Апелляционное определение № 33-951/2026 от 27 апреля 2026 г.

Судья Бахарева И.В.

№ 33-951/2026

УИД 51RS0006-01-2025-001972-09

Мотивированное
апелляционное определение

изготовлено 28 апреля 2026 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск

15 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

Киселевой Е.А.

ФИО2

с участием прокурора

Попко А.Н.

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-43/2026 по исковому заявлению ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО, к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью ребенку,

по апелляционной жалобе ФИО5 на решение Мончегорского городского суда Мурманской области от 20 января 2026 г.

Заслушав доклад судьи Киселевой Е.А., выслушав заключение прокурора Мурманской областной прокуратуры Попко А.Н., полагавшего решение законным и обоснованным, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

установила:

ФИО4 обратилась в суд с иском в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО. к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью ребенку.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 06 января 2025 г. в 18 часов 30 минут она передала своего ребенка ФИО под ответственность работников детской комнаты «Смешарики», расположенной в ТЦ «Мега Парнас» по адресу: .... Спустя непродолжительное время ей поступил звонок от сотрудников указанной игровой площадки с сообщением о получении травмы ее сын. Несмотря на полученную ребенком травму (***), персонал игровой площадки ограничился холодным компрессом без вызова скорой медицинской помощи.

Через непродолжительное время самочувствие сына ухудшилось, истец была вынуждена самостоятельно обратиться в больницу, где ребенку поставлен диагноз: «***».

В результате указанного случая ребенку причинен вред здоровья по причине оказания услуг, не отвечающих правилам безопасности, истцу и ее сыну причинен моральный вред, который заключается в физических и нравственных страданиях. После полученной травмы ребенок не имел возможности посещать развлекательные мероприятия, вынужден был соблюдать постельный режим, что негативно сказывалось на психическом состоянии, в его поведение произошли перемены (***.), капризность, быстрая утомляемость, ухудшение учебных навыков, чего ранее не было. Истцу пришлось отложить поездку в Турцию по причине того, что перелет авиатранспортом противопоказан ***.

Истец просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей в свою пользу и 90 000 рублей в пользу несовершеннолетнего ФИО., а также штраф в размере 50% от удовлетворенной судом суммы.

Судом принято решение, которым исковые требования ФИО4 удовлетворены частично. С ФИО5 в пользу ФИО в лице законного представителя ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в размере 30 000 рублей, штраф в размере 15 000 рублей, в удовлетворении остальной части требований отказано. В доход местного бюджета муниципального образования город Мончегорск с ФИО5 взыскана государственная пошлина в сумме 4000 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО5, ссылаясь на нарушение норм материального права, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы выражает несогласие с выводами суда о наличии вины ответчика в получении травмы ребенком, полагая, что судом не установлены достаточные доказательства причинения существенного вреда здоровью и прямой причинно-следственной связи между действия (бездействия) персонала игровой комнаты и заявленными последствиями (при отсутствии патологий по результатам обследования, отсутствии наблюдения у врача-*** и постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела).

Указывает, что по результатам внутренней проверки и опроса персонала установлено, что в действиях сотрудников отсутствовали признаки халатности либо ненадлежащего исполнения должностных обязанностей; первая медицинская помощь пострадавшему ребенку была оказана незамедлительно в полном объеме и в строгом соответствии с установленными требованиями.

Обращает внимание, что в момент происшествия каких-либо признаков тяжелого вреда здоровью ребенка зафиксировано не было, мать ребенка не потребовала вызова скорой медицинской помощи, согласившись на оказание первой помощи силами персонала игровой комнаты.

Отмечает, что обращение за специализированной медицинской помощью последовало спустя значительное время (4 часа) после инцидента, что, по мнению подателя жалобы, объективно не позволяет с достоверностью установить причинно-следственную связь между описанным событием и характером имеющихся у несовершеннолетнего повреждений.

Полагает, что представленная истцом медицинская документация подтверждает сам факт события повреждения здоровья ребенка, однако не свидетельствует о получении данных повреждений вследствие виновных действий сотрудников детской игровой комнаты; анамнез указан со слов матери ребенка, действительность которого медицинскими работниками не проверяется.

Указывает, что при определении размера компенсации морального вреда суд не исследовал материальное положение ответчика, прекратившего статус индивидуального предпринимателя до подачи настоящего иска, что повлекло снижение уровня ее дохода и изменение финансово-экономического положения, взысканная судом сумма является обременительной для ответчика как физического лица.

Считает, что суд не учел факт получения ФИО4 компенсации в размере 10 000 рублей добровольно выплаченной ответчиком до обращения истца в суд.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились истец ФИО4, ответчик ФИО5, извещенные о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке, в том числе с учетом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия считает возможным в соответствии с положениями части 3 статьи 167 и части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц, поскольку их неявка не является препятствием для рассмотрения дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия находит решение суда законным и обоснованным.

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относится право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Статьей 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Согласно абзацу первому пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В силу пункта 1 статьи 4 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 230-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) продавец (исполнитель) обязан оказать потребителю услугу, качество которой соответствует договору.

При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона о защите прав потребителей потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

В силу пунктов 8,9 и 10 названного Закона потребитель имеет право на полную и достоверную информацию об исполнителе и предоставляемой услуге. Тогда как согласно пункту 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 14 Закона о защите прав потребителей вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме (часть 1).

Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет (часть 2).

Изготовитель (исполнитель) несет ответственность за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя в связи с использованием материалов, оборудования, инструментов и иных средств, необходимых для производства товаров (выполнения работ, оказания услуг), независимо от того, позволял уровень научных и технических знаний выявить их особые свойства или нет (часть 4).

Таким образом, по смыслу вышеприведенных норм закона именно на исполнителе, оказавшем услугу, при оказании которой был причинен вред здоровью потребителя, лежит бремя доказывания отсутствия его вины в причинении указанного вреда, то есть бремя доказывания факта оказания услуги надлежащего качества, либо отсутствия причинно-следственной связи между причинением вреда и оказанием услуги. Вместе с тем для разрешения дел рассматриваемой категории не имеет правового значения факт наличия либо отсутствия договорных отношений между потерпевшим и названным исполнителем.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 06 января 2025 г. в 18 часов 30 минут ФИО4 передала своего ребенка ФИО., _ _ года рождения, под ответственность работников детской игровой комнаты «Смешарики», расположенной в ..., что подтверждается анкетой и корешком анкеты.

Владельцем указанной игровой комнаты являлась ИП ФИО5, ОГРН *, ИНН *. Деятельность индивидуального предпринимателя прекращена 14 сентября 2025 г.

Обстоятельства посещения истцом и ее ребенком детской игровой комнаты сторонами не оспаривались.

06 января 2025 г. несовершеннолетний ФИО., находясь в указанной детской игровой комнате, упал и ударился об угол мебели, расположенной в зоне игровой площадки, рассек ***, о чем сотрудники детской игровой комнаты сразу же сообщили истцу по телефону, оказали первую медицинскую помощь. Через непродолжительное время у ребенка открылась рвота, в связи с чем истец вынуждена была обратиться в больницу.

Согласно выписному эпикризу Санкт-петербургского государственного учреждения здравоохранения «Детская городская больница № 2 святой Марии Магдалины» от 06 января 2025 г., ФИО., _ _ года рождения, находился в стационаре 06 января 2025 года с 22 часов 35 минут до 23 часов 52 минут. В анамнезе отражено: «со слов сегодня около 18-40 упал *** в детской комнате «Смешарики» Мега-Парнас, потери сознания не было, рвота», поставлен заключительный клинический диагноз: «***».

По факту получения несовершеннолетним ФИО. телесных повреждений ФИО4 обратилась в УМВД России по Всеволожскому району Ленинградской области, где была проведена проверка по материалу проверки КУСП * от 06 марта 2025 г., по результатам которой инспектором ПДН ОУУП и ПДН УМВД России по Всеволожскому району Ленинградской области 15 марта 2025 г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления.

22 января 2025 г. ФИО4 подана досудебная претензия ИП ФИО5 о возмещении морального вреда ей и ее ребенку в сумме 100 000 рублей, а также затрат на покупку лекарств в сумме 349 рублей.

Из отзыва ИП ФИО6 на претензию следует, что ответчик не находит объективного подтверждения обстоятельств, изложенных в претензии, а именно: отсутствуют доказательства, что инцидент произошел по вине сотрудников или организации. Игровая площадка оборудована в соответствии с ее назначением и соответствует всем необходимым нормам безопасности. В действиях сотрудников ответчик не усматривает халатности или ненадлежащего исполнения обязанностей, первая медицинская помощь была оказана незамедлительно. Однако, несмотря на отсутствие доказательств вины организации, в целях сохранения репутации и по доброй воле ответчик готова возместить стоимость лекарственных средств в размере 349 рублей 50 копеек, и выплатить компенсацию морального вреда в 10 000 рублей.

Согласно платежному поручению № 12 от 11 февраля 2025 г. ИП ФИО6 перевела ФИО4 денежные средства в размере 10 349 рублей 50 копеек.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьей 1064, 1087, 1095, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона о защите прав потребителей, оценив представленные доказательства, как в обоснование заявленных требований, так и в обоснование возражений на них, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу, что вследствие оказания ответчиком семье истца как потребителям услуг ненадлежащего качества несовершеннолетнему ФИО был причинен вред здоровью, что влечет возложение на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда.

Основания и мотивы, по которым суд пришел к таким выводам, а также доказательства, принятые судом во внимание, приведены в мотивировочной части решения, и оснований считать их неправильными, в том числе по доводам апелляционной жалобы ФИО5, у судебной коллегии не имеется.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (абзац 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»)

В соответствии с абзацем 3 пункта 14 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ в случае причинения вреда малолетним (в том числе и самому себе) в период его временного нахождения в организации, осуществлявшей за ним в этот период надзор, либо у лица, осуществлявшего надзор за ним на основании договора, эти организации или лицо обязаны возместить причиненный малолетним вред, если не докажут, что он возник не по их вине при осуществлении надзора.

Образовательные, медицинские и иные организации, где малолетний временно находился, а также лица, осуществляющие над ним надзор на основании договора (пункт 3 статьи 1073 Гражданского кодекса Российской Федерации), отвечают только за неосуществление должного надзора за малолетним в момент причинения им вреда.

Из приведенных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что именно на лице, осуществляющие надзор за малолетним на основании договора, у которого ребенок временно находился, лежит обязанность по обеспечению безопасности жизни и здоровья несовершеннолетнего в период нахождения у этого лица, пока последний не докажет, что вред причинен не по его вине.

Между тем доказательств отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью несовершеннолетнему ФИО., того, что ребенок получил травмы при иных обстоятельствах, чем заявлены истцом, ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

Приведенные в жалобе доводы не опровергают факт получения несовершеннолетним ФИО. травмы именно в период нахождения в детской игровой комнате «Смешарики», поскольку данный факт подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе медицинскими документами, из которых усматривается, что при обращении за медицинской помощью сыну ФИО4 последовательно указывала на время и обстоятельства причинения травмы, а именно – 06 января 2025 г. упал *** в детской комнате «Смешарики».

То обстоятельство, что обращение истца за медицинской помощью ее сыну последовало спустя некоторое время после инцидента, не свидетельствуют о том, что падение ребенка и получение им травмы произошло в ином месте и при других обстоятельствах.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, время, место и обстоятельства получения несовершеннолетним ФИО травмы и другие юридически значимые обстоятельства правильно установлены судом при отсутствии доказательств получения травмы ребенком в ином месте и при других обстоятельствах.

Отказ в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления связан с установлением степени тяжести вреда здоровью, сам по себе не свидетельствует об отсутствии самого события, при котором ребенку причинен вред здоровью.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о возложении обязанности по компенсации морального вреда на ФИО5 как лицо, осуществляющего надзор за несовершеннолетним ФИО в период его временного нахождения в игровой комнате и обязанное создать надлежащие условия, гарантирующие безопасное пребывание ребенка в игровой комнате.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, действующей от имени и в интересах несовершеннолетнего сына, а также от своего имени, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая имевшие место фактические обстоятельства дела, при которых несовершеннолетнему причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в причинении вреда здоровью, связанные с болевыми ощущениями, характер причиненных страданий и степень их выраженность - рана, которая не повлекла хирургического вмешательства, возраст ребенка, нравственные страдания истца, как родителя пострадавшего малолетнего сына, связанные с переживанием за состояние его здоровья, суд первой инстанции пришел к выводу, что компенсация морального вреда в размере 30 000 рублей в пользу несовершеннолетнего ФИО и в сумме 10 000 рублей в пользу ФИО4 будет соответствовать фактическим обстоятельствам дела, индивидуальным особенностям ребенка, степени понесенных истцом и ее ребенком физических и нравственных страданий, требованиям разумности и справедливости.

Учитывая, что размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку судом совокупности обстоятельств, ссылки в апелляционной жалобе, указывающие на несогласие с определенным судом размером денежной компенсации морального вреда, в силу субъективности такой оценки, не могут быть приняты судебной коллегией в качестве основания для изменения присужденной судом компенсации.

По смыслу норм материального права, моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом, денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Судебная коллегия находит размер взысканной судом компенсации морального вреда соразмерным причиненным истцу и ее ребенку физическим и нравственным страданиям. Определенный судом размер компенсации морального вреда установлен с учетом характера причиненных истцу нравственных страданий, отвечает требованиям законодательства, соответствует фактическим обстоятельствам и характеру причиненного вреда, тому объему нравственных страданий, о которых истцом заявлено, и не нарушает критериев разумности и справедливости.

Оснований для изменения размера определенной судом суммы компенсации морального вреда судебной коллегией не установлено.

Вместе с тем, принимая во внимание, что ФИО6 добровольно до подачи настоящего иска в суд выплатила ФИО4 денежные средства в счет компенсации морального вреда в сумме 10 000 рублей, суд пришел к верному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в части взыскания с ответчика в пользу ФИО4 компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

Таким образом, вопреки утверждению подателя жалобы, суд первой инстанции при разрешении требований о компенсации морального вреда учел тот факт, что денежная компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей была добровольно выплачена ответчиком истцу.

Поскольку требования ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего сына, о взыскании компенсации морального вреда частично удовлетворены, судом первой инстанции на основании пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей правомерно в пользу истца с ответчика взыскан штраф в размере 50% от присужденной ко взысканию в пользу потребителя суммы, которая не была выплачена в добровольном порядке на момент рассмотрения спора судом ответчиком.

Доводов о несогласии с определенным судом размером компенсации морального вреда, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, законность и обоснованность решения суда в указанной части в силу положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является предметом проверки судебной коллегии.

Фактически приведенные в жалобе доводы сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат указание на обстоятельства и факты, которые не были проверены или учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы правовое значение для вынесения решения по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, фактически основаны на ошибочном толковании норм права, направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для переоценки которых и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Несогласие подателя апелляционной жалобы с данной судом оценкой обстоятельств дела не дает оснований считать решение суда неправильным.

Не усматривается судебной коллегией и нарушений судом норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции.

При таком положении судебная коллегия находит постановленное решение суда законным и обоснованным, оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене или изменению решения суда, в том числе и по мотивам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 193, 198, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

решение Мончегорского городского суда Мурманской области от 20 января 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи