Апелляционное определение № 22-298/2026 22-5602/2025 от 2 февраля 2026 г.копия Судья Чураева Е.С. дело № (22-5602/2025) Докладчик: судья Башарова Ю.Р. <адрес> 03 февраля 2026 года Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе: председательствующего - судьи Башаровой Ю.Р., судей Свинтицкой Г.Я., Лукаш Е.В., при секретаре Носковой М.В., с участием прокурора Маховой Е.В., осужденного Н.Р.Х.о., адвоката Алексеевой Т.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Бодриковой Е.С. и апелляционной жалобой адвоката Алексеевой Т.Г. в защиту осужденного Н.Р.Х.о. на приговор Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым Н.Р.Х.о. Хафиз оглы, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, ранее не судимый, осужден: - по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам лишения свободы; - по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, на основании ч. 3 ст. 72 УК РФ зачтено в срок наказания время содержания Н.Р.Х.о. под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена прежней в виде содержания под стражей, разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств и о процессуальных издержках. Заслушав доклад судьи Башаровой Ю.Р., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционного представления государственного обвинителя Бодриковой Е.С и апелляционной жалобы адвоката Алексеевой Т.Г., заслушав прокурора Махову Е.В., полагавшую необходимым приговор изменить по доводам апелляционного представления, апелляционную жалобу адвоката Алексеевой Т.Г. удовлетворить частично, выслушав выступления осужденного Н.Р.Х.о. и адвоката Алексеевой Т.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы и частично доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции Приговором Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ Н.Р.Х.о. признан виновным и осуждена за: - покушение на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере, совершенное с использованием электронных и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, - незаконное приобретение, хранение и ношение огнестрельного оружия. Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных судом в приговоре. В судебном заседании Н.Р.Х.о. вину в совершении преступлений не признал и от дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ. В апелляционном представлении государственный обвинитель Бодрикова Е.С. просит обжалуемый приговор отменить ввиду несоответствия изложенных в нем выводов фактическим обстоятельствам дела и направить материалы уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда. В обоснование доводов апелляционного представления государственный обвинитель, не оспаривая доказанности вины и правильности квалификации действий Н.Р.Х.о. по второму преступлению по ч. 1 ст. 222 УК РФ, указывает, что суд первой инстанции назначил Н.Р.Х.о. чрезмерно суровое наказание, неправильно применил уголовный закон по первому преступлению по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, неверно квалифицировал действия осужденного по первому преступлению. При этом государственный обвинитель указывает, что суд первой инстанции при назначении наказания Н.Р.Х.о. за совершенное им первое преступление оставил без внимания, что при применении положений ч. 1 ст. 62 и ч. 3 ст. 66 УК РФ к ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ максимальный размер наказания в виде лишения свободы может составлять не более 7 лет 6 месяцев, однако суд назначил Н.Р.Х.о. наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет, что являете несправедливым в силу чрезмерной суровости. Помимо этого, государственный обвинитель полагает, что при разрешении вопроса о виде и размере наказания, подлежащего назначению Н.Р.Х.о., признанные судом смягчающие наказание обстоятельства не были учтены надлежащим образом. Помимо этого, согласно доводов апелляционного представления квалификация действий Н.Р.Х.о. по первому преступлению по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ не основана на доказательствах по делу и является ошибочной. Так, государственный обвинитель указывает, что в ходе предварительного расследования и судебного следствия не были опровергнуты показания Н.Р.Х.о. о том, что обнаруженное и изъятое у него в квартире наркотическое средство мефедрон, массой не менее 0,29 грамма, предназначалось для его личного употребления. Помимо этого, автор апелляционного представления обращает внимание, что судом не опровергнуты доводы стороны защиты о том, что изъятые в квартире осужденного предметы – магниты, электронные весы, мерные ложки, пластиковые чашки, пластиковая банка, 2 мотка изоленты, пакеты «зип-лок», воронка, мерная гиря, обнаруженные на части изъятых предметов следы наркотического средства - мефедрон (4-метилметкатинон), имеющаяся в изъятых сотовых телефонах переписка, касающейся сбыта наркотических средств, и оперативная информация о причастности Н.Р.Х.о.оглы к сбыту наркотических средств, не подтверждают того, что осужденный планировал сбыть именно то наркотическое средство, которое было обнаружено у него в квартире. При этом, государственный обвинитель полагает, что Н.Р.Х.о. действительно причастен к сбыту наркотических средств, но наряду с этим в судебном заседании установлено, что он также является и лицом, страдающим наркотической зависимостью, в связи с чем с учетом имеющихся доказательств по делу судом достоверно не установлено, что именно изъятое наркотическое средство Н.Р.Х.о. планировал сбыть, а не приобрел и хранил его для личного употребления. На основании изложенного согласно доводов апелляционного представления анализ и оценка доказательств по уголовному делу позволяет квалифицировать действия осужденного Н.Р.Х.о. по первому эпизоду по ч. 1 ст. 228 УК РФ как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере, в связи с чем наказание за указанное преступление необходимо назначить в пределах санкции указанной статьи Уголовного кодекса РФ, а равно смягчить наказание, назначенное осужденному по совокупности преступлений. В апелляционной жалобе адвокат Алексеева Т.Г., действующая в интересах осужденного Н.Р.Х.о., просит приговор суда отменить ввиду несоответствия изложенных в нем выводов фактическим обстоятельствам дела и вынести по делу новый приговор, которым действия ее подзащитного по первому преступлению квалифицировать по ч. 1 ст. 228 УК РФ, а по второму преступлению его подзащитного оправдать. В обоснование доводов апелляционной жалобы адвокат указывает, что в рассматриваемых материалах уголовного дела отсутствуют как доказательства виновности Н.Р.Х.о. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, так и квалифицирующих признаков указанного состава преступления. При этом адвокат обращает внимание, что как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного следствия не были получены данные, свидетельствующие о том, что в указанный период времени в отношении изъятого по делу наркотического средства между неустановленным лицом и Н.Р.Х.о. действительно состоялась договоренность о совместных действиях по его сбыту, а не на приобретения его для личного потребления. Адвокат отмечает, что, несмотря на наличие в обжалуемом приговоре выводов суда о наличии у Н.Р.Х.о. корыстного умысла на осуществление незаконного сбыт наркотических средств в значительном размере, совершенное с использованием электронных и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в составе группы лиц по предварительному сговору, в приговоре не содержится указаний на какие-либо расчеты между неустановленными лицами и Н.Р.Х.о., которые, якобы, обеспечивали его мефедроном, а также между потенциальным покупателем и ее подзащитным. Адвокат указывает, что как в ходе предварительного расследования, так и судебного следствия по уголовному делу не предприняты меры, направленные на установление наличия у Н.Р.Х.о. банковских или иных счетов, несмотря на то обстоятельство, что в его распоряжении находились смартфоны с многочисленными приложениями, в том числе и с банковскими. Согласно доводов апелляционной жалобы адвоката сторона обвинения посчитала покушение на сбыт доказанным только в связи с изъятием мефедрона, а суд первой инстанции указанную версию принял без проверки каких-либо дополнительных данных, подтверждающих или опровергающих указанное обстоятельство. При этом судом первой инстанции сделан необоснованный вывод о том, что мефедрон Н.Р.Х.о. приобрел в период до 21 часа 40 минут ДД.ММ.ГГГГ, а именно в период времени, когда уже сотрудниками органов предварительного расследования осуществлялись обыски в рамках настоящего уголовного дела. На основании изложенного адвокат считает, что при таких обстоятельствах, основываясь только на факте изъятия мефедрона, а также предметов, имеющих отношение в фасовке наркотических средств, у суда первой инстанции не имелось оснований для того, чтобы сделать выводы о наличии такого квалифицирующего признака преступления как его совершение группой лиц по предварительному сговору, учитывая, что в материалах дела не содержится сведений о том, что, приобретая наркотик для последующего сбыта, Н.Р.Х.о., планировал его сбыть в сговоре с третьим лицом. При этом адвокат отмечает, что суд первой инстанции, сославшись на то, что вина Н.Р.Х.о. доказана наряду с иными доказательствами сведениями, отраженными в протоколах осмотров телефонов, изъятых у сужденного и в жилом помещении, не учел, что информации о сбыте изъятого в жилище мефедрона в данных переписках не содержится. Согласно доводов апелляционной жалобы ни органами предварительного расследования, ни судом первой инстанции не были предприняты меры к установлению принадлежности сим-карт, истребованию детализации телефонных соединений с указанием базовых станций операторов связи, а также к получению информации о возможности Н.Р.Х.о. находиться в зоне действия таких станций. При этом в апелляционной жалобе адвокат указывает на нарушение требований ст. 186.1 УПК РФ, согласно которой при наличии достаточных оснований полагать, что информация о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами имеет значение для уголовного дела, получение следователем указанной информации допускается на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном ст. 165 УПК РФ. На основании изложенного согласно доводов апелляционной суд первой инстанции формально мотивировал в обжалуемом приговоре свои выводы о виновности Н.Р.Х.о. в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, в значительном размере, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, сославшись на то, что о цели сбыта у осужденного Н.Р.Х.о. свидетельствуют характер и целенаправленность его действий, наличие предварительной договоренности о сбыте наркотика с неустановленным лицом, количество наркотического средства, наличие в жилище осужденного электронных весов, мерной ложки и упаковочных материалов, переписка, обнаруженная в сотовых телефонах осужденного, с фотографиями участков местности, а также оперативная информация о причастности осужденного и неустановленного лица к незаконному сбыту наркотических средств, полученная сотрудниками правоохранительных органов, нашедшая свое подтверждение в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий. При этом адвокат отмечает, что при вынесении приговора суд первой инстанции не отразил, какие именно конкретные и целенаправленные действия совершил Н.Р.Х.о. на сбыт наркотического средства, не привел указаний на наличие между ним и третьим лицом договоренностей на его последующий сбыт. Помимо этого в апелляционной жалобе адвокат указывает, что Н.Р.Х.о. не давал письменного разрешения на получение информации о переписке с третьими лицами, в связи с чем вышеуказанное доказательство является недопустимым, за исключением той части информации, которую Н.Р.Х.о. представил добровольно, а именно информацию о приобретения им мефедрона для личного употребления, что также подтверждается входящей информацией от ДД.ММ.ГГГГ с фотографиями координат закладки. Также в апелляционной жалобе адвокат обращает внимание, что количество изъятого у Н.Р.Х.о. наркотического вещества в количестве 0,29 грамма не может бесспорно свидетельствовать о намерении его сбыта; указанное количество наркотика свидетельствует о намерении его употребления осужденным, учитывая, что указанная масса является нижним порогом для наркотического средства мефедрона. Кроме того, согласно доводов апелляционной жалобы адвоката в ходе производства по делу не опровергнуты утверждения осужденного Н.Р.Х.о. о том, что обнаруженные сотрудниками полиции предметы для взвешивания и упаковки наркотических веществ ему не принадлежат. Также адвокат отмечает, что судом в обжалуемом приговоре не были надлежащим образом мотивированы выводы относительного того, по какой причине указанные предметы имеют отношение именно к изъятому наркотическому средству, а не к другим обстоятельствам незаконной деятельности. Кроме того, ссылаясь на Определение Конституционного Суда РФ № об отказе в принятии к рассмотрению жалобы на ст. 89 «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности» УПК РФ, адвокат указывает, что доказательств, подтверждающих наличие у Н.Р.Х.о. намерения сбыть наркотическое средство, изъятое в его жилище, в результате оперативно-розыскных мероприятий получено не было. Согласно доводов апелляционной жалобы адвоката выводы суда первой инстанции о том, что имеющаяся оперативно-розыскная информация бесспорно свидетельствует об осуществлении Н.Р.Х.о. сбыта наркотических средств, опровергается иной объективной информацией, имеющейся в материалах уголовного дела. При этом адвокат отмечает, что все мероприятия, проведённые оперативными сотрудниками в ходе производства по уголовному делу, сводились только к наблюдению, которое не выявило признаков сбыта наркотических средств, либо подготовки к нему. При этом согласно рапорта сотрудника УМВД о наблюдении за Н.Р.Х.о. оперативными сотрудниками в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий не было установлено каких-либо данных, свидетельствующих об осуществлении им мер, направленных на сбыт наркотического средства, а отражена только информация о передвижениях осужденного; в тоже время, как следует из материалов уголовного дела, мефедрон осужденный хранил дома, а согласно наблюдения наркотические средства он не только не раскладывал, но и не приобретал их. Также согласно доводов апелляционной жалобы адвоката свидетель Свидетель № 1 кроме задержания Н.Р.Х.о. и его обыска иных оперативно-розыскных мероприятий не проводил, в ходе его допросов не раскрыл суть оперативной информации о сбыте Н.Р.Х.о. наркотических средств, только лишь сообщив о том, что осужденный добровольно передал телефон и сообщил от него пароль, а также способствовал проведению обыска, обеспечив проход в подъезд и в квартиру. Свидетель Свидетель № 2 также сообщила только о добровольной помощи, оказанной Н.Р.Х.о. при проведении сотрудниками полиции обыска в жилом помещении и не сообщала каких-либо иных данных, имеющих значение для исхода уголовного дела. Согласно доводов апелляционной жалобы адвоката судом первой инстанции также не мотивированы надлежащим образом выводы о наличии в действиях Н.Р.Х.о. такого квалифицирующего признака как использование сети Интернет, в приговоре отсутствуют указания, что именно изъятое наркотическое средство Н.Р.Х.о. планировал сбывать посредством сети «Интернет», а не путем личной передачи третьему лицу. В апелляционной жалобе адвокат обращает внимание, что согласно оглашенным судом объяснениям и первоначальным показаниями осужденного он не намеревался сбывать обнаруженное наркотическое средство, а приобрел его для личного употребления, в связи с чем для опровержения указанных пояснений ее подзащитного должны были быть получены индивидуальные доказательства сбыта обнаруженного наркотика посредством сети «Интернет». Согласно доводов апелляционной жалобы адвоката цель использования для личного употребления обнаруженного наркотического средства подтверждается нахождением Н.Р.Х.о. в состоянии наркотического опьянения в момент его задержании, а также установленной в ходе проведения соответствующего экспертного исследования его зависимостью. При этом в апелляционной жалобе адвокат отмечает, что фотографии, на которые ссылается Н.Р.Х.о. как на указывающие о приобретении им через закладку наркотика для личного употребления, никак не связаны с чатом, в котором некие лица переписываются о событиях, не являющихся предметом рассмотрения настоящего уголовного дела. Помимо этого, согласно доводов апелляционной жалобы адвоката являются несостоятельными выводы суда о виновности ее подзащитного в совершении второго преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, поскольку согласно пояснениям эксперта в судебном заседании в ходе проведения им соответствующего экспертного исследования он не исследовал поражающие свойства изъятых пистолетов при стрельбе изъятыми у Н.Р.Х.о. пулями для травматического оружия, так как поражающих эффект для него заведомо отсутствовал, а самостоятельно изготовил пули, которые могли быть использованы в представленных на экспертизы пистолетах, и уже при осуществлении стрельбы указанными пулями сделал вывод о том, что пистолеты являются огнестрельным оружием. При этом адвокат обращает внимание, что в материалах уголовного дела не содержится каких-либо сведений о том, что Н.Р.Х.о. использовал или планировал использовать иные пули, кроме изъятых у него, для стрельбы из пистолета. На основании изложенного адвокат полагает, что заключения эксперта №№ № являются недопустимыми доказательствами, в связи с чем по второму преступлению Н.Р.Х.о. подлежит оправданию. Также согласно доводов апелляционной жалобы адвоката судом первой инстанции Н.Р.Х.о. назначено наказание по первому преступлению с учетом смягчающих его вину обстоятельств, в том числе с учетом явки с повинной осужденного, в связи с чем с учетом требований ст.ст. 66, 62 УК РФ назначенное наказание за первое преступление не могло превышать 7 лет 6 месяцев лишения свободы. С учетом вышеизложенного, а также при наличии иных установленных судом первой инстанции смягчающих вину Н.Р.Х.о. обстоятельств, назначенное ему наказание по первому преступлению является чрезмерно суровым вне зависимости от доказанности вины. Также согласно доводов апелляционной жалобы адвоката наказание, назначенное ее подзащитному за второе преступление, также является чрезмерно суровым, поскольку в отношении лица, ранее не судимого, при наличии смягчающих вину обстоятельств назначено наказание, близкое к его максимальному размеру. В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Алексеевой Т.Г. государственный обвинитель Бодрикова Е.С. просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы ввиду несостоятельности изложенных в ней доводов. Проверив материалы дела, выслушав участников процесса и обсудив доводы апелляционных представления и жалобы адвоката, суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовно-процессуального и уголовного законов. В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ решения суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными. На основании ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона. Судом первой инстанции требования указанных норм в полной мере не были соблюдены. Так, из установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств совершения первого преступления следует, что неустановленное лицо и Н.Р.Х.о., действуя в группе лиц по предварительному сговору, в нарушение требований Федерального закона Российской Федерации «О наркотических средствах и психотропных веществах» от 08 января 1998 года № 3-ФЗ, Постановления Правительства Российской Федерации «Об утверждении перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» от 30 июня 1998 года № 681 (список 1), совершили умышленные действия, непосредственно направленные на сбыт наркотического средства, а именно вещества, массой не менее 0,29 грамма, содержащее в своем составе наркотическое средство – мефедрон (4-метилметкатинон), содержащееся в одном свертке, в значительном размере, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), однако не смогли довести до конца совместные преступные намерения по независящим от них обстоятельствам, так как их преступные действия были пресечены сотрудниками полиции и указанное наркотическое средство изъято из незаконного оборота. На основании доказательств, подробно приведенных в приговоре, суд признал установленной вину Н.Р.Х.о. в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, в значительном размере, совершенное с использованием электронных и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам, и квалифицировал его действия по первому преступлению по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Признавая Н.Р.Х.о. виновным в совершении первого преступления и обосновывая свое решение, суд первой инстанции сослался на материалы уголовного дела, в том числе показания осужденного, показания свидетелей Свидетель № 1, Свидетель № 2, письменные материалы дела, согласно которым: - из показаний свидетеля Свидетель № 1 установлено, что в УНК ГУ МВД России по <адрес> поступила оперативная информация о том, что действует преступная группа лиц, в состав которой входит Н.Р.Х.о., который совместно с неустановленными лицами занимается сбытом наркотических средств на территории <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ было принято решение на проведение оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» за адресом проживания Н.Р.Х.о., а ходе которого было установлено, что около 13 часов 50 минут Н.Р.Х.о. вышел из подъезда по адресу своего проживания, направился в сторону пункта выдачи «Вайлдберриз», в дальнейшем в сторону остановки общественного транспорта <адрес> где через некоторое время сел в маршрутное такси, проследовал до <адрес>. Пробыв определенный промежуток времени в указанном районе, сел в автомобиль «Тойота Королла», который выехал за пределы <адрес>, прибыл к кафе <данные изъяты> где Н.Р.Х.о. вышел из автомобиля, сразу направился в лесной массив, который расположен за кафе. Примерно через 45 минут Н.Р.Х.о. вышел из лесного массива, направился в строну кафе <данные изъяты> после чего было принято решение о задержании Н.Р.Х.о., так как имелась информация о его причастности к незаконному сбыту наркотических средств. При задержании Н.Р.Х.о. был задан вопрос о цели его местонахождения в лесном массиве, на что он сообщил, что он должен был забрать оптовую закладку с наркотическим средством, которую в последующем необходимо было расфасовать и путем организации тайников закладок сбыть на территории <адрес>, но когда он зашел в лесной массив и пришел по координатам, которые ему сообщило неустановленное лицо, то он не обнаружил оптовой закладки, после чего стал выходить из леса. Далее было принято решение проехать по адресу проживания Н.Р.Х.о. В присутствии двух понятых мужчин был произведен личный досмотр Н.Р.Х.о., в ходе которого был обнаружен и изъят пистолет и 10 патронов, 3 бумажки с записями, сотовый телефон «Айфон». Затем ими был обнаружен рюкзак, который согласно пояснениям Н.Р.Х.о. принадлежит ему. В данном рюкзаке был обнаружен бумажный сверток с веществом и две пары перчаток. Кроме того, в квартире было изъяты сотовые телефоны, электронные весы, мерная гиря, воронка, мерная ложка, пластиковая банка, пластиковая чашка с остатками вещества, блокнот с записями и ручкой, множество полимерных пакетов на застежке рельсового типа, множество магнитов, два мотка изоленты, тряпичный мешок, все вышеуказанное было расположено в сумке. В дальнейшем Н.Р.Х.о. был доставлен в Управление УНК, где от него было получено объяснение, в ходе которого он пояснил, что занимается сбытом наркотических средств путем организации тайников-закладок; - из показаний свидетеля Свидетель № 2 установлено, что ДД.ММ.ГГГГ он находился по адресу: <адрес>, где к нему обратились мужчины, которые предъявили служебные удостоверения сотрудников полиции, попросили поучаствовать в качестве понятого, он с сотрудниками полиции на служебном автомобиле проследовал к адресу: <адрес>, они поднялись в квартиру, которая расположена в вышеуказанном доме, в жилом помещении был произведён личный досмотр задержанного мужчины, в ходе которого был изъят сотовый телефон, пистолет, затем был произведен осмотр квартиры с участием и с разрешения присутствующих жильцов, а именного женщины и задержанного мужчины, в ходе которого был обнаружен бумажный сверток с веществом; задержанный мужчина пояснил, что в нем находится наркотическое средство; кроме того, сотрудниками полиции также были изъяты различные предметы, такие как электронные весы, пластиковая тарелка, пластиковая банка, изоленты, маленькие магниты, полимерные пакетики, на вопрос сотрудников полиции задержанный мужчина сказал, что предметы принадлежат ему и они необходимы для фасовки наркотического средства; - из показаний свидетеля Свидетель № 3 установлено, что осужденный приходится ей гражданским супругом, в последнее время Н.Р.Х.о. не проживал с нею, после его ухода из семьи она поняла, что Н.Р.Х.о. употреблял наркотические средства, поскольку у него было странное поведение, красные глаза, он замкнулся в себе; - из протокола личного досмотра Н.Р.Х.о. установлено, что ДД.ММ.ГГГГ у него изъято: травматический пистолет с магазином, 10 патронов, три листка с записями, банковская карта «Тинькофф», сотовый телефон «Айфон», связка из двух ключей, один магнитный ключ; - из протокола осмотра места происшествия - <адрес> в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей установлено, что обнаружено и изъято две пары резиновых перчаток, бумажный сверток с веществом белого цвета, магниты, электронные весы, блокнот с записями и ручкой, две бумажки с записями, мерная ложка, пластиковая чашка с остатками вещества, пластиковая банка, 2 мотка изоленты, пакеты «зип-лок», тряпичный мешок, воронка, мерная гиря, коробка с 40 травматическими патронами, травматический пистолет с запчастями, паспорт, мобильный телефон марки «Viva», мобильный телефон марки «Realmi», мобильный телефон марки «Айфон», мобильный телефон марки «Honor», мобильный телефон марки «Самсунг»; - из протокола осмотра предмета - сотового телефона марки «Самсунг» от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что обнаружено интернет приложение «VIPole», в котором имеется профиль абонента <данные изъяты> где имеется чат с абонентом <данные изъяты>, чат с абонентом содержит обучающую информацию об устройстве тайников-закладок, сообщение координат с мастер-кладами с наркотическим средством, указания районов, обучение по описанию координат с тайником-закладкой, описание работы интернет-магазина по сбыту наркотических средств; - из протокола осмотра предмета - сотового телефона марки «Айфон» от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что обнаружены фотографии участков местности, в альбоме «скрытые» обнаружены фотографии тайников-закладок с уточняющими координатами; - из протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в телефоне имеется приложение «фотографии», содержащее в себе раздел «скрытые», где имеется 10 фотографий, среди которых две фотографии за ДД.ММ.ГГГГ, на которых изображен участок местности в леснойм массиве с указанием координат № кроме того, в указанном мобильном устройстве установлено приложение «VIPole», в данном приложение имеется профиль абонента <данные изъяты> где имеется чат с абонентом <данные изъяты> чат с абонентом содержит обучающую информацию об устройстве тайников-закладок, сообщение координат с мастер-кладами с наркотическим средством, указания районов, обучение по описанию координат с тайником- закладкой, описание работы интернет-магазина по сбыту наркотических средств, кроме того, в указанном мобильном телефоне содержится диалог с абонентом «<данные изъяты> содержащий в себе переписку о работе «кладмена», количестве сделанных закладок, а также об оплате услуг «закладчика»; - из справки об исследовании ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что вещество, массой 0,29 грамма, изъятое ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, содержит в своем составе наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), в процессе производства экспертизы израсходовано 0,03 грамма вещества; - из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что вещество, массой 0,26 грамма, изъятое ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, содержит в своем составе наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), в процессе исследования израсходовано по 0,03 грамма вещества; - из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что на предметах (электронных весах, ложке, воронке, гире), изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, обнаружены следы наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон); - из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что на банке и чашке, изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, обнаружены следы наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон); Проанализировав вышеуказанные доказательства, суд первой инстанции, признавая осужденного виновным в совершении первого преступления, указал, что об умысле осужденного на сбыт обнаруженного у наркотического средства свидетельствует характер и целенаправленность его действий, наличие предварительной договоренности о сбыте с неустановленным лицом, количество наркотического средства, наличие в жилище осужденного электронных весов, мерной ложки и упаковочных материалов, переписка, обнаруженная в сотовых телефонах осужденного с фотографиями участков местности, а также оперативная информация о причастности осужденного и неустановленного лица к незаконному сбыту наркотических средств, полученная сотрудниками правоохранительных органов и нашедшая свое подтверждения в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий. Вместе с тем, судом первой инстанции оставлены без должного внимания и оценки следующие обстоятельства. Как следует из протокола личного досмотра Н.Р.Х.о. от ДД.ММ.ГГГГ, составленного после задержания осужденного в ходе проведения ОРМ «Наблюдение», проводимого для проверки оперативной информации о сбыте осужденным наркотических средств, каких-либо запрещенных средств или веществ у осужденного не обнаружено. Как на стадии предварительного расследования, так и в судебном заседании Н.Р.Х.о., не оспаривая то обстоятельство, что он действительно причастен к незаконному сбыту наркотических средств, вместе с тем, последовательно утверждал, что обнаруженное в его жилище наркотическое средство он приобрел и хранил для личного употребления. При этом согласно заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы осужденный Н.Р.Х.о. страдает психическим расстройством в форме эмоционально неустойчивого расстройства личности и синдромом зависимости от стимуляторов, что подтверждается данными анамнеза, из которых следует, что он систематически употребляет наркотические вещества с психостимулирующим эффектом, от которых у него сформировались психическая и физическая зависимости. Н.Р.Х.о.нуждается в лечении и медико-социальной реабилитации по поводу синдрома зависимости от стимуляторов. С учетом выявленного у осужденного высокого уровня реабилитационного потенциала, обусловленного продолжительностью заболевания до 1 года, интраназальным употреблением наркотических средств и низкой интенсивностью абстинентного синдрома, он нуждается в лечении по поводу синдрома зависимости от стимуляторов в стационарных условиях. Согласно акта медицинского освидетельствования Н.Р.Х.о. от ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день задержания, осужденный находился в состоянии опьянения, вызванном употреблением мефедрона. Анализируя иные приведенные в приговоре доказательства, суд апелляционной инстанции отмечает, что в деле не имеется фактических данных, опровергающих показания Н.Р.Х.о. о том, что обнаруженное наркотическое средство он приобрел и хранил без цели сбыта. Каких-либо достоверных и документально подтвержденных сведений об имеющейся оперативной информации, подтверждающей причастность Н.Р.Х.о. к сбыту совместно и по предварительному сговору с неустановленным соучастником обнаруженного наркотического средства в уголовном деле не имеется. Вопреки выводам суда первой инстанции не подтверждается указанное и протоколами осмотров мобильных телефонов, находящихся в пользовании осужденного, содержащего его переписку с неустановленным лицом, однако сведений, дающих основания полагать, что характер этой переписки указывает на направленность умысла Н.Р.Х.о. на сбыт обнаруженного в его жилище наркотического средства, не имеется. Таким образом, приведенные в приговоре доказательства свидетельствуют лишь об обнаружения и изъятии наркотического средства - мефедрона в значительном размере в сумке осуждённого, находящейся в жилище осужденного. При этом из показаний осужденного, данных в ходе предварительного расследования уголовного дела при его допросе в качестве подозреваемого, следует, что он с конца ДД.ММ.ГГГГ употребляет наркотические средства, в том числе марихуану, а также периодически примерно один-два раза в месяц употребляет мефедрон, разовая доза вещества 0,2 грамма; примерно ДД.ММ.ГГГГ через Интернет-площадку в мессенджере «Телеграмм» он приобрел для личного употребления наркотическое средство мефедрон, массой 1 грамм за 3500 рублей. В его сотовом телефоне «Айфон 13 мини» с абонентским номером № в «Телеграмме» имеется переписка с телеграмм-каналом «Снято в касание» о приобретении указанного вещества. Закладку с наркотиком он нашел по присланным ему координатам возле жилых домов в районе станции метро <адрес> в тот же день употребил часть приобретенного наркотического средства, а часть завернул в бумажный сверток и хранил дома для дальнейшего личного потребления. Показания осужденного, данные в ходе производства по делу, в том числе о том, что обнаруженное наркотическое средство он не намеревался сбывать, согласуются с материалами уголовного дела, а именно: - согласно протокола осмотра предметов – переписки осужденного, содержащейся в его мобильном телефоне, из переписки с абонентом «гоу суппорт» и осужденным за дату, предшествующую ДД.ММ.ГГГГ, следует, что осужденный указал, что «у меня тары пока нет и всех принадлежностей, за выходные решу эти моменты и продолжу работать»; - согласно переписки с абонентом «Скипклад» следует, что между осужденным и абонентом ведется переписка о сооруженных тайниках–закладках, которые они делали ранее, однако, из переписки за ДД.ММ.ГГГГ следует, что осужденный указанному абоненту сообщает, что «я тоже долго делал на этот раз, вчера закончил, выдали новый, но локация плохая, не знаю, как туда добираться». При этом, как указано выше, из показаний осужденного, данных в ходе предварительного расследования, действительно следует, что он причастен к сбыту наркотических средств – мефедрона путем организации тайников-закладок, обнаруженные и изъятые в ходе осмотра его квартиры электронные весы, магниты, зип-пакеты, мерную ложку он использовал для фасовки и распространения наркотических средств через тайники-закладки, которые организовывал в различных районах города, расфасовку наркотиков производил вне дома, домой мастер-клады никогда не приносил, все фасовал на улице и в других местах, сбытом наркотических средств занимается с ДД.ММ.ГГГГ последний раз до задержания организовывал тайники-закладки в конце ДД.ММ.ГГГГ, то есть до даты покупки изъятого в его жилище наркотического средства. Также осужденный сообщал о том, что в день, когда его задержали, он ничего не нашел, что также согласуется с материалами уголовного дела, согласно которых Н.Р.Х.о. был задержан при выходе из лесного массива, куда приехал забирать оптовую партию наркотиков, при нем ничего запрещенного обнаружено не было; при задержании осужденный пояснял, что приехал за мастер-кладом, который не нашел, что согласуется с перепиской осужденного от ДД.ММ.ГГГГ, обнаруженной в его мобильной телефоне, согласно которой он сначала благодарит неустановленное лицо за оказанное ему доверие и выдачу большого веса наркотического средства, также согласно протокола осмотра мобильного телефона осужденного следует, что в телефоне обнаружены фотографии местности, датированные ДД.ММ.ГГГГ, на которых возле деревьев перекопана земля; вместе с тем, согласно следующей переписки осужденного следует, что осужденный сообщил неустановленному лицу, что он не нашел наркотики, а в местах, где они должны были лежать, перекопана земля. Таким образом, несмотря на наличие оснований полагать о причастности осужденного к деятельности, направленной на незаконный сбыт наркотических средств, исследованные судом первой инстанции доказательства не свидетельствует о том, что к моменту задержания осужденного ДД.ММ.ГГГГ у него имелось наркотическое средство, подготовленное к незаконному сбыту, в том числе обнаруженное в жилище осужденного наркотическое средство мефедрон в значительном размере, относительно которого осужденный пояснял, что он его приобрел и хранил для личного употребления, так как употребляет мефедрон, разовая доза употребляемого им вещества 0,2 грамма, а согласно заключения эксперта масса обнаруженного и изъятого мефедрона составила 0,29 грамма, что соотносится с разовой дозой наркотического средства, употребляемого осужденным. Помимо изложенного показания осужденного о приобретении и хранении для личного употребления обнаруженного и изъятого в его жилище наркотического средства мефедрона массой 0,29 грамма нашли свое подтверждение исследованными в судебном заседании суда апелляционной инстанции доказательствами. Так, при осмотре вещественного доказательства – мобильного телефона осужденного марки «Айфон мини 13» осмотрено приложение «Снято в касание», где присутствует переписка осужденного с неустановленным лицом о приобретении ДД.ММ.ГГГГ в 02 часа 45 минут наркотического средства для личного употребления; после чего осужденный произвел оплату за выбранное им наркотическое средство путем денежного перевода на сумму 4521 рублей, что согласуется со сведениями, представленными стороной защиты суду апелляционной инстанции, по движению по счету банковской карты, изъятой у осужденного, согласно которых судом апелляционной инстанции установлено наличие транзакции (перевода) «ДД.ММ.ГГГГ время 22.25 (время московское)» на сумму 4521 рублей. При этом, как верно указано в апелляционной жалобе адвоката, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о лицах, которые были намерены приобрести изъятое у осужденного наркотическое средство, либо, что осужденный намеревался сделать тайник–закладку с изъятым у него наркотическим средством, либо сбыть его в составе группы лиц по предварительному сговору. С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что доводы стороны защиты о приобретении и хранении запрещенного к обороту наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон), массой 0,29 грамма, изъятого ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, для личного употребления не опровергнуты совокупностью собранных в соответствии с требованиями закона доказательств, в связи с чем в силу ст. 14 УПК РФ о презумпции невиновности все неустранимые сомнения должны быть истолкованы в пользу осужденного. Вместе с тем, выводы суда первой инстанции о незаконном приобретении и хранении Н.Р.Х.о. наркотического средства в установленном количестве нашли свое подтверждение приведенными в приговоре доказательствами и сторонами не оспариваются, в связи с чем действия Н.Р.Х.о. подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ на ч. 1 ст. 228 УК РФ как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере. При назначении осужденному наказания по первому преступлению суд апелляционной инстанции учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, установленные судом первой инстанции смягчающие наказание обстоятельства, а именно наличие на иждивении двух малолетних детей, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, оказание физической и финансовой помощи близким родственникам, молодой возраст осужденного, положительные характеристики личности осужденного, в том числе данную в судебном заседании суда первой инстанции свидетелем Свидетель № 3 (матерью детей осужденного, объяснения как явку с повинной, в которых осужденный до возбуждения уголовного дела сообщил ранее неизвестные правоохранительным органам обстоятельства, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче согласия на осмотр телефонов и снятия блокировок с них, содержащих имеющие значение для уголовного дела сведения (переписка, фотографии), данные о личности виновного, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Отягчающих наказание обстоятельств судом апелляционной инстанции не установлено. Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства и переквалификацию действий Н.Р.Х.о. суд апелляционной инстанции считает необходимым назначить ему наказание в виде обязательных работ, исходя из санкции ч. 1 ст. 228 УК РФ. При этом, с учетом вышеизложенного, исходя из фактических обстоятельств совершенного преступления и данных о личности осужденного, оснований для применения при назначения наказания за первое преступление положений ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает. Несмотря на переквалификацию действий осужденного принятое решение суда первой инстанции о конфискации мобильного телефона «Айфон» законно и обоснованно, учитывая, что именно с использованием указанного телефона осужденный приобрёл наркотическое средство, в связи с чем этот мобильный телефон является средством совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ. Вместе с тем, принятое судом первой инстанции решение о конфискации мобильного телефона «Самсунг Гелакси» подлежит отмене в связи с отсутствием сведений о том, что наркотическое средство, которое незаконно хранил осужденный, было приобретено с помощью указанного мобильного телефона. Оценивая доводы апелляционной жалобы адвоката о необходимости оправдания осужденного по второму преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 222 УК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о их несостоятельности. Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката обстоятельства, при которых осужденным совершено второе преступление и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом первой инстанции установлены верно. Виновность Н.Р.Х.о. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, обстоятельства совершения которого установлены судом первой инстанции, полностью подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре суда, обоснованность которых у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. При этом выводы суда в указанной части соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются исследованными доказательствами, анализ которых приведен в приговоре. Как усматривается из материалов дела и установлено судом, приведенные доказательства виновности осужденного в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, отвечают требованиям уголовно-процессуального закона, поэтому обоснованно признаны допустимыми, а судом им дана надлежащая оценка. Выводы суда о доказанности вины Н.Р.Х.о. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют исследованным в судебном заседании доказательствам, а потому признаются судом апелляционной инстанции правильными. Вина Н.Р.Х.о. в совершении второго преступления подтверждается достаточной совокупностью приведенных в приговоре доказательств, допустимость и достоверность которых проверены в установленном законом порядке и которым дана надлежащая оценка. Все доводы стороны защиты об отсутствии достаточных доказательств, свидетельствующих о виновности осужденного в совершении второго преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, проверены судом первой инстанции и обосновано отвергнуты совокупностью собранных по делу доказательств. В подтверждение выводов о виновности Н.Р.Х.о. в совершении им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, суд в приговоре обоснованно сослался на показания свидетеля Свидетель № 1, согласно которых при задержании Н.Р.Х.о. в присутствии двух понятых мужчин был произведен личный досмотр Н.Р.Х.о., в ходе которого были обнаружены и изъяты пистолет и 10 патронов, в его квартире в комнате на холодильнике был обнаружен пистолет и 40 патронов, также рядом находился небольшой полимерный пакет с внешне похожими частями от пистолета. На вопрос, кому принадлежит пистолет, патроны и части от пистолета Н.Р.Х.о. пояснил, что данные предметы принадлежат ему. Согласно показаниям свидетеля Свидетель № 2 ДД.ММ.ГГГГ он участвовал в качестве понятого, был произведён личный досмотр задержанного Н.Р.Х.о., в ходе которого был изъят сотовый телефон, пистолет и патроны, по поводу изъятого он сообщил, что данные вещи принадлежат ему; затем сотрудниками полиции был произведен осмотр квартиры, где был обнаружен еще один пистолет, патроны и пакетик с частями, внешне похожими на части от пистолета. Задержанный пояснял, что данный пистолет его и что он сломан. Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имелось, объективно таковых не усматривается. Показания свидетелей противоречий не содержат и подтверждаются доказательствами, содержащимися в материалах уголовного дела, в том числе: - протоколом личного досмотра Н.Р.Х.о. от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого у Н.Р.Х.о. оглы изъят травматический пистолет с магазином, 10 патронов; - протоколом осмотра места происшествия - <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, в ходе которого было обнаружено и изъято: коробка с 40 травматическими патронами, травматический пистолет с запчастями; - протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен сотовый телефон «Айфон 13 мини», в котором в том числе содержатся фотографии, на которых изображены два предмета, похожие на пистолеты, один пистолет черного цвета, на стволе которого имеется марка <данные изъяты> второй пистолет комбинированного цвета, рукоятка черного цвета, ствол серебристого цвета, на стволе имеется марка <данные изъяты> а также фотоснимок предмета, похожего на пистолет, на котором имеется модель <данные изъяты> а также обсуждение неисправности дула, возможности его исправления и производства выстрелов из пистолета; - заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого пистолет, представленный на исследование, является сигнальным пистолетом «<данные изъяты> калибр 9 мм, в конструкцию которого внесены изменения самодельным способом, а именно – рассверлен канал ствола и установлена заглушка на газоотводное отверстие в стволе. Представленный пистолет относиться к категории короткоствольного гладкоствольного огнестрельного оружия, для стрельбы пригоден, десять патронов, представленные на исследование, являются травматическими патронами калибра 9 мм. Р.А., изготовлены промышленным способом, которые предназначены для стрельбы из огнестрельного оружия ограниченного поражения соответствующего калибра, в том числе для производства выстрелов из пистолета <данные изъяты>, представленного на исследование. Патроны для стрельбы пригодны; - заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого пистолет, изъятый в ходе осмотра места происшествия в <адрес>. 3 по <адрес> и представленный на исследование, изготовлен промышленным способом, является сигнальным пистолетом «<данные изъяты> калибра 9 мм., в конструкцию которого внесены изменения самодельным способом, а именно удален рассекатель и установлена заглушка на газоотводное отверстие в стволе, представленный пистолет, после установки деталей, представленных вместе с ним на экспертизу, относится к категории короткоствольного гладкоствольного огнестрельного оружия, пригоден для производства отдельных выстрелов. Сорок патронов, изъятые в ходе осмотра места происшествия в <адрес>. 3 по <адрес> и представленные на исследование, являются травматическими патронами калибра 9 мм Р.А., изготовлены промышленным способом, которые предназначены для стрельбы из огнестрельного оружия ограниченного поражения соответствующего калибра, в том числе для производства выстрелов из пистолета <данные изъяты> представленного на исследование. Предметы, похожие на детали оружия, являются деталями пистолета <данные изъяты> поступившего на экспертизу, а именно: осью возвратной пружины, возвратной пружиной, ударником с пружиной, флажком предохранителя, упором затвора, тыльником и штифтом личинки. Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, как следует из материалов уголовного дела, заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ содержат в себе подробное описание проведенных исследований, соответствуют требованиям действующего законодательства, а именно Федерального закона Российской Федерации «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ, не содержат в себе выводов, исключающих друг друга, а также выполнены с применением соответствующих методик. Указанные экспертные исследования проведены экспертом, имеющим высшее образование и стаж работы по экспертной деятельности «Баллистическая экспертиза», а также определенный стаж работы в должности эксперта. Кроме того, заключения даны экспертом после его предупреждения об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомого ложного экспертного заключения. Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката заключения эксперта содержат в себе полные и последовательные ответы на поставленные перед экспертом вопросы, не содержат в себе каких-либо неясностей, в том числе требующих устранения путем проведения повторного экспертного исследования. Кроме того, в судебном заседании суда первой инстанции были допрошен эксперт К.Ю.Н., которые выводы проведенных ими экспертиз полностью подтвердил. Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционной жалобы адвокатов со ссылкой на показания эксперта К.Ю.Н. о недопустимости вышеуказанных заключений эксперта вследствие неверно применённой им методике. Так, суд первой инстанции, проверяя указанные доводы стороны защиты, допросил в судебном заседании эксперта К.Ю.Н., который в ходе судебного заседания пояснил, что им были проведены баллистические экспертизы пистолета <данные изъяты> и пистолета «<данные изъяты> в одной прилагалось 10 патронов, во второй 40 патронов и детали оружия. Оба пистолета изменялись, в результате экспертных действий он пришел к выводам, что оба пистолета являются короткоствольным огнестрельным оружием. Это сигнальное оружие и переделано под огнестрельное оружие. Патроны, которые были изъяты, являются травматическими, они предназначены для травматического оружия, но согласно методике, если оружие переделано, то обязаны провести эксперимент, чтобы проверить, обладает ли данное оружие удельной кинетической энергией, способной поразить человека. Патроны, которые были изъяты, не обладают достаточными поражаемыми способностями, поэтому они травматические, но они обязаны, если оружие переделано, поставить другой снаряд, и провести стрельбу. При зарядке пулями, которые им пришли на исследование, оружие не будет обладать поражающим действием. Патроны, предназначенные для стрельбы из травматического оружия ограниченного поражения. Оно причиняет физическую боль, но не опасно для жизни и здоровья. Согласно методике, вместе с пистолетом были представлены детали, если бы не было пистолета <данные изъяты> он бы не мог утверждать, что эти детали являются деталями пистолета <данные изъяты> все детали были установлены на данный пистолет, собран пистолет, снаряжён для производства экспериментальной стрельбы, снарядился патроном, производилась стрельба, но была единственная проблема, он заедает и не перезаряжается. Пистолет боеспособен, он не способен произвести два выстрела сразу, затвор остаётся в заднем положении, чтобы его вернуть в исходное положение, надо его рукой передвинуть вперед. Тогда он встанет в исходное положение, и патрон пойдёт в патронник. Пистолет пригоден для производства отдельных выстрелов. Таким образом, в ходе судебного заседания суда первой инстанции после допроса указанного эксперта было достоверно установлено, что методика проведения баллистических экспертиз соответствует требованиям законодательства, а выводы, изложенные экспертом в указанных заключениях, сделаны им после объективного исследования представленных ему вещественных доказательств. При таких обстоятельствах у суда первой инстанции не имелось оснований сомневаться в компетентности и объективности эксперта, как и в достоверности выводов, изложенных им в вышеуказанных экспертных заключениях. Таким образом, с учетом вышеизложенного несогласие адвоката Алексеевой Т.Г. с методикой проведения экспертиз, не свидетельствует о их недопустимости и не ставит под сомнение выводы, изложенные в заключении экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, а также о необходимости оправдания осужденного его по второму преступлению, в том числе с учетом того обстоятельства, что выбор методик экспертного исследования относится к исключительной компетенции эксперта. Также, приходя к выводу о виновности осужденного Н.Р.Х.о. в совершении им второго преступления, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание показания, данные самим осужденным Н.Р.Х.о., который в ходе его допроса пояснил, что травматический пистолет и патроны принадлежат ему, приобрел он его давно через знакомых, в целях самообороны. Кроме того, дома у него хранится неисправный травматический пистолет в разобранном виде, а при себе у него был второй травматический пистолет, который он приобрел аналогичным способом, также для целей самообороны. Разрешений на оружие он не имеет и нигде его не регистрировал. Каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей обвинения, эксперта, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности Н.Р.Х.о. в совершении второго преступления, не усматривается; их показания согласуются с иными доказательствами, приведёнными и получившими судом оценку в приговоре. Оснований сомневаться в правдивости показаний свидетелей и эксперта, чьи показания приведены в приговоре и выше, не имелось у суда первой инстанции, нет их и у суда апелляционной инстанции; основания для оговора Н.Р.Х.о. допрошенными лицами не установлены и они объективно отсутствуют. Сведений о нарушении требований уголовно-процессуального закона при проведении осмотра изъятых мобильных телефонов вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката в рассматриваемых материалах уголовного дела также не содержится. Доводы апелляционной жалобы адвоката о нарушении закона, связанные с невыполнением следователем требований ст. 186.1 УПК РФ, являются несостоятельными, так как УПК РФ не предусматривает необходимости вынесения такого решения для осмотра изъятых в рамках расследуемого уголовного дела мобильных телефонов, учитывая, что положения ст. 186.1 УПК РФ регламентируют основания получения судебных разрешений на осуществление контроля и записи телефонных или иных переговоров, а также на истребование информации о соединениях между абонентами или абонентскими устройствами посредством направления запроса в соответствующую осуществляющую услуги связи организацию, тогда как такие следственные мероприятия в рамках уголовного дела не проводились. Действия Н.Р.Х.о. правильно квалифицированы судом по второму преступлению по ч. 1 ст. 222 УК РФ как незаконные приобретение, хранение и ношение огнестрельного оружия. Выводы суда о доказанности вины и правильности квалификации действий осужденного Н.Р.Х.о. по второму преступлению в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют исследованным в судебном заседании доказательствам, а потому признаются судом апелляционной инстанции правильными. Наказание осужденному по второму преступлению назначено с соблюдением принципов законности и справедливости, в соответствии с требованиями уголовного закона, в том числе ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, регламентирующих общие начала назначения наказания, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, отнесенного к категории преступлений средней тяжести, данных о личности виновного, а также с учетом наличия установленных судом смягчающих обстоятельств, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Оснований для применения к наказанию, назначенному осужденному за совершение им второго преступления, положений ст.ст. 15, 64 УК РФ, позволяющих изменить категорию преступления на менее тяжкую, назначить более мягкое наказание, не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается. Окончательное наказание назначено осужденному с учетом положений ч. 2 ст. 69 УК РФ. Вместе с тем, с учетом переквалификации действий осужденного по первому преступлению и назначению ему наказания по первому преступлению в виде обязательных работ, окончательное наказание осужденному подлежит назначению на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ с учетом ст. 71 УК РФ в виде лишения свободы, при отсутствии оснований для применения положений ст. 73 УК РФ к окончательно назначенному наказанию. С учётом данных о личности осужденного, его состояния здоровья, наличия совокупности смягчающих наказание обстоятельств, но вместе с тем, принимая обстоятельства совершения каждого из преступлений, одно из которых связано с незаконным оборотом наркотического средства, второе связано с незаконным оборотом огнестрельного оружия, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что наказание в виде лишения свободы осужденному подлежит отбывать в исправительной колонии общего режима. Нарушений уголовно-процессуального законодательства, а также нарушений уголовного закона, влекущих отмену приговора либо внесение в него иных изменений, не установлено; апелляционная жалоба адвоката Алексеевой Т.Г. и апелляционное представление заместителя прокурора <адрес> Бодриковой Е.С. подлежат частичному удовлетворению. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции Приговор Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Н.Р.Х.о. изменить. Переквалифицировать действия Н.Р.Х.о. по первому преступлению с ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ на ч. 1 ст. 228 УК РФ как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства в значительном размере, по которой назначить наказание в виде обязательных работ на срок 360 часов. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить Н.Р.Х.о. наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 1 месяц с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Срок отбытия наказания Н.Р.Х.о. исчислять со дня вступления приговора в законную силу, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, с зачетом в срок отбытия наказания времени содержания Н.Р.Х.о. под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Отменить приговор суда в части конфискации и обращения в доход государства вещественного доказательства – сотового телефона «Samsung Galaxy А31» с сим-картой оператора «МТС», хранящегося при материалах уголовного дела, приняв в этой части новое решение, которым: - вещественное доказательство – сотовый телефон «Samsung Galaxy А31» с сим-картой оператора «МТС», хранящийся при материалах уголовного дела, вернуть Н.Р.Х.о. Хафизу оглы. В остальной части приговор Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Н.Р.Х.о. оставить без изменения. Апелляционную жалобу адвоката Алексеевой Т.Г. и апелляционное представление заместителя прокурора <адрес> Бодриковой Е.С. удовлетворить частично. Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7, 401.8 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Председательствующий (подпись) Судьи (подписи) «Копия верна» Судья Новосибирского областного суда Ю.Р. Башарова Суд:Новосибирский областной суд (Новосибирская область) (подробнее)Судьи дела:Башарова Юлия Рашидовна (судья) (подробнее) |