Решение № 2-1013/2017 2-1013/2017~М-899/2017 М-899/2017 от 22 июня 2017 г. по делу № 2-1013/2017

2-1013/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Нерюнгри 23 июня 2017 года

Нерюнгринский городской суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Боргеевой Н.А., при секретаре Хабировой Н.Г., с участием исполняющего обязанности Нерюнгринского транспортного прокурора Невидимова Р.В., истицы ФИО1, ее представителя адвоката Полиной М.В., представителей ответчика ФИО2, ФИО3 по доверенностям, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к федеральному государственному унитарному предприятию «Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской Федерации» в лице <адрес> филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири» о признании приказа об увольнении незаконным, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, указав, что приказом о прекращении трудового договора с работником № от ДД.ММ.ГГГГ она была уволена с работы ДД.ММ.ГГГГ по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ - однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - появление работником на работе в состоянии алкогольного опьянения. С данным приказом не согласна, так как она ДД.ММ.ГГГГ находилась на работе в трезвом состоянии, медицинское освидетельствование для установления факта употребления алкоголя и состояния опьянения не проводилось, протокол об этом составлен не был, от работы ее в этот день не отстраняли. В здравпункте <адрес> ДД.ММ.ГГГГ она прошла освидетельствование с помощью алкотестера, которое показало отрицательный результат. С ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ она находилась на больничном. Работодатель необоснованно ее рабочее время ДД.ММ.ГГГГ уменьшил на 2 часа. Из приказа о прекращении трудового договора с работником № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ей выплачена компенсация на неиспользованный отпуск в количестве 121 календарного дня за период, в том числе, по ДД.ММ.ГГГГ. А период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не был включен в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск в соответствии со ст. 121 ТК РФ. Согласно графику отпусков истице предусмотрен отпуск с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в количестве 58 календарных дней, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в количестве 54 календарных дней. График отпусков является обязательным для работодателя и для работника. То есть, в период с ДД.ММ.ГГГГ она находилась в очередном основном оплачиваемом отпуске, согласно графику. Основанием для увольнения от ДД.ММ.ГГГГ послужило не ее отсутствие на рабочем месте, а однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - появление работника на работе в состоянии алкогольного опьянения. Фактически, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, имеет место вынужденный прогул, который подлежит оплате на день вынесения решения суда. В связи с изложенным, просит:

1. признать незаконным приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником № от ДД.ММ.ГГГГ;

2. восстановить на работе в должности <данные изъяты><адрес> филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири»федерального государственного унитарного предприятия «Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской Федерации»;

3.обязать ответчика предоставить ежегодный основной оплачиваемый отпуск;

4.обязать ответчика произвести начисление заработной платы за 2 рабочих часа ДД.ММ.ГГГГ;

5. обязать ответчика включить в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и произвести начисление и выплату компенсации за неиспользованный отпуск;

6. взыскать с ответчика в ее пользу заработную плату за время вынужденного прогула, начиная с ДД.ММ.ГГГГ и до дня присуждения его судом;

7. взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

В судебном заседании истица и ее представитель адвокат Полина М.В. исковые требования истицы поддержали и просили их удовлетворить.

Представители ответчика ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенностей, исковые требования истицы не признали, просили суд в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Кроме того, представитель ответчика ФИО3 в письменном виде направил в суд ходатайство об отказе в удовлетворении исковых требований без исследования фактических обстоятельств дела в связи с пропуском срока обращения в суд без уважительных причин.

После обсуждения данного ходатайства в судебном заседании всеми лицами, участвующими в деле, суд приходит к следующему.

Согласно статье 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки.

Истицей ДД.ММ.ГГГГ было получено уведомление от работодателя о необходимости явиться для ознакомления с приказом от ДД.ММ.ГГГГ № о расторжении трудового договора. Копию приказа об увольнении с работы и трудовую книжку истица получила ДД.ММ.ГГГГ. С указанной даты исчисляется месячный срок для обращения в суд с иском по спору об увольнении работника с работы по инициативе работодателя. Истица обратилась в суд с настоящим иском ДД.ММ.ГГГГ, то есть в установленный законом срок. В связи с чем, в удовлетворении ходатайства о применении последствий пропуска срока для обращения в суд с иском о восстановлении на работе представителю ответчика надлежит отказать, и исковое заявление истицы подлежит рассмотрению по существу.

Из письменных возражений представителя ответчика на исковое заявление ФИО1 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в адрес начальника <адрес> ФИО3 поступила служебная записка от помощника начальника центра по безопасности Я. о том, что ДД.ММ.ГГГГ старший инспектор по кадрам ГРП ФИО1 находится на рабочем месте с признаками алкогольного опьянения. По данному факту комиссией был составлен акт о появлении работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от ДД.ММ.ГГГГ. В связи с агрессивным поведением ФИО1 и для сопровождения в наркологический диспансер, были вызваны сотрудники транспортной полиции. Направление о прохождении медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в наркологический диспансер было вручено ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. От прохождения медицинского освидетельствования Голубева отказалась, об этом был составлен акт. Между тем, в кабинет ФИО1 зашел врио начальника <данные изъяты> Д. и, закрыв дверь на замок, находились в кабинете в течение 1 часа 45 минут (с 11:50 до 13:45) и руководству центра двери не открывали, на телефонные звонки не отвечали. Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка Нерюнгринского центра женщинам, работающим в центре, установлена сокращенная продолжительность рабочего времени (36 часов) по 7 часов 12 минут, с 08.00 часов до 16.12 часов, перерыв 1 час - с 12.00 до 13.00 часов.

На основании акта о появлении работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 была приказом № от ДД.ММ.ГГГГ отстранена от должности. При этом рабочее время в количестве 5 часов 20 минут за ДД.ММ.ГГГГ учтено и произведено начисление заработной платы. С приказом об отстранении от работы истицу ознакомить не смогли, поскольку она отсутствовала на работе. Факт отсутствия на работе без уважительных причин зафиксирован актом от ДД.ММ.ГГГГ.

Распоряжением начальника Центра была создана комиссия по расследованию обстоятельств появления ФИО1 на работе ДД.ММ.ГГГГ с признаками алкогольного опьянения. Уведомление о предоставлении письменного объяснения по факту нахождения на работе в состоянии алкогольного опьянения и отсутствия на рабочем месте в период с 14:33 по 15:52 без уважительных причин вручить ФИО1 не представилось возможным, поскольку она на работу не вышла. И с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на листке нетрудоспособности.

Согласно утвержденному графику отпусков на ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 очередной ежегодный отпуск был запланирован в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Ввиду того, что ФИО1 находилась на больничном, уведомить о предстоящем отпуске, издать приказ о предоставлении отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работодателю не представилось возможным. О дате выхода на работу информацию работодателю не сообщала. Письмом от ДД.ММ.ГГГГ №, врученному ДД.ММ.ГГГГ, работодатель уведомил ФИО1 о том, что запланированный отпуск не может быть предоставлен до получения объяснений по факту нарушения трудовой дисциплины ДД.ММ.ГГГГ. В заявлении от ДД.ММ.ГГГГ вх.№, в период нахождения на больничном, ФИО1 написала, что считает себя вправе находиться в очередном отпуске согласно графику, ссылаясь на заявление от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении отпуска, но заявление от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении бланков на предоставление проездов и отпусков» в адрес работодателя не поступало.

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на работе не появилась, о причинах неявки на работу ДД.ММ.ГГГГ не известила. ДД.ММ.ГГГГ работодателем было оформлено письмо-уведомление №, в котором работодатель просил явиться на работу для согласования сроков и порядка предоставления отпуска, передачи дел с составлением акта. Комиссия выехала по месту жительства истицы и вручила ей данное уведомление, от получения уведомления от ДД.ММ.ГГГГ № о предоставлении объяснительной по факту нахождения ее на работе в состоянии алкогольного опьянения, отсутствия на работе ДД.ММ.ГГГГ в период с 14:33 по 15:52 часов без уважительных причин отказалась, комиссией был составлен акт.

Приказ о предоставлении ФИО1 отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работодателем не издавался, ввиду того, что нетрудоспособность наступила до начала ежегодного оплачиваемого отпуска и соответственно отпуск должен быть перенесен на иной период. ФИО1 на работу ДД.ММ.ГГГГ и в последующие дни не вышла, эти дни работодателем расценены как прогул, поскольку она не согласовала перенос отпуска с работодателем и самовольно ушла в отпуск. На период отсутствия ФИО1 на работе без уважительных причин работодателем составлены акты об отсутствии на рабочем месте.

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор, заключенный с ФИО1, расторгнут по инициативе работодателя в соответствии с подп. «б» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - появление работника на работе ДД.ММ.ГГГГ в состоянии алкогольного опьянения. Процедура увольнения работодателем нарушена не была. Просит в удовлетворении иска ФИО1 отказать.

В судебном заседании по ходатайству истицы, ее представителя были допрошены свидетели П., Е., Д.

Так, свидетель П. пояснила, что работает в <адрес>, и утром ДД.ММ.ГГГГ пришла в здравпункт для прохождения мед.освидетельствования, где в это время находилась ФИО1. В помещении здравпункта чувствовался небольшой запах алкоголя, но исходил ли этот запах от ФИО1, она пояснить не может, так как в здравпункте было много народу. По внешнему виду не было видно, что ФИО1 в нетрезвом состоянии.

Свидетель Е. пояснила, что работает в поликлинике для взрослых <адрес><данные изъяты>. По журналу процедурного кабинета видно, что ДД.ММ.ГГГГ в процедурный кабинет приходила ФИО1 на уколы, внутривенно, ДД.ММ.ГГГГ также приходила на уколы внутривенно и внутримышечно по другому направлению, ставила сосудистые препараты: <данные изъяты>. Данные препараты с алкоголем не совместимы, и они не вводят внутривенно человеку, который находится в нетрезвом состоянии, может упасть давление. Уколы она делает в маске, по внешнему виду ФИО1 была в нормальном состоянии, поведение адекватное, запах алкоголя у ФИО1 не чувствовала.

Свидетель Д. пояснил, что он ДД.ММ.ГГГГ исполнял обязанности начальника <данные изъяты><адрес>, на пропускном пункте <адрес> встретил Я., который сказал, что ФИО1 находится в состоянии алкогольного опьянения и необходимо составить протокол об административном правонарушении. Когда пришли в кабинет к ФИО1, она проявила бурную реакцию при виде Я.. Предложили ей пройти мед.освидетельствование в <адрес>, но она отказалась и составили акт об отказе. Он расписался в данном акте для удостоверения только отказа Голубевой от прохождения мед.освидетельствования. Затем она согласилась пройти мед.освидетельствование в здравпункте <адрес>. В здравпункте было две попытки пройти освидетельствование на алкотестере, первая попытка не удалась, потом он вышел из помещения здравпункта. Вторая попытка продуть алкотестер удалась и он спросил у Я., что показало, он ответил: «По нулям». В кабинете у Голубевой он был около одного часа. Запах алкоголя в кабинете у нее присутствовал, конкретно от нее запаха алкоголя не было.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего исковые требования истицы подлежащими удовлетворению в полном объеме, по размеру компенсации морального вреда полагавшего на усмотрение суда, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно положениям статьей 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину;

работодатель имеет право: требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

В силу пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 38 и в абзаце 3 пункта 42 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по указанному выше основанию, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о совершении работником нарушения трудовых обязанностей, состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Согласно статье 394 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение признается законным при наличии законного основания увольнения и с соблюдением установленного трудовым законодательством порядка увольнения.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ответчиком (после реорганизаций, в том числе) с ДД.ММ.ГГГГ по день ее увольнения - ДД.ММ.ГГГГ. На день увольнения занимала должность <данные изъяты>. В деле имеется трудовой договор, заключенный с ФИО1, от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительные соглашения в связи с изменениями наименований ее должности, должностного оклада.

Приказом начальника центра ФИО3 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволена с работы с ДД.ММ.ГГГГ по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - появление работника на работе в состоянии алкогольного опьянения.

Основанием для издания приказа явились акт служебного расследования от ДД.ММ.ГГГГ, акт от ДД.ММ.ГГГГ.

Данный приказ был согласован с руководством филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири» ФГУП «Госкорпорация по ОрВД».

Служебное расследование было проведено в связи с тем, что на имя начальника <адрес> поступила докладная записка от <данные изъяты> Н. о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 10:35 он зашел в кабинет к ФИО1, поведение и речь которой ему показались не свойственными при аналогичных обращениях, запах алкоголя в виду простудного заболевания не почувствовал.

В этот же день поступила докладная записка от зам.начальника <адрес>, начальника <данные изъяты> М. о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 10:45 зашел в кабинет к ФИО1, поведение которой, на его взгляд, было странным и не свойственным ей. В помещение отдела кадров, как ему показалось, стоял легкий запах алкоголя.

Из пояснений представителя ФИО2 установлено, что Н. и М. поставили в известность о наличи запаха алкоголя в кабинете у ФИО1

Помощник начальника центра по безопасности Я. ДД.ММ.ГГГГ, уже как о выявившем им факте нахождения ФИО1 на рабочем месте с признаками алкогольного опьянения, направил служебную записку начальнику <адрес> ФИО3 При этом, каким образом данный факт им был выявлен, не указал, поскольку никаких сведений о том, что он с утра ДД.ММ.ГГГГ общался с ФИО1, разговаривал с ней, заходил к ней в кабинет и т.д., не установлено. Но, тем не менее, в данной служебной записке Я. указал на признаки алкогольного опьянения у ФИО1: <данные изъяты>.

Ни Н., ниМ. в своих докладных записках о данных признаках алкогольного опьянения у ФИО1 не указывали, кроме как пояснений М. о легком запахе алкоголя в кабинете у ФИО1, но не от нее самой.

Таким образом, судом установлено, что изначально после поступления докладных записок от Н. и М. о показавшемся им «странностях» в поведении ФИО1 были интерпретированы, истолкованы Я. по-своему и «зародилась» уже его служебная записка о выявлении признаков алкогольного опьянения у ФИО1 Хотя на тот период времени у него не было на то никаких оснований, поскольку «странности» в поведении ФИО1, как указали в своих докладных Н. и М., замеченные ими, были чисто их субъективным восприятием, а не фактом нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения. А служебная записка Я. сведений, при каких обстоятельствах данный факт им был выявлен, не содержит.

Допрошенные в ходе судебного заседания незаинтересованные в деле свидетели П., Д. пояснили, что в поведении ФИО1 никаких признаков «странности», не свойственные ей, они не наблюдали. «Бурную реакцию» ФИО1, по показаниям свидетеля Д., проявила только при виде Я., что может свидетельствовать о наличии между ними каких-либо неприязненных отношений.

Распоряжением начальника центра ФИО3 № от ДД.ММ.ГГГГ была создана комиссия для проведения служебного расследования в связи с подозрением нахождения на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения старшего инспектора по кадрам ГРП ФИО1

В последующем, в данную ситуацию на основании служебной записки Я. об установлении им, якобы, факта нахождения ФИО1 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения были вовлечены не только работники <адрес>, но и сотрудники линейного отдела полиции, которые были приглашены Я. для оказания содействия в направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование в медицинское учреждение <адрес>, явились в кабинет к ФИО1, которой было вручено направление в наркологический кабинет, составлен акт отказа работника от медицинского освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ с указанием уже в акте признаков алкогольного опьянения у ФИО1, который подписан Я. - помощником начальника центра по безопасности, М. - ЗНЦ-начальник <данные изъяты>, сотрудниками полиции С., Д.

Как было указано выше, Д. подписал данный акт, чтобы удостоверить отказ ФИО1 от прохождения мед.освидетельствования.

Затем, как об установленном факте нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, были составлены: акт о появлении на рабочем месте ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, приказ от ДД.ММ.ГГГГ об отстранении от работы, акт о невозможности ознакомить ФИО1 с данным приказом, акт об отсутствии работника ФИО1 на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ в течение 1 часа 25 минут с 14-33 по 15-52 часов без уважительных причин.

Все эти произведенные действия в отношении ФИО1 были отражены в служебной записке помощника начальника центра по безопасности Я. от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно акту служебного расследования по факту нахождения на рабочем месте с признаками алкогольного опьянения комиссия в составе помощника начальника центра по безопасности Я., членов комиссии <данные изъяты>, <данные изъяты> М., <данные изъяты> Х. провела служебное расследование и пришла к выводу о нахождении ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ФИО1 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, и в связи с неоднократным появлением ФИО1 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения предлагает рассмотреть вопрос о применении дисциплинарного воздействия в виде увольнения по соответствующему основанию.

Доказать наличие законного основания увольнения по данному основанию (законным основанием является факт установления нахождения работника на рабочем месте, в рабочее время, в состоянии алкогольного опьянения) и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Из анализа той доказательственной базы, которая была представлена суду сторонами, суд считает, что представленные ответчиком в качестве доказательств докладные, служебные записки, оформленные на предположении написавших их работников, составленные акты, не подтверждают факт нахождения истицы на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, а подтверждает факт наличия в коллективе конфликтной ситуации, когда желание работодателя уволить неугодного работника вылилось именно наличием необоснованных докладных, составления актов, служебного расследования. В судебном заседании также установлено, что здравпункт <адрес> не имеет лицензии на проведение медицинского освидетельствования на предмет установления состояния алкогольного опьянения определенных категорий работников, к которым относится и ФИО1, но, тем не менее, последней предложили такой вариант освидетельствования и она не отказалась. При этом вменять работнику, что она, заведомо зная об отсутствии соответствующей лицензии на данный вид медицинских услуг у работодателя, согласилась пройти мед.освидетельствование, не приходится, поскольку доказать факт нахождения работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения должен работодатель и ему, в первую очередь, необходимо данное доказательство, а не истице, и потому ФИО1 был предложен такой вариант освидетельствования.

Из пояснений свидетеля Д. установлено, что, всё-таки, в здравпункте <адрес> с применением алкотестера провели мед.освидетельствование ФИО1 и показатели на алкоголь были отрицательными. Это установлено со слов Я.. При этом данные показатели (чек от алкотестера) находятся у работодателя, а алкотестер направлен на поверку, что установлено из пояснений представителя ответчика ФИО2 И в связи с отрицательными показателями на алкоголь данный чек алкотестера предъявлен суду стороной ответчика не был.

Кроме того, допрошенные в судебном заседании свидетели дали пояснения, что запаха алкоголя у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не было, был запах алкоголя в кабинете и от кого он исходил, при том количестве лиц, находившихся в кабинете у последней, достоверно не установлено. Свидетель Е. пояснила, что при тех лекарственных препаратах, которые были назначены, и принимала внутривенно ФИО1, она не могла употреблять алкогольные напитки, во избежание тяжелых последствий. Данное пояснение суд не может оставить без внимания, поскольку они являются подтверждением пояснений истицы о том, что она проходила, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, лечение, ставили ей внутривенные инъекции и принимать, к тому же, во вред своему здоровью алкогольные напитки не могла.

Поэтому суд признает представленные стороной ответчика доказательства, построенные изначально на предположении, а потому недостаточными для подтверждения нахождение истицы на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в состоянии алкогольного опьянения, что составленные докладные и акты являются результатом конфликтной ситуации в коллективе, поддержанной руководством центра.

В силу статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт (часть 1). Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников (часть 3).

В материалах дела имеется уведомление работодателя от ДД.ММ.ГГГГ о необходимости дачи объяснений ФИО1 по факту нахождения в состоянии алкогольного опьянения ДД.ММ.ГГГГ. Из пояснений представителей ответчика данное уведомление вручено истице не было в связи с тем, что истица отсутствовала на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ и в последующие дни. Хотя в судебном заседании установлено, что истица ДД.ММ.ГГГГ находилась на рабочем месте с 15:52 часов. И в нарушение статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем письменное объяснение у работника до наложения дисциплинарного взыскания отобрано не было, по истечении двух рабочих дней акт составлен не был. В деле имеется уведомление за подписью начальника Нерюнгринского центра от ДД.ММ.ГГГГ исх.№ о том, что ФИО1 очередной отпуск согласно графику отпусков предоставлен не будет до получения объяснений по факту нарушения трудовой дисциплины ДД.ММ.ГГГГ. Данное уведомление является одним из доказательств незаконных действий со стороны работодателя, поскольку работодатель наделен правом при отказе от дачи письменных объяснений работником составить акт об этом, а не в ущерб другим правам работника - на предоставление очередного отпуска согласно графику, истребовать письменное объяснение от работника в принудительном порядке.

То есть, работодателем была нарушена и процедура увольнения работника по данной статье.

Кроме того, в приказе № от ДД.ММ.ГГГГ основанием для увольнения работника ФИО1 по п.п. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ явился, в том числе, акт от ДД.ММ.ГГГГ. Единственным актом от указанной даты в деле является акт об отсутствии ФИО1 на работе ДД.ММ.ГГГГ с 8-00 по 16-12 часов, который, по сути, не относится к увольнению ФИО1 по указанному основанию - однократное грубое нарушение трудовых обязанностей - появление на работе в состоянии алкогольного опьянения ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что у работодателя не было законных оснований для увольнения ФИО1 с работы по пп. «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, достоверных, объективных доказательств нахождения истицы на рабочем месте, в рабочее время в состоянии алкогольного опьянения работодателем суду представлено не было. Поэтому суд считает, что приказ об увольнении истицы с работы по данному основанию является незаконным, требование истицы о признании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным подлежит удовлетворению, истица ФИО1 подлежит восстановлению на работе в прежней должности со дня ее увольнения - с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со статьей 123 Трудового кодекса Российской Федерации очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника.

О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее чем за две недели до его начала.

Аналогичного содержания о порядке предоставления и очередности предоставления оплачиваемых отпусков содержит пункт 6.7. Правил внутреннего трудового распорядка <адрес> филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири» федерального государственного унитарного предприятия «Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской Федерации».

Согласно графику отпусков на ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен период предоставления отпуска, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании также установлено, что, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, истица находилась на листке нетрудоспособности.

Ни одна из сторон в судебном заседании не представила суду доказательства тому, что истица писала заявление о предоставлении ей очередного оплачиваемого отпуска со ДД.ММ.ГГГГ, заявление истицы об этом отсутствует. Истица утверждает, что передавала заявление ФИО3, ФИО3 утверждает, что заявления от ФИО1 не было. Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении бланков на предоставление проездов и отпусков» работодателем разработан бланк заявления о предоставлении отпуска. Суд подвергает сомнению пояснения истицы о том, что она обращалась к работодателю о предоставлении ей очередного отпуска с заявлением установленного образца, поскольку на ДД.ММ.ГГГГ она находилась на листке нетрудоспособности и на работу не являлась, не могла знать окончательной даты закрытия листка нетрудоспособности.

В своем заявлении от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 указала, что переданное заявление от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении ей очередного отпуска согласно графику является обязательным документом для исполнения как работником, так и работодателем, и считает себя в праве находиться в очередном отпуске с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Хотя при наличии заявления ФИО1 о предоставлении ей очередного оплачиваемого отпуска у работодателя, заявление такого содержания у ФИО1, работника по кадрам с большим стажем работы, не могло появиться, поскольку порядок предоставления очередного отпуска ей известен и считать себя в праве находиться в отпуске без заявления и приказа, она не могла.

Поскольку заявления о предоставлении ей очередного отпуска от ФИО1 у работодателя не было, то и приказ о предоставлении ей очередного отпуска издан не был. Тем более, представители ответчика указали, что работодатель не знал, в какой период времени или на какую дату истице могли закрыть листок нетрудоспособности и в соответствии со статьей 124 ТК РФ работодатель приглашал истицу для оформления отпуска и передачи дел в группу по работе с персоналом. Истица, зная, что у нее приобретен авиабилет на ДД.ММ.ГГГГ, листок нетрудоспособности закрыт ДД.ММ.ГГГГ, не явилась на работу после закрытия листка нетрудоспособности и не отрегулировала вопрос по предоставлению ей отпуска, не написала об этом заявление.

Данное обстоятельство подтверждается еще и тем, что истица имела право на получение льготы по проезду. Согласно пункту 2 раздела 4 Правил предоставления льгот по проезду работникам филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири» заявление на предоставление льготы оформляется одновременно с оформлением отпуска. Поскольку заявление о предоставлении ей очередного отпуска подано работодателю не было, то и с заявлением на предоставление данной льготы истица к работодателю не обращалась, и данной льготой она не воспользовалась.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что со стороны работодателя отказа в предоставлении отпуска, как такового, не было. Истица в установленном законом порядке к работодателю о предоставлении ей очередного ежегодного оплачиваемого отпуска не обращалась, а самовольно ушла в отпуск, использовала предусмотренный ей отпуск по графику без приказа работодателя об этом, а потому нет по данному предмету и спора, и обязать ответчика в предоставлении истице ежегодного основного оплачиваемого отпуска суд не может. Право истицы о предоставлении отпуска согласно графику отпусков с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ еще не наступило.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении иска в этой части об обязании ответчика предоставить ей ежегодный основной оплачиваемый отпуск истице надлежит отказать.

По четвертому требованию истицы об обязании ответчика произвести начисление заработной платы за 2 рабочих часа ДД.ММ.ГГГГ суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

Согласно пункту 5.13 Правил внутреннего трудового распорядка <адрес> филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири» федерального государственного унитарного предприятия «Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской Федерации» для женщин, работающих в <адрес>, устанавливается 36-часовая рабочая неделя, если меньшая продолжительность рабочей недели не предусмотрена для них федеральным законом.

Для отдельных категорий работников устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени - 36 часов в неделю (приложение № к настоящему Положению - женщины - работницы центра) (пункт 5.2 Правил).

Норма рабочего времени учетного периода при ежедневной работе при пятидневной рабочей неделе исчисляется по расчетному графику пятидневной рабочей недели, исходя из следующей продолжительности ежедневной работы: при 36-часовой неделе - 7,2 часа (пункт 5.17. Правил).

Таким образом, истице установлена продолжительность ежедневной работы в 7,2 часа.

Согласно табелю учета рабочего времени за ДД.ММ.ГГГГ истице за ДД.ММ.ГГГГ проставлены часы работы в 5,2 часа и, соответственно, произведена оплата заработной платы истице за указанные часы.

Представитель ответчика ФИО2 по данному пункту требований пояснила, что работодатель проставил в табеле учета рабочего времени фактически отработанное работником время в этот день, истица отсутствовала на работе и причины отсутствия на работе не сообщила.

Истица пояснила, что она отсутствовал на рабочем месте не 2 часа, а 1 час 20 минут и находилась в больнице, на лечении, была на приеме у врача. В журнале процедурного кабинета Чульманской городской больницы и в записи амбулаторной карты время не указывается. Поэтому достоверно установить время нахождения на лечении не представляется возможным.

В судебном заседании из пояснений самой истицы, свидетеля Д. установлено, что истица собиралась на уколы, и ее ожидал супруг в обеденное время с 12-00 часов, но, поскольку она находилась в это время с Д. в кабинете более одного часа и выехать на лечение в обеденный перерыв не могла, воспользовалась при этом своим рабочим временем. При этом, о том, что ей необходимо отлучиться от работы по уважительной причине - по состоянию здоровья, в известность работодателя не поставила, работодатель причины отсутствия работника в течение двух часов (по табелю учета рабочего времени) не знал.

Согласно пункту 5.7 Правил любое отсутствие работника на работе, кроме случаев болезни, допускается только с предварительного разрешения администрации Нерюнгринского центра.

О всяком отсутствии на работе, в том числе и, видимо, по состоянию здоровья, если речь идет о «всяком») без ведома администрации работник, по возможности, обязан сообщить руководству Нерюнгринского центра в течение 24 часов.

Данный пункт Правил истицей был нарушен, ни ДД.ММ.ГГГГ, ни в последующий день истица работодателя в известность об отсутствии на работе не поставила.

В связи с этим, у суда нет оснований о необоснованности действий работодателя по табелированию рабочего времени, он обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником в силу закона. А потому в удовлетворении в этой части истице надлежит отказать.

По пятому пункту требований о включении периода со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, произвести компенсацию за неиспользованный отпуск суд приходит к следующему.

Согласно статье 121 Трудового кодекса Российской Федерации в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, не включается:

время отсутствия работника на работе без уважительных причин, в том числе вследствие его отстранения от работы в случаях, предусмотренных статьей 76 настоящего Кодекса.

В судебном заседании установлено, что истица по ДД.ММ.ГГГГ включительно находилась на листке нетрудоспособности. И, как было указано судом выше, самовольно со ДД.ММ.ГГГГ ушла в очередной отпуск. Работодатель для выяснения отсутствия ФИО1 на работе распоряжением № от ДД.ММ.ГГГГ создал комиссию для выезда по месту ее жительства. И комиссия по приезду по месту жительства к ФИО1 вручила ей уведомление № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ей необходимо после закрытия листка нетрудоспособности явиться на работу для оформления отпуска и передачи дел в ГРП с составлением акта передачи. Данное уведомление истицей было получено, о чем имеется ее подпись.

Но истица на работу не явилась, о причинах неявки работодателя не известила, отпуск в установленном порядке не оформила, посчитав себя находящейся в очередном отпуске и достоверно зная, что отпуск работодателем ей не предоставлен. Начиная со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, работодателем составлены акты об отсутствии работника ФИО1 на рабочем месте, в табеле учета рабочего времени данные дни проставлены работодателем истице как прогулы.

Таким образом, истица отсутствовала на работе за указанный период без уважительных причин, а потому работодателем правомерно указанный период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, истице включен. В связи с чем, в удовлетворении иска в этой части истице надлежит отказать.

По шестому пункту требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения судом решения, суд приходит к следующему.

Исходя из положений статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения работника незаконным, работодателем должна быть выплачена заработная плата за все время вынужденного прогула.

Принимая во внимание, что увольнение истицы является незаконным, у работодателя в соответствии с положениями статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации возникла обязанность возместить работнику не полученный ею заработок за время вынужденного прогула, который в данном случае продолжался с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ день вынесения решения судом и составил 67 рабочих дней.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно части 3 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 месяцев, предшествующих моменту выплаты.

Расчет среднего заработка при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, исходя из пункта 9 Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 производится путем умножения среднего дневного заработка на количество дней вынужденного прогула. Средний дневной заработок, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Исходя из представленного истицей и ее представителем расчета заработной платы за время вынужденного прогула, суд приходит к выводу о том, что данный расчет является неверным, а стороной ответчика расчеты по заработной плате в опровержение доводов истицы и ее представителя не представлены.

В связи с не предоставлением суду доказательств о фактически начисленной истице заработной платы и фактически отработанного ею времени за 12 месяцев, предшествующих моменту выплаты, судом исчислить заработок за дни вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным.

В связи с чем, суд считает необходимым обязать ответчика произвести начисление и выплатить заработную плату за дни вынужденного прогула ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с учетом произведенных ответчиком расчетом и выплаченных сумм компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 121 календарного дня, в соответствии с нормами действующего законодательства.

По седьмому пункту требований о взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты>, суд приходит к следующему.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При этом сам факт незаконного увольнения является основанием для взыскания такой компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, учитывая конкретные обстоятельств дела, а именно: вовлечение в данную конфликтную ситуацию сотрудников из сторонней организации, что болезненно было воспринято истицей и причинило ей нравственные страдания, большой стаж работы истицы в данной организации и некорректное к ней отношение со стороны руководства центра, усугубившие характер причиненных истице нравственных страданий, степень вины работодателя, обращавшегося, к тому же, с различными запросами в другие организации для выяснения каких-то мошеннических действий со стороны истицы, а также требования разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

По смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 части второй Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации работники при обращении в суд с исками о восстановлении на работе, взыскании заработной платы (денежного содержания) и иными требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов.

Поэтому в соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истица была освобождена, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно статье 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

При рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера (пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. №10 в редакции от 06.02.2007г. №6).

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина для организаций составляет 6 000,00 руб.

В связи с чем, с ответчика в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 000,00 руб.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению на основании статьи 211Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 396 Трудового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать приказ о прекращении (расторжении) трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным.

Восстановить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженку <адрес>, проживающую по <адрес>, на работе в должности <данные изъяты><адрес> филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири» федерального государственного унитарного предприятия «Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской Федерации» с ДД.ММ.ГГГГ.

Обязать ответчика произвести начисление и выплатить заработную плату за время вынужденного прогула ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с учетом выплаченных сумм компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 121 календарного дня.

Взыскать федерального государственного унитарного предприятия «Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской Федерации» в лице <адрес> филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири», находящегося по <адрес>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки <адрес>, проживающей по <адрес>, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

В остальной части иска в удовлетворении иска ФИО1 отказать.

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской Федерации» в лице <адрес> филиала «Аэронавигация Северо-Восточной Сибири», находящегося по <адрес>, госпошлину в доход государства в размере 6000,00 руб.

Решение суда в части восстановления на работеФИО1 подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Верховный суд Республики Саха (Якутия) со дня принятия судом решения в окончательной форме через суд, вынесший решение.

С мотивированным решением лица, участвующие в деле, их представители могут ознакомиться через 5 дней со дня окончания разбирательства дела.

Судья:

Мотивированное решение составлено судом 28 июня 2017 года.