Апелляционное постановление № 22-0213/2020 22-213/2020 от 2 февраля 2020 г. по делу № 1-265/2019

Судья – Беляева О.А. Дело №22 – 0213/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

3 февраля 2020 года город Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Богрова М.Н.

при секретаре Ивановой А.А.

с участием прокурора Комаря Е.Н.,

представителя потерпевшего Ц. - адвоката Гутника С.А.,

осуждённого Е., участвующего путём использования видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Загороднова А.В.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе Е. на приговор Октябрьского районного суда г. Архангельска от 3 декабря 2019 года, которым

Е., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, судимый

8 февраля 2006 года Октябрьским районным судом г.Архангельска по ч.1 ст.30, п. «г» ч.3 ст. 228.1, ч.1 ст. 228, ч.3 ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы, освобождённый 4 февраля 2011 года по отбытии срока наказания,

осуждён по п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Е. признан виновным в том, что 18 ноября 2017 года в период с 3 часов до 3 часов 43 минут находясь на лестничной площадке третьего этажа подъезда № <адрес>, в ходе конфликта с Ц, возникшего на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения физической боли и телесных повреждений последнему, умышленно, используя в качестве орудия преступления металлический предмет, нанёс один удар по лицу Ц, причинив ему вред здоровью средней тяжести.

Заслушав доклад судьи Богрова М.Н., изложившего обстоятельства дела, содержание приговора, доводы апелляционной жалобы осуждённого, возражения на жалобу, поступившие от представителя потерпевшего и государственного обвинителя, объяснение осуждённого Е. и выступление адвоката Загороднова А.В. об отмене приговора, мнение представителя потерпевшего адвоката Гутника С.А. и прокурора Комаря Е.Н. о законности приговора, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осуждённый Е. считает приговор незаконным, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Полагает, отец Ц как высокопоставленный сотрудник полиции оказывал давление на следствие. На свидетеля Г воздействовали, чтобы он изменил показания. Обращает внимание, что экспертиза по телесным повреждениям Ц проведена по истечении значительного периода времени после происшествия. По его мнению, суд необоснованно отказал в удовлетворении его (Е) ходатайства о допросе соседки. Суд не дал оценки тому, что неприкосновенность жилища гарантирована государством, а напавшие на него лица пытались проникнуть в его жилище. Считает решение суда предвзятым и подлежащим отмене, так как суд принял решение по делу при наличии неотменённого постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенного в июне 2018 года. Просит приговор отменить.

В письменных возражениях представитель потерпевшего Ц- адвокат ФИО113 с апелляционной жалобой Е. не согласен. Указывает, что на органы предварительного следствия никто давление не оказывал. Потерпевший и его защитник не лишены были возможности привести в суд любого свидетеля, но они этого не сделали. Суд правильно установил, что Е. не находился в состоянии необходимой обороны, угрозу для его жизни и здоровья Ц не представлял. Данных о том, что правоохранительными органами проводилась проверка по указанным Е. фактам, в материалах дела не имеется. Проведённые по делу экспертизы соответствуют требованиям закона. Просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу осуждённого без удовлетворения.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Беляева Т.А. считает приговор законным и обоснованным, а апелляционную жалобу осуждённого не подлежащей удовлетворению.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в возражениях на жалобу, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене по основанию, предусмотренному п.1 ст. 389.15 УПК РФ в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.

Согласно положениям ст.14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу.

Данные требования закона судом первой инстанции при вынесении приговора в отношении Е. не выполнены в полном объёме.

Допрошенный в качестве потерпевшего Ц в судебном заседании показал, что 18 ноября 2017 года около 3 часов он со знакомыми находился в гостях у П в <адрес>.57 по <адрес>, там пили спиртное, слушали музыку. Потом он с Н и Г вышли покурить на балкон. В это время Е с балкона верхнего этажа сделал им замечание в грубой форме по поводу шума и громкой музыки. Он (Ц) предложил Н и Г пойти к Е и поговорить с ним. Поднявшись на верхний этаж он (Ц) стучал в дверь квартиры Е и говорил: «Мужик, выходи, поговорим». Н и Г также стучали в дверь этой квартиры. Предметов у них в руках не было. В это время из соседней квартиры вышел мужчина и спросил: «Что вы стучите». С ним возникла перепалка. Он (Ц) случайно задел этого мужчину рукой по лицу и тот ушел домой. После этого из своей квартиры выбежал Е и ударил его (Ц) в подбородок металлическим предметом. Он (Ц) упал. Е хотел ещё раз ударить его, но Н закрыл его своей рукой. Потом Е ушёл домой. Он (Ц) ушёл в квартиру П, откуда была вызвана скорая помощь.

Свидетель Г и Н в судебном заседании дали показания такие же, как и Ц

По ходатайству сторон судом в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ были исследованы показания потерпевшего Ц, свидетелей Г и Н, данные ими на предварительном следствии.

Так, Ц при допросе в качестве потерпевшего от ДД.ММ.ГГГГ показал, что ДД.ММ.ГГГГ с Г и Н находился в квартире П. Когда курили на балконе, услышали, что на верхнем этаже ругается мужчина, но на кого было непонятно. Позже они пошли в магазин за сигаретами, а когда возвращались из магазина решили пройти по подъезду, посмотреть кто ругается и не нужна ли кому помощь. Они с первого этажа поднялись до пятого, а когда спускались, на одной из лестничных площадок открылась дверь квартиры, оттуда вышел мужчина, конфликтов с которым не было, и металлическим предметов ударил его (Ц) в нижнюю челюсть, отчего он упал. Потом этот мужчина ударил по руке Н (т. 1 л.д. 121).

Г при допросе в качестве свидетеля 28 мая 2018 года показал, что в ноябре 2017 года он с Ц и Н были в гостях у П. Когда они курили на балконе, слышали сверху шум и крики. Потом они пошли за сигаретами, а когда возвращались в квартиру решили пройти по подъезду и выяснить нужна ли кому их помощь. Они поднялись до пятого этажа. На лестничной площадке третьего этажа из квартиры вышел мужчина и стал махать палкой. Один из ударов попал в лицо Ц и тот упал на лестничную площадку. Позже вызвали сотрудников полиции и он (Г) рассказал им о произошедшем (т.1 л.д.191-192).

Н при допросе в качестве свидетеля 9 июня 2018 года показал, что в ночь на 18 ноября 2017 года со знакомыми находился в гостях у П. Он пил пиво. Ц и Г выпили на двоих бутылку виски объёмом 0,7 литра. Потом он увидел, что Ц и Г пошли на лестничную площадку третьего этажа. Он пошёл за ними. Видел, как Ц стучал кулаком в дверь <адрес> кричал: «Выходи, поговорим». Потом дверь открылась, из квартиры на лестничную площадку вышел мужчина с арматурой в руках, которой ударил Ц по голове. Он (Н) стоял недалеко и подбежал на помощь Ц. Тогда мужчина нанес удар арматурой ему (Н) в голову, но он успел поставить руку и удар попал в руку. Мужчина ушёл (т.1 л.д. 203-204).

Допрошенные в качестве свидетелей Ц, является отцом потерпевшего, а П, К, З (П) А.А. знакомые потерпевшего. Подробности происшествия им известны со слов Ц, Г, Н

Свидетель Б в судебном заседании показала, что проживает в <адрес>. 57 по <адрес>. В ноябре 2017 года около 3 часов ночи услышала грохот в подъезде, вышла из квартиры посмотреть, что происходит. С четвертого этажа она спустилась на третий, увидела на лестничной площадке трёх молодых людей, которые стучали в дверь квартиры Е, сказали, что их избили. У Е конфликтов с соседями нет, а на втором этаже постоянно «пьянки» и шум. Этих мужчин она не рассматривала и не видела у них посторонних предметов.

Из показаний свидетеля Б на предварительном следствии, исследованных по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ, следует, что она видела, как на лестничной площадке третьего этажа в дверь стучал мужчина с раной на лице, кричал: «Открой дверь» (т.1 л.д. 194-195).

Согласно карты скорой медицинской помощи, по вызову, поступившему 18 ноября 2017 года в 3 часа 43 минуты, врачи проследовали по адресу: <адрес>. В квартире осмотрели Ц, установили, что он находится в состоянии алкогольного опьянения, у него была рана подбородка (т.2 л.д.10-11).

В судебном заседании были исследованы заключения судебно-медицинских экспертов № и №, установивших наличие у Ц тупой травмы лица, которая влечёт за собой расстройство здоровья, продолжительностью свыше трёх недель и оценивается как вред здоровью средней тяжести (т.2 л.д. 15-18, 28-33).

Подсудимый Е в судебном заседании показал, что в ноябре 2017 года молодые люди на нижнем этаже шумели до 3 часов. Он не мог уснуть. Вышел на свой балкон и находившимся ниже на балконе Ц, Г и девушке сделал замечание по поводу шума. Ц сказал: «Выходи, поговорим». В его квартире наружная входная дверь металлическая, а за ней внутренняя деревянная. Пока он одевался, услышал стук в металлическую дверь. Когда открыл эту дверь, Ц одной ногой вошёл в его (Е) квартиру, стал бить палкой по голове, отчего он (Е) испытывал физическую боль, пытался защищаться руками. Ц ударил его палкой два раза по голове и четыре по рукам. Ему (Е) удалось вытолкнуть Ц из своей квартиры. От толчка Ц оступился, ударился о металлическую дверь и упал. Молодые люди были агрессивны, стали избивать его руками. Металлическую дверь он (Е) закрыть не мог, так как её снаружи держал Г. Тогда он (Е) закрыл внутреннюю деревянную дверь, в которую стали сильно пинать и она могла вылететь. Через несколько минут после этого он услышал, как на лестничную площадку вышел сосед. Он (Е) взял монтировку, открыл деревянную дверь, увидел, что Ц замахнулся на него палкой, ударил монтировкой по палке, отчего палка отскочила в подъезд. Потом он ударил два раза монтировкой по руке Г, чтобы тот отпустил наружную металлическую дверь. Когда дверь отпустили, он (Е) закрыл дверь, но молодые люди продолжили в неё пинать. Утром он сообщил о произошедшем в полицию. Сотрудники полиции видели у него на руках повреждения, которые ему причинил Ц, ударяя палкой.

По ходатайству государственного обвинителя судом в порядке п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ были исследованы показания подсудимого Е., которые он давал на предварительном следствии.

Так, при допросе в качестве подозреваемого от 15 мая 2018 года Е. показал, что в ночь на 18 ноября 2017 года он со своего балкона сделал замечание находившимся на балконе нижнего этажа молодым людям из <адрес> по поводу шума в ночное время. Ему ответили: «Выходи, поговорим». Он стал одеваться и услышал стук в наружную металлическую дверь, когда её открыл, увидел двух молодых людей, один из них был с палкой. Ему (Е) сразу же нанесли не менее четырёх ударов по голове, отчего он испытывал физическую боль. От ударов он закрывался руками. В его квартиру эти молодые люди войти не смогли, так как ему удалось закрыть внутреннюю деревянную дверь. Они продолжили стучать в дверь и ломиться в квартиру. Он, опасаясь за свою жизнь и сохранность имущества, взял монтировку, открыл деревянную дверь и ударил по палке, находившейся в руках молодого человека, отчего палка вылетела у него из рук назад, а молодой человек упал на лестничную площадку. Потом он (Е) два раза ударил монтировкой парня, который тянул на себя металлическую дверь его квартиры, и когда тот отпустил, он (Е) закрыл дверь. Указал, что происходящее могли наблюдать соседи. Ранее у него ни с кем в подъезде конфликтов не было (т.1 л.д. 230-233).

При допросе в качестве подозреваемого от 25 мая 2018 года Е. уточнил время происшествия, а именно 3 часа ночи 18 ноября 2017 года, а также конкретизировал действия лиц, которые пытались проникнуть в его квартиру. Указал, что после открытия им двери на него посыпались удары. Перед дверью стояли двое мужчин, у одного из них была палка. Один мужчина удерживал металлическую дверь рукой, а второй палкой наносил ему (Е) удары по голове и поставил ногу между внутренней дверью и косяком, не давал закрыть дверь, пытался протиснуться в квартиру. Ударов палкой было не менее шести: первый удар по голове с левой стороны, не менее четырёх ударов по рукам, которыми он закрывался, один удар в теменную часть головы, отчего он испытывал физическую боль. Он (Е) вытолкнул мужчину с палкой, поэтому удалось закрыть деревянную дверь. Молодые люди были в состоянии алкогольного опьянения, настроены агрессивно, высказывали в его адрес угрозы, пытались ворваться в его квартиру, пинали дверь, которая не была прочной. Он (Е) испугался за свою жизнь, взял монтировку, открыл деревянную дверь, увидел, как парень замахивается на него палкой для нанесения удара, с целью самозащиты ударил его по палке и она у него выпала из рук. Парень попятился назад, и оступившись упал на лестничную площадку. Затем он (Е) ударил два раза монтировкой по руке парня, который удерживал металлическую дверь и когда тот отпустил её, он (Е) закрыл дверь. Умышленно в лицо он ударов не наносил. Обращает внимание, что после того, как молодые люди пинали в двери его квартиры, металлическая дверь согнулась, её пришлось разгибать, чтобы закрыть. Внутренняя деревянная дверь имеет повреждения в области замка, его крепление сильно расшатано (т.1 л.д. 240-244).

При допросе в качестве подозреваемого от 29 августа 2018 года Е. дал такие же показания, как и при допросе от 15 мая 2018 года, уточнив, что именно Ц наносил ему удары палкой и пытался проникнуть в его квартиру, в то время как Г удерживал входную дверь его (Е) квартиры и не давал её закрыть. Указал, что происходящее мог видеть сосед Г и соседка из <адрес>, которая потребовала, чтобы молодые люди прекратили шуметь и разошлись (т.2 л.д. 4-8).

На очной ставке с Ц 15 июня 2018 года подозреваемый Е. подтвердил свои показания о совершении Ц и Г в отношении него противоправных действий, рассказал о своих действиях, которые предпринял в целях самообороны (т.2 л.д.43-47).

Свидетель Г в судебном заседании показал, что проживал в <адрес>. 57 по <адрес>. В ноябре 2017 года в ночное время, когда находился у себя в квартире, услышал шум, вышел на лестничную площадку. Там он увидел двух или трёх молодых людей, один из которых палкой стучал в дверь квартиры Е. Он (Г) спросил, почему они стучат. Мужчина с палкой нанёс ему два удара. От первого удара он увернулся, а второй удар палкой попал ему (Г) в щёку, отчего он испытывал физическую боль. Дверь квартиры Е была открыта, её удерживали молодые люди. За дверью шла борьба, но молодым людям не удалось попасть в квартиру. Потом увидел, как молодой человек упал. Он (Г) предположил, что тот упал, ударившись о стену, когда широко распахнулась дверь квартиры Е. Этого молодого человека увели друзья. О случившемся он сообщил в полицию. У Е с соседями конфликтов нет.

Представителем потерпевшего было заявлено ходатайство об оглашении показаний свидетеля Г на предварительном следствии в связи с существенными противоречиями с показаниями, которые свидетель дал в судебном заседании. Суд обоснованно отказал в удовлетворении этого ходатайства так показания свидетеля в судебном заседании и на предварительном следствии противоречий не имеют.

В судебное заседание был приглашён в качестве свидетеля К инспектор ППС ОБ ППСП УМВД России по <адрес>, который в связи с давностью событий не смог вспомнить вызов 2017 года в <адрес>.

По ходатайству государственного обвинителя на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ были исследованы показания К на предварительном следствии, который свидетель подтвердил. Согласно этим показаниям К 18 ноября 2017 года находился на службе. От дежурного поступило сообщение о необходимости проследовать в <адрес>. 57 по <адрес> прибыл по указанному адресу в 4 часа 47 минут, находившийся в квартире Г сообщил, что отдыхал с друзьями в <адрес>. Когда Г, Ц и Н вышли на балкон покурить сосед сверху из <адрес> балкона предложил им познакомиться и выпить. Они поднялись на этаж и постучали к нему в квартиру. Сосед вышел с палкой и стал ей размахивать, а затем вышел с куском арматуры и нанёс несколько ударов Ц по лицу и удар Н по руке. Потом сосед ушёл к себе в <адрес>, а они спустились в <адрес>. После этого вызвали скорую помощь и полицию. Рука Н была перебинтована, а на лице Ц в районе челюсти был наклеен пластырь. Он (К) прошёл в <адрес>, дверь открыл мужчина, представился Е, на его руках были видимые телесные повреждения (т.1 л.д. 221-222).

В ходе осмотра места происшествия установлено, что железная дверь <адрес>, где проживает Е., имеет повреждения в виде деформации в районе замка, которая не позволяет плотно прикрыть дверь к дверной раме, также повреждения в районе запорного устройства имеет внутренняя деревянная дверь. Е. пояснил, что двери повреждены в результате действий Ц, связанных с попыткой проникнуть в квартиру и причинить ему (Е) вред (т.1 л.д. 89-92, т.2 л.д. 63-70).

Препятствий для рассмотрения дела судом не имелось, так как постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, на которые в жалобе ссылается Е., отменены, что подтверждается материалами дела.

Оценив доказательства по делу, суд первой инстанции пришёл к выводу, что в то время, когда Ц стучал в дверь квартиры Е., последний вышел из квартиры и нанёс удар арматурой Ц При этом Е. в состоянии необходимой обороны не находился, поскольку непосредственно перед нанесением удара потерпевшему был у себя дома за закрытой дверью, препятствий для вызова полиции не было, открывать дверь его никто не принуждал, угрозы его жизни и здоровью не было. Никто из допрошенных лиц о применении палки в отношении подсудимого либо об угрозе её применения не заявлял, палка не обнаружена. Уголовное дело по заявлению Е. о привлечении к уголовной ответственности лица, причинившего ему телесные повреждения в ночь на 18 ноября 2017 года, не возбуждалось. Наличие телесных повреждений на руках подсудимого, которые видел свидетель К, не свидетельствует, что они были причинены Ц Механические повреждения дверей квартиры подсудимого, отражённые в протоколе осмотра места происшествия, зафиксированы спустя несколько месяцев после произошедшего, давность и источник их происхождения достоверно не установлены. Действия Е. суд квалифицировал по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью Ц

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции согласиться не может, поскольку они противоречат разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года № «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», согласно которым

положения статьи 37 УК РФ в равной мере распространяются на всех лиц, находящихся в пределах действия Уголовного кодекса Российской Федерации, независимо от того, причинён ли лицом вред при защите своих прав или прав других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти;

необходимая оборона может быть признана правомерной независимо от того, привлечено ли посягавшее лицо к уголовной ответственности;

при защите от общественно опасного посягательства, сопряжённого с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (часть 1 статьи 37 УК РФ), а также в случаях, предусмотренных частью 2.1 статьи 37 УК РФ, обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объёму вред посягающему лицу.

Кроме того, суд первой инстанции неправильно установил фактические обстоятельства дела, не учёл обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, изложенные в приговоре, а именно то, что инициатором конфликта с подсудимым был Ц, который первым напал на Е., находившегося у себя в квартире, наносил ему удары палкой и причинил телесные повреждения.

Суд в приговоре не указал, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Так, в основу обвинительного приговора положены показания потерпевшего Ц, свидетелей Г и Н, данные ими в судебном заседании, которые противоречат показаниям на предварительном следствии Ц от 14 мая 2018 года, показаниям Г от 28 мая 2018 года.

Суд не принял во внимание, что в ходе предварительного следствия Ц, Г и Н меняли свои показания, выдвигали различные версии событий. Первая версия - Е. позвал их к себе домой выпить спиртное, а когда они подошли к двери, тот вышел из квартиры и нанёс удар Ц Вторая версия- когда они услышали с балкона крики, то стали осматривать подъезд с первого по пятый этаж, чтобы узнать не нужна ли кому помощь. В это время Е. вышел из квартиры и беспричинно нанёс удар предметом в лицо Ц Третья версия- они пошли к Е. в квартиру, чтобы поговорить по поводу сделанного им замечания, а когда Ц постучал в дверь квартиры Е., последний вышел и ударил металлическим предметом в лицо Ц

Следует обратить внимание, что показания допрошенных в качестве свидетелей Ц, П, К, З производны от показаний Ц, Г, Н, которые являются одной из сторон спровоцированного ими конфликта и заинтересованы в исходе дела. Поэтому их показания подлежали проверке путём сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, и оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, что судом первой инстанции не было сделано.

Судебная коллегия, проверяя и оценивая по правилам ст.ст. 87,88 УПК РФ показания потерпевшего, свидетелей и подсудимого, данные ими на предварительном следствии и в судебном заседании, сопоставляя их с другими доказательствами, приходит к следующему.

Показания Е. о том, что он 18 ноября 2017 года около 3 часов молодым людям из <адрес> сделал замечание по поводу громкого шума в ночное время, и эти молодые люди, среди которых был Ц, пришли на лестничную площадку к его квартире, стучали в дверь, требуя его (Е) выйти, подтвердили Ц, Г и Н Наличие в руках Ц деревянной палки подтвердил Г, которому Ц этой палкой так же, как и подсудимому Е., наносил удары в голову. От ударов Е. защищался руками. Телесные повреждения на руках Е. видел сотрудник полиции К, прибывший на место происшествия. Показания Е. о том, что молодые люди, пришедшие с Ц, не давали ему закрыть наружную металлическую дверь, пытались проникнуть в квартиру, подтвердил Г Факт выбивания Ц замка внутренней деревянной двери, о чём указал Е., подтверждается протоколом осмотра места происшествия, согласно которому данная дверь имеет повреждения. О нанесении подсудимым только одного удара Ц подтвердил последний. После того, как Е. удалось закрыть перед Ц наружную металлическую дверь, тот продолжил стучать в эту дверь, требуя Е. выйти из квартиры, подтверждается показаниями Б

Показания названных лиц на предварительном следствии и в судебном заседании в вышеприведённой части, в которой они согласуются между собой, а также со сведениями, полученными из протоколов следственных действий, судебная коллегия признаёт относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Таким образом, показания Е. на предварительном следствии и в судебном заседании не имеют существенных противоречий относительно указанных им противоправных действий Ц, подтверждаются совокупностью доказательств и стороной обвинения не опровергнуты.

Оснований сомневаться в достоверности показаний свидетеля Г не имеется, поскольку он не являлся одной из сторон конфликта, с Ц ранее не знаком, мотивов для оговора у него нет.

Показания Ц, Г, Н о том, что Е. первым и беспричинно напал на Ц, судебная коллегия признаёт недостоверными, поскольку они опровергаются совокупностью проанализированных выше доказательств.

То обстоятельство, что свидетель Б не видела в руках Ц палку, объясняется тем, что она наблюдала за происходящим уже после того, как Е. выбил из рук Ц палку, которая отлетела в подъезд. Поэтому при ней (Б) Ц стучал в дверь квартиры Е. уже без палки.

На основании совокупности доказательств, признанных судебной коллегией достоверными, установлены фактические обстоятельства дела, а именно то, что Е. правомерно сделал замечание Ц и его знакомым по поводу громкого шума в квартире в ночное время, мешавшего отдыхать соседям. В ответ Ц потребовал, чтобы Е. вышел для разговора, подошёл с двумя своими знакомыми к квартире Е., стал стучать в дверь. Когда Е. открыл наружную металлическую дверь своей квартиры, Ц напал на него и стал наносить удары палкой, пытался проникнуть в его квартиру. Наружную дверь своей квартиры Е. закрыть не мог, так как ему препятствовали пришедшие с Ц молодые люди, удерживавшие дверь в открытом положении, но ему удалось вытолкнуть Ц, закрыть перед ним внутреннюю деревянную дверь. Ц продолжил посягательство, стал выбивать замок этой двери. В данной ситуации, исходя из того, что всё происходит в жилом доме в ночное время, Ц был с двумя молодыми людьми, вёл себя агрессивно, напал неожиданно на Е., находившегося у себя в квартире, пытался проникнуть в его жилище, применяя при этом насилие опасное для жизни и здоровья, а также предмет в качестве оружия, нанося удары палкой Е. в голову, от которых он защищался руками, у Е. были реальные основания опасаться за свою жизнь и здоровье, он был испуган, понимал, что не сможет долго скрываться за деревянной дверью, замок которой не выдержит ударов. Для отражения нападения Е. взял металлический предмет (монтировку), открыл внутреннюю дверь, увидел, что Ц замахивается на него палкой, ударил один раз монтировкой по палке в сторону Ц при этом попал ему в лицо, отчего Ц отошёл от дверей и упал на лестничную площадку. После этого Е., чтобы закрыть наружную дверь, которую удерживал молодой человек, ударил его по рукам. Когда тот отпустил дверь, Е её закрыл на замок и после этого из квартиры на лестничную площадку не выходил, несмотря на то, что Ц продолжил стучать в дверь и требовать, чтобы Е. вышел. О случившемся Е. сообщил в органы полиции.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу, что Е. находился в состоянии необходимой обороны, защищался от посягательства, опасного для его жизни и здоровья, поэтому причинение им нападавшему Ц вреда здоровью средней тяжести, в силу ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением.

Пределов необходимой обороны Е. не превысил.

Согласно ст. 389.21 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор или иное решение суда первой инстанции и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных статьями 24, 25, 27 и 28 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что постановленный в отношении Е. приговор не может быть признан законным и обоснованным, а потому подлежит отмене с прекращением производства по уголовному делу в отношении Е. на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ.

В связи с прекращением уголовного дела ввиду отсутствия в действиях Е. состава уголовно наказуемого деяния, он имеет право на реабилитацию в соответствии со ст. 133, 134 УПК РФ.

Мера пресечения Е. в виде заключения под стражей подлежит отмене.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а:

Приговор Октябрьского районного суда г.Архангельска от 3 декабря 2019 года в отношении Е. отменить, уголовное дело в отношении Е. прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - за отсутствием в деянии состава преступления.

Признать за Е. право на реабилитацию.

Меру пресечения Е. в виде заключения под стражей - отменить.

Освободить Е. из-под стражи.

Председательствующий М.Н.Богров