Апелляционное определение № 22-1666/2025 22-53/2026 от 18 января 2026 г.

Дело № 22-53


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Киров 19 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кировского областного суда в составе:

председательствующего Обухова М.Н.,

судей Каштанюк С.Ю., Суворовой В.В.,

при секретаре Малковой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи дело по апелляционной жалобе защитника Мамедова Р.Д.о. на приговор Октябрьского районного суда г. Кирова от 13 ноября 2025 года, которым

ФИО1, <дата> рождения, уроженец <данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Суворовой В.В., мнения осужденного ФИО1, защитника Мамедова Р.Д.о., поддержавших доводы апелляционной жалобы, выступление прокурора Шулятьевой М.И., возражавшей против удовлетворении жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в том, что при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда, <дата> в период с 10 часов 00 минут до 18 часов 53 минут в квартире по адресу: <адрес>, с силой нанес руками и ногами ФИО92 не менее 64 ударов по голове, шее, туловищу, верхним и нижним конечностям, причинив повреждения, относящееся по признаку опасности для жизни к причинившим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекшие за собой его смерть.

В апелляционной жалобе адвокат Мамедов Р.Д.о. выражает несогласие с приговором, полагает, что стороной обвинения не представлено доказательств причастности его подзащитного к преступлению.

Ссылается на ст.ст. 14, 302 УПК РФ, постановление Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29.11.2016 «О судебном приговоре». Считает, что обвинительный приговор построен на предположениях и домыслах, поскольку доказательств того, что осужденный в день смерти причинил потерпевшему повреждения, не имеется.

По мнению защитника, показания малолетнего свидетеля ФИО93 являются недопустимым доказательством, не могут быть положены в основу приговора в связи с тем, что не выяснен вопрос об отсутствии у малолетнего свидетеля психических заболеваний. Ставит под сомнение возможность личного прочтения протокола указанным свидетелем, в связи с тем, что он не умеет читать. Полагает, что малолетнему свидетелю не было разъяснено право не свидетельствовать против своего отца. При допросе следователем не была установлена дата описанных малолетним свидетелем событий. Иные доказательства не подтверждают причастность ФИО1 к совершению преступления.

Версия о том, что потерпевший накануне смерти был участником ДТП, следователем надлежащим образом не проверена.

Просит приговор отменить, оправдать ФИО1 в связи с непричастностью к совершению преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Тихановский В.Д считает приговор суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поступивших на нее возражений, судебная коллегия полагает, что выводы суда о виновности ФИО1 подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании, надлежащая оценка которым дана в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал, заявил, что не причастен к смерти потерпевшего.

Содержание доводов жалобы о недоказанности и необоснованности осуждения ФИО1, по существу повторяют процессуальную позицию защиты в суде, где также были оспорены обстоятельства совершенного преступления; мнение защиты сводилось к оспариванию представленных доказательств, их собственной интерпретации и оценке, и, в целом, к отсутствию в действиях ФИО1 состава уголовно-наказуемого деяния.

В обоснование вывода о виновности ФИО1, суд правильно сослался в приговоре на показания малолетнего свидетеля ФИО93, данные в ходе предварительного следствия о том, что, ФИО1 является его отцом. <дата> он вместе с отцом пошел в гости к ФИО92. ФИО92 и ФИО1 за столом употребляли спиртное, затем потерпевший лег на диван. ФИО1 попросил ФИО92 сходить в магазин за «шкаликами», но тот отказался. Разозлившись на отказ, ФИО1 начал бить потерпевшего кулаками и ногами по телу, в области живота, по лицу. Ногами пинал его сбоку, как пинают мячик, а также бил его сверху вниз, как будто наступал на что-то. Когда отец наносил удары ФИО92, последний кричал «перестань», «помогите», пытался закрыться от ударов, повернулся на правый бок, лицом к стене. Сколько ударов ФИО1 нанес ФИО92, ему неизвестно, но их было много. После нанесенных ударов они ушли из квартиры, ФИО92 остался лежать на диване.

Помимо показаний малолетнего свидетеля ФИО93, виновность осужденного в совершении преступления подтверждается совокупностью доказательств, проверенных судом и изложенных в приговоре.

Из показаний свидетеля ФИО102, следует, что ФИО1 является ее мужем, охарактеризовала его негативно, как злоупотребляющего спиртными напитками, агрессивного, поскольку он неоднократно бил ее и детей без причины. В течение недели, до <дата>, ее сын ФИО93 находился с ФИО1 <дата> она забрала сына, который сразу сообщил ей, что папа убил дядю ФИО92. <дата> от сотрудников полиции узнала, что ФИО92 умер. Сын подтвердил, что видел, как ФИО1 был ФИО92 руками и ногами.

Из показаний свидетеля ФИО108, участкового терапевта КОГКБУЗ «Больница скорой медицинской помощи», следует, что <дата> около 19 часов по вызову о констатации смерти ФИО92 пришла в квартиру по адресу: <адрес>, где в комнате на диване обнаружила труп ФИО92, за столом сидели двое мужчин, представившихся ФИО111 и ФИО112, с их слов узнала, что ФИО92 они обнаружили около 18 часов 00 минут, видели его последний раз <дата> в период с 12 часов 00 минут до 15 часов 00 минут. Она констатировала смерть, написала справку, сообщила в полицию.

Из показаний свидетеля ФИО114, участкового ОП № 1 УМВД России по г. Кирову, следует, что <дата> около 18 часов 53 минут от дежурного поступило сообщение об обнаружении трупа ФИО92 в квартире по адресу: <адрес>. Около 23 часов 00 минут прибыла в квартиру, где на диване обнаружила труп ФИО92. За столом в комнате также находились ФИО111 и ФИО118, которые сообщили, что около 18 часов 00 минут обнаружили ФИО92 мертвым. Со слов ФИО120, в 14 часов ФИО111 был жив, повреждений у него не было.

Из показаний свидетеля ФИО111, следует, что он часто ходил к ФИО92, с которым употреблял спиртное. ФИО1 также приходил к ФИО92. Неоднократно видел синяки на лице ФИО92, со слов последнего знает, что его бил ФИО1 <дата> около 18 часов 00 минут он пошел к ФИО92, у дома встретил ФИО118, с которым зашел в квартиру и обнаружил ФИО92 мертвым, лежащим на диване. По их просьбе соседка вызвала скорую медицинскую помощь.

Из показаний свидетеля ФИО120 следует, что <дата> около 12 часов 40 минут он и ФИО92 ходили в магазин за спиртом. В 14 часов 30 минут он (ФИО120) ушел собирать бутылки, при этом ФИО92 жалоб на здоровье не высказывал, повреждений на его теле и лице не было. Около 18 часов 20 минут он вместе с ФИО111 зашел в квартиру ФИО92 и обнаружили его мертвым.

Из показаний свидетеля ФИО135 следует, что к потерпевшему часто приходил мужчина с ребенком лет 8-10 на вид. <дата> она сидела на лавочке у дома, около 15-16 часов из подъезда дома, в котором находится квартира ФИО92, вышел мужчина с ребенком, которого она ранее видела у ФИО92. Мужчина был одет в красную футболку, темные штаны, при нем была сумка. В этот же день ФИО92 нашли мертвым.

Из показаний свидетеля ФИО139, продавца магазина «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, следует, что <дата> около 12 часов 29 минут в магазин пришел ФИО92, купил «шкалик». В 12 часов 48 минут в магазин пришел ФИО1 с сыном, купил сигареты и печенье. Около 14 часов 20 минут ФИО1 вместе с сыном снова пришел, купил 2 бутылки спирта.

Также в основу приговора положены письменные доказательства:

- сведения КОГБУЗ «Больница скорой медицинской помощи», согласно которым <дата> в 18 часов 35 минут поступил вызов о необходимости констатация смерти ФИО92 по адресу: <адрес>;

- протокол осмотра места происшествия от <дата>, которым зафиксирована обстановка в квартире по адресу: <адрес>, в том числе, на диване обнаружен труп ФИО92, зафиксирована его поза;

- протоколы осмотра мест происшествий от <дата>, согласно которым из жилища ФИО1, расположенного по адресу: <адрес>, гаража, изъяты, принадлежащие ему: футболка красного цвета и штаны синего цвета, сланцы;

- протокол выемки, согласно которому у свидетеля ФИО139 изъят оптический диск, содержащий видеозаписи из магазина «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, за <дата>.

- протокол осмотра указанной видеозаписи, которым установлено, что <дата> ФИО1, одетый в футболку красного цвета, синие спортивные штаны и сланцы, заходил в магазин с сыном ФИО93 в 12 часов 48 минут и 14 часов 19 минут. <дата> в 12 часов 29 минут в магазин заходил ФИО92, а в 18 часов 06 минут в магазин заходил ФИО120. Внешний вид ФИО92, его походка, поза не свидетельствуют о том, что он травмирован, либо испытывает заметные проблемы со здоровьем.

- заключение эксперта № № от <дата> (экспертиза трупа), согласно которому смерть ФИО92 наступила от закрытой тупой травмы груди и живота (повреждения указанные в пункте 1 «а») с переломами рёбер и разрывом селезёнки, осложнившейся обильной кровопотерей. Установлены следующие повреждения, имеющие признаки прижизненного происхождения:

а) кровоподтёк с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани на спине слева в нижней трети с распространением на левую боковую поверхность груди, закрытые локальные разгибательные переломы левых 7, 8, 9, 10, 11, 12 рёбер по линии сверху от левой задней подмышечной линии снизу до левой околопозвоночной линии с повреждением пристеночной плевры в области 7, 8, 9, 10, 11 рёбер, закрытые отрывы левых 7, 8, 9, 10 рёбер от позвоночника с повреждением пристеночной плевры, кровоизлияние в желудочно-селезёночной связке, разрыв селезёнки (закрытая тупая травма груди и живота);

б) кровоподтёк с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани на левой боковой поверхности груди в средней трети, закрытые локальные разгибательные переломы левых 4, 5 рёбер по левой задней подмышечной линии с повреждением пристеночной плевры, повреждение нижней доли левого лёгкого (закрытая тупая травма груди);

в) кровоподтёк с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани на передней поверхности груди по центру в средней трети, закрытый локальный перелом тела грудины в 4 межреберье, закрытые конструкционные сгибательные переломы правых 2, 3, 4, 5, 6 рёбер по правой средне-ключичной линии с повреждением пристеночной плевры в области 3, 4, 5 рёбер, закрытые конструкционные сгибательные переломы левых 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8 рёбер по левой передней подмышечной линии с повреждением пристеночной плевры в области 4, 7, 8 рёбер (закрытая тупая травма груди);

г) кровоподтёки на передней и левой боковой поверхности груди (50), в левой скуловой области, на левой щеке, в левой околоушной области с распространением на левую боковую поверхность шеи (1), в правой теменно-височной области (1), на левом плече по наружной поверхности (6), на левой голени по передней поверхности (3).

Учитывая данные о трупных явлениях, зафиксированных в ходе исследования трупа, аутолитические изменения внутренних органов, неизвестные условия хранения и транспортировки до момента исследования трупа, можно предположить, что давность смерти ФИО92 составляет около двух - пяти суток на момент начала исследования (<дата> 8 часов 30 минут).

Повреждения, указанные в пункте 1 «а», составляющие закрытую тупую травму груди и живота, образовались от одного ударного воздействия твёрдого тупого предмета с ограниченной контактной поверхностью, с силой, достаточной для их образования, в область спины слева в направлении вероятнее всего сзади наперёд и слева направо.

Данные повреждения (пункт 1 «а»), как единый комплекс травмы (закрытая тупая травма груди и живота), в совокупности, по признаку опасности для жизни, относятся к причинившим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека (пункт 6.1.16 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённые приказом М3 и СР РФ № 194н от 24.04.2008).

Повреждения, указанные в пункте 1 «б», составляющие закрытую тупую травму груди, образовались от одного ударного воздействия твёрдого тупого предмета с ограниченной контактной поверхностью, с силой, достаточной для их образования, в область левой боковой поверхности груди в направлении вероятнее всего слева направо, на что указывают локализация и морфологические особенности повреждений.

Данные повреждения (пункт 1 «б»), как единый комплекс травмы (закрытая тупая травма груди), в совокупности, по признаку опасности для жизни, относятся к причинившим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека (пункт 6.1.10 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённые приказом М3 и СР РФ № 194н от 24.04.2008).

Повреждения, указанные в пункте 1 «в», составляющие закрытую тупую травму груди, образовались от одного ударного воздействия или ударно-сдавливающего воздействия твёрдого тупого предмета с ограниченной контактной поверхностью, с силой, достаточной для их образования, в область передней поверхности груди в направлении вероятнее всего спереди назад, на что указывают локализация и морфологические особенности повреждений.

Данные повреждения (пункт 1 «в»), как единый комплекс травмы (закрытая тупая травма груди), в совокупности, по признаку опасности для жизни, относятся к причинившим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека (пункт 6.1.11 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённые приказом М3 и CP PФ № 194н от 24.04.2008).

Повреждения, указанные в пункте 1 «г», образовались от шестидесяти одного или более ударных воздействий твёрдого тупого предмета (предметов) с ограниченной контактной поверхностью, с достаточной для их образования силой, в указанные области головы в направлениях вероятнее всего спереди назад и сверху вниз, в указанные области груди, верхних и нижних конечностей в направлениях вероятнее всего спереди назад и слева направо, на что указывают локализация и морфологические особенности повреждений.

Подобные повреждения (пункт 1 «г») у живых лиц, обычно, относятся к не причинившим вреда здоровью человека (пункт 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённые приказом М3 и СР РФ № 194н от 24.04.2008).

Не исключается возможность образования всех повреждений, указанных в пунктах 1 «а», «б», «в», «г», при нанесении множественных ударов руками и ногами, обутыми в обувь, по голове и телу.

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается и иными, изложенными в приговоре доказательствами.

Данные доказательства судом положены в основу приговора, поскольку они последовательны. Каких-либо противоречий в показаниях свидетелей, по существенно значимым обстоятельствам дела, подлежащим доказыванию на основании ст. 73 УПК РФ, вопреки доводам жалобы, судебная коллегия не усматривает.

Оснований не доверять положенному в основу приговора заключению эксперта у суда не имелось, поскольку оно соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, выполнено квалифицированным экспертом, имеющим необходимый опыт работы, выводы которого являются полными и непротиворечивыми.

Вопреки доводам жалобы, изложенные в приговоре выводы, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оценены судом, и надлежащим образом обоснованы, мотивированы. Судебная коллегия с данными выводами согласна.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют. Все значимые обстоятельства по делу установлены верно. Оснований для переоценки выводов суда, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе, не имеется.

Следует отметить, что приведенные стороной защиты в апелляционной жалобе ссылки на отдельные доказательства, в том числе показания свидетелей по делу, носят односторонний характер, не отражают в полной мере их существо, и оценены автором апелляционной жалобы в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре. Существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется.

Судом первой инстанции проверена версия стороны защиты о том, что смерть потерпевшего наступила от телесных повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия, и отвергнута, как несостоятельная, чему в приговоре дана надлежащая оценка.

Проанализированы показания свидетелей ФИО93, ФИО102, ФИО135, ФИО111, ФИО120, ФИО155, ФИО139, ФИО108, ФИО158, ФИО114, ФИО160, эксперта ФИО161, письменные материалы дела, вещественные доказательства, в том числе, видеозапись из магазина, заключение эксперта, информацию Госавтоинспекции, иные, изложенные в приговоре доказательства. Указанные доказательства в совокупности, вопреки доводам жалобы, позволяют сделать вывод, что при указанных в приговоре обстоятельствах именно ФИО1 умышленно причинил ФИО92 повреждения, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего.

Вопреки доводам жалобы, суд обоснованно не усмотрел оснований для признания недопустимым доказательством показаний малолетнего свидетеля ФИО93, данных на предварительном следствии, поскольку они получены в соответствии с требованиями статей 187 - 189, 191 УПК РФ, в присутствии законного представителя и педагога-психолога, перед началом допроса свидетелю были разъяснены как общие права и обязанности, так и положения ст. 51 Конституции Российской Федерации о праве не свидетельствовать против своих близких родственников (родителей), ч. 4 ст. 56 УПК РФ, а также в соответствии с ч. 2 ст. 191 УПК РФ разъяснена необходимости говорить правду. При этом показания малолетнего свидетеля последовательны, согласуются с другими доказательствами по фактическим обстоятельствам, времени и месту, в связи с чем, как не вызывающие сомнений в своей достоверности, были правильно положены судом в основу при постановлении приговора. Оснований, предусмотренных ст. 196 УПКРФ, для назначения и проведения судебно-психиатрической экспертизы в отношении свидетеля ФИО93, о чем указано в апелляционной жалобе, не имелось.

Таким образом, действия ФИО1 верно квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Судом правильно установлен умышленный характер действий осужденного и неосторожная форма вины к наступившим последствиям. Оснований для переквалификации действий ФИО1 на иные, менее тяжкие составы преступлений и оправдания не имеется. Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению приговора суда.

Приговор соответствует требованиям ст.ст. 297, 307 УПК РФ, суд подробно изложил описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, а также доказательств, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Данных о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права ФИО1 на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его прав и свобод, а также о том, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается.

Напротив, как следует из материалов уголовного дела, судебное разбирательство назначено и проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств дела, данных о его личности, наличия смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного.

Выводы суда по назначению наказания в приговоре мотивированы и являются правильными.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд верно учел: состояние здоровья осужденного (наличие психического расстройства), наличие малолетних детей у осужденного.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, суд верно не усмотрел.

Выводы суда о невозможности исправления осужденного без изоляции от общества, и об отсутствии оснований для применения в отношении него положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, соответствуют материалам дела, надлежащим образом мотивированы в приговоре и являются правильными.

Вид исправительного учреждения назначен ФИО1 верно в соответствии со ст. 58 УК РФ.

В срок отбывания наказания осужденному обоснованно, в соответствии с требованиями п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, зачтено время его содержания под стражей по делу в качестве меры пресечения.

Существенных нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона, допущенных в ходе предварительного, либо судебного следствия, которые могут повлечь за собой отмену или изменение приговора суда первой инстанции, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Октябрьского районного суда г. Кирова от 13 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Мамедова Р.Д.о. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам, установленным гл. 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара Самарской области) в течение 6 месяцев со дня вступления его в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии определения. В случае принесения представления, либо обжалования определения суда апелляционной инстанции, стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: