Апелляционное постановление № 22-1218/2025 от 14 августа 2025 г. по делу № 1-102/2025

Судья Тарутин М.В. Дело 22-1218


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 15 августа 2025 года

Ивановский областной суд в составе

председательствующего судьи Гусевой Л.В.,

при секретаре Даниловской С.С.,

с участием

осужденного ФИО1,

адвоката Батягиной Е.Ю.,

прокуроров Жаровой Е.А., ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Батягиной Е.Ю. в интересах осужденного ФИО1 и дополнения к ней осужденного ФИО1 на приговор Ленинского районного суда г. Иваново от 28 мая 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч.1 ст. 264 УК РФ к 01 году ограничения свободы с установлением в соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре, и на основании ч.3 ст.47 УК РФ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 02 года.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, заслушав мнение участников процесса, (суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан судом виновным в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Батягина Е.Ю. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, считая его подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, допущенных существенных нарушений, а также выявления обстоятельств, указанных в ч. 1 ст. 237 УПК РФ, просит ФИО1 оправдать. Полагает, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления является недоказанной.

Считает, что показания потерпевших и свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №4, Свидетель №5 существенного значения для оценки достоверности показаний осужденного и свидетеля Свидетель №6 не имеют, поскольку в период развития опасной дорожной ситуации действия последних они не наблюдали, а четверо последних свидетелей непосредственными очевидцами ДТП не были. Указывает, что протокол осмотра места происшествия в отрыве от иных доказательств не изобличает виновного в преступлении, поскольку содержит сведения об обстановке на месте ДТП; заключения судебно-медицинских экспертиз, изъятые в ходе следствия документы, также не устраняют противоречия между показаниями Вощинского и Свидетель №6.

Полагает, что заключения экспертов ООО «Экспертно-правовой альянс» и ООО «Эксперт Плюс», проведенные квалифицированными экспертами, были отвергнуты судом безосновательно; утверждение суда о том, что они опровергаются просмотренной в суде видеозаписью является голословным. Отмечает, что данными заключениями достоверно установлена причинно-следственная связь между действиями Свидетель №6 и наступившими последствиями в виде ДТП, в действиях ФИО1 нарушений ПДД не установлено, а также опровергается вывод суда, что ФИО1 имел возможность избежать столкновение с автомобилем потерпевшего, соблюдая ПДД.

В свою очередь, два заключения эксперта ФИО3, положенные судом в основу приговора в качестве доказательств вины Вощинского, являются недопустимыми доказательствами. Указывает, что дополнительная экспертиза, проведенная экспертом ФИО3, таковой не является, поскольку поставленный в ней вопрос полностью дублирует вопрос, поставленный в рамках первоначальной экспертизы, при этом ответ, который дал эксперт ФИО3, является идентичным ответу, данному в первоначальной экспертизе, следовательно, вторая экспертиза является повторной. Кроме того, данные заключения не содержат выводов о нарушении ПДД ФИО1 и не изобличают последнего в совершении инкриминируемого преступления; экспертом не учитывались все существенные обстоятельства из материалов дела, свидетельствующие о дорожной обстановке в период ДТП. Выражает несогласие с выводом суда о том, что заключения ФИО3 опровергают заключения экспертов ООО «Экспертно-правовой альянс» и ООО «Эксперт Плюс». Обращает внимание, что при указанных обстоятельствах, в целях устранения имеющихся противоречий, имелись достаточные основания для назначения судом повторной автотехнической экспертизы, что судом сделано не было.

Полагает, что суд необоснованно признал противоречивыми показания ФИО1 в части одновременного утверждения как о том, что он, пытаясь уйти от столкновения с автомобилем Свидетель №6, осознанно совершил маневр влево, так и о том, что на полосу встречного движения его автомобиль вынесло вследствие блокировки колес, неконтролируемого заноса и неизменной траектории заноса, его показания являются логичными и последовательными, факты о траектории движения автомобиля ФИО1 подтверждены результатами осмотра места происшествия, а также видеозаписью.

Указывает, что показания ФИО1 о потере управляемости автомобилем в результате резкого торможения после выезда на левую полосу движения, судом проверены не были, данный вопрос не был предметом экспертного исследования в рамках расследования уголовного дела, в связи с чем имелись основания для назначения соответствующей экспертизы, чего судом также сделано не было.

Отмечает, что доводы суда о том, что в результате маневрирования со стороны ФИО1 не произошло его столкновение с автомобилем под управлением Свидетель №6, правового значения не имеют и не свидетельствуют о наличии у осужденного возможности оценить должным образом дорожную ситуацию и действовать иным образом.

Обращает внимание, что стороной защиты в ходе судебного разбирательства было заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку в ходе ознакомления с материалами дела в суде защитником было обнаружено, что в т.2 на л.д. 209-213 находится постановление от 14.01.2025 года о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, при этом, между подшитыми листами №№ 210 и 211 был обнаружен не подшитый вложенный лист, содержащий заключительную часть текста обвинения ФИО1, содержание которого идентично содержанию текста на подшитых страницах, за исключением формулировки последнего абзаца описательно-мотивировочной части обвинения, а именно в нем содержалось указание на совершение преступления лицом, не имеющим права управления транспортным средством, то есть преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, данный лист при этом имел следы прошивания. Вместе с тем, в копии постановления, врученной ФИО1 следователем, последний абзац идентичен содержанию, обнаруженному в не подшитом вложенном листе и противоречит содержанию в обвинении, вшитом в деле; обвинение при этом в дальнейшем не перепредъявлялось, что свидетельствует о замене листа уже после ознакомления обвиняемого с материалами дела, чем были нарушены права ФИО1, предусмотренные ч. 4 ст. 47 УПК РФ. Полагает, что отказывая в удовлетворении данного ходатайства стороны защиты, суд в нарушение положений ст. 16 УПК РФ не обеспечил ФИО1 возможность реализовать право на защиту.

В дополнениях к апелляционной жалобе адвоката осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, вынесенным с нарушением положений ч. 1 ст. 237 УПК РФ, просит отменить, его оправдать. Кроме того, признать выводы суда о наличии у него технической возможности предотвратить ДТП необоснованными, не соответствующими фактическим обстоятельствам; признать заключения ФИО4 и ФИО5 достоверными; признать отсутствие у него технической возможности избежать ДТП даже при надлежащем соблюдении ПДД и применении экстренного торможения.

Полагает, что суд односторонне оценил доказательства, проигнорировал выводы экспертиз, в том числе выполненных ООО «Экспертно-правовой альянс» и ООО «Эксперт Плюс», подтверждающие отсутствие технической возможности предотвращения ДТП со стороны ФИО1, тем самым суд нарушил принципы, предусмотренные ст. 7,15 УПК РФ. Указывает, что данные экспертизы содержат подробный анализ механизма ДТП, были независимы, экспертиза от 08.01.2025 года выполнена по назначению Ленинского районного суда в рамках гражданского дела по факту данного ДТП по ходатайству Свидетель №6 Выводы в обоих заключениях свидетельствуют о том, что Свидетель №6 нарушил ПДД, что привело к ДТП. При этом указывает, что суд не привел причины, по которым выводы специалистов стороны защиты отвергнуты.

Указывает, что экспертизы, проведенные ФИО3 и ФИО6, также не устанавливают его вину в совершении преступления. В данных заключениях отсутствует покадровый анализ и полная реконструкция событий по видеозаписям, игнорируются технические параметры дорожной ситуации, отсутствует оценка вынужденности маневра ФИО1, они содержат поверхностные выводы, вместе с тем, суд необоснованно отдал им приоритет, нарушив принцип состязательности и объективности.

Отмечает, что последовательные показания его и части свидетелей об обстоятельствах произошедшего, согласуются с выводами экспертиз ФИО4 и ФИО5 и указывают на возникновения опасной ситуации из-за действий автомобиля Honda CR-V, однако данным показаниям, в нарушение ст. 88, 297, 299 УПК РФ, надлежащая оценка дана не была.

Кроме того полагает, что судом были нарушены положения ст. 14, 7, 88, 15,17 ч. 4 ст. 302 УПК РФ.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и адвокат Батягина Е.Ю. доводы апелляционной жалобы адвоката и дополнений к ней осужденного поддержали в полном объеме и просили их удовлетворить.

Прокурор просил приговор суда оставить без изменения, в удовлетворении жалобы полагал необходимым отказать.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы с дополнениями к ней, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, изложенных в приговоре и получивших в соответствии со ст.ст.17, 88 УПК РФ надлежащую оценку.

Суд в соответствии с требованиями закона изложил в приговоре все доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, как подтверждающие его выводы, так и противоречащие им и указал, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.

С приведенными в приговоре мотивами принятого решения суд апелляционной инстанции согласен. Фактические обстоятельства совершенного деяния установлены судом на основании совокупности исследованных доказательств, каких-либо нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, не имеется.

Вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ подтверждается:

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что он двигался на автомобиле «Лада Гранта» со скоростью около 50 км/ч, заметил стоящий во встречном направлении автомобиль «Хавал», который намеревался повернуть в его сторону, после чего неожиданно почувствовал удар в переднюю часть, понял, что со встречного направления в него врезался автомобиль «Киа Спортейдж», который в дальнейшем откинуло в «Хавал», ему было проведено две операции, после травмы ноги он не восстановился;

- показаниями свидетеля Свидетель №6 в суде и в ходе предварительного следствия о том, что он, управляя автомобилем «Хонда» ехал в левой полосе по двухполосной дороге со скоростью примерно 50 км/ч, увидел, что впереди стоит автомобиль «Хавал», после чего, посмотрев в боковое зеркало заднего вида и включив поворот направо, стал перестраиваться в правую полосу, при этом каких-либо автомобилей не видел, после чего немного проехав, услышал удар, выйдя из машины, увидел ДТП с участием автомобиля «Киа Спортейдж» и отечественного автомобиля, «Хавал» также был поврежден, при этом «Киа Спортейдж» находился между полосами встречного движения;

- показаниями свидетеля Свидетель №1 в суде и в ходе предварительного следствия о том, что он, двигаясь на автомобиле «Хавал», намеревался повернуть налево, включив поворотник, ждал проезда встречного транспорта, после чего услышал удар, в заднюю часть его автомобиля ударил автомобиль «Киа Спортейдж», он понял, что на встречной для данного автомобиля полосе произошло его столкновение с другим автомобилем «Лада», после чего «Киа Спортейдж» откинуло в его автомобиль, на месте ДТП также имелись следы торможения, направленные с крайней правой полосы на полосу встречного движения, которые принадлежали «Киа Спортейдж»;

- оглашенными показаниями свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №4 о том, что они двигались на автомобиле, увидели ДТП, на встречной полосе столкнулись два автомобиля;

- оглашенными показаниями свидетеля Свидетель №2, который после звонка Потерпевший №1 прибыв на место ДТП, понял, что автомобиль «Киа Спортейдж» выехал на полосу встречного движения, где совершил лобовое столкновение с автомобилем, принадлежащем ему, которым управлял потерпевший Потерпевший №1;

- показаниями эксперта ФИО3 в суде, подтвердившего выводы проведенных им экспертиз;

Кроме того, виновность ФИО1 подтверждается письменными доказательствами:

- протоколом осмотра места дорожно - транспортного происшествия с приложенными схемами и фототаблицами, в ходе которого осмотрен участок, на котором произошло ДТП, при этом автомобиль «Киа Спортейдж» расположен на середине проезжей части, кроме того зафиксирован след торможения данного автомобиля, составляющий 21, 8 метра;

- картами вызова скорой медицинской помощи, согласно которым поступили сообщения о произошедшем ДТП, была оказана помощь Потерпевший №1, Потерпевший №2;

- заключением эксперта № 1002_0 от 13.05.2024, согласно которому у Потерпевший №1 имелись травмы, относящиеся к тяжкому вреду здоровью;

- протоколом осмотра диска с видеозаписью, а также просмотренной в судебном заседании данной видеозаписи, на которой видно, сзади автомобиля «Хавал» движется автомобиль «Хонда», который перестраивается в правую полосу, позади него движется «Киа Спортейдж» со скоростью, превышающей скорость «Хонды», после чего «Киа Спортейдж» делает маневр влево и проезжая «Хавал», пересекает двойную сплошную линию разметки, на встречной полосе движения сталкивается с автомобилем «Лада Гранта»;

- заключениями эксперта ФИО3 № 3/201 от 07.10.2024 и 3/288 от 19.12.2024, согласно которым в рассматриваемой дорожной ситуации автомобиль «Киа Спортейдж» должен был действовать в соответствии с п. 8.1, 9.1(1), п. 9.10 и п. 10.1 (абзац 1) ПДД РФ.

- иными исследованными доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Перечисленные выше доказательства подвергались судом оценке с точки зрения их соответствия требованиям уголовно-процессуального закона и обоснованно были признаны судом относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для установления вины ФИО1 в совершении данного преступления. Оснований для признания их недопустимыми не имеется. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены правильно.

Суд обоснованно признал достоверными показания потерпевшего и свидетелей обвинения, поскольку они согласуются как между собой, так и с другими исследованными доказательствами. Причин не доверять данным показаниям не имеется. Оснований для оговора ими осужденного, а также их заинтересованности в исходе дела, судом не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Вопреки утверждению стороны защиты о том, что показания потерпевшего и свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 существенного значения для оценки показаний осужденного не имеют, каких-либо противоречий в показаниях данных лиц судом апелляционной инстанции не усматривается, они являются последовательными. То обстоятельство, что ряд свидетелей не были непосредственными участниками и очевидцами дорожно-транспортного происшествия, свидетельством недопустимости их показаний не является, поскольку сообщенные ими сведения имеют непосредственное отношение к исследуемому событию, согласуются между собой и другими доказательствами по делу.

Осмотр места дорожно-транспортного происшествия был произведен надлежащим должностным лицом с соблюдением процедуры и составлением протокола в соответствии с требованиями закона.

Оспариваемые стороной защиты заключения эксперта ФИО3, признанные судом достоверными, составлены по результатам исследований, назначенных в установленном законом порядке в рамках уголовного дела, проведенных экспертом, имеющим необходимую квалификацию и образование, обладающим специальными познаниями, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, в полном соответствии с требованиями УПК РФ, которые предъявляются к автотехническим экспертизам, содержат подробные данные, расчеты, формулы, которые положены в основу выводов. Представленных эксперту материалов было достаточно для проведения порученного ему исследования. Содержащиеся в заключениях выводы, согласно которым ФИО1 необходимо было действовать в соответствии с п. 8.1, 9.1 (1), п. 9.10, п. 10.1 (абзац 1) ПДД РФ, являются научно обоснованными и согласуются с другими исследованными доказательствами. Правильность выводов эксперта и его компетенция сомнений не вызывает, оснований для назначения повторной автотехнической экспертизы, на что имеется ссылка в апелляционной жалобе, у суда не имелось. Само по себе несогласие осужденного и его защитника с выводами, приведенными в заключениях эксперта, а также проведение следствием дополнительной экспертизы, не свидетельствует об их недопустимости и не ставит под сомнение законность и обоснованность приговора. Ссылки на отсутствие в экспертизе покадрового анализа и полной реконструкции событий по видеозаписям, а также на опыт работы эксперта ФИО3 и отсутствие допуска к видеотехники, то, что он не выезжал на место происшествия, не свидетельствует о незаконности сделанных в экспертизах выводах.

Доводы о достоверности заключений, выполненных экспертами ФИО4 и ФИО7, были предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты по основаниям, указанном в приговоре. Ссылка на то, что у эксперта ФИО4 есть допуски к исследованию видеозаписи, не опровергает данных выводов. При этом вопреки доводам жалобы и дополнениям, оценка данным заключениям дана верная, оснований для их переоценки не имеется. Как верно отмечено судом, вывод эксперта ФИО7 о том, что в момент экстренного торможения ФИО1 не располагал технической возможностью избежать выезд на полосу встречного движения и в случае отсутствия на пути его движения автомобиля «Лада Гранта» продолжил бы движение до полной остановки опровергается показаниями же самого осужденного в суде о том, что в случае отсутствия на его пути автомобиля «Хавал» он бы проехал по левой полосе своего движения, не выезжая на полосу встречного движения.

При этом суд апелляционной инстанции также отмечает, что указанные заключения опровергаются иными подробно приведенными доказательствами: просмотренной в судебном заседании видеозаписью, заключениями эксперта ФИО3, а также показаниями потерпевшего, свидетелей Свидетель №6, самого ФИО1 Ссылки жалобы на проведение экспертизы от 08.01.2025 года по назначению Ленинского районного суда в рамках гражданского дела по ходатайству Свидетель №6 не опровергают правильности выводов суда, основанных на совокупности иных исследованных материалов дела, признанных судом допустимыми.

Вопреки доводам стороны защиты, суд дал оценку всей совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, и верно установил, что 03 августа 2023 года в период времени с 08 часов 15 минут до 08 часов 19 минут ФИО1, управляя технически исправным автомобилем «Киа Спортейдж» с г.р.з. <данные изъяты>, двигался по крайней правой полосе правой половины проезжей части, нарушил требования пунктов 8.1, 9.1(1), п. 9.10, 10.1 ПДД РФ. В нарушение п. 10.1 ПДД РФ не учел интенсивность движения, выбрал скорость движения около 60 км/ч, которая не обеспечила возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, в нарушение п. 9.10 ПДД РФ не выбрал безопасную дистанцию до движущегося впереди в попутном направлении автомобиля «Хонда CR-V» г.р.з. <данные изъяты> под управлением Свидетель №6, которая позволила бы избежать столкновения, в нарушение п. 8.1 ПДД РФ применил небезопасный маневр выезда на левую полосу правой половины проезжей части, в нарушение п. 9.1 (1) ПДД РФ, требований горизонтальной дорожной разметки 1.3 Приложения 2 к ПДД РФ, выехал на встречную полосу. В связи с чем, ФИО1 создал помеху и опасность для движения встречному автомобилю «Лада Гранта» г.р.з. <данные изъяты> под управлением Потерпевший №1 и совершил с ним столкновение, причинив последнему тяжкий вред здоровью по неосторожности. При этом нарушение ФИО1 вышеприведенных правил дорожного движения находится в прямой причинно-следственной связи с причинением по неосторожности тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1

Судом правильно установлено, что ФИО1 не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен и мог предвидеть эти последствия.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оценка показаний ФИО1 дана судом верная. При этом показания ФИО1, в которых он отрицает свою вину в совершении данного преступления, указывая, что его «подрезал» автомобиль «Хонда», в результате чего он немного повернул руль влево, чтобы выехать в левую полосу, однако произошла блокировка колес и его вынесло на полосу встречного движения, где произошло столкновение, суд правильно расценил как способ защиты ФИО1 с целью избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку данные показания опровергаются совокупностью исследованных в суде доказательств, признанных судом допустимыми. ФИО1 ссылался в своих показаниях на блокировку колес, неконтролируемый занос и неизменную траекторию данного заноса, то, что он немного повернул руль влево, чтобы выехать в левую полосу, в связи с чем якобы вылетел на полосу встречного движения, вместе с тем, он указал в своих показаниях и на то, что автомобиль «Хавал», стоящий в левой разрешенной ему полосе движения не дал ему возможности проехать по ней и он выехал на встречную полосу, а при отсутствии автомобиля «Хавал», он мог бы проехать, в связи с чем суд верно отметил противоречивость его показаний и дал надлежащую оценку всем его показаниям.

При этом, как обоснованно отмечено судом, ни одно из заключений, проведенное в рамках уголовного дела, не указывает на неконтролируемый занос и блокировку колес автомобиля осужденного.

При таких обстоятельствах, суд, с учетом исследованных доказательств, пришел к правильному выводу, что соблюдая ПДД, ФИО1 мог оценить дорожную ситуацию, поскольку из его же показаний следует, что автомобиль Свидетель №6 двигался впереди него на 1,5 корпуса, однако какого-либо соприкосновения с ним не произошло, что свидетельствует о нарушении осужденным правил дорожного движения.

К доводам о том, что у него не было иного выхода как повернуть налево во избежание столкновения с автомобилем Свидетель №6, поскольку он понимал, что в данном автомобиле может находиться как минимум водитель, а справа проезжая часть ограждена бордюрным камнем, суд верно отнесся критическим, поскольку, как правильно указано судом, он должен был понимать, что и в левой полосе могут находиться автомобили с людьми.

Вопреки доводам жалоб, судом установлены все обстоятельства ДТП, подлежащие доказыванию, сделан обоснованный вывод о том, что именно нарушение ФИО1 правил дорожного движения повлекло столкновение его автомобиля с автомобилем Потерпевший №1, в результате которого последнему по неосторожности причинен тяжкий вред здоровью.

Суд на основе исследованных доказательств, установив, вопреки доводам жалобы, в достаточной степени обстоятельства произошедшего, пришел к мотивированному выводу о том, что в создавшейся дорожной обстановке действия осужденного состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

При таких обстоятельствах, суд пришел к правильному выводу о том, что доводы о невиновности ФИО1 безосновательны, поскольку опровергаются приведенными в приговоре доказательствами.

Суд апелляционной инстанции считает доводы о нарушении права на защиту ФИО1, которое выразилось в отказе в удовлетворении ходатайства о возврате дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, ввиду обнаруженных нарушений, допущенных следователем, а именно наличие в деле неподшитого листа постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, на котором имеется отличие от того листа, который вшит, при этом ФИО1 вручалось данное постановление с содержанием, идентичным на неподшитом листе, несостоятельными.

Судом первой инстанции была дана оценка указанному доводу стороны защиты, который был им обоснованно отвергнут, поскольку ФИО1 было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 264 УК РФ, тексты обоих вариантов постановлений идентичны, за исключением одного абзаца в описательно-мотивировочной части, при этом сведений об отсутствии у ФИО1 права управления транспортного средством материалы дела не содержат. Кроме того, в суде первой инстанции следователь пояснил, что им была допущена техническая ошибка, выраженная во вручении ФИО1 неверной копии постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, в одном из абзацев которого имелось ошибочное указание на отсутствие у ФИО1 прав на управление транспортным средством, при этом обвинение было предъявлено только по ч.1 ст.264 УК РФ, а верный вариант постановления был изготовлен в тот же день, с ним ФИО1 знакомился в порядке ст.217 УПК РФ по итогам предварительного следствия с участием защитника, каких-либо замечаний, в том числе относительно допущенных нарушений ни защитником, ни обвиняемым, приведено не было. Оснований не доверять следователю у суда первой инстанции не имелось. Обвинительное заключение, в котором правильно изложены фактические обстоятельства дела, обвиняемому вручено. Поскольку существенных нарушений уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения, которые повлекли нарушение прав на защиту ФИО1 при производстве предварительного расследования не допущено, оснований для направления уголовного дела на дополнительное расследование у суда верно не имелось, не усматривает таковых оснований, с учетом вышеизложенного и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнениями, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Заявленные ходатайства в судебном заседании разрешены судом в соответствии с требованиями закона и по ним приняты законные и обоснованные решения. Нарушений принципа законности, состязательности сторон, объективности, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, прав на защиту ФИО1, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Каких-либо нарушений положений ст.ст.7, 14, 15,17, 88, 297,299, 302 УПК РФ, о чем имеется ссылка в дополнениях к жалобе, не усматривается.

Все принятые судом решения по оценке доказательств основаны на нормах закона и материалах дела, односторонности не содержат, каких-либо неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования их в пользу последнего, не установлено.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, в нем содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления.

При таких обстоятельствах, юридическая квалификация действий осужденного ФИО1 ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью, является правильной. Оснований для его оправдания, либо направления на дополнительное расследование в порядке ст. 237 УПК РФ, у суда верно не имелось, не усматривает таковых оснований и суд апелляционной инстанции.

Назначенное осужденному ФИО1 наказание отвечает требованиям ст. 6, 43, 60 УК РФ.

При назначении наказания суд первой инстанции учитывал все юридически значимые обстоятельства, в том числе, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, а также данные о личности виновного, наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, в связи с чем, суд пришел к правильному выводу, что цели наказания могут быть достигнуты при назначении ФИО1 наказания в виде ограничения свободы с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений и возложением определенной обязанности, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Судом при назначении наказания в качестве смягчающих наказание обстоятельств были установлены и учтены в полном объеме: в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – молодой возраст ФИО1, наличие положительных характеристик, состояние его здоровья.

Иных обстоятельств для признания их в качестве смягчающих судом не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Обстоятельств, отягчающих осужденному наказание, судом верно не установлено.

Правовых оснований для изменения категории совершенного преступления у суда правильно не имелось, поскольку оно отнесено к категории небольшой тяжести.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО1 деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости назначения осужденному наказания с учетом положений ст. 64 УК РФ, судом верно не установлено.

Выводы суда о назначении вида и размера наказания являются мотивированными и обоснованными, все имеющиеся в материалах дела сведения о личности осужденного в полной мере учтены судом при назначении наказания. Назначенное осужденному наказание представляется справедливым и соразмерным содеянному, и не может быть признано чрезмерно суровым.

Вместе с тем, обжалуемый приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.8 ст.302 УПК РФ, если к моменту вступления приговора в законную силу истекли сроки уголовного преследования, осужденный освобождается от назначенного наказания.

Согласно п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если после совершения преступления небольшой тяжести истекли два года.

Обжалуемый приговор на момент рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции в законную силу не вступил. Вместе с тем, на момент вынесения решения судом апелляционной инстанции, 15 августа 2025 года, срок давности преступления, совершенного ФИО1, истек. Учитывая, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, было совершено ФИО1 03 августа 2023 года, от следствия он не уклонялся, он подлежит освобождению от наказания, в связи с истечением срока давности по указанному преступлению на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, по делу не допущено.

В связи с изложенным, оснований для удовлетворения доводов жалобы с дополнениями к ней, не усматривается.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинского районного суда г. Иваново от 28 мая 2025 года в отношении ФИО1 – изменить.

Освободить ФИО1 от назначенного по ч.1 ст.264 УК РФ наказания на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования, установленного п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката и дополнения к ней – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через районный суд в течение 6 месяцев с момента его провозглашения.

В случае обжалования апелляционного постановления осуждённый вправе ходатайствовать об участии в заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий