Апелляционное постановление № 22-3106/2025 от 8 сентября 2025 г. по делу № 1-26/2025

Судья Кирста О.А. № 22-3106/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

9 сентября 2025 года город Волгоград

Волгоградский областной суд в составе:

председательствующего Осадчего Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пономаревой Е.Ю.,

с участием:

прокурора Меньшова Н.Н.,

представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Устинова Р.В.,

защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Скакалина А.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитника – адвоката Скакалина А.И. на приговор Суровикинского районного суда Волгоградской области от 17 июня 2025 года, согласно которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый:

осуждён:

по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены ограничения и возложены обязанности, указанные в приговоре.

Приговором решены вопросы о мере пресечения и о вещественных доказательствах.

Доложив содержание постановления, доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления защитника – адвоката Скакалина А.И., просившего отменить приговор суда по доводам апелляционной жалобы, прокурора Меньшова Н.Н., представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Устинова Р.В., возражавших против удовлетворения доводов апелляционной жалобы, просивших оставить приговор суда без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

по приговору суда ФИО1 осуждён за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено ФИО1 в Чернышковском районе Волгоградской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, не признал и суду показал, что 20 ноября 2023 года в утреннее время он выехал на автомобиле АФ 47415N (КАМАЗ) в х. ФИО2 Чернышковского района Волгоградской области. По пути следования на повороте возле х. ФИО3 Чернышковского района заметил ехавший навстречу со скоростью более 70 км/час автомобиль DAF. На этом участке дороги действует ограничение скорости 50 км/час. Он снизил скорость движения автомобиля до 50 км/час. После того, как автомобиль разъехался со встречным автомобилем, он почувствовал удар в заднюю часть транспортного средства. Он понял, что автомобиль DAF въехал в прицеп. Он остановился, вышел из автомобиля и увидел, что прицеп находится в кювете, а автомобиль DAF - на обочине. Он побежал к автомобилю DAF, чтобы достать водителя, который оказался зажатым в кабине. Считает, что столкновение с прицепом произошло на его полосе движения, так как автомобиль DAF выехал на полосу встречного движения.

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней защитник – адвокат Скакалин А.И. считает приговор незаконным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В обоснование указывает, что в основу приговора положены показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №7, Свидетель №3, Свидетель №4, протокол осмотра места происшествия, заключение судебно-медицинской экспертизы, заключение автотехнической экспертизы от 29 ноября 2024 года № <...>, проведённой экспертом ФБУ Южный РЦСЭ Минюста России.

Вместе с тем, в ходе предварительного и судебного следствия не получено доказательств того, что именно ФИО1 в сложившейся дорожно-транспортной обстановке допустил нарушения Правил дорожного движения, поскольку столкновение с прицепом С3АП 83053, подцепленным к автомобилю КАМАЗ, произошло по вине водителя автомобиля DAF Потерпевший №1, который не рассчитал боковой интервал и левым углом рефрижератора зацепил переднюю часть прицепа.

Подробно приводя заключение автотехнической экспертизы от 29 ноября 2024 года № <...>, установившей несоответствие действий водителя ФИО1, управлявшего грузовым автомобилем АФ47415Х (КАМАЗ) с прицепом С3АП 83053, требованиям п. 1.5, 10.1 Правил дорожного движения, оспаривает выводы эксперта, оставившего без внимания факт рассеивания на участке дороги осколков и частей автомобиля DAF, расположенных равномерно по обоим обочинам проезжей части, начиная от центра дороги, где предположительно произошло столкновение транспортных средств. Кроме того, выводы эксперта относительно смещения прицепа автомобиля КАМАЗ на сторону движения грузового автомобиля DAF основаны на компьютерном моделировании угла столкновения без учёта объективных данных, полученных в ходе осмотров места происшествия, транспортных средств, показаний обоих водителей.

По мнению стороны защиты, в данной смоделированной ситуации должно было произойти касательное столкновение, при котором вследствие малой величины перекрытия контактировавших частей прицепа С3АП 83053 и автомобиля DAF, с подцепленным к нему рефрижератором, должны были получить лишь несущественные повреждения, а транспортные средства - продолжить движение в прежних направлениях с незначительным отклонением и снижением скорости. При таком столкновении на участках контакта остаются горизонтальные трассы (царапины, притёртости).

Согласно фототаблице к протоколу осмотра на месте удара на проезжей части находились мелкие осколки, значительно дальше на проезжей части - крупные осколки стекла, пластика, а также части от полуприцепа автомобиля DAF. По мнению стороны защиты, если бы столкновение произошло на полосе движения автомобиля DAF под управлением Потерпевший №1, как указано в обвинении, то осколки его автомобиля располагались бы на правой стороне дороги и на обочине, что подтверждают допрошенные свидетели Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №2 Кроме того, свидетель Свидетель №7 показал, что по обстановке на месте дорожно-транспортного происшествия было понятно, что произошло боковое столкновение транспортных средств.

Допрошенный потерпевший Потерпевший №1 настаивал на том, что столкновение транспортных средств произошло на его полосе движения, возможно ближе к осевой разметке, где должны были остаться осколки транспортных средств.

Вместе с тем, на прицепе автомобиля КАМАЗ установлено наличие вмятины. Из показаний эксперта-криминалиста Свидетель №5, инспектора ГИБДД Свидетель №4 аналогичные следы были обнаружены на автомобиле DAF (смято переднее левое колесо, топливный бак, левая часть кабины).

Заявляет о том, что заключение автотехнической экспертизы от 29 ноября 2024 года № <...> выполнено на основании фотографий механических повреждений, имеющихся в материалах уголовного дела. Однако фотографии не могут в полной мере отобразить механизм их образования. С учётом изложенного эксперт был лишён возможности натурно сопоставить повреждения, имеющиеся на транспортных средствах, поскольку они для осмотра не предоставлялись.

Кроме того, в результате ненадлежащего исполнения следователем должностных обязанностей в ходе осмотра места происшествия не были зафиксированы следы дорожно-транспортного происшествия, надлежащим образом не осмотрены транспортные средства, не зафиксированы детально механические повреждения. В протоколе осмотра и проверки технического состояния транспорта, составленного инспектором ГИБДД, повреждения перечислены, а не описаны, в связи с чем указанные доказательства не могут быть использованы для автотехнического исследования. В протоколе осмотра автомобиля марки DAF, повреждения также описаны кратко, частные признаки механических повреждений не указаны, рефрижератор отсутствует. Натурный осмотр транспортного средства с участием эксперта-автотехника с применением масштабирования не проводился.

Обращает внимание на то, что повреждённые транспортные средства своевременно не были осмотрены и признаны вещественными доказательствами, в результате чего собственник автомобиля DAF с рефрижератором вывез его с территории ОМВД по <адрес>.

Подробно приводя выводы заключения автотехнической экспертизы от 28 сентября 2024 года № <...>, проведённой экспертом ЭКЦ ГУ МВД по Волгоградской области, указывает на то, что разрешить вопрос о взаимном расположении транспортных средств при столкновении в дорожно-транспортном происшествии не представилось возможным ввиду непредставления транспортных средств в неизменном состоянии. Вместе с тем, суд не принял во внимание выводы, полученные при проведении данной автотехнической экспертизы.

Обращает внимание на то, что стороной защиты неоднократно, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного заседания, заявлялись ходатайства о проведении автотехнической экспертизы, однако в удовлетворении ходатайств было отказано.

Вместе с тем, полагает, что имелись объективные данные для проведения дополнительной либо повторной автотехнической экспертизы, поскольку эксперт не обратил внимание на первичное повреждение угла рефрижератора слева, образовавшееся в результате столкновения с углом прицепа С3АП 83053, вследствие которого автомобиль DAF сместился влево, в результате чего произошёл удар левой стороны кабины в борт и колёсную ось (перекрёстное столкновение). После столкновения оторвалась задняя колёсная пара прицепа с перемещением в кювет по ходу движения автомобиля КАМАЗ и опрокидыванием прицепа С3АП 83053, а автомобиль DAF врезался в столб.

Обращает внимание на то, что фактически приговор вынесен на основании заключения автотехнической экспертизы от 29 ноября 2024 года № <...>, проведённой старшим судебным экспертом ФБУ Южный РЦСЭ Минюста России, которое противоречит заключениям автотехнических экспертиз ЭКЦ ГУ МВД по Волгоградской области от 28 сентября 2024 года № <...> и ФБУ Волгоградская ЛСЭ Минюста России от 5 февраля 2024 года № <...>, а также показаниям Потерпевший №1, который фактически не помнит обстоятельства происшествия. Его показания относительно дорожного покрытия противоречат справке Росгидромета, согласно которой температура воздуха в момент происшествия была от + 1 до + 6 С.

Кроме этого, в приговоре судом указано, что ФИО1 ранее в течение года до произошедшего дорожно-транспортного происшествия совершал административные правонарушения в области дорожного движения, однако не указано за что именно его привлекали к административной ответственности.

Выражает несогласие с выводом суда о том, что после совершённого преступления ФИО1 мер к уменьшению общественной опасности данного деяния не предпринял, причинённый потерпевшему вред не возместил, извинений не принёс, поскольку в апелляционном представлении гособвинитель просил учесть в качестве смягчающего наказание обстоятельств оказание ФИО1 помощи потерпевшему.

При этом, суд не учёл в приговоре, что ФИО1 является самозанятым и осуществляет грузоперевозки. Это занятие является единственным источником дохода для него и его семьи, а назначение судом дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определённой деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, негативно скажется на условиях жизни его семьи.

Просит приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию или судебного разбирательства.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу защитника – адвоката Скакалина А.И. государственный обвинитель Варосян С.К. просил приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, поскольку оснований для отмены, либо изменения приговора не имеется ввиду того, что суд обоснованно пришёл к выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, верно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 264 УК РФ и назначил справедливое наказание.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела и доводы, изложенные в апелляционной жалобе, возражениях на неё, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, основаны на доказательствах, всесторонне, полно и объективно исследованных судом и подтверждаются следующими доказательствами.

Из показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что 20 ноября 2023 года примерно в 8 часов он следовал на автомобиле DAF с рефрижератором по дороге в Чернышковском районе. Местами был гололёд, поскольку ночью шёл дождь, поверхность дороги на некоторых участках была скользкой. По ходу движения он увидел поворот, поэтому снизил скорость движения до 40 км/час. Далее он заметил прицеп, который занесло на его полосу движения, однако он не успел среагировать. В результате этого произошёл сильный удар, он сразу потерял сознание. В настоящее время он проходит лечение в связи с травмами, полученными в результате дорожно-транспортного происшествия.

Свидетель Свидетель №2 сообщил, что 20 ноября 2023 года в утреннее время он вместе с ФИО1 выехал на автомобиле АФ 47415N (КАМАЗ) в х. ФИО2 Чернышковского района. Автомобилем управлял ФИО1 В пути следования он увидел грузовой автомобиль, ехавший по встречной полосе значительно быстрее, чем автомобиль ФИО1 Как только автомобиль DAF проехал мимо них, он услышал громкий звук от удара. Он увидел, что перевернулся прицеп, а автомобиль DAF врезался в столб. В дальнейшем они попытались вытащить водителя DAF, но не смогли этого сделать, поскольку последнего сильно зажало в кабине. Проезжавший мимо водитель автомобиля «Нива» вызвал скорую медицинскую помощь и сотрудников полиции.

Из показаний свидетеля Свидетель №7 следует, что 20 ноября 2023 года в утреннее время он ехал на автомобиле ВАЗ-2121 со стороны х. ФИО3 в направлении х. ФИО4 Чернышковского района. На подъезде к перекрёстку, расположенному на 17 км автодороги «Цимлянск – ФИО3 -Чернышковский», он увидел в кювете с левой стороны автомобиль DAF с подцепленным рефрижератором, а с правой стороны на обочине - автомобиль КАМАЗ с упавшим прицепом. Он остановился и сообщил о произошедшем в экстренную службу по номеру 112. Он видел повреждения на левой стороне у автомобиля DAF и у прицепа, подцепленного к автомобилю КАМАЗ. На месте дорожно-транспортного происшествия находились водитель и пассажир автомобиля КАМАЗ, которые обнаружили водителя автомобиля DAF зажатым в кабине. Извлечь последнего без экстренных служб было невозможно.

Из показаний свидетелей Свидетель №4, Свидетель №3, состоящих в должности инспекторов ДПС группы ДПС ГИБДД ОМВД России по Чернышковскому району, следует, что 20 ноября 2023 года в утреннее время они выехали на место дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на участке автодороги г. Цимлянск – х. ФИО3 – р.п. Чернышковский. По прибытию на место они увидели транспортные средства с повреждениями. Прицеп автомобиля КАМАЗ лежал на боку, у него была повреждена левая задняя часть, крайняя ось находилась за прицепом. Автомобиль DAF имел значительные повреждения, как с левой стороны (бампер, колесо, лобовое стекло), так и с правой стороны. По ходу съезда в кювет данный автомобиль совершил наезд на бетонный столб. На проезжей части находилось много осколков фар и стёкол, следов торможения транспортных средств обнаружено не было. По результатам осмотра установлено, что произошло боковое столкновение автомобиля DAF с прицепом автомобиля КАМАЗ. На месте находился водитель ФИО1, второй водитель был доставлен в медицинское учреждение. На месте дорожно-транспортного происшествия были произведены осмотры участка местности и транспортных средств, их фотографирование средства, составлена схема и иные документы.

Аналогичные показания относительно места, времени, участников дорожно-транспортного происшествия, месторасположения транспортных средств и их повреждений, а также проведённых следственных действий дали свидетели Свидетель №6, состоящий в должности следователя СО ОМВД по Чернышковскому району, Свидетель №5, состоящий в должности эксперта - специалиста ОМВД России по Чернышковскому району, которые показали, что точное место столкновение транспортных средств было сложно определить, так как части (обломки) автомобилей, осколки стекла и пластика располагались равномерно по всей проезжей части дороги.

Кроме того, виновность осуждённого ФИО1 также подтверждается протоколом осмотра места происшествия, расположенного на 17 км автодороги г. Цимлянск-х. ФИО3-р.п. Чернышковский, с фототаблицей, схемой места дорожно-транспортного происшествия от 20 ноября 2023 года, согласно которым осмотрено место транспортного происшествия, зафиксировано расположение транспортных средств после столкновения, их состояние, обстановка на автодороге, обочинах, кювете (т. 1 л.д. 3-11).

Указанные обстоятельства подтверждаются заключениями проведённых по уголовному делу судебных экспертиз, а именно:

- заключением эксперта от 23 июля 2024 года № <...>, согласно выводам которого установлено наличие у Потерпевший №1 телесных повреждений в виде сочетанной автодорожной травмы головы, груди и конечностей с открытой черепно-мозговой травмой, ушибом головного мозга тяжёлой степени, пневмоцефалией, множественными переломами костей черепа с переходом на основание, травматическим субарахноидальным кровоизлиянием в лобной области, множественными переломами костей лицевого скелета, квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью (по признаку опасности для жизни); закрытым оскольчатым переломом проксимального отдела левой плечевой кости со смещением, квалифицирующееся как причинившее тяжкий вред здоровью (по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем на 1/3); закрытым переломом суставного ложа лопаточной кости слева, переломами передних отрезков 2-3-го и 5-7-го рёбер слева, 4-6-го рёбер справа, закрытым переломом головки левой малоберцевой кости, квалифицирующиеся как причинившее средний вред здоровью (по признаку длительности его расстройства); множественными ушибленными ранами и ссадинами мягких тканей головы, туловища, конечностей (т.1 л.д. 127-129);

- заключением эксперта от 29 ноября 2024 года № <...>, согласно выводам которого действия водителя грузового автомобиля АФ47415N (КАМАЗ) с прицепом СЗАП 83053 в рассматриваемой дорожной ситуации с технической точки зрения не соответствовали совокупности требований 1.5, 10.1 абзац 1 ПДД РФ. В действиях водителя грузового автомобиля модели 174405 (DAF) с полуприцепом в рассматриваемой дорожной ситуации с технической точки зрения не усматривается несоответствие требованиям ПДД РФ (т. 1 л.д. 206-216).

Совокупность данных доказательств обоснованно признана судом достаточной для установления виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления. Подлежащие доказыванию фактические обстоятельства установлены в полном объёме.

Изложенная в апелляционной жалобе версия о невиновности ФИО1, содержащая доводы о том, что последний не нарушал Правил дорожного движения, имело место иное развитие дорожной ситуации без выезда прицепа автомобиля КАМАЗ на полосу движения рефрижератора, виновником дорожно - транспортного происшествия являлся Потерпевший №1, который, управляя автомобилем «DAF» с превышением скорости, допустил боковое столкновение транспортных средств, чем создал аварийную ситуацию, была тщательно проверена в ходе судебного разбирательства, признана судом несостоятельной, поскольку опровергается доказательствами, приведёнными выше.

Оснований для иной оценки исследованных по уголовному делу доказательств суд апелляционной инстанции не усматривает.

Из материалов дела следует, что 20 ноября 2023 года, около 8 часов 30 минут, водитель ФИО1, управляя технически исправным транспортным средством - автомобилем АФ 47415N (КАМАЗ), государственный регистрационный знак № <...> с подцепленным к нему прицепом СЗАП 83053, государственный регистрационный знак № <...>, осуществлял движение по участку автодороги «Цимлянск – ФИО3 – Чернышковский» в Волгоградской области. Находясь на 17 км участка автодороги с затяжным поворотом, в нарушение требований п. 1.5, п. 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ, ФИО1 не учёл дорожные и метеорологические условия, выбрал недостаточно безопасную скорость транспортного средства, допустил вынос (выезд) прицепа на встречную полосу движения, который столкнулся с автомобилем модели 174405 (DAF), государственный регистрационный знак № <...>, с подцепленным к нему рефрижератором, государственный регистрационный знак № <...>, под управлением водителя Потерпевший №1, получившего в результате дорожно-транспортного происшествия тяжкие телесные повреждения.

Вопреки доводам жалобы, столкновение автомобилей АФ 47415N (КАМАЗ) и 174405 (DAF), произошло на встречной полосе движения последнего автомобиля, что подтверждается заключением эксперта от 29 ноября 2024 года № <...>, протоколом осмотра и схемой происшествия от 20 ноября 2023 года.

Сопоставление механических повреждений грузового автомобиля DAF и прицепа СЗАП 83053, а именно их локализация, направленность и характер, с учётом вещно-следовой обстановки, зафиксированной на схеме дорожно-транспортного происшествия и фотографиях с места происшествия,

свидетельствует о том, что в рассматриваемой дорожной ситуации прицеп СЗАП 83053 сместился на сторону движения грузового автомобиля 174405 (DAF), что соответствует фактическим обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия.

Выводы эксперта согласуются с показаниями потерпевшего Потерпевший №1, подтвердившего факт заноса на полосу встречного движения прицепа автомобиля КАМАЗ после продольного пересечения транспортных средств, что послужило причиной дорожно-транспортного происшествия.

В связи с этим доводы жалобы о том, что прицеп СЗАП 83053 находился на своей стороне движения, не перемещался на полосу встречного движения, являются несостоятельными, поскольку противоречат установленным фактическим обстоятельствам преступления.

Предотвращение столкновения заключалось в выполнении водителем автомобиля АФ 47415N (КАМАЗ) ФИО1 требований п. 1.5, п. 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ, то есть в соблюдении им такого скоростного режима движения, с учётом особенностей и состояния транспортного средства и груза, дорожных и метеорологических условий, который обеспечивал бы ему безопасное движение транспортного средства с прицепом, а в случае возникновения опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Оснований полагать, что водитель автомобиля модели 174405 (DAF), государственный регистрационный знак № <...>, Потерпевший №1, следуя по затяжному повороту, значительно превышая допустимую скорость, не рассчитал боковой интервал и левым углом рефрижератора зацепил переднюю часть прицепа, создав аварийную ситуацию, что привело к боковому столкновению указанных автомобилей, не имеется, объёктивных сведений в ходе предварительного и судебного следствия этому не получено.

Совокупность перечисленных выше доказательств, подтвердивших обстоятельства, при которых произошло дорожно-транспортное происшествие, объективно свидетельствуют о том, что противоправные действия ФИО1 при управлении автомобилем, нарушившим п. 1.5, п. 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ, допустившему вынос (выезд) прицепа на встречную полосу движения, что привело к столкновению транспортных средств, находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями, повлекшими по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Приведённые в приговоре показания потерпевшего Потерпевший №1 об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия обоснованно признаны достоверными и допустимыми доказательствами. При отсутствии поводов для оговора осуждённого ФИО1, суд апелляционной инстанции не имеет оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего, который в ходе предварительного следствия и в судебном заседании сообщил конкретные обстоятельства относительно ситуации, предшествовавшей дорожно-транспортному происшествию, скорости движения автомобиля модели 174405 (DAF), невозможности совершения действий, направленных на предотвращения столкновения с прицепом автомобиля КАМАЗ, который «занесло» на встречную полосу движения.

Показания потерпевшего не имеют существенных противоречий относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, согласуются с другими приведёнными в приговоре доказательствами.

Справка Росгидромета о температурном режиме на момент дорожно-транспортного происшествия, на которую ссылается защитник, не противоречит показаниям потерпевшего о наличии гололёда на отдельных участках дороги, поскольку с учётом времени года, суток и иных погодных условий (дождя, измороси) при указанной в ответе температуре не исключено образовании наледи на дороге.

Показания потерпевшего Потерпевший №1 в данной части не противоречат показаниям Свидетель №6 о том, что на месте дорожно-транспортного происшествия была пасмурная погода, температура воздуха составляла от -1 до +1 С, шла изморось.

Правильность оценки допрошенных в судебном заседании свидетелей обвинения, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. При оценке показаний указанных лиц в соответствии с требованиями закона суд привёл мотивы, по которым он доверяет их показаниям и отвергает показания самого осуждённого ФИО1, данные им в судебном заседании.

Вопреки доводам жалобы, заключение автотехнической судебной экспертизы от 29 ноября 2024 года № <...>, проведённой экспертом ФБУ Южный РЦСЭ Минюста России ФИО5 на основании постановления, вынесенным следователем в порядке ст. 195 УПК РФ, составлено в соответствии с предъявляемыми законом требованиями, на основе предоставленных материалов уголовного дела и фотографий с места дорожно-транспортного происшествия, содержащимся на оптическом диске.

Экспертиза проведена квалифицированным экспертом, имеющим высшее техническое и юридическое образование, дополнительное профессиональное образование по экспертным специальностям «Исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия», «Исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП», квалификацию эксперта и аттестацию на право самостоятельного производства судебной экспертизы по указанным специальностям, стаж его экспертной работы составляет более 10 лет.

Компетенция эксперта, проводившего автотехническую экспертизу, уровень его специальных знаний и подготовки не вызывают сомнений. Выводы эксперта надлежащим образом мотивированы, согласуются, как друг с другом, так и с другими полученными по делу доказательствами.

Согласно заключению эксперта, в рассматриваемой дорожной ситуации водитель грузового автомобиля 174405 (ДАФ) с полуприцепом при возникновении опасности для движения, которую он в состоянии обнаружить, должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Поскольку перед столкновением водитель грузового автомобиля АФ474151N (КАМАЗ) потерял контроль за движением и его прицеп СЗАП 83053 сместился на сторону встречного движения, по которой двигался грузовой автомобиль 174405 (ДАФ) с полуприцепом, то ни снижение скорости, ни даже остановка грузового автомобиля 174405 (ДАФ) с полуприцепом не исключала в данном случае возможности столкновения, т.е. водитель грузового автомобиля 174405 (ДАФ) с полуприцепом в рассматриваемой дорожной ситуации не располагал технической возможностью предотвратить дорожно- транспортное происшествие. На основании изложенного, в действиях водителя грузового автомобиля 174405 (ДАФ) с полуприцепом не усматривается несоответствия требованиям ПДД РФ, которые находились бы в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия.

Исходные данные об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия получены экспертом из постановления следователя о назначении экспертизы, которые были определены им в результате замеров на месте ДТП, составления схемы и протокола осмотра места происшествия. Противоречий и искажения сведений, указанных в протоколах следственных действий и процессуальных документах, которые могли существенным образом повлиять на выводы эксперта, не содержится.

Являются несостоятельными доводы жалобы о том, что заключение эксперта является недостоверным, а вывода эксперта ошибочными, поскольку последним не было обращено внимание на первичное повреждение угла рефрижератора слева, образовавшееся в результате столкновения с углом прицепа С3АП 83053, вследствие которого автомобиль DAF сместился влево, в результате чего произошёл удар левой стороны кабины в борт и колёсную ось, а также не учтён факт рассеивания на участке дороги осколков и частей автомобиля DAF, расположенных равномерно по обоим обочинам проезжей части, начиная от центра дороги, где предположительно произошло столкновение транспортных средств.

Заключение экспертизы в совокупности с показаниями потерпевшего и свидетелей, другими письменными доказательствами не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам. Согласно исследовательской части заключения экспертом подробно перечислены локализация, направленность и характер повреждений транспортных средств, подробно проанализирована вещно-следовая информация, полученная на месте дорожно-транспортного происшествия, в том числе наличие осыпи частей автомобилей на проезжей части дороги (т. 2 л.д. 209-215).

Оснований полагать, что экспертом при проведении исследований неверно воспринималась дорожная обстановка на момент происшествия, не учитывались сведения о скорости движения транспортных средств, иных значимых по делу обстоятельств - рассеивания на участке дороги осколков и частей автомобиля DAF, не имеется.

То обстоятельство, что экспертиза проведена по материалам уголовного дела и цифровым фотографиям, полученным на месте происшествия, без непосредственного осмотра автомобилей экспертом, не может служить основанием для признания заключения автотехнической экспертизы недопустимым. При этом, вопреки доводам жалобы, экспертные методики позволяют проведение такой экспертизы без непосредственного осмотра объекта исследования, то есть по материалам дела и фотографиям, выполненным экспертом-криминалистом в ходе осмотра места происшествия.

Кроме того, для определения взаимного расположения транспортных средств относительно друг друга в момент их столкновения, экспертом ввиду невозможности натурного сопоставления проводилось моделирование с использованием масштабных моделей транспортных средств путём использования автоматизированного рабочего места. Выстроенное экспертом компьютерное моделирование механизма дорожно - транспортного происшествия совпадает с его схемой, составленной по результатам осмотра места происшествия. Оснований полагать, что выводы эксперта относительно смещения прицепа автомобиля КАМАЗ на сторону движения грузового автомобиля DAF основаны на компьютерном моделировании угла столкновения без учёта объективных данных, полученных в ходе осмотра места происшествия, транспортных средств, показаний обоих водителей, не имеется.

Каких-либо противоречий, вопреки доводам жалобы, из заключения эксперта суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. Заключение эксперта в совокупности с показаниями потерпевшего, свидетелей, другими письменными доказательствами не противоречит установленным судом фактическим обстоятельствам.

Вопреки доводам жалоб, у суда первой инстанции не имелось оснований принимать в качестве письменных доказательств заключения автотехнических экспертиз ЭКЦ ГУ МВД по Волгоградской области от 28 сентября 2024 года № <...> и ФБУ Волгоградская ЛСЭ Минюста России от 5 февраля 2024 года № <...>, содержащие выводы о невозможности разрешения вопросов о взаимном расположении транспортных средств при столкновении в дорожно-транспортном происшествии ввиду непредставления транспортных средств в неизменном состоянии, об алгоритме действий водителей ФИО1, Потерпевший №1 и их соответствии требованиям Правил дорожного движения, поскольку имеющиеся в материалах уголовного дела заключения экспертов, не содержащих ответы на постановленные вопросы, не были указаны в обвинительном заключении и заявлены стороной обвинения в качестве относимых доказательств.

Суд апелляционной инстанции считает, что указанные стороной защиты заключения не ставят под сомнение выводы суда о виновности осуждённого ФИО1 и не свидетельствуют о недостоверности полученных доказательств, в том числе заключения эксперта, приведённого выше.

Доводы жалобы о процессуальных нарушениях, допущенных следователем при проведении 20 ноября 2023 года осмотра места происшествия, выразившихся в том, что в ходе осмотра транспортные средства не были осмотрены надлежащим образом, не зафиксированы детально механические повреждения, не описаны осколки и фрагменты частей автомобилей, не могут свидетельствовать о недопустимости письменного доказательства.

Протокол осмотр места происшествия составлен в соответствии с требованиями ст. 165-167 УПК РФ, содержит сведения относительно предполагаемого места столкновения и следов транспортных средств, их фактического состояния, произведённых замеров, дорожных указателей и разметки, обнаруженных предметов в виде многочисленных фрагментов автомобилей. Осмотр произведён следователем с применением фотосъёмки, осуществлённой экспертом-криминалистом, к протоколу приложены схема дорожно-транспортного происшествия и фототаблица, которые не противоречат содержанию протокола. Нарушений уголовно-процессуального законодательства при производстве указанного следственного действия судом не установлено.

Ссылки в апелляционной жалобы на то, что следователем не были проведены натурные осмотры транспортных средств, автомобили не признаны вещественными доказательствами, являются голословными, поскольку опровергаются материалами уголовного дела и протоколами указанных следственных действий, постановлениями о признании транспортных средств вещественными доказательствами (т. 2 л.д. 9-14, 21-24, 15, 25). Нарушений требований уголовно-процессуального закона, в том числе при проведении осмотров, иных следственных действий, влекущих признание их недопустимыми, не допущено.

Непроведение повторной автотехнической и трасологической экспертиз не свидетельствует о неполноте предварительного расследования по уголовному делу и необъективности суда первой инстанции, поскольку совокупность исследованных в судебном заседании доказательств обоснованно признана судом достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах. При этом, заключение автотехнической экспертизы, приведённое выше, не содержало неясностей и сомнений в выводах эксперта, а проведение трасологической экспертизы не имело правового смысла ввиду изменения состояния транспортных средств и осуществления ремонта автомобиля КАМАЗ и его прицепа.

Вопреки доводам жалобы, отказы в удовлетворении ходатайств стороны защиты о проведении повторной автотехнической экспертизы, иных заявлений, по мотивам их необоснованности при соблюдении предусмотренной законом процедуры разрешения ходатайств, не свидетельствует о нарушении процессуальных прав осуждённого на защиту.

Суд апелляционной инстанции также не соглашается с доводами, изложенными в судебном заседании, о том, что суд неполно проверил исследованные по делу доказательства, в том числе показания свидетелей обвинения, не учёл сведений об окружающей обстановке после дорожно-транспортного происшествия, а также иных фактических обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, поскольку суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о достаточности доказательств для постановления приговора и разрешения вопросов в соответствии с положениями ст. 299 УПК РФ.

Доводы жалобы с изложением своей версии произошедшего о касательном боковом столкновении транспортных средств, анализа показаний свидетелей и протоколов следственных действий направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которым судом дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем они не могут являться основанием для отмены приговора суда. При этом, оценка доказательств не в пользу стороны защиты не может рассматриваться как обстоятельство, свидетельствующее о предвзятости суда.

С учётом изложенного следует признать, что тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершённого ФИО1 преступления, прийти к обоснованному выводу о его виновности в совершении преступления и квалифицировать его действия по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

При назначении ФИО1 наказания суд учёл характер и степень общественной опасности преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, данные о личности виновного, который по месту жительства характеризуется положительно, на учётах у врача-нарколога и психиатра не состоит, не судим.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

К обстоятельствам, смягчающих наказание ФИО1, судом отнесено наличие у него двоих несовершеннолетних детей, один из которых на момент совершения преступления являлся малолетним.

Иных обстоятельств, которые бы не были известны суду, не учтены в приговоре и имели бы значение для определения вида и размера наказания, в суде апелляционной инстанции не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, у суда не имелось оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание осуждённого ФИО1, оказание им медицинской или иной помощи потерпевшему, поскольку указанное обстоятельство материалами дела не подтверждается, доказательств этому не получено. Кроме того, из показаний свидетеля Свидетель №7, рапортов оперативных сотрудников, следует, что именно он сообщил в экстренные службы о случившемся. При этом, потерпевшего самостоятельно извлечь из кабины было невозможно.

С учётом данных о личности виновного суд обоснованно пришёл к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поскольку иной вид наказания не сможет обеспечить достижения целей наказания, не в полной мере будет отвечать целям восстановления социальной справедливости.

Вопреки доводам жалобы защитника, судом обоснованно применены положения ч. 3 ст. 47 УК РФ и с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления и наступивших последствий, а также личности, ФИО1 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не имеется. При этом судом апелляционной инстанции учитывается, что ФИО1, в отличие от потерпевшего Потерпевший №1, сохранил трудоспособность, не лишён возможности трудоустройства и получения заработка в иных сферах деятельности.

Оснований для применения в отношении него положений ст. 64 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку сведений о наличии каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершённого осуждённым ФИО1 преступления, его поведением во время или после совершения инкриминированного деяния, существенно уменьшающих степень общественной опасности, которые могли бы послужить основанием для применения указанной нормы уголовного закона, материалы дела не содержат.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, соответствует закреплённым в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора и, соответственно, влекли его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

приговор Суровикинского районного суда Волгоградской области от 17 июня 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления.

В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и ст. 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Я.А. Осадчий