Приговор № 1-46/2019 от 22 августа 2019 г. по делу № 1-46/2019

Дело № 1-46/2019


П р и г о в о р

Именем Российской Федерации

23 августа 2019 года г. Юрьев-Польский

Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в составе председательствующего Антоновой Н.П.,

при секретаре Давыдовой С.В.,

с участием государственных обвинителей Араповой М.И., Смирновой М.В., Захарцева С.В.,

потерпевших К.Д.А., К.Ю.Н., Ч.К.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Бурдачева С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ года в <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>, проживающего в <адрес>

<адрес>

<адрес>, снятого с регистрации по

месту жительства, не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 111 и ч. 1 ст. 119 УК РФ, суд

установил:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, трем лицам.

(Уголовное преследование подсудимого по ч. 1 ст. 119 УК РФ прекращено постановлением Юрьев-Польского районного суда Владимирской области от 19 июня 2019 года в соответствии со ст.ст. 76 УК, 25 УПК РФ).

Преступление совершено в г. Юрьев-Польском Владимирской области при следующих обстоятельствах.

3 декабря 2018 года около 1 часа ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения со <данные изъяты> И.Д.А. находился в гостях у Д.Е.А. по адресу: <адрес>. Поскольку подсудимый с иным лицом, несмотря на просьбу хозяйки, не уходили оттуда, между прибывшими К.Д.А., Ч.К.А., К.Ю.Н., М.М.С., С.Д.А. и В.Р.И., с одной стороны, и ФИО1 с И.Д.А., с другой, возник словесный конфликт. Действуя из внезапно возникшей личной неприязни и с целью причинения тяжкого вреда здоровью потерпевших, ФИО1 взял на кухне нож и вышел с ним на улицу. Далее возле указанного дома подсудимый с обозначенной целью и применяя опасное для жизни и здоровья насилие и используя нож в качестве оружия, нанес ножом поочередно по одному удару в область живота потерпевшим - сначала Ч.К.А., а затем К.Ю.Н. и К.Д.А.. В результате этого каждому из потерпевших был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни: Ч.К.А. - <данные изъяты>, К.Ю.Н. - <данные изъяты>, К.Д.А. - <данные изъяты>.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину признал и показал, что 1 декабря 2018 года приехал в г. Юрьев-Польский к <данные изъяты>, с которым вместе отбывали наказание, И.Д.А., работавшему в <данные изъяты>. Вечером 2 декабря пьяными пошли в гости к <данные изъяты> И.Д.А., как затем оказалось, Д.Е.А.. Там они выпили и И.Д.А. заснул. Д.Е.А. просила их уйти. И.Д.А. добудиться не удалось. Затем по просьбе Д.Е.А. пришли потерпевшие и их знакомые и ему предложили уйти, его не били, не угрожали. Он слышал потасовку в комнате, взял на кухне нож и вышел. К нему подошел Ч.К.А., предложил подняться, тогда ударил его ножом в живот. Когда вышли еще двое парней, спросил у них про И.Д.А., а они спросили про <данные изъяты> и тогда обоим нанес удары в живот. Все разбежались. Не помнит, преследовал ли их, угрожал ли, но это возможно. Ушел от дома и увидел машину А.А.Ю.. Сел к ней с ножом в руке. Попросил ехать снова к дому, хотел посмотреть обстановку, но там уже стояли машины скорой помощи и милиции, поэтому доехал до своего дома, нож оставил на кухне и лег спать. Там его задержали. Иски прокурора о взыскании средств на лечение потерпевших признал частично.

Виновность подсудимого, кроме его показаний, подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Потерпевшие Ч.К.А., К.Д.А. и К.Ю.Н., каждый в отдельности, показали, что вместе с М.М.С., В.Р.И., С.Д.А. в ночь на 3 декабря по просьбе <данные изъяты> Д.Е.А. приехали к ней домой, где находились пьяные подсудимый с <данные изъяты>, не желавшие уходить. Из-за этого между ними возникла словесная ссора. И.Д.А. в комнате ударил Ч.К.А. и оторвал ему капюшон куртки, пытался ударить К.Ю.Н. и промахнулся, и тот ударил его в ответ. Остальные прибывшие находились здесь же. ФИО1 обещал уйти сам и вышел на улицу. Его не трогали и ему не угрожали.

Ч.К.А. также показал, что вышел из подъезда, намереваясь идти домой, и сразу ощутил боль в боку и увидел нож в руке подсудимого. Побежал и спрятался в кустах, а ФИО1 бежал за ним с угрозами добить. Потом он, потерпевший, зашел в другой дом, попросил помощи у жильцов и потерял сознание. Затем К.Д.А. и К.Ю.Н. в больнице рассказали ему, что по выходу их из подъезда Логвиненко их тоже ударил ножом и они убежали.

К.Ю.Н. и К.Д.А., кроме того, показали, что, обнаружив отсутствие Ч.К.А. в квартире, вышли к своим машинам, а ФИО1 появился из-за угла дома с капюшоном от куртки Ч.К.А.. Спросили, где тот, и ФИО1 ударил К.Ю.Н., а затем К.Д.А. правой рукой в живот каждому, и после этого они увидели у него нож в руке. Подсудимый убежал за соседний дом. У них обоих шла кровь. Вышедшим из дома М.М.С., С.Д.А. и В.Р.И. они сказали о ранениях, В.Р.И. стал звонить и в это время к ним из-за дома подошел державшийся за живот Ч.К.А. и сказал, что его ранил ножом ФИО1. Последний тут же снова появился с ножом, тогда М.М.С. взял диск от машины и пошел в сторону подсудимого, но тот убежал за угол. Они предостерегли М.М.С. и он бросил диск, после чего ФИО1 с ножом выбежал и направился к ним с угрозами зарезать. Все разбежались в стороны и встретились в отделе МВД, откуда раненых увезли в больницу.

Эти показания подтверждены потерпевшими на очных ставках с подсудимым, в ходе которых потерпевшие категорически отрицали применение к ФИО1 насилия и угроз и пояснили об обстоятельствах преступления согласно вышеизложенному (т. 2 л.д. 98-100, 95-97, 92-94).

По показаниям потерпевшей А.А.Ю., 2 декабря 2018 года около 22 часов видела в квартире Д.Е.А. пьяного ФИО1 и И.Д.А.. Около 1 часа ей позвонила плачущая Д.Е.А. с просьбой помочь выгнать пьяных из дома. Сказала об этом М.М.С. и тот обещал помочь. Вскоре он позвонил и сообщил, что один из пьяных порезал троих <данные изъяты>, и попросил приехать к банку на ул. Шибанкова. Когда припарковалась, дверь машины открыл ФИО1 и велел ей позвать <данные изъяты>, чтобы он мог их убить. Затем он сел в машину, приставил ей нож к горлу и велел ехать к дому Д.Е.А.. По дороге сказал, что троих он уже «положил» и один из них «не жилец». Увидев у дома машины ОМВД, велел ей везти его по указанному адресу и там вышел. Пригрозил ей, чтобы молчала обо всем. Она сразу поехала в отдел и сообщила о случившемся.

Как показал свидетель М.М.С., по просьбе А.А.Ю. в ночь на 3 декабря 2018 года со знакомыми приехал к Д.Е.А., где находились пьяные ФИО1 и И.Д.А.. Последний стал конфликтовать с ними и Ч.К.А.. ФИО1 обещал уйти, собрался и вышел. Затем ушел также Ч.К.А., через некоторое время вышли К.Д.А. и К.Ю.Н.. На улице К.Ю.Н. и К.Д.А. сообщили, что ФИО1 порезал их и бегает с ножом. В.Р.И. стал звонить в полицию. В это время из-за дома вышли ФИО1 с ножом и И.Д.А.. Взял колесный диск для обороны, но подсудимый шел в их сторону и все разбежались. Добежал до банка, где ждала А.А.Ю. на машине. Увидел, как к ней садится ФИО1 и к шее подносит нож, после чего машина поехала. Все встретились в отделе. Ч.К.А. рассказал, что стал спрашивать ФИО1, а тот сразу ударил ножом.

Свои показания свидетель подтвердил в ходе очной ставки с подсудимым (т. 2 л.д. 104-105).

Из показаний свидетелей В.Р.И. и С.Д.А. усматривается, что после требования к И.Д.А. уйти, тот затеял перепалку и потасовку в комнате, оторвав капюшон у Ч.К.А.. Затем на кухне они сказали пьяному ФИО1, чтобы и тот уходил, с чем он согласился. Он не видел, чтобы ФИО1 кто-нибудь бил. ФИО1 вышел, затем вышли Ч.К.А., и далее К.Д.А. и К.Ю.Н.. И.Д.А. собирался в коридоре, они с С.Д.А., М.М.С. и Д.Е.А. ждали, когда он уйдет. Затем он, свидетель, вышел. Никого из <данные изъяты> у подъезда не было. Находившийся у соседнего дома ФИО1 звал его к себе и при этом грубо оскорблял. Подойдя, увидел него нож в руке. Из-за угла дома державшийся за бок К.Д.А. крикнул, чтобы он не подходил к ФИО1 и что тот уже порезал его, К.Ю.Н. и Ч.К.А.. Затем вышли М.М.С. и С.Д.А., которым К.Д.А. сообщил о случившемся. После этого подошел К.Ю.Н.. У раненых сочилась кровь. Ч.К.А. нигде не было. Ни у кого не было никаких предметов для обороны. ФИО1 с ножом выбежал из-за угла с ножом в руке с угрозами расправы. М.М.С. взял диск и они пошли к ФИО1, который вернулся со вторым мужчиной, И.Д.А., и снова угрожал. Тогда все разбежались в разные стороны. Они бежали с М.М.С., агрессивный ФИО1 преследовал их с угрозами расправы. М.М.С. договорился с А.А.Ю. встретиться у банка и пошел туда. Затем Ч.А.Д. отвез их в отдел (т. 1 л.д. 139-142, 143-146).

Свои показания с В.Р.И. и С.Д.А. подтвердили на очных ставках с подсудимым (т, 2 л.д. 106-107, 108-109).

По показаниям свидетеля Д.Е.А., при вышеописанных обстоятельствах места и времени И.Д.А. заснул, а подсудимый решил его подождать, она их боялась и позвонила А.А.Ю. с просьбой о помощи. По приезде потерпевших и их знакомых началась потасовка с И.Д.А. - он не хотел уходить и ударил Ч.К.А., и за того вступился К.Ю.Н.. ФИО1 велели уйти и он ушел, его не трогали и ему не угрожали. Затем вышел Ч.К.А., спустя время - К.Ю.Н. и К.Д.А., а потом остальные. На улице увидела, как Ч.К.А. держится за живот, а из-за дома выбегают ФИО1 с ножом и И.Д.А., после чего все разбежались. Затем узнала, что ФИО1 ранил еще двоих. Из кухни пропал нож. А.А.Ю. затем рассказала, что к ней в машину сел ФИО1, приставил нож к горлу и велел ехать.

Показания такого же содержания подтверждены свидетелем при очной ставке с подсудимым (т. 2 л.д. 101-102).

Как следует из показаний свидетеля И.Д.А., подсудимый, с которым он отбывал наказание в Белоруссии, 1 декабря 2018 года приехал в Юрьев-Польский на квартиру бригады и с вечера 2 декабря они были в гостях у Д.Е.А.. Опьянев, он заснул и проснулся от ударов и мужских голосов, требовавших, чтобы он ушел, что он и сделал. ФИО1 не видел. Затем на улице его догнал ФИО1 и сказал, что избивавших его мужчин позвала Д.Е.А., и они увидели впереди двоих из них и побежали за ними, но не догнали. На квартире ФИО1 рассказал ему. что порезал двоих парней и показал кухонный нож в крови. Затем за ними приехали сотрудники ОМВД (т. 1 л.д. 114-116).

По показаниям свидетелей Г.А.А., Т.А.В., 2 декабря 2018 года вечером приехавший накануне ФИО1 и И.Д.А. ушли гулять. Около 4 часов их разбудили сотрудники ОМВД. На лицах ФИО1 и И.Д.А. были синяки, которые с их слов получены при конфликте с парнями ночью. На кухне их квартиры появился кухонный нож, которого ранее не было (т. 1 л.д. 135-136, 137-138).

Свидетель Ч.А.Д. показал, что 3 декабря 2018 года около 1 часа он подъехал к своему дому на пер. Садовый, куда подбежал напуганный и взволнованный В.Р.И., и рассказал, что они со знакомыми приехали помочь девушке выпроводить из квартиры мужчин, которые затеяли конфликт, и один из мужчин ножом нанес ранения троим, после чего все убежали оттуда. Они поехали в отдел, по дороге захватив также напуганного М.М.С. (т. 1 л.д. 147-149).

По показаниям свидетеля Б.П.А., 3 декабря 2018 года во втором часу ночи к нему домой пришли напуганные С.Д.А. и К.Ю.Н., который держался за окровавленную рану на животе. Они рассказали, как с остальными приехали в квартиру девушки помочь выпроводить из квартиры неизвестных молодых мужчин. При этом один из них нанес ножевые ранения Ч.К.А., К.Д.А. и К.Ю.Н.. Испугавшись расправы, все разбежались. После больницы Ч.К.А. подтвердил ему этот рассказ, сообщив, что после ранения стал убегать от напавшего, а тот пытался догнать его и выкрикивал угрозы расправы, но он сумел убежать и спрятаться (т. 1 л.д. 150-152).

Как следует из показаний свидетеля С.В.А., его фирма в ноябре 2018 года заключила договор на работы на предприятии «ПепсиКо» в г. Юрьев-Польском Владимирской области. Для проживания белорусских рабочих была арендована квартира в городе по адресу: <адрес>. Одним из работников был И.Д.А. Утром 3 декабря Т.А.В. сообщил, что ночью И.Д.А. и <данные изъяты> ФИО1 подрались с местными и обоих забрали в ОМВД. На вопрос о ФИО1 Т.А.В. пояснил, что тот приехал к И.Д.А. 1 декабря из Белоруссии (т. 1 л.д. 125-127).

Указанное дополняется следующим.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз, у потерпевших Ч.К.А., К.Ю.Н. и К.Д.А. в <данные изъяты>, образовавшиеся от воздействия колюще-режущего предмета (ножа) 3 декабря 2018 года и повлекшие для каждого тяжкий вред по признаку опасности для жизни:

у Ч.К.А. - <данные изъяты> (т. 1 л.д. 196-197),

у К.Ю.Н. - <данные изъяты> (т. 1 л.д. 191-192),

у К.Д.А. - <данные изъяты> (т. 1 л.д. 186-187).

Как следует из телефонного сообщения В.Р.И., поступившего в дежурную часть ОМВД района 3 декабря 2018 года в 1 час 20 минут, у д. 7 на ул. Павших Борцов напали неизвестные мужчины с ножами и причинили телесные повреждения (т. 1 л.д. 31).

О доставлении в больницу потерпевших с проникающими ранениями передней брюшной стенки сообщили в тот же орган в 3-05 и из приемного покоя ЦРБ (т. 1 д. 34).

Согласно рапорту оперативного сотрудника ОМВД от 3 декабря 2018 года ФИО1 причинил тяжкие ножевые ранения троим потерпевшим (т. 1 л.д. 29).

Согласно заявлению К.Д.А. от той же даты 3 декабря около 1 часа у <...> неизвестный мужчина нанес ему ножевое ранение в живот (т. 1 л.д. 35).

По протоколам устных заявлений о преступлении от К.Ю.Н. и Ч.К.А. от той же даты, они сообщили о таких же действиях в отношении каждого из них (т. 1 л.д. 39, 44).

По данным протокола осмотра места преступления, с фототаблицей, - участка местности между домом №5 и гаражом №8 на ул. Павших Борцов г. Юрьев-Польского, с участием свидетеля С.Д.А., около 1 часа неизвестный нанес ножевые ранения потерпевшим. На снегу имеются множественные следы и вещество бурого цвета, похожее на кровь (т. 1 л.д. 46-48).

Как следует из одноименного протокола - осмотра квартиры свидетеля Д.Е.А. - по адресу: <адрес>, на кухонном столе стоят 4 стопки и столько же стаканнов, 2 начатые бутылки коньяка, сигареты. Со стаканов и сигаретной пачки изъяты следы рук (т. 1 л.д. 49-54).

После отобрания образцов следов пальцев рук подсудимого и проведения экспертизы, согласно заключению последней, два изъятых в квартире следа оставлены подсудимым (т. 1 л.д. 163, 166-170).

При осмотре квартиры с участием свидетеля Т.А.В. по месту пребывания подсудимого - по адресу: <адрес>, - как видно из протокола осмотра с фототаблицей, на кухонном столе обнаружен нож с пластиковой рукоятью черного цвета, которого, по пояснениям свидетеля, до 3 декабря 2018 года в квартире не было. Нож изъят (т. 1 л.д. 55-59).

В ходе осмотра приемного отделения больницы, как явствует из протокола осмотра с фототаблицей к нему, изъяты предметы одежды доставленных потерпевших: куртка и две кофты К.Д.А. со сквозными повреждениями на них в виде порезов спереди с левой стороны, обильно пропитанные веществом, похожим на кровь; куртка, кофта и футболка К.Ю.Н., и куртка и кофта Ч.К.А. с такими же повреждениями и пятнами (т. 1 л.д. 60-66).

Изъятые одежда и нож осмотрены, согласно протоколу одноименного следственного действия с фототаблицей, с фиксацией щелевидности сквозных повреждений на каждом предмете одежды потерпевших и подсохших пятен бурого вещества вокруг повреждений. Кроме того, на куртке Ч.К.А. капюшон отсутствует, в месте его крепления имеется разрыв ткани и шва (т. 1 л.д. 199-209).

Как видно из заключения экспертизы, на куртке Ч.К.А., куртке, кофте и футболке К.Ю.Н., куртке и двух кофтах К.Д.А. обнаружено по одному колото-резаному повреждению, образованных предметом, имеющим острие и острую грань, каковым может быть и нож. На кофте Ч.К.А. из-за складок имеются три таких же повреждения. Они могли быть образованы клинком ножа, изъятого в квартире по месту проживания ФИО1 (т. 1 л.д. 176-182).

Осмотренные предметы одежды признаны вещественными доказательствами и приобщены к делу, что следует из постановления (т. 1 л.д. 210-212).

Судом оценена позиция подсудимого на предварительном следствии о непризнании вины и состоянии необходимой обороны в ходе избиения его прибывшими в квартиру лицами.

Так, при допросе в качестве подозреваемого (т.1 л.д.222-226) и обвиняемого (т.2 л.д. 4-7, 115-119) ФИО1 показал, что пришедшие в квартиру несколько парней в комнате, стали бить, как он понял по звукам, И.Д.А.. На кухню зашли несколько человек, кричали на него с претензиями по поводу его пребывания в квартире, ударили по лицу и телу и выталкивали. Он сказал, что уйдет сам, скрытно взял со стола кухонный нож, чтобы напугать их для прекращения избиения, оделся и вышел. Парни вышли за ним и продолжали его бить на улице. Он безуспешно успокаивал их. После полученного удара в бок решил ударить парней ножом и поочередно нанес ножевые удары в живот сначала одному, а потом сразу - другому парню. Отбежал на угол дома, за ним побежал третий парень. Тогда тоже ударил его ножом в живот. Вся компания разбежалась. Здесь же оказался И.Д.А., который затем убежал.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы ФИО1 у него по данным осмотра 5 декабря 2018 года обнаружена <данные изъяты>, образовавшаяся минимально от однократного ударного воздействия тупого твердого предмета. Повреждение не влечет кратковременного расстройства здоровья и незначительной стойкой утраты трудоспособности. Относительно происхождения повреждения он пояснил, что ударился (т. 1 л.д. 234).

В судебном заседании подсудимый объяснил противоречия в показаниях тем, что он запамятовал действительные обстоятельства происшествия, его никто не избивал, кровоподтек на лице получен им при неизвестных обстоятельствах, возможно, при падении пьяным.

При оценке приведенных показаний ФИО1 на следствии суд констатирует их непоследовательность, отсутствие конкретизации обстоятельств получения им телесного повреждения и идентифицирования им лиц, которые, по его показаниям, избивали его. Кроме того, эти показания полностью противоречат изложенным показаниям как потерпевших, так и свидетелей, и складывавшейся обстановке происшествия.

Согласно показаниям потерпевших, никто из них, а также остальные присутствовавшие на месте преступления, ни в квартире, ни на улице, каждый в отдельности или все вместе ФИО1 не били и ему не угрожали.

Так, из приведенных показаний Ч.К.А., К.Д.А. и К.Ю.Н. следует, что они выходили на улицу, не сговариваясь, сначала Ч.К.А., а затем К.Ю.Н. и К.Д.А., через промежутки времени, достаточные, как оказалось, для внезапного нападения подсудимого на каждого из них, и поочередного нанесения каждому ножевого ранения. Они также не предпринимали против подсудимого никаких агрессивных и иных действий, не угрожали, не использовали предметов и оружия. При этом, вопреки анализируемым показаниям ФИО1, молодые здоровые мужчины не оказали сопротивления нападению не только по отдельности, но и совместно, если бы они действительно все втроём или вместе со свидетелями противостояли подсудимому. Подтверждено это и тем обстоятельством, что получивший ранение Ч.К.А. убежал с места происшествия, остальные не знали о его местонахождении после ранения, а подсудимый преследовал его, и после этого вернулся на место происшествия. Более того, подсудимый после ранения потерпевших, снова стал подходить к ним и свидетелям, что подтверждено М.М.С., В.Р.И. и С.Д.А., и угрожал убийством. Об этих обстоятельствах сразу после случившегося В.Р.И. и М.М.С. рассказали свидетелю Ч.А.Д., а К.Ю.Н. и С.Д.А. - Б.П.А.. Это свидетельствует о внезапных агрессивных действиях подсудимого, и отсутствии угрозы избиения подсудимого со стороны потерпевших и иных лиц. Подтверждено это и последующим бегством всех потерпевших и свидетелей с места происшествия, преследовании их подсудимым со словесными угрозами расправы. Кроме того, как следует из показаний и потерпевших и потерпевшей А.А.Ю., и свидетелей М.М.С., Д.Е.А., ФИО1 с ножом приказал ей ехать к квартире Д.Е.А., намереваясь и далее продолжать конфликт. Эти обстоятельства признавались подсудимым и на предварительном следствии.

Показания потерпевших и свидетелей подтверждены ими на очных с ставках с подсудимым.

Таким образом, суд исходит из последовательных, непротиворечащих друг другу и иным исследованным доказательствам показаний потерпевших и свидетелей, при описанных ими обстоятельствах, и подтвержденных иными исследованными доказательствами в части, не противоречащей установленной судом. Иные показания подсудимого об обстоятельствах происшедшего противоречивы и не подтвердились доказательствами, изложенными в описательной части, по приведенным основаниям. Не подтверждено заключением судебно-медицинской экспертизы и наличие иных, кроме единственной гематомы в области лица, повреждений у подсудимого. Происхождение и давность данного повреждения не установлены. Оно не вызвало вреда здоровью. При освидетельствовании подсудимый сообщил о причине его - «ударился». Данное повреждение не находится в причинной связи с причинением им потерпевшим тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласуются показания подсудимого в суде, а также потерпевших и свидетелей и с заключениями: как судебно-медицинских экспертиз, а также с протоколами осмотров места происшествия, в ходе которых обнаружены следы вещества, похожего на кровь, изъятыми одеждой потерпевших со следами сквозных повреждений от ножа, самого ножа по месту пребывания подсудимого и иными обозначенными доказательствами.

Таким образом, подсудимый ложно показывал о множественных нанесенных ему несколькими лицами повреждениях, а затем так же ложно - об обстоятельствах причинения им ранений потерпевшим. Тем самым, истолкование обстоятельств подсудимым в течение следствия и судебного разбирательства, в части отрицания вины, было направлено на изложение версии, наиболее благоприятной для него, и, в противоречии с изложенными доказательствами, свидетельствует о таком же для него избиравшемся способе защиты. Таким образом, при анализе версии об избиении подсудимого, суд находит данное истолкование произошедшего несостоятельным и противоречащим доказательствам. Оценивая показания подсудимого в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, суд констатирует их непоследовательность и противоречивость и, с учетом заинтересованности подсудимого в исходе дела, правдивыми и достоверными признаёт его показания лишь в той части, в которой они не противоречат установленным судом обстоятельствам вмененного деяния.

Суд не усматривает также состояние необходимой обороны, поскольку это не подтверждается собранными и исследованными доказательствами, тем более, с учетом того, как подсудимый в течение короткого времени беспрепятственно с близкой дистанции ранил поочередно троих потерпевших и чему они не оказали сопротивления. Действия подсудимого после первого ранения Ч.К.А., когда он с ножом проследовал к остальным потерпевшим, свидетельствуют о его желании продолжить конфликт. Между нападением - непосредственным применением ножа - и какими либо оборонительными действиями потерпевших разрыв во времени отсутствовал. Не происходило также перехода оружия, ответного посягательства. Обстоятельств, свидетельствующих о превышении пределов необходимой обороны, судом не установлено.

Этот вывод основан на конкретных обстоятельствах дела, установленных в судебном заседании, в том числе, с учетом отсутствия в показаниях подсудимого на предварительном следствии описания того, как именно и кто конкретно угрожал и избивал его. Эти показания соответствуют и объективной обстановке происшедшего, поскольку очевидны уязвимость каждого из потерпевших, не ожидавших нападения и они не только не применили никакого насилия и предметов для нанесения повреждений подсудимому, а, напротив, допустили ранить их; деяние произошло на почве конфликта, характер примененного подсудимым насилия, целенаправленность его действий, избранный им способ причинения вреда здоровью потерпевших с использованием ножа, свидетельствуют об агрессивном, наступательном характере его действий, обусловленных внезапной неприязнью к потерпевшим и отсутствии со стороны последних посягательства, от которого необходимо было защищаться, и что подтверждается также механизмом и локализацией ранений, орудием, а также постпреступным поведением подсудимого. Посягательства на подсудимого не было, и данное обстоятельство он не мог не осознавать

Исследованные доказательства, в том числе и показания подсудимого, подтверждают, что потерпевшие вооружены не были, насилие к подсудимому не применяли и угроз не высказывали, в физической силе его не превосходили, поэтому реальная угроза посягательства, сопряженного с любой степени насилием для жизни или здоровья, отсутствовала. Непосредственно перед нанесением ножевых ранений, и ранее потерпевшие не применяли к подсудимому какого-либо физического насилия, при этом потерпевшие не отрицали того обстоятельства, что за некоторый период времени до вышеуказанного события между ними был разговор о необходимости для подсудимого покинуть чужую квартиру, он ушел, в момент причинения ножевых ранений его жизни ничего не угрожало и он мог свободно покинуть место их встречи, что и сделал после причинения указанным лицам ножевых ранений. Кроме того, обнаруженное у подсудимого телесное повреждение не могло быть причинено такими действиями потерпевших, от которых необходимо было защищаться с помощью ножа.

Изложенное приводит суд к выводу о том, что отсутствовали как общественно опасное, так и не опасное посягательство или угроза таковых, в отношении подсудимого, и которые могли быть им расценены в контексте необходимости обороны от них, а судом - в контексте превышения её пределов. Таким образом, действия подсудимого по причинению потерпевшим телесных повреждений не были обусловлены необходимостью защиты от посягательства, а совершены из чувства личной неприязни к потерпевшим, поэтому не являются необходимой обороной или превышением ее пределов в соответствии с положениями статьи 37 УК РФ.

Исследованные судом доказательства свидетельствуют об умышленном характере действий подсудимого, направленных на причинение потерпевшим тяжких телесных повреждений. Он использовал нож - орудие с высокими поражающими характеристиками, нанес проникающие удары потерпевшим в жизненно важную часть тела - живот. Характер использованного орудия, механизм, локализация и тяжесть нанесенных потерпевшим телесных повреждений указывают на то, что подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления причиненных последствий и желал их наступления, то есть на наличие у подсудимого прямого умысла на причинение тяжких телесных повреждений потерпевшим, который и был реализован в полном объеме. Дальнейшее поведение подсудимого также свидетельствует о том, что эти последствия для него не были неожиданными и не желаемыми. Приведенными доказательствами опровергаются доводы стороны защиты на предварительном следствии о состоянии обороны. Суд признает их несостоятельными. Исходя из совокупности доказательств, принятых судом во внимание, эти доводы признаются недостоверными, поскольку исследованные доказательства свидетельствуют об обратном.

Допустимость приведенных в обоснование вины доказательств сомнений не вызывает, поскольку они добыты в установленном законом порядке. Поэтому суд при оценке показаний подсудимого на предварительном следствии в части, противоречащей установленным судом обстоятельствам, отвергает.

Содеянное подлежит квалификации на общих основаниях.

Не усматривается и состояния у подсудимого аффекта, поскольку из совокупности доказательств по делу следует, что подсудимый находился в состоянии алкогольного опьянения, в момент совершения преступления и после него, как следует из показаний самого подсудимого, а также иной совокупности доказательств по делу, все его действия были последовательны, логичны, цель была доведена до конца, с места он скрылся.

Неустранимых существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности, требующих истолкования их в пользу подсудимого, судом по делу не установлено.

Сопоставив достоверные показания подсудимого с иными доказательствами, принимая во внимание соответствие указанных показаний другим доказательствам, приведенным в приговоре, отсутствие у потерпевших и свидетелей оснований для оговора, а также самооговора, суд признаёт эти показания достоверными, положив их в основу вывода о виновности.

Изложенные доказательства судом признаются достаточными для формирования вывода о виновности осужденного в совершении преступления.

Суд установил, что ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, в отношении двух и более лиц - потерпевших Ч.К.А., К.Ю.Н. и К.Д.А.. Содеянное подсудимым суд квалифицирует по п. "б" ч. 3 ст. 111 УК РФ.

Признание вины и чистосердечное раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшим, которые суд расценивает как неотъемлемую часть раскаяния, состояние здоровья подсудимого суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого.

Суд не относит к смягчающим в качестве явки с повинной первоначальные объяснения и показания подсудимого, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку оно совершено в условиях очевидности, обстоятельства деяния с полнотой и своевременностью стали известны из показаний потерпевших и свидетелей, ко времени дачи объяснения он разыскивался, а установление личности подозреваемого по указанным причинам носило только механический характер, о чем свидетельствует и задержание подсудимого на квартире по месту пребывания и препровождение в ОМВД, а фактические обстоятельства происшедшего, а равно личность подсудимого, были установлены из пояснений потерпевших и многочисленных свидетелей, явившихся очевидцами события преступления.

Проанализировав характер конфликта между подсудимым и потерпевшими, суд приходит к выводу о том, что поведение последних по отношению к ФИО1 не было противоправным или аморальным. Ими было предъявлено законное требование к пьяному подсудимому и его знакомому покинуть квартиру нуждавшейся в защите молодой женщины, и именно в связи с просьбой которой об этом потерпевшие и вошли туда. Кроме того, степень выраженности такого поведения, которое могло бы послужить поводом к совершению преступления, должна обладать достаточным цинизмом и дерзостью, чтобы спровоцировать сильное душевное волнение виновного и вызвать у него решимость совершить преступление, однако, как следует из установленных судом фактических обстоятельств дела, данных, подтверждающих подобное поведение потерпевших, не установлено. Таким образом, основания для признания наличия по делу смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ, отсутствуют.

Отягчающих обстоятельств суд не усматривает. Суд не относит к отягчающим совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, - поскольку с учетом его обстоятельств и личности виновного не усматривается прямая связь между таковым состоянием и сформировавшимися свойствами личности и преступлением.

Подсудимым совершено умышленное особо тяжкое преступление, обладающее наивысшей степенью общественной опасности, он характеризуется по месту жительства удовлетворительно, в качестве данных о личности имеются сведения о том, что на территории Белоруссии он судим и освободился по отбытии наказания в виде лишения свободы в октябре 2018 года, привлекался там же к административной ответственности, не работал, разрешенного источника дохода не имел.

Принимая во внимание указанное, характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности, отношение к деянию, влияние наказания на исправление, предупреждение совершения новых преступлений, и исходя из соразмерности наказания содеянному и принципа социальной справедливости, суд не усматривает возможность применения ст. 64 УК РФ, поскольку это противоречило бы целям наказания, и находит, что исправление подсудимого может быть достигнуто лишь при назначении наказания в условиях изоляции от общества - в виде лишения свободы и без назначения дополнительного наказания.

В связи с назначением определенного срока лишения свободы за особо тяжкое преступление применение условного осуждения и снижение категории преступления на менее тяжкую, в силу ч. 1 ст. 73 и ч. 6 ст. 15 УК РФ, судом не обсуждается.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать данное наказание подсудимому надлежит в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания подлежит исчислению со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с п. «а» ч. 3.1. ст. 72 УК РФ в срок наказания следует зачесть время предварительного содержания подсудимого под стражей по настоящему делу с 3 декабря 2018 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. В силу ч. 1 ст. 110 УПК РФ меру пресечения в виде заключения под стражу, с учетом данных о личности и исполнимости приговора, до вступления приговора в законную силу следует оставить прежнюю.

Прокурором в соответствии с ч. 3 ст. 44 УПК РФ заявлены иски в интересах государства о взыскании с подсудимого в пользу государственного учреждения - территориального фонда обязательного медицинского страхования Владимирской области о возмещении средств, затраченных на лечение потерпевших: Ч.К.А. - в размере 8726 рублей 69 копеек, К.Ю.Н. - в размере 25736 рублей 37 копеек, и К.Д.А. - в размере 17601 рубля 29 копеек.

При разрешении исков суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный и имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ч. 1 ст. 31 федерального закона "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" (Закон) расходы, осуществленные в соответствии с настоящим федеральным законом страховой медицинской организацией, на оплату оказанной медицинской помощи застрахованному лицу вследствие причинения вреда его здоровью подлежат возмещению лицом, причинившим вред здоровью застрахованного лица.

В соответствии со ст. 38 того же закона страховая медицинская организация оплачивает медицинскую помощь, оказанную застрахованным лицам в соответствии с условиями, установленными территориальной программой обязательного медицинского страхования за счет целевых средств. Согласно ст. 13 Бюджетного кодекса Российской Федерации бюджеты государственных внебюджетных фондов РФ предназначены для исполнения расходных обязательств РФ.

В соответствии со ст. 84 БК РФ предоставление из федерального бюджета межбюджетных трансферов в формах и порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, в том числе субвенций бюджетам территориальных фондов обязательного медицинского страхования на исполнение расходных обязательств субъектов РФ в связи с осуществлением органами государственной власти субъектов РФ переданных им отдельных государственных полномочий РФ, отнесено к расходным обязательствам Российской Федерации. Таким образом, территориальный фонд, реализующий государственную политику в области обязательного медицинского страхования граждан, является самостоятельным государственным некоммерческим финансово-кредитным учреждением, финансовые средства которого являются федеральной (государственной) собственностью.

Содержание требований прокурора в заявленных исках свидетельствует о том, что он предъявлен в защиту интересов государства, средства которого были затрачены на лечение потерпевших по уголовному делу.

Факт получения потерпевшими стационарного лечения за счет территориального фонда обязательного медицинского страхования Владимирской области установлен.

Вместе с тем, поскольку по делу необходимо произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданскими исками, требующие отложения судебного разбирательства, суд признает за гражданским истцом право на удовлетворение гражданских исков и полагает передать вопрос о размере их возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественные доказательства: куртку, кофту и футболку К.Ю.Н., куртку и две кофты К.Д.А., куртку и кофту Ч.К.А. - следует возвратить по принадлежности потерпевшим; нож - возвратить законному владельцу Д.Е.А., два марлевых тампона - уничтожить (т. 1 л.д. 210-212).

В ходе уголовного судопроизводства подсудимому в порядке ст. 51 УПК РФ оказана юридическая помощь защитником - адвокатом Бурдачевым С.В., которому надлежит выплатить 9900 рублей. В силу ст.ст. 131 ч. 1 и 132 ч.ч. 1, 2 и 4 УПК РФ, поскольку подсудимый трудоспособен и от услуг защитника не отказывался, процессуальные издержки в размере 3600 рублей подлежат взысканию с него, остальные - отнесению за счет федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания подлежит исчислению со дня вступления приговора в законную силу. В срок наказания следует зачесть время предварительного содержания подсудимого под стражей по настоящему делу с 3 декабря 2018 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 - заключение под стражу - оставить прежнюю.

Признать за гражданским истцом - территориальным фондом обязательного медицинского страхования Владимирской области - право на удовлетворение гражданских исков к подсудимому ФИО1 о возмещении средств, затраченных на лечение потерпевших Ч.К.А., К.Ю.Н. и К.Д.А., и передать вопрос о размере возмещения гражданских исков для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Процессуальные издержки, выплаченные защитнику - адвокату Бурдачеву С.В за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве по назначению, взыскать с ФИО1 в размере 3600 рублей, остальные - отнести за счет федерального бюджета.

Вещественные доказательства - куртку, кофту и футболку К.Ю.Н., куртку и две кофты К.Д.А., куртку и кофту Ч.К.А. - следует возвратить по принадлежности потерпевшим; нож - возвратить законному владельцу Д.Е.А., два марлевых тампона - уничтожить

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Юрьев-Польский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня вручения копии приговора. Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представлениях, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий подпись Н.П. Антонова