Апелляционное постановление № 22К-241/2020 от 19 января 2020 г. по делу № 3/2-295/2019

Суд 1-й инстанции Смертина Т.М. материал № 22-241/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 января 2020 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Игнатовой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Константиновой С.В.,

с участием прокурора Власовой Е.И., обвиняемого И.М.Н. путем использования систем видеоконференц-связи и его защитника по соглашению – адвоката Рукавишникова П.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании судебный материал по апелляционной жалобе адвоката Мамаевой О.Г. в защиту интересов обвиняемого И.М.Н. на постановление судьи Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 27 декабря 2019 года, которым в отношении обвиняемого

И.М.Н., родившегося Дата изъята в <адрес изъят>, (данные изъяты), зарегистрированного по адресу: <адрес изъят>, проживающего по адресу: <адрес изъят>, ранее не судимого,

продлен срок содержания под стражей на три месяца, всего до четырех месяцев 10 суток, то есть по 31 марта 2020 года включительно.

Заслушав обвиняемого И.М.Н. и адвоката Рукавишникова П.П., поддержавших доводы апелляционной жалобы адвоката Мамевой О.Г. в полном объеме; прокурора Власову Е.И., возражавшего удовлетворению апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия И.М.Н. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Уголовное дело возбуждено 1 июля 2019 по факту безвестного исчезновения Д. по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. Срок предварительного следствия по уголовному делу был неоднократно продлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона уполномоченным на то лицом, в том числе, постановлением от 19 декабря 2019 года до 9-ти месяцев, то есть до 1 апреля 2020 года.

По подозрению в совершении указанного преступления И.М.Н. был задержан 21 ноября 2019 года. 25 ноября 2019 года постановлением <адрес изъят> городского суда <адрес изъят> в отношении подозреваемого И.М.Н. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 1 месяц 7 суток, по 1 января 2020 года включительно. 30 ноября 2019 года И.М.Н. предъявлено обвинение по ч.1 ст. 105 УК РФ.

Обжалуемым судебным решением избранная в отношении обвиняемого И.М.Н. мера пресечения продлена на 3 месяца, всего до четырех месяцев 10 суток, то есть по 31 марта 2020 года включительно.

В апелляционной жалобе адвокат Мамаева О.Г., защищая интересы обвиняемого И.М.Н., выражает несогласие с судебным решением, считая его незаконным и необоснованным, не отвечающим требованиям ч.4 ст. 7 УПК РФ, исходя из следующего. Судья не проверил, как этого требует п.21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста», обоснованность подозрений в причастности И.М.Н. к совершенному преступлению, оставив без оценки надуманность и предположительность доводов следствия о наличии преступления, не подтверждение признательных показаний И.М.Н. иными доказательствами, не допустимость как доказательств явки с повинной и признательных показаний И.М.Н. ввиду их получения в результате применения к И.М.Н. в период с 22 августа по 1 сентября 2019 года физического насилия сотрудниками следственного комитета, с нарушением права И.М.Н. на защиту при проведении его допроса 22 августа 2019 года ввиду участия ненадлежащего адвоката. При этом, адвокат ссылается на проведение проверки органом собственной безопасности МВД по <адрес изъят> заявления И.М.Н. от 2 сентября 2019 года, на фальсификацию акта медицинского освидетельствования И.М.Н. Номер изъят от 2 сентября 2019 года, поскольку выводы эксперта в данном акте об отсутствии у И.М.Н. телесных повреждений опровергаются актом медицинского освидетельствования Номер изъят от 2 сентября 2019 года, согласно которому другим экспертом было установлено наличие у И.М.Н. телесных повреждений, причиненных по давности в указанный И.М.Н. период применения к нему физического насилия. Кроме того, указывает на оставление без внимания сведений об изменении постановления суда первой инстанции, принятого в порядке ст. 108 УПК РФ, апелляционной инстанцией Верховного Суда <адрес изъят> решением от 23 декабря 2019 года. Потому просит постановление судьи первой инстанции отменить, отказать органу следствия в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания И.М.Н. под стражей.

В ходе заседания суда апелляционной инстанции адвокат Рукавишников П.П., поддержав в полном объеме доводы апелляционной жалобы адвоката Мамаевой О.Г., дополнительно указал на не обнаружение трупа Д., что ставит под сомнение обоснованность обвинения; на недостоверность указанных в протоколе задержания оснований; на получение от И.М.Н. признательных показаний в результате недопустимых методов следствия, выразившихся в применении физического насилия; на незаконное этапирование И.М.Н. в СИЗО-Номер изъят <адрес изъят>, поскольку следственные действия с ним в этот период вообще не проводились; на его этапирование с целью получения от И.М.Н. признательных показаний путем применения к нему насилия в условиях СИЗО, а также с целью продления срока содержания под стражей, так как в <адрес изъят> суды отказывались продлить содержание И.М.Н. под стражей; на недоказанность возможности И.М.Н. оказать воздействие на потерпевшую Пт. и необоснованность заявления потерпевшей на этот счет.

Изучив материалы судебного производства, проверив доводы апелляционной жалобы адвоката Мамаевой О.Г., а также доводы, заявленные адвокатом Рукавишниковым П.П., суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Постановление о продлении обвиняемому И.М.Н. срока содержания под стражей принято в соответствии с положениями ст. ст. 97, 99, 108 и 109 УПК РФ, со ссылкой на конкретные факты и обстоятельства, подтвержденные достоверными сведениями, и отвечает требованиям ст. 7 УПК РФ, Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста», а также не противоречит Конституции РФ.

Исследовав представленные органом следствия материалы, проверив обоснованность ходатайства, оценив доводы сторон, судья признал материалы достаточными для принятия решения и установил все фактические обстоятельства и основания, позволяющие принять решение об удовлетворении ходатайства. Свои выводы на этот счет судья полно мотивировал в постановлении. С ними соглашается и суд апелляционной инстанции.

Судья верно, с учетом даты возбуждения уголовного дела, не усомнился в обоснованности продления срока предварительного следствия по делу до 1 апреля 2020 года, а также в разумности испрашиваемого органом следствия срока, на который необходимо продлить содержание обвиняемого И.М.Н. под стражей.

Суд апелляционной инстанции оснований для иного вывода не усматривает, поскольку, как правильно указано в постановлении, это вызвано объективными на то причинами, а именно, необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, направленных на собирание доказательств по делу и требующих дополнительного времени, в их числе, продолжить оперативно-розыскные мероприятия по поиску трупа потерпевшей, установлению круга общения И.М.Н. с их последующим допросом, провести проверку показаний на месте с участием обвиняемого И.М.Н. с выездом в <адрес изъят>, назначить и провести в отношении И.М.Н. комплексную психолого-психиатрическую судебную экспертизу.

Не входя в обсуждение вопроса о виновности И.М.Н., судья убедился в достоверности данных об имевшем место событии преступления, достаточности данных, обосновывающих наличие у стороны обвинения оснований для осуществления уголовного преследования в отношении И.М.Н., каковыми являются признательные показания самого И.М.Н., данные в им 22 августа 2019 года в качестве подозреваемого, показания потерпевшей и иные доказательства.

Проверил также судья все фактические обстоятельства и основания, послужившие поводом для избрания в отношении И.М.Н. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Так, судья установил, что мера пресечения в отношении И.М.Н. в виде заключения под стражу была избрана судом, она не отменялась и не изменялась в установленном законом порядке; основания, учтенные судом при избрании меры пресечения, на момент рассмотрения ходатайства о продлении срока содержания под стражей, не изменились, а необходимость дальнейшего содержания обвиняемого под стражей не отпала.

Характер инкриминируемого И.М.Н. преступления, относящегося к категории особо тяжких, направленного против жизни человека; данные о личности И.М.Н. и иные представленные органом следствия сведения позволили судье установить отсутствие оснований, предусмотренных ст. 110 УПК РФ, для отмены или изменения избранной меры пресечения и наличие оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ для сохранения избранной меры пресечения и продления срока содержания И.М.Н. под стражей.

Так, установив, что И.М.Н. по месту жительства характеризуется удовлетворительно, многократно привлекался к административной ответственности, в том числе за употребление наркотических веществ; что труп потерпевшей до настоящего времени не найден, что обуславливает проведение оперативно-розыскных мероприятий; оценив наряду с этим тяжесть выдвинутого обвинения, судья первой инстанции пришел к выводу о том, что находясь на иной, нежели содержание под стражей, мере пресечения, И.М.Н. может скрыться от предварительного следствия и суда, воспрепятствовать производству по делу путем принятия мер к сокрытию трупа Д. и других следов преступления, чем уничтожить доказательства по уголовному делу.

Суд апелляционной инстанции с выводами судьи первой инстанции о доказанности оснований, указанных в ст. 97 УПК РФ, которые не оспорены адвокатом мамаевой О.Г. в апелляционной жалобе, и отсутствии оснований для отмены или изменения избранной меры пресечения согласен и оснований признать их немотивированными, основанными на предположениях и не подтвержденными доказательствами, исследованными в судебном заседании, не усматривает.

Довод адвоката Рукавишникова П.П. о необоснованности заявления потерпевшей Пт. об опасениях за свои жизнь и здоровье суд апелляционной инстанции оставляет без оценки, поскольку оспариваемое судебное решение не содержит выводов суда, основанных на оценке заявления потерпевшей, на которое ссылается защитник.

Доводы защиты об отсутствии события преступления; о порочности доказательств по делу, а именно, явки с повинной и признательных показаний И.М.Н., ввиду их получения в результате применения недозволенных методов следствия; о фальсификации акта медицинского освидетельствования И.М.Н. аналогичны доводам, заявленным в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции. Эти доводы судья первой инстанции обоснованно не подверг рассмотрению, поскольку, на что верно указано в оспариваемом решении, оценка относимости, допустимости и достоверности доказательств по делу и доказанности предъявленного обвинения подлежит проверке в порядке иного судопроизводства при рассмотрении уголовного дела по существу.

Каких-либо данных, препятствующих содержанию обвиняемого И.М.Н. в условиях следственного изолятора, судье первой инстанции представлено не было, не представлено таковых и в суд апелляционной инстанции.

Требования ч. 8 ст. 109 УПК РФ судьей не нарушены, так как на момент истечения срока содержания под стражей обвиняемый И.М.Н. содержался в СИЗО-Номер изъят <адрес изъят>.

Оценивать цели этапирования обвиняемого и контролироваться проведение либо непроведение с ним следственных действий в период содержания в условиях СИЗО-Номер изъят <адрес изъят> судья первой инстанции при разрешении ходатайства в порядке ст. 109 УПК РФ был не вправе. Не входит это в компетенцию суда апелляционной инстанции, что указывает на несостоятельность доводов адвоката Рукавишникова П.П. на этот счет.

Утверждения адвоката Рукавишникова П.П. о том, что в <адрес изъят> судьи отказались продлять срок содержания И.М.Н. под стражей ничем не подтверждены, а потому являются субъективным мнением адвоката, неотносимым к проверке законности и обоснованности оспариваемого судебного решения.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционной жалобы и доводам, заявленным в ходе заседания суда апелляционной инстанции, не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления судьи первой инстанции, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, оспариваемое судебное решение подлежит изменению в части даты окончания продленного срока содержания обвиняемого под стражей.

Так, продлив срок содержания обвиняемого И.М.Н. под стражей всего на 4 месяца 10 суток, то есть по 31 марта 2020 года, судья первой инстанции неверно исчислил дату окончания указанного срока. Принимая во внимание дату задержания И.М.Н. в порядке ст. ст. 91 и 92 УПК РФ общий срок содержания под стражей в размере 4 месяцев 10 суток истекает 30 марта 2020 года.

Вносимые изменения не ставят под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного решения в целом и не нарушают права обвиняемого.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление судьи Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 27 декабря 2019 года в отношении обвиняемого И.М.Н. изменить.

Считать срок содержания обвиняемого И.М.Н. под стражей продленным на 3 месяца, всего на 4 месяца 10 суток, то есть по 30 марта 2020 года.

В остальном постановление судьи оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Мамаевой О.Г. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Игнатова Н.В.