Апелляционное определение № 22-1645/2026 от 31 марта 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 01 апреля 2026 года

Председательствующий Качалкова Ю.А. Дело № 22-1645/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 30 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Смагиной С.В.,

судей Цупак Е.А., Мохначевой И.Л.,

при видении протокола судебного заседания помощником судьи МорозовымВ.Е.,

с участием осужденного ФИО1,

адвоката Будлянской О.П.,

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Пантелеева Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Красногорского районного суда г. Каменск-Уральского Свердловской области от 8 декабря 2025 года, которым

ФИО1,

родившийся <дата>,

судимый:

- 13 октября 2017 года Красногорским районным судом г. Каменска-Уральского Свердловской области по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год. Постановлением Ивдельского городского суда Свердловской области от 1 августа 2019 года неотбытая часть наказания заменена на 1 год 2 месяца 11 дней исправительных работ с удержанием 15% в доход государства, исправительные работы отбыты 31 декабря 2020 года, ограничение свободы отбыто 12 августа 2020 года;

- 26 мая 2021 года Красногорским районным судом г. Каменска-Уральского Свердловской области по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 4 годам лишения свободы; Постановлением Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 9марта 2023 года освобожден условно-досрочно на 1 года 10 месяцев 15 дней, 23января 2025 снят с учета уголовно-исполнительной инспекции по истечении срока оставшейся неотбытой части наказания;

осужденный:

- 26 марта 2025 года Ленинским районным судом г. Екатеринбурга по ч.1 ст.173.2, ч. 1 ст. 173.2 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к 10 месяцам исправительных работ с удержанием 5% в доход государства,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 11 годам 10 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания, с наказанием, назначенным по приговору Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 26 марта 2025 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 12 лет с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 4 декабря 2024 года до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

ФИО1 освобожден от уплаты процессуальных издержек.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Цупак Е.А., выступления осужденного Н.Е.АБ., адвоката Будлянской О.П., просивших об отмене приговора, прокурора Пантелеева Е.В., просившего об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

установила:

приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что 4 декабря 2024 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения, совершил умышленное причинение смерти П.

Преступление совершено осужденным в г. Каменск-Уральский Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 свою вину не признал, не отрицая фактических обстоятельств дела, указывал на отсутствие умысла на убийство П., от дачи показаний в силу ст. 51 Конституции РФ, отказался.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор суда изменить, назначенное наказание смягчить. Полагает, что вынесенное решение является незаконным и несправедливым в связи с чрезмерной суровостью назначенного наказания. Автор жалобы считает, что суд формально учёл смягчающие наказание обстоятельства. Просит учесть, что при выполнении требований ст. 217 УПК РФ он не смог ознакомиться с протоколом, так как плохо видит и протокол был зачитан вслух дежурным адвокатом, он подписал указанный протокол, но в нем не смотря на его комментарии, не указано что у него не было умысла на убийство П., он просто хотел напугать погибшего, после случившегося он оказывал ему медицинскую помощь, просил людей принести медикаменты и сам вызвал сотрудников полиции.

В суде апелляционной инстанции осужденный и его защитник просили приговор суда отменить.

В возражениях:

- на апелляционную жалобу осужденного государственный обвинитель Иванова Е.А. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения;

- на возражения государственного обвинителя Ивановой Е.А. осужденный ФИО1 просит не принимать их во внимание.

Проверив материалы дела, выслушав выступления участников процесса, проанализировав доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, суд пришел к следующему.

ФИО1 на предварительном следствии вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, признавал в полном объеме и не отрицал, что из-за личных неприязненных отношений к потерпевшему и возникшего чувства агрессии, ножом нанес один удар в подключичную область тела П., который спустя непродолжительное время скончался на месте происшествия.

Проанализировав все показания осужденного, относясь критически к их изменению, в основу приговора суд положил показания ФИО1, данные им на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, в присутствии адвоката, из которых следует, что П., проживал с ним в сторожевом домике КСТ, <дата> у него день рождения и он попросил пострадавшего поработать по хозяйству, в том числе наколоть дров. В вечернее время с П., а также У., А., стали распивать спиртные напитки. В какой-то момент он подошёл к пострадавшему и стал ему выговаривать, что тот не выполнил его поручения, тогда П. стал ему грубо отвечать и встал с дивана, с которым рядом стоял табурет и на котором лежал нож. Грубые слова, сказанные в его адрес, повлекли за собой агрессию, он сильно разозлился, взяв нож в правую руку, нанес им один удар в подключичную область тела острадавшего слева, после чего нож бросил на пол. Уже в последствии ему стало известно, что данный нож свидетель У. бросил в топящуюся печь. После удара П. стал присаживаться, из раны лилась кровь, он вместе с У., попытались остановить кровь, прикладывали тряпки, однако П. стал терять сознание, тогда У. стал делать массаж сердца, он (ФИО1) позвонил соседям А., сказал, что П. истекает кровью, попросил принести аптечку, но когда они пришли, пострадавшему уже помощь не понадобилась, он умер. Скорую помощь не вызвали, поскольку уже смысла в этом не было. Он попросил А. вызвать полицию, она передала ему трубку и он сообщил, что нашел труп П., не сообщив сразу, что убил он. Приехавшие сотрудники полиции впоследствии его доставили в отдел полиции ( т.1 л.д. 223-227, 231-233,244-247)

Аналогичные показания ФИО1 изложил и в ходе проверки показаний на месте преступления ( т.1 л.д. 234-240).

Вопреки доводам защиты в суде апелляционной инстанции, ФИО1 на предварительном следствии не оспаривал данные им показания в качестве подозреваемого, подтвердив их при допросе в качестве обвиняемого, где вину в совершении преступления признал полностью. Довод подписания им протоколов допроса, не читая их, находясь в состоянии опьянения, после задержания по обстоятельствам совершенного преступления, не является основанием полагать о применении недозволенных методов ведения следствия по делу или об искажении его показаний, поскольку при его допросе всегда присутствовал адвокат, кроме того, после задержания он допрашивался неоднократно и в разные дни, замечаний о нарушении прав осужденного не заявлялось, действия сотрудников полиции в ином порядке, предусмотренным законом не обжаловались.

Позиция осужденного занятая в суде первой инстанции нашла свое опровержение:

-в совокупности показаний свидетеля У., данных им на следствии и в суде, из которых следует, что <дата> они праздновали день рождения ФИО1, распивали спиртные напитки. В какой-то момент ФИО1 подошёл к П. и между ними произошел словесный конфликт, они стояли рядом с диваном на котором ранее сидел П., рядом с указанным диваном стоял табурет на котором лежал нож, который схватил ФИО1 в правую руку и нанес им один удар в подключичную область тела пострадавшего слева, после чего нож бросил на пол. Он (У.) нож поднял и бросил в топящуюся печь, поскольку был шокирован происходящим. П. после нанесенного ему телесного повреждения упал, через непродолжительное время скончался, скорую не вызывали, пришедшие свидетели А. уже не могли оказать какой -либо помощи, несмотря на то, что принесли с собой медикаменты;

-совокупности показаний свидетелей А. и А., которые указали, что <дата> в вечернее время им позвонил ФИО1 и попросил принести с собой аптечку, когда они пришли в дом осужденного, то увидели на полу тело П., который уже признаков жизни не подавал, возле его тела была кровь, они ничего не спрашивали, но было очевидно для чего нужна была аптечка, однако она уже не понадобилась. Потом ФИО1 попросил вызвать полицию, по приезду которых и после установления всех обстоятельств дела ФИО1 задержали и увезли в отдел полиции.

Каких-либо оснований не доверять показаниям свидетелей, у суда не имелось, поскольку каждый из них сообщал данные об известных им обстоятельствах. Противоречий, ставящих под сомнение их объективность, суд первой инстанции не нашёл, а незначительные расхождения в их показаниях, отнесены к субъективному восприятию событий, а также к значительному временному промежутку между проведенными допросами в ходе предварительного и судебного следствия. Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности допрошенных лиц в исходе дела и о наличии у них оснований для оговора осуждённого, по делу не установлено, с выводами суда соглашается и судебная коллегия. Тот факт, что эта оценка показаний допрошенных лиц не совпадает с позицией стороны защиты, не ставит под сомнение законность принятых судом решений.

Вина ФИО1 подтверждается и письменными материалами дела:

- из протокола осмотра места происшествия от 05 декабря 2024 года следует, что в доме сторожей КСТ№1, расположенном вблизи <адрес>, на пороге комнаты 2 обнаружен труп П. в положении лежа на спине с раной в области груди. В печи обнаружен и изъят клинок ножа ( т.1 л.д. 5-17);

-из выводов заключения судебно –медицинского эксперта следует, что причиной смерти П. явилось проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева с повреждением верхней доли легкого, мягких тканей грудной клетки, с последующим развитием острой массивной кровопотери, левостороннего гемоторакса объёмом около 20000 мл. Указанное повреждение могло образоваться в результате не менее одного травмирующего воздействия острым либо заостренным колюще-режущим предметом при его ударном воздействии, давлении, поступательном движении. Проникающее колото-резаное ранение грудной клетки, расценивается как тяжкий вред здоровью ( т.1 л.д. 100-102, 108-111);

-согласно заключению эксперта (экспертизы вещественных доказательств) №1 следует, что возможность причинения представленным ножом (изъятым с места происшествия) колото-резанной раны на представленном препарате кожи от трупа П. не исключается ( т.1 л.д. 149-155).

Суд, оценив каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности, обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 и его действиям дал верную юридическую оценку по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Довод защиты и осужденного, относительно того, что умысла на убийство П. у него не было, несостоятелен, поскольку опровергается, совокупностью исследованных судом доказательств, показаниями свидетеля У., непосредственного очевидца преступления.

Судом установлено, что на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений между потерпевшим и осужденным, последний испытывая неприязнь к потерпевшему и желая лишить его жизни, действуя умышленно и целенаправленно, нанес один удар ножом в область груди потерпевшего.

О прямом умысле ФИО1 на убийство свидетельствует и выбранное им орудие преступления (нож), обладающие высокой поражающей силой, локализация нанесенного удара - в жизненно важный орган человека– грудь. Судом не установлено, что осужденный в момент совершения преступления находился в состоянии необходимой обороны либо при превышении ее пределов, поскольку какой-либо реальной и непосредственной угрозы для жизни и здоровья последнего со стороны потерпевшего не имелось.

Судебная коллегия отмечает, что все указанные доводы осужденного, адвоката были предметом исследования в судебном заседании, в приговоре они опровергнуты с подробным изложением мотивов принятого решения. Оснований подвергать сомнению правильность изложенных в приговоре выводов суда, в том числе относительно достаточности доказательств виновности осужденного, не имеется.

При таких обстоятельствах, оснований для оправдания осужденного или переквалификации его действий на более мягкий уголовный закон, не имеется.

Судом при назначении наказания ФИО1 учтены требования ст.ст. 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, установленные обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Суд принял во внимание характеризующие личность осужденного сведения, которыми располагал при вынесении приговора.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание судом признаны, в соответствии с п.п. «и,г» ч.1 ст. 61 УК РФ –активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие на иждивении малолетних детей.

Также суд, признавая явку с повинной смягчающим наказанием обстоятельством, ошибочно сослался на п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ, тогда как необходимо было указать на норму закона, предусмотренную п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, в связи с чем судебная коллегия, полагает необходимым приговор изменить, уточнить описательно-мотивировочную часть приговора, без снижения наказания.

В силу ч.2 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание обстоятельствами, судом признаны полное признание вины ФИО1 в совершении преступления на предварительном следствии, состояние его здоровья, 3 группа инвалидности и состояние здоровья его дочери, участие в воспитании и содержании малолетних детей.

Доводы осужденного об оказании пострадавшему помощи непосредственно после нанесения ему телесного повреждения, несостоятельны, так как из показаний свидетеля У., он (ФИО1) активных самостоятельных действий, направленных на действительное оказание какой-либо помощи П. непосредственно после совершения преступления, в том числе, организации вызова "скорой помощи", не совершал. Установлено, что он позвонил соседям, которые пришли в дом с медикаментами, но по их пришествию, постравший уже скончался, в связи с чем оснований для признания указанного обстоятельства в качестве смягчающего наказание п. "к" ч. 1 ст.61 УК РФ, не имеется.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ, п. «б» ч.3 ст. 18 УК РФ, суд признал рецидив преступлений в действиях ФИО1, вид которого является особо опасным.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления ФИО1, относящегося к категории особо тяжких, личности осужденного, суд принял законное и справедливое решение о необходимости назначения осужденному наказания в виде лишения свободы.

Суд обоснованно выполнил при назначении окончательного наказания положения ч.5 ст. 69, ст. 71 УК РФ поскольку установлено, что осужденный виновен в настоящем преступлении, совершенном им до вынесения приговора от 25 марта 2026 года. Однако, в резолютивной части приговора при выполнении положений ч.5 ст. 69 УК РФ, судом правильно указана дата приговора 25 марта 2026 года, а вот во вводной части этот же приговор указан датой 26 мая 2025 года, в связи с чем судебная коллегия полагает необходимым внести во вводную часть приговора уточнения, что ФИО1 осужден по приговору Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 26 марта 2025 года, что не нарушает права на защиту виновного и не влечет смягчения наказания.

Оснований для применения положений ч.6 ст. 15, ч.1 ст. 62,, ч.3 ст. 68, ст. 64, ст. 73 УК РФ, судом первой инстанции справедливо не установлено, с выводами суда соглашается судебная коллегия.

Вид исправительного учреждения, где надлежит отбывать осужденному лишение свободы, определен судом верно в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ и изменению не подлежит.

Наказание, назначенное ФИО1, является справедливым и соразмерным содеянному.

Зачет времени содержания Н.Е.АВ. под стражей до дня вступления приговора в законную силу в срок отбытия наказания судом обоснованно произведен из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима в силу ч. 3.2 ст. 72 УК РФ.

Нарушений уголовного либо уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение (по иным основаниям, кроме изложенного) приговора суда, по делу не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, п.9 ч. 1 ст.389.20, ст.ст. 389.25, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Красногорского районного суда г. Каменск-Уральского Свердловской области от 8 декабря 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

-во вводной части приговора указать, что ФИО1 осужден по приговору Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 26 марта 2025 года, вместо указанной даты приговора 26 мая 2025 года ;

- в описательно- мотивировочной части приговора указать, что явка с повинной является смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, вместо указанного п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы или кассационного представления в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения копии приговора суда, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать о назначении ему защитника.

Председательствующий

Судьи