Решение № 2-2039/2017 2-2039/2017~М-629/2017 М-629/2017 от 4 мая 2017 г. по делу № 2-2039/2017

Копия дело № 2-2039/2017

РЕШЕHИЕ

Именем Российской Федерации

5 мая 2017 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи Шадриной Е.В.

при секретаре судебного заседания Галимовой Э.Ш.

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, возложении обязанности по внесению записей о работе в трудовую книжку и обязанности произвести отчисления в налоговые органы Российской Федерации и Пенсионный фонда Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ИП ФИО3, указывая в обоснование, что 24.10.2016 был принят на работу в цех по производству кондитерских изделий «Добропек» (работодатель – ИП ФИО3) ночным фасовщиком. При оформлении на работу был подписан трудовой договор, однако второй экземпляр истцу выдан не был, с приказом о приеме на работу истца также не ознакомили, при этом выдали направление для прохождения медицинского осмотра, был оформлен пропуск на территорию Агропромышленного парка «Казань», где располагался цех «Добропек». Фактически ФИО1 был допущен к работе уполномоченным сотрудником работодателя, был оговорен график его работы, трудовые функции, место работы, условия оплаты труда. Работал истец по графику 6 ночей через 1 с 21 часа до 6 часов утра, хотя трудовым договором был предусмотрен график работы 2 ночи через 2 с окладом 18 000 рублей в месяц, в связи с двойной работой ФИО1 обещали выплачивать также двойную заработную плату – 36 000 рублей в месяц. ФИО1 работал в качестве ночного фасовщика по 30.11.2016, после чего его без объяснения причин уволили. Расчет при увольнении с истцом произведен не был, заработная плата за все время работы не выплачена, запись о работе в трудовую книжку не внесена. В ответ на направленную в его адрес претензию ИП ФИО3 ответил, что ФИО1 у него не работал. Основываясь на приведенных обстоятельств, увеличив и уточнив исковые требования в ходе судебного разбирательства, истец просил суд установить факт его трудовых отношений с ответчиком в период с 25.10.2016 по 30.11.2016, обязать работодателя внести в его трудовую книжку запись о работе и увольнении по собственному желанию с 01.12.2016, а также сделать все необходимые отчисления в налоговые органы и орган Пенсионного фонда РФ за период работы, взыскать с ИП ФИО3 задолженность по заработной плате за период с 25.10.2016 по 30.11.2016 в сумме 45 000 рублей (9000 рублей за 6 рабочих дней в октябре – 25, 26, 27, 28, 29, 31 октября и 36 000 рублей за полный месяц работы в ноябре), компенсацию морального вреда в размере 36 000 рублей.

В судебных заседаниях по делу, в том числе в последнем, истец настаивал на удовлетворении исковых требованиях в приведенной выше формулировке. Суду ФИО1 пояснял, что работу в пекарне «Добропек» он нашел путем обращения по объявлению о наличии вакансии, размещенному на сайте Avito.ru, согласно приложенной в дело распечатке с сайта заработная плата для ночного фасовщика установлена в размере 18 000 рублей, при этом, поскольку он работал в два раза больше, чем предлагается в объявлении, то его заработная плата по обещанию работодателя должна была составлять 36 000 рублей. Уточнил также, что 24.10.2016 он проходил стажировку, а с 25.10.2016 официально приступил к работе в цеху пекарен «Добропек». В ходе работы ФИО1 непосредственно контактировал только с водителями, которым передавал упакованную продукцию по накладным, остальные сотрудники цеха уходили до его прихода на работу.

Представители ответчика в судебных заседаниях по делу иск не признавали, возражали против доводов истца о работе в кондитерском цеху «Добропек». Поясняли суду, что ФИО1 в течение нескольких дней в октябре 2016 года проходил стажировку в целях трудоустройства в цех пекарен «Добропек», расположенный на территории Агропромышленного парка « Казань», однако принят на работу не был, так как работодателя не устроил, в том числе ввиду наличия судимости. Направление на медицинский осмотр и электронный пропуск на территорию Агропромышленного парка, а также график работы были оформлены в связи с прохождением стажировки и предполагаемым последующим трудоустройством, которое фактически не состоялось. Трудовой договор, приказ о приеме на работу в отношении ФИО1 не оформлялись.

Изучив заявленные требования и возражения против них ответчика и их основания, выслушав стороны, заслушав показания свидетелей, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности и установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, суд приходит к следующему.

Статья 37 Конституции РФ гласит, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статья 15 Трудового кодекса РФ определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со статьей 16 Кодекса трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Фактическое допущение работника к работе без ведома или поручения работодателя либо его уполномоченного на это представителя запрещается.

Согласно определению, данному в статье 56 Кодекса, трудовой договор – это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Статья 64 Кодекса запрещает необоснованный отказ в заключении трудового договора.

Как предусмотрено статьей 67 Кодекса, трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Разъяснения приведенным нормам закона даны в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации". Пленум Верховного Суда РФ, в частности, разъясняет, что если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме. При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из указанного следует, что трудовые отношения между лицом, фактически допущенным к работе, и работодателем, признаются возникшими, если фактическое допущение к работе произошло с ведома или по поручению работодателя (руководителя организации) или его представителя, обладающего соответствующими полномочиями.

На работодателя законом возложена обязанность оформления трудовых отношений с работником. Ненадлежащее выполнение работодателем указанных обязанностей не может являться основанием к отказу в защиту нарушенных трудовых прав работника.

Кроме того, исходя из системного анализа действующего трудового законодательства к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения (оплата производится за затраченный труд) по установленным нормам.

Таким образом, для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах организации, личное исполнение работника возложенных на него определенных и конкретных трудовых функций, подчинение правилам трудового распорядка и возмездный характер трудовых правоотношений.

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу о том, что в период с 25.10.2016 по 30.11.2016 ФИО1 состоял в трудовых правоотношениях с ИП ФИО3, у которого работал в качестве ночного фасовщика в кондитерском цеху пекарен «Добропек», расположенном в Агропромышленном парке «Казань».

Согласно пояснениям и доводам истца, ознакомившись с объявлением о работе в сети кафе-пекарен «Добропек» в качестве ночного фасовщика кондитерских изделий, размещенным на интернет-сайте объявлений о работе Avito.ru, в конце октября 2016 года он был приглашен на собеседование в данную организацию в кондитерский цех пекарен «Добропек», расположенный в Агропромышленном парке «Казань». После собеседования 24.10.2016 ФИО1 проходил стажировку и обучение работе фасовщика кондитерских изделий. При этом ФИО1 было выдано направление на медицинский осмотр и направление в Центр гигиены и эпидемиологии в РТ для прохождения санитарного обучения. 25.10.2016 истец был официально принят на работу к ИП ФИО3 – владельцу сети пекарен «Добропек» начальником отдела кадров ФИО5 Был оформлен трудовой договор, согласно которому ФИО1 принимался на работу ночным фасовщиком, график работы был установлен ночной – 2 ночи через 2 с 21 часа до 4 утра, заработная плата должна была составлять 18 000 рублей. Второй экземпляр трудового договора работнику, однако, передан не был. Также истец передал в отдел кадров трудовую книжку для внесения сведений о работе. ФИО1 был оформлен электронный пропуск на территорию Агропромышленного парка «Казань».

Далее, как следует из пояснений истца, между ним и работодателем, чтобы не нанимать на работу еще одного ночного фасовщика, была достигнута договоренность о работе в двойную смену, с графиком 6 ночей через 1 с условием оплаты труда в двойном размере – в сумме 36 000 рублей. После этого был составлен график работы на ноябрь с указанным режимом работы, подписанный руководителем истца – технологом ФИО6

Истец также пояснял в суде, что он работал ночным фасовщиком по указанному графику примерно с 19-20 часов до 4-6 часов. В трудовые обязанности входила сборка готовой продукции, оставленной в цеху пекарями, в коробки по накладным и передача упакованной продукции водителям для последующего развоза по точкам продажи – около 43 пекарен. Непосредственным руководителем истца являлась технолог ФИО6, с которой он на регулярной основе созванивался в рабочее время по вопросам рабочего характера.

Согласно пояснениям истца в октябре 2016 года он проработал 6 рабочих смен – 25, 26, 27, 28, 29 и 31 октября, а также полный рабочий месяц в ноябре 2016 года, после чего 30 ноября 2016 года его без объяснения причин уволили, не произведя расчета при увольнении и не внеся записи о работе в трудовую книжку. Изученная судом трудовая книжка истца свидетельствует о том, что в спорный период никаких записей о работе, как у ИП ФИО3, так и у других работодателей, в ней не содержится.

В подтверждение своих доводов о работе ФИО1 представил в материалы дела копии выданных ему начальником (специалистом) отдела кадров ИП ФИО3 – ФИО8 (допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля и подтвердившей свою работу в данной должности) направлений на прохождение медицинского осмотра в НУЗ «Отделенческая больница на станции Казань ОАО «РЖД» и на прохождение санитарного обучения и сдачу анализов - в Центр гигиены и эпидемиологии РТ (л.д.10,11). Согласно тексту направления на медицинский осмотр оно выдано ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, табельный <номер изъят>, как работающему лицу (а не принимаемому на работу, вариант чего также предусмотрен формой направления), участок работы – пекарня, вид работы – фасовщик.

Показания ФИО8, допрошенной судом в качестве свидетеля по делу, о том, что указанные направления были выданы ФИО1 как стажеру, для будущего трудоустройства, которое фактически не состоялось, суд оценивает критически. Трудовым законодательством (статья 69 Трудового кодекса РФ) предусмотрено обязательное прохождение медицинского осмотра при заключении трудового договора для некоторых категорий работников, в том числе такая процедура предусмотрена для работников в организациях общественного питания. Обоснованных оснований полагать, что при прохождении лицом стажировки, без заключения с ним трудового договора и без приема на работу работодатель выдает направления на прохождение медицинского осмотра, суд не находит. При этом в направлении на медицинский осмотр ФИО1 прямо указано (подчеркнуто), что он направляется на осмотр как работающий, а не поступающий на работу.

Истцом также представлена в материалы дела копия графика работы на ноябрь в подразделении «Агропарк», подписанного технологом ФИО6 (согласно пояснениям ФИО1 – его непосредственным руководителем), из которого видно, что почти полный ноябрь с графиком работы 6 через 1 должен был работать работник по имени Ильшат (ФИО1), несколько смен было указано для работника по имени Ваис (ФИО7, допрошенный судом в качестве свидетеля по делу) (л.д.13). Свидетель ФИО6 составление и подписание данного графика работы, а также указание в нем на ФИО1 как «Ильшата» признавала. При этом к объяснениям данного свидетеля о том, что график составлялся на будущее время в период прохождения истцом стажировки, а затем был изменен, когда в приеме на работу ФИО1 отказали, суд также относится критически, не находя возможным предполагать, что для лица, не принятого работодателем на работу, непосредственным руководителем может быть составлен график работы на целый месяц вперед. Также суд принимает во внимание, что согласно пояснениям свидетеля ФИО7, он впервые пришел на стажировку в кондитерский цех «Добропек» в середине ноября 2016 года, в связи с чем в 20-х числах ноября был внесен в график работы, тогда как ФИО6 поясняла суду, что рассматриваемый график работы был составлен в период стажировки ФИО1, продолжавшейся около двух дней, то есть в конце октября 2016 года.

Истец также предоставил суду в качестве доказательства своей работы копию электронного пропуска (карточки продавца) на территорию Агропромышленного парка «Казань», в котором в качестве лица, которому предоставлено торговое место на территории парка, указан ИП ФИО3, срок действия пропуска – с 25.10.2016 по 31.12.2016. АО «Агропромышленный парк «Казань» в ответ на запрос суда сообщило, что на основании заявления ИП ФИО3 25.10.2016 на имя ФИО1 действительно был выдан пропуск для нахождения в производственной зоне комплекса. Причин полагать, что такой пропуск мог быть выдан истцу для прохождения стажировки, у суда не имеется, так как срок действия выданного пропуска был установлен до 31.12.2016, при этом допуск постороннего лица (стажера) путем выдачи электронного пропуска, предполагающего доступ к товарным ценностям (кондитерским изделиям), хранящимся в цехе «Добропек» на территории Агропромышленного парка, представляется противоречащим законам логики, принципам бережливости и осмотрительности владельца продукции.

По ходатайству истца в судебном заседании 24.04.2017 был также допрошен в качестве свидетеля ФИО7, который сообщил суду, что с ФИО1 познакомился при устройстве на работу в сеть пекарен «Добропек» (кондитерский цех, расположенный на территории Агропромышленного парка «Казань»), куда устраивался в конце ноября 2016 года. Пояснял, что приходил на стажировку, затем проработал около двух смен, одну из них – совместно с ФИО1, который его обучал. По словам ФИО7, ночью фасовщиком работал один ФИО1, они с ним должны были работать через смену, но в итоге ФИО7 решил не продолжать работу в пекарнях «Добропек». Руководителем являлась технолог ФИО6, с ней свидетель созванивался по возникающим по работе вопросам. Трудоустройство ФИО7 у ИП ФИО3 подтверждал как представитель ответчика, так и допрошенная судом начальник отдела кадров ИП ФИО3 - ФИО8

Доводы представителя ответчика о необходимости критически оценивать показания свидетеля ФИО7 суд отклоняет, поскольку из показаний свидетеля следует, что никаких собственных претензий к организации «Добропек» у него не имеется, не стал продолжать в ней работу по собственным причинам, работа свидетеля в течение двух дней у ИП ФИО3 имела место более пяти месяцев назад, после чего никаких споров между сторонами не возникло. При этом наличие дружеских личных отношений с ФИО1 свидетель не подтверждал. В судебное заседание для дачи показаний как свидетель ФИО7 явился лишь по вызову суда (л.д.76), а не по просьбе истца. В этой связи прямой или косвенной личной заинтересованности в исходе данного дела свидетель ФИО7, по мнению суда, не имеет.

Кроме того, ФИО1 в суде ссылался на предоставленные мобильным оператором ПАО «Вымпелком» выписки телефонных звонков с принадлежащего ему номера телефона, согласно которым в течение с 25.10.2016 по 29.11.2016 абонент на регулярной основе созванивался с владельцем телефонного номера «+79172721433», принадлежащего ФИО6, что последняя подтвердила в ходе дачи свидетельских показаний. Согласно пояснениям истца в период работы он регулярно созванивался с ФИО6, как со своим непосредственным руководителем, в рабочее время по возникавшим рабочим вопросам. В этой части суд считает необходимым дать критическую оценку показаниям ФИО6, которая в ответ на поставленный ей вопрос не смогла ясно и четко объяснить, какими причинами, кроме выяснения рабочих вопросов, могли быть вызваны регулярные телефонные переговоры между ней и ФИО7, наличие которых она при этом не оспаривала.

Приведенная совокупность собранных судом доказательств позволяет сделать вывод об установленности факта работы ФИО1 в качестве ночного фасовщика у ИП ФИО3 в кондитерском цеху «Добропек».

В то же время доказательства, представленные ответчиком в опровержение доводов истца о работе у ИП ФИО3 в спорный период, оспариваемые истцом, суд оценивает следующим образом.

Из пояснений представителя ответчика, данных во втором судебном заседании по делу, следует, что в ноябре 2016 года ночным фасовщиком в цеху пекарен «Добропек» работала ФИО9, трудоустроенная официально у ИП ФИО3 01.11.2016, что подтверждается составленным графиком работы, копиями трудового договора, журнала регистрации приказов о приеме на работу, накладными о передаче продукции водителям.

Вместе с тем, из пояснений представителя ответчика первоначально следовало, что в рассматриваемый период в цеху работало несколько дневных фасовщиков продукции (в журнале регистрации приказов о приеме на работу, к примеру, указано на принятие на работу 01.05.2016 в качестве фасовщика ФИО10) и ночной фасовщик, то же следовало и из пояснений истца, а также свидетеля ФИО7 Согласно выписке из штатного расписания на рассматриваемый период в штате ИП ФИО3 имелось две ставки ночных фасовщиков (одну из которых занимала ФИО9). Между тем, согласно копии трудового договора с ФИО9, имеющейся в материалах дела, она принята на работу в сеть кафе-пекарен «Добропек» на должность фасовщицы, график и режим ее работы трудовым договором не предусмотрены, аналогичным образом должность принимаемой на работу ФИО9 указана в журнале приказов о приеме на работу (запись <номер изъят>).

Допрошенная в судебном заседании ФИО9 поясняла, что с <дата изъята> была принята на работу в сеть пекарен «Добропек», в октябре проходила стажировку днем, а с ноября начала работать ночным фасовщиком, ФИО1 видела один раз, он одновременно с ней проходил стажировку. При этом ФИО7 (работу которого в течение нескольких смен в ноябре 2016 года ночным фасовщиком подтверждали представитель и другие работники ИП ФИО3) ФИО9 не известен. Свидетель ФИО7 суду также сообщал, что ФИО9 ему не известна, о ее работе ночным фасовщиком в ноябре 2016 года ему ничего не известно, он работал только совместно с ФИО1

При этом свидетель ФИО6, сообщившая суду, что она руководила работой фасовщиков, поясняла суду, что ФИО9 работала у ИП ФИО3 задолго до нее, а она устроилась на работу 03.10.2016. Однако согласно копии журнала регистрации приказов о приеме на работу ФИО9 была принята на работу на месяц позднее ФИО6, а именно 01.11.2016

Свидетель ФИО7 суду пояснял, что трудоустроился к ИП ФИО3 в конце ноября 2016 года, в графике работы на ноябрь 2016 года (как в экземпляре, представленном истцом, где вторым работником указан он, так и в экземпляре, представленном ответчиком, где вторым работником указана Светлана (ФИО9) ФИО7 указан также лишь в 20-х числах ноября, тогда как согласно копии журнала регистрации приказов о приеме на работу он значится принятым на работу 01.11.2016 (запись <номер изъят>).

Также суд принимает во внимание, что в выданном ФИО1 направлении для прохождения медицинского осмотра как работающему у ИП ФИО3, составление которого не оспаривала начальник отдела кадров ФИО8, указан табельный номер работника <номер изъят>, однако в предоставленной копии журнала регистрации приказов о приеме на работу имеются табельные номера, присвоенные приказам, от 1 до 118, в период ноября 2016 года указаны номера с 84 по 90.

Кроме того, в подтверждение работы ФИО9 в спорный период в качестве ночного фасовщика представителем ответчика (после неоднократных предложений суда) были представлены товарные накладные на передачу готовой продукции водителям для доставки в точки продажи пекарен «Добропек». В материалы дела представителем были представлены подлинники данных документов (с подписями водителей и ФИО9) за 01.11.2016 – 07.11.2016, по пояснениям представителя ответчика, необходимости в сохранении их в бухгалтерии не имеется. При этом товарные накладные с подписью ФИО9 имеются и на дату 05.11.2016, между тем из представленного ответчиком графика работы на ноябрь 2016 года следует, что 05.11.2016 ФИО9 не работала, и наоборот – накладные за 06.11.2016 отсутствуют, тогда как согласно графику работу это была рабочая смена ФИО9

Оценив совокупность указанного, суд ввиду наличия существенных противоречий между пояснениями свидетелей и представленными ответчиком письменными доказательствами суд как пояснения свидетеля ФИО9, так и представленную копию журнала регистрации приказов о приеме на работу ИП ФИО3, а также товарные накладные оценивает критически, в связи с чем не может основываться на доводах представителя ответчика о работе в спорный период в должности, на которую ссылается истец, другого работника – ФИО9

Показания допрошенных в качестве свидетелей ФИО6 и ФИО8, пояснявших, что ФИО1 у ИП ФИО3 не работал, лишь проходил некоторое время стажировку, суд также не считает возможным положить в основу решения суда, поскольку данные свидетели до настоящего времени трудоустроены у ответчика в должностях заведующего производством и начальника отдела кадров соответственно, что свидетельствует об их косвенной заинтересованности в исходе дела. При этом в показаниях ФИО6 суд усматривает существенные противоречия, как указанные выше, так и иные. К примеру, свидетель поясняла, что ФИО7 также не работал в сети пекарен «Добропек», лишь проходил стажировку, однако из пояснений представителя ответчика и представленных им самим документов следует, что ФИО7 был официально трудоустроен у ИП ФИО3, о чем ФИО6, как руководившей работой фасовщиков, не могло не быть известно.

На основании изложенного, соглашаясь с доводами истца и отклоняя доводы представителей ответчика, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 был доказан в ходе судебного разбирательства факт его работы у ИП ФИО3 в период с 25.10.2016 по 30.11.2016 в качестве ночного фасовщика, поскольку он был принят на работу уполномоченным лицом – работником отдела кадров ФИО8, была определена конкретная трудовая функция, которую работник должен был выполнять лично, подчиняясь установленным у работодателя правилам, свои должностные обязанности истец неоднократно и подробно описывал в ходе судебных заседаний, работнику был установлен график и режим работы, характер правоотношений предполагался возмездным, так как в объявлении о приеме на работу был указан размер обещаемой работодателем заработной платы, при этом факт работы ФИО1 подтвердил незаинтересованный свидетель – ФИО7, который был официально трудоустроен у ответчика. В то же время неисполнение работодателем возложенных на него обязанностей по выдаче работнику второго экземпляра трудового договора, по оформлению приказа о приеме на работу и внесению записей о работе в трудовую книжку не может служить основанием для умаления конституционных прав работника.

В соответствии со статьей 66 Трудового кодекса РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе.

Согласно статьям 77, 80 кодекса одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника. Работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом.

В силу статьи 84.1 Кодекса днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

Руководствуясь приведенной нормой трудового законодательства, суд считает законным и обоснованным требование ФИО1 о возложении на работодателя, факт работы у которого был установлен судом, обязанности внести в трудовую книжку истца записи о приеме на работу на должность ночного фасовщика – от 25.10.2016 и об увольнении по пункту 3 части 1 статьи 77 ТК РФ по инициативе работника – от 30.11.2016, поскольку 30 ноября являлся последним рабочим днем истца, как он пояснял суду, который в силу норм трудового законодательства является и днем увольнения.

Обращаясь к требованиям истца о взыскании с ИП ФИО3 задолженности по заработной плате за период работы с 25.10.2016 по 30.11.2016, суд также находит их законными и правомерными.

Так, в силу норм статьи 22 Трудового кодекса РФ в обязанности работодателя входит выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

А положения статьи 21 Кодекса предусматривают корреспондирующие права работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно статье 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со статьей 135 Кодекса заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу нормы статьи 140 Кодекса при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Истцом ФИО1 в данном случае был доказан факт работы в период с 25.10.2016 по 30.11.2016 у ИП ФИО3 Ответчиком каких-либо доказательств оплаты труда работника за данный период работы суду предоставлено не было, на оплату труда истца представители ответчика в суде не ссылались. В этой связи за отработанное время истцу подлежит выплате заработная плата, при этом суд считает возможным исходить из доводов ФИО1 об отработке в октябре 2016 года 6 рабочих смен - 25, 26, 27, 28, 29, 31 октября и полной отработки нормы рабочего времени в ноябре 2016 года, поскольку доводов и доказательств в подтверждение обратного суду ответчиком предоставлено не было.

Вместе с тем, допустимых, относимых и достоверных доказательств в подтверждение размера установленной ему заработной платы истцом суду представлено не было. Так, объявление о работе ночным фасовщиком, размещенное ответчиком на интернет-сайте Avito.ru, в котором имеется указание на предлагаемый размер заработной платы – 18 000 рублей, не может служить безусловным доказательством, того что именно такой размер оплаты труда был установлен именно ФИО1 при приеме его на работу, данным объявлением ответчик на себя какие-либо обязательства перед неограниченным кругом пользователей не брал, публичным предложением объявление о работе не является. Из представленной ответчиком выписки из штатного расписание размер должностного оклада ночного фасовщика не усматривается. Копия трудового договора с ФИО9, представленная ответчиком, содержит указание на размер заработной платы фасовщика в сумме 7 500 рублей. Каких-либо иных документов, свидетельствующих о том, что между ФИО1 и работодателем была достигнута договоренность о конкретном размере заработной платы в сумме 36 000 рублей (по двойной ставке), суду представлено не было.

Между тем, трудовое законодательство гарантирует оплату труда работника в зависимости от ее продолжительности, квалификации и сложности, но в любом случае в размере не ниже минимального размера оплаты труда.

Статья 133 Трудового кодекса РФ устанавливает, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

При этом в статье 133.1 Кодекса содержатся положения о том, что в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.

Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации обеспечивается работодателями (финансируемыми не за счет бюджета) за счет собственных средств.

Если работодатели, осуществляющие деятельность на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения о присоединении к региональному соглашению о минимальной заработной плате не представили в уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации мотивированный письменный отказ присоединиться к нему, то указанное соглашение считается распространенным на этих работодателей со дня официального опубликования этого предложения и подлежит обязательному исполнению ими.

Месячная заработная плата работника, работающего на территории соответствующего субъекта Российской Федерации и состоящего в трудовых отношениях с работодателем, в отношении которого региональное соглашение о минимальной заработной плате действует в соответствии с частями третьей и четвертой статьи 48 настоящего Кодекса или на которого указанное соглашение распространено в порядке, установленном частями шестой - восьмой статьи, не может быть ниже размера минимальной заработной платы в этом субъекте Российской Федерации при условии, что указанным работником полностью отработана за этот период норма рабочего времени и выполнены нормы труда (трудовые обязанности).

В Республике Татарстан 08.08.2016 было подписано Соглашение о минимальном размере заработной платы, согласно которому минимальный размер оплаты труда работников (не государственных и муниципальных учреждений) составляет 8 252 рубля в месяц. Сведений об отказе ИП ФИО3 от присоединения к данному соглашению суду не представлено.

По этим основаниям суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в счет невыплаченной заработной платы за период работы в октябре 2016 года (6 смен) – 1 904 рубля 30 копеек (8 252: 26 рабочих дней в октябре при шестидневной рабочей неделе согласно производственному календарю х 6 = 1904,3), за работу полный месяц в ноябре 2016 года – 8 252 рубля, а всего 10 156 рублей 30 копеек.

При этом в силу требований статьи 211 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которым решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев подлежит немедленному исполнению, суд приходит к выводу о необходимости обратить решение суда в части взыскания заработной платы в указанном размере – 10 156 рублей 30 копеек к немедленному исполнению.

Основанным на законе и нормах права суд считает и требование ФИО1 о понуждении работодателя сделать положенные отчисления за период его работы в налоговые органы и органы Пенсионного фонда РФ.

Так, статья 7 Федерального закона от 24.07.2009 №212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» устанавливает, что объектом обложения страховыми взносами для плательщиков страховых взносов признаются, в том числе, выплаты и иные вознаграждения, начисляемые плательщиками страховых взносов в пользу физических лиц в рамках трудовых отношений.

Согласно пункту 1 статьи 5 названного выше Закона плательщиками страховых взносов являются страхователи, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, к которым относятся, в частности, лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам.

При невыполнении страхователем обязанности по своевременной и в полном объеме уплате страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации застрахованное лицо вправе обратиться с иском в суд о взыскании со страхователя страховых взносов за предшествующий период.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 15.12.2001 №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе, индивидуальные предприниматели.

Таким образом, обязанность производить отчисления страховых взносов за работника в Пенсионный фонд Российской Федерации лежит на работодателе.

В связи с этим требование истца о возложении обязанности на ответчика произвести отчисления в Пенсионный фонд Российской Федерации за период его работы являются законными и обоснованными.

Статьей 3 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) установлено, что каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы.

Пункт 1 статьи 226 Кодекса предусматривает обязанность российских организаций (а также индивидуальных предпринимателей), от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога (налоговые агенты).

В соответствии с пунктом 4 статьи 226 НК РФ налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Обязанности по удержанию и отчислению за период работы ФИО1 обязательных платежей и взносов в налоговые органы, а также в органы Пенсионного фонда РФ, ИП ФИО3 исполнены не были, доказательств обратного суду не представлено, в связи с чем исковые требования в этой части подлежат удовлетворению. При этом данные взносы и отчисления ввиду недоказанности установленного работнику размера заработной платы должны быть исчислены из размера минимального размера оплаты труда в Республике Татарстан в период работы истца в сумме 8 252 рубля в месяц.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2, следует, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом характера и степени моральных страданий истца, вызванных длительной задержкой по выплате заработной платы, на которую он рассчитывал, выполняя норму работы у работодателя, несправедливым отношением к нему работодателя, отказывавшегося подтвердить факт работы истца в течение более одного месяца, степени вины работодателя, конкретных обстоятельств дела суд считает разумным и справедливым взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец, как работник, при подаче иска в суд был освобожден от оплаты государственной пошлины в силу закона, исковые требования частично удовлетворены судом, с ответчика в доход муниципального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина исходя из удовлетворенных требований имущественного и неимущественного характера в сумме 806 рублей 24 копейки.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО3 в период с 25.10.2016 по 30.11.2016.

Обязать ИП ФИО3 внести в трудовую книжку ФИО1 записи о приеме на работу на должность ночного фасовщика – от 25.10.2016 и об увольнении по пункту 3 части 1 статьи 77 ТК РФ по инициативе работника – от 30.11.2016.

Взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период работы с 25.10.2016 по 30.11.2016 в сумме 10 156 рублей 30 копеек, в компенсацию морального вреда – 5 000 рублей.

Обязать ИП ФИО3 произвести предусмотренные законом отчисления с заработной платы ФИО1 в налоговые органы Российской Федерации и страховые взносы – в Пенсионный фонда Российской Федерации исходя из размера заработной платы 8 252 рубля в месяц за период работы с 25.10.2016 по 30.11.2016.

Решение суда в части взыскания задолженности по заработной плате в сумме 10 156 рублей 30 копеек обратить к немедленному исполнению.

Взыскать с ИП ФИО3 в бюджет муниципального образования г. Казани государственную пошлину в размере 806 рублей 24 копейки.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня составления в окончательной форме через Советский районный суд города Казани.

Судья подпись Е.В. Шадрина

Копия верна

Судья Е.В. Шадрина