Решение № 12-20/2019 от 21 марта 2019 г. по делу № 12-20/2019

Судья Вьюгин И.В. Дело № 12-20/2019


Р Е Ш Е Н И Е

город Иваново 22 марта 2019 года

Судья Ивановского областного суда Круглова Н.С.,

с участием:

лица, в отношении которого ведется производство по делу, ФИО5,

его защитника Дубовой Ю.Б.,

потерпевшего ФИО4,

его представителя ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по жалобе ФИО5 на постановление судьи Октябрьского районного суда г. Иваново от 22 января 2019 года,

УСТАНОВИЛА:

Постановлением судьи Октябрьского районного суда г. Иваново от 22 января 2019 года ФИО5 был привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 3 500 рублей.

ФИО5 был признан виновным в том, что 23 марта 2018 года в 19 часов 27 минут, управляя автомобилем "<данные изъяты>" государственный регистрационный знак №, двигаясь по автодороге Иваново-Родники в направлении из г. Иваново в сторону г. Родники, на 32 км указанной автодороги, в нарушение пунктов 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ) не учел интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, метеорологические условия, не выбрал скорость, которая должна обеспечивать возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения ПДД РФ, допустил неконтролируемый занос автомобиля, в результате чего автомобиль "<данные изъяты>" оказался на стороне дороги, предназначенной для встречного движения, где совершил столкновение с двигавшимся со встречного направления автомобилем "<данные изъяты>" государственный регистрационный знак № под управлением ФИО4, который получил телесные повреждения, повлекшие легкий вред его здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

В жалобе, поданной в Ивановский областной суд, ФИО5 просит вынесенное в отношении него судебное постановление отменить, производство по делу прекратить ввиду отсутствия состава административного правонарушения. В обоснование жалобы указывает, что:

- суд, нарушив его право на защиту, несмотря на наличие явных сомнений в объективности выводов о вреде здоровью, причиненному ФИО4, отказал в назначении судебно-медицинской экспертизы;

- положенное судом в основу своего решения заключение экспертной комиссии № не соответствует признаку законности, поскольку противоречит пунктам 8, 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, согласно которым повреждения в виде ушиба мягких тканей лба и ссадин на конечностях не могли быть квалифицированы как легкий вред здоровью, данные поверхностные повреждения расцениваются, как не причинившие вред здоровью человека;

- при проведении судебно-медицинской экспертизы, выводы которой отражены в заключении № ссадины и ушиб были отнесено к категории, не причинивших вреда здоровью;

- согласно экспертному заключению <данные изъяты> ушиб мягких тканей в области лба судебно-медицинской оценке не подлежал, так как не был подтвержден объективными морфологическими клиническими проявлениями, а ссадины конечностей отдельно на предмет тяжести вреда здоровью не оценивались;

- в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения № приведена информация об отрицании ФИО4 травм, заболеваний нервной системы, отсутствие жалоб на состояние здоровья, о том, что кожные покровы не изменены; из поверхностных повреждений зафиксированы только ссадины на предплечьях;

- в рапорте от 19 марта 2018 года также не зафиксировано наличие у ФИО4 тех повреждений, которые квалифицированы в виде последствия от произошедшего события;

- в медицинской документации не содержится информации о том, что ушиб мягких тканей лба, а также ссадины повлекли наступление временной нетрудоспособности, стойкую утрату общей трудоспособности менее 10 процентов и по данному поводу назначалось лечение;

- допрошенный в рамках судебного процесса эксперт привел информацию о собственном понимании Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, и своем несогласии с данным нормативным актом в части квалификации поверхностных повреждений, тогда как эксперты при проведении исследований обязаны руководствоваться действующим законодательством;

- суд, формально согласившись с вмененными нарушениями ПДД РФ и установив наличие дефекта на дорожном покрытии, которое явилось причиной начавшегося заноса, не проверил наличие у него технической возможности принять меры к торможению во избежание наезда, не установил фактическую скорость его движения, а также безопасную скорость, при которой бы дорожно-транспортное происшествие не произошло, не исследовал, какие действия ему нужно было предпринять, чтобы избежать столкновения; в назначении автотехнической экспертизы ему было отказано.

В письменном отзыве потерпевший ФИО4 полагает приведенные ФИО5 доводы необоснованными и просит в удовлетворении жалобы отказать, оставив без изменения вынесенное судом по делу постановление.

Явившимся в судебное заседание ФИО5, потерпевшему ФИО4, защитнику Дубовой Ю.Б. и представителю потерпевшего ФИО6 разъяснены их процессуальные права, предусмотренные, соответственно, ст.ст. 25.1, 25.2, 25.5 КоАП РФ. Отводов заявлено не было.

По ходатайству защиты к материалам дела приобщена справка ООО <данные изъяты>" от 05 марта 2019 года о том, что исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия на соответствие действий водителя Правилам дорожного движения является экспертизой автотехнической специальность 13.1 "Исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия".

В удовлетворении ходатайств ФИО5 и его защитника Дубовой Ю.Б. о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы и судебно-медицинской экспертизы отказано определениями от 14 и 22 марта 2019 года.

По инициативе суда для допроса в качестве специалиста вызывался руководитель ОБУЗ "<данные изъяты>" ФИО3, который в судебное заседание 14 и 22 марта 2019 года не явился. Принимая во внимание, что в силу положений ст. 26.11 КоАП РФ оценка доказательств, в том числе и экспертных заключений, относится к компетенции судьи, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении, считаю возможным рассмотрение жалобы в отсутствие указанного лица.

В судебном заседании лицо, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО5 и его защитник Дубова Ю.Б. доводы жалобы поддержали.

Потерпевший ФИО4 и его представитель ФИО1 в удовлетворении жалобы возражали. При этом выразили несогласие с заключением судебно-медицинской экспертизы №, в соответствии с которой у потерпевшего не было установлено сотрясение головного мозга. Полагали обоснованным заключение эксперта №, которым установлено наличие у ФИО4 повреждений, причинивших вред здоровью средней тяжести.

Выслушав лиц, участвующих в деле, оценив доводы жалобы и проверив дело в полном объеме, нахожу постановление судьи подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Согласно ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

На основании ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

При этом в силу требований ст. 26.11 КоАП РФ никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

В рамках части 1 статьи 12.24 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего.

Таким образом, для определения наличия в действиях лица признаков состава данного правонарушения существенное правовое значение имеет установление последствий в виде легкого вреда здоровью потерпевшего.

Признавая ФИО5 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, судья районного суда исходил из доказанности факта получения ФИО4 телесных повреждений, повлекших легкий вред его здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья. При этом судья сослался на заключение судебно-медицинской экспертизы № от 10 декабря 2018 года (л.д. 84-86), из которого следует, что при обращении в больницу 24 марта 2018 года у ФИО4 имелись следующие виды вреда, причиненного здоровью: ушиб мягких тканей лба, две ссадины на левом предплечье, одна ссадина на левой голени, ссадины на правой голени (точное количество неизвестно), которые имеют медицинские критерии легкого вреда здоровью по признаку его расстройства не более 21 дня.

Однако, основывая свое решение на выводах указанного экспертного заключения № от 10 декабря 2018 года, судья не проверил данное доказательство надлежащим образом. Вывод судьи о наличии у потерпевшего ФИО4 телесных повреждений, причинивших легкий вред его здоровью, является необоснованным.

Так, в соответствии с ч. 5 и ч. 6 ст. 26.4 КоАП РФ эксперт дает заключение в письменной форме от своего имени. В заключении эксперта должно быть указано, кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, должны быть даны обоснованные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны выводы.

Заключение эксперта не является обязательным для судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, однако несогласие с заключением эксперта должно быть мотивировано.

В соответствии с Правилами определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденными постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 № 522, вред, причиненный здоровью человека, определяется в зависимости от степени его тяжести на основании квалифицирующих признаков, предусмотренных п. 4 настоящих Правил, и в соответствии с медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждаемыми Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации (п. 3). Квалифицирующими признаками в отношении легкого вреда являются: кратковременное расстройство здоровья, незначительная стойкая утрата общей трудоспособности (п. 4).

Согласно п.п. 8, 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н, медицинским критерием кратковременного расстройства здоровья является временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно); незначительной стойкой утраты общей трудоспособности - стойкая утрата общей трудоспособности менее 10 процентов.

На основании п. 9 названных выше Медицинских критериев поверхностные повреждения, в том числе: ссадина, кровоподтек, ушиб мягких тканей, включающий кровоподтек и гематому, поверхностная рана и другие повреждения, не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Судья районного суда, соглашаясь с выводами экспертного заключения № от 10 декабря 2018 года, сослался на показания потерпевшего о том, что тот восстанавливался в домашних условиях, делал примочки и перевязки в области ссадин, которые причиняли ему неудобство, а также на то, что описанные в первоначальном заключении эксперта № размерные характеристики ссадин дают основания признать площадь повреждения кожи значительной, а поэтому не имеется оснований для признания выявленных у ФИО4 повреждений целостности кожи и тканей поверхностными, так как они повлекли объективно его временную нетрудоспособность.

Однако, устанавливая наличие временной нетрудоспособности потерпевшего в связи с указанными повреждениями, судья вышел за пределы своей компетенции.

Как следует из представленных экспертам медицинских документов, при обращении ФИО4 24 марта 2018 года в больницу у него было констатировано наличие ушиба мягких тканей лба и ссадин левой верхней конечности и обеих голеней. При этом отсутствуют какие-либо данные о прохождении им лечения, назначении медикаментозных препаратов и процедур в связи с указанными повреждениями.

Экспертное заключение № от 10 декабря 2018 года не содержит выводов о продолжительности нарушения функций органов и (или) систем (временной нетрудоспособности) у потерпевшего в результате причинения ему ушиба мягких тканей лба и ссадин конечностей; выводы о причинении потерпевшему легкого вреда здоровью в данном заключении не обоснованы.

Не приведено аргументации изложенных в заключении выводов и экспертом ФИО2 при допросе в районном суде. Фактически показания эксперта были сведены к его несогласию к закрепленными в п. 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, положениями, в которых, по мнению эксперта, усматривается противоречие.

Изложенное позволяет прийти к выводу о том, что заключение № от 10 декабря 2018 года в данной части является необоснованным и не может учитываться судом как надлежащее доказательство.

Также судья не указал мотивы, по которым фактически отверг заключение эксперта № от 25 июля 2018 года (л.д. 50-51), согласно которому у ФИО4 имелись ссадины на левом предплечье, на левой и правой голени, относящиеся к категории повреждений, не причинивших вреда здоровью. При этом оснований ставить под сомнение достоверность этого вывода не имеется. Данный вывод в полной мере соответствует вышеприведенным положениям Правил и Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

Что касается заключения эксперта № от 30 августа 2018 года (л.д. 67-73), то ссадины в области конечностей отдельно на предмет определения тяжести вреда здоровью потерпевшего не оценивались. Ушиб мягких тканей в области лба, согласно указанному заключению, судебно-медицинской оценке не подлежал, так как не был подтвержден объективными морфологическими клиническими проявлениями.

Таким образом, факт причинения в результате действий ФИО5 потерпевшему ФИО4 последствий в виде легкого вреда здоровью не нашел своего подтверждения, в связи с чем, в действиях ФИО5 отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ.

Отсутствие состава административного правонарушения является одним из обстоятельств, при которых производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению, что прямо предусмотрено п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится решение об отмене постановления и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 КоАП РФ.

С учетом изложенного обжалуемое постановление судьи районного суда нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежат отмене, а производство по делу - прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

В связи с прекращением производства по делу по вышеуказанным основаниям иные приводимые в жалобе доводы оценке не подлежат.

Относительно доводов потерпевшего и его представителя о том, что заключением эксперта № от 30 августа 2018 года у ФИО4 установлено наличие закрытой черепно-мозговой травмы, относящейся к категории повреждений, причинивших вред здоровью средней тяжести, отмечаю следующее.

В силу ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ в протоколе об административном правонарушении указывается, в числе прочего, событие административного правонарушения.

Протокол является процессуальным документом, в котором фиксируется противоправное деяние лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, формулируется вменяемое ему обвинение, выходить за пределы которого недопустимо. Потерпевший ФИО4 присутствовал при составлении протокола и каких-либо замечаний по поводу инкриминируемого ФИО5 административного правонарушения не имел.

Принимая во внимание вышеизложенное, судья, рассматривающий дело об административном правонарушении, а также жалобу на постановление по делу, не может самостоятельно и произвольно формулировать обвинение и выходить за его пределы.

Учитывая, что причинение потерпевшему средней тяжести вреда здоровью ФИО5 в вину не вменялось, эти доводы не могут быть приняты и оценены судом. Обратное привело бы к нарушению права на защиту лица, привлекаемого к административной ответственности.

На основании изложенного и руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ,

РЕШИЛА:

Постановление судьи Октябрьского районного суда г. Иваново от 22 марта 2019 года, которым ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, отменить.

Производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО5 по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Жалобу ФИО5 удовлетворить.

Судья Ивановского областного суда Н.С. Круглова