Решение № 2-287/2024 2-287/2024~М-145/2024 М-145/2024 от 7 апреля 2024 г. по делу № 2-287/2024

УИД 03RS0030-01-2024-000191-26

№ 2-287/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 апреля 2024 года с. Ермекеево

Бижбулякский межрайонный суд Республики Башкортостан постоянное судебное присутствие в селе Ермекеево Ермекеевского района Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Курамшиной А.Р.,

при секретаре судебного заседания Файзуллине Р.Р.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-287/2024 по исковому заявлению ФИО1 к ООО "Инк-Текущий и Капитальный Ремонт Скважин" об отмене приказа на увольнение, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Инк-Текущий и Капитальный Ремонт Скважин" с иском, в котором просит (с учётом уточнения):

Восстановить ФИО1 в ООО "Инк-Текущий и Капитальный Ремонт Скважин" в прежней должности инженера -технолога ЦИТС на тех же условиях работы.

Взыскать с ООО "Инк-Текущий и Капитальный Ремонт Скважин" в пользу ФИО1:

- оплату междувахтового отдыха в размере 754 337, 97 руб.,

- вынужденный прогул за период с даты увольнения до даты представления в суд уточнения к иску в размере 409 525,35 руб., с даты представления в суд уточнения к иску до даты восстановления на работе,

- компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.,

- судебные расходы за оказание юридических услуг в размере 25 000 руб.,

- почтовые расходы в размере 805 руб.

ФИО1 мотивировал требования тем, что приказом от 30 сентября 2016 года ФИО1 был принят на работу бурильщиком капитального ремонта скважин 7 разряда бригады КРС № 12 вахтовым методом работы в Катанском районе Иркутской области, с ним заключен трудовой договор на неопределенный срок с часовой тарифной ставкой 71,35 рублей, районным коэффициентом 1,7, процентной надбавкой за работу в районах Крайнего Севера 40%, процентной надбавкой за работу с вредными и опасными условиями труда 12%, премиальной оплатой 100%.

Приказом № 229/00-к от 29 марта 2023 года переведен на другую должность, с 01 апреля 2023 года замещал должность инженера-технолога центральной инженерно-технической службы с выполнением работы вахтовым методам в Усть-Кутском районе Иркутской области.

Должностные обязанности ФИО1 определялись должностной инструкцией инженера-технолога центральной инженерно-технологической службы, утверждённой и введенной в действие 16 мая 2022 года.

В соответствии с графиком работы №И/У 21-1 (13 ТКРС) на 2024 года ФИО1 с 11 января 2024 года по 13 февраля 2024 года должен был находиться на вахте.

14 января 2024 года почувствовав недомогание, сопровождаемое с повышением температуры тела и невозможностью в дальнейшем находиться на рабочем месте в связи с реальной угрозой его жизни и здоровью, в районе 02:30 покинул кустовую площадку № 8 Ярактинского нефтегазоконденсатного месторождения. При этом руководство было поставлено в известность о его заболевании и невозможности продолжить исполнять свои трудовые обязанности, однако они не оказали ему медицинскую помощь и не транспортировали его в ближайшее медицинское учреждение, которое находилось примерно в 300 км от объекта работодателя, в связи с чем он был вынужден самостоятельно на попутных автомобилях добираться до ближайшего населённого пункта, а затем выехать по месту своего жительства.

С 19 января по 02 февраля 2024 года он находился на лечении, что подтверждается листком нетрудоспособности № 910210506733.

Работодателем в адрес ФИО1 19 января 2024 года был направлен запрос о предоставлении пояснений о причинах отсутствия на рабочем месте.

На запрос работодателя 19 января 2024 года ФИО1 дан ответ, что нарушений трудового законодательства им не допущено, так как он был вынужден покинуть свое рабочее место ввиду ухудшения его состояния здоровья.

14 января 2024 года был составлен акт фиксации события, составленный начальником ЦИТС ООО «ИНК-ТКРС» ФИО3, начальника цеха КРС №1 ФИО4, ведущего инженера по ПБ ОТ и ОС «ИНК-ТКРС» ФИО5

Приказом № ТК-53/00-к от 02 февраля 2024 года, ФИО1 с 04 февраля 2024 года был уволен за прогул по пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. В качестве основания для вынесения данного приказа указан акт об отсутствии на рабочем месте с 15 января 2024 года.

Применение в отношении него дисциплинарного взыскания в виде увольнения по инициативе работодателя за совершение дисциплинарного проступка считает незаконным и необоснованным, факт совершения дисциплинарного проступка не признает, в связи с чем считает приказ об его увольнении подлежащим отмене.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям.

Представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал, просил удовлетворить их в полном объёме. ФИО2 сослался на нарушение работодателем процедуры применения дисциплинарного взыскания, в данном случае увольнения, а именно нарушения фиксации факта отсутствия работника на рабочем месте, несоответствия формы трудового договора заключенного с работником, относительно отсутствия в трудовом договоре четкого места исполнения трудовых обязанностей, а также несоответствие требованиям трудового законодательства составление работодателем двух приказов на увольнение ФИО1 за прогул различных форм, но аналогичных по содержанию, необоснованность и недоказанность признания причин отсутствия ФИО1 на работе неуважительными. Просил удовлетворить исковые требования в полном объёме.

Ответчик Общество с ограниченной ответственностью "Инк-Текущий и Капитальный Ремонт Скважин", надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, представил письменное возражение, в котором просил в удовлетворении иска отказать, посчитав увольнение ФИО1 за прогул обоснованным, прогул подтверждается актом об отсутствии на рабочем месте, составленным начальником ЦИТС ООО «ИНК-ТКРС» ФИО3, начальником цеха КРС №1 ФИО4, ведущим инженером по ПБ ОТ и ОС «ИНК-ТКРС» ФИО5 ФИО1 в ближайший населенный пункт, где могла быть ему оказана медицинская помощь, не обращался. Также истцом не было представлено доказательств о нахождении его на больничном листе.

Прокурор в судебном заседании полагал исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению.

Допрошенный на подготовке к судебному заседанию свидетель ФИО6 показал, что он с 10 сентября 2021 года по 04 февраля 2024 года работал в ООО "ИНК-ТКРС" бурильщиком. Они с ФИО1 вместе находились на одной вахте. ФИО6 работал на кустовой площадке бурильщиком, а Алексей - на базе месторождения. 13 января 2024 года они созвонились и выяснилось, что оба плохо себя чувствуют. ФИО1 сказал ему, что у него температура, лежит в кровати в вагончике, не может встать. А у ФИО6 рука гноилась, поэтому приходилось работать в перчатках. Он сообщил диспетчеру ФИО7 о том, что у него болит рука и попросил транспорт съездить в ближайшее медицинское учреждение. Ему в транспортировке было отказано, рекомендовали дождаться утра и решения начальства. С 13 на 14 января ночью вдвоем с ФИО1 вышли с базы и на попутных автомобилях добрались до г. Усть-Кут. По приезде 14 января утром они сообщили начальнику ФИО8 посредствам мессенджера «ватсап» о том, что покинули базу по состоянию здоровья, но он не ответил. 14 января они сели в поезд и поехали домой. 17 января они сошли на станции Аксаково и 18 января 2024 года открыли больничный лист в п. Приютово. После чего они с ФИО1 несколько раз созванивались, он жаловался на температуру, отсутствие аппетита, рвоту. Позже им работодатель им прислал требования направить объяснительные, они написали объяснительные и написали заявления на увольнение по собственному желанию. Затем работодатель попросил их прислать заявления об увольнении другой датой, а в итоге их уволили по статье - за прогул. В настоящее время они с приказами не ознакомлены, трудовые книжки на руки не получали.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия (например, договор считается расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения).

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по собственному усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве.

В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, учитывая, что неявка лица, извещенного о времени и месте заседания, не является препятствием к рассмотрению иска, принимая во внимание отсутствие каких-либо данных, которые бы свидетельствовали об уважительности причин, препятствующих личному либо через представителя участию в рассмотрении дела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие названных лиц.

Выслушав истца, его представителя, заключение прокурора, допросив свидетеля, проверив все юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.

В соответствии с частью 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям, предусмотренным этим Кодексом.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, подпунктом "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В силу части 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. N 75-О-О, от 24 сентября 2012 г. N 1793-О, от 24 июня 2014 г. N 1288-О, от 23 июня 2015 г. N 1243-О, от 26 января 2017 г. N 33-О и др.).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

По смыслу приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (за прогул) обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом, исходя из таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если увольнение работника произведено работодателем без соблюдения этих принципов юридической ответственности, то такое увольнение не может быть признано правомерным.

Таким образом, если при рассмотрении дел данной категории, установлен факт наличия уважительных причин отсутствия работника на рабочем месте, в соответствующий временной период, такое отсутствие не является прогулом в смысле, определенном действующим трудовым законодательством, поэтому установление названного факта является правовым основанием к удовлетворению исков данной категории, так как, по существу указывает на отсутствие законного основания к увольнению соответствующего работника.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что приказом от 30 сентября 2016 года ФИО1 был принят на работу бурильщиком капитального ремонта скважин 7 разряда бригады КРС № 12 вахтовым методом работы в Катанском районе Иркутской области, с ним заключен трудовой договор на неопределенный срок с часовой тарифной ставкой 71,35 рублей, районным коэффициентом 1,7, процентной надбавкой за работу в районах Крайнего Севера 40%, процентной надбавкой за работу с вредными и опасными условиями труда 12%, премиальной оплатой 100%.

Приказом № 229/00-к от 29 марта 2023 года переведен на другую должность, с 01 апреля 2023 года замещал должность инженера-технолога центральной инженерно-технической службы с выполнением работы вахтовым методам в Усть-Кутском районе Иркутской области.

Должностные обязанности ФИО1 определялись должностной инструкцией инженера-технолога центральной инженерно-технологической службы, утверждённой и введенной в действие 16 мая 2022 года.

В соответствии с графиком работы №И/У 21-1 (13 ТКРС) на 2024 года ФИО1 с 11 января 2024 года по 13 февраля 2024 года должен был находиться на вахте.

14 января 2024 года, почувствовав недомогание, сопровождаемое с повышением температуры тела и невозможностью в дальнейшем находиться на рабочем месте, в связи с реальной угрозой его жизни и здоровью, в районе 02:30 час. ФИО1 покинул кустовую площадку № 8 Ярактинского нефтегазоконденсатного месторождения. При этом руководство было поставлено в известность о его заболевании и невозможности продолжить исполнять свои трудовые обязанности, однако медицинская помощь не была оказана, в транспортировке в ближайшее медицинское учреждение, которое находилось примерно в 300 км от объекта работодателя, было отказано в связи с чем он был вынужден самостоятельно на попутных автомобилях добираться до ближайшего населённого пункта, а затем выехать по месту своего жительства.

С 19 января по 02 февраля 2024 года он находился на лечении, что подтверждается листком нетрудоспособности № 910210506733.

Работодателем в адрес ФИО1 19 января 2024 года был направлен запрос о предоставлении пояснений о причинах отсутствия на рабочем месте.

На запрос работодателя 19 января 2024 года ФИО1 дан ответ, что нарушений трудового законодательства им не допущено, так как он был вынужден покинуть свое рабочее место в виду ухудшения его состояния здоровья.

14 января 2024 года составлен акт фиксации события, акт подписан начальником ЦИТС ООО «ИНК-ТКРС» ФИО3, начальником цеха КРС №1 ФИО4, ведущим инженером по ПБ ОТ и ОС «ИНК-ТКРС» ФИО5

Согласно содержанию представленного ответчиком акта фиксации события ФИО1 с 08:00 часов отсутствовал на работе, при этом не указана дата и время составления акта, отсутствует регистрационный номер документа, место составления акта, по указанному акту невозможно установить продолжительность отсутствия работника на рабочем месте, в связи с чем данный документ не может являться допустимым доказательством, подтверждающим отсутствие работника на работе более 4-х часов подряд.

Приказом № ТК-53/00-к от 02 февраля 2024 года ФИО1 с 04 февраля 2024 года был уволен за прогул по пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. В качестве основания для вынесения данного приказа указан акт об отсутствии на рабочем месте с 15 января 2024 года, хотя в самом акте было зафиксировано отсутствие на рабочем месте ФИО1 с 08 часов 00 минут 14 января 2024 года, что ставит под сомнение дату составления самого акта и продолжительность отсутствия работника на рабочем месте

Кроме того, прогул является дисциплинарным проступком и определяется как неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (ч. 1 ст. 192 ТК РФ). За данное деяние работодатель имеет право применить предусмотренные той же статьей дисциплинарные взыскания – от замечания до увольнения. Причем ч. 5 ст. 192 ТК РФ требует, чтобы при наложении дисциплинарного взыскания были учтены тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В данном случае работодатель применил в отношении ФИО1 дисциплинарное взыскание без учета тяжести совершенного проступка, который с момента его трудоустройства ни разу не привлекался к дисциплинарной ответственности, заведомо зная, что он находился на лечении, о чем свидетельствует его объяснение, данное 19 января 2024 года и направленное в адрес ответчика, которое он приложил к возражению на исковое заявление, он выехал по согласованию с непосредственным его начальником, что также ответчиком не опровергнуто.

В силу статьи 192 ТК РФ увольнение работника за прогул является применением дисциплинарного взыскания.

В соответствии с частями первой, второй статьи 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Из приведенной нормы следует, что дисциплинарное взыскание, в том числе в виде увольнения, может быть применено к работнику только после получения от него объяснения в письменной форме либо после непредставления работником такого объяснения (отказа предоставить объяснение) по истечении двух рабочих дней со дня затребования объяснения.

Из содержания телеграммы ведущего менеджера по персоналу ФИО9 о необходимости дать объяснение от 19 января 2024 года, направленной на имя ФИО1 следует, что последнему предоставлен двухдневный срок для предоставления объяснительной по факту отсутствия на рабочем месте с 15 января 2024 года.

19 января 2024 года ФИО1 направил в адрес ответчика заявление, из которого следует, что он пояснил свое отсутствие на рабочем месте в связи с ухудшением состояния здоровья и поставил их в известность о том, что он находится на больничном листе.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что была нарушена процедура увольнения истца по инициативе работодателя, поскольку расторжение трудового договора с ФИО1 по инициативе работодателя произошло в период его временной нетрудоспособности, о начале которой последний был извещен своевременно, что в судебном заседании не оспаривал ответчик, к возражению на исковое заявление он приложит объяснение ФИО1, данного им 19 января 2024 года.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, принимая во внимание показания свидетеля ФИО6, предупрежденного об ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ, установив, что ответчиком не представлено доказательств отсутствия ФИО1 на работе с 15 января 2024 года без уважительной причины, суд приходит к выводу о том, увольнение ФИО1 по пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ и приказ об его увольнении являются незаконными, поскольку, отсутствие ФИО10, не может быть расценено как отсутствие без уважительной причины исходя из следующего.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту; обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями ст. 21 ТК РФ работник обязан в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка.

Согласно положениями статьи 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания - в том числе выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

В силу положений статьи 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за невыход на работу без уважительных причин, то есть отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены) (пункты 38 и 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации".

Помимо этого, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду (пункт 53 Пленума N 2).

Таким образом, в силу приведенных выше норм закона, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Увольнение работника за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей является мерой дисциплинарного взыскания, в связи с чем работодателем должен быть соблюден установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок применения дисциплинарного взыскания (пункт 52 Пленума).

Более того, отсутствуют правовые основания для квалификации действий работника как дисциплинарного проступка ввиду того, что ответчиком не представлено в суд доказательств, что при принятии в отношении ФИО1 решения о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде увольнения учитывались тяжесть вменяемого ему в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 ТК РФ), а именно в условиях реальной угрозы жизни и здоровья ФИО1, а также его предшествующее поведение и отношение к труду, принципы справедливости, соразмерности, законности, вины и гуманизма. Каких-либо неблагоприятных последствий в связи с эти у работодателя не наступило, ущерб действиями истца учреждению причинен не был.

Согласно п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

При таких обстоятельствах, руководствуясь данными обстоятельствами, а также вышеизложенными нормами права, суд приходит к выводу, что увольнение истца является незаконным, в связи с чем, требования истца о восстановлении на работе подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате, в том числе незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Как следует из ст. 2 ТК РФ одним из принципов правового регулирования трудовых отношений состоит в том, что труд должен быть оплачен полностью и справедливо, работодатель обязан в силу ст. 22 ТК РФ выплачивать работнику причитающуюся заработную плату, вправе поощрять работников за добросовестный труд, а работник в силу ст. 21 ТК РФ имеет право на выплату заработной платы в полном объеме в соответствии с количеством и качеством выполненной работы.

По смыслу ч. 1 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, однако данное положение не исключает возможности использования в ходе разрешения трудового спора иных, предусмотренных гражданским процессуальным законодательством, видов доказательств, свидетельствующих о размере заработной платы работника.

Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Работодателем в период трудовых отношений не оплачивался ФИО1 междувахтовый отдых. Так, в соответствии со ст. 297 Трудового кодекса Российской Федерации (вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых, отдаленных районах или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности.

Положениями ст. 299 ТК РФ предусмотрено, что вахтой считается общий период, включающий время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха. ????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????j??????J?J?????????J?J???H???????????J?J????????J?J????????????????????

В соответствии с положениями ст. 300 ТК РФ при вахтовом методе работы устанавливается суммированный учет рабочего времени за месяц, квартал или иной более длительный период, но не более чем за один год.

Учетный период охватывает все рабочее время, время в пути от места нахождения работодателя или от пункта сбора до места выполнения работы и обратно, а также время отдыха, приходящееся на данный календарный отрезок времени.

Работодатель обязан вести учет рабочего времени и времени отдыха каждого работника, работающего вахтовым методом, по месяцам и за весь учетный период.

Согласно Постановлению Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС, Минздрава СССР от 31 декабря 1987 г. N 794/33-82 "Об утверждении Основных положений о вахтовом методе организации работ", вахтовый метод - это особая форма организации работ, основанная на использовании трудовых ресурсов вне места их постоянного жительства при условии, когда не может быть обеспечено ежедневное возвращение работников к месту постоянного проживания. Работа организуется по специальному режиму труда, как правило, при суммированном учете рабочего времени, а междувахтовый отдых предоставляется в местах постоянного жительства.

Указанным Положением также предусмотрено, что рабочее время и время отдыха в рамках учетного периода регламентируется графиком работы на вахте, который утверждается администрацией предприятия по согласованию с соответствующим профсоюзным комитетом, как правило, на год и доводится до сведения работников не позднее чем за один месяц до введения его в действие (пункт 4.2.); при неполном времени работы в учетном периоде или на вахте (отпуск, болезнь и т.п.) из установленных норм часов работы вычитаются рабочие часы по календарю, приходящиеся на дни отсутствия на работе (пункт 4.5.).

Согласно ст. 301 ТК РФ рабочее время и время отдыха в пределах учетного периода регламентируются графиком работы на вахте, который утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, и доводится до сведения работников не позднее чем за два месяца до введения его в действие.

В указанном графике предусматривается время, необходимое для доставки работников на вахту и обратно. Дни нахождения в пути к месту работы и обратно в рабочее время не включаются и могут приходиться на дни междувахтового отдыха.

Каждый день отдыха в связи с переработкой рабочего времени в пределах графика работы на вахте (день междувахтового отдыха) оплачивается в размере дневной тарифной ставки, дневной ставки (части оклада (должностного оклада) за день работы), если более высокая оплата не установлена коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором.

Часы переработки рабочего времени в пределах графика работы на вахте, не кратные целому рабочему дню, могут накапливаться в течение календарного года и суммироваться до целых рабочих дней с последующим предоставлением дополнительных дней междувахтового отдыха.

В соответствии с п. 4.1 и п. 4.3 Основных положений о вахтовом методе организации работ (приложение к Постановлению Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС и Минздрава СССР от 31.12.1987 г. N 794/33-82), подлежащих применению, продолжительность ежедневной работы (смены) при вахтовом методе не должна превышать 12 часов. Продолжительность ежедневного (междусменного) отдыха работников с учетом обеденных перерывов может быть уменьшена до 12 часов. Недоиспользованные в этом случае часы ежедневного (междусменного) отдыха, а также дни еженедельного отдыха суммируются и предоставляются в виде дополнительных свободных от работы дней (дни междувахтового отдыха) в течение учетного периода. Число дней еженедельного отдыха в текущем месяце должно быть не менее числа полных недель этого месяца. Дни еженедельного отдыха могут приходиться на любые дни недели.

Таким образом, в соответствии с приведенными нормами материального права вахтовый метод является особой формой осуществления трудового процесса, при которой выходными днями работника являются дни междувахтового отдыха.

При вахтовом методе работы соблюдается требование о норме рабочих часов, предусмотренной ст. 91 ТК Российской Федерации (40 часов в неделю).

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 12 июля 2006 г. N 261-О указал, что междувахтовый отдых фактически представляет собой суммированное время ежедневного и еженедельного отдыха (неиспользованного и накопленного в период вахты), которое в силу специфики данного вида работы предоставляется после периода вахты. Определяя вахтовый метод как особый режим рабочего времени, обусловленный тем, что ежедневное возвращение работников к месту постоянного проживания не может быть обеспечено, законодатель установил, что работа организуется по специальному режиму труда, как правило, при суммированном учете рабочего времени, а междувахтовый отдых предоставляется в местах постоянного жительства. Согласно статье 300 Трудового кодекса Российской Федерации при вахтовом методе работы устанавливается суммированный учет рабочего времени за месяц, квартал или иной более длительный период, но не более чем за один год. Учетный период охватывает как все рабочее время, время в пути от места нахождения работодателя или от пункта сбора до места выполнения работы и обратно, так и время отдыха, приходящееся на данный календарный отрезок времени, включая междувахтовый отдых, общая же продолжительность рабочего времени за учетный период не должна превышать нормального числа рабочих часов, установленного данным кодексом.

В силу положений ст. 107 ТК РФ междувахтовый отдых не является отдельным видом времени отдыха, фактически представляет собой суммированное время ежедневного и еженедельного отдыха (неиспользованного и накопленного в период вахты), которое предоставляется после периода вахты.

По условиям трудового договора № 215/2016 от 30 сентября 2016 года (п. 5.1), работнику ФИО1 установлена часовая тарифная ставка 71,35 рублей, районный коэффициент 1,7, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 40%, процентная надбавка за работу с вредными и опасными условиями труда 12%, премиальная оплата 100%.

Соглашением от 20 июня 2017 года ФИО1 изменена дневная тарифная ставка на 677,85 рублей, соглашением от 12 октября 2017 года дневная тарифная ставка изменена на 1516,20 рублей, районный коэффициент 1,7, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 50%, процентная надбавка за работу с вредными и опасными условиями труда 0%, премиальная оплата 80%.

Соглашением от 29 марта 2018 года ФИО1 изменена дневная тарифная ставка на 1538,94 рублей, районный коэффициент 1,7, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 50%, процентная надбавка за работу с вредными и опасными условиями труда 0%, премиальная оплата 80%.

Соглашением от 17 апреля 2018 года ФИО1 изменена дневная тарифная ставка на 1538,94 рублей, районный коэффициент 1,7, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 50%, процентная надбавка за работу с вредными и опасными условиями труда 4%, премиальная оплата 100%.

Соглашением от 02 июля 2020 года ФИО1 изменена дневная тарифная ставка на 2154,52 рублей, районный коэффициент 1,7, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 60%, процентная надбавка за работу с вредными и опасными условиями труда 4%.

Соглашением от 29 марта 2023 года ФИО1 установлен оклад 242,38 рублей, районный коэффициент 1,7, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 50%.

Дополнительным соглашением к трудовому договору от 01 июля 2023 года, ФИО1 изменена дневная тарифная ставка (в час) на 266,62 рублей, районный коэффициент 1,7, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 50%.

Так, материалами дела подтверждается, что также установлено в ходе судебного разбирательства, в мае 2017 года истцом отработано 235,2 часов, при норме 160 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 75,2 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 10 179,82 рублей, из расчета 75,2 (количество часов сверх нормы) * 135,37 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена. В связи с чем, ответчик обязан истцу оплатить 10 179,82 рублей в качестве оплаты междувахтового отдыха.

В июле 2017 года истцом отработано 212,8 часов, при норме 168 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно, свехнормы отработано 44,8 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 6 064,57 рублей из расчета 44,8 (количество часов сверх нормы) * 135,37 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена. В связи с чем, ответчик обязан истцу оплатить 6 064,57 рублей в качестве оплаты междувахтового отдыха.

В ноябре 2017 года истцом отработано 246,4 часов, при норме 167 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно, свехнормы отработано 79,4 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 10 748,37 рублей из расчета 79,4 (количество часов сверх нормы) * 135,37 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена. В связи с чем, ответчик обязан истцу оплатить 10 748,37 рублей в качестве оплаты междувахтового отдыха.

В марте 2018 года истцом отработано 291,2 часов, при норме 159 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно, свехнормы отработано 132,2 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 18 164,28 рублей из расчета 132,2 (количество часов сверх нормы) * 137,40 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена. В связи с чем, ответчик обязан истцу оплатить 18 164,28 рублей в качестве оплаты междувахтового отдыха.

В мае 2018 года истцом отработано 291,2 часов, при норме 159 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно, свехнормы отработано 132,2 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 18 164,28 рублей из расчета 132,2 (количество часов сверх нормы) * 137,40 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В июле 2018 года отработано 280 часов, при норме 176 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 104 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 14 289,6 рублей из расчета 104 (количество часов сверх нормы) * 137,40 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В сентябре 2018 года отработано 201,6 часов, при норме 160 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 41,6 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 5 715,84 рублей из расчета 41,6 (количество часов сверх нормы) * 137,40 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В октябре 2018 года отработано 347,2 часов, при норме 184 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 163,2 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 22 423,68 рублей из расчета 163,2 (количество часов сверх нормы) * 137,40 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В марте 2019 года отработано 235,2 часов, при норме 159 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 76,2 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 11 221,97 рублей из расчета 76,2 (количество часов сверх нормы) * 144,27 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В июне 2019 года отработано 201,6 часов, при норме 151 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 50,6 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 7 300,06 рублей из расчета 50,6 (количество часов сверх нормы) * 144,27 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В августе 2019 года отработано 268,8 часов, при норме 176 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 92,8 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 13 388,25 рублей из расчета 92,8 (количество часов сверх нормы) * 144,27 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В октябре 2019 года отработано 313,6 часов, при норме 184 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 129,6 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 18 697,39 рублей из расчета 129,6 (количество часов сверх нормы) * 144,27 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В декабре 2019 года истцом отработано 280 часов, при норме 175 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 105 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 15 148,35 рублей из расчета 105 (количество часов сверх нормы) * 144,27 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В феврале 2020 года отработано 212,8 часов, при норме 152 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 60,8 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 11 695,48 рублей из расчета 60,8 (количество часов сверх нормы) * 192,36 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В апреле 2020 года отработано 336 часов, при норме 175 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 161 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 30 969,96 рублей из расчета 161 (количество часов сверх нормы) * 192,36 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В мае 2020 года отработано 280 часов, при норме 135 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 145 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 27 892,2 рублей из расчета 145 (количество часов сверх нормы) * 192,36 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В сентябре 2020 года отработано 302,4 часов, при норме 176 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 126,4 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 24 800,94 рублей из расчета 126,4 (количество часов сверх нормы) * 196,21 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В октябре 2020 года отработано 313,6 часов, при норме 176 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 137,6 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 26 998,49 рублей из расчета 137,6 (количество часов сверх нормы) * 196,21 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В апреле 2021 года истцом отработано 257,6 часов, при норме 175 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 82,6 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 16 206,94 рублей из расчета 82,6 (количество часов сверх нормы) * 196,21 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В июне 2021 года отработано 291,2 часов, при норме 176 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 115 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 38 835,5 рублей из расчета 115 (количество часов сверх нормы) * 337,70 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В сентябре 2021 года отработано 268,8 часов, при норме 176 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 92,8 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 20 575,61 рублей из расчета 92,8 (количество часов сверх нормы) * 221,72 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В октябре 2021 года отработано 190 часов, при норме 168 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 22 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 4 877,84 рублей из расчета 22 (количество часов сверх нормы) * 221,72 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена. В связи с чем Работодатель обязан Истцу оплатить 4 877,84 рублей в качестве оплаты междувахтового отдыха.

В декабре 2021 года отработано 240 часов, при норме 176 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 64 час, за которые работодатель истцу должен был оплатить 14 190,08 рублей из расчета 64 (количество часов сверх нормы) * 221,72 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В январе 2022 года отработано 268 часов, при норме 151 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 117 час, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 26 849,16 рублей из расчета 117 (количество часов сверх нормы) * 229,48 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В феврале 2022 года отработано 268 часов, при норме 151 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 117 час, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 26 849,16 рублей из расчета 117 (количество часов сверх нормы) * 229,48 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В апреле 2022 года отработано 336 часов, при норме 168 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 168 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 38 552,64 рублей из расчета 168 (количество часов сверх нормы) * 229,48 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В июне 2022 года отработано 235,2 часов, при норме 168 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 67,2 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 15421,05 рублей из расчета 67,2 (количество часов сверх нормы) * 229,48 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В ноябре 2022 года отработано 336 часов дней, при норме 167 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 169 часа, за которые работодатель истцу должен был оплатить 38 782,12 рублей из расчета 169 (количество часов сверх нормы) * 229,48 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В феврале 2023 года отработано 313,6 часов, при норме 143 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 170,6 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 45 485,37 рублей из расчета 170,6 (количество часов сверх нормы) * 266,62 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В апреле 2023 года отработано 291,2 часов, при норме 160 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 131 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 38 147,2 рублей из расчета 131 (количество часов сверх нормы) * 266,62 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В июне 2023 года отработано 190 часов, при норме 168 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 22 часа, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 5 865,64 рублей из расчета 22 (количество часов сверх нормы) * 266,62 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В июле 2023 года отработано 201 часов, при норме 168 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 33,6 часов, за которые работодатель истцу должен был оплатить 8 958,432 рублей из расчета 33,6 (количество часов сверх нормы) * 266,62 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В сентябре 2023 года отработано 291 часов, при норме 168 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 123 часов, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 32 794,26 рублей из расчета 123 (количество часов сверх нормы) * 266,62 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В ноябре 2023 года отработано 336 часов, при норме 167 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 169 часов, за которые работодатель истцу должен был оплатить 45 058,78 рублей из расчета 169 (количество часов сверх нормы) * 266,62 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

В декабре 2023 года отработано 235 часов, при норме 168 часов за месяц исходя из нормы 40-часовой рабочей недели. Соответственно свехнормы отработано 67,2 часов, за которые работодатель Истцу должен был оплатить 17 916,86 рублей из расчета 67,2 (количество часов сверх нормы) * 266,62 рублей (часовая тарифная ставка), но указанная сумма работодателем не оплачена.

Таким образом, работодателем не оплачен ФИО1 междувахтовый отдых на общую сумму 754 337,97 рублей, из расчета 10 179,82 рублей + 6 064,57 рублей +10 748,37 рублей + 18 164,28 рублей + 18 164,28 рублей +14 289,6 рублей +5 715,84 рублей + 22 423,68 рублей +11 221,97 рублей + 7 300,06 рублей + 13 388,25 рублей +18 697,39 рублей + 15 148,35 рублей + 11 695,48 рублей + 30 969,96 рублей + 24 800,94 рублей+26 998,49 рублей + 16 206,94 рублей + 38 835,5 рублей + 20 575,61 рублей + 4 877,84 рублей + 14 190,08 рублей +26 849,16 рублей +26 849,16 рублей+38 552,64 рублей +15421,05 рублей+38 782,12 рублей +45 485,37 рублей+ 38 147,2 рублей+ 5 865,64 рублей+ 8 958,43 рублей + 32 794,26 рублей +45 058,78 рублей + 17 916,86 рублей.

Суд соглашается с представленным истцом расчетом, находит его верным, правильным. Контррасчет ответчиком не представлен.

Согласно ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате, в том числе незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В силу ст.395 ТК РФ работнику, незаконно уволенному с работы и восстановленному на прежней работе, выплачивается средний заработок за время вынужденного прогула со дня увольнения.

Средний заработок для оплаты вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст.139 ТК РФ, а также с учетом порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922, исходя из фактически начисленной работнику заработной платы за 12 месяцев, предшествующих увольнению.

В соответствии со ст.139 ТК РФ при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (абз.2 ст.139 ТК РФ).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

В соответствии с п.9 Положения "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 г. N 922 (в ред. от 10.12.2016 г., далее также - Положение) средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Согласно расчету среднего заработка истца, представленного работодателем в записке-расчете № 53/00-к от 02.02.2024 года, среднедневной доход истца за период с февраля 2023 по февраль 2024 года составил 6 300,39 рублей.

Следовательно, за период с 04 февраля 2024 года (дата расторжения трудового договора) по 08 апреля 2024 года (дата расчета) размер заработной платы истца за время вынужденного прогула составляет 409 525,35 рублей из расчета 6300,39 * 65 дней.

Суд соглашается с представленным истцом расчетом, находит его верным, правильным. Контррасчет ответчиком не представлен.

Частью 9 ст. 394 ТК РФ предусмотрено, что в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Аналогичные разъяснения даны и в п. 63 постановления Пленума, согласно которым суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части 1) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Учитывая, что увольнение ФИО1 признано судом незаконным, принимая во внимание, что заявленный ФИО1 размер компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей является чрезмерным и необоснованным, суд считает возможным частично удовлетворить его требования о компенсации морального вреда с учетом пределов разумности и обоснованности в размере 10 000 рублей.

Частью 1 ст. 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, в силу ст. 94 ГПК РФ, в частности, относятся другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В обоснование требований о взыскании расходов по оплате услуг представителя заявителем представлен договор на оказание юридических услуг № б/н от 16 февраля 2024 года и расписки о получении денежных средств от того же числа о получении ФИО2 от ФИО1 денежных средств в размере 25 000 рублей за досудебную работу и представление интересов в суде первой инстанции.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 11 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума), в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

По смыслу указанных разъяснений, представительские расходы носят неразумный (чрезмерный) характер, который позволяет суду их снизить, только тогда, когда это обстоятельство является явным, очевидным, не вызывающим разумного сомнения.

С учётом документальной обоснованности размера судебных расходов, принципов разумности и справедливости, необходимости соблюдения баланса между правами лиц, участвующих в деле, принимая во внимание высокую степень сложности дела, большой объём оказанных услуг и небольшой временных затрат при производстве по делу (1 подготовка и 1 судебное заседание, на которых присутствовали истец и его представитель), частичное удовлетворение исковых требований, стоимость расходов на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, а также те обстоятельство, что представитель принимал непосредственное участие в судебном заседании, суд считает возможным взыскать в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.

Так, в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума) разъяснено, что расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети "Интернет", на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 ГК РФ такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (часть 1 статья 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статья 110 АПК РФ).

Из представленных в материалы дела документов, следует, что почтовые расходы были понесены истцом, который направил свою претензию ответчику и оплатил почтовые услуги в сумме 805 рублей, указанные расходы признаются расходами истца, и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

В силу положений ст. 396 ТК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника, о восстановлении на прежней работе работника, незаконно переведенного на другую работу, подлежит немедленному исполнению. При задержке работодателем исполнения такого решения орган, принявший решение, выносит определение о выплате работнику за все время задержки исполнения решения среднего заработка или разницы в заработке.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ООО "Инк-Текущий и Капитальный Ремонт Скважин" об отмене приказа на увольнение, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 в ООО "Инк-Текущий и Капитальный Ремонт Скважин" в должности инженера -технолога ЦИТС на тех же условиях работы.

Взыскать с ООО "Инк-Текущий и Капитальный Ремонт Скважин" (ИНН №) в пользу ФИО1 (№):

- оплату междувахтового отдыха в размере 754 337, 97 руб.,

- вынужденный прогул за период с даты увольнения (ДД.ММ.ГГГГ) до даты представления в суд уточнения к иску (ДД.ММ.ГГГГ) в размере 409 525,35 руб., с даты представления в суд уточнения к иску (ДД.ММ.ГГГГ) до даты восстановления на работе,

- компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.,

- судебные расходы за оказание юридических услуг в размере 20 000 руб.,

- почтовые расходы в размере 805 руб.

В удовлетворении требований ФИО1 в оставшейся части отказать.

Решение в части восстановления ФИО1 в должности и взыскания заработной платы за время вынужденного прогула привести к немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Бижбулякский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Судья А.Р. Курамшина