Приговор № 1-165/2017 1-2/2018 от 6 февраля 2018 г. по делу № 1-165/2017

Дело № 1-2/18


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

07 февраля 2018 года г.Ярославль

Судья Ленинского районного суда г.Ярославля Прудников Р.В.,

с участием государственного обвинителя прокуратуры Ленинского района г.Ярославля ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника Макина В.В.,

при секретаре Мельниковой А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО2, <данные изъяты>,

в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО2 виновен в незаконном хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

В период до 13 часов 55 минут ДД.ММ.ГГГГ, находясь у <адрес>, ФИО2, имея умысел на незаконное хранение без цели сбыта наркотического средства метадон в крупном размере для его личного потребления, незаконно содержал при себе в левом боковом кармане надетой на нем куртки наркотическое средство метадон массой 3,801 грамма, упакованное в сверток из полимерного материала.

ДД.ММ.ГГГГ, около 13 часов 55 минут, у <адрес> ФИО2 был задержан сотрудниками отдела полиции «Ленинский» УМВД России по г.Ярославлю и УУР УМВД России по Ярославской области в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», после чего был доставлен в помещение УУР УМВД России по Ярославской области, расположенное по адресу: г.Ярославль, пр-т.Ленина, д.5.

После этого в процессе личного досмотра ФИО2, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, в период с 14 часов 30 минут до 14 часов 45 минут, в служебном кабинете № 1 УУР УМВД России по Ярославской области, расположенного по адресу: г.Ярославль, пр-т.Ленина, д.5, незаконно хранимое ФИО2 при себе наркотическое средство метадон массой 3,801 грамма, находящееся в свертке из полимерного материала, было обнаружено и изъято из незаконного оборота сотрудниками отдела полиции «Ленинский» УМВД России по г.Ярославлю и УУР УМВД России по Ярославской области.

В соответствии с «Перечнем наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ», утвержденным постановлением Правительства России от 30.06.1998 г. № 681, наркотическое средство метадон включено в Список I наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в РФ запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами РФ.

Согласно постановлению Правительства России от 01.10.2012 г. № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации», указанное выше количество наркотического средства метадон, массой 3,801 грамма, составляет крупный размер.

Подсудимый ФИО2 виновным себя не признал и показал, что с 2009 г. он периодически потреблял наркотические средства героин и метадон. ФИО3 знаком с М, вместе с которым за несколько дней до ДД.ММ.ГГГГ потреблял метадон. ДД.ММ.ГГГГ, в период с 14 до 16 час., ФИО3 позвонил М и попросил его оказать услугу извоза на автомобиле марки <данные изъяты>, имевшимся в пользовании ФИО3, поскольку сам ФИО3 водительского удостоверения не имеет. На указанную просьбу М ответил, что он занят. Примерно в 21-22 часа ДД.ММ.ГГГГ М позвонил ФИО3 и спросил, находится ли последний дома. ФИО3 ответил, что находится не по месту жительства, но вскоре подъедет к дому. Тогда М сообщил, что он находится рядом с домом ФИО3 и хочет с ним встретиться, но цель встречи не упоминал. Спустя непродолжительное время ФИО3 подъехал к <адрес>, в котором он проживал, где у своего подъезда встретил М, который пояснил, что вызвал себе такси. ФИО3 предложил М пройти в квартиру, чтобы Войнов мог оставить имевшиеся у него пакеты. М согласился, после чего посредством домофона ФИО3 позвонил в свою квартиру, в которой находилась жена последнего ВБ, открывшая дверь подъезда. Далее ФИО3 и М поднялись на третий этаж, где ФИО3, будучи на пороге квартиры по месту проживания, положил на пол коридора квартиры пакеты. В этот момент ФИО3 боковым зрением заметил двух мужчин, которые бежали с четвертого этажа с громкими криками. В связи с этим ФИО3 «по инерции» зашел в квартиру и закрыл ее входную дверь на замок. Сразу после этого в дверь квартиры сильно ударили изнутри. Тогда ФИО3 через дверной глазок посмотрел на лестничную площадку и увидел, что двое мужчин уводят М вниз по лестнице. При этом внешность указанных мужчин ФИО3 не рассмотрел. Затем ФИО3 позвонил жене М и сообщил ей о случившемся. Через 2 дня ФИО3 встретился с М, который сообщил, что его задержали сотрудники Ленинского РОВД, но они думали, что задержали не М, а ФИО3, выяснив личность задержанного только в отделе полиции. При этом М передал ФИО3 слова сотрудников полиции о том, что ФИО3 все равно задержат. Также М сказал, что в отношении него возбудили уголовное дело, поскольку у него имелся метадон, однако обстоятельствами его приобретения ФИО3 не интересовался.

ДД.ММ.ГГГГ, в первой половине дня, ФИО3 позвонил его знакомый П, который периодически оказывал ФИО3 услуги извоза на упомянутом выше автомобиле, и попросил разрешения отвезти музыкальный центр в сервис на машине, находившейся в пользовании ФИО3. На это ФИО3 согласился с условием, что П далее отвезет ФИО3 в <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>. После поездки в сервисный центр П довез ФИО3 до названного банка, где примерно в 13-14 часов ДД.ММ.ГГГГ они оба вышли из машины. Затем ФИО3 вошел в помещение банка, а П остался у входа в банк, но через несколько минут зашел внутрь. Спустя непродолжительное время ФИО3 и П вышли из банка на улицу. В этот момент ко входу в банк подъехал автомобиль марки <данные изъяты> черного цвета, из салона которого выбежали четверо мужчин в гражданской одежде. Двое из этих мужчин подбежали к ФИО3, нанесли ему 2-3 удара, чем сбили его с ног. Далее те же мужчины нанесли ФИО3 10-20 ударов руками и ногами по туловищу и голове, после чего зафиксировали его руки сзади наручниками и поместили на пол перед передними сидениями автомобиля <данные изъяты>. При этом мужчины не представлялись, ничего не говорили, только в нецензурной форме отвечали на слова ФИО3 о том, что у него травмирована спина. Что происходило в указанный период с П, ФИО3 не видел, так как закрывал голову руками от ударов. Затем ФИО3 доставили в помещение полиции, расположенное в доме 5 по пр-ту.Ленина г.Ярославля, где его поставили в коридоре лицом к стене с руками, зафиксированными сзади наручниками. Примерно через 15-20 минут в то же помещение привезли П, которого поставили в коридоре лицом к стене в 3-4 метрах от ФИО3 и заставили поместить руки на стену. После этого к ФИО3 подошел оперуполномоченный К, фамилию которого последний узнал в ходе производства по делу, и нанес ФИО3 по одному удару в область головы и спины, сказав: «Ну что, добегался». Далее К расстегнул молнию на левом боковом кармане куртки ФИО3, что-то положил в этот карман, застегнул молнию и сказал: «Это то, что ты обронил, когда убегал». Что именно К положил в карман куртки, ФИО3 не видел, но когда К подходил, ФИО3 заметил, что в его кулаке что-то было зажато. ФИО3 сказал К: «Вынь, так не делается», но К ответил: «У нас все делается». Через несколько минут ФИО3 завели в кабинет, где находились оперативные сотрудники К,Л,Н, а также двое понятых. После этого оперативные сотрудники спросили у ФИО3, есть ли при нем что-нибудь запрещенное. ФИО3 ответил, что нет, за исключением того, что ему подложили. Тогда оперативные сотрудники велели ФИО3 выложить все вещи из карманов. ФИО3 сказал, что выложит только свои вещи, а то, что ему подложили, пусть достают сами сотрудники. Далее Л стал доставать вещи из карманов куртки ФИО3 и выкладывать их на стол. В том числе, Л достал из левого кармана куртки ФИО3 сверток из полимерного материала, который не вскрывал, а сказал, что на ощупь в свертке находится порошкообразное вещество. Далее ФИО3 предложили подписать протокол, который составлял К, но ФИО3 отказался ставить подписи, сообщив, что сверток ему не принадлежит. В этот момент понятые стали спрашивать сотрудников полиции, что происходит, почему у ФИО3 имеются телесные повреждения. Сотрудники полиции ответили, что ФИО3 является наркоторговцем, так ему и надо. Сразу после этого ФИО3 стали выводить из кабинета. В это время один из понятых сказал, что он не будет подписывать протокол. Почему данный факт не подтвердил ни один понятой, ФИО3 объяснить не может. Через некотрое время ФИО3 доставили в отдел полиции Ленинского района, откуда направили на медицинское освидетельствование. Результат освидетельствования, в ходе которого был обнаружен, в том числе и метадон, ФИО3 объясняет тем, что за 2-3 недели до задержания он потреблял названное наркотическое средство. После освидетельствования с ФИО3 стал разговаривать К, который сказал, что не стал бы задерживать ФИО3, если бы в прошлый раз он не убежал. В связи с этим ФИО3 считает, что К подложил ему наркотик, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 скрылся в квартире.

Виновность ФИО2 в совершении преступления в объеме, указанном в описательной части приговора, подтверждена совокупностью следующих доказательств.

Свидетель К показал, что в 2015 г. он работал в должности оперуполномоченного ОУР ОП «Ленинский» УМВД России по г.Ярославлю. В указанное время в производстве К находилось дело оперативного учета в отношении ФИО3, заведенное в связи с наличием оперативной информации о том, что последний занимается незаконными приобретением и распространением наркотических средств. Однако до задержания с ФИО3 К лично не встречался и в неприязненных отношениях с ним не состоял. К участвовал в задержании М, который в настоящее время осужден за незаконный оборот наркотических средств, но инициатором данного задержания не являлся, поэтому не помнит его подробности. Вместе с тем ФИО3 во время задержания М не было, от сотрудников полиции, в том числе и К, ФИО3 не скрывался, оперативная разработка последнего не была связана с разработкой М.

В один из дней декабря 2015 г., дату не помнит, в дневное время, К была получена оперативная информация о том, что Войнов может хранить при себе наркотические средства. В связи с этим в данный день ФИО3 был взят под наблюдение специализированным подразделением, а К привлек оперативного сотрудника ОУР ОП «Ленинский» Ю, а также оперативных сотрудников 7-го отдела УУР УМВД России по Ярославской области Н и Л, для оказания содействия в проведении оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», направленного на задержание ФИО3 и проведение его личного досмотра с целью проверки поступившей оперативной информации. После того как поступили сведения о том, что ФИО3 приехал зданию <данные изъяты>, расположенного на <адрес>, К, Л, Ю и Н на служебном автомобиле марки <данные изъяты> под управлением Л прибыли к указанному банку, где увидели ФИО3 выходящим из здания банка вместе с ранее незнакомым К мужчиной. После этого ФИО3 и упомянутый мужчина были задержаны К, Л, Ю и Н, но ввиду давности данного события, К не помнит, кто именно из оперативных сотрудников и кого задерживал. Во время задержания руки ФИО3 были зафиксированы наручниками и он был помещен на землю в целях пресечения возможности выброса наркотических средств, которые могли при нем храниться. Физическая сила в отношении ФИО3 применялась в пределах, необходимых для реализации указанной цели. Затем ФИО3 на служебном автомобиле был доставлен в помещение отдела № 7 УУР УМВД России по Ярославской области по адресу: г.Ярославль, пр-т.Ленина, д.5, поскольку в ОП «Ленинский» очень мало служебных помещений, пригодных для проведения личного досмотра. При этом ФИО3 был поставлен в коридоре лицом к стене и его руки были зафиксированы сзади наручниками. Позже в то же помещение был доставлен второй задержанный, который был поставлен аналогично ФИО3 в нескольких метрах от него. Через некотрое время в помещение 7-го отдела УУР были приглашены двое понятых мужского пола для участия в личном досмотре, которых провели в кабинет, куда затем был доставлен ФИО3. Досмотр ФИО3 проводили К, который составлял протокол, и Л, который непосредственно досматривал ФИО3. Перед началом досмотра К зачитал понятым их права, после чего Л стал изымать из карманов одежды ФИО3 находившиеся там вещи. В том числе, Л были извлечены несколько сотовых телефонов и сверток из полимерного материала с порошкообразным веществом внутри. Из каких именно карманов были изъяты упомянутые объекты, К не помнит, но все изъятое демонстрировалось понятым. Сверток, изъятый у ФИО3, был упакован в пустой бумажный конверт, который был заклеен, опечатан печатью и подписан понятыми. Сотовые телефоны были помещены в другой бумажный конверт, который был упакован аналогичным способом. По результатам досмотра ФИО3 К был составлен протокол, в котором расписался он сам, а также Л и оба понятых. При этом никто из понятых не отказывался выполнять подписи в протоколе и замечаний к нему не имел. Однако по невнимательности К один из понятых не поставил свою подпись в графе протокола о разъяснении прав, хотя права понятым в действительности разъяснялись. Позднее указанный понятой выполнил свою недостающую подпись в протоколе, но при каких обстоятельствах это произошло, К не помнит, хотя знает, что понятой дал показания, согласно которым он ставил свою подпись по инициативе К, и этим показаниям К доверяет. ФИО3 расписываться в протоколе отказался, утверждая, что сверток ему подложили. При этом во время досмотра наручники с ФИО3 снимались, но К не помнит, в какой именно момент. По окончанию досмотра сверток из полимерного материала, обнаруженный при ФИО3, был направлен на исследование, в ходе которого было установлено, что в свертке содержится метадон. После получения справки об исследовании материал проверки вместе со всеми изъятыми у ФИО3 объектами был направлен в следственный отдел ОП «Ленинский», где было возбуждено уголовное дело. В тот же день ФИО3 был доставлен на медицинское освидетельствование, по результатам которого в его организме были обнаружены метадон и кокаин. Второй задержанный был «поверхностно» досмотрен кем-то из оперативных сотрудников, но кем именно К не помнит, запрещенных к обороту веществ у него не имелось. В связи с этим, а также ввиду отсутствия оперативной информации в отношении второго задержанного, он был отпущен. К ничего в одежду ФИО3 после его задержания не подкладывал и не видел, чтобы это делал кто-то другой.

Свидетель Л в судебном заседании пояснил, что в 2015 г. он работал в должности оперуполномоченного отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотических средств УМВД России по Ярославской области. С подсудимым Л лично не знаком и в неприязненных отношениях с ним не состоял. В декабре 2015 г., дату не помнит, в светлое время суток, Л по инициативе К вместе с ним и с другими оперативными сотрудниками, данные которых не помнит, участвовал в задержании ФИО3, которое состоялось у здания <данные изъяты> на <адрес>. Роль Л в указанном мероприятии заключалась в управлении служебным автомобилем марки <данные изъяты>. Перед задержанием Л подъехал к входу в упомянутый банк, из которого выходили двое мужчин, в том числе и ФИО3. После этого оперативные сотрудники, в числе которых был и К, вышли из служебного автомобиля и задержали указанных мужчин. Л помог поместить одного из задержанных на заднее сидение автомобиля, но кого именно, не помнит. Оба задержанных мужчины были доставлены в помещение отдела, в котором работал Л, расположенное в д.5 по пр-ту.Ленина г.Ярославля. Что происходило далее и иные подробности задержания Л не помнит в связи с давностью событий и сменой им сферы деятельности. Л ничего в одежду ФИО3 после его задержания не подкладывал и не видел, чтобы это делал кто-то другой

В связи с наличием противоречий были оглашены показания Л, полученные на досудебной стадии (т.1 л.д.240-242, т.2 л.д.189-190), исходя из которых ДД.ММ.ГГГГ Л совместно с оперативными сотрудниками Л проводились оперативно-розыскные мероприятия в Ленинском районе г.Ярославля, направленные на выявление лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств. Около 14 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ, у <адрес> указанными сотрудниками был задержан ФИО2, который состоял на оперативном учете ОУР УМВД России по г.Ярославлю как сбытчик и потребитель наркотических средств. После задержания ФИО3 был доставлен в 7-й отдел УУР УМВД России по Ярославской области для проведения личного досмотра. Во время задержания Л был за рулем служебной автомашины, на которой затем перемещался ФИО3, и помогал доставлять задержанных в отдел полиции. С ФИО3 в момент задержания находился еще один мужчина, но его данные Л не знает. Для участия в личном досмотре ФИО3 были приглашены понятые, которым до начала досмотра были разъяснены их права и обязанности, а также порядок проведения личного досмотра. Личный досмотр ФИО3 проводили Л, а также К, который составлял протокол. В ходе личного досмотра ФИО3 были обнаружены и изъяты: в правом кармане куртки – сотовый телефон <данные изъяты>; в левом боковом кармане куртки – сверток из полиэтилена белого цвета с порошкообразным веществом внутри; в правом переднем кармане джинсов – сотовый телефон <данные изъяты>. Изъятый сверток в присутствии понятых был упакован в конверт, который был опечатан печатью, на которой понятые поставили свои подписи. Сотовые телефоны <данные изъяты> были упакованы в другой конверт. В ходе личного досмотра был составлен протокол, в котором понятые поставили подписи. ФИО3 подпись ставить отказался. Сверток, изъятый у ФИО3, был направлен на исследование, в результате которого было установлено, что в свертке находится метадон. После проведения личного досмотра ФИО3 был направлен в наркологический диспансер для проведения медицинского освидетельствования. На часы при задержании ФИО3 Л внимания не обращал, поэтому не исключает, что задержание могло быть произведено в 13 часов 55 минут ДД.ММ.ГГГГ

Оглашенные показания свидетель подтвердил.

Свидетель Ю в судебном заседании сообщил, что в декабре 2015 г. он замещал должность оперуполномоченного ОУР ОП «Ленинский» УМВД России по г.Ярославлю. ДД.ММ.ГГГГ, около 14 час., Ю по просьбе К вместе с ним и с Н принимал участие в задержании ФИО3, с которым ранее знаком не был и не видел его. Задержание производилось у «Дома моды», расположенного по адресу: <адрес>, и со слов Ю, было обусловлено наличием у последнего оперативных данных о том, что Войнов может хранить наркотические средства. До и после задержания оперативные сотрудники передвигались на автомобиле марки <данные изъяты>, но кто им управлял, Ю не помнит. Во время задержания ФИО3 пытался скрыться. После задержания ФИО3 был сначала доставлен в помещение УНК на пр-те.Ленина г.Ярославля, а затем в ОП «Ленинский». В личном досмотре ФИО3 Ю не участвовал, но со слов Ю знает, что в ходе досмотра у ФИО3 был обнаружен метадон. Ю ничего в одежду ФИО3 после его задержания не подкладывал и не видел, чтобы это делал кто-то другой. Иные подробности Ю не помнит ввиду давности событий.

С учетом наличия противоречий были оглашены показания Ю, данные им в ходе предварительного следствия (т.1 л.д.76-78, т.2 л.д.191-192), согласно которым ДД.ММ.ГГГГ Ю совместно с оперативными сотрудниками Н и К в Ленинском районе г.Ярославля проводились оперативно-розыскные мероприятия, направленные на выявление лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств, в процессе которых была получена оперативная информация о том, что на <адрес> будет находиться ФИО2, который состоит на учете ОУР УМВД России по г.Ярославлю как сбытчик и потребитель наркотических средств и у которого при себе, возможно, будет храниться наркотическое средство. Около 14 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ, когда оперативные сотрудники находились у <адрес>, ими был замечен ФИО3, в связи с чем было принято решение о задержании последнего и его доставлении в отдел полиции. Примерно в 14 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был задержан, а затем доставлен в 7-й отдел УУР УМВД России по Ярославской области для проведения личного досмотра. Для участия в личном досмотре в упомянутый отдел были приглашены понятые, которым до начала досмотра были разъяснены их права и обязанности, а также порядок проведения личного досмотра. В личном досмотре Ю участия не принимал, но позже узнал, что в ходе личного досмотра ФИО3 были обнаружены и изъяты: в правом кармане куртки – сотовый телефон <данные изъяты>; в левом боковом кармане куртки – сверток из полиэтилена белого цвета с порошкообразным веществом внутри; в правом переднем кармане джинсов – сотовый телефон <данные изъяты>. Сверток, изъятый в ходе личного досмотра, в присутствии понятых был упакован в конверт, опечатан печатью, на которой понятые поставили свои подписи. Сотовые телефоны <данные изъяты> были упакованы в другой конверт. По результатам досмотра был составлен протокол, в котором понятые поставили свои подписи, а ФИО3 ставить свою подпись отказался. Изъятый у ФИО3 сверток был направлен на исследование, в результате которого было установлено, что в свертке содержится наркотическое средство метадон. После проведения личного досмотра ФИО3 был направлен в наркологический диспансер для проведения медицинского освидетельствования. В процессуальных документах Ю и остальные сотрудники полиции указывали время задержания ФИО3 - 14 часов 15 минут. Однако данное время указывалось примерно, по часам не сверялось, на момент задержания было около 14 часов 00 минут, возможно, немного больше или меньше, в том числе Войнов мог быть задержан в 13 часов 55 минут.

Оглашенные показания свидетель подтвердил.

Свидетель Н при рассмотрении дела и в ходе досудебного производства (т.1 л.д.69-71, т.2 л.д.181-182) сообщил сведения, аналогичные, по сути, вышеприведенным показаниям свидетеля Ю на соответствующих стадиях, в том числе подтвердил оглашенные протоколы допросов, а также тот факт, что ничего в одежду ФИО3 после его задержания не подкладывал и не видел, чтобы это делал кто-то другой.

Исходя из показаний свидетеля Ж, ведущего специалиста по информационной безопасности ПАО <данные изъяты>, оглашенных с согласия сторон (т.1 л.д.243-244, т.2 л.д.169-171), на здании ПАО <данные изъяты>, расположенном по адресу: <адрес>, имеется несколько камер видеонаблюдения, в том числе и камера, с которой сотрудниками полиции была изъята видеозапись за ДД.ММ.ГГГГ Однако время, установленное на данной камере, не соответствует реальному и отстает примерно на 10 минут. Например, если отсчет времени на изъятой видеозаписи начинается с 13:37, то данное время не соответствует реальному и правильным следует считать время 13:47 плюс-минус несколько секунд.

Свидетель С, следователь СО ОМВД России по Ленинскому городскому району, показала, что в январе 2016 г., сразу после праздников, она приняла к своему производству уголовное дело по обвинению ФИО3. Изучив материалы дела, С в постановлении суда об избрании Войнову меры пресечения в виде заключения под стражу заметила сведения о том, что в протоколе личного досмотра отсутствует подпись одного из понятых. Однако, изучив названный протокол, С обнаружила, что все подписи понятых, в том числе и в графе о разъяснении прав, имеются. После этого С допросила понятого, подпись которого ранее отсутствовала, он показал, что все подписи в протоколе личного досмотра выполнены им, но когда он их ставил, понятой не помнил. Сама С уголовное дело никому не передавала, оно хранилось в сейфе в ее кабинете. До С дело в отношении ФИО3 расследовал другой следователь, который уволен из органов внутренних дел.

Свидетель Г в судебном заседании сообщил, что в конце декабря 2015 г., дату не помнит, около 13 час., у <адрес>, к нему подошел ранее незнакомый сотрудник полиции, который попросил принять участие в качестве понятого в досмотре. Г согласился и прошел в отдел полиции на пр-те.Ленина, адрес которого не помнит. В коридоре указанного отдела полиции никого не было. Г сразу проводили в кабинет, где уже находились досматриваемый, второй сотрудник полиции и второй понятой. Больше никого в кабинете не было. Все перечисленные лица Г знакомы не были. Личные данные досматриваемого мужчины назвал один из сотрудников полиции, но их, а также внешность досматриваемого Г не помнит. Видимых телесных повреждений у досматриваемого не было, его руки сначала были зафиксированы наручниками сзади, но перед началом досмотра наручники с него сняли. Далее сотрудники полиции разъяснили понятым права, после чего тот сотрудник, который приглашал Г, стал доставать из карманов одежды досматриваемого вещи и выкладывать их на стол перед понятыми. Г не помнит, предлагали ли сотрудники полиции досматриваемому выдать запрещенные к обороту вещества, но последний сам ничего добровольно не выдавал. Г запомнил, что сотрудник извлек из карманов одежды досматриваемого деньги, ключи, 2 сотовых телефона и сверток из матового целлофана круглой формы. Однако из каких именно карманов, были изъяты перечисленные объекты, Г не помнит. При этом сотрудник полиции ощупал обнаруженный сверток пальцами и сказал, что в свертке находится порошкообразное вещество. Кроме того, целлофан, из которого был изготовлен сверток, являлся полупрозрачным, поэтому Г лично видел сквозь упаковку, что в свертке находится порошок белого цвета, который заполнял не весь объем свертка. Сверток и 2 телефона, изъятые у досматриваемого, сотрудники полиции упаковали в 2 разных конверта, на которых расписались Г и второй понятой. Также Г лично прочитал протокол, который составил второй сотрудник полиции, был согласен с содержанием этого протокола и поставил в нем свои подписи с обеих сторон в тех местах, где указал сотрудник полиции. Второй понятой также прочитал протокол и расписался в нем. Замечаний у Г и второго понятого не было, последний от выполнения подписей в протоколе и на конвертах не отказывался. Досматриваемый ставить подписи в протоколе отказался, сказав, что сверток ему не принадлежит. О том, откуда у него в кармане появился сверток, досматриваемый не говорил, и сотрудники полиции его наркоторговцем не называли. Во время извлечения вещей досматриваемый поворачивался в разные стороны, в связи с чем сотрудник полиции говорил ему, чтобы он стоял ровно. После отказа досматриваемого от подписания протокола, его вывели из кабинета.

Кроме того, в ходе допроса в суде свидетель Г указал, что все подписи от его имени в протоколе личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.8), выполнены им самим.

С учетом наличия противоречий были оглашены показания Г, данные им в процессе расследования (т.1 л.д.83-85, т.2 л.д.64-65), в соответствии с которыми ДД.ММ.ГГГГ, когда Г находился в Ленинском районе г.Ярославля, к нему обратились сотрудники полиции, которые попросили его принять участие в качестве понятого в личном досмотре. Г согласился и вместе с сотрудниками полиции прошел в отдел полиции, где его проводили в кабинет, в котором уже находился второй понятой мужского пола. После этого Г и второму понятому разъяснили их права и обязанности, а также порядок проведения личного досмотра. Затем в кабинет привели ранее незнакомого мужчину, данные о личности которого Г не помнит. В ходе досмотра у мужчины были обнаружены и изъяты: в правом кармане куртки – сотовый телефон <данные изъяты>; в левом боковом кармане куртки – сверток из полиэтилена белого цвета с порошкообразным веществом внутри; в правом переднем кармане джинсов – сотовый телефон <данные изъяты>. Изъятый сверток в присутствии понятых был упакован в конверт, опечатан печатью, на которой Г и второй понятой поставили свои подписи. Сотовые телефоны были помещены в другой конверт и упакованы аналогичным способом. В ходе досмотра был составлен протокол, в котором Г и второй понятой поставили свои подписи. Мужчина, которого досматривали, расписываться в протоколе отказался, о чем было указано в протоколе. При этом досматриваемый жаловался на то, что сотрудники полиции подкинули ему наркотическое средство, говорил, что это не его наркотик, поэтому он ничего подписывать не будет. С протоколом личного досмотра Г и второй понятой знакомились, после чего поставили в нем свои подписи. Второй понятой свои подписи в протоколе выполнять не отказывался. Во всех ли местах протокола второй понятой поставил свою подпись, Г не обратил внимания.

Оглашенные показания свидетель подтвердил.

Свидетель Д при рассмотрении дела пояснил, что несколько лет назад в зимний сезон, точнее не помнит, в дневное время, к нему на пр-те.Ленина г.Ярославля обратились сотрудники полиции, которые попросили его принять участие в качестве понятого в досмотре. Д согласился и прошел в отдел полиции на пр-те.Ленина, где уже находился второй понятой мужского пола. Затем сотрудники полиции привели незнакомого Д молодого мужчину, после чего разъяснили понятым права и обязанности. После этого сотрудники полиции стали досматривать мужчину и изымать у него вещи, среди которых был телефон, но точный перечень изъятого, а также иные подробности досмотра Д не помнит в связи с давностью событий и своей большой загруженностью по работе.

Кроме того, в ходе допроса в суде свидетель Д удостоверил, что все подписи от его имени в протоколе личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.8), а также на конверте, в который упаковано наркотическое средство, изъятое в процессе данного досмотра, выполнены им самим.

В связи с наличием противоречий были оглашены показания Д, полученные на досудебной стадии (т.1 л.д.86-88, т.2 л.д.61-63, 174-175), в том числе и на очной ставке с ФИО2, которые аналогичны вышеприведенным показаниям свидетеля Г на том же этапе производства по делу. При этом Д уточнил, что задержанный мужчина в ходе досмотра пояснял, что сверток, который был у него изъят, ему не принадлежит. По окончанию личного досмотра Д и второму понятому было предложено ознакомиться с протоколом личного досмотра и расписаться в нем. После прочтения названного протокола Д и второй понятой поставили свои подписи в указанном документе. В ходе допроса Д была предъявлена копия протокола личного досмотра, которая не соответствует оригиналу, так как в ней, в графе о разъяснении обязанностей и прав понятым, отсутствует фамилия и подпись Д. Также свидетелю предъявлен оригинал протокола, в котором, в упомянутой графе, подпись имеется. Относительно представленных документов Д пояснил, что подпись в оригинале протокола принадлежит ему и выполнена его рукой. Причины наличия расхождений в документах Д объяснил тем, что во второй половине января или в первой половине февраля 2016 г. его пригласили в подразделение полиции, в котором он присутствовал в качестве понятого при личном досмотре мужчины и с которым у него потом проводилась очная ставка. Д пришел по просьбе сотрудников полиции для того, чтобы поставить подпись в протоколе личного досмотра. Д явился в подразделение полиции, расположенное в доме 5 по проспекту Ленина г.Ярославля, где ему показали протокол личного досмотра, который ранее составлялся в его присутствии. В данном протоколе, в одной из граф, где были разъяснены права и обязанности понятым, отсутствовала подпись Д, а в остальных местах протокола его подписи были. Далее Д своей рукой написал свою подпись и фамилию в графе о разъяснении прав и обязанностей понятым. Кто именно из сотрудников полиции приглашал Д для проставления подписи и в присутствии кого он ставил недостающую подпись, он не запомнил, но это был мужчина. Однако личный досмотр проводился в присутствии Д, все права и обязанности понятых были реально разъяснены ему и второму понятому, Д просто по невнимательности пропустил одну графу, где нужно было поставить подпись. По окончанию личного досмотра Д свои подписи в протоколе выполнять не отказывался.

Оглашенные показания свидетель подтвердил.

Свидетель ВБ пояснила, что состоит в браке с ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ Примерно 1 раз в месяц ФИО3 замечала мужа в состоянии наркотического опьянения, с его слов он иногда потреблял кокаин и метадон. В декабре 2015 г. ВБ проживала с мужем в <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ, в вечернее время, когда ВБ находилась по указанному адресу, домой вернулся ее муж, которому ВБ открыла дверь квартиры. В этот момент ВБ увидела, что муж пришел вместе со своим знакомым по имени Р. Сразу после этого ВБ заметила, что с верхнего этажа подъезда вниз бегут несколько человек. В связи с этим ФИО3 зашел в квартиру, закрыл ее дверь на замок и посмотрел в дверной глазок, после чего сказал, что Р задержали. Через несколько дней муж сообщил ВБ, что со слов Р, сотрудники полиции хотели задержать не его, а ФИО3.

ДД.ММ.ГГГГ, в первой половине дня, ФИО3 позвонил П, который оказывает ФИО3 услуги извоза на автомобиле <данные изъяты>, принадлежащем <данные изъяты>, поскольку подсудимый не имеет водительского удостоверения. П попросил у ФИО3 разрешения отвезти на машине свой музыкальный центр. ФИО3 согласился с условием, что П затем отвезет его в <данные изъяты>. После этого ФИО3 ушел из квартиры. Около 13 час. 30 мин. ВБ позвонила мужу, но он не ответил. Примерно в 18-19 час. того же дня ВБ позвонил муж с незнакомого номера телефона и сообщил, что находится в отделе полиции, поскольку К, с которым ВБ знакома не была, подложил метадон в карман его (ФИО3) джинсов. Далее ВБ через знакомого, общающегося с оперативными сотрудниками, узнала, что ФИО3 находится в Ленинском РОВД, после чего поехала к <данные изъяты>, где обнаружила припаркованный автомобиль <данные изъяты>, двери которого были заперты. Затем ВБ поехала в Ленинский РОВД, где находился К, который сказал, что ФИО3 находится в названном отделе и он «будет сидеть». ВБ сообщила К, что ее муж не виноват, поскольку была в этом уверена. На это К ответил, что если ФИО3 не виноват, К сделает так, что ФИО3 будет виноват. После этого К выгнал ВБ из РОВД. П длительное время на телефонные звонки ВБ не отвечал. Через несколько месяцев, когда ФИО3 находился под стражей, ВБ встретилась с П, который пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ, когда П вместе с ФИО3 вышел из здания <данные изъяты>, к ним подъехал автомобиль, из которого выбежали несколько человек. Данные лица задержали П и ФИО3, после чего стали их избивать, а затем поочередно доставили их в отдел полиции, расположенный в д.5 по пр-ту.Ленина г.Ярославля. При этом первым в отдел доставили ФИО3. В помещении полиции П и ФИО3 стояли в коридоре у стены на расстоянии около 1 метра друг от друга. В это время к ФИО3 подошел оперативный сотрудник по имени П, который сказал: «Долго ты бегаешь. На, это твое». В связи с этим П понял, что ФИО3 подложили наркотик. Самого П не досматривали, его личность не устанавливали, просто вывели из отдела полиции на улицу. Во время свидания в СИЗО и после освобождения из-под стражи муж рассказывал ВБ, что сотрудники полиции при задержании били его по спине. Оперативным сотрудником по имени П является К, который подложил метадон ФИО3 в карман джинсов. ФИО3 просил К вытащить наркотик из кармана, но последний отказался, сказав, что ФИО3 слишком долго от него бегал.

Свидетель П показал, что знаком с ФИО3 примерно 5 лет, так как проживает с ним в одном районе, поддерживал с ФИО3 приятельские взаимоотношения. П не было известно, потреблял ли ФИО3 наркотические средства или нет, сам П прекратил принимать наркотики 10 лет назад. В один из дней декабря 2015 г., дату не помнит, около 12 час., П позвонил ФИО3 и попросил последнего отвезти его (П) с музыкальным центром в сервисный центр. ФИО3 согласился и через непродолжительное время приехал к дому П на автомобиле <данные изъяты>. При этом ФИО3 был трезвым, признаков опьянения не имел. Далее ФИО3 отвез П в сервисный центр, после чего вместе с П приехал к банку, название которого П не помнит, расположенному на <адрес> напротив Ярославского ЛВЗ. У банка ФИО3 вышел из машины и велел П подождать его, обещая отвезти П домой на обратном пути. Затем ФИО3 зашел в помещение банка, куда через несколько минут зашел и П. Примерно через 10-15 минут ФИО3 и П вместе вышли из банка на улицу. В этот момент к входу в банк подъехал автомобиль <данные изъяты>, из салона которого вышли 3-4 человека. Двое из них подбежали к П и «жестко» положили его на асфальт лицом вниз, закрутили ему руки за спину, а потом подняли на ноги и натянули шапку П ему на глаза, в связи с чем, он не видел, что происходило с ФИО3. Далее, как предполагает П, ФИО3 увезли, поскольку несколько минут П стоял на улице и его руки удерживали, а затем П поместили в салон того же автомобиля <данные изъяты>, сняли с его лица шапку и доставили в отдел полиции, который находится в д.5 по пр-ту.Ленина г.Ярославля. В указанном отделе П поставили в коридоре лицом к стене и заставили опереться руками на стену поверх головы. В этот момент ФИО3 либо уже стоял в коридоре у стены, либо его спустя непродолжительное время вывели из кабинета и поставили у стены в такое же положение, как и ФИО4 и П находились на расстоянии около 2 метров друг от друга, в связи с чем ФИО3 находился в поле зрения П. Телесных повреждений у ФИО3 П не видел, но он «кряхтел». В коридоре П и ФИО3 стояли около часа, все это время за ним постоянно наблюдал один из сотрудников полиции. Примерно через час П «боковым зрением» увидел, что к ФИО3 с левой стороны подошел сотрудник высокого роста со светлыми волосами, личные данные которого П неизвестны. Этот сотрудник сказал: «Больно быстро бегал в нашу прошлую встречу. Вот тебе». При этом П не видел, что делал сотрудник во время произнесения указанных фраз, возможно, потому что смотрел вниз. После этого ФИО3 сказал: «Зачем Вы это делаете, заберите обратно, мне это не надо», в связи с чем предположил, что сотрудник полиции подложил ФИО3 наркотик. Однако что на слова ФИО3 ответил сотрудник, П не помнит. Затем П и ФИО3 разные сотрудники завели в различные кабинеты. У П досмотрели вещи и отпустили. Что происходило с ФИО3 далее, П не знает, но тот сотрудник, который досматривал вещи П, сообщил ему, что ФИО3 на 99 процентов попадет в тюрьму.

Кроме того, виновность ФИО2 установлена следующими письменными и вещественными доказательствами.

Результатами оперативно-розыскной деятельности, а именно:

- рапортом об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, в котором зафиксированы основания и фактические обстоятельства задержания ФИО2 в ходе оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», а также последующего изъятия у ФИО2 наркотического средства метадон в процессе личного досмотра. (т.1 л.д.7):

- протоколом личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ, во время которого у ФИО2, кроме прочих объектов, были обнаружены и изъяты: в правом кармане куртки - мобильный телефон <данные изъяты>; в правом переднем кармане джинсов - мобильный телефон <данные изъяты>; в левом боковом кармане куртки - сверток из полиэтилена белого цвета с порошкообразным веществом внутри. (т.1 л.д.8);

- справкой об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой вещество в свертке из полимерного материала, изъятом ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного досмотра ФИО2, содержит метадон – наркотическое средство Списка I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ», утвержденного постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 г. № 681. Масса вещества составляет 3,801 грамма. При проведении исследования израсходовано 0,030 г. вещества (возвращено 3,771 г). (т.1 л.д.10-11);

- постановлением о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым перечисленные выше документы и объекты были направлены в следственный орган для использования в качестве поводов и основания для возбуждения уголовного дела, а также доказательств. (т.1 л.д.4-5).

Заключением эксперта №, исходя из выводов которого, в представленном веществе выявлен метадон – наркотическое средство Списка I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ», утвержденного постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 г. № 681. Масса вещества составила 3,771 грамма, израсходовано 0,200 гр. вещества. (т.1 л.д.57-61).

Протоколами осмотра предметов, в ходе которых исследованы наркотическое средство метадон, мобильные телефоны <данные изъяты>, изъятые ДД.ММ.ГГГГ во время личного досмотра ФИО2, приобщенные к делу в качестве вещественных доказательств. (т.1 л.д.79, 103-112, 113-116).

Протоколом осмотра предметов, во время которого исследованы детализации соединений абонентских номеров № и № (соответствуют сим-картам в мобильных телефонах <данные изъяты>, изъятых при личном досмотре ФИО2). (т.1 л.д.217-223).

Протоколом медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ, в процессе которого установлен факт пребывания ФИО2 в состоянии одурманивания, вызванного потреблением метадона и кокаина. (т.1 л.д.13).

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Протоколом выемки, в процессе которой в ПАО <данные изъяты>, изъят DVD-диск с записью с камеры видеонаблюдения, установленной у входа в помещение офиса ПАО <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>. (т.1 л.д.209-210).

Протоколом осмотра предметов, в ходе которого исследован видеофайл «Задержание_Советская 64», продолжительностью 17:10 мин., имеющийся на DVD-диске, изъятом в ПАО <данные изъяты>. Установлено, что съемка осуществляется со статичной камеры, направленной на участок местности перед входом в <данные изъяты>. В нижней части экрана имеется штамм даты и времени: «ДД.ММ.ГГГГ, 13:37:37». В 13:44:44 запечатлено, что с проезжей части на парковочную зону въезжает автомашина <данные изъяты> темного цвета, государственный номер которой не виден, и останавливается слева от входа в банк задней частью к тротуару, передней частью - в сторону входа в банк. В 13:45:17 открываются задние правая и левая, передняя правая двери указанной автомашины. Из задней правой двери выходит мужчина № 1, из задней левой двери выходит мужчина № 2, из передней правой двери выходит мужчина № 3. В 13:45:18 из помещения ПАО <данные изъяты> выходит мужчина № 4, следом за ним мужчина № 5. Мужчины № 1 и № 2 быстрым шагом подходят к мужчине № 4 и укладывают его на асфальт. В этот момент мужчина № 5 присаживается на корточки и к нему подходит мужчина № 3 и также укладывает его на асфальт. Мужчины № 1 и № 2 производят несколько толчков руками в область верхней части спины мужчины № 4, который лежит лицом вниз с согнутыми в коленях ногами. При этом мужчины № 1 и № 2 стоят, склонившись над мужчиной № 4. В 13:45:32 из передней левой двери машины выходит мужчина № 6, подходит к мужчинам № 1 и № 2, и вместе они поднимают на ноги мужчину № 4. Далее мужчины № 1 и № 6 ведут мужчину № 4 к автомашине <данные изъяты>, усаживают его на заднее сиденье. При этом мужчина № 1 садится на заднее сиденье, а мужчина № 6 садиться за руль автомашины. Мужчины № 2 и № 3 поднимают на ноги мужчину № 5 и ставят лицом к парапету входа в банк. В 13:46:15 автомашина <данные изъяты> уезжает. До 13:50:37 мужчины № 2 и № 3 стоят рядом с мужчиной № 5. В 13:50:37 с правой стороны подъезжает автомашина <данные изъяты>, после чего мужчины № 2 и № 3 усаживают мужчину № 5 в автомашину и сами также усаживаются в нее. Далее автомашина <данные изъяты> трогается с места и в 13:51:25 скрывается из области съемки. (т.1 л.д.211-212).

Видеозаписью, содержащейся в файле «Задержание_Советская 64» на DVD-диске, изъятом в ПАО <данные изъяты>, исследованной в судебном заседании, основное содержание которой в протоколе осмотра описано верно.

Заключением эксперта №, в соответствии с выводами которого в представленной медицинской документации отсутствуют какие-либо объективные клинические данные, свидетельствующие о наличии у ФИО2 повреждений. Выставленный в медицинской документации диагноз: «Ушибы головы. Ушибы спины», не подтвержден объективными клиническим данными, поэтому состояния, обозначенные этим диагнозом, экспертной оценке для определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью, не подлежат. (т.1 л.д.195-197).

Копией обвинительного заключения по уголовному делу по обвинению М в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, в котором имеется описание преступного деяния, с фактом совершения которого согласился М, его показания и результаты их проверки на месте, а также содержание иных доказательств. (т.3 л.д.15-28).

Копией приговора Ленинского районного суда г.Ярославля от ДД.ММ.ГГГГ, постановленного в особом порядке судебного разбирательства и вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, которым М осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ. (т.3 л.д.30-31).

Результаты оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» (т.1 л.д.127-133), в том числе аудиозаписи на компакт-диске, исследованные в судебном заседании, суд признает не отвечающими требованию относимости доказательств, поскольку в представленном объеме их содержание прямо либо косвенно не подтверждает и не опровергает фактические обстоятельства, подлежащие установлению по настоящему делу. При этом свидетель К, являвшийся инициатором названного мероприятия, не мог указать, какое именно отношение записи телефонных переговоров имеют к рассматриваемому событию.

Сторона защиты в судебном разбирательстве представила или ссылалась на следующие доказательства.

Осужденный М показал, что знаком с ФИО3 с 2014 г., изредка общался с ним в компании общих знакомых, а также безвозмездно возил ФИО3 на его автомобиле <данные изъяты>, так как последний не имеет водительского удостоверения. В 2015 г. М периодически потреблял метадон, в том числе один раз он принимал данное наркотическое средство вместе с ФИО3. В один из дней декабря 2015 г., дату не помнит, в период с 15 до 17 час., М позвонил ФИО3, который спросил, занят ли М, на что последний ответил, что занят и обещал перезвонить ФИО3 позднее. Затем М поехал в Ленинский район г.Ярославля, к дому, в котором проживал ФИО3, чтобы извлечь из тайника метадон, который М собирался приобрести для личного потребления согласно договоренности, достигнутой М по телефону с незнакомым ему лицом. При этом тайник с наркотическим средством оказался возле дома ФИО3 случайно. В вечернее (темное) время М забрал из тайника 6-8 свертков с метадоном, после чего, будучи у дома ФИО3, позвонил последнему и сказал, что хочет с ним поговорить. Однако о чем М хотел поговорить с ФИО3, он не помнит. ФИО3 ответил, что скоро будет, и спустя непродолжительное время подъехал к своему дому на автомобиле. Далее М и ФИО3 пошли в квартиру последнего, так как на улице было холодно. Когда указанные лица поднялись на третий этаж дома и ФИО3 зашел в квартиру, с верхнего этажа по лестнице спустились двое незнакомых М мужчин, которые «заломили» М руки за спину и зафиксировали их наручниками. В этот момент дверь квартиры за ФИО3 захлопнулась. Затем мужчины спросили М, почему ФИО3 зашел в квартиру на третьем этаже. М ответил, что не знает. Тогда один из мужчин нанес удар в дверь квартиры ФИО3 ногой, после чего повел М вниз по лестнице. Далее М доставили в отдел полиции, где у него изъяли наркотическое средство, а затем с ним стал разговаривать оперативный сотрудник по имени П, который, в том числе сказал: «Мы ФИО3 все равно примем, и Д тоже допрыгается». После разговора с П М отпустили и больше с ФИО3 он не встречался. В ходе расследования уголовного дела в отношении него М не давал показания о встрече с ФИО3, причину чего объяснить не может. Однако М сообщал, что его задержали на третьем этаже в подъезде дома, но следователь записал, что его задержали у подъезда и эти показания М подписал, поскольку месту задержания не придавал значения. Результаты проверки своих показаний на месте, в ходе которой М продемонстрировал, что он был задержан возле <адрес>, М объяснить не мог.

Помимо этого, по инициативе стороны защиты были исследованы письменные материалы дела и осмотрено вещественное доказательство, а именно.

Копия протокола личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ, истребованная из материала по ходатайству следователя об избрании ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу, в котором подпись Д в графе о разъяснении прав и обязанностей понятым отсутствует. (т.3 л.д.125-126).

Копии материалов уголовного дела, возбужденного ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.286 УК РФ, по факту превышения сотрудниками полиции должностных полномочий при задержании ФИО2, которое постановлением от ДД.ММ.ГГГГ прекращено ввиду отсутствия состава преступления в действиях К, Ю, Н и Л (т.3 л.д.129-178).

Копии результатов служебной проверки, проведенной УМВД России по Ярославской области по частному постановлению Ленинского районного суда г.Ярославля от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенному в связи с выполнением подписи понятого в протоколе личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ после возбуждения уголовного дела. (т.3 л.д.37-41).

Конверт, в котором хранится наркотическое средство метадон и его первоначальная упаковка, изъятые в ходе личного досмотра ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ При этом установлено, что внешний вид вещественного доказательства соответствует его описанию в процессуальных документах.

Оценив все исследованные материалы дела в совокупности, суд находит доказательства, представленные стороной обвинения, достаточными для признания подсудимого ФИО2 виновным в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части.

За основу обвинительного приговора суд принимает показания свидетелей К, Ю, Н, Л, С, Г, Д и Ж, поскольку в целом они являются последовательными и хронологически взаимосвязанными, подтверждают, дополняют и уточняют друг друга, а также согласуются с объективными письменными и вещественными доказательствами.

При этом суд опирается на сведения, сообщенные Ю, Н, Л, Г и Д в процессе расследования, и учитывает их показания, полученные в судебном разбирательстве, в части, не расходящейся с содержанием оглашенных протоколов их допросов, так как первоначальные показания даны названными свидетелями через непродолжительное время после рассматриваемых событий, в том числе и практически непосредственно после них, что по естественным причинам, связанным со свойствами памяти человека, влечет за собой большую степень подробности и точности излагаемой информации. Помимо этого, показания, зафиксированные в ходе предварительного следствия, свидетели подтвердили, они получены с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона и соответствуют совокупности доказательств, которые сомнений в достоверности не вызывают.

Вместе с тем противоречия, выявленные в показаниях Ю, Н, Л, Г и Д, полученных на разных стадиях производства по делу, критического отношения к сообщенным ими сведениям повлечь не могут ввиду того, что их наличие убедительно объяснено значительной давностью фактических обстоятельств, интересующих суд, а также спецификой служебной деятельности сотрудников полиции, которые неоднократно участвуют в однородных процессуальных действиях в отношении разных лиц. Более того, расхождения в показаниях, по сути, являются запамятованием отдельных подробностей событий, а не сообщением противоположной информации, при этом они выявлены и преодолены путем оглашения протоколов допросов, а также сопоставления всех материалов дела, в том числе и с учетом времени их получения.

Кроме того, считая показания всех перечисленных выше свидетелей правдивыми, суд принимает во внимание то, что у них отсутствуют личная заинтересованность в определенном исходе дела либо другие причины для сообщения сведений, не соответствующих действительности, а также мотивы для фальсификации доказательств, поскольку в неприязненных отношениях с подсудимым свидетели не состояли. При этом сотрудники полиции с ФИО2 лично знакомы не были и ранее его не задерживали, а понятые, которые со сторонами процесса не связаны, независимо удостоверили содержание и результаты личного досмотра, зафиксированные в протоколе данного процессуального действия, в том числе подтвердили факт разъяснения им прав и обязанностей. Также суд отмечает, что Л до его допроса в суде сменил место службы и оперативным работником не является, а Ю уволился из органов внутренних дел, поэтому у них не имеется даже гипотетической заинтересованности в конкретном решении по настоящему делу как для подсудимого, так и для действующих оперативных сотрудников.

Таким образом, взаимосвязанные показания К, Ю, Н, Л, С, Г, Д и Ж, причин не доверять которым не установлено, в сочетании с иными материалами дела, принимаемыми судом, с необходимой полнотой и всесторонностью свидетельствуют о наличии события преступления и причастности ФИО2 к его совершению.

Допустимыми и достоверными суд признает письменные и вещественные доказательства, исследованные по инициативе стороны обвинения, источники и основное содержание которых отражены в описательной части приговора.

Приходя к такому выводу, суд принимает во внимание, что все упомянутые материалы дела добыты с соблюдением норм УПК РФ, ФЗ от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» и ФЗ от 12.08.1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

В частности, результаты оперативно-розыскной деятельности представлены в следственный орган согласно постановлению, вынесенному уполномоченным руководителем УМВД России по г.Ярославлю (органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность), в связи с чем они правомерно использованы в качестве повода и оснований для возбуждения уголовного дела, а также доказательств.

Действия должностных лиц полиции не влияли на формирование умысла ФИО2, направленного на незаконное хранение наркотического средства. В том числе, оперативно-розыскные мероприятия, связанные с проверочным воспроизведением противоправной деятельности, в отношении подсудимого не проводились, после получения информации о признаках преступления, совершение которого началось без какого-либо вмешательства оперативно-розыскной деятельности, за заподозренным лицом было осуществлено наблюдение, в процессе которого ФИО2 был задержан, хранимое им вещество было изъято в ходе гласного процессуального действия и исследовано, после чего было возбуждено уголовное дело. Тем самым длящееся общественно-опасное деяние было выявлено, пресечено и раскрыто, что полностью согласуется с задачами оперативно-розыскной деятельности, установленным ст.2 ФЗ от 12.08.1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Вопреки мнению защитника в отношении ФИО2 было выполнено оперативно-розыскное мероприятие, прямо предусмотренное п.6 ст.6 ФЗ от 12.08.1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», а именно «наблюдение», непосредственным результатом которого явилось задержание подсудимого при совершении преступления, о чем упомянуто в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.4-5) и в показаниях свидетеля К, который был инициатором оперативной разработки.

Правом осуществлять в порядке, установленном законодательством об административных правонарушениях, личный досмотр граждан при наличии данных о том, что эти граждане имеют при себе наркотические средства, и изымать указанные средства, сотрудники полиции наделены в силу п.16 ч.1 ст.13 ФЗ от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции».

В связи с этим все процессуальные действия в отношении ФИО2 до возбуждения уголовного дела произведены в строгом соответствии с полномочиями должностных лиц органов внутренних дел, предусмотренными законодательством РФ, следовательно, их результаты являются допустимыми доказательствами.

Положения ст.27.7 КоАП РФ, определяющие процедуру осуществления личного досмотра, не требуют в обязательном порядке предлагать досматриваемому лицу добровольно выдать объекты, запрещенные к свободному обороту. Более того, согласно п.1 Примечания к ст.228 УК РФ добровольной сдачей наркотических средств, которая способна служить основанием для освобождения от уголовной ответственности, не может признаваться изъятие предмета незаконного оборота при задержании, поэтому отсутствие в протоколе личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ отдельной записи о наличии упомянутого выше предложения существенным процессуальным нарушением, влекущим недопустимость доказательства, не является и права ФИО2 не ограничивало.

Учитывая, что личный досмотр подсудимого проводился непосредственно после выполнения оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» и задержания последнего, данное процессуальное действие носило неотложный характер. Требование о безотлагательном обеспечении права на помощь защитника не распространяется на случаи проведения в отношении лица оперативно-розыскных мероприятий с последующим осуществлением его личного досмотра, поскольку такого рода мероприятия носят характер безотлагательных и внезапных действий, подготавливаемых в условиях секретности, что исключает не только предоставление лицу, в отношении которого они проводятся, возможности свободно выбрать себе адвоката, но и привлечение адвоката к участию в оперативно-розыскном мероприятии органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность. Иное могло бы привести к тому, что осуществление оперативно-розыскных мероприятий оказалось бы невозможным или проведение этих мероприятий потеряло бы всякий смысл. Тем самым участие защитника в личном досмотре ФИО2 не допускалось.

Правовые акты не содержат предписаний, обязывающих производить личный досмотр на месте задержания заподозренного лица, поэтому доставление ФИО2 в помещение УУР УМВД России по Ярославской области для осуществления названного процессуального действия законодательству РФ не противоречит, тем более что это обстоятельство вызывалось объективной необходимостью в виде отсутствия условий для проведения досмотра на месте задержания, осуществленного на общедоступной территории.

Исходя из согласующихся между собой показаний свидетелей Г, Д, К и Л, которым суд доверяет, установлено, что права и обязанности понятым перед началом личного досмотра ФИО2 фактически разъяснялись.

Таким образом, взаимосвязанные процессуальные требования, предусмотренные ч.3 ст.60, ст.89 и ч.5 ст.164 УПК РФ, которые предъявляются к порядку проведения процессуальных действий с участием понятых, в том числе и в ходе осуществления оперативно-розыскных мероприятий, при личном досмотре ФИО2 были выполнены. Допущенное при составлении протокола несоблюдение норм ст.89 и ч.10 ст.166 УПК РФ, что выразилось во внесении понятым Д его подписи в графу о разъяснении прав и обязанностей после окончания личного досмотра и возбуждения уголовного дела, само по себе нарушением процедуры производства процессуального действия не является, носит исключительно формальный (оформительский) характер, поэтому согласно ст.75 УПК РФ не влечет за собой признания оцениваемого доказательства недопустимым.

Справка об исследовании, протокол медицинского освидетельствования и заключения экспертов выполнены незаинтересованными лицами, обладающими надлежащим уровнем квалификации, а также являются мотивированными и базируются на научно обоснованных, нормативно утвержденных и апробированных методиках, что позволяет прийти к выводу о правильности и точности результатов применения специальных познаний.

В связи с этим письменные и вещественные доказательства, представленные стороной обвинения, которые подтверждают, конкретизируют и уточняют показания вышеуказанных свидетелей, в совокупности с ними объективно изобличают ФИО2 в совершении преступления.

В частности, протокол медицинского освидетельствования и заключение судебно-психиатрической экспертизы дополнительно и независимо удостоверяют факт незаконного хранения ФИО2 изъятого у него наркотического средства, соответственно, и достоверность сведений, сообщенных свидетелями обвинения, поскольку непосредственно после задержания подсудимого было установлено его пребывание в состояние одурманивания, вызванного потреблением, в том числе и метадона, который не мог быть введен в организм ФИО2 сотрудниками полиции, <данные изъяты>.

Показания свидетелей П и ВБ, осужденного М и подсудимого ФИО2, которые прямо или косвенно утверждали о фабрикации оперативным сотрудником К доказательств виновности ФИО2 в совершении преступления, суд правдивыми не признает и оценивает в качестве организованного способа защиты подсудимого, носящего постановочный характер, так как пояснения указанных лиц всесторонне опровергнуты совокупностью доказательств, исследованных по инициативе государственного обвинителя, объективность которых сомнений не вызывает.

Кроме того, в показаниях ФИО2 и ВБ имеется существенное противоречие относительно предмета одежды, в который подсудимому якобы было подложено наркотическое средство. Так, ФИО2 заявлял, что метадон был помещен ему в карман куртки, а его супруга, воспроизводившая утверждения мужа о том же предмете, сделанные в разное время, сообщила, что сверток с наркотиком был подложен в карман джинсов подсудимого. В связи с этим, учитывая, что значимое расхождение касается не труднозапоминаемой детали, которая не влияет на итоговое решение, а обстоятельства, обладающего важным значением для дела, наличие подобного противоречия дополнительно свидетельствует в пользу вымышленного характера версии о подлоге доказательств К, которая будучи надуманной, вызывает разночтения.

Не принимая показания М и построенные на них умозаключения стороны защиты о мотивах действий К, суд также учитывает, что пояснения названного осужденного не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда г.Ярославля от ДД.ММ.ГГГГ, постановленным с согласия М, из которых следует, что последний был задержан у <адрес>, а не в его подъезде. Эта же несогласованность усматривается и из обвинительного заключения по уголовному делу в отношении М, согласно которому указанный осужденный неоднократно сообщал о его задержании у <адрес> и подтвердил данные сведения при проверке показаний на месте, тогда как место задержания М на исход дела в отношении него самостоятельно повлиять не могло, следовательно, причин имитировать показания в рассматриваемой части у осужденного не было, и они являлись правдивыми.

Помимо этого, оценивая сведения, сообщенные П, ВБ и М, в качестве средства оказания искусственного содействия защите ФИО2, суд принимает во внимание, что все они имеют личную заинтересованность в благоприятном для подсудимого решении по делу, поскольку П и М являются приятелями ФИО2, ведущими сходный с ним образ жизни, каждый из которых периодически оказывал подсудимому услуги извоза, извлекая из этого выгоду для себя, а ВБ состоит в браке ФИО2 и также <данные изъяты>.

Указанный фактор в сочетании с опровержением показаний П, ВБ, М и ФИО2 совокупностью объективных доказательств, представленных стороной обвинения, позволяет исключить достоверность версии, выдвинутой подсудимым.

Иные материалы дела, исследованные по инициативе стороны защиты, как отдельно, так и в целом также не содержат фактических данных, дающих основания для оправдания ФИО2

Так, постановление о прекращении уголовного дела, возбужденного в связи с заявлениями подсудимого о превышении сотрудниками полиции должностных полномочий при его задержании, не опровергает, а дополнительно подтверждает законность действий оперативных работников, частично входящих в предмет настоящего судебного разбирательства, поскольку в результате отдельного расследования, проведенного автономным от полиции следственным органом, в действиях К, Ю, Н и Л состава преступления не установлено.

Факт внесения Д подписи в одну из граф протокола личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ после возбуждения уголовного был обнаружен еще на досудебной стадии, но по основаниям, изложенным при анализе доказательств стороны обвинения, данное обстоятельство не влечет за собой признания названного протокола недопустимым.

Осмотр конверта с наркотическим средством и его первоначальной упаковкой в суде не выявил каких-либо признаков фальсификации вещественных доказательств. Напротив понятой Д удостоверил подлинность своей подписи на упаковке предмета преступления, что в очередной раз свидетельствует о постановочном характере показаний ФИО2, касающихся процедуры проведения его личного досмотра и поведения понятых.

Таким образом, суд признает доказанным наличие события общественно-опасного деяния, сформулированного в описательной части приговора, а также виновность ФИО2 в его совершении.

Судом установлено, что подсудимым совершено незаконное хранение наркотического средства без цели сбыта, поскольку он умышленно, не преследуя цели распространения, содержал метадон при себе в кармане куртки до момента задержания сотрудниками полиции и последующего изъятия предмета преступления в ходе личного досмотра.

При этом действия ФИО2 в отношении наркотического средства являлись незаконными, так как он не имел правовых оснований осуществлять легальный оборот метадона.

Указанное общественно-опасное деяние является оконченным ввиду того, что ФИО2 выполнил все действия, составляющие объективную сторону незаконного хранения наркотического средства, которое относится к категории длящихся преступлений и признается совершенным (оконченным), в том числе и во время его выявления (пресечения) сотрудниками правоохранительного органа. При этом объективную сторону противоправного деяния подсудимый начал выполнять, не находясь под контролем либо наблюдением сотрудников оперативного подразделения, следовательно, имел реальную возможность распоряжаться предметом преступления по своему усмотрению.

Вид и масса наркотического средства, незаконный оборот которого осуществил ФИО2, в обвинении указаны верно, в соответствии со справкой об исследовании и заключением эксперта. Правовая оценка размеру метадона как крупному органом предварительного следствия дана правильно, на основании п.2 Примечания к ст.228 УК РФ, а также с учетом положений постановлений Правительства РФ от 30.06.1998 г. № 681 и от 01.10.2012 г. № 1002, согласно которым все смеси, в состав которых входит хотя бы одно наркотическое средство, включенное в Список I, независимо от его содержания в смеси, являются наркотическими средствами, и их размер определяется общей массой всей смеси.

В то же время суд исключает из обвинения ссылку на обстоятельства помещения ФИО2 свертка с наркотическим средством в карман куртки, поскольку вопреки требованиям п.1 ч.1 ст.73, п.4 ч.2 ст.171 и п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ обвинение в данной части не содержит обязательных сведений о месте и точном времени совершения названного действия, которое не является длящимся. Между тем произведенная корректировка обвинения не влияет на правовую оценку преступного деяния и не препятствует привлечению подсудимого к уголовной ответственности.

На основании вышеизложенного суд квалифицирует действия ФИО2 по ч.2 ст.228 УК РФ, как незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств, совершенное в крупном размере.

Учитывая, что заключение судебно-психиатрической экспертизы является подробным, всесторонним и мотивированным, согласуется с иными материалами дела, характеризующими в целом осознанное поведение и адекватное состояние ФИО2 до, во время и после совершения преступления, <данные изъяты>, суд признает ФИО2 вменяемым.

При назначении наказания суд в соответствии со ст.ст.60 и 68 УК РФ принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, причины, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным.

В частности, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, суд на основании п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ учитывает рецидив преступлений (в форме опасного), в связи с чем применяет правила, установленные ч.2 ст.68 УК РФ, а также п. «в» ч.1 ст.73 УК РФ, которые исключает возможность условного осуждения.

Кроме того, суд принимает во внимание, что ФИО2 совершил умышленное преступление против здоровья населения и общественной нравственности, отнесенное к категории тяжкого, в период осуществления в отношении него административного надзора.

По указанным выше причинам суд приходит к выводу о том, что цели уголовного наказания, перечисленные в ч.2 ст.43 УК РФ, могут быть достигнуты лишь в условиях достаточно продолжительной изоляции ФИО2 от общества, то есть при назначении ему реального лишения свободы.

Оснований для применения норм ч.6 ст.15 и ч.3 ст.68 УК РФ при вышеизложенных фактических данных не имеется.

Вместе с тем в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд согласно ч.2 ст.61 УК РФ учитывает <данные изъяты>.

Помимо этого, суд принимает во внимание молодой возраст ФИО2, то, что он обладает регистрацией и местом жительства, состоит в зарегистрированном браке, <данные изъяты>, в установленном порядке занимается предпринимательской деятельностью, в целом удовлетворительно характеризуется участковым уполномоченным полиции и инспектором по административному надзору.

Тем самым суд полагает, что цели уголовного наказания достижимы при определении ФИО2 лишения свободы в размере, не являющемся значительно приближенным к максимальному пределу.

Одновременно с этим, учитывая все данные о личности ФИО2, его материальном, семейном и жилищном положениях, суд считает нецелесообразным назначение дополнительных наказаний.

Однако достаточных оснований для применения ст.64 УК РФ суд не находит, поскольку отдельные удовлетворительные и положительные аспекты личности подсудимого, его молодой возраст, семейное положение, поведение до, во время и после совершения общественно-опасного деяния, состояние здоровья и другие конкретные обстоятельства дела, относительно направленности, умышленной формы вины и категории тяжести преступления, а также наличия обстоятельства, отягчающего наказание, не являются исключительными, значительно снижающими степень общественной опасности деяния и виновного лица.

В силу п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ наказание, назначенное ФИО2, подлежит отбыванию в исправительной колонии строгого режима.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии с требованиями ч.3 ст.81 УПК РФ.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 5 (пяти) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу не изменять.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО2 в отбытие наказания время его содержания под стражей в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Вещественные доказательства:

- детализации соединений абонентских номеров, СD-R-диск и DVD-диск – хранить при материалах дела;

- наркотическое средство метадон – уничтожить. Обязать ФКУ «ЦХ и СО УМВД России по Ярославской области» принять от работника суда на хранение, а затем уничтожить ранее истребованный судом из камеры хранения конверт из бумаги, содержащий наркотическое средство метадон;

- мобильные телефоны <данные изъяты> – оставить в распоряжении ВБ

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Ленинский районный суд г.Ярославля в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. Осужденный вправе ходатайствовать в письменном виде об обеспечении своего участия в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении адвоката.

Судья Прудников Р.В.