Решение № 2-1075/2019 от 12 сентября 2019 г. по делу № 2-1075/2019

Дело № 2-1075/2019

22RS0018-01-2019-000096-04


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Кемерово 13 сентября 2019 года

Кемеровский районный суд Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Колосовской Н.А.,

с участием помощника прокурора Шестера Л.А.,

при секретаре Тебеньковой Т.В.,

рассмотрев в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи дело по иску ФИО3, ФИО4 к ФИО5, АО «Черниговец» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО5, АО «Черниговец» о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивирует тем, что 21.10.2018 произошло ДТП с участием автомобиля ВАЗ 21099, № под управлением водителя ФИО1, и автомобиля ЛИАЗ 52563301, № под управлением водителя ФИО6 В результате нарушения водителем ФИО1 п. 10.1 ПДД РФ и последовавшего вследствие этого столкновения автомобилей, пассажир автомобиля ВАЗ 21099, №, ФИО2 умерла. Уголовное дело в отношении ответчика не возбуждалось, ввиду его смерти. Вина ответчика в ДТП установлена. Ввиду трагической гибели ФИО2 мать и бабушка испытали и до настоящего времени испытывают моральные страдания, та как лишились единственной дочери и внучки. Неожиданная, скоропостижная смерть близкого человека сильно повлияла на моральное состояние истцов. Истцы претерпели глубокую неописуемую психологическую моральную травму, связанную с потерей близкого человека - дочери, внучки. Считают, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. В результате трагедии и связанного с этим эмоционального потрясения, истцы в течение длительного периода времени испытывают глубокие нравственные страдания, душевные переживания. На основании уточненных требований просят взыскать с ответчика ФИО5 компенсацию морального вреда в пользу каждого из истцов в размере 150 000 руб. каждому, с ответчика АО «Черниговец» в пользу истца ФИО3 в размере 700 000 руб., в пользу истца ФИО4 1 000 000 руб., а также взыскать с ответчиков расходы по оплате юридических услуг в пользу ФИО3 в размере 30 000 рублей, из них с ответчика ФИО5– 5000 руб., с ответчика АО «Черниговец» - 25 000 руб.

Истец ФИО7, участие которой в судебном заседании было обеспечено путем использования систем видеоконференц-связи, в судебном заседании на исковых требованиях настаивала, пояснила, что ФИО2, скончавшаяся в результате ДТП, являлась её дочерью. Она испытала глубокие моральные переживания связанные с потерей дочери. У нее было двое детей, сейчас остался один младший сын, которому она не решается рассказать гибели его сестры. <данные изъяты> Она получила от страховой компании 475 000 руб. Денежные средства, которые просит взыскать с ответчиков, намеревается потратить на памятник дочери. В результате произошедшего ДТП погиб также ее брат, вина которого в ДТП была установлена органами следствия. Однако она с точностью не может сказать кто виноват в произошедшем ДТП. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи со смертью ее брата она не оспаривала, т.к. с ним согласна. Также она не винит в произошедшем ДТП водителя Матепана. В связи с тем, что в ДТП погиб кроме ее дочери и ее родной брат, то она также сильно переживает и в связи с потерей брата, однако по потере дочери она переживает больше. Ее мама ФИО4, т.е. бабушка погибшей ФИО2 и мама погибшего ФИО1 также сильно переживает в связи с потерей близких людей. В связи с трагедией у мамы ухудшилось зрение, она не спит по ночам. Ее брат ФИО1 на момент ДТП управлял автомобилем на праве доверенности, он страховал автомобиль по ОСАГО и был включен в полис ОСАГО. Собственником автомобиля являлся и является ее отец ФИО5, он не страховал автомобиль и не был включен в полис ОСАГО, т.к. автомобилем не пользовался, является лежачим больным. После смерти ее брата ФИО1 никакого наследственного имущества не осталось и наследство никто не принимал после его смерти. В настоящее время она вступила в брак и сменила фамилию на ФИО8.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 134)

Представитель истцов – адвокат Мариныч М.Г., действующий на основании удостоверения и ордера № 302 от 30.05.2019, участие которого в судебном заседании было обеспечено путем использования систем видеоконференц-связи, в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснил, что 21.10.2018 произошло столкновение автомобилей ВАЗ-21099 № под управлением водителя ФИО1, и ЛИАЗ 52563301 № под управлением водителя ФИО6 В результате ДТП скончался пассажир автомобиля ВАЗ-21099 ФИО2, которая приходилась дочерью и внучкой истцов ФИО7, ФИО4, получив травмы, не совместимые с жизнью. Водитель ВАЗ-21099 ФИО1, нарушивший правила ПДД, вследствие чего произошло столкновение транспортных средств, умер 21.10.2018. Водитель ЛИАЗ 52563301 ФИО6 в момент ДТП исполнял трудовые обязанности, будучи трудоустроенным в АО «Чрниговец». Водитель ФИО1 совершил ДТП, управляя автомобилем, принадлежащим его отцу ФИО5 В связи с гибелью ФИО2, приходящейся истцам дочерью и внучкой, истцы перенесли эмоциональное потрясение. В течении длительного периода времени они испытывали сильные душевные переживания. Это повлияло на состояние здоровья истцов. У ФИО7 <данные изъяты>, у ФИО5 <данные изъяты>. ФИО2 проживала совместно с бабушкой ФИО5, так как ФИО7 является <данные изъяты>. Ответчик ФИО5 является родственником истцов, отцом ФИО1, умершего 21.10.2018, который на момент ДТП владел автомобилем на праве доверенности и основании полиса ОСАГО. Ответчик ФИО5 наследство после смерти сына не принимал.

Представитель ответчика АО «Черниговец» ФИО9, действующая на основании доверенности от 23.05.2019, в судебном заседании исковые требования не признала. Суду пояснила, что требования, предъявленные к АО «Черниговец» подлежат частичному удовлетворению, т.к. сумма компенсации морального вреда является завышенной. Полагает, что такой завышенный размер компенсации связан только с тем, что АО «Черниговец» является юридическим лицом, что также усматривается из требований ко второму ответчику ФИО5, требования о компенсации морального вреда к которому определены в значительно меньшем размере. Для возложения ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Причиной смерти ФИО2 явились телесные повреждения, которые могли образоваться в условиях ДТП, имевшего место 21.10.2018, с участием автомобиля ВАЗ 21099, принадлежавшего ФИО5, под управлением ФИО1, и автомобиля ЛИАЗ, принадлежавшего АО «Черниговец», под управлением ФИО6 При этом, причиной ДТП стало нарушение водителем автомобиля ВАЗ 21099 ФИО1 действующих правил ПДД на территории РФ, а именно п. 10.1 ПДД РФ. В результате нарушения ФИО1 правил ПДД пассажиру автомобиля ВАЗ 21099 ФИО2 по неосторожности причинена травма, явившаяся причиной наступления смерти. Нарушение правил ПДД ФИО6 водителем автомобиля ЛИАЗ, принадлежавшего АО «Черниговец», не установлено, что свидетельствует о том, что действия ФИО6 и АО «Черниговец», являясь работодателем ФИО6 и собственником автомобиля ЛИАЗ, не обладают признаками противоправности и не состоят в причинно-следственной связи со смертью ФИО2 и причинением морального вреда истцам. Следовательно, причинителем вреда по смыслу ст. 1064, 1079 ГК РФ является, именно ФИО1 - водитель автомобиля ВАЗ 21099, принадлежащего ФИО5 Ни ФИО6, ни АО «Черниговец», являясь работодателем ФИО6 и собственником автомобиля ЛИАЗ, не являются причинителями вреда, их вина в ДТП, повлекшем смерть ФИО2, отсутствует. Также, обращает внимание на то, что в ходе рассмотрения материалов проверки, зарегистрированной в КУСП за № от 21.10.2018, по факту ДТП, следователем СО Отдела МВД России по Кемеровскому району, установлена противоправность поведения ФИО1, причинно-следственная связь между его поведением и наступившими последствиями, однако ввиду смерти ФИО1 в возбуждении уголовного дела за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в отношении него отказано по не реабилитирующим основаниям.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

В соответствии со ст. 117, 167 ГПК РФ, дело может быть рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения истца ФИО7, представителя истцов, представителя ответчика АО «Черниговец», выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 12 ГК РФ, ст. 56 ГПК РФ, каждое лицо имеет право на защиту своих гражданских прав способами, предусмотренными законом, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 1, ст. 8 ГК РФ, выбор способа защиты права избирается истцом, при этом он должен соответствовать характеру допущенного нарушения и удовлетворение заявленных требований должно привести к восстановлению нарушенного права или защите законного интереса.

Согласно ст. 3 Всеобщей декларации прав человека, ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной.

Согласно ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.(п.1)

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам (п.3)

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

В соответствии с п. 19 указанного Постановления под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

П. 25 названного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 разъяснено, что при причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ несут перед потерпевшим солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 ГК РФ. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится в учетом требований абзаца второго п. 3 ст. 1079 ГК РФ по правилам п. 2 ст. 1081 ГК РФ, т.е. в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Ст. 1083 ГК РФ установлено, что вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит (п. 1).

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ от возмещения вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов, при возмещении вреда в связи со смертью кормильца, а также при возмещении расходов на погребение (п. 2).

Судом установлено, что 21.10.2018 на автодороге «Кемерово – Анжеро-Судженск», проходящей по территории Кемеровского муниципального района Кемеровской области, со стороны г. Кемерово в направлении г. Анжеро-Судженск произошло ДТП с участием транспортного средства ВАЗ 21099, № под управлением водителя ФИО1, транспортного средства ЛИАЗ 52563301, № под управлением водителя ФИО6

Собственником автомобиля ВАЗ 21099, № являлся ФИО5, автомобиля ЛИАЗ 52563301, № АО «Черниговец», что подтверждается сведениями ПТС, справкой о ДТП, карточками учета транспортного средства (л.д. 19, 24, 8, 88).

Водитель ФИО1 имел право на управление автомобилем ВАЗ 21099, №, являлся страхователем гражданской ответственности и включен в страховой полис ОСАГО (л.д. 21), доказательств нахождения в момент ДТП в трудовых отношениях с кем-либо, противоправного выбытия транспортного средства из владения ФИО5, суду не представлено.

Таким образом, владельцем транспортного средства ВАЗ 21099, №, ответственным за возмещение вреда третьим лицам, является ФИО1

Водитель ФИО6 в момент ДТП находился в трудовых отношениях с АО «Черниговец», что не оспаривается.

В результате указанного ДТП пассажиру автомобиля ВАЗ-21099 ФИО2 был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни повлекший смерть потерпевшей, что установлено постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.04.2019 (л.д. 10-11).

Согласно заключению акта судебно-медицинского исследования трупа № от 29.10.2018, причиной смерти ФИО2, явилась <данные изъяты>

Постановлением следователя СО Отдела МВД России по Кемеровскому району от 18.04.2019 в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 отказано, по не реабилитирующему основанию, то есть по основаниям, предусмотренным п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (л.д. 10-11).

Из указанного постановления усматривается, что водитель ФИО1, управляя автомобилем ВАЗ 21099, государственный регистрационный №, двигаясь по автомобильной дороге «Кемерово-Анжеро-Судженск», проходящей по территории Кемеровского муниципального района Кемеровской области, со стороны г. Кемерово в направлении г. Анжеро-Судженска, на участке проезжей части 0 км. 450 м. автодороги «Кемерово-Анжеро-Судженск», в нарушение требований п. 10.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, при этом скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения Российской Федерации, а при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, проявляя преступную небрежность и не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, небрежно относясь к своим обязанностям как лица управляющего транспортным средством, двигалась со скоростью, не обеспечивающей возможности постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения ПДД РФ, без учета особенностей транспортного средства и дорожных условий, в результате чего не справился с управляемым им автомобилем и допустил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с двигающимся во встречном направлении автомобилем ЛИАЗ 52563301, государственный регистрационный № под управлением водителя ФИО6 В результате нарушения водителем ФИО1 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и последовавшего вследствие этого столкновения автомобилей, пассажиру автомобиля <***>, государственный регистрационный №, ФИО2, по неосторожности причинены телесные повреждения, находящиеся в причинной связи с наступлением смерти, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.

Участие в ДТП транспортных средств, под управлением водителя ФИО1, и под управлением водителя ФИО6, подтверждается справкой о ДТП от 21.10.2018, из которой следуют участники ДТП, в том числе ФИО1, управлявший автомобилем <***>, государственный регистрационный №, который получил повреждения крыши, всех дверей, всех крыльев, капота, ДВС, переднего бампера, заднего бампера, лобового текла и т.д., в том числе водитель ФИО6, управлявший автомобилем ЛИАЗ 52563301, государственный регистрационный №, который получил повреждения переднего бампера, передней блокфары, лобового стекла. Переднего левого угла кузова, и т.д.

Таким образом, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.04.2019, и материалами дела, установлено, что в дорожно-транспортном происшествии, в результате которого погибла ФИО2, принимали участие два автомобиля.

Согласно свидетельства о смерти ФИО1, управлявший автомобилем <***>, государственный регистрационный № в момент ДТП, умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 16).

Пунктом 1 ст. 1175 ГК РФ установлено, что наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 ГК Российской Федерации); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК Российской Федерации).

Судом установлено, что после смерти виновника ДТП - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, умершего ДД.ММ.ГГГГ, наследственное дело к его имуществу не заводилось.

Данные обстоятельства не оспариваются истцами, подтверждаются сведениям Федеральной нотариальной палаты.

Ответчик ФИО5 в силу п. 1 ст. 1142 ГК РФ является наследником по закону первой очереди умершего ФИО1, однако, как установлено судом, наследство после смерти сына не принимал.

Поскольку доказательств правопреемства после смерти ФИО1 ФИО5 в порядке наследования или ином основании суду не представлено и в судебном заседании не добыто, то основания для возложения на ответчика ФИО5 обязанности по возмещению истцам морального вреда отсутствуют.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу абз. 2 ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пунктах 25, 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

п. 23 названного выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1, разъяснено, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (п. 1 ст. 202, п. 3 ст. 401 ГК РФ). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни и здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим п. 2 ст. 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

Из приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что при причинении вреда третьим лицам, каковым в настоящем деле является пассажир автомобиля ВАЗ ФИО2, владельцы источников повышенной опасности, взаимодействием которых причинен вред, солидарно возмещают как материальный, так и моральный вред независимо от вины каждого из них.

При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему.

Основанием для освобождения таких владельцев источников повышенной опасности, в том числе и невиновных в причинении вреда, могут являться лишь умысел потерпевшего или непреодолимая сила. В случаях, указанных в п. 2 ст. 1083 ГК РФ, грубая неосторожность потерпевшего может служить основанием для уменьшения возмещения вреда или для отказа в его возмещении.

Обязанность доказывания названных выше обстоятельств (непреодолимой силы, умысла или грубой неосторожности потерпевшего) лежит на владельцах источников повышенной опасности.

Доказательств наличия указанных выше обстоятельств суду не представлено.

С учетом приведенных норм права, ответчик АО «Черниговец» несёт ответственность по возмещению причиненного истцам вреда, связанного с гибелью ФИО2, независимо от вины на основании того, что является владельцем источника повышенной опасности, совместно причинившего вред.

ФИО2, умершая ДД.ММ.ГГГГ, является дочерью ФИО7 и внучкой ФИО5, что не оспаривается, подтверждается свидетельством о рождении ФИО2, свидетельством о рождении ФИО3 (л.д. 13, 140).

ФИО8 (ФИО3) в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховой компанией Альфа-Страхование произведена выплата за причинение вреда в размере 475 000 руб., что следует из пояснений истца и не оспаривается.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 ( редакции от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (п. 2).

Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворённого иска о возмещении морального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8).

Кроме того, п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимание обстоятельств каждого дела.

По смыслу действующего правового регулирования, компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимание обстоятельств дела. При этом факт причинения морального вреда предполагается лишь в отношении потерпевшего в случаях причинения вреда его здоровью.

В каждом конкретном случае суду необходимо установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические или нравственные страдания в связи со смертью потерпевшего, что предполагает в том числе выяснение характера отношений (семейные, родственные, близкие, доверительные), сложившихся между погибшим и этими лицами, утрата которых привела бы к их нравственным и физическим страданиям, имело ли место совместное проживание с погибшим и ведение с ним общего хозяйства до наступления смерти последнего, обращение за медицинской и психологической помощью в медицинские органы вследствие причиненных им физических и нравственных страданий (морального вреда).

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, суд признает установленным факт причинения истцом морального вреда, причиненного смертью дочери и внучки.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая, что сам по себе факт смерти человека не может, по мнению суда, не причинить матери и бабушке соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, а, также, принимая во внимание, что вред в данном случае возмещается независимо от вины причинителя вреда, его возмещение прямо предусмотрено действующим законодательством, суд признаёт, что обязанность по компенсации морального вреда, причинённого истцам ФИО7 и ФИО5 должна быть возложена на ответчика - АО «Черниговец».

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что смерть ФИО2, безусловно, влечет тяжелые нравственные переживания для её матери ФИО7 и бабушки ФИО4, является для них большой потерей. Гибель человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на целостность семьи и семейные связи, необходимость защиты которых следует из ст. 38 Конституции РФ, объявляющей семью находящейся под защитой государства.

Истцы в иске указали, что лишились единственной дочери и внучки, их надежды и радости в жизни, которые вместе с будущими планами на жизнь рухнули, бабушка ФИО4 постоянно вспоминает внучку и тоскует по ней, пересматривает семейные фото и видео. Истец ФИО7 навсегда потеряла покой.

Между тем, суд учитывает, что погибшая является несовершеннолетней, последние два года проживала в <...> с бабушкой ФИО4, которая фактически занималась воспитанием несовершеннолетней, тогда как мать несовершеннолетней ФИО7 проживала отдельно в <адрес>, на значительном удалении и виделась с дочерью только по выходным. При этом из пояснений истца ФИО10 следует, что у дочери были иные планы на дальнейшую жизнь отдельную от матери и бабушки, т.к. намеревалась поступать в учебное заведение в <адрес>.

Кроме того, у ФИО7 есть младший сын, после гибели дочери она вышла замуж, что свидетельствует о ее положительной адаптации к случившейся трагедии. При этом в ДТП вместе с ФИО2 погиб ФИО1, приходившийся сыном ФИО4 и родным братом ФИО7, в связи с утратой которого истцы также испытывают страдания и разделить эти переживания и страдания в какой-либо степени не представляется возможным.

Доказательств обращения истцов за медицинской и психологической помощью в связи со смертью дочери и внучки не представлено. Обращение за медицинской помощью <данные изъяты> ФИО4 суд не может расценивать как связанное с психологическими переживаниями по потере внучки, поскольку такую информацию представленное медицинское заключение не содержит.

Вместе с тем, суд учитывая фактические обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, степень вины ответчика АО «Черниговец», финансовое положение юридического лица, и руководствуясь принципами разумности и справедливости приходит к выводу, что для возмещения ФИО7 причиненного морального вреда в связи со смертью дочери необходимо определить ко взысканию с ответчика АО «Черниговец» компенсацию в размере 150 000 руб., для возмещения ФИО4 причиненного морального вреда в связи со смертью внучки необходимо определить ко взысканию с ответчика АО «Черниговец» компенсацию в размере 200 000 руб.

Суд считает, что компенсация морального вреда в данном размере соразмерна характеру причиненного вреда, не приведет к неосновательному обогащению истцов, не поставит ответчика в чрезмерно тяжелое имущественное положение.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

ФИО10 заявлено о возмещении расходов по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб.

Факт оказания юридической помощи представителем Мариныч М.Г. в виде участия в досудебных подготовках и судебных заседаниях по делу, составлении искового заявления, ходатайств, не оспаривается и подтверждается протоколами судебных заседаний, материалами гражданского дела.

Понесенные истцом ФИО7 судебные расходы подтверждаются квитанцией от 29.05.2019, согласно которой ФИО7 произвела оплату юридических услуг по соглашению, заключенному 01.03.2019 с адвокатом Мариныч М.Г. (л.д. 42).

Учитывая объем защищаемого права, характер спора, длительность судебных заседаний с фактическим участием в заседаниях представителя, характер оказанной юридической помощи, суд полагает возможным, определить размер возмещения расходов по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб. и считает, что такой размер отвечает требованиям разумности с учетом названных обстоятельств.

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Истцы ФИО7, ФИО5 в соответствии со ст. 333.36 НК РФ, освобождены от уплаты госпошлины.

При таком положении, с ответчика АО «Черниговец» надлежит взыскать в доход местного бюджета в соответствии с требованиями ст. 333.19 НК РФ государственную пошлину в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3, ФИО4 к ФИО5, АО «Черниговец» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Черниговец» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

Взыскать с АО «Черниговец» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Взыскать с АО «Черниговец» в пользу ФИО3 расходы на представителя в размере 20 000 рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с АО «Черниговец» в пользу местного бюджета (Кемеровского муниципального района) государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме (мотивированное решение).

Председательствующий:

Справка: мотивированное решение изготовлено 18.09.2019

Судья:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>