Решение № 2-617/2019 2-617/2019~М-3/2019 М-3/2019 от 4 марта 2019 г. по делу № 2-617/2019

Дело № 2-617/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 марта 2019 года г. Магнитогорск

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Чухонцевой Е.В.

при секретаре Колотыгиной А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда, признании положения о премировании недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что с 14 ноября 2001 года по 31 августа 2015 года ФИО1 служила в ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области. С 30 мая 2016 года была принята в центр трудовой адаптации в этом же учреждении и была уволена по инициативе работника с 01 ноября 2018 года. При увольнении в срок была выплачена заработная плата, компенсация за отпуск. Ранее всем работника данного учреждения выплачивалась премия в конце каждого года, начисленная за каждый квартал в размере 12000-15000 руб. При увольнении потребовала от работодателя выплатить причитающиеся премиальные за 2018 год. До настоящего времени сумму премиальных работодатель за 4 квартала 2018 года не выплатил. Просит суд взыскать с ответчика сумму недополученной премии в размере 60 000 руб., проценты за нарушение сроков выплаты в размере 2 064 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. (л.д. 4-5).

Впоследствии дополнила исковые требования, просила также суд признать п.13 положения о премировании ФКУ ИК-18 ФИО2 России по Челябинской области недействительным в соответствии со ст. 168 ГК РФ (л.д.52).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена, дело рассмотрено в ее отсутствие.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности от 26 января 2019 года, в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям и доводам, изложенным в иске.

Пояснила, что в соответствии с трудовым законодательством премиальные, которые начисляются работодателем, считаются частью заработной платы. У работодателя имеются положение о начислении зарплаты, положение о премировании, где указано, что рабочим и служащим выплачивается премия за образцовое исполнение функциональных обязанностей в размере 4 окладов в год в зависимости от результатов исполнения и функциональных обязанностей. Пунктами 3,4 предусмотрено, что квартальная премия выплачивается 1 раз в квартал в первый месяц, следующий за отчетным; предложения о выплате работникам квартальной премии, лишении или снижении ее размера представляется в отдел организации труда и заработной платы до 05 числа месяца, следующего за отчетным. А за 4 квартал до 1 декабря текущего года после согласования с отделом кадров решения о начислении квартальной премии, которое оформляется приказом. При увольнении премия выплачена не была. Просила удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области ФИО4, действующая на основании доверенности от 09 января 2019 года, в судебном заседании исковые требования не признала.

Представила возражение на иск, в которых просила в удовлетворении исковых требований отказать (л.д. 15-16).

В судебном заседании пояснила, что основанием для отказа в начислении премии являются пункты 11, 12, 13 Положения о премировании рабочих и служащих. Премирование рабочих и служащих производится на основании приказов начальника учреждения по премированию. Приказы о премировании или не премировании рабочих и служащих издаются в учреждении на основании технико-экономических показателях, достигнутых в соответствующем квартале. При отсутствии прибыли, то есть превышении расходов над доходами премия не начисляется. Прибыль учреждения по производству получилась только в середине декабря 2018 года, поэтому по результатам расчетов был издан приказ о начислении премии работникам, которые числились в штате на момент издания приказа. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в период с 14 ноября 2001 года по 31 августа 2015 года проходила службу в ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области, что следует из копии трудовой книжки (л.д. 6-7).

С 30 мая 2016 года была принята в учреждение на должность <данные изъяты> осужденных (приказ от 30.05.2016года № 85-с) (л.д.20).

01 ноября 2018 года ФИО5 уволена на основании заявления по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ (приказ от 29.10.2018г. <номер обезличен>-лс) (л.д.18-19).

Оплата труда гражданского персонала учреждения производится в соответствии с «Положением об условиях оплаты труда гражданского персонала учреждения и выплата денежного довольствия сотрудникам учреждения», утвержденного приказом начальника учреждения от 29 декабря 2017 года № 671.

Квартальное премирование вольнонаемных работников учреждения производится на основании «Положения о премировании рабочих и служащих ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области за образцовое исполнение функциональных обязанностей», утвержденного приказом начальника учреждения от 29 декабря 2017 года № 671.

Положение предусматривает выплату квартальной премии в размере не более 4 окладов в год.

В соответствии с п.11 Положения о премировании выплата квартальной премии вольнонаемным работникам, содержащимся за счет ДИБФ, производится в пределах сметы доходов и расходов, исходя из выделенных лимитов бюджетных обязательств, при наличии положительных финансовых результатов деятельности.

В соответствии с пунктом 12 Положения от премировании учреждение может выплатить ранее не начисленные премии за предыдущие кварталы по итогам работы за полугодие, 9 месяцев или за год, если получены положительные нарастающие итоги работы ЦТАО учреждения за этот период (л.д.22-25).

В соответствии с пунктом 13 Положения о премировании начисление премии производится работникам учреждения, находящимся в штате учреждения на момент принятия решения о начислении квартальной премии за исключением лиц, находящимся на испытательном сроке и ранее уволенным (л.д. 29 об).

Согласно ст. 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со ст. 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 191 Трудового кодекса РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам.

Положения указанных норм права о премиальных выплатах, носят стимулирующий характер.

По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иными нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда включает помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, являющаяся мерой поощрения работников за добросовестный и эффективный труд, применение которой относится к компетенции работодателя.

Выплата работникам премии по итогам работы за год не является гарантированной составляющей общего вознаграждения, поскольку устанавливается Положением о премировании рабочих и служащих ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области за образцовое исполнение функциональных обязанностей при достижении работниками и всей организацией в целом определенных финансовых показателей.

Суду представлен приказ № 285 от 28 апреля 2018 года, согласно которому денежная премия по итогам 1 квартала за образцовое исполнение функциональных обязанностей гражданскому персоналу не начислять ввиду превышения расходов над доходам (л.д. 31).

Также в материалах дела имеется приказ № 266-лс от 25 сентября 2018 года, согласно которому денежная премия по итогам 2 и 3 квартала 2018 года за образцовое исполнение функциональных обязанностей гражданскому персоналу не начислять ввиду отсутствия лимитов бюджетных обязательств при наличии просроченной кредиторской задолженности поставщикам и подрядчикам (л.д. 32).

Ссылки истца на обещания работодателя выплатить премию основаны на неверном толковании трудового законодательства и локальных нормативных актов ответчика, поскольку выплата включенных в систему оплаты труда стимулирующих и премиальных сумм производится в порядке, на условиях и в размерах, предусмотренных в трудовом договоре и в локальных нормативных актах работодателя, в том числе с учетом условий, предусматривающих самостоятельную оценку работодателем выполненных работником трудовых обязанностей, объема работы, личного вклада каждого работника в результаты деятельности организации, а также с учетом оценки работодателем своего финансового состояния, возможности формирования премиального фонда.

На основании изложенного, суд признает несостоятельными доводы истца о том, что оспариваемая премия носила постоянный системный характер, является составной неотъемлемой частью заработной платы, является обязательной, не является стимулирующей выплатой, всегда начислялась работодателем в размере вне зависимости от результатов работы и выплачивалась не как переменная часть заработной платы, а как постоянная часть.

Суд приходит к выводу о том, что премии за 4 квартала 2018 года не являются гарантированными составляющими денежного содержания, принятие решения о выплате которых, является правом работодателя.

В материалы дела представлен приказ от 18 декабря 2018 горда № 354-лс, в соответствии с которым вольнонаемных сотрудникам ЦТАО по итогам 2 квартала 2018 года начислена денежная премия по итогам 2 квартала за образцовое исполнение функциональных обязанностей в размере должностного оклада (л.д. 33).

Также в деле имеется приказ № 355-лс от 18 декабря 2018 года, в соответствии с которым вольнонаемных сотрудникам ЦТАО по итогам 2 квартала 2018 года начислена денежная премия по итогам 3 квартала за образцовое исполнение функциональных обязанностей в размере должностного оклада за фактически отработанное время(л.д. 33).

Однако, как следует из п. 13 Положения о премировании начисление премии производится работникам учреждения, находящимся в штате учреждения на момент принятия решения о начислении квартальной премии за исключением лиц, находящимся на испытательном сроке и ранее уволенным (л.д. 29 об).

Истец была уволена 01 ноября 2018 года, ранее даты приказа о начислении премии (18 де5абря 2018 года), следовательно, оснований для выплаты премии по итогам работы за 2 и 3 квартал 2018 года не имеется.

ФИО1 заявлено требование о признании п.13 положения о премировании ФКУ ИК-18 ФИО2 России по Челябинской области недействительным в соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, ответчиком изданы приказы о начислении премии за 2-3 квартал 2018 года.

Приведенные выше положения закона не содержат запрета относительно принятия начальником внутренней службы решения о премировании в отношении работников.

Кроме того, система оплаты труда применительно к ст. 135 ТК Российской Федерации, включает: фиксированный размер оплаты труда (оклад, тарифные ставки) с учетом квалификации, сложности, количества и качества выполненной работы; доплаты, надбавки компенсационного характера; доплаты и надбавки стимулирующего характера.

Фиксированный размер оплаты труда основывается на нормах прямого действия, поскольку они служат непосредственным основанием для соответствующей выплаты работнику, полностью отработавшего норму рабочего времени и выполнившего трудовые обязанности в нормальных условиях труда. Издание работодателем дополнительного приказа в таком случае не требуется.

Стимулирующие выплаты, в отличие от компенсационных, зависят от усмотрения работодателя.

Оплата труда гражданского персонала учреждения производится в соответствии с «Положением об условиях оплаты труда гражданского персонала учреждения и выплата денежного довольствия сотрудникам учреждения», утвержденных приказом начальника учреждения о 29 декабря 2017 года № 671.

Квартальное премирование вольнонаемных работников учреждения производится на основании «Положения о премировании рабочих и служащих ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области за образцовое исполнение функциональных обязанностей», утвержденное приказом начальника учреждения от 29 декабря 2017 года № 671.

Положение предусматривает выплату квартальной премии в размере не более 4 окладов в год.

В соответствии с п.11 Положения о премировании выплата квартальной премии вольнонаемным работникам, содержащимся за счет ДИБФ, производится в пределах сметы доходов и расходов, исходя из выделенных лимитов бюджетных обязательств, при наличии положительных финансовых результатов деятельности.

В соответствии с пунктом 12 Положения от премировании учреждение может выплатить ранее не начисленные премии за предыдущие кварталы по итогам работы за полугодие, 9 месяцев или за год, если получены положительные нарастающие итоги работы ЦТАО учреждения за этот период (л.д.22-25).

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 13 Положения о премировании начисление премии производится работникам учреждения, находящимся в штате учреждения на момент принятия решения о начислении квартальной премии за исключением лиц, находящимся на испытательном сроке и ранее уволенным.

Из приведенных норм права, Положения о премировании следует, что выплата премии является правом работодателя, который дает оценку труду работника, на поощрение работника в рамках ст. 191 ТК Российской Федерации, а определение условий выплаты и размера премий его прерогативой; сама премия не является гарантированной частью заработной платы, ее невыплата не нарушает прав истца на гарантированное вознаграждение за труд в силу ст. 129 ТК Российской Федерации.

Премия не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых или иных обязанностей, носит произвольный характер.

Следовательно, в данном случае стимулирующая выплата истцу и определение ее конкретного размера являются исключительной прерогативой работодателя, поскольку доказательств того, что премия входила в систему оплаты труда и являлась обязательной не представлено.

Судом установлено, что у ответчика действует иной локальный нормативный акт, устанавливающий систему оплаты труда - "Порядок и условия применения стимулирующих и компенсационных выплат, а именно: Положение о премировании рабочих и служащих ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области за образцовое исполнение функциональных обязанностей», утвержденное приказом начальника учреждения от 29 декабря 2017 года № 671.

Указанный локальный нормативный акт подлежит применению к отношениям сторон, поскольку утвержден приказом по ФКУ ИК-18 ГК«Положения о премировании рабочих и служащих ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области за образцовое исполнение функциональных обязанностей», утвержденное приказом начальника учреждения от 29 декабря 2017 года № 671 ГУФСИН России по Челябинской области от 29 декабря 2017 года № 671.

Кроме того, по смыслу ст. ст. 9, 129, 135 Трудового кодекса РФ применению подлежат действующие у ответчика локальный нормативный акт (ст. 8 Трудового кодекса РФ), как улучшающие положение работников в части оплаты труда по сравнению с иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, п. 13 Положения ни каким образом не противоречит ст. 129 Трудового кодекса РФ.

Более того, представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд с требованиями о признании п. 13 Положения о премировании недействительным.

Согласно ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Установленные ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд, по существу, являются сроками исковой давности.

Вопрос о конституционности предусмотренных ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации кратких сроков обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора являлся предметом неоднократного обращения в Конституционный Суд Российской Федерации граждан, полагавших, что таким законоположением нарушаются их права, гарантированные ст. ст. 17, 19, 46, 55 Конституции Российской Федерации, что чрезмерно краткие сроки для обращения в суд ставят работников в неравное положение с работодателями, которые по спорам о возмещении работником ущерба могут обратиться в суд в течение одного года со дня обнаружения ущерба (ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации) и с истцами по другим категориям споров, на которые распространяются положения ст. ст. 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общий срок исковой давности три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации закрепляет условия, порядок и сроки для обращения работников в суд и призвана гарантировать им возможность реализации права на индивидуальные трудовые споры (ст. 37 Конституции Российской Федерации). Предусмотренные в ч. 1 ст. 392 указанного Кодекса сроки для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора являются более короткими по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. Однако такие сроки, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не могут быть признаны неразумными и несоразмерными, поскольку направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и по своей продолжительности являются достаточными для обращения в суд. Кроме того, трудовое законодательство устанавливает специальный механизм защиты и восстановления трудовых прав работников, учитывая особый характер трудовых прав граждан и относительно краткие сроки для обращения в суд - при пропуске срока по уважительным причинам он согласно ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации может быть восстановлен судом в установленном порядке (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2013 года N 618-О, от 15 июля 2010 года N 1006-О-О, от 13 октября 2009 года N 1319-О-О и другие).

При этом в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствующие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжело больными членами семьи).

В соответствии со ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Установлено, что положение о премировании утверждено приказом начальника учреждения 29 декабря 2017 года.

При рассмотрении настоящего спора суд исходит из того, что с приказами руководителя работников знакомят начальники служб и отделов, а также информация размещается на информационном стенде.

Таким образом, истец имел возможность признать п.13 оспариваемого Положения как акт не соответствующий закону в течение 3 месяцев после его издания.

Обращение истца в суд с данным требованием последовало 9 января 2019 года.

При этом истец не представила суду надлежащие и допустимые доказательства уважительности причин пропуска обращения в суд с требованием о признании п. 13 Положения о премировании недействительным.

Пропуск срока для обращения в суд, при отсутствии уважительных причин, является самостоятельным основанием для отказа в иске (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации"), в связи с чем оснований для удовлетворения требования истца о признании недействительным п. 13 Положения о премировании не имеется.

Учитывая, что оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании задолженности по премиальным выплатам решением суда не установлено, то производные требования истца о взыскании процентов за его несвоевременную выплату в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ, взыскании компенсации морального вреда судом отклоняются.

Оснований для возложения на работодателя ответственности по возмещению такого вреда с учетом положений ст. 237 Трудового кодекса РФ не имеется, поскольку нарушений трудовых прав работника неправомерными действиями или бездействием работодателя по заявленным в иске требованиям и основаниям не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российская Федерация суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Челябинской области о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда, признании положения о премировании недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: