Апелляционное определение № 33-922/2026 от 12 апреля 2026 г.

Судья Орлик А.Ю.

№ 33-922/2026УИД 44RS0001-01-2025-004193-91


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«13» апреля 2026 г.

г. Кострома

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Ивковой А.В.,

судей Дедюевой М.В., Кадочниковой Е.В.,

с участием прокурора Петрова К.Д.,

при секретаре Балдиной Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2864/2025 по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Костромы от 25 декабря 2025 года, которым исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Дедюевой М.В., пояснения ФИО1, участвующей в судебном заседании посредством видеоконференц-связи с Ярославским областным судом, заключение прокурора Петрова К.Д., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

20 мая 2025г. (по дате на почтовом штемпеле конверта) истец ФИО1 обратилась в Свердловский районный суд г.Костромы с иском к ИП ФИО2 о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, мотивируя тем, что работала у ИП ФИО3 в должности менеджера по работе с клиентами с 29.01.2025 по 15.04.2025 по адресу: <адрес>, что подтверждается выпиской из ее электронной трудовой книжки, графиком работы на данном рабочем месте. В период с 01.02.2025 по 15.04.2025 истец находилась официально на больничном, о чем работодатель был уведомлен. 01.04.2025 в 22:05 ей на «Ватсапп» поступило сообщение от руководителя Егора, тел. № следующего содержания: «Оля, привет, это Егор, руководитель твой. Завтра (02.04.2025) в 8:50 на <данные изъяты> тебя жду». 02.04.2025 в 08:44 тот же руководитель Егор написал истцу: «Надо подойти тебе, документы подписать и заявление на увольнение написать. Когда? Тебя ждать?». Истец ответила, что заявление подписывать не будет, на что Егор написал: «Я не спрашиваю тебя, будешь ты подписывать или нет, работать ты у нас тоже не будешь». Далее разговор пошел в тематике шантажа о распространении в Интернете об истце недостоверной информации касательно ее работы, по факту чего поданы заявления 03.04.2025 и 06.04.2025 оперативному дежурному ОМВД по <адрес>. Также истец предпринимала попытки отстоять свои трудовые права в трудовой инспекции, однако получила ответ о том, что обращение перенаправлено в <адрес> по месту нахождения юридического лица (<адрес>А, <адрес> При этом сам ИП ФИО3 с истцом не связывался. Отметила, что является матерью-одиночкой, воспитывает ребенка в возрасте 13 лет. Находясь под психологическим давлением, она вынуждена была 15.04.2025 написать заявление на увольнение по собственному желанию.

Истец просила восстановить её на работе в ИП ФИО3 в должности менеджера по работе с клиентами; взыскать с ответчика ИП ФИО2 в пользу истца МРОТ 22500 руб. за время вынужденного прогула с 15.04.2025 по настоящее время; взыскать денежную компенсацию морального вреда в пользу истца в сумме 30 000 руб. ( л.д.3 том1).

Определением Свердловского районного суда г. Костромы от 20.06.2025 гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда передано по подсудности в Ленинский районный суд г. Костромы.

Определением Костромского областного суда от 22.09.2025 определение судьи Свердловского районного суда г. Костромы от 20.06.2025 оставлено без изменения, частная жалоба ФИО1 – без удовлетворения ( л.д.142 том1).

17.10.2025г. дело принято к производству Ленинского районного суда г. Костромы.

В качестве третьих лиц в деле участвовали: Верхневолжская межрегиональная территориальная государственная инспекция труда, ФИО4

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме, восстановить её на работе в ИП ФИО3 в должности менеджера по работе с клиентами с 15.04.2025г.; взыскать с ИП ФИО2 в ее пользу заработную плату по МРОТ за время вынужденного прогула с 15.04.2025 по день восстановления на работе, взыскать с ИП ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб. Повторяя доводы искового заявления, считает свое увольнение незаконным, поскольку работодатель оказал на нее давление, принудил написать заявление об увольнении по собственному желанию. Ссылается на переписку между ней и работодателем, приобщенную в качестве доказательства к материалам дела и подтверждающую факт незаконного увольнения. Считает, что суд при вынесении решения не учел, что она является матерью – одиночкой, а значит, в отношении нее действует запрет на увольнение со стороны работодателя. Указывает на отсутствие ответа со стороны суда первой инстанции относительно поданной ею заявки об организации проведения судебного заседания с использованием видеоконференц-связи на базе Кировского городского суда г.Ярославля, из-за чего она не могла заявить ходатайство о вызове в суд свидетелей – двух сотрудников полиции и одного сотрудника прокуратуры.

Истец ФИО1, участвуя в заседании суда апелляционной инстанции 13.04.2026г. посредством видеоконференц-связи с Ярославским областным судом, апелляционную жалобу поддержала, прокурор Петров К.Д. в заключении апелляционную жалобу истца просил отклонить. Апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие представителей ответчика ИП ФИО2, третьих лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе по просьбе Верхневолжской межрегиональной территориальной государственной инспекции труда.

В судебное заседание 06.04.2026г. истец, ответчик и 3-и лица не явились, истец ходатайство о проведении судебного заседания посредством видеоконференцсвязи 06.04.2026г. не заявляла, просила заседание отложить ввиду ее болезни. 06.04.2026г. по инициативе суда была допрошена свидетель ФИО5, после чего объявлен перерыв в связи с заявленным истцом ходатайством на 13.04.2026г.

На 13.04.2026г. истец заявила ходатайство об участии в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, которая была организована и истец дала пояснения в поддержание доводов жалобы, ввиду замены в составе суда из-за болезни судьи судебное разбирательство было начато заново, а показания свидетеля ФИО5 исследованы (оглашены) в качестве нового (дополнительного) доказательства.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы гражданского дела, исследовав новое (дополнительное) доказательство, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения оспариваемого судебного решения, вынесенного в соответствии с законом и установленными по делу обстоятельствами.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании трудового договора от 29.01.2025 № ( л.д.6-7 том1) ФИО1 принята на работу у ИП ФИО2 на должность «менеджер по работе с клиентами» на неопределённый срок с должностным окладом 22500 руб. в месяц, рабочим временем 40 часов в неделю при 5-ти дневной рабочей неделе и выходными суббота-воскресенье, о чем из издан приказ о приеме на работу (л.д.35 том1).

Согласно представленным в материалы дела табелям учета рабочего времени, а также своду начислений, удержаний и выплат за период с 29.01.2025 ФИО1 отработано 3 рабочих дня по 4 часа (всего 12 часов).

За период с 01.02.2025 по 03.05.2025 было 9 листков нетрудоспособности: -<данные изъяты>

01.04.2025 истец на работу не вышла, о чем работодателем составлен акт об отсутствии на рабочем месте за подписью руководителя клиентского отдела ФИО4, менеджера ФИО5, менеджера ФИО6 ( л.д.114 том1).

По этому поводу письменные пояснения истца в деле имеются ( л.д.46 том1), а именно вызов врача на дом был сделан ею через Госуслуги 01.04.2025г. в 17-15, однако врач пришел только 02.04.2025г.

15.04.2025 ФИО1 обратилась к работодателю ИП ФИО2 с заявлением, в котором просила уволить её по собственному желанию ( ст. 80 ТК РФ) 15.04.2025, также просила все оставшиеся выплаты за больничный лист и неиспользованный отпуск ( л.д.36 том1).

В соответствии с приказом ИП ФИО2 № 12 от 15.04.2025 ФИО1 была уволена с 15.04.2025 в соответствии с п. 3 ст. 77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника).

В рамках материалов проверки, зарегистрированных в КУСП № от 02.04.2025, КУСП № от 03.04.2025 установлено, что 03.04.2025 в дежурную часть ОМВД России по Кировскому городскому району поступило заявление ФИО1, проживающей по адресу: <адрес>, Республиканский пр-д, <адрес>, о том, что поступают угрозы на «Ватсапп». Установлено, что из представленных скриншотов переписки угрозы убийством либо причинения тяжкого вреда здоровью не подтверждены. Учитывая то, что факт высказывания угроз ничем не подтвержден, факт применения насилия объективными данными не подтвержден, какие-либо предметы в качестве оружия не использовались, в связи с чем реальность осуществления угроз убийством, либо причинения тяжкого вреда здоровью не подтверждены, то нет оснований полагать, что совершено преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Также государственной инспекцией труда в Костромской области получено обращение ФИО1 от 25.04.2025 о нарушении трудовых прав со стороны ИП ФИО2, которое поступило посредством почтовой связи без прохождения аутентификации и идентификации личности ФИО1, в связи с чем оставлено без рассмотрения. ФИО1 предложено повторно обратиться в Государственную инспекцию труда в Костромской области с соблюдением вышеуказанных требований и с предоставлением документа, удостоверяющего личность (л.д.166-167 том1). Данное решение ФИО1 не обжаловано, повторного обращения не зарегистрировано.

В силу ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

В заявлении на увольнение истец указала, что намерена уволиться с 15 апреля 2025г., то есть увольнение истца 15 апреля 2025г. без отработки закону соответствует.

Проверяя правомерность увольнения работника, суд обоснованно руководствовался ст.ст. 77, 80, 394 Трудового кодекса РФ с учетом разъяснений, указанных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", и исходил из того, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением, и если при обращении в суд с иском о признании увольнения незаконным работник утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то обязанность доказать это обстоятельство возлагается на работника ( п.22).

Оценив исследованные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд посчитал, что таких доказательств не представлено, и отказал в удовлетворении иска о восстановлении на работе и оплате времени вынужденного прогула.

Судебная коллегия с таким выводом соглашается.

В обоснование довода о принуждении к написанию заявления об увольнении по собственному желанию истец представила суду распечатку переписки в мессенджере «Ватсапп» с руководителем клиентского отдела ФИО4. Данная переписка, датированная 01-02.04.2025, действительно содержит требования явиться для подписания документов и написания заявления на увольнение: «Больничный я жду. Оля, в общем, расклад такой у тебя. Я тебя сегодня до 14:00 жду подойти написать заявление и подписать все документы, в противном случае я тебе такие рекомендации оставлю на всех поисковиках по работе, что работа для тебя станет роскошью. Шутки кончились».

Оценивая данную переписку, содержание которой стороной ответчика не оспорено (в отзыве на исковое заявление на л.д.60 том1 сторона ответчика не возражает, что ФИО4 допустил некорректное общение с ФИО1 в личной переписке), суд правильно посчитал, что указанная переписка не создает достаточных оснований для подтверждения факта оказания давления со стороны работодателя ИП ФИО3 на истца.

Суд верно учел, что переписка, на которую ссылается истец, имела место 01-02.04.2025, в то время как заявление об увольнении было подано 15.04.2025. Истец не доказала, каким образом события двухнедельной давности с учетом обращения в полицию 3 и 6 апреля 2025г. вынудили её написать заявление 15.04.2025. Напротив, суд посчитал, что данный промежуток времени свидетельствует о возможности истца свободно обдумать ситуацию и принять решение. Волеизъявление работника предполагает наличие у него выбора варианта поведения, исходя из внутренней оценки сложившихся обстоятельств, что и было сделано истцом.

Судебная коллегия принимает во внимание и то, что заявление об увольнении было написано истцом не на рабочем месте, не в кабинете работодателя, а вне контролируемой работодателем территории, фотографию этого заявления истец сначала прислала по мессенджеру, и лишь впоследствии доставила по месту своей работы, заложив его в косяк двери, откуда его забрала ФИО5, о чем она пояснила при ее допросе в Костромском областном суде в качестве свидетеля, сообщив, что непосредственного контакта истец избегала, ссылаясь на вирусное заболевание. Таким образом, при написании заявления представители работодателя рядом с истцом не находились, влияния на нее не оказывали, что также свидетельствует о свободе сделанного истцом волеизъявления.

То обстоятельство, что в отношении истца был составлен акт об отсутствии ее на работе 01.04.2025г., не могло повлечь написание истцом заявления об увольнении с работы, поскольку по делу видно, что о своих правах одинокой матери, имеющей ребенка в возрасте до 16-ти лет, и невозможности увольнения по инициативе работодателя в силу ст. 261 ГК РФ ей известно. При этом доводы жалобы о невозможности увольнения истца по инициативе работодателя к отмене решения суда не приводят, поскольку истец уволена не по инициативе работодателя, а по собственному желанию при том, что вынужденный характер написания заявления об увольнении по собственному желанию она не доказала.

Обоснованно суд учел и то, что истец дважды обращалась в полицию, обращалась в трудовую инспекцию, однако не обращалась к ИП ФИО3 с жалобой на действия ФИО4 и с требованием пресечь эти действия.

Представленное истцом заявление от 15.04.2025 написано ФИО1 собственноручно, не содержит оговорок о том, что оно написано под давлением, принуждением или вследствие обмана. Никаких доказательств, что в момент подписания заявления на истца оказывалось какое-либо непреодолимое физическое или психическое воздействие со стороны работодателя, также не представлено. В приказе об увольнении от 15.04.2025 истец поставила личную подпись также без каких-либо отметок. Судом правильно приняты во внимание данные обстоятельства и отмечена последовательность действий истца по увольнению по собственному желанию: ФИО1 собственноручно написала заявление об увольнении, ознакомилась с приказом об увольнении, не высказав относительно них никаких замечаний, получила расчёт.

Ссылки ФИО1 в суде апелляционной инстанции на то, что ФИО4 в телефонном разговоре говорил ей о том, что пока она не напишет заявление об увольнении, ей не будут выплачены денежные средства по больничным листам в марте и апреле, ничем не подтверждены, ранее истец таких доводов не выдвигала. Судебная коллегия относится к ним критически, расценивает их как способ защиты своих интересов в споре. При этом истец подтвердила, что в день увольнения ей указанные выплаты были произведены на карту, был произведен и окончательный расчет при увольнении наличными денежными средствами, т.е. какой –либо задолженности по выплатам не имеется.

Ссылка истца на заявление в полицию не доказывает факт принуждения к увольнению со стороны работодателя. Судом изучены представленные материалы процессуальной проверки, проведенной сотрудником ОМВД России по Кировскому городскому району г. Ярославля на основании заявления ФИО1 по факту высказывания ей в переписке угроз убийством, либо причинения тяжкого вреда здоровью. В результате факт высказывания угроз не подтверждён, о чем вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Указанное решение истцом не обжаловано.

Согласно пояснениям представителя ответчика ИП ФИО2 по доверенности ФИО7 в суде первой инстанции, менеджер ФИО5 обращалась с заявлением в ОМВД России по Ленинскому городскому району с целью зафиксировать факт того, что ФИО1 не желает получить приказ об увольнении и денежные средства за фактически отработанное время, что подтверждается представленной в материалы дела объяснительной ФИО5 Данные обстоятельства ФИО5 подтвердила при ее допросе судебной коллегией в качестве свидетеля с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, также пояснила, что никакого давления на истца она не оказывала.

В переписке по мессенджеру ФИО1 указала, что готова все документы подписать в прокуратуре Кировского района ( л.д.43, 112 том1), где истец и ФИО5 встретились, все необходимые документы были подписаны, расчет также был получен.

Обращение ФИО5 с заявлением в ОМВД России по Ленинскому городскому району, в прокуратуру, т.е. за помощью в госорганы, не может расцениваться как понуждение истца к увольнению, тем более, что на тот момент увольнение уже было произведено и речь шла о получении работником документов и денежных средств.

При таких обстоятельствах суд верно указал на то, что каких-либо обстоятельств, препятствующих истцу ФИО1 отказаться от написания собственноручно заявления об увольнении и его подписания, судом не установлено, относимых и допустимых доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что работодатель принудил истца к написанию заявлению об увольнении, не добыто.

Заявленный истцом к взысканию моральный вред обусловлен необоснованным увольнением, отсутствием добровольного написания заявления об увольнении ( л.д.3, 175,181 том1, л.д.23 том2). Поскольку данное обстоятельство подтверждения не получило, то во взыскании компенсации морального вреда суд обоснованно отказал.

Доводы жалобы касательно неорганизации видеоконференц-связи в суде первой инстанции к отмене решения не приводят, в суде апелляционной инстанции такая связь по просьбе истца была организована, истец дала пояснения в поддержание доводов жалобы, ходатайств о вызове в суд свидетелей ( двух сотрудников полиции и одного сотрудника прокуратуры), о чем упоминается в жалобе, не заявляла. По делу видно, что данные сотрудники не являлись очевидцами написания заявления об увольнении, а проводили проверку по заявлению истца, в прокуратуре истцу вручались связанные с увольнением документы.

Таким образом, доводы жалобы причин для отмены или изменения судебного решения не создают, апелляционная жалоба подлежит отклонению.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Ленинского районного суда г. Костромы от 25 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение 3 месяцев со дня вынесения в окончательной форме через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

В окончательной форме апелляционное определение вынесено 16.04.2026 г.