Апелляционное постановление № 22-214/2019 22-7631/2018 от 15 января 2019 г. по делу № 22-214/2019

<данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Ставрополь 16 января 2019 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Кондратенко Д.Н.,

при секретаре Запорожцевой А.Е.,

с участием сторон:

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Аушева М.Б.,

потерпевшего С.,

представителя потерпевшего С.. – адвоката Стригиной Н.В.,

прокурора Кривцовой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших С., Н., осужденного ФИО1

на приговор Андроповского районного суда Ставропольского края от 13 сентября 2018 года, которым:

ФИО1, <данные изъяты>,

осужден по:

- ч. 5 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года;

- постановлено обязать ФИО1 самостоятельного следовать к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, выдаваемым территориальным органом уголовно - исполнительной системы;

- срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию - поселение, с зачётом времени следования к месту отбывания наказания в срок лишения свободы;

- постановлено зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 время его содержания под стражей в период с 09 ноября 2017 года по 11 декабря 2017 года включительно по правилам ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ), из расчета один день содержания под стражей, равен двум дням отбывания наказания в колонии - поселении; время его нахождения под домашним арестом, то есть период с 12 декабря 2017 года и до вступления приговора в законную силу, из расчета один день нахождения под домашним арестом равен одному дню лишения свободы;

...

...

- до вступления приговора в законную силу мера пресечения ФИО1 в виде домашнего ареста оставлена без изменения;

- разъяснён ФИО1 порядок исполнения наказания в виде лишения свободы;

- гражданские иски С. и Н. к ФИО1 о компенсации суммы морального вреда постановлено удовлетворить в части;

- взыскать с ФИО1 в пользу С. и Н. компенсацию суммы морального вреда в размере <данные изъяты> рублей каждому, в остальной части заявленного требования - отказать;

- гражданский иск Ч. к ФИО1 о компенсации суммы морального вреда постановлено удовлетворить в части;

- взыскать с ФИО1 в пользу Ч. компенсацию суммы морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, в остальной части – отказать;

- гражданский иск Ш. к ФИО1 о компенсации суммы морального вреда постановлено удовлетворить в части;

- постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Ш. компенсацию суммы морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, в остальной части заявленного требования - отказать;

- заявление С. о взыскании расходов по оплате услуг представителя постановлено удовлетворить в части;

- постановлено взыскать с ФИО1 в пользу С. расходы по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты> рублей, в остальной части заявленного требования - отказать;

- разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Кондратенко Д.Н. об обстоятельствах дела и доводах апелляционных жалоб, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО1 признан виновным и осужден за то, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 17 часов 40 минут, управляя технически исправным автомобилем марки "<данные изъяты>" г/н <данные изъяты>, и двигаясь по <данные изъяты>, в районе 267 км. указанной автодороги, грубо нарушил требования п.п. 1.3, 1.4, 1.5 абз. 1, 10.1 абз. 1 Правил дорожного движения РФ и требование дорожной разметки 1.3 Приложения № 2 к Правилам дорожного движения РФ, во время движения отвлекся от управления транспортным средством и допустил его занос в связи с чем, пересёк сплошную двойную линию белого цвета горизонтальной дорожной разметки, выехал на правую полосу, предназначенную для встречного движения, и допустил столкновение с автомобилем "<данные изъяты>" г/н <данные изъяты> под управлением О., который двигался во встречном ему направлении по своей полосе движения; в результате дорожно-транспортного происшествия водителю автомобиля "<данные изъяты>" г/н <данные изъяты> О. согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ был причинён тяжкий вред здоровью, по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека, который находится в прямой причинной связи с наступившей его смертью в автомобиле скорой медицинской помощи при госпитализации в ГБУЗ СК "Городская больница" г. Невинномысск с места происшествия; пассажиру автомобиля "<данные изъяты>" г/н <данные изъяты> Ч. согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, был причинён тяжкий вред здоровью, по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека, который находится в прямой причинной связи с наступившей на месте происшествия её смертью; пассажиру автомобиля "<данные изъяты>" г/н <данные изъяты>, Ш., согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, был причинён тяжкий вред здоровью, по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека, с созданием непосредственной угрозы для жизни.

Преступление совершено ФИО1 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ не признал.

В апелляционной жалобе потерпевшие С. и Н., не согласившись с приговором суда вследствие его чрезмерной мягкости, просят его изменить, назначив ФИО1 более строгое наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года.

По их мнению, назначенное ФИО1 наказание является крайне мягким, неспособным достичь своих целей: восстановить социальную справедливость и исправить подсудимого.

Указывают, что до случившегося, ФИО1 неоднократно привлекался к административной ответственности, однако никаких результатов данное обстоятельство не принесло.

Обращают внимание, что ФИО1 не признал свою вину ни в ходе следствия, ни в процессе судебного разбирательства, в содеянном не раскаялся, и в то же время сам подтвердил факт нарушения им скоростного режима более чем на 30 км/ч, факт его движения по левой полосе при свободной правой непосредственно перед ДТП; сообщил суду, что он не знает, как должен поступать водитель в случае возникновения опасности, и что он при возникновении таковой выкрутил руль вправо вместо действий по остановке транспортного средства.

В ходе судебного заседания судом было установлено, что версия событий, предложенная ФИО1, несостоятельна в полном объёме и является попыткой избежать ответственности за содеянное.

По их мнению, довод о нахождении на иждивении у ФИО1 членов его семьи необоснованно был признан судом смягчающим вину обстоятельством, поскольку сведений о его трудоустройстве суду представлено не было; свою просьбу не лишать его свободы ФИО1 мотивировал тем, что он будет сидеть с детьми, а его жена пойдет работать, в связи с чем, делают вывод, что осужденный не работал и работать не собирается.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, не согласившись с приговором в части размера компенсации морального вреда потерпевшим, просит его в данной части изменить, определить размер компенсации морального вреда С., Н. по 100 000 рублей каждому; Ч. – 100 000 рублей; Ш. – 50 000 рублей; расходы по оплате услуг представителя С. отнести за счёт средств федерального бюджета в связи с тем, что это может существенно отразиться на материальном положении лиц, находящихся на его иждивении.

Указывает, что судом при определении размера компенсации морального вреда не учтено, что в результате ДТП он сам получил тяжкие травмы, существенно ограничившие его трудоспособность; ему была установлена инвалидность 3-й группы.

Судом также не в полной мере учтено имущественное положение его и его семьи, в частности, наличие четырёх малолетних детей в возрасте от 8 лет до 10 месяцев, обязанность воспитания и ухода за ними, практически исключает возможность его супруге работать в ближайшие несколько лет.

Кроме того, выражает несогласие с выводом суда о взыскании с него расходов по оплате услуг представителя потерпевшего С., в связи с тем, что его (ФИО1) интересы представляет адвокат по соглашению, что предполагает оплату его услуг.

Указывает, что соглашение об оказании юридических услуг с адвокатом он не заключал, оно было заключено его родственниками и ими же оплачено. Обращает внимание, что он не работает, имеет четырёх малолетних детей, в настоящее время продолжает курс лечения от полученных травм и находится под домашним арестом, что исключает его возможность работать и оплачивать вознаграждение адвокату, представляющему его интересы.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и адвокат Аушев М.Б. доводы апелляционной жалобы осужденного поддержали в полном объёме, просили приговор в части удовлетворения исков потерпевших изменить, апелляционную жалобу потерпевших просили оставить без удовлетворения.

В судебном заседании потерпевший С. и его представитель Стригина Н.В. доводы апелляционных жалоб потерпевших поддержали в полном объёме, просили приговор изменить по доводам, изложенным в его апелляционной жалобе; апелляционную жалобу осужденного просили оставить без удовлетворения.

В судебном заседании прокурор Кривцова А.Н., считая приговор законным и обоснованным, просила оставить его без изменения, апелляционные жалобы потерпевших и осужденного – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в нарушении ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 17 часа 40 минут, Правил дорожного движения при управлении им автомобилем, что повлекло по неосторожности смерть О. и Ч., причинение тяжкого вреда здоровью Ш., подтверждаются достаточной совокупностью всесторонне исследованных в суде с участием сторон доказательств, с учётом обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Вина осужденного ФИО1 обоснованно подтверждается следующими доказательствами: показаниями потерпевшего Ш., как данными в ходе судебного заседания, так и данными им в ходе предварительного следствия, оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 РФ и поддержанными им в судебном заседании (т. 4 л.д. 39-41); показаниями свидетеля П., данными ею как в ходе судебного разбирательства, так и данными ею в ходе предварительного следствия оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УРК РФ и поддержанными ею в судебном заседании (т. 3 л.д. 91-94); показаниями свидетеля И., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 3 л.д. 80-82); показаниями свидетеля Б., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 3 л.д. 70-72); показаниями свидетеля К., как данными в ходе судебного заседания, так и данными им в ходе предварительного следствия, оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 РФ и поддержанными им в судебном заседании (т. 3 л.д. 73-75); показаниями эксперта В., данными ею в ходе судебного заседания; показаниями свидетеля А., данными им в ходе судебного заседания; показаниями свидетеля Т., как данными в ходе судебного заседания, так и данными им в ходе предварительного следствия, оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 РФ (т. 3 л.д. 190-192); показаниями потерпевшей Ч., данными ею в ходе судебного разбирательства; показаниями потерпевшего С., как данными в ходе судебного заседания, так и данными им в ходе предварительного следствия, оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 РФ и поддержанными им в судебном заседании (т. 3 л.д. 239-241); показаниями потерпевшей Н., данными ею в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, вина ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении также подтверждается письменными доказательствами по делу, а именно: заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 18-22); заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 32-37); заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 51-66); заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 91-96); заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 110-114); заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 136-139); заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 148-159); заключение транспортно-трасологической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 184-200); заключением криминалистической судебной экспертизы лакокрасочных материалов и покрытий № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 234-248); заключением криминалистической судебной экспертизы лакокрасочных материалов и покрытий № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 8-24); заключением дополнительной криминалистической судебной экспертизы лакокрасочных материалов и покрытий № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 42-49); заключение трасологической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 211-223); заключением автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 73-86); заключением автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 182-188); заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 102-116); заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 129-149); заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 161-174); вещественными доказательствами: автомобилем марки "<данные изъяты>" рег. знак <данные изъяты>, принадлежащий ФИО1; автомобилем марки "<данные изъяты>" рег. знак В <данные изъяты>, принадлежащий О.; правым передним колесом автомобиля марки "<данные изъяты>" рег. знак <данные изъяты>, принадлежащее ФИО1, (т. 5 л.д. 201-203); протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 6-23); протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 191-198); протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 199-200); справкой о результатах химико-токсикологических исследований № от <адрес> (т. 1 л.д. 168); свидетельством о регистрации транспортного средства серии <данные изъяты> №, выданным № (т. 2 л.д. 199); письмом заместителя начальника отдела – начальника экзаменационного отделения МРЭО ГИБДД МВД России по Республике Ингушетия о том, что согласно базы данных ФИС ГИБДД М, гражданину ФИО1 выдано водительское удостоверение серии <данные изъяты> №, на право управления транспортными средствами категории "В, С".

С учётом изложенного следует признать, что исследованные в судебном заседании доказательства, в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления.

Суд первой инстанции правильно квалифицировал действия осужденного ФИО1 по ч. 5 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц.

Расследование уголовного дела проведено с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства, в рамках установленной законом процедуры.

Осмотр места происшествия произведён с соблюдением требований УПК РФ, указанный протокол с приложениями (со схемой, с фотографическими снимками) оформлен надлежаще, без нарушений положений ст. 166 УПК РФ.

По делу проведён ряд экспертиз в установленном законом порядке компетентными экспертами. Полнота, объективность выводов экспертов сомнений не вызывает.

Каких-либо противоречий, положенные в основу обвинения доказательства не содержат, вина осужденного ФИО1 установлена на основе совокупности допустимых и достаточных доказательств.

Объективных данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевших, свидетелей в исходе дела и об оговоре ими осужденного, по делу не имеется.

Дело рассмотрено судом первой инстанции объективно, с соблюдением принципа состязательности и равенства сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимуществ, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и для осуществления ими прав. Все представленные доказательства исследованы судом по инициативе сторон, заявленные ходатайства, в том числе и ходатайства стороны защиты, разрешены в соответствии с требованиями закона и по ним приняты мотивированные решения. Данных о необъективном отношении судьи к рассмотрению настоящего дела - в материалах дела нет.

Уличающие доказательства согласуются между собой и обоснованно признаны достоверными. Каких-либо противоречий между этими доказательствами, ставящих их под сомнение, и которые бы касались обстоятельств, существенно влияющих на доказанность вины ФИО1, на правильность применения уголовного закона, материалами дела не установлено.

Каких-либо противоречий приговор не содержит.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 88 УПК РФ, суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, все собранные доказательства в их совокупности - с точки зрения достаточности для постановления обвинительного приговора.

С учётом требований ст. 307 УПК РФ суд изложил в приговоре мотивы, по которым он принял одни доказательства и мотивированно отверг доказательства представленные стороной защиты.

Все доказательства, исследованные судом и приведённые в приговоре, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, надлежащими лицами, в рамках уголовного дела, и оснований для признания их недопустимыми и исключения из числа доказательств, у суда первой инстанции не имелось.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о виновности ФИО1, которые мотивированы достаточным образом.

Суд первой инстанции исследовал доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 о том, что его вина в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ не доказана, что столкновение его автомобиля в автомобилем под управлением О. произошло из-за из - за внезапно возникшей ему помехи для движения другим автомобилем, обоснованно признав их несостоятельными, правильно указал в приговоре, что указанные доводы стороны защиты опровергаются доказательствами по делу, в том числе показаниями свидетелей ФИО2, ФИО3, И. согласно которым за несколько минут до дорожно- транспортного происшествия автомобиль <данные изъяты> под управлением О. никакие другие машины в попутном направлении не опережали, поблизости никаких машин не было.

Фактически объективно из показаний свидетелей установлено, что никакого реального препятствия для движения какие либо автомобили автомобилю под управлением ФИО1 не создали.

Вопреки доводам осужденного из заключений эксперта В. № и ее показаниям в судебном заседании след в виде потертости на левой боковой стороне автомобиля ФИО1 не мог быть образован другим транспортным средством, о чем свидетельствует отсутствие частиц наслоения постороннего лакокрасочного или полимерного материала другого автомобиля и металлических частиц.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ф. ехавший в автомобиле Аушева также сообщил, что сидя посередине сзади в салоне автомобиля под управлением ФИО1 он не видел, чтобы непосредственно перед ДТП они обгоняли какие либо машины или что их обгоняли другие машины, а также не смог подтвердить, что их цеплял какой то автомобиль.

На основе анализа представленных сторонами доказательств суд пришел к верному выводу о том, что непосредственно перед ДТП никакой автомобиль на полосу движения ФИО1 не выезжал, его не ослеплял и касательного столкновения с его автомобилем не допускал.

Суд первой инстанции правильно критически отнесся к показаниям осужденного, данными в судебном заседании о своей невиновности в ДТП, поскольку даны ФИО1 как желание избежать уголовной ответственности за совершенное преступление и является способом его защиты.

При назначении наказания суд учёл характер и степень общественной опасности совершённого ФИО1 преступления, личность виновного, который ранее не судим, по месту жительства характеризуется положительно, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, является инвалидом III группы, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного в качестве обстоятельств, смягчающих ФИО1 наказание в соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 61 УК РФ суд признал и учел при назначении наказания осуждённому наличие у него четырёх малолетних детей, положительную характеристику по месту жительства, инвалидность III группы, нахождение на содержании матери Ц. - инвалида II группы.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, по делу не установлено.

Вместе с тем, с учётом указанных обстоятельств, суд пришёл к верному решению, что исправление ФИО1 невозможно без изоляции от общества и посчитал необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы без применения положений ст.ст. 53.1, 64, 73 УК РФ, с назначением дополнительного наказания.

Каких либо обстоятельств, свидетельствующих о возможности применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении категории преступления на менее тяжкую, в судебном заседании суда первой инстанции правильно было не установлено.

В соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ суд первой инстанции правильно определил ФИО1 местом отбывания наказания колонию - поселение в порядке самостоятельного следования к месту отбывания наказания.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционной жалобы потерпевших С. и Н. о мягкости назначенного осужденному наказания, поскольку при назначении наказания, суд, исходя из требований ст. 60 УК РФ, учёл все обстоятельства, приведённые в их апелляционной жалобе и обоснованно пришёл к выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы сроком на 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года.

Исходя из положений п. 1 ч. 1 ст. 29 УПК РФ только суд правомочен признать лицо виновным в совершении преступления и назначить ему наказание. Таким образом, по смыслу закона при решении вопроса о сроке и размере наказания мнение участников судебного заседания о наказании не является обязательным для суда, то есть суд не обязан назначать наказание, предложенное каким-либо из участников, в том числе потерпевшим и его представителем.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому оснований для увеличения размера назначенного Аушеву наказания, о чем просят потерпевшие в апелляционной жалобе, апелляционный суд не усматривает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО1, оснований для изменения приговора в части размера компенсации морального вреда потерпевшим также не усматривается.

Согласно ст. 307 УПК РФ, суд, в случае предъявления гражданского иска, в описательно-мотивировочной части приговора должен привести мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение иска либо отказ в нем, указав размеры, в которых удовлетворены требования истца, и закон, на основании которого разрешен гражданский иск.

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО1 принятое судом решение о взыскании с него в пользу поперевших С. и Н., Ч. по <данные изъяты> рублей, в пользу Ш. <данные изъяты> рублей в качестве компенсации морального вреда основано на требованиях закона, согласно которому размер компенсации морального вреда должен зависеть от характера и объема, причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств, при соблюдении требований разумности и справедливости.

Принятое судом решение об удовлетворении частично исковых требований потерпевших о компенсации морального вреда является мотивированным и обоснованным, соответствующим характеру причиненных потерпевшим страданий, а также требованиям справедливости и соразмерности.

Так, при определении размера компенсации морального вреда суд руководствовался принципами разумности и справедливости, учёл степень физических и нравственных страданий истцов, обстоятельства его причинения, имущественное положение причинителя вреда, который не работает, имеет на иждивении четырёх малолетних детей, а также то, что в результате причинённого преступления у гражданских истцов Н. и С. погиб сын; у Ч. – дочь; Ш. был причинён тяжкий вред здоровью.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что гражданские иски потерпевших по настоящему уголовному делу разрешены судом в соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ.

Кроме того, несостоятельными являются доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 в части возмещения расходов по оплате услуг представителя потерпевшего С., поскольку, суд первой инстанции, принимая решение о взыскании с осужденного в пользу С. расходов по оплате представителя в размере <данные изъяты> рублей, правильно руководствовался положениями ч. 3 ст. 42, 131-132 УПК РФ.

При этом, суд не усмотрел предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ оснований для освобождения осужденного от возмещения расходов по оплате услуг представителя потерпевшего. Суд апелляционной инстанции также не усматривает таковых.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения приговора по доводам, изложенным в апелляционных жалобах осужденного и потерпевших.

Каких-либо нарушений требований УПК РФ и УК РФ, влекущих отмену либо изменение приговора, в ходе производства по настоящему уголовному делу судом не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Андроповского районного суда Ставропольского края от 13 сентября 2018 года в отношении ФИО1, оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевших и осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий