Апелляционное постановление № 22-3122/2025 22К-3122/2025 от 9 декабря 2025 г.

Судья Морозов В.Н.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 22к-3122/2025
10 декабря 2025 г.
г. Махачкала
Верховный Суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Колуба А.А.; при секретаре судебного заседания Османове М.О., с участием прокурора Керимова С.А., защитника – адвоката Омаровой Х.А., защитника наряду с адвокатом Гаджиева Г.М. рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционному представлению государственного обвинителя Алиева И.И. на постановление Ногайского районного суда Республики Дагестан от 24 ноября 2025 г. об изменении

ФИО1, родившемуся <дата> в <адрес>а Республики Дагестан, несудимому, обвиняемому по пп. «а», «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ,

меры пресечения с содержания под стражей на домашний арест на период с 24 ноября 2025 г. до 4 февраля 2026 г. включительно.

Заслушав после доклада председательствующего выступление прокурора, поддержавшего апелляционное представление, мнения защитников, полагавших представление не подлежащим удовлетворению, суд

у с т а н о в и л :

4 августа 2025 г. в производство Ногайского районного суда Республики Дагестан поступило уголовное дело в отношении Гаджиева и еще 11 лиц, обвиняемых по пп. «а», «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ.

12 августа 2025 г. постановлением суда ранее избранная Гаджиеву мера пресечения в виде содержания под стражей оставлена без изменения, срок ее действия продлен на 6 месяцев, до 4 февраля 2026 г. включительно.

16 сентября 2025 г. постановлением суда мера пресечения Гаджиеву изменена на домашний арест.

10 ноября 2025 г. апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Дагестан постановление от 16 сентября 2025 г. отменено, материал передан на новое судебное рассмотрение.

24 ноября 2025 г. судом принято указанное выше решение.

В апелляционном представлении обвинитель постановление считает незаконным и необоснованным, отмечая, что Гаджиев обвиняется в совершении тяжкого преступления в составе организованной группы. Заболеваний, препятствующих Гаджиеву содержаться под стражей, нет. Суд не истребовал личное дело Гаджиева на предмет обращения за медицинской помощью по имеющимся заболеваниям. Сделав вывод об отсутствии оснований для избрания какой-либо меры пресечения и избрав Гаджиеву домашний арест, суд допустил противоречия. Должная оценка личности Гаджиева не дана. Обоснование причин установления запрета использования Гаджиеву средств связи в постановлении отсутствует. Также в постановлении отсутствует разъяснение о необходимости информирования Гаджиевым контролирующего органа о каждом звонке в экстренные службы. В связи с этим обвинитель просит постановление отменить, избрать Гаджиеву меру пресечения в виде заключения под стражу.

Представитель потерпевшего – общества с ограниченной ответственностью «Дагестанбурениесервис» ФИО2 в письменном заявлении поддержал апелляционное представление и просил отменить постановление, заключив Гаджиева под стражу.

В возражениях защитник Омарова постановление просит оставить без изменения, а представление – без удовлетворения.

Изучив материал, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 228 УПК РФ по поступившему в суд уголовному делу судья должен выяснить в отношении каждого из обвиняемых подлежит ли избранию, отмене или изменению мера пресечения, а также подлежит ли продлению срок запрета определенных действий или срок содержания под стражей.

Согласно ч. 1 ст. 255 УПК РФ в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого.

В силу чч. 1 и 1.1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения изменяется на более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и 99 УПК РФ.

Мера пресечения в виде заключения под стражу также изменяется на более мягкую при выявлении у обвиняемого тяжелого заболевания, препятствующего его содержанию под стражей и удостоверенного медицинским заключением, вынесенным по результатам медицинского освидетельствования. Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, порядок их медицинского освидетельствования и форма медицинского заключения утверждаются Правительством Российской Федерации.

Как видно из материала, по поступлении дела в суд Гаджиеву сохранена избранная в ходе предварительного следствия мера пресечения в виде содержания под стражей. Основанием для постановки вопроса об изменении этой меры послужило ходатайство защитника Омаровой со ссылкой на то, что тяжелое заболевание Гаджиева включено в перечень таковых, препятствующих содержанию под стражей (л.м. 21 т. 1). Удовлетворяя ходатайство, суд в постановлении от 16 сентября 2025 г. привел данные о заболеваниях Гаджиева и его обращениях за медицинской помощью с 2000 г. по 20 июля 2018 г. (л.м. 177 т. 1). Признавая это решение 10 ноября 2025 г. незаконным, суд апелляционной инстанции указал, что суд первой инстанции не проверил, являются ли заболевания Гаджиева тяжелыми и препятствующими его содержанию под стражей (л.м. 244-245 т. 1).

В ходе нового рассмотрения ходатайства защитника суд пришел к выводу о том, что документального подтверждения наличия у Гаджиева заболевания, препятствующего содержанию под стражей, в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 г. № 3, не представлено (л.м. 26 т. 2).

Таким образом, отмечает суд республики, никаких новых обстоятельств с момента поступления дела в суд для изменения меры пресечения Гаджиеву не возникло. Как указано выше, его заболевания были очерчены периодом до 20 июля 2018 г. и учитывались при избрании и продлении ему меры пресечения. Соответственно, законных оснований для постановки защитником Омаровой перед судом вопроса в порядке ст. 110 УПК РФ не имелось.

Тем не менее, приходя к выводу об удовлетворении ходатайства, в постановлении от 24 ноября 2025 г. суд принял во внимание, что за период избрания домашнего ареста Гаджиев не нарушал установленные ему запреты, являлся на каждое заседание, не угрожал участникам судопроизводства и что учтенные ранее предусмотренные ст. 97 и 99 УПК РФ основания избрания содержания под стражей утратили свое значение.

Не соглашаясь с такими выводами, суд второй инстанции отмечает следующее.

В силу ч. 1 ст. 22, ч. 1 ст. 46, ст. 48 Конституции Российской Федерации и ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Ограничение этого права может быть осуществлено федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты, в частности, основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц, обеспечения безопасности государства.

Будучи органом правосудия, суд обязан обеспечить справедливую процедуру принятия решения о применении меры пресечения в виде заключения под стражу (продления срока ее действия) исходя из одинаковой природы и значения судебных гарантий для защиты прав и законных интересов личности при принятии решений, связанных с ограничением свободы, и личной неприкосновенности, вне зависимости от того, на какой стадии уголовного судопроизводства эти решения принимаются.

В соответствии с чч. 1 и 2 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении обвиняемого в совершении тяжкого преступления, если иное не предусмотрено чч. 1.1, 1.2 и 2 ст. 108 УПК РФ, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Обстоятельств, указанных в чч. 1.1, 1.2 и 2 ст. 108 УПК РФ, в отношении Гаджиева не имеется.

Преступление, предусмотренное пп. «а», «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, совершение которого вменено Гаджиеву, исходя из его санкции, законом (ч. 4 ст. 15 УК РФ) отнесено к категории тяжкого и предусматривает безальтернативное наказание в виде лишения свободы на длительный срок.

Тяжесть такого обвинения указывает на достаточную вероятность того, что при избрании Гаджиеву меры пресечения на не связанную с лишением свободы он может скрыться от суда (п. 1 ч. 1 ст. 97 УПК РФ).

Гаджиеву предъявлено обвинение в совершении названного преступления в составе организованной группы из 12 человек. Тем самым сохраняется достаточно высокий риск того, что, будучи на свободе, Гаджиев может воспрепятствовать производству по делу (п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ).

Данные о личности Гаджиева – отсутствие судимости, инвалидность 2 группы, положительная характеристика по месту регистрации, ненахождение на учетах в диспансерах, наличие супруги и малолетних детей – признаются позитивными обстоятельствами применительно к выбор меры пресечения, однако они сами по себе и с учетом приведенного выше достаточными для устранения существующей угрозы в случае нахождения обвиняемого в условиях ограниченной свободы, под домашним арестом, по мнению суда республики, не являются.

Оказание обвиняемому, содержащемуся под стражей, необходимой медицинской помощи гарантировано ч. 2 ст. 7 Конституции Российской Федерации, ч. 3 ст. 10 и ст. 24 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и приказом Минюста России от 28 декабря 2017 г. № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы».

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости удовлетворения представления и отмены постановления суда, вынесенного с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и без учета приведенного выше.

Выявленное нарушение может быть устранено судом второй инстанции.

Изложенные обстоятельства дают основание избрать Гаджиеву меру пресечения в виде заключения под стражу, поскольку иная альтернативная мера не сможет на должном уровне обеспечить беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства. Такая степень ограничения прав и свобод Гаджиева соразмерна тяжести предъявленного обвинения и степени общественной опасности инкриминируемого преступления.

Срок содержания его под стражей устанавливается до 4 февраля 2026 г. включительно (ч. 1 ст. 128 УПК РФ), т.е. на 1 месяц 26 суток.

Руководствуясь ст. 389.9, 389.13, п. 1 ст. 389.15, п. 6 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.23, чч. 1, 3-5 ст. 389.28, чч. 1 и 2 ст. 389.33 УПК РФ, Верховный Суд Республики Дагестан

п о с т а н о в и л :

постановление Ногайского районного суда Республики Дагестан от 24 ноября 2025 г. в отношении ФИО1 отменить.

Принять по материалу новое решение.

В удовлетворении ходатайства защитника – адвоката Омаровой Х.А. об изменении меры пресечения отказать.

Избрать ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу на 1 (один) месяц 26 (двадцать шесть) суток, т.е. до 4 февраля 2026 г. включительно.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст. 401.10-401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции. В случае кассационного обжалования подсудимый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий: