Апелляционное определение № 33-1758/2026 от 29 апреля 2026 г.

Дело № 33-1758/2026 (№ 2-930/2025)

27RS0005-01-2025-000328-65


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Хабаровск 30 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда

в составе

председательствующего Литовченко А.Л.

судей Жерносек О.В., Плотниковой Е.Г.

при секретаре Смоляниновой Д.А.

с участием прокурора отдела прокуратуры Хабаровского края Копыловой О.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о возмещении вреда здоровью

по апелляционным жалобам ФИО1 и открытого акционерного общества «Российские железные дороги» на решение Краснофлотского районного суда г.Хабаровска от 02 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Жерносек О.В., пояснения ФИО1, представителя открытого акционерного общества «Российские железные дороги» ФИО2, заключение прокурора отдела прокуратуры Хабаровского края Копыловой О.Ю., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с уточненным иском к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД»), в котором просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 366 000 рублей, денежные средства на приобретение слухового аппарата в размере 538 000 рублей, ежегодной оплаты санаторного лечения в размере 130 000 рублей, судебные расходы на ксерокопирование документов в размере 520 рублей, почтовые расходы в размере 140 рублей.

В обоснование требований истец указал, что с апреля 2003 года по февраль 2019 года работал в должности помощника машиниста и машиниста электровоза в локомотивном депо ст.Хабаровск. В результате трудовой деятельности получил профессиональное заболевание: <данные изъяты>. По заключению врача – сурдолога ООО «Центр Слуха» ему рекомендованы прием препаратов: бетасерк, винпоцетин; осмотр сурдолога 1 раз в год, профилактическое лечение 1-2 раза в год, слухопротезирование цифровыми слуховыми аппаратами с индивидуальными ушными вкладышами. За оказание медицинской услуги в ООО «Центр Слуха» 22 июля 2024 года он понес расходы в сумме 3 230 рублей.

Стоимость цифрового слухового аппарата с индивидуальными ушными вкладышами: Модель: Signia Pure Charge Go 5 IX -inklusive vollem Servis Silberwtyyf ? составляет 371 85 рублей, исходя из его стоимости 90 евро и курса рубля 106 рублей 50 копеек за 1 евро. Стоимость профилактического лечения в год в санатории-профилактории «Железнодорожник» г.Хабаровск за 14 дней составляет 50 000 рублей, в санатории п. Тумнин «Горячий Ключ» за 14 дней – 80 000 рублей с выездом, итого за год стоимость профилактического лечения составит 130 000 рублей.

В связи с получением профессионального заболевания истец испытывает физические и нравственные страдания и полагает, что имеет право на компенсацию морального вреда, а также на возмещение расходов, связанных с лечением профессионального заболевания, которые подлежат взысканию с бывшего работодателя.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» г. Хабаровск».

Решением Краснофлотского районного суда г.Хабаровска от 02 декабря 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично: с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 взысканы компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей, судебные расходы в размере 660 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано.

С ОАО «РЖД» в бюджет городского округа «Город Хабаровск» взыскана государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить. Принять новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, компенсацию морального вреда увеличить до 350 000 рублей, а также взыскать с ответчика расходы по оплате медицинской услуги, оказанной 22 июля 2024 года врачом – сурдологом. В обоснование жалобы выражает несогласие с размером компенсации морального вреда, установленного судом к взысканию, поскольку взысканная судом сумма в размере 200 000 рублей не покрывает нравственных страданий, полученных истцом при исполнении своих трудовых обязанностей, определена без учета того, что профессиональное заболевание прогрессирует, влечет вредное воздействие на организм. Выражает несогласие с выводами суда об отказе во взыскании стоимости слухового аппарата и расходов на санаторное лечение. Истец является пенсионером, имеет доход менее 40 000 рублей, на иждивении его находятся два школьника и дочь обучается в ВУЗе, по этой причине не имеет достаточных средств и возможности приобрести слуховой аппарат и проходить санаторно-курортное лечение. Право на бесплатное санаторно-курортное лечение в санатории-профилактории «Железнодорожник» г.Хабаровска и «Горячий ключ» п.Тумнин Хабаровского края истец не имеет, так как не является работником и пенсионером ОАО «РЖД». Кроме того, обращает внимание, что требования истца о возмещении понесенных им расходов на оплату медицинской услуги, оказанной ему 22 июля 2024 года, судом не разрешены.

В апелляционной жалобе ОАО «РЖД» просит решение суда отменить, в удовлетворении иска отказать. Считает, что факт получения истцом в результате его трудовой деятельности в ОАО «РЖД» профессионального заболевания в виде двусторонней нейросенсорной тугоухости не доказан, выводы суда о наличии у истца профессионального заболевания и нарушении права истца на охрану здоровья ответчиком не соответствуют обстоятельствам дела. Сама по себе работа по профессии в условиях производственного шума не подтверждает причинение вреда истцу ответчиком и наличие причинно-следственной связи с имеющимся у истца заболеванием. В установленном законом порядке профессиональное заболевание у истца не установлено. Установленный ФИО1 диагноз с кодом Н90.3 к перечню профессиональных заболеваний не относится. Заключение судебно-медицинской экспертизы от 23 мая 2023 года № 029п полагает недопустимым доказательством, поскольку составлено оно не уполномоченным учреждением, его выводы не подтверждаются исследовательской частью экспертизы, сам ФИО1 обследованию при проведении экспертизы не подвергался. В решении суда выводы судебной экспертизы искажены. Ссылка суда на медицинское заключение ВЭК НУЗ «Дорожная клиническая больница на ст.Хабаровск-1» от 08 февраля 2019 является необоснованной, данное заключение к предмету спора не относится, являлось основанием для увольнения ФИО1 по п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы для истца. Полагает, что судом не применен закон, подлежащий применению, следовало применить законодательство, регулирующее правоотношения, связанные с установлением профессионального заболевания. Поскольку судом не установлена причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями, вина ответчика в заболевании истца, считает, что оснований для взыскания с ОАО «РЖД» компенсации морального вреда у суда не имелось.

В своих письменных возражениях на апелляционную жалобу истца ОАО «РЖД» полагает, что истцом пропущен срок подачи жалобы, в удовлетворении требований о взыскании денежных средств на приобретение слухового аппарата и санаторное лечение судом отказано обоснованно. Обращает внимание, что требования о взыскании расходов на оказание медицинской услуги истцом заявлено не было.

В судебном заседании стороны поддержали свои доводы апелляционных жалоб, прокурор отдела прокуратуры Хабаровского края Копылова О.Ю. в заключении полагала решение суда отменить, в удовлетворении иска ФИО1 отказать.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, об уважительных причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении судебного разбирательства не представили.

В соответствии со ст.ст. 167, 327 ГПК РФ, признав стороны извещенными о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, исходя из требований гл. 10 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения ФИО1, представителя ОАО «РЖД» ФИО2, заключение прокурора отдела прокуратуры Хабаровского края Копыловой О.Ю., проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах и возражениях относительно жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО1 работал в ОАО «РЖД» с 10 апреля 2003 года на основании трудового договора № # У от 09 апреля 2003 года в должности помощника машиниста электровоза (грузовое движение) в эксплуатационном локомотивном депо Хабаровск – II, г.Хабаровска.

Приказом ОАО «РЖД» от 11 февраля 2019 года № 57/л трудовой договор с ним был прекращен на основании п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ в связи с отсутствием у работодателя работы, соответствующей медицинскому заключению, выданному в установленном порядке.

Из представленного в материалы дела решения Центрального районного суда г.Хабаровска от 28 июня 2024 года по делу № 2-167/2024 по иску ФИО1 к ОАО «РЖД», общественной организации – Дорожной территориальной организации Российского профессионального союза железнодорожников и транспортных строителей (Роспрофжел) на Дальневосточной железной дороге о возложении обязанности совершить определенные действия, произвести перерасчет выплат при увольнении, компенсации морального вреда, апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 18 октября 2024 года, определения Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 03 апреля 2025 года, оставленных без изменения названного решение суда, усматривается, что протоколом № 1003 от 26 декабря 2018 года КГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» министерства здравоохранения Хабаровского края врачебная комиссии приняла решение о наличии у ФИО1 противопоказаний для работы, непосредственно связанной с движением поездов; по заключению ВЭК НУЗ «Дорожная клиническая больница на ст.Хабаровск-1», поликлиника № 2 от 08 февраля 2019 года ФИО1 негоден к работе в должности помощника машиниста электровоза; по справке от 05 февраля 2019 года КГБУЗ «ККПБ» министерства здравоохранения ФИО1 имеет заболевание в виде психастенического невроза. Указанное заболевание послужило основанием для увольнения истца с работы.

В рамках рассмотрения дела № 2-167/2024 судом была назначена комиссионная экспертиза профессиональной пригодности и связи заболевания с профессией, производство которой было поручено КГБУЗ «Бюро СМЭ», согласно выводам экспертов которого № 029п от 23 мая 2024 года, у ФИО1 на момент увольнения имелись следующие заболевания: психастенический невроз; пресбиопия; двусторонняя нейросенсорная тугоухость 0-1 степени; гипертоническая болезнь с преимущественным поражением сердца без (застойной) сердечной недостаточности; 1 стадии, 1 степени, риск 2, недостаточность кровообращения 0 стадии; нарушение сердечного ритма высоких градаций в виде одиночных параксизмов, наджелудочковая тахикардия с положительной динамикой (одиночные мономорфные желудочковые экстрасистолы, одиночные суправентрикулярные экстрасистолы); остеохондроз шейного и пояснично-крестцового отделов позвоночника.

Из вышеперечисленных заболеваний, имеющихся у ФИО1, к перечню профессиональных заболеваний относится только двусторонняя нейросенсорная тугоухость. Другие перечисленные патологии как профессиональные заболевания не расцениваются.

Двусторонняя нейросенсорная тугоухость у ФИО1 могла быть получена в результате трудовой деятельности, так как его работа связана с производственным шумом (п.15 Приложение №1 к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 12 апреля 2011 года № 302н).

Заболевания, имеющиеся у ФИО1, не входят в перечень профессиональных заболеваний, препятствующих выполнению им отдельных видов работ в должности помощника машиниста (машиниста) электровоза в ОАО «РЖД».

Степень, имеющейся у ФИО1 профессиональной патологии (нейросенсорной тугоухости), согласно положениям Приказа Минздравсоцразвития России от 19 декабря 2005 года № 796, Приказа Минздравсоцразвития России от 12 апреля 2011 года № 302н, не препятствует выполнению им отдельных видов работ в должности помощника машиниста (машиниста) электровоза в ОАО «РЖД».

Согласно представленным в материалы дела медицинским документам ФИО1 07 марта 2018 года, 16 января 2019 года при осмотре оториноларингологом был установлен диагноз - <данные изъяты>

25 января 2019 года в заключении профпатолога ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» г.Хабаровск» по результатам профессионального медицинского обследования указано, что профзаболеваний не выявлено, при этом в анамнезе отмечено наличие у ФИО1 с 2006 года хронической 2сотр НСТ о ст.;

27 октября 2021 года в медицинском заключении КГБУЗ «Краевая клиническая больница № 1» им. профессора С.И. Сергеева ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты>

22 июля 2024 года при осмотре врачом-сурдологом ООО «Центр слуха» ему установлен тот же диагноз, назначено лечение (бетасерк и винпоцетин), рекомендовано слухопротезирование цифровыми слуховыми аппаратами с индивидуальными ушными вкладышами.

Тот же диагноз ФИО1 установлен 14 июля 2025 года врачом- оториноларингологом КГБУЗ «Городская клиническая больница» имени профессора А.М. Войно-Ясенецкого министерства здравоохранения Хабаровского края, 18 ноября 2025 года врачом сурдологом ООО «Саико».

В выписных эпикризах Дорожной клинической больницы станции Хабаровск-1 ДВЖД указано, что ФИО1 с 15 по 29 января 2008 года, с 11 по 23 января 2009 года, с 23 по 31 июля 2012 года, с 24 сентября 2013 года по 07 октября 2013 года, с 05 по 16 октября 2015 года, с 06 по 15 декабря 2017 года находился в лор-отделении ДКБ с диагнозом: двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость 0 ст.

В ответе ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» г.Хабаровск» от 26 июня 2024 года в адрес юридической службы Дальневосточной железной дороги – филиала ОАО «РЖД» указано об отсутствии в медицинском учреждении информации и документов, подтверждающих, что тугоухость, диагностированная у ФИО1, входящая в перечень профессиональных заболеваний, не могла быть получена им в результате трудовой деятельности в ОАО «РЖД». Установленный на момент увольнения диагноз нейросенсорная тугоухость 0-1 ст. отражает наличие незначительных отклонений аудиограммы по восприятию высоких частот и отсутствие снижения слуха на речевых частотах. Данные начальные нарушения не препятствовали трудовой деятельности в должности помощника машиниста (машиниста) электровоза, в том числе, в условиях воздействия шума.

В обоснование исковых требований о взыскании расходов на приобретение цифрового слухового аппарата Phonak Audio P 70-312 в размере 538 000 рублей истцом представлен заказ покупателя от 11.07.2025 ИП ФИО3 на приобретение данного аппарата в количестве 2 штук по цене 269 000 рублей каждый.

В обоснование исковых требований о возложении на ответчика обязанности по возмещению ежегодных расходов на лечение в санатории-профилактории «Железнодорожник» г. Хабаровск и санатории «Горячий ключ» п. Тумнин Хабаровского края в сумме 130 000 рублей истцом представлены скриншоты переписки с данными организациями, сведения с официальных их сайтов.

Разрешая заявленные требования и удовлетворяя их частично, суд первой инстанции, ссылаясь на заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы КГБУЗ «Бюро СМЭ» министерства здравоохранения Хабаровского края № 029п от 23 мая 2024 года, пришел к выводу, что заболевание ФИО1 двусторонняя нейросенсорная тугоухость является профессиональным, данное заболевание получено ФИО1 в период работы в ОАО «РЖД», возникло в связи с виновными действиями работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда, в связи с чем усмотрел основания для взыскания с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда. Поскольку истец не представил доказательств тому, что именно заявленный им слуховой аппарат был необходим ему, именно в названных им лечебно-профилактических учреждениях необходимо было ему проходить лечение, и при этом истец не имел права на их бесплатное получение, суд требования истца о взыскании с ответчика денежных средств на приобретение слухового аппарата и ежегодной оплаты санаторного лечения оставил без удовлетворения.

Судебная коллегия не может оснований согласиться с выводом суда о взыскании с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в силу следующего.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абз.4 и 14 ч.1 ст. 21 ТТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4. 15 и 16 ч.2 ст.22 ТК РФ).

Согласно абз.2 ч.1 ст.210 ТК РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно абз.2 и 13 ч.1 ст.219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее по тексту - Федеральный закон от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ), которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору (п.1 ст.1 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ).

Физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (абз.2 п. 1 ст.5 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ).

Право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая (п.1 ст.7 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ).

Страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию (абз. 9 ст.3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ).

В соответствии с абз.11 ст.3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

В п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (далее - центр профессиональной патологии).

С 01 марта 2023 года постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967 утратило силу в связи с изданием постановления Правительства Российской Федерации от 05 июля 2022 года № 1206, утвердившего новые Правила расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников (далее – Правила).

В соответствии с п.8 при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание извещение об установлении работнику указанного предварительного диагноза направляется медицинской организацией в течение 3 рабочих дней со дня установления этого предварительного диагноза в орган государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора) и работодателю по форме, установленной Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Орган государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора) в 2-недельный срок со дня получения извещения об установлении работнику предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание представляет в медицинскую организацию, направившую извещение об установлении работнику указанного предварительного диагноза, санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника (абз.2 п.9 Правил).

В соответствии с п.10 Правил медицинская организация, установившая предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание, в месячный срок со дня получения санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника обязана направить работника в центр профессиональной патологии для проведения экспертизы связи заболевания с профессией, а также для оказания (при наличии показаний) медицинской помощи с представлением вместе с направлением документов, в том числе, санитарно-гигиенической характеристики условий труда, а также (при наличии) возражения к ней.

Как следует из п.11 Правил центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и документов, указанных в пунктах 5 и 10 настоящих Правил, проводит экспертизу связи заболевания с профессией в соответствии с ч. 6 ст.63 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»; на основании результатов экспертизы устанавливает заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание или хроническое профессиональное заболевание (возникшее в том числе спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания (далее - медицинское заключение) и в течение 3 рабочих дней направляет соответствующее извещение в орган государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора), работодателю, в медицинскую организацию, направившую работника, и в Фонд социального страхования Российской Федерации.

Пунктом 15 Правил установлено, что работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания (далее - расследование).

Работодатель в течение 10 рабочих дней со дня получения извещения о заключительном диагнозе образует комиссию, возглавляемую руководителем (заместителем руководителя) органа государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора). В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда, представитель центра профессиональной патологии, установившего заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание или хроническое профессиональное заболевание, представитель выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками представительного органа (при наличии) и страховщика (по согласованию), в расследовании могут принимать участие другие специалисты, при этом число членов комиссии должно быть нечетным.

На основании рассмотрения документов комиссия устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил или иных нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждению профессиональных заболеваний (п.25 Правил).

По результатам расследования комиссия составляет акт, который подписывается членами комиссии и утверждается ее председателем (п.26 Правил).

Согласно п.29 Правил Акт является документом, подтверждающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника в результате воздействия вредного производственного фактора (факторов) на его рабочем месте.

В акте подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил или иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности работника, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (п.31).

Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967, содержало аналогичные приведенным выше положения.

В соответствии с пп. 5,6 ст.63 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской организации в области профессиональной патологии при выявлении профессионального заболевания. По результатам экспертизы связи заболевания с профессией выносится медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания.

Порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией и форма медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

На момент обращения в суд с иском по настоящему делу (12 февраля 2025 года) такой Порядок был утвержден приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации 31 января 2019 года № 36н (далее – Порядок от 31 января 2019 года № 36н).

С 01 сентября 2025 года данный приказ утратил силу в связи с изданием приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 29 апреля 2025 года № 258н, утвердившего новые Порядок и форму медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания),

Согласно пп.3,11 Порядка от 31 января 2019 года № 36н экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской или иной организации, имеющей лицензию на медицинскую деятельность в части работ (услуг) по «профпатологии» и «экспертизе связи заболевания с профессией» (далее - центр профессиональной патологии).

Для проведения экспертизы связи острого профессионального заболевания (отравления) или хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией в центре профессиональной патологии формируется постоянно действующая врачебная комиссия по проведению экспертизы связи заболевания с профессией (далее - врачебная комиссия).

В Хабаровском крае на основании лицензии на осуществление медицинской деятельности работы и услуги по профпатологии вправе выполнять Краевой центр профессиональной патологии Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора С.И. Сергеева (далее – КГБУЗ ККБ имени С.И. Сергеева), в связи с чем, последнее является специализированной медицинской организацией, имеющей полномочия на проведение экспертизы связи заболевания с профессией, т.е. центром профессиональной патологии.

Согласно пп.4, 5 Порядка от 31 января 2019 года № 36н для экспертизы связи острого профессионального заболевания (отравления) с профессией гражданин направляется в центр профессиональной патологии медицинской организацией, установившей предварительный диагноз - острое профессиональное заболевание (отравление), непосредственно после оказания гражданину специализированной медицинской помощи с выдачей ему направления, при этом медицинская организация представляет в центр профессиональной патологии следующие документы: а) выписку из медицинской документации, содержащую клинические данные состояния здоровья гражданина; б) санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника.

Для экспертизы связи хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией гражданин направляется в центр профессиональной патологии врачом-профпатологом медицинской организации по месту жительства или пребывания (с учетом права на выбор медицинской организации), установившим предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (отравление), в тридцатидневный срок после установления предварительного диагноза хронического профессионального заболевания (отравления) с выдачей ему направления (п.6 Порядка от 31 января 2019 года № 36н).

В соответствии с пп.12, 15 по результатам проведения экспертизы связи острого профессионального заболевания с профессией, экспертизы связи хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией врачебная комиссия соответственно выносит решение о наличии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью и устанавливает заключительный диагноз острого профессионального заболевания, хронического профессионального заболевания (отравления) ибо об отсутствии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью.

О наличии или об отсутствии у гражданина профессионального заболевания оформляется медицинское заключение (п.17 вышеуказанного Порядка).

При разрешении спора приведенные выше нормы права судом первой инстанции применены не были, юридически значимые обстоятельства не установлены.

Как установлено в суде апелляционной инстанции из объяснений сторон и следует из материалов дела, в отношении истца не проводилась процедура установления профессионального заболевания, а потому не имеется доказательств наличия связи заболевания с профессией.

Представленное в материалы дела заключение эксперта КГБУЗ «Бюро СМЭ» министерства здравоохранения Хабаровского края № 029 п от 23 мая 2024 года в силу изложенных норм права не может быть принято в качестве допустимого доказательства установления связи имеющегося у ФИО1 заболевания – двусторонняя нейросенсорная тугоухость 0-1 степени с его профессией, поскольку КГБУЗ «Бюро СМЭ» министерства здравоохранения Хабаровского края не относится к специализированным лечебно-профилактическим учреждениям, клиникам или отделам профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделениям, имеющим право устанавливать впервые профессиональное заболевание.

Кроме того, при производстве данной экспертизы, как следует из ее содержания, санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО1 не исследовалось, а как следует из объяснения сторон, такая характеристика не составлялась, расследование профессионального заболевания не проводилось.

Представленные в материалы дела производственная характеристика на Рег ВЭК, ответ Дальневосточного Управления государственного железнодорожного надзора Ространснадзора от 30 сентября 2015 года в адрес ФИО1 об эксплуатации электровозов с установленными воздуховыводящими атмосферными трубками на кранах машинистов, карты № № 155, 507, 488 специальной оценки условий труда машиниста электровоза (грузовое движение) эксплуатационного локомативного депо Хабаровск – II – структурного подразделения Дальневосточной дирекции тяги – структурного подразделения Дирекции тяги – филиала ОАО «РЖД», протокол № 155/4 измерения и оценки уровней шума, протоколы исследования (испытания) показателей шума № 1226.01 от 27 июня 2018 года, № 2193.01 от 03 октября 2018 года не могут подменять собой санитарно-гигиеническую характеристику условий труда ФИО1

При прохождении медицинских осмотров в период работы в ОАО «РЖД» медицинскими работниками, в том числе профпатологом, не усмотрены основания для установления ФИО1 предварительного диагноза профессионального заболевания.

Поскольку нормами действующего законодательства предусмотрена процедура установления профессионального заболевания, которая в данном случае не была произведена, а потому экспертным путем невозможно установить данные обстоятельства.

Судом апелляционной инстанции назначалась экспертиза по вопросу связи заболевания с профессией в Краевой центр профессиональной патологии КГБУЗ ККБ имени С.И. Сергеева министерства здравоохранения Хабаровского края, однако дело возвращено данным учреждением в связи с несоблюдением Порядка проведения экспертизы связи заболевания с профессией.

При таких обстоятельствах, выводы суда о том, что двусторонняя нейросенсорная тугоухость у ФИО1 является профессиональным заболеванием, полученным им в результате трудовой деятельности, нельзя признать законными и обоснованными.

Само по себе указание в Перечне профессиональных заболеваний, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 21 марта 2025 года № 141н и ранее действующим до 01 сентября 2025 года приказом Министерства здравоохранения и социального

развития Российской Федерации от 27 апреля 2012 года № 417н заболевания - Хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость также не свидетельствует о наличии у ФИО1 профессионального заболевания.

Согласно ст.21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Абзац второй пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Представленными в материалы дела доказательствами причинение ответчиком истцу морального вреда профессиональным заболеванием не доказано, в связи с чем, оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца с ответчика у суда первой инстанции не имелось, и как следствие отсутствуют основания для удовлетворения производных требований истца о взыскании денежных средств на приобретение слухового аппарата, ежегодной оплаты санаторного лечения и судебных расходов.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы ФИО1 в силу вышеизложенного подлежат отклонению как несостоятельные, основанные на неверном толковании норм права. Доводы жалобы ответчика заслуживают внимание.

Поскольку при разрешении спора о взыскании компенсации морального вреда судом допущены нарушения норм материального права, решение суда в указанной части, а также в части взыскания судебных расходов подлежит отмене в соответствии с п.4 ч.1 ст.330 ГПК РФ с принятием нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Краснофлотского районного суда г.Хабаровска от 02 декабря 2025 года в части взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, судебных расходов, в бюджет муниципального образования государственной пошлины отменить, в отмененной части принять по делу новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов отказать.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15 мая 2026 года.

Председательствующий

Судьи