Решение № 2-2/2019 2-2/2019(2-848/2018;2-3760/2017;)~М-2826/2017 2-3760/2017 2-848/2018 М-2826/2017 от 20 февраля 2019 г. по делу № 2-2/2019

Дело № 2-2/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 февраля 2019 года п. Емельяново

Емельяновский районный суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Ежелевой Е.А. при секретаре Витковской Н.А., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчиков ФИО3, помощника прокурора Емельяновского района Бухаровой Т.С., представителя органа опеки и попечительства администрации Емельяновского района ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 о регистрации перехода права собственности на жилой дом, хозяйственную постройку и земельный участок, гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО1 о расторжении договора купли-продажи и выселении из жилого дома,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5 о регистрации перехода права собственности на двухэтажный жилой дом общей площадью 130 кв.м., хозяйственную постройку площадью 4 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 24:11:0290104:1409, площадью 750 кв.м., расположенные по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30, ссылаясь на то, что указанные объекты она приобрела у ответчика по договору купли-продажи от 14 сентября 2017 года за 850000 рублей; денежные средства были выплачены ответчику в полном объеме до подписания договора; договор был сдан на регистрацию в МФЦ; однако 27 сентября 2017 года при обращении в МФЦ она, ФИО1, получила уведомление о приостановлении регистрации в связи с тем, что ответчик подал заявление о приостановлении регистрации в связи с неполной оплатой по договору; таким образом ответчик стал уклоняться от регистрации сделки.

Одновременно в суд обратился ФИО5 с иском к ФИО1, в котором после уточнения и с учетом письменных пояснений на л.д. 233-235 в томе 2 просит расторгнуть договор купли-продажи от 14 сентября 2017 года, заключенный между ФИО5 в лице ФИО6 и ФИО1 в отношении двухэтажного жилого дома общей площадью 130 кв.м., хозяйственной постройки площадью 4 кв.м. и земельного участка с кадастровым номером 24:11:0290104:1409, площадью 750 кв.м., расположенных по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30, по тем основаниям, что изначально между сторонами была достигнута договоренность о продаже спорных объектов по цене 3800000 рублей; ФИО1 это обстоятельство не оспаривает; в то же время в счет покупной цены уплатила ФИО5 через его представителя ФИО6: 500000 рублей в день подписания предварительного договора от 3 августа 2017 года наличными, 150000 рублей в безналичном порядке, а всего 650000 рублей; остальную сумму ФИО1 до настоящего времени не выплатила, что является, по мнению ФИО5, основанием для расторжения договора и возврата имущества (том 2 л.д. 147-148).

Определением суда от 07 декабря 2017 года дела соединены в одно производство.

В ходе подготовки к судебному разбирательству к участию в деле по иску ФИО1 к ФИО5 в качестве соответчика привлечена ФИО6.

В судебном заседании истец ФИО1 иск о регистрации перехода права собственности поддержала, в обоснование привела изложенные в нем доводы, поддержала объяснения, данные в предыдущих судебных заседаниях.

Представитель ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения иска ФИО1 возражал, просил удовлетворить иск ФИО5; поддержал объяснения, данные в предыдущих судебных заседаниях; дополнительно пояснил, что ФИО1 не оплатила полную стоимость приобретенного имущества, передав ФИО6 только 650000 рублей из 3800000 рублей, подлежащих уплате; что касается денежных средств, переданных супругу ФИО6, то у него нет полномочий на их принятие, представителем ФИО5 он не является; относительно расписки на 2500000 рублей, возможно, ФИО7 действительно подписала чистый лист бумаги, когда готовили документы на сделку и этот лист оказался у ФИО1; впоследствии на этот лист был нанесен печатный текст.

В предыдущих судебных заседаниях представитель ФИО3 пояснял, что в подтверждение якобы расчета с ФИО5 ФИО1 показала ФИО6 платежное поручение о переводе на ее счет 2500 000 рублей; полагая, что денежные средства действительно переведены на ее счет, ФИО6 подписала договор купли-продажи, где цена договора была указана 850000 рублей; однако фактически денежные средства она так и не получила; из оговоренной суммы 3800000 рублей ФИО6 получила 300000 рублей, 50000 рублей и 150000 рублей (том 1 л.д. 84-85, 205-206, том 2 л.д. 125-122, 171-172).

По данному иску ответчик ФИО1 в удовлетворении требований ФИО5 просила отказать, настаивая на том, что расчет с ним через его представителя ФИО6 произведен ею полностью; относительно платежного поручения о переводе 2500000 рублей пояснила, что оно ей не принадлежит; такого перевода она не делала, и ФИО6 такое платежное поручение она не передавала; денежные средства в размере 2500000 рублей она давала лично ФИО6 в доме последней, а 500000 рублей – в машине около дома ФИО6; расписки были уже напечатаны и находились на руках у ФИО6, их готовил риэлтор ФИО6.

Из объяснений ФИО1, данных в судебном заседании 10 июля 2018 года, следует, что расписку на 2500000 рублей печатала она сама, затем приехала с ней к ФИО6 в <...> «а» домой, где передала деньги, а ФИО6 подписала расписку (том 2 л.д. 116).

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, заслушав заключения помощника прокурора Емельяновского района Бухаровой Т.С., полагавшей иск о выселении подлежащим удовлетворению, и представителя органа опеки и попечительства администрации Емельяновского района ФИО4, возражавшей против выселения ФИО1 и ее детей из жилого дома ФИО5, суд пришел к следующему.

Как видно из материалов дела, 7 апреля 2017 года между ФИО5 в лице представителя ФИО6 с одной стороны и ФИО8 с другой стороны был заключен предварительный договор купли-продажи, по которому ФИО5 обязался продать, а ФИО8 купить двухэтажный жилой дом общей площадью 130 кв.м., хозяйственную постройку площадью 4 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 24:11:0290104:1409, площадью 750 кв.м., расположенные по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30, за 3800000 рублей; основной договор купли-продажи стороны обязались заключить до 10 июня 2017 года (том 1 л.д. 33-34).

03 августа 2017 года между ФИО5 в лице ФИО6 и ФИО9 заключено было соглашение, по которому стороны перенесли дату заключения основного договора - не позднее 26 августа 2017 года (том 1 л.д. 37).

14 сентября 2017 года между сторонами был заключен и подписан основной договор купли-продажи (том 2 л.д. 39). Согласно данному договору вышеназванное имущество продано было ФИО5 ФИО1 за 850000 рублей; из них жилой дом с постройкой – за 700000 рублей, земельный участок – за 150000 рублей; данный договор со стороны продавца подписан ФИО6, со стороны покупателя - ФИО1.

Данный договор был представлен на регистрацию 14 сентября 2017 года (том 1 л.д. 40, 41).

21 сентября 2017 года, как это видно из Расписки о получении документов на государственный кадастровый учет и (или) государственную регистрацию прав, ФИО6 по доверенности от ФИО5 обратилась в Управление Росреестра с заявлением о прекращении государственной регистрации прав и возврате документов (том 1 л.д. 39).

24 октября 2017 года, как видно из Уведомления Управления Росреестра, в регистрации перехода права собственности было отказано по причине поступления от продавца заявления о прекращении регистрации (том 2 л.д. 49-55).

В судебном заседании обе стороны подтвердили тот факт, что цена договора от 14 сентября 2017 года, то есть стоимость продаваемого имущества (земельного участка, жилого дома и постройки) составила не 850000 рублей, а 3800000 рублей, как было указано в предварительном договоре.

Таким образом, при разрешении вопроса о цене договора, суд исходит из того, что стоимость продаваемого имущества составляет 3800000 рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Представитель ФИО5 ФИО3 в судебном заседании подтвердил факт получения ФИО6 от ФИО1 по вышеназванному договору 650000 рублей; в остальной части получение денежных средств отрицал, ссылаясь на подложность представленных расписок.

Изучив представленные обеими сторонам доказательства, касающиеся факта оплаты по договору, суд установил, что у ФИО1 имеется несколько расписок о получении денежных средств ФИО6.

Так,

- согласно расписке от 26 июля 2017 года ФИО5 лично получил от ФИО8 200000 рублей в качестве задатка за квартиру и земельный участок по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», дом 30, «в соответствии с предварительным договором от 07 апреля 2017 года» (том 2 л.д. 239);

- согласно расписке от 04 апреля 2017 года ФИО5 в лице ФИО6 получил от ФИО1 100000 рублей в качестве задатка за жилой дом, хозяйственную постройку, земельный участок по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», дом 30, «в соответствии с Предварительным договором от 07 апреля 2017 года» (том 2 л.д. 242);

- согласно распискам от 11 мая 2017 года и 26 мая 2017 года ФИО1 передала ФИО10 соответственно 300000 рублей и 50000 рублей в качестве задатка за дом по адресу: <...> (том 2 л.д. 240, 241).

- согласно расписке от 4 сентября 2017 года ФИО5 в лице ФИО6 получил от ФИО1 по расписке 500000 рублей в счет оплаты за покупаемый ею жилой дом, хозяйственную постройку, земельный участок по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», дом 30, «в соответствии с Предварительным договором от 26 августа 2017 года» (том 2 л.д. 243);

- согласно расписке от 6 сентября 2017 года ФИО5 в лице ФИО6 получил от ФИО1 по расписке 2 500000 рублей в счет оплаты за покупаемый ею жилой дом, хозяйственную постройку, земельный участок по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», дом 30, «в соответствии с Предварительным договором от 26 августа 2017 года» (том 2 л.д. 243).

Согласно платежному поручению от 04 сентября 2017 года № 632335 ФИО1 перевела на счет № 40817810831005031681 в Красноярском отделении ПАО Сбербанк г. Красноярска № 8646 150000 рублей с указанием назначения платежа «В оплату по договору купли-продажи от 30.05.2017 г. по номеру счета 40817810831005031681» (том 2 л.д. 61).

Согласно платежному поручению № 745517 от 14 сентября 2017 года ФИО1 перевела ФИО6 на счет № 40817810831005031681 в Красноярском отделении ПАО Сбербанк г. Красноярска № 8646 2 500000 рублей с указанием назначения платежа «В оплату по договору купли-продажи от 30.05.2017 г. по номеру счета 40817810831005031681» (том 2 л.д. 245).

Согласно соглашению к предварительному договору купли-продажи от 3 августа 2017 года, заключенному между ФИО5 в лице ФИО6 и ФИО9, стороны установили, что «В случае невыхода на сделку до 26 августа 2017 года …ранее переданные денежные средства в размере 550000 рублей будут возвращены Покупателю с продажи объектов недвижимости, 100000 рублей, переданные в качестве задатка по Предварительному договору от 07 апреля 2017 года, остаются у Продавца» (том 2 л.д. 247).

Как следует из объяснений представителей ФИО5 - ФИО3 и ФИО11, а также текста самого искового заявления ФИО5 в первоначальной редакции (ом 1 л.д. 25-22), ФИО5 не отрицает факт получения ФИО6 300000 рублей, 50000 рублей, 100000 рублей, 200000 рублей наличными денежными средствами и 150000 рублей безналичными, а всего на сумму 800000 рублей (том 2 л.д. 117).

Таким образом, в судебном заседании нашел подтверждение факт передачи ФИО1 ФИО5 как лично, так и его представителю ФИО6 денежных средств на сумму 800 000 рублей.

Что касается расписок от 04 сентября 2017 года о передаче 500000 рублей и 06 сентября 2017 года о передаче 2500000 рублей, то суд относится к ним критически, поскольку они опровергаются совокупностью таких доказательств, как Заключение эксперта ООО «Научно-исследовательская лаборатория криминалистических экспертиз «Идентификация» ФИО12 от 24 ноября 2018 года, показания свидетелей, электронная переписка ФИО1 и ФИО6 в виде скриншотов (снимков с экрана).

Так, заключением эксперта ООО «Научно-исследовательская лаборатория криминалистических экспертиз «Идентификация» ФИО12 от 24 ноября 2018 года № 24-10/2018 установлено, что подпись в «Расписке» от 06 сентября 2017 года о передаче денежных средств в размере 2500 000 рублей выполнена самой ФИО6; в то же время установлено, что в расписке от 06 сентября 2017 года первоначально были выполнены рукописные записи и подпись от имени ФИО6, а затем был нанесен печатный текст; в расписке от 04 сентября 2017 года о передаче денежных средств в размере 500 000 рублей совокупность выявленных признаков указывает на высокую вероятность применения технических средств, а именно копирование на просвет (с другого документа); по этой причине ответить на вопрос, выполнена ли подпись, а также фамилия, имя и отчество в данной «Расписке» ФИО6 или другим лицом, не представляется возможным; также установлено, что рукописный (письменный) текст, а также подпись на платежном поручении № 745517 от 14 сентября 2017 года о переводе 2500000 рублей (в правом нижнем углу) выполнены ФИО1 (том 2 л.д. 191-215).

Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется. Эксперт имеет специальное образование, соответствующую квалификацию, был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключение эксперта представляется суду мотивированным, обоснованным и правильным; экспертиза проводилась по поручению суда на основании определения от 01 октября 2018 года, в связи с чем суд полагает возможным положить его в основу решения.

Довод представителя ФИО1 ФИО2 о недопустимости данного доказательства, поскольку заключение является неполным, недостоверным, носит вероятностный характер, является несостоятельным, поскольку доказательств, указывающих на неполноту, недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, не представлено.

Из заключения видно, что исследование подписей ФИО6 и ФИО1 произведено экспертом по методике судебно-почерковедческой экспертизы при изучении всех материалов, представленных эксперту; изложенные в заключении выводы эксперта носят категоричный характер, заключение содержит полные ответы на поставленные вопросы и не имеют неясностей или внутренних противоречий. Вывод о последовательности выполнения печатного текста на расписке от 06 сентября 2017 года и подписи от имени ФИО6 сделан по итогам микроскопического исследования, в ходе которого экспертом было установлено, что при изготовлении данной расписки нарушена была последовательность выполнения реквизитов, печатного текста и рукописных записей; при значительном увеличении пересекающихся штрихов печатного текста со штрихами рукописных текстов при вертикальном освещении установлено, что штрих тонера, лежащий сверху, имеет непрерывный блеск; при механическом удалении небольшого количества тонера на участке пересечения штрихов при помощи острой иголки наблюдаются частицы краски синего цвета штрихов рукописной записи; в этой связи эксперт пришел к вводу о том, что в данной расписке первоначально были выполнены рукописные записи и подпись от имени ФИО6, а затем нанесен печатный текст (том 2 л.д. 193).

Что же касается первого экспертного заключения № 050418-1ЭП от 24 мая 2018 года эксперта ФИО13, в котором сделан противоположный вывод по вопросу об очередности нанесения печатного и рукописного текста в расписке от 6 сентября 2017 года, то оно представляется суду недостоверным, поскольку из исследовательской части видно, что эксперт провел только визуальное исследование и не сделал соскобы на тех участках, где пересекаются штрихи печатного текста и рукописных записей (том 1 л.д. 168-195).

Помимо этого, заключение эксперта ФИО12 от 15 января 2019 года согласуется с иными собранными по делу доказательствами.

В частности, из переписки между ФИО1 и ФИО6 видно, что, начиная с 29 августа 2017 года, ФИО1 в своих сообщениях заверяла ФИО6 в том, что она в ближайшее время с ней рассчитается; при этом 29 августа 2017 года в подтверждение своей платежеспособности она отправила ей снимок счета-выписки корпоративного счета в Бинбанке о движении оборотных средств на общую сумму 6023520 рублей; 04 сентября 2017 года отправила сообщение о том, что подъедет к ФИО6 и передаст ей наличными 500000 рублей, попросила номер карты в Сбербанке; 11 сентября 2017 года отправила снимок платежного поручения о перечислении 150000 рублей; 16 сентября 2017 года, то есть после сдачи документов на регистрацию, которая состоялась 14 сентября 2017 года, на требование ФИО6 рассчитаться за дом направила сообщение о том, что ФИО6 получила все деньги: 04 сентября – по расписке 500000 рублей и 06 сентября – 2500000 рублей, написала, чтобы та больше ее не беспокоила иначе она будет обращаться в полицию; в ответ на данное сообщение ФИО6 написала, что видит присланную ей расписку на 2500000 рублей впервые, согласилась не предложение ФИО1 провести почерковедческую экспертизу (том 1 л.д. 211-250).

Из этой же переписки видно, что 13 сентября 2017 года ФИО1 отправила ФИО6 снимок платежного поручения о переводе ей 2500000 рублей (том 1 л.д. 241).

При сопоставлении данного снимка и представленного суду платежного поручения № 745517 от 14 сентября 2017 года видно, что это одно и тоже платежное поручение о переводе ФИО6 на счет № 40817810831005031681 в Красноярском отделении ПАО Сбербанк г. Красноярска № 8646 2 500000 рублей (том 2 л.д. 245).

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля ФИО14 следует, что он как риэлтор занимался продажей дома ФИО5; ФИО1, которая в это же время продавала земельный участок, решила его купить; обе стороны договорились о цене сделки в 3800 000 рублей; 14 сентября 2017 года решили встретиться в банке на ул. Молокова в Красноярске, так как ФИО1 должна была перевести на счет ФИО6 со своего счета в Бинбанке деньги; встретились все в МФЦ; ФИО1 привезла платежное поручение о переводе ФИО6 2500000 рублей; после сделки стало известно, что ФИО6 деньги так и не получила; после этого он, ФИО14, вместе с ФИО6 приехали в Бинбанк, показали платежное поручение на 2500000 рублей, но им сказали, что данное поручение Бинбанку не принадлежит, так как отличается от шаблонных и шрифтом, и текстом; после этого ФИО14 отправил ФИО1 смс с вопросом, буде ли она рассчитываться с ФИО6, на что ФИО1 попросила его «не лезть в это дело» (том 2 л.д. 117-118).

Из показаний допрошенной в качестве свидетеля ФИО15 следует, что она работает в Сбербанке, занимается решением «проблемных вопросов»; 14 сентября 2017 года к ней на прием пришли ФИО16 и ФИО17; они показали платежное поручение о переводе 2500000 рублей, попросили проверить, пришла ли эта сумма на счет; через службу поддержки ФИО15 выяснила, что деньги не приходили (том 2 л.д. 118-119).

Свидетель ФИО18 показала, что она работает в МФЦ и принимала документы на регистрацию сделки купли-продажи у ФИО17 с ФИО16; помнит, что выясняла у сторон, полностью ли осуществлен расчет, женщины сказали что «да»; однако через три дня пришли ФИО16 с риэлтором, показали какую-то выписку из банка, сказали, что ФИО17 не рассчиталась и поэтому они хотят приостановить регистрацию.

Исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, в том числе заключение эксперта от 24 ноября 2018 года N 24-10/2018, приняв во внимание доводы сторон, показания свидетелей, суд приходит к выводу о том, что ФИО6, действующая как представитель ФИО5 при совершении сделки купли-продажи принадлежащего ему имущества, денежные средства в размере 2500000 рублей от ФИО1 не получала; представленная истцом ФИО1 расписка от 06 сентября 2017 года не может быть признана достоверным доказательством передачи денежных средств ФИО1 ФИО6 и является недействительной, поскольку, как следует из приведенного выше заключения судебной экспертизы № 24-10/2018 от 24 ноября 2018 года рукописные записи и подпись от имени ФИО6 выполнены ранее самого печатного текста; это свидетельствует о том, что ФИО6 проставила свою подпись не в расписке о получении 2500000 рублей, а на чистом листе бумаги, следовательно волю на получение от ФИО1 денежных средств в размере 2500000 рублей не выражала.

Само по себе наличие подписи ФИО6 на расписке от 06 сентября 2017 года, подлинность которой подтверждена заключением эксперта, не может служить достаточным основанием для признания факта получения ФИО6 денег, учитывая иные результаты проведенных судебных экспертиз и отсутствие других доказательств, позволяющих в совокупности установить факт передачи денежных средств.

Также суд приходит к выводу о том, что нельзя признать доказанным и факт передачи истцом ответчику денежных средств в размере 500000 рублей.

Двумя экспертными заключениями ЭКЦ МО ОЭ № 376 от 26 июля 2018 года (том 2 л.д. 125-135) и ООО «Научно-исследовательская лаборатория криминалистических экспертиз «Идентификация» ФИО12 от 24 ноября 2018 года № 24-10/2018 установлено, что данная расписка изготовлена посредством применения технических средств, а именно произведено было копирование на просвет (на освещенном оконном стекле, при искусственном освещении оборотной стороны бумаги) с другого документа, в связи с чем ответить на вопрос «Выполнена ли подпись, а также фамилия, имя и отчество в «Расписке» от 04 сентября 2017 года о передаче денежных средств в размере 500 000 рублей ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, или другим лицом?» не представляется возможным.

При таком положении расписка от 06 сентября 2017 года о передаче денежных средств в размере 500 000 рублей также является недействительной.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 уплатила ФИО5 в лице ФИО6 800000 рублей из 3800000 рублей, следовательно, свои обязательства по оплате недвижимого имущества перед ФИО5 не выполнила.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Изменение и расторжение договора в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или договором. При этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Из содержания приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда только в случаях, предусмотренных законом (в частности, при существенном нарушении договора другой стороной) или договором; неоплата покупателем приобретенного имущества относится к существенным нарушениям условий договора купли-продажи.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", регистрация перехода права собственности к покупателю на проданное недвижимое имущество не является препятствием для расторжения договора по основаниям, предусмотренным статьей 450 ГК РФ.

В силу пункта 4 статьи 453 ГК РФ стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. Вместе с тем согласно статье 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством. Поэтому в случае расторжения договора продавец, не получивший оплаты по нему, вправе требовать возврата переданного покупателю имущества на основании статей 1102, 1104 ГК РФ.

Судебный акт о возврате недвижимого имущества продавцу является основанием для государственной регистрации прекращения права собственности покупателя и государственной регистрации права собственности на этот объект недвижимости продавца.

Учитывая, что ответчик ФИО1 в нарушение требований ст. ст. 56, 60 ГПК РФ не представила надлежащих письменных доказательств оплаты приобретенного у истца ФИО5 недвижимого имущества в размере 3000000 рублей, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных истцом ФИО5 требований о расторжении договора купли-продажи и соответственно о возврате имущества (жилого дома, земельного участка и хозяйственной постройки) в собственность последнего.

Одновременно суд считает необходимым в силу вышеприведенных норм права в порядке применения последствий расторжения договора купли-продажи возложить на истца ФИО5 обязанность по возврату полученных в качестве предоплаты 800 000 рублей.

Поскольку суд удовлетворяет иск ФИО5 к ФИО1 о расторжении договора, и поскольку ФИО1 не представила доказательств надлежащего исполнения своих обязательств по оплате приобретаемого ею имущества, ее иск к ФИО5 о регистрации перехода права собственности удовлетворению не подлежит.

Разрешая требование о выселении ФИО1 из спорного жилого дома, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 11 Жилищного кодекса РФ защита нарушенных жилищных прав осуществляется судом в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством.

Защита жилищных прав осуществляется путем, в том числе, прекращения или изменения жилищного правоотношения; иными способами, предусмотренными настоящим Кодексом, другим федеральным законом.

Согласно ст. 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. 35 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Статья 301 Гражданского кодекса РФ также предоставляет собственнику право истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Статья 12 Гражданского кодекса РФ предусматривает такой способ защиты гражданских прав как пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; прекращение или изменение правоотношения.

В судебном заседании установлено, что собственником жилого дома, расположенного по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30, является ФИО5 (том 2 л.д. 45); ФИО1 членом его семьи не является, на день рассмотрения дела документов на право занятия жилого дома не имеет, доказательства правомерности занятия ею вышеуказанного объекта не представила.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии у ответчика ФИО1 правовых оснований для занятия вышеуказанного жилого помещения и, принимая во внимание то, что на день рассмотрения иска данный объект не освобожден ответчиком, считает заявленные требования о выселении обоснованными и подлежащими удовлетворению. При этом ФИО1 подлежит выселению совместно со всеми членами семьи, включая несовершеннолетних детей: ФИО28 так как в силу п. 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних детей, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Доводы ответчика ФИО1 о том, что спорный жилой дом является единственным местом жительства, выселяться ей некуда и нет возможности решить жилищный вопрос, также не могут быть приняты во внимание, поскольку закон не связывает возможность выселения по основаниям, приведенным в ч. 1 ст. 35 ЖК РФ, с наличием либо отсутствием у выселяемых лиц иного жилого помещения, между тем, проживание ответчика в спорном жилом помещении, при отсутствии для того оснований, нарушает права истца как собственника жилого помещения.

Не имеется в данном случае и оснований для сохранения за ответчиком права пользования спорным домом в соответствии с ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, так как ответчик членом семьи истца не является и никогда не являлась.

Вместе с тем, суд считает возможным на основании ст. 203 ГПК РФ по ходатайству представителя ФИО3 для реализации возложенных на ФИО1 законом родительских обязанностей по воспитанию, содержанию несовершеннолетних детей, осуществлению ежедневной заботы о них исполнение решения в части выселения ФИО1 из жилого дома отсрочить до получения ею 800000 рублей от ФИО5.

При вынесении решения суд также считает необходимым отменить обеспечительную меру в виде ареста на недвижимое имущество (том 1 л.д. 3), поскольку необходимость в ее сохранении отпала.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198, 203 ГПК РФ, суд\

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить.

Расторгнуть договор купли-продажи от 14 сентября 2017 года, заключенный между ФИО5 в лице ФИО6 и ФИО1 в отношении двухэтажного жилого дома общей площадью 130 кв.м., хозяйственной постройки площадью 4 кв.м. и земельного участка с кадастровым номером 24:11:0290104:1409, площадью 750 кв.м., расположенных по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30.

Вернуть данное недвижимое имущество ФИО5.

Определить последствия расторжения договора:

- взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 650000 рублей (восемьсот тысяч) рублей в счет возврата денежных средств, уплаченных ФИО1 по договору,

- выселить ФИО1 из жилого дома с кадастровым номером 24:11:0290104:1424, расположенного по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30, без предоставления другого жилья.

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО5 о регистрации перехода права собственности на двухэтажный жилой дом общей площадью 130 кв.м., хозяйственную постройку площадью 4 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 24:11:0290104:1409, площадью 750 кв.м., расположенные по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30, отказать полностью.

Отменить меры по обеспечению иска, наложенные определением суда от 13 октября 2017 года.

Отменить запрет Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю совершать любые действия, связанные с переходом прав собственности, в том числе с государственной регистрацией прав и перехода прав собственности на: двухэтажный жилой дом общей площадью 130 кв.м., хозяйственную постройку площадью 4 кв.м., земельный участок с кадастровым номером 24:11:0290104:1409, площадью 750 кв.м., расположенные по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30,

Исполнение решения в части выселения ФИО1 из жилого дома с кадастровым номером 24:11:0290104:1424, расположенного по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, п. Солонцы, квартал «Надежды», участок № 30, отсрочить до получения ФИО1 800000 рублей от ФИО5, взысканных с него по настоящему решению.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Емельяновский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Председательствующий: подпись

Копия верна:

Судья Емельяновского РС Е.А.Ежелева