Апелляционное постановление № 22-8984/2025 от 16 октября 2025 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №...

Дело №... Судья М АС


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 17.10.2025 г.

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Ц НГ,

при ведении протокола помощником судьи Ш ПО,

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга П ДН,

осужденного Г ИА,

его защитника – адвоката В ИЮ,

потерпевшего Потерпевший №1

рассмотрела в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению помощника прокурора <адрес> Санкт-Петербурга М ЛВ на приговор Невского районного суда <адрес> от <дата>, которым

Г ИА, <дата> года рождения, уроженец <...>, ранее несудимый,

осужден

по ч. 1 ст. 112 УК РФ, к наказанию в виде ограничения свободы на срок один год, с установлением ограничений в виде запрета выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать, и не изменять места жительства, места пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться на регистрацию в данный орган один раз в месяц.

в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 2 ч. 5 ст. 302 УПК РФ Г ИА освобожден от отбывания назначенного наказания в связи с истечением сроков.

гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 оставлен без рассмотрения, с разъяснением права обращения с данным иском в порядке гражданского судопроизводства.

Заслушав доклад судьи Ц НГ, выслушав мнения потерпевшего Потерпевший №1 и прокурора П ДН поддержавших доводы апелляционного представления, осужденного Г ИА и адвоката В АЮ, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> Г ИА осужден за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Обстоятельства совершенного преступления подробно изложены в приговоре суда.

В апелляционной представлении помощник прокурора <адрес> Санкт-Петербурга М ЛВ просит приговор изменить.

В обоснование заявленных требований указывает, что суд по результатам рассмотрения уголовного дела необоснованно переквалифицировал действия Г ИА с п.п. «д, з» ч. 2 ст. 112 УК РФ на ч. 1 ст. 112 УК РФ. Отмечает, что место совершения преступления, расположенное у жилого дома, является общественным местом, где на постоянной основе осуществляется движение автомобилей и перемещение граждан, в том числе и проживающих в указанном доме. Согласно показаниям свидетеля Свидетель №1 и осужденного Г ИА, они <дата> по указанному адресу ожидали в автомобиле Г ИА общего друга, соответственно Г ИА видя окружающую обстановку, осознавал, что находится в общественном месте, где присутствуют иные граждане. Однако, Г ИА увидев конфликт между потерпевшим Потерпевший №1 и свидетелем Свидетель №1, понимая и осознавая, что находится у жилого дома, где на постоянной основе осуществляется движение автомобилей и перемещение граждан, не являясь участником конфликта между потерпевшим Потерпевший №1 и свидетелем Свидетель №1, не разобравшись мирным способом в обстоятельствах происходившего между потерпевшим и свидетелем, выражая явное неуважение к обществу и общепринятым нормам морали, в нарушение общественного порядка, противопоставил себя окружающим, продемонстрировал пренебрежительное к ним отношение, цинично подбежал со спины к потерпевшему, что подтверждается просмотренной в судебном заседании видеозаписью и применил насилие в отношении потерпевшего, от которого последний упал на землю.

Обращает внимание, что вопреки доводам суда о том, что зачинщиком ссоры явился потерпевший Потерпевший №1, а его противоправное поведение в отношении свидетеля Свидетель №1 послужило поводом применения Г ИА насилия к потерпевшему, что не является, по мнению суда, малозначительным поводом совершения преступления, а общественное место не является достаточным для квалификации действий Г ИА из хулиганских побуждений, следует отметить, что к конфликту между потерпевшим и свидетелем, Г ИА отношения не имел, участником его не являлся, какого-либо негативного и противоправного поведения со стороны потерпевшего в адрес Г ИА направлено не было, то есть по сути Г ИА в данном конфликте был третьей стороной, наблюдателем, и мог избежать применения насилия со своей стороны мирным способом или обращением по телефону в правоохранительные органы на действия потерпевшего, а также в связи с тем, что конфликт происходил в общественном месте. Однако, несмотря на то, что зачинщиком ссоры, к Г ИА не имеющей отношение, явился потерпевший Потерпевший №1, Г ИА, осознавая, что находится в общественном месте, избрал иной путь разрешения конфликта, к которому отношения не имел, и подбежав со спины к потерпевшему Потерпевший №1, который его даже не видел и ранее не знал, применил к последнему насилие, причинив вред здоровью средней тяжести. С учетом совокупности факторов и обстоятельств произошедшего несмотря на то, что конфликт между свидетелем и потерпевшим начался из-за противоправного поведения последнего, автор представления считает, что действия Г ИА по применению насилия в данном случае были совершены из хулиганских побуждений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит приговор суда, постановленный как обвинительный, законным и обоснованным.

Выводы суда о доказанности вины осужденного Г ИА в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на проверенных в судебном заседании материалах дела и подтверждены изложенными в приговоре доказательствами, объективно и непосредственно исследованными в судебном заседании на основе состязательности сторон.

Так вина осужденного подтверждается:

Показаниями потерпевшего Потерпевший №1, из которых следует, что <дата> около <...> он приехал на принадлежащем ему автомобиле «<...>» с регистрационными номерами №... регион, серого цвета, к дому своего проживания по <адрес>. Желая заехать во двор дома для разгрузки вещей, он увидел преграждающий ему проезд автомобиль <...> серебристого цвета, за рулем которого никого не было. Он посигналил, давая понять водителю указанного транспортного средства, что нужно освободить ему проезд. В ответ, на его сигнал, пассажир на заднем пассажирском сиденье <...> открыл окно и выразился в его адрес грубой нецензурной бранью, сказав ждать водителя. Он подождал, некоторое время, еще раз посигналил и увидел, как по направлению к автомобилю <...> серебристого цвета идет Свидетель №1, который вышел из припаркованного в стороне автомобиля <...>) темного цвета. Он стал выражать претензии Свидетель №1. по факту неправильной парковки, на что тот выразился в его адрес грубой нецензурной бранью. Он (Потерпевший №1) вышел из своей машины и направился к Свидетель №1 В этот момент он почувствовал сильный, жесткий удар в правую область лица, который пришелся в область его правой щеки и верхней губы, нанесенный ему сзади подсудимым, которого он не видел. От сильного удара он сразу же потерял сознание, а очнулся в машине скорой помощи.

Показаниями свидетеля Свидетель №1, из которых следует, что <дата> около <...> он подъехал на принадлежащем ему автомобиле <...> с регистрационными знаками №... регион, серого цвета, к дому <адрес>, припарковал машину чуть дальше поворота на пандус, убедившись, что его автомобиль никому не затрудняет проезд, что автомобили могут проехать, после чего проследовал в машину к подсудимому, сел на переднее пассажирское сиденье, где они вместе ожидали общего знакомого В. В его машине оставался его знакомый И., который сидел на переднем пассажирском сиденье его машины. Через некоторое время он увидел в зеркало заднего вида, что рядом с его машиной остановилась другая - с потерпевшим за рулем, и что между Потерпевший №1 и И. происходит какой-то разговор, после чего И. попросил подойти к машине. Выйдя из автомобиля подсудимого, он проследовал к своему автомобилю, Потерпевший №1, сидя на водительском сиденье своей машины, через открытое окно начал выражаться ненормативной лексикой в его адрес, высказывая недовольство в грубой форме, по факту припарки. Он предложил потерпевшему, убрать машину, также он сказал Потерпевший №1, что до этого проезжали машины и более габаритные и никому его машина не мешала. На это потерпевший неоднократно сказал в нецензурной и грубой форме, что сейчас припаркует машину и «набьет ему лицо», что он воспринял это как угрозу для его здоровья. Поняв, что разговор ничем не закончится, он сказал потерпевшему «ехать туда, куда ехал». Потерпевший №1, вышел из машины, решительно и молча подошел к нему, и нанес несколько ударов кулаками обоих рук в область лица, он, защищая себя от ударов, закрыл лицо руками, на что удары приходились и в лицо и по рукам, оттолкнул от себя потерпевшего. Подняв голову в этот момент он увидел, что сзади Потерпевший №1 подошел Г ИА и нанес потерпевшему один удар кулаком правой руки в область головы справа, от которого потерпевший упал, ударившись затылком о каменный бордюр. Подсудимый поднимал Потерпевший №1 ноги вверх, а он подложил тому под голову что-то мягкое, пытаясь привести того в чувства, и в это время кто-то вызвал скорую помощь. В течении этого времени Потерпевший №1 пришел в сознание и пытался встать, они это пресекли, так как понимали, что тот может ухудшить свое физическое состояние и с учетом травмы головы он понимал, что вставать тому нельзя. На его вопросы потерпевший пояснил, что того зовут А., а родственников у него дома нет. Он видел у М АЮ травму на затылке и в области губы шла кровь. Когда приехала машина скорой помощи, они с Игнатом помогали загрузить пострадавшего в машину скорой помощи. Когда потерпевшего увезли в больницу, он убедился, что все вещи были помещены в автомобиль пострадавшего, что бы у него ничего не пропало. После произошедшего проходивший мимо мужчина сел за руль автомобиля Потерпевший №1 и спокойно проехал мимо его машины, припарковался неподалеку, освободив место для проезда машин и скорой помощи, то есть мимо его машины можно было проехать. В медицинское учреждение по поводу нанесенных ему повреждений он не обращался, считает, что у него от ударов было сотрясение головного мозга и гематомы в области лица. Охарактеризовал подсудимого с положительной стороны, указав, что Г ИА не один год занимается боксом и имеет хорошо поставленный удар, ввиду чего мог отправить потерпевшего в нокаут.

Показаниями эксперта Н ВО, из которых следует, что она выводы указанные в заключениях экспертиз подтвердила и пояснила, что установленные у Потерпевший №1 раны теменно-височной области и области губы (являющиеся точками приложения травмирующей силы) располагаются в одной анатомической области – области головы, ушиб головного мозга мог возникнуть как от любого из ударов в область головы, так и от их совокупности. Повреждения в области головы не могут быть расценены по отдельности.

Указанные и иные положенные в основу приговора доказательства, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре в том числе:

В соответствии с выводами эксперта в заключениях №№... от <дата>, №... от <дата>, №... от <дата>, №... от <дата> (дополнительные к №... от <дата>) у Потерпевший №1 установлена закрытая тупая травма головы – ушиб головного мозга средней степени с формированием субарахноидального кровоизлияния при наличии ушибленной раны левой теменно-височной области и сквозной ушибленной раны в области верхней губы справа. Установленная травма головы, в связи с наличием ушиба головного мозга средней степени с формированием субарахноидального кровоизлияния, не привела к развитию угрожающего жизни состояния (опасной для жизни стволовой симптоматики) и, по признаку длительного расстройства здоровья (выше 21 дня), расценивается как вред здоровью СРЕДНЕЙ тяжести (согласно п. 7.1. Приложения к Приказу Минздравсоцразвития РФ №194н от 24.04.08. Характер травмы, в том числе описание ран как «ушибленные», свидетельствует о том, что повреждения возникли от действия тупого твердого предмета по механизму удара. С учетом локализации и характера повреждений можно судить о наличии 2-х точек приложения травмирующей силы. Ушиб головного мозга мог образоваться как от любого из ударов по голове, так и от их совокупности. Характер установленной травмы, в том числе описание ран как «ушибленные», свидетельствует о том, что повреждения возникли от действия тупого твердого предмета по механизму удара; высказаться более точно об индивидуальных особенностях травмирующего предмета, причинившего повреждения, по имеющимся медицинский данным, не представляется возможным. Принимая во внимание характер и локализацию повреждений, нельзя исключить возможность ее образования: как от удара кулаком, так и от удара кастетом (рана в области губы), как при падении на асфальт, так и при ударе головой о поребрик (рана левой теменно-височной области). Более точно высказаться о конкретном травмирующем предмете (предметах), причинивших повреждения, по медицинским данным, не представляется возможным. Установленный рубец, сформировавшийся на месте заживления раны в области верхней губы, учитывая его морфологические особенности (рубец не стягивает окружающую кожу, не искажает черты и мимику лица), со временем станет менее заметным и потому является изгладимым. Рубец, сформировавшийся на месте заживления раны волосистой части головы (левой теменно-височной области) не подлежит оценке на изгладимость, поскольку не располагается в области лица. Морфологическая сущность установленной травмы головы не позволяет расценивать каждое из повреждений в области головы по отдельности (т.1 л.д. 98-107, 114-122, 132-142, 150-160).

Из заключения комплексной судебно-медицинская экспертизы №... от <дата> следует, что у Потерпевший №1 установлена закрытая тупая травма головы, включающая в себя ушиб головного мозга легкой степени тяжести, травматическое конвекситально-базальное субарахноидальное кровоизлияние (далее САК- кровоизлияние между паутинной и сосудистой оболочками головного мозга) по выпуклым поверхностям левой лобной, теменной, височной долей, ФИО1 щели и в базальных цистернах слева без очаговых и стволовых симптомов, ушибленную рану левой теменно-височной области с ушибом (отеком, кровоизлиянием) мягких тканей левой височной области, ушибленную сквозную рану верхней губы справа с переходом на щечную область с ушибом (отеком, кровоизлиянием) правой щечной области.

Характер повреждений у Потерпевший №1 уточнен при судебно-медицинском рентгенологическом исследовании, проведенном в рамках настоящей экспертизы. В пользу ушиба головного мозга легкой, а не средней степени тяжести свидетельствуют: клинико-неврологическая симптоматика в виде кратковременной амнезии на события получения травмы и быстрого восстановления уровня сознания с угнетенного (<дата> в <...>) до ясного (<дата> в <...>), минимальные неврологические симптомы (в виде неуверенности при выполнении координаторных пробы и неустойчивости в позе Ромберга) при отсутствии очаговых симптомов; наличие на КТ головного мозга признаков травматического САК при отсутствии очагов ушиба. В пользу того, что САК имеет травматическое происхождение свидетельствует наличие повреждений мягких тканей головы и отсутствие патологических состояний со стороны сосудов головного мозга по результатам проведенных исследований (КТ головного мозга с ангиографией от <дата>).

Повреждения, выявленные у Потерпевший №1, образовались по механизму тупой травмы в результате ударных воздействий тупых твердых предметов. Предмет, причинивший повреждения мягких тканей теменно-височной области и САК по конвекситальной поверхности головного мозга, имел неограниченную следообразующую поверхность; предмет, причинивший повреждения правой щеки/правой половины верхней губы и САК в базальных отделах, имел ограниченную следообразующую поверхность. Местами приложения травмирующей силы были область правой щеки/правая половина верхней губы и левая теменно-височная область. Данный вывод подтверждается морфологической сущностью повреждений мягких покровов (ушибленные раны, ушибы) и головного мозга (травматическое субарахноидальное кровоизлияние), их взаиморасположением, характером и размерами раны верхней губы (с неровными краями, размеры кожной раны 2х0,5см), отсутствием повреждений в смежных, в том числе, выступающих областях лица.

САК в базальных отделах слева образовалось от ударного воздействия в область правой половины лица с одномоментным причинением повреждений мягких тканей лица, сформировавшись по вектору травмирующего воздействия. САК в конвекситальных отделах головного мозга слева образовалось от ударного воздействия в левую теменно-височную область, с одномоментным причинением ушибленной раны в этой области. При этом нельзя исключить усугубление и расширение уже имевшего после удара в лицо САК на базальной поверхности головного мозга вследствие падения потерпевшего и соударения левой теменно-височной областью с предметом с неограниченной травмируюшей поверхностью.

С учетом установленного механизма образования повреждений мягких тканей головы и головного мозга у Потерпевший №1 комиссия экспертов может исключить вероятность образования САК на базальной поверхности головного мозга только от падения и соударения левой теменно-височной областью, поскольку:

несмотря на падение и соударение головы потерпевшего неограниченной травмирующей поверхностью в повреждениях отсутствуют признаки травмы ускорения (то есть высокоэнергетической травмы, когда происходит повреждение структур головного мозга на стороне противоположной месту приложения травмирующей силы);

левая половина базальной поверхности головного мозга не находится в проекции теменно-височной области вектора травмирующего воздействия с местом приложения травмирующей силы в левой теменно-височной области.

Ушиб головного мозга является одной из клинических форм черепно-мозговой травмы, характеризующихся совокупностью клинических в том числе, неврологических, симптомов и морфологических изменений вещества и оболочек головного мозга, выявляемых при лучевых методах исследования, а в случае смертельной травмы - при кровоизлияние является одним из компонентов черепно-мозговой травмы и является макро- и микроморфологическом исследовании головного мозга. Субарахноидальное кровоизлияние является одним из компонентов черепно-мозговой травмы и является следствием эрозивного повреждения мягких мозговых оболочек. При этом, не всегда ушиб головного мозга легкой степени сопровождается очевидными изменениями на КТ (очаги контузии), что связано с ограничениями этого метода.

Таким образом, ушиб головного мозга легкой степени мог образоваться у Потерпевший №1 как от любого из ударов в область головы, так и от их совокупности.

С учетом всего вышеизложенного, в результате ударного воздействия кулаком, нанесенного Потерпевший №1 «в голову до падения на бетонный бордюр», могли образоваться - ушибленная рана верхней губы справа с переходом на щечную область, ушиб (отек, кровоизлияние) правой щечной области, САК в базальных отделах слева, ушиб головного мозга легкой степени.

Установленная у Потерпевший №1 тупая травма головы, включающая в себя ушиб головного мозга легкой степени тяжести без очаговой и стволовой симптоматики, травматическое конвекситально-базальное субарахноидальное кровоизлияние, ушибленную рану левой теменно-височной области с ушибом мягких тканей левой височной области, ушибленную сквозную рану верхней губы справа с переходом на щечную область, ушиб правой щечной области, не имеет признаков вреда здоровью, опасного для жизни человека. Эта травма повлекла за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня), и по этому квалифицирующему признаку расценивается как вред здоровью средней тяжести (согласно п. 7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ №?194н от 24.04.2008).

Достоверно подтвердить факт потери сознания Потерпевший №1 «после нанесения ему удара в голову, но до падения и соударения головой о бетонный бордюр» по имеющимся объективным медицинским данным не представляется возможным. (т. 2 л.д. 73-92)

- а также иными доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Все исследованные доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Существенных противоречий, которые бы могли повлиять на правильное установление судом по делу фактических обстоятельств и на выводы суда о виновности Г ИА положенные в основу приговора доказательства не содержат.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд обоснованно пришел к выводу о квалификации действий Г ИА по ч.1 ст. 112 УК РФ.

В соответствии с абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода. При этом для правильного установления указанных побуждений в случае совершения виновным насильственных действий в ходе ссоры либо драки судам необходимо выяснять, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован для использования его в качестве повода к совершению противоправных действий. Если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, лицо не подлежит ответственности за совершение в отношении такого потерпевшего преступления из хулиганских побуждений.

Согласно разъяснениям п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом. Признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям, суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака.

Указанные требования закона при квалификации действий Г ИА, как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья судом выполнены в полном объеме.

Поскольку исходя из показаний потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №1, а также из анализа иных доказательств каких-либо данных, бесспорно подтверждающих то, что действия повлекших причинение потерпевшему Потерпевший №1 средней тяжести вреда здоровью совершены из хулиганских побуждений, материалы дела не содержат. При этом судебная коллегия отмечает, что показания осужденного Г ИА и свидетеля Свидетель №1, о том, что поводом применения Г ИА насилия к потерпевшему послужило противоправное поведение потерпевшего Потерпевший №1, показаниями потерпевшего не опровергнуты, а кроме того подтверждаются видеозаписью с камеры видеонаблюдения, из которой усматривается, что агрессивное и противоправное поведение потерпевшего Потерпевший №1 послужило поводом применения Г ИА насилия.

Вопреки доводам апелляционного представления, материалах уголовного дела отсутствуют доказательства того, что мотивом преступных действий Г ИА явилось желание противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним.

Кроме того суд обоснованно исключил квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия», поскольку эксперты не исключают возможность причинения потерпевшему Потерпевший №1 телесного повреждения в области головы до падения и соударения о бетонный бордюр от удара кулаком. При этом детально покадрово осмотренная экспертом видеозапись, содержащая, как события преступления, так и события ему предшествовавшие и последующие, не содержит признаков наличия каких-либо предметов в руке Г ИА при применении насилия в отношении потерпевшего.

Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, цели и об иных данных, позволивших суду прийти к выводу о событии преступления, причастности к нему осужденного и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Правильность оценки доказательств, данной судом первой инстанции в приговоре, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Какие-либо данные, указывающие на то, что в ходе производства судебного следствия были допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства, влекущие нарушение процессуальных прав осужденного руке Г ИА, в представленных материалах отсутствуют.

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе, права на защиту руке Г ИА, влекущих за собой отмену приговора, в ходе дознания и в ходе судебного разбирательства допущено не было. Согласно протоколам судебных заседаний, обжалуемому приговору, в ходе рассмотрения уголовного дела по существу судом соблюдался такой принцип уголовного судопроизводства, как состязательность сторон, создавались необходимые условия для исполнения как стороной обвинения, так и стороной защиты их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Заявленные сторонами ходатайства были рассмотрены судом в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, судом не допущено. Все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены председательствующим в установленном законом порядке.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что органами дознания нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Судебные экспертизы по делу проведены компетентными лицами, соответствуют требованиям закона, заключения экспертов оформлены надлежащим образом, соответствуют положениям ст. 204 УПК РФ, выводы экспертиз являются обоснованными и соответствуют материалам дела. Экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оснований сомневаться в компетентности эксперта проводивших экспертизы, у суда не имелось, заключения являются мотивированным и обоснованным, составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, экспертизы проведена надлежащими лицами, ответы на поставленные вопросы были даны в полном объеме с учетом полномочий и компетенции экспертов, в компетенции которых и их заинтересованности в исходе дела оснований сомневаться не имеется.

Основания и мотивы, по которым были сделаны соответствующие выводы, изложены в исследовательской и заключительных частях экспертизы.

Суд первой инстанции надлежащим образом оценил в приговоре все доводы стороны обвинения и защиты, приговор соответствует требованиям ст. ст. 302, 307 УПК РФ, каких-либо предположений и неустраненных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, не содержит. Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора отвечает требованиям ст. 307 УПК РФ и содержит описание преступного деяния, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей.

При назначении Г ИА наказания суд учел характер и степень общественной опасности, обстоятельства совершенного им преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление Г ИА и на условия жизни его семьи.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возможности назначения Г ИА наказания в виде ограничения свободы, с установлением запретов. Соответствующие выводы надлежаще мотивированы в приговоре, не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Назначенное наказание по своему виду и размеру отвечает принципу справедливости, соразмерно содеянному, и считать его чрезмерно суровым оснований не имеется.

Каких-либо новых данных, которые не были учтены судом первой инстанции, суду апелляционной инстанции не представлено.

Вместе с тем, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что осужденный Г ИА подлежит освобождению от наказания за совершенное им преступление в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. В соответствии с положениями п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в случае истечения сроков давности уголовного преследования. В соответствии с ч. 3 ст. 15 УК РФ преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 112 УК РФ, относится к преступлениям небольшой тяжести. В силу положений п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года. Согласно ч. 2 ст. 78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу. Положениями ч. 8 ст. 302 УПК РФ закреплено, что если основание прекращения уголовного дела, предусмотренного п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, обнаруживается в ходе судебного разбирательства, то суд по результатам рассмотрения дела по существу постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания. Поскольку срок давности привлечения к уголовной ответственности осужденного на момент постановления приговора истек, осужденный правильно освобожден от наказания.

В соответствии с абз. 2 п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» при наличии нереабилитирующих оснований для прекращения уголовного дела суд оставляет гражданский иск без рассмотрения и указывает в решении, что за истцом сохраняется право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

По настоящему делу суд применил в отношении Г ИА нормы закона об истечении срока давности привлечения к уголовной ответственности, обоснованно гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 оставил без рассмотрения, с указанием на наличие у потерпевшего права на его предъявление в порядке гражданского судопроизводства.

Нарушений Конституционных прав, норм уголовно-процессуального закона, при рассмотрении уголовного дела в отношении Г ИА с учетом требований ст.389.15 УПК РФ, которые могли бы послужить основанием отмены либо изменения приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Невского районного суда <адрес> от <дата>, в отношении Г ИА – оставить без изменения.

Апелляционное представление без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Кассационная жалоба, представление, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья: