено 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка РФ, несудимая,

осуждена по :

- ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (одиннадцать преступлений) к 6 годам лишения свободы за каждое;

- ч. 3 ст. 30, пп. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (двенадцать преступлений) к 5 годам лишения свободы за каждое.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно ФИО2 назначено 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания осуждённым исчислен со дня вступления приговора в законную силу, а также зачтено время содержания ФИО1 под стражей с 10 июля 2025 года до дня вступления приговора в законную силу, а ФИО3 – в период с 10 июля 2025 года по 4 сентября 2025 года включительно и с 10 ноября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчёта один день за один день.

Приговором также разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Палея С.А., доложившего материалы дела, доводы апелляционных жалоб и представления, выступление прокурора Исаева А.Р., а также мнение осуждённых ФИО1 и ФИО2, их защитников Ивановой Н.Я. и Васильева А.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору суда ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за покушение незаконный сбыт наркотических средств, совершённый с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», организованной группой, в крупном размере (одиннадцать преступлений – в том числе, покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты>, а также производного <данные изъяты>).

Они же признаны виновными и осуждены за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершённый с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», организованной группой, в значительном размере (двенадцать преступлений – в том числе, покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты>).

Кроме того, ФИО1 признан виновным и осуждён за незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере, а именно наркотического средства – <данные изъяты>.

Преступления совершены в г. Салехарде Ямало-Ненецкого автономного округа при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Соболева Л.А., не оспаривая доказанности вины осуждённых, не соглашается с назначенным им наказанием, считая его чрезмерно мягким. Полагает, что суд необоснованно учёл в качестве смягчающих наказание обстоятельств «изобличение и уголовное преследование других соучастников преступления» (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), при том, что материалы уголовного дела не содержат сведений об изобличении осуждёнными других соучастников преступной деятельности. В связи с необоснованным учётом указанного обстоятельства считает, что судом назначено осуждённым несправедливое, чрезмерно мягкое, наказание. Просит обжалуемый приговор изменить, исключив из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на наличие в действиях осуждённых указанного смягчающего обстоятельства и усилить назначенное ФИО1 и ФИО2 наказание.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 выражает несогласие с постановленным приговором. Считает, что суд не учёл ряд обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, а именно, что наркотическое вещество для личного употребления им было найдено в г. Надыме, а не приобретено умышленно. Кроме того, назначая наказание, суд учёл всё время его нахождения на территории Ямало-Ненецкого автономного округа, хотя преступления им совершались только в городе Салехарде. Также считает, что суд не учёл наличие у него заболеваний, необходимость прохождения медико-социальной реабилитации. Отмечает, что во время обыска на квартире добровольно выдал хранившиеся там наркотические средства. Указывает, что в ходе предварительного расследования ему не предоставили возможность заключить досудебное соглашение, а суд не в полной мере учёл в качестве смягчающих обстоятельств наличие у него двоих малолетних детей и парализованной престарелой матери, изобличение и уголовное преследование других соучастником преступления, состояние беременности сожительницы. Обращает внимание, что ранее отбывал наказание в исправительной колонии особого режима, а суд назначил ему отбывание наказание в исправительной колонии строгого режима. Просит обжалуемый приговор изменить, снизив срок наказания до минимально возможного.

В апелляционной жалобе защитник Васильев А.В., действуя в интересах осуждённой ФИО2, не оспаривая фактические обстоятельства дела, квалификацию содеянного и размер назначенного наказания, выражает несогласие с выводом суда об отсутствии оснований для применения к осуждённой отсрочки отбывания наказания в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ. Считает, что суд пришёл к необоснованному выводу, что исправление осуждённой не возможно без изоляции от общества. Указывает, что осуждённая находится на последних месяцах беременности, имеет малолетнего ребенка. Мотивируя невозможность назначить наказание с отсрочкой отбывания, суд сослался на отрицательные родительские качества осуждённой, в том числе и в отношении ещё не родившегося ребёнка, что является преждевременным. Отмечает, что осуждённая не лишена родительских прав, а её отъезд из Иркутской области был вызван объективными причинами. Обстоятельства проживания несовершеннолетнего ребёнка с отцом обусловлены обоюдным соглашением родителей, в том числе необходимостью посещения ребёнком спортивных секций и участия в спортивных соревнованиях. Доказательств уклонения ФИО2 от исполнения родительских обязанностей материалы уголовного дела не содержат. Негативные сведения о ФИО2 ограничиваются лишь информацией о наличии у осуждённой знакомства с лицами, представляющими оперативные интерес. Однако, осуждённая ранее не судима и не привлекалась к уголовной ответственности, инкриминируемые ей преступления совершены в соучастии с ФИО1, а оценка немедицинскому употреблению наркотических средств сделана без учёта давности привлечения к уголовной ответственности. Считает, что наличие беременности на больших сроках, наличие у осуждённой тяжёлых заболеваний, необходимость в связи с этим приёма медицинских препаратов, наличие показаний к родовспоможению путём кесарева сечения в совокупности с поведением осуждённой на стадии предварительного расследования заслуживают внимания и являются достаточными для принятия решения о предоставлении отсрочки отбывания наказания.

В суде апелляционной инстанции защитник Васильев А.В. свои требования уточнил, пояснив, что в условиях следственного изолятора ФИО2 родила ребёнка, который находится в медицинском учреждении г. Лабытнанги. В связи с невозможностью содержания ребёнка в исправительном учреждении и необходимостью осуществления соответствующей терапии просил предоставить ФИО2 отсрочку отбывания наказания до достижения её детьми четырнадцатилетнего возраста.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, выслушав мнения сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и на основании исследованных доказательств обоснованно пришёл к выводу о виновности обоих осуждённых в совершении деяний, направленных на незаконный оборот наркотических средств.

Выводы суда о виновности осуждённых основаны на исследовании достаточной совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, оценка которым дана в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Каких-либо противоречий, искажений, способных повлиять на правильное установление фактических обстоятельств дела, исследованные доказательства не содержат.

Суд правильно в обоснование своих выводов о виновности осуждённых в совершении действий, признанных доказанными, сослался на признательные показания ФИО2 и ФИО1, данные в ходе предварительного расследования и оглашённые в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ.

В частности, в ходе следствия ФИО2 и ФИО1 подробно рассказали об обстоятельствах вступления в преступную группу для совершения преступлений, связанных с незаконным распространением наркотических средств, своей роли в преступной группе, а также конкретных действиях, осуществлённых в целях совершения преступления. В том числе подтвердили, что 7 июля 2025 года куратор преступной группы направил им адрес «мастер-клада» с наркотическим средством, который располагался в лесном массиве г. Салехард. Забрав «мастер-клад», по указанию куратора они расфасовали наркотическое средство по 1 грамму, упаковав наркотическое средство в пакеты и обмотав изолентой. 9 июля 2025 года они совместно прибыли в микрорайон «Удача», чтобы сделать тайники-закладки. В лесу ФИО2 сделала около 20 закладок, а ФИО1 – 15 закладок. На выходе из леса они были задержаны, при себе у ФИО2 были изъяты оставшиеся 5 свёртков, а у ФИО1 ещё 10 свёртков. В последующем в ходе обыска в жилище осуждённых были изъяты свёртки с наркотическим средством <данные изъяты>, которые они планировали к сбыту, а также наркотическое средство <данные изъяты>, которое ФИО1 приобрёл и хранил для личного употребления без цели сбыта (т. 3 л.д. 182-187, 192-194, 206-211, 216-218, т. 4 л.д. 120-126, 137-140, 183-185, 216-218).

Информация, сообщённая осуждёнными, согласуется с показаниями свидетеля Свидетель №8, сообщившего о ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» в отношении осуждённых ФИО1 и ФИО2 и обстоятельствах их задержания (т. 4 л.д. 112-113), а также показаниями свидетелей Свидетель №2 (т. 4 л.д. 108-109), Свидетель №6 (т. 4 л.д. 118-119), Свидетель №1 (т. 4 л.д. 110-111), Свидетель №11 (т. 5 л.д. 24-25), Свидетель №10 (т. 4 л.д. 114-115), Свидетель №4 (т. 4 л.д. 104-105), Свидетель №3 (т. 4 л.д. 106-107) и Свидетель №7 (т. 4 л.д. 116-117), подтвердивших законность проведения личного досмотра задержанных ФИО1 и Свидетель №9, осмотра участков местности в лесном массиве, где были обнаружены наркотические средства, и обыска квартиры, где проживали осуждённые.

Показания всех вышеуказанных лиц нашли своё подтверждение в данных, полученных в результате проведения следственных действий – при производстве личного досмотра осуждённых (т. 2 л.д. 138, 139), осмотра мест происшествия, в ходе которых по координатам, выявленным в мобильных телефонах ФИО1 и ФИО2, из оборудованных тайников произведено изъятие 21 свёртка с веществами внутри (т. 1 л.д. 116, 129, 140, 152-153, 166-167, 179-180, 192-193, 205-206, 218-219, 231-232, 244-245, т. 2 л.д. 6-7, 19-20, 32-33, 45-46, 58, 59, 71-72, 84-85, 97, 109), обыска в квартире осуждённых (т. 3 л.д. 83-88).

Из заключений экспертов следует, что обнаруженные в жилище осуждённых, при их личном досмотре и в оборудованных ими тайниках-закладках вещества являются наркотическими средствами (т. 1 л.д. 108-110, 121-123, 133-135, 144-146, 158-160, 171-173, 184-186, 197-199, 210-212, 223-225, 236-238, 249-251, т.2 л.д. 11-13, 24-26, 37-39, 50-52, 63-65, 76-78, 89-91, 101-103, 113-115, 123-125, т. 3 л.д. 95-98).

Участие осуждённых в организованной группе, созданной для совершения преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, подтверждается и письменными доказательствами – протоколами осмотров телефонов «HONOR X7c», «HONOR 200 Lite», «Samsung Galaxy A71», «Samsung Galaxy A22s», в которых содержится переписка осуждённых с пользователем «Tony Montana» по поводу деятельности магазина по распространению наркотических средств «Белый Волк» (т. 2 л.д. 148-208, 209-205, т. 3 л.д. 1-77, т. 4 л.д. 127-136, 141-146).

Вышеприведённые доказательства, по мнению судебной коллегии, свидетельствуют о правильности выводов суда первой инстанции о виновности осуждённых в совершении действий, направленных на сбыт наркотических средств, а также в виновности ФИО1 в незаконном хранении без цели сбыта вещества, содержащего в своём составе соединение a-пирролидинопентиофенон, которое является производным наркотического средства <данные изъяты>.

В то же время, обсуждая правильность данной судом первой инстанции квалификации содеянного осуждёнными, не ставя под сомнение обоснованность юридической оценки действий ФИО1, выразившихся в незаконном приобретении и хранении наркотического средства без цели сбыта по ч. 2 ст. 228 УК РФ, судебная коллегия находит ошибочными суждения суда первой инстанции о наличии в действиях осуждённых нескольких самостоятельных преступлений, направленных на незаконный сбыт наркотического средства.

В соответствии с положениями уголовного закона преступления, складывающиеся из ряда тождественных преступных деяний, совершаемых, как правило, через незначительный промежуток времени, в одной и той же обстановке, направленных к общей цели и составляющих в своей совокупности единое преступление, являются продолжаемыми. В продолжаемом посягательстве отдельные акты преступного деяния связаны между собой объективными обстоятельствами, местом, временем, способом совершения преступления, а также предметом посягательства (п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 года № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях»). При этом, если виновный имеет умысел на сбыт всего имеющегося у него наркотического средства, и в целях последующего его сбыта совершает такие действия в несколько приёмов, содеянное им не образует совокупности преступлений.

Установленные судом и приведённые выше обстоятельства дела в совокупности с исследованными в судебном заседании доказательствами, в частности, показаниями осуждённых, свидетельствуют о том, что ФИО2 и ФИО1 единовременно получили от неустановленного соучастника преступления с целью дальнейшего сбыта оптовую партию наркотических средств, а именно наркотическое средство <данные изъяты> и соединение, содержащее в своём составе a-пирролидинопентиофенон, являющееся производным <данные изъяты>, которые осуждённые в тот же день расфасовали в удобную для сбыта упаковку в не менее, чем 39 свёртков. В последующем, часть наркотического средства <данные изъяты> осуждённые в короткие промежутки времени разместили в тайники-закладки (не менее двадцати тайников), в шаговой доступности друг от друга, ещё пятнадцать свёртков с указанным наркотическим средством, общей массой 14,771 грамма, были обнаружены при личном досмотре осуждённых, а оставшаяся часть <данные изъяты>, и производное <данные изъяты>, были изъяты сотрудниками правоохранительных органов при проведении обыска в жилом помещении осуждённых.

Указанные действия ФИО1 и ФИО2, направленные на незаконный сбыт наркотических средств, квалифицированы судом как 11 самостоятельных преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, как покушения на незаконный сбыт наркотических средств - <данные изъяты>, то есть в крупном размере, совершённые в составе организованной группы, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), а также как двенадцать самостоятельных преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотического средства <данные изъяты>, то есть в значительном размере, совершённое в составе организованной группы, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Вместе с тем, указанные действия ФИО1 и ФИО2 охватывались единым умыслом, были направлены на незаконный сбыт всего объёма полученного наркотического средства, и не могут свидетельствовать о совершении осуждёнными ряда преступлений, образующих совокупность.

Ссылка суда на Обзор судебной практики Верховного Суда РФ, утверждённый Президиумом Верховного Суда РФ от 20 декабря 2016 года, является несостоятельной, так как в этом обзоре речь идет о случаях, когда у виновного лица имелась договорённость о сбыте наркотических средств с разными лицами. По настоящему делу таких обстоятельств судом первой инстанции не установлено и в приговоре не приведено.

Из установленных судом первой инстанции обстоятельств следует, что дальнейшее размещение наркотических средств в тайники было прервано осуждёнными вследствие того, что их действия были обнаружены сотрудниками полиции. При этом, наркотические средства, которые осуждённые не успели разложить в тайники-закладки, в том числе хранившиеся по месту их жительства, были изъяты сотрудниками полиции, в связи с чем осуждённые не довели до конца свой преступный умысел, направленный на сбыт всей партии наркотических средств, по независящим от них обстоятельствам.

При таких данных действия осуждённых ФИО1 и ФИО2, как они установлены судом первой инстанции и описаны в приговоре, квалифицированные как двенадцать самостоятельных преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, и одиннадцать самостоятельных преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, подлежат квалификации как единое продолжаемое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотического средства – <данные изъяты> и соединения, содержащего в своём составе a-пирролидинопентиофенон, являющегося производным <данные изъяты>, то есть в крупном размере, совершённое в составе организованной группы, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»). Такое изменение юридическое оценки содеянного не увеличивает объём обвинения по фактически содеянному осуждёнными, не ухудшает их положение в части окончательной квалификации содеянного и не нарушает их право на защиту.

При этом, судебная коллегия также считает необходимым уточнить описание преступного деяния, признанного судом доказанным, а именно указать, что ФИО2 и ФИО1 из тайника, находящегося на участке местности вблизи <адрес>, получили наркотическое средство <данные изъяты> общей массой не менее 49,673 грамма, так как в приговоре судом допущена опечатка при указании общей массы полученного наркотического средства (ошибочно указано о получении наркотического средства, массой 49,773 грамма, что судебная коллегия расценивает как техническую ошибку).

Судебная коллегия считает, что все квалифицирующие признаки состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, нашли своё подтверждение в установленных обстоятельствах дела, оснований для их исключений не имеется.

Вывод о совершении преступления в составе организованной группы сделан судом с учётом положений ч. 3 ст. 35 УК РФ. При этом в приговоре приведены характеристики группы, позволяющие её отнести к организованной, а также доказательства, на основании которых суд пришёл к такому выводу.

То обстоятельство, что осуждённые не были лично знакомы с организатором, не свидетельствует об отсутствии организованной группы, а напротив, подтверждает выводы суда о соответствующей степени конспирации деятельности её участников, направленной на незаконный оборот наркотических средств.

Учитывая, что для выполнения действий, образующих объективную сторону сбыта наркотических средств, а также для вступления в сговор и для обсуждения обстоятельств совершения преступления участники преступной группы, в которую входили осуждённые, использовали информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», в том числе связь между членами группы поддерживалась с помощью мессенджера в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», для чего использовались мобильные телефоны и специально созданные аккаунты, то осуждённым обосновано вменён в вину квалифицирующий признак совершения преступления с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Изменяя судебное решение в части квалификации содеянного осуждёнными при покушении на незаконный сбыт наркотических средств, судебная коллегия не находит правовых оснований для вмешательства в приговор по оценке действий ФИО1 при незаконном приобретении и хранении наркотических средств. При этом, судебная коллегия отмечает, что для квалификации содеянного не имеет значения, каким именно способом осуждённый получил наркотическое средство – нашёл или купил, так как по смыслу уголовного закона под незаконным приобретением наркотического средства без цели сбыта понимается любой способ его получения.

Поскольку выдача наркотического средства осуждённым ФИО1 осуществлена при проведении следственных действий по обнаружению и изъятию наркотических средств (в ходе обыска), оснований для прекращения его уголовного преследования в соответствии с примечанием к ст. 228 УК РФ не имеется.

При назначении наказания осуждённым суд обоснованно руководствовался характером и степенью общественной опасности совершённых ими преступлений, посягающих на здоровье населения, а также, как того и требуют положения ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учёл общие цели и принципы назначения наказания, данные, характеризующие их личность, смягчающие наказание обстоятельства, а в отношении ФИО1 также отягчающее наказание обстоятельство, влияние наказания на исправление осуждённых и условия жизни их семей, роль каждого осуждённого в совершении преступлений.

Эти же критерии учитывает судебная коллегия, переквалифицируя действия осуждённых.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судом правильно учтены:

- в отношении осуждённого ФИО1 активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), наличие на иждивении малолетних детей (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, оказание помощи престарелой матери (ч. 2 ст. 61 УК РФ);

- в отношении осуждённой ФИО2 беременность (п. «в» ч. 1 ст. 61 УК РФ), наличие на иждивении малолетнего ребёнка (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимой, оказание финансовой помощи матери (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Что касается доводов апелляционного представления, то оснований для исключения из числа смягчающих наказание осуждённых обстоятельств предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активного способствования изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления судебная коллегия не находит.

Суд первой инстанции, учитывая это обстоятельство в качестве смягчающего наказание, обосновано исходил из того, что каждый из осуждённых не только дал признательные показания в отношении самого себя, но и изобличил этими показаниями другого соучастника преступления, в частности, ФИО2 подробно указала о роли и действиях ФИО1 при совершении преступления, а осуждённый ФИО1 – о роли и конкретных действиях ФИО2

Тот факт, что в результате признательных показаний осуждённых не удалось установить личности других соучастников преступной группы, в данном случае не является основанием для исключения из приговора указанного смягчающего обстоятельства.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что вышеуказанное решение суда в полной мере соответствует требованиям уголовного закона, в связи с чем активное способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления осуждённым учтено обоснованно по п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, не учтённых судом в нарушение положений ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание, не усматривается. Заявление осуждёнными ходатайств о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, отклонённые следователем в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, само по себе к числу смягчающих обстоятельств не относится и не является безусловным основанием для смягчения назначенного им наказания.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства ФИО1 обоснованно признан рецидив преступлений (п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ), образованный судимостью по приговору от 19 октября 2020 года.

Разрешая вопрос о размере наказания, судебная коллегия принимает во внимание степень опасности совершённых деяний, как оконченного (ч. 2 ст. 228 УК РФ) и неоконченного преступления (ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ), прерванного на стадии покушения.

Применительно к неоконченному преступлению судебная коллегия учитывает ограничительные положения ч. 3 ст. 66 УК РФ, а в отношении ФИО2 – также требования ч. 1 ст. 62 УК РФ. В отношении ФИО1 положения ч. 1 ст. 62 УК РФ применению не подлежат в связи с наличием отягчающего обстоятельства, при этом коллегия руководствуется положениями ч. 2 ст. 68 УК РФ, не найдя оснований для применения к нему положений ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Мотивы неприменения к осуждённым положений ст.ст. 64, 73 УК РФ судом первой инстанции в приговоре приведены, они соответствуют требованиям закона и признаются судебной коллегией верными.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не установлено. Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ с учётом обстоятельств совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, в отношении ФИО2 не имеется, а в отношении ФИО1 этому препятствует наличие отягчающего наказание обстоятельства.

Изменяя юридическую оценку содеянного осуждёнными на единое продолжаемое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, судебная коллегия, принимая во внимание обстоятельства содеянного, характер общественной опасности преступления, личность виновных, а также тот факт, что при изменении юридической оценки содеянного объём обвинения не уменьшается и фактические обстоятельства совершения деяния, установленные судом первой инстанции, не изменяются, считает необходимым назначить ФИО1 и ФИО2 окончательное наказание в том же размере, что определил и суд первой инстанции по совокупности преступлений, считая это справедливым. Принимая такое решение, судебная коллегия также учитывает наличие апелляционного представления, в котором ставится вопрос об усилении назначенного осуждённым наказания.

Доводы апелляционной жалобы осуждённого ФИО1 о назначении ему чрезмерно сурового наказания отклоняются судебной коллегией. Вопреки доводам осуждённого, при назначении ему наказания судом надлежащим образом учтены все обстоятельства, на которые имеется ссылка в апелляционной жалобе, в том числе наличие малолетних детей у виновного, способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, состояние его здоровья и иные обстоятельства, влияющие на наказание.

Вид исправительного учреждения, где осуждённым надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы, определён судом верно, ФИО1 в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима, а ФИО2 в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 58 УК РФ – в исправительной колонии общего режима.

Судебная коллегия обсудила доводы защитника Васильева А.В. о необходимости применения к осуждённой ФИО4 отсрочки отбывания наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ до достижения её детьми четырнадцатилетнего возраста, однако, с учётом данных о личности осуждённой, таких оснований не находит.

По смыслу статьи 82 УК РФ отсрочка отбывания наказания предоставляется в целях соблюдения прав и законных интересов несовершеннолетних и применяется только при условии обеспечения надлежащего ухода за ребёнком, его воспитания и всестороннего развития.

Вместе с тем, данные о личности осуждённой ФИО2 не позволяют прийти к выводу о том, что она способна обеспечить надлежащий уход, воспитание и всестороннее развитие своих детей.

В частности, судом первой инстанции установлено и это подтверждается материалами уголовного дела, в том числе показаниями самой ФИО2, что её несовершеннолетний ребёнок, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, длительное время проживал с отцом в Иркутской области отдельно от осуждённой, на значительном расстоянии от места задержания матери. При этом осуждённая принимала участие в воспитании сына лишь эпизодически.

Несмотря на то, что ФИО2 не лишена родительских прав и не ограничена в них в отношении своего ребёнка, судебная коллегия находит, что надлежащего ухода, воспитания и содержания этого ребёнка осуждённая не осуществляла (как минимум, ребёнок длительное время растёт без ежедневной заботы своей матери).

Кроме того, из материалов дела следует, что ФИО2 в настоящее время страдает психическим и поведенческим расстройством, вызванным употреблением психоактивных веществ в форме «Пагубного с вредными последствиями употребления наркотиков и других психоактивных веществ», которыми злоупотребляет с 16 лет, при этом критика к употреблению таких веществ отсутствует (т. 5 л.д. 39-43). По месту жительства ФИО2 характеризуется отрицательно, злоупотребляет спиртными напитками, несколько раз привлекалась к административной ответственности по ст. 6.9.1 КоАП РФ, по характеру вспыльчивая, неуравновешенная, не осуществляет трудовую деятельность и не имеет социально-устойчивых связей (т. 5 л.д. 50). Согласно заключению врачебной комиссии у ФИО2 выявлены ВИЧ-инфекция, 3 стадия, фаза прогрессирования, и вирусный гепатит-С (т. 4 л.д. 225).

Всё указанное в совокупности свидетельствует о том, что осуждённая ФИО2 ведёт антиобщественный образ жизни, а потому предоставление ей отсрочки исполнения приговора в соответствии со ст. 82 УК РФ не будет отвечать интересам малолетних детей.

Судебная коллегия учитывает, что после постановления приговора ФИО2 родила ещё одного ребёнка (на момент провозглашения приговора осуждённая была беременна и суд учитывал это в качестве смягчающего обстоятельства), однако, со слов осуждённой и её защитника в суде апелляционной инстанции, по медицинским показателям ребёнок в настоящее время содержится в ГБУЗ ЯНАО «Лабытнангская центральная районная больница».

В связи с этим и с учётом сведений о состоянии здоровья самой осуждённой, которая страдает в том числе наркологической патологией, судебная коллегия находит, что в интересах малолетнего ребёнка будет сохранение в отношении осуждённой ФИО2 реального наказания. При этом, в случае наступления ремиссии имеющихся у осуждённой заболеваний, она вправе обратиться с ходатайством о предоставлении ей отсрочки отбывания наказания в порядке исполнения приговора.

Таким образом, оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы защитника Васильева А.В. и предоставления осуждённой ФИО2 отсрочки исполнения наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ, в том числе в связи с рождением нового ребёнка, судебная коллегия не находит.

Судьба вещественных доказательств судом разрешена правильно, в том числе суд правильно и в соответствие с п. «г» ч. 1 ст. 1041 УК РФ принял решение о конфискации принадлежащих осуждённым мобильных телефонов, использованных в качестве средств совершения преступления.

Нарушений уголовно-процессуального или уголовного законов, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 10 ноября 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить:

- уточнить описание преступного деяния, признанного судом доказанным, указав, что ФИО2 и ФИО1 из тайника, находящегося на участке местности вблизи дома <адрес>, получили наркотическое средство <данные изъяты>;

- переквалифицировать действия осуждённых ФИО2 и ФИО1 с одиннадцати преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, и двенадцати преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, на одно преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, по которому ФИО2 назначить 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, а ФИО1 – 11 лет 6 месяцев лишения свободы;

- на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ и ч. 2 ст. 228 УК РФ, путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

- исключить указание о назначении ФИО2 наказания по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы и представление – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осуждёнными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии вступившего в законную силу судебного решения, с соблюдением требований статьи 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110– 40112 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий /подпись/

Судьи /подписи/