Апелляционное определение № 33-4044/2025 от 29 декабря 2025 г.

Судья Сабылина Е.А. Дело № 33-4044/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Кребеля М.В.,

судей: Небера Ю.А., Емельянова Ю.С.,

при секретаре Маслюковой М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело № 2-279/2025 по исковому заявлению ФИО1 к обособленному подразделению «Восточное» непубличного акционерного общества «НИПИГОРМАШ», непубличному акционерному обществу «НИПИГОРМАШ» о признании незаконными приказа о расторжении трудового договора, дополнительного соглашения к трудовому договору, соглашения о расторжении трудового договора, заявления об увольнении, восстановлении на работе, взыскании невыплаченной вахтовой надбавки, заработной платы за дни междувахтового отдыха, неоплаченных часов сверхурочной работы, компенсации за задержку заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе представителя ответчика непубличного акционерного общества «НИПИГОРМАШ» ФИО2 на решение Томского районного суда Томской области от 17 сентября 2025 года,

заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя истца ФИО1 ФИО3, возражавшего против апелляционной жалобы, заключение прокурора Вылегжаниной Ю.А., полагавшей решение законным и обоснованным,

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к обособленному подразделению «Восточное» непубличного акционерного общества «НИПИГОРМАШ» (далее – ОП «Восточное» НАО «НИПИГОРМАШ»), непубличному акционерному обществу «НИПИГОРМАШ» (далее – НАО «НИПИГОРМАШ»), в котором просил:

- признать приказ № 187 от 28.06.2024 о расторжении трудового договора с работником (увольнении) ФИО1 незаконным;

- признать соглашение от 28.06.2024 о расторжении трудового договора № НАО005 и дополнительное соглашение № 2 от 28.06.2024 к трудовому договору незаконными;

- признать незаконном заявление от 27.06.2024 об увольнении по соглашению сторон с 30.06.2024;

- взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.;

- восстановить истца в должности /__/;

- взыскать с ответчика:

1) невыплаченную вахтовую надбавку с учётом индекса потребительских цен в размере /__/ руб.;

2) недоначисленную заработную плату за дни междувахтового отдыха с учётом индекса потребительских цен в размере /__/ руб.;

3) неоплаченные часы сверхурочной работы с учётом индекса потребительских цен в размере /__/ руб.;

4) компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере /__/ руб.;

5) оплату вынужденного прогула с учётом индекса потребительских цен в размере /__/ руб.

В обоснование заявленных требований указал, что в период с 15.01.2024 по 03.07.2024 в соответствии с трудовым договором № НАО005 от 15.01.2024 ФИО1 работал в ОП «Восточное» НАО «НИПИГОРМАШ» в должности /__/. В связи с прекращением деятельности ОП «Восточное» всем работникам было предложено в обязательном порядке подписать с работодателем соглашение о расторжении трудового договора в течение рабочей смены при прибытии на вахту к месту выполнения трудовых обязанностей по адресу общежития и офиса ОП «Восточное»: /__/. В случае отказа от подписания указанного соглашения о расторжении трудового договора работникам было сообщено, что организация откажется обеспечивать им место проживания и прекратит осуществлять их питание, впоследствии не выплатит полную заработную плату, сократит премии за отработанный период. В связи с указанными обстоятельствами истец вынужденно подписал соглашение о расторжении трудового договора. ФИО1 полагал, что его увольнение является незаконным, в связи с чем он и его коллеги обратились с коллективным заявлением в прокуратуру, проверка по которому до настоящего времени не окончена, что является уважительным основанием для восстановления срока на обращение в суд. Согласно расчётным листкам и платёжным документам, в период трудоустройства заработная плата, причитающаяся ФИО1 за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, не включала в себя необходимые надбавки и выплаты. Полагал, что имеются предусмотренные законом основания для удовлетворения заявленных требований.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены Государственная инспекция труда в Томской области, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО3 заявленные требования поддержал в полном объёме.

Представитель ответчика ОП «Восточное» НАО «НИПИГОРМАШ» ФИО2, представитель ответчика НАО «НИПИГОРМАШ» ФИО10 против исковых требований возражали.

Помощник прокурора Яскульская Т.М. в судебном заседании в заключении полагала исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению.

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной инспекция труда в Томской области.

Обжалуемым решением ФИО1 восстановлен срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, исковые требования удовлетворены частично, судом постановлено: признать приказ о расторжении трудового договора от 28.06.2024 № 187 незаконным; признать дополнительное соглашение № 2 от 28.06.2024 к трудовому договору от 15.01.2024 № НАО005 незаконным; признать соглашение от 28.06.2024 о расторжении трудового договора от 15.01.2024 № № НАО005 незаконным; восстановить ФИО1 в должности /__/ в НАО «НИПИГОРМАШ» с 01.07.2024; взыскать с НАО «НИПИГОРМАШ» в пользу ФИО1: вахтовую надбавку с учётом индекса потребительских цен в размере /__/ руб. без учёта НДФЛ; задолженность по оплате дней междувахтового отдыха с учётом индекса потребительских цен в размере /__/ руб. без учёта НДФЛ; неоплаченные часы сверхурочной работы с учётом индекса потребительских цен в размере /__/ руб. без учёта НДФЛ; компенсацию за задержку заработной платы в размере /__/ руб.; средний заработок за время вынужденного прогула с учётом индекса потребительских цен за период с июля 2024 года по 17 сентября 2025 года – /__/ руб. без учёта НДФЛ; компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб. Исковые требования ФИО1 к НАО «НИПИГОРМАШ» в остальной части оставлены без удовлетворения. Исковые требования ФИО1 к ОП «Восточное» НАО «НИПИГОРМАШ» оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе представитель ответчика НАО «НИПИГОРМАШ» ФИО2 просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объёме.

В обоснование доводов жалобы указывает на нарушения материального и процессуального права, допущенные, по её мнению, судом, которым в полной мере не исследованы доказательства и обстоятельства по делу.

Считает, что истцом пропущен срок для обращения в суд с заявленными требованиями без уважительных причин, поскольку с приказом об увольнении он был ознакомлен 28.06.2024, в связи с чем с иском мог обратиться в суд не позднее 28.07.2024, в то время как исковое заявление подано им 08.10.2024.

Полагает выводы суда в части восстановления срока на подачу искового заявления необоснованными.

Утверждает, что ФИО1 не представлено суду доказательств оказания на него со стороны работодателя давления с целью понуждения к увольнению в отсутствие волеизъявления истца.

Выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, в том числе показаний допрошенных свидетелей.

Настаивает на том, что к показаниям свидетелей необходимо отнестись критически, поскольку они являются истцами по иным гражданским делам, рассматриваемым Томский районным судом Томской области к ответчику НАО «НИПИГОРМАШ».

Акцентирует внимание на том, что при подсчёте часов сверхурочной работы при вахтовом методе учитывается фактически отработанное время: при суммированном учёте рабочего времени работа в выходной календарный день компенсируется другим выходным днём и не оплачивается в повышенном размере.

Оспаривает причинение ФИО1 работодателем морального вреда.

Полагает, что истцом не представлено доказательств причинения ему действиями ответчика физических или нравственных страданий, что исключает взыскание с работодателя компенсации морального вреда.

Ссылается на то, что размер взысканной судом компенсации морального вреда является завышенным.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца ФИО1 ФИО3, участвующий в деле прокурор Яскульская Т.М. просят решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с требованиями части 3 статьи 167, статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом и не явившихся в суд лиц, не возражавших против рассмотрения дела без их участия.

Обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам абзаца 1 части 1 и абзаца 1 части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия пришла к следующему.

Судом первой инстанции установлено и из материалов гражданского дела следует, что 15.01.2024 НАО «НИПИГОРМАШ» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключили трудовой договор № НАО005, в соответствии с которым работник был принят на работу в Обособленное подразделение «Восточное», Новосибирская область, Участок взрывных работ НАО «НИПИГОРМАШ» на должность /__/. Место работы: /__/ (п. 1.1).

Стороны установили, что трудовой договор является трудовым договором по основному месту работы (п. 1.2), работник приступает к работе 15.01.2024 с испытательным сроком 2 месяца (п. 1.3), трудовой договор заключается на неопределенный срок (п. 1.4), работнику устанавливается суммированный учет рабочего времени, учетным периодом является один год (п. 2.1), работнику устанавливается сменный график при продолжительности рабочего дня (смены) 12 часов (п. 2.2), система оплаты труда – повременно-премиальная (п. 3.1), за исполнение возложенных трудовых обязанностей работнику устанавливается: часовая тарифная ставка /__/ руб.; районный коэффициент к заработной плате в размере 25 %; компенсация за работу во вредных условиях труда в размере 4 % (п. 3.1), заработная плата выплачивается работнику два раза в месяц: 10 и 25 число каждого месяца (п. 3.3).

В листе ознакомления к трудовому договору № НАО005 от 15.01.2024 проставлены подписи ФИО1 15.01.2024 об ознакомлении с Правилами внутреннего трудового распорядка и дополнением к Правилам внутреннего трудового распорядка (правила внтуриобъектового режима), Положением о персональных данных, Положением о вахтовом методе работе, Положением об оплате труда, Положением о порядке командирования работников, с информацией о воинском учете, Положением о премировании работников участка производства компонентов для ВВ; должностной инструкцией, Положением об аттестации рабочего персонала, Положением о порядке проведения служебных расследований в случае причинения работниками ущерба, Положением о материальной ответственности.

28.06.2024 НАО «НИПИГОРМАШ» и ФИО1 заключили дополнительное соглашение № 2, дополнив трудовой договор условием о выплате работнику выходного пособия в размере одного среднего месячного заработка при расторжении трудового договора по соглашению сторон в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 77, статьёй 78 Трудового кодекса Российской Федерации.

В заявлении от 27.06.2024, адресованном управляющему НАО «НИПИГОРМАШ», ФИО1 просил уволить его по соглашению сторон с 30.06.2024.

28.06.2024 сторонами было заключено соглашение о расторжении трудового договора на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 30 июня 2024 года.

Приказом НАО «НИПИГОРМАШ» от 28.06.2024 № 187 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) действие трудового договора с ФИО1 прекращено, он уволен с 30.06.2024 по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (соглашение сторон). В качестве основания в приказе указано соглашение о расторжении трудового договора от 28.06.2024.

С приказом работник ознакомлен 28.06.2024, о чем в приказе имеется соответствующая отметка.

Разрешая заявленные истцом требования, исследовав представленные в дело письменные доказательства, в том числе материалы прокурорской проверки по коллективному заявлению бывших работников ОП «Восточное» НАО «НИПИГОРМАШ», свидетельствующие о том, что в период с 28.06.2024 по 03.07.2024 в ОП «Восточное» НАО «НИПИГОРМАШ» имело место массовое увольнение работников, в числе которых был ФИО1; показания свидетелей М., Б., П., согласно которым на работников ОП «Восточное» при увольнении оказывалось давление со стороны работодателя, а именно работников подразделения, в том числе и на ФИО1, которых склоняли к подписанию соглашений о расторжении трудовых договоров под угрозой лишения полагающихся им выплат и выселения из общежития; оценив возражения ответчика НАО «НИПИГОРМАШ», которым названные доказательства не опровергнуты, суд первой инстанции признал доказанным факт заключения ФИО1 оспариваемых соглашений от 28.06.2024 и заявления об увольнении по соглашению сторон от 27.06.2024, а также последовавшее за этим увольнение из НАО «НИПИГОРМАШ» в отсутствие добровольного намерения истца прекратить трудовые отношения.

Руководствуясь действующим правовым регулированием, исходя из того, что правовая природа расторжения трудового договора по соглашению сторон предполагает наличие взаимного добровольного волеизъявления на его прекращение двух сторон договора (работника и работодателя), суд пришёл к правильному выводу об отсутствии добровольности со стороны истца, в связи с чем признал дополнительное соглашение № 2 к трудовому договору от 15.01.2024 № НАО005 и соглашение от 28.06.2024 расторжении трудового договора от 15.01.2024, заявления об увольнении по соглашению сторон от 27.06.2024, а также приказ о расторжении трудового договора от 28.06.2024 № 187 незаконными.

Установив факт незаконного увольнения, суд взыскал с работодателя средний заработок за время вынужденного прогула с учётом индекса потребительских цен за период с июля 2024 года по 17.09.2025, вахтовую надбавку с учётом индекса потребительских цен, задолженность по оплате дней междувахтового отдыха с учётом индекса потребительских цен, неоплаченные часы сверхурочной работы с учётом индекса потребительских цен, компенсацию за задержку выплаты заработной платы, компенсацию морального вреда.

Давая правовую оценку решению суда по доводам апелляционной жалобы в части признания незаконными соглашения о расторжении трудового договора от 28.06.2024, приказа о расторжении трудового от 28.06.2024 № 187, заявления об увольнении по соглашению сторон от 27.06.2024, судебная коллегия полагает обжалуемое в этой части решение правильным, принятым в соответствии с нормами и обстоятельствами дела, подтвержденными исследованными судом доказательствами.

Так, согласно статье 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут по соглашению сторон.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

В подпункте «а» пункта 22 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения о том, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением.

Данное разъяснение Верховного Суда Российской Федерации о допустимости расторжения трудового договора по инициативе работника только при наличии его добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений подлежит применению и при рассмотрении споров о расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), поскольку и в этом случае необходимо добровольное волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений с работодателем.

Инициатива расторжения трудового договора по соглашению сторон может исходить как от работника, так и от работодателя.

Правовая природа соглашения о расторжении трудового договора как содержащего условия, на которых работник и работодатель прекращают трудовые отношения, предполагает наличие добровольного, осознанного и согласованного волеизъявления работника и работодателя на их прекращение, а также наличие взаимного интереса работника и работодателя в прекращении трудовых отношений. При этом добровольное и осознанное волеизъявление на прекращение трудовых отношений означает то, что соглашение о расторжении трудового договора не являлось вынужденным для сторон этого соглашения, при подписании такого соглашения каждая из его сторон (работник и работодатель) дала согласие не только на саму возможность прекращения трудового договора по соглашению сторон, но и понимала форму и момент заключения соглашения, то есть то, когда оно будет считаться окончательно оформленным и наступят установленные им юридические последствия.

Суд первой инстанции, проверяя доводы истца о том, что с его стороны заключение соглашения о расторжении трудового договора не являлось добровольным, пришёл к выводу о том, что данное обстоятельство нашло своё подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных гл.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (абзац второй ч. 1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В апелляционном определении должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом апелляционной инстанции, выводы суда по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления; мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, и ссылка на законы, которыми суд руководствовался (п. 5 и 6 ч. 2 ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частями 1 - 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Статьей 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (п. 1).

Полномочие по оценке доказательств, вытекающее из принципа самостоятельности судебной власти, является одним из дискреционных полномочий суда, необходимых для эффективного осуществления правосудия, что не предполагает, однако, возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Согласно статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Руководствуясь положениями указанных правовых норм, судебная коллегия, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, полагает, что в материалы гражданского дела представлены относимые и допустимые доказательства, подтверждающие доводы ФИО1 о том, что заключенное сторонами оспариваемое соглашение заключено истцом в отсутствие его добровольного волеизъявления на прекращение трудовых правоотношений, поскольку предусматривало увольнение почти в тот же день и подписано ФИО1 при осуществлении давления со стороны представителя работодателя, осуществленные работодателем увольнения работников в спорный период являлись массовыми, и послужили поводом для коллективного обращения уволенных лиц в прокуратуру, при проведении которой нашло свое подтверждение массовое нарушение трудовых прав работников НАО «НИПИГОРМАШ», в том числе истца.

Вопреки положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств, опровергающих указанные выводы судебной коллегии, в материалах гражданского дела не имеется, не представлены они и суду апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для критической оценки показаний свидетелей М., Б., П. не имеется, поскольку указанные лица были предупреждены об уголовной ответственности за представление заведомо ложных показаний, допрошены судом первой инстанции в полном соответствии с положениями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем доводы апеллянта в указанной части подлежат отклонению.

С учетом изложенных обстоятельств, а также исходя из того, что ФИО1 проработал в НАО «НИПИГОРМАШ» продолжительный период времени (более пяти месяцев), в спорный период имело место массовые увольнения иных сотрудников, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что обстоятельств, свидетельствующих о наличии добровольного волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию или соглашению сторон не имеется, ввиду чего увольнение ФИО1 не носило характера свободного волеизъявления, соглашение о расторжении трудового договора подписано вынуждено, под угрозой применения к работнику неблагоприятных для него последствий, в том числе лишения его причитающихся выплат.

В этой связи доводы апелляционной жалобы о том, что между работодателем НАО «НИПИГОРМАШ» и ФИО1 было достигнуто соглашение об увольнении истца 30.06.2024, а истец имел основанное на свободном волеизъявлении намерение прекратить трудовые отношения с ответчиком по собственной инициативе, не основаны на законе, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Приведённые в апелляционной жалобе доводы сводятся к самому факту подписания оспариваемых заявления и соглашения, что с учётом приведённых выше обстоятельств, правильно оцененных судом первой инстанции, не опровергает выводы суда первой инстанции.

Также судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что истцом пропущен срок для обращения в суд с заявленными требованиями без уважительных причин, а выводы суда о наличии предусмотренных законом оснований для восстановления срока на подачу искового заявления являются необоснованными.

Так, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, и обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Оценивая, является то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Соответствующие разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд содержатся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям».

Эти разъяснения, относящиеся ко всем субъектам трудовых отношений.

Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Поскольку у ФИО1, обратившегося в июле 2024 года, совместно с другими работниками ОП «Восточное» НАО «НИПИГОРМАШ», то есть в месячный срок с момента увольнения с работы, с письменным заявлением о нарушении трудовых прав в прокуратуру Искитимского района Новосибирской области, и при проведении прокуратурой проверки в отношении НАО «НИПИГОРМАШ» по данному заявлению, имелись основания полагать, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке с учётом нормативных положений о способах защиты гражданских прав и свобод, государственном надзоре за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, то, по мнению судебной коллегии, выводы суда первой инстанции о наличии предусмотренных законом оснований для восстановления истцу срока для обращения в суд за защитой нарушенных прав работника являются правильными и сомнений у судебной коллегии не вызывают.

Довод апелляционной жалобы о том, что обращение с коллективным заявлением в прокуратуру и ожидание результатов проверки не является основанием для восстановления срока, отклоняется судебной коллегией, как основанный на неверном толковании норм материального права.

Учитывая, что увольнение истца по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации признано незаконным, суд обоснованно удовлетворил частично требования истца и в порядке статей 394, 237 Трудового кодекса Российской Федерации принял решение о восстановлении ФИО1 на прежней работе, взыскании в его пользу заработной платы за время вынужденного прогула с учётом индекса потребительских цен за период с июля 2024 года по 17.09.2025.

Также суд первой инстанции пришел к выводу о нарушении работодателем трудовых прав истца и наличии предусмотренных законом оснований для взыскания с ответчика в пользу ФИО1 вахтовой надбавки с учётом индекса потребительских цен, задолженности по оплате дней междувахтового отдыха с учётом индекса потребительских цен, компенсации за задержку заработной платы.

Доводов, направленных на оспаривание размера указанных сумм, в апелляционной жалобе не содержится, правильность их расчёта ответчиком в апелляционной жалобе не оспаривается.

Проверяя доводы жалобы в части оспаривания выводов суда о взыскании с ответчика оплаты за сверхурочную работу, судебная коллегия полагает жалобу в этой части необоснованной, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 297 Трудового кодекса Российской Федерации вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

На основании статьи 299 Трудового кодекса Российской Федерации вахтой считается общий период, включающий время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха. Продолжительность вахты не должна превышать одного месяца. В исключительных случаях на отдельных объектах продолжительность вахты может быть увеличена работодателем до трех месяцев с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени (часть 1 статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации).

В части 1 статьи 99 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором или трудовым договором (статья 152 Трудового кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент трудовых отношений).

Особенности регулирования труда лиц, работающих вахтовым методом, установлены главой 47 Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 297 - 302).

При вахтовом методе работы устанавливается суммированный учёт рабочего времени за месяц, квартал или иной более длительный период, но не более чем один год (часть 1 статьи 300 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 301 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время и время отдыха в пределах учетного периода регламентируются графиком работы на вахте.

В указанном графике предусматривается время, необходимое для доставки работников на вахту и обратно. Дни нахождения в пути к месту работы и обратно в рабочее время не включаются и могут приходиться на дни междувахтового отдыха.

Каждый день отдыха в связи с переработкой рабочего времени в пределах графика работы на вахте (день междувахтового отдыха) оплачивается в размере дневной тарифной ставки, дневной ставки (части оклада (должностного оклада) за день работы), если более высокая оплата не установлена коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором.

Часы переработки рабочего времени в пределах графика работы на вахте, не кратные целому рабочему дню, могут накапливаться в течение календарного года и суммироваться до целых рабочих дней с последующим предоставлением дополнительных дней междувахтового отдыха.

Междувахтовый отдых фактически представляет собой суммированное время ежегодного и еженедельного отдыха (неиспользованного и накопленного в период вахты), которое в силу специфики данного вида работы предоставляется после периода вахты. Такие разъяснения содержатся в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2006 года № 261-О.

Вместе с тем работа не должна превышать нормальной продолжительности рабочего времени.

Из изложенного следует, что работа вахтовым методом имеет свои особенности применительно к норме рабочего времени работников, работающих данным методом, и в периоды времени, не равные учётному периоду, может превышать нормальную продолжительность рабочего времени, установленную производственным календарем, с тем условием, что общая продолжительность рабочего времени за учётный период не превышает нормальную продолжительность рабочего времени, установленную законодательством.

Компенсации днями междувахтового отдыха подлежат только часы переработки в пределах графика работы на вахте. Такой отдых должен предоставляться в рамках учетного периода. Оплата дней междувахтового отдыха в размере тарифной ставки производится лишь в том случае, если эти дни предоставляются в виде компенсации за переработку в рамках учётного периода, согласно графику работы на вахте, составленному в соответствии с законодательством.

В соответствии с пунктом 1 Порядка исчисления нормы рабочего времени на определенные календарные периоды времени (месяц, квартал, год) в зависимости от установленной продолжительности рабочего времени в неделю, утвержденного Приказ Минздравсоцразвития Российской Федерации от 13.08.2009 № 588н, норма рабочего времени на определенные календарные периоды времени исчисляется по расчетному графику пятидневной рабочей недели с двумя выходными днями в субботу и воскресенье исходя из продолжительности ежедневной работы (смены): при 40-часовой рабочей неделе - 8 часов; при продолжительности рабочей недели менее 40 часов - количество часов, получаемое в результате деления установленной продолжительности рабочей недели на пять дней.

Суд первой инстанции правильно руководствовался Приказом Минтранса России от 16.10.2020 № 424, устанавливающим особенности режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда водителей автомобилей, а именно, что нормальная продолжительность рабочего времени водителя не может превышать 40 часов в неделю (пункт 5 указанного Приказа). В случаях, когда по условиям работы не может быть соблюдена установленная ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, водителям устанавливается суммированный учет рабочего времени с продолжительностью учетного периода один месяц.

С учетом изложенного, вопреки мнению апеллянта, количество сверхурочной работы истца должно подсчитываться ежемесячно.

Проверив представленный истцом расчет, который произведен с учетом положений как Трудового кодекса Российской Федерации, так и пункта 5 Приказа Минтранса России от 16.10.2020 № 424 «Об утверждении Особенностей режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда водителей автомобилей», суд первой инстанции пришел к правильному выводу о взыскании с НАО «НИПИГОРМАШ» в пользу ФИО1 неоплаченных часов сверхурочной работы с учетом индекса потребительских цен в размере /__/ руб. без учета НДФЛ.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на несогласие с указанными выводами суда, подлежат отклонению как основанные на ошибочном толковании действующего законодательства.

Указание в апелляционной жалобе на несогласие с выводами суда о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 40 000 руб. не свидетельствует о незаконности решения суда в этой части.

Так, порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьёй 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» приведены разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 названного постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности:

- существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер и степень умаления таких прав и благ, интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда;

- последствия причинения потерпевшему страданий.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абзац первый пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из приведённых нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, в числе которых значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушений, требования разумности и справедливости, а также соразмерность компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника.

Вопрос о разумности присуждаемой суммы компенсации морального вреда должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, при этом исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, то есть сумма компенсации морального вреда должна быть адекватной и реальной. Присуждение же чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы компенсации морального вреда будет означать игнорирование требований закона, и приведет к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации морального вреда.

Суд первой инстанции, разрешая заявленные требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, приняв во внимание тот факт, что нарушение трудовых прав ФИО1 со стороны работодателя нашло своё подтверждение при рассмотрении дела, установив фактические обстоятельства дела, длительность периода и характер нарушения трудовых прав истца, степень и объём его нравственных страданий, степень вины работодателя, требования разумности и справедливости, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб.

Судебная коллегия данный вывод признаёт правильным, в том числе в части определения размера компенсации морального вреда.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, судом первой инстанции установлены верно.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции в полной мере учтены положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и все юридически значимые обстоятельства.

Ввиду того, что данная категория дел носит оценочный характер, только суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая нормы закона, степень вины ответчика, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им нравственные страдания.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришёл к своим выводам в части размера компенсации морального вреда, приведены судом в обжалуемом решении.

При этом судебная коллегия принимает во внимание существенный характер допущенных ответчиком нарушений, выразившихся в незаконном увольнении истца, обстоятельства его незаконного увольнения, которые установлены судом на основании совокупности исследованных, подробно приведённых и раскрытых в обжалуемом решении доказательств, а также факт невыплаты истцу на протяжении длительного времени (более одного года) части заработной платы (за сверхурочную работу) и надбавки за вахтовый метод работы, судебная коллегия не усматривает оснований считать, что определённый судом первой инстанции размер компенсации морального вреда в размере 40 000 руб. является завышенным, и оснований для уменьшения этой суммы по доводам апелляционной жалобы представителя ответчика не усматривает.

Вопреки доводам жалобы, отсутствие в материалах дела, по мнению апеллянта, доказательств причинения истцу действиями ответчика физических или нравственных страданий о чрезмерности определённой судом суммы, её несоответствии причиненным истцу моральным и нравственным страданиям, не свидетельствуют, при определении размера компенсации морального вреда судом приняты во внимание индивидуальные особенности истца, принципы разумности и справедливости.

Оснований не соглашаться с выводами суда первой инстанций у судебной коллегии не имеется, поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в обжалуемом судебном акте, постановлены в соответствии с правильно установленными фактическими обстоятельствами дела, верной оценкой собранных по делу доказательств, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующих возникшие отношения, и на имеющихся в деле доказательствах, которым судом дана оценка в соответствии с требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене или изменению решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к выражению несогласия с произведённой судом оценкой представленных по делу доказательств и обстоятельств. Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены или изменения правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Судом первой инстанции подробно исследованы основания, на которые стороны ссылались в обоснование заявленных требований, и доказательства, представленные сторонами в подтверждение своих доводов и в опровержение доводов другой стороны, при этом суд привёл мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие. Оснований для несогласия с указанными мотивами у судебной коллегии не имеется.

При указанных обстоятельствах оснований для отмены и изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 328, статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Томского районного суда Томской области от 17 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика непубличного акционерного общества «НИПИГОРМАШ» ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трёх месяцев со дня изготовления мотивированного определения через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 16.01.2026.