Решение № 2-1802/2019 2-1802/2019~М-1003/2019 М-1003/2019 от 25 апреля 2019 г. по делу № 2-1802/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 апреля 2019 года г.Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Сидоренковой Т.Н., при секретаре Поповой А.А., с участием прокурора Лейдерман Н.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-1802/2019 по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Иркутскэнерго» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО «Иркутскэнерго» о компенсации морального вреда, вследствие причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием, указав, что с 1963 года работал на Иркутской ТЭЦ-10, занимал должность электрослесаря по ремонту приборов теплотехнического контроля и автоматики тепловых процессов, трудовые отношения прекращены в 1994 году в связи с выходом на пенсию. В период трудовых отношений получил профессиональное заболевание, двухсторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха, в дальнейшем ему установлена степень утраты трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием 40%. Истец указывает, что поскольку в период трудовой деятельности получил профессиональное заболевание, то имеет право на компенсацию морального вреда, размер которой определил в 900000 руб.

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования, просил их удовлетворить в полном объеме, по доводам, приведенным в исковом заявлении, также пояснил, что 1 апреля 1989 года перевелся на работу в цех рыбоводного хозяйства на должность инженера гидромеханика.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании ордера, исковые требования поддержала в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ПАО «Иркутскэнерго» ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении иска в полном объеме, так как истец во вредных условиях работал до 7 июля 1988 года, соответственно вред здоровью мог быть причинен до введения в действие законодательного акта, которым была установлена ответственность в виде компенсации морального вреда.

Рассмотрев материалы дела, выслушав участников процесса, заключение прокурора Лейдерман Н.Л., полагавшего, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, суд с учетом всех обстоятельств дела приходит к следующим выводам.

Статьей 37 Конституции РФ провозглашено право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу ст.209 ТК РФ безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов.

На основании статей 21, 220 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ и иными федеральными законами.

Согласно ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании трудового договора и фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно Уставу, ПАО «Иркутскэнерго» (ранее ОАО) состоит из филиалов и представительств, ТЭЦ-10 расположено в г.Ангарске Иркутской области и является филиалом, входящим в состав ПАО «Иркутскэнерго».

Из материалов дела видно, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ПАО «Иркутскэнерго», 27 мая 1982 года принят в цех тепловой автоматики и измерений электрослесарем по ремонту приборов теплотехнического контроля тепловых процессов в цехах котлотурбинном и топливоподачи, 1 августа 1988 года был переведен в рыбоводное хозяйство инженером-гидромехаником, трудовые отношения прекращены 10 февраля 1994 года, уволен по собственному желанию

Данные обстоятельства подтверждаются приказом о приеме на работу в ТЭЦ-10, приказами о переводе, трудовым договором и сведениями из трудовой книжки и не были оспорены ответчиком.

ФИО1 согласно его доводам, работал во вредных условиях труда, работа производилась в условиях воздействия вредных, неблагоприятных производственных факторов.

11 апреля 1996 года Ангарским городским центром госсанэпиднадзора составлен акт расследования профессионального заболевания, которым установлена причинно-следственная связь между возникновением профессионального заболевания и исполнением истцом трудовых обязанностей в качестве электрослесаря по обслуживания автоматики и средств измерения электростанций, занятого в котлотурбинном цехе и цехе подачи топлива ТЭЦ-10, а именно в результате длительного контакта с шумом, превышающем ПДУ по шуму на 5-10 дба.

Согласно заключению Ангарского филиала ФГБУ «Восточно-сибирский научный центр экологии человека» СО РАМН № от 3 июля 2013 года у ФИО1 имеется профессиональное заболевание двусторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха.

Таким образом, Актом установлена причинно-следственная связь между возникновением профессионального заболевания и исполнением истцом трудовых обязанностей на предприятии ответчика, при этом, наличие вины работника не установлено.

Заключением МСЭ ФИО1 в 1997 году бессрочно установлена утрата профессиональной трудоспособности 40% в связи с профзаболеванием.

Анализируя имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу о том, что в судебном заседании установлен факт причинения вреда здоровью истца, однако как видно из представленных документов, работа истца во вредных условиях прекращена в июле 1988 года.

В силу требований ст.22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

ФИО1 обратился в суд с иском к своему работодателю ПАО «Иркутскэнерго» о возмещении морального вреда, поскольку считает, что в результате воздействия вредных факторов, а именно производственного шума, причинен вред его здоровью, в результате им приобретено профессиональное заболевание «профессиональная двусторонняя нейро-сенсорная тугоухость с легкой степенью снижения слуха».

В период трудовых отношений ФИО1 действовал КЗоТ РСФСР.

В соответствии со ст.2 КЗоТ РСФСР каждый работник имеет право: на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, на возмещение ущерба, причиненного повреждением здоровья в связи с работой.

Согласно ст.139 КЗоТ РСФСР на всех предприятиях, в учреждениях, организациях создаются здоровые и безопасные условия труда. Обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на администрацию предприятий, учреждений, организацией.

Способ защиты нарушенных трудовых прав работника в виде компенсации морального вреда КЗоТ РСФСР не предусматривал.

Данный способ защиты был установлен ст.131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, утвержденных ВС СССР 31 мая 1991 года №2211-1, действие которой распространено на территории РФ с 3 августа 1992 года. в соответствии с данной статьей моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Постановлением Верховного Совета РФ от 24 декабря 1992 года №4214-1 были утверждены Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, которые введены в действие с 1 декабря 1992 года. Статьями 8 и 30 указанных Правил впервые включено в состав выплат потерпевшему возмещение морального вреда.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» учитывая, что вопросы компенсации морального вреда в сфере гражданских правоотношений регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношний и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

Согласно п.6 указанного Постановления, если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе, и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (п.1 ст.54 Конституции Российской Федерации).

Из представленных документов следует, что вред здоровью, с которым истец связывает физические и нравственные страдания, был причинен до 3 августа 1992 года, то есть до введения в действие законодательного акта, предусматривающего возможность компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

Установление ФИО1 диагноза профессионального заболевания было обусловлено работой у ответчика.

Однако на период трудовых отношений такой вид ответственности как компенсация морального вреда не был установлен.

В связи с чем, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО «Иркутскэнерго» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца с даты составления мотивированного решения, которое будет составлено 30 апреля 2019 года.

Судья Т.Н.Сидоренкова