Решение № 2-72/2019 2-72/2019(2-975/2018;)~М-839/2018 2-975/2018 М-839/2018 от 4 июля 2019 г. по делу № 2-72/2019

Дело № 2-72/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2019 года с. Миасское

Красноармейский районный суд Челябинской области в составе председательствующего - судьи Бутаковой О.С.,

при секретаре Меньшиковой Ю.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному учреждению «Красноармейская центральная районная больница» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом неоднократных уточнений в порядке ст. 39 ГПК РФ) об установлении факта трудовых отношений на должности медицинской сестры палатной палаты реанимации и интенсивной терапии в периоды с 18 января 2007 по 10 октября 2007 года, с 08 декабря 2007 по 19 декабря 2007 года, с 01 февраля 2008 по 21 июля 2010 года, возложении обязанности внести исправления в трудовую книжку, признав записи №15 от 18 января 2007 года, №17 от 27 марта 2008 года недействительными, внести записи, подтверждающие принятие с 18 января 2007 года на должность медицинской сестры палатной в палату реанимации и интенсивной терапии Красноармейской ЦРБ, перевод с 11 февраля 2008 года на должность медицинской сестры палатной в палату реанимации и интенсивной терапии, направить в ПФР для индивидуального (персонифицированного) учета на индивидуальный лицевой счет ФИО1 корректирующие (исправленные) сведения по коду условий для досрочного назначения пенсии: код 28-СМХР за периоды работы с 18 января 2007 по 10 октября 2007 года, с 08 октября 2007 по 19 декабря 2007 года, с 11 февраля 2008 по 31 декабря 2008 года, код 27-СМХР за период работы с 01 января 2009 по 21 июля 2010 года.

В обоснование иска указала, что в указанные выше период работы осуществляла трудовую деятельность в должности медицинской сестры палатной в палате реанимации и интенсивной терапии МУ «Красноармейская ЦРБ». При оформлении на работу ей было сказано, что она будет работать медицинской сестрой палатной в палате реанимации и интенсивной терапии, но документы будут оформлены на медицинскую сестру хирургического отделения, что после получения свидетельства о повышении квалификации для работы медицинской сестрой в палате реанимации, она будет переоформлена. Истец не настаивала на правильном оформлении документов, так как была заинтересована в работе. В первый рабочий день 18 января 2007 года старшей медицинской сестрой хирургического отделений ей было указано рабочее место в палате реанимации, объяснен порядок работы и должностные обязанности. В указанный период истец работала на полную ставку ежедневно, сокращений рабочего времени не имела, страховые взносы уплачивались полностью, только сведений подавались как на медицинскую сестру хирургического отделения. Пенсионный фонд отказал в назначении пенсии в связи с лечебной деятельностью, засчитал указанные выше периоды в календарном исчислении согласно указанной в трудовой книжке должности. В добровольном порядке работодатель отказывается внести соответствующие записи в трудовую книжку. Наличие трудовых отношений на должности медицинской сестры палатной в палате реанимации и интенсивной терапии подтверждается историями болезней с реанимационными картами, в которых истец указана в качестве медицинской сестры, графиками работы, предложением о премировании за 4 квартал 2009 года, подписями истца в должностной инструкции на медицинскую сестру палатную в палате реанимации и интенсивной терапии, выписками из журнала регистрации больных, из журнала учета лекарственных средств, а также пояснениями свидетелей.

В судебном заседании ФИО1 требования поддержала, пояснила, что с 18 января 2007 по 10 октября 2007 года, с 08 декабря 2007 по 19 декабря 2007, с 11 февраля 2008 по 21 июля 2010 года фактически работала в реанимации по устному распоряжению руководства, знала, что по трудовой книжке она числится в хирургическом отделении.

Представители истца ФИО1 – ФИО2, ФИО3 в судебном заседании требования поддержали.

Представитель ответчика МУ «Красноармейская ЦРБ» ФИО4 в судебном заседании с иском не согласилась, пояснила, что никаких заявлений о переводе на должность медицинской сестры палатной палаты реанимации и интенсивной терапии ФИО1 не писала, имели место только два временных перевода на основании заявлений истца в связи с отсутствием основного работника.

Представитель третьего лица ГУ – УПФР в Красноармейском районе Челябинской области ФИО5 указала на необоснованность исковых требований.

Заслушав пояснения участников процесса, их представителей, показания специалистов, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению.

В силу статьи 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с настоящим Кодексом.

Положениями статьи 56 ТК РФ установлено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (ч. 2 ст. 67 ТК РФ).

В силу ст. 68 ТК РФ прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Из материалов дела следует, что ФИО1 12 марта 1997 года принята на должность медицинской сестры в палату реанимации Красноармейского территориального медобъединения на время декретного отпуска основного работника, 24 марта 2003 года переведена на должность медицинской сестры палатной хирургического отделения в Красноармейскую ЦРБ, в которой работала до 19 июля 2005 года, с 15 августа 2005 по 06 сентября 2005 года временно на время отпуска основного работника работала на должности медицинской сестры палатной инфекционного отделения, 08 сентября 2005 года принята на должность медицинской сестры палатной инфекционного отделения центральной районной больницы на период отпуска основного работника, 12 октября 2005 года переведена медицинской сестрой палатной гинекологического отделения, 20 октября 2005 года переведена на должность медицинской сестры приемного покоя, 01 января 2006 года переведена на должность медицинской сестры палатной хирургического отделения, 01 января 2006 года переведена на должность медицинской сестры по приему вызовов и передаче их выездным бригадам скорой медицинской помощи временно, 01 февраля 2006 года переведена на должность медицинской сестры палатной в хирургическом отделении, в которой работала до 12 января 2007 года. 18 января 2007 года ФИО1 принята на должность медицинской сестры палатной в хирургическом отделении, 11 октября 2007 года переведена на должность медицинской сестры процедурной хирургического отделения, 27 марта 2008 года - на должность медицинской сестры палатной в хирургическом отделении, 22 июля 2010 года – на должность медицинской сестры палатной в палату реанимации и интенсивной терапии, 01 января 2011 года - на должность медицинской сестры палатной в отделение реанимации и интенсивной терапии, 01 февраля 2018 года – на должность старшей медицинской сестры в отделение реанимации и интенсивной терапии (т. 1 л.д. 7,8).

Красноармейская центральная районная больница на основании решения администрации Красноармейского района №30 от 05 февраля 1993 года переименована в Красноармейское территориальное медицинское объединение. На основании постановления администрации Красноармейского района №483 от 06 октября 1998 года Красноармейское территориальное медицинское объединение переименовано в МУП «Красноармейское территориальное медицинское объединение», в последующем (на основании постановления администрации Красноармейского района №250 от 26 июня 2000 года) - в МУ «Красноармейская центральная районная больница».

Решением Государственного учреждения - Управления Пенсионного Фонда Российской Федерации в Красноармейском районе Челябинской области от 21 мая 2018 года № 223286/18 ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости, предусмотренной п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях» (т. 1 л.д. 48-50).

Решением Красноармейского районного суда Челябинской области от 28 ноября 2018 года частично удовлетворены требования ФИО1 На ГУ – УПФ РФ в Красноармейском районе Челябинской области возложена обязанность включить в стаж, дающий право на назначение ФИО1 досрочной страховой пенсии по старости периоды нахождения на курсах повышения квалификации (усовершенствования) с 31 мая 2004 по 18 июня 2004 года, с 26 января 2009 по 27 февраля 2009 года в календарном исчислении, с 06 сентября 2010 по 22 сентября 2010 года, с 27 января 2014 по 05 февраля 2014 года, с 12 февраля 2014 по 19 февраля 2014 года, с 08 апреля 2015 по 15 апреля 2015 года в льготном исчислении по правилу: один год за один год и шесть месяцев, В удовлетворении иска в остальной части, в том числе, в части включения периодов фактической работы ФИО1 в должности медицинской сестры палатной в палате реанимации и интенсивной терапии Красноармейской ЦРБ с 18 января 2007 по 10 октября 2007 года, с 27 марта 2008 по 25 января 2009 года, с 28 февраля 2009 по 21 июля 2010 года в специальный стаж в льготном исчислении как 1 год работы за 1 год и 6 месяцев, отказано (т. 2 л.д. 197-203).

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 11 апреля 2019 года указанное выше решение оставлено без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ГУ – УПФ РФ в Красноармейском районе Челябинской области, ОПФ РФ по Челябинской области – без удовлетворения (т. 2 л.д. 204-212).

Разрешая исковые требования, суд исходит из следующего.

Исходя из положений п.п. 4, 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года № 516, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются в календарном порядке периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В п. 2 утвержденного постановлением Правительства РФ № 781 от 29 октября 2002 года Перечня структурных подразделений учреждений здравоохранения и должностей врачей и среднего медицинского персонала, работа в которых в течение года засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочной назначение трудовой песни по старости, как 1 год и 6 месяцев предусмотрены структурные подразделения отделения (группы, палаты и т.д.) анестезиологии-реанимации, а также реанимации и интенсивной терапии, а в Перечне наименований должностей указаны медицинские сестры палатные.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 13 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами. При подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

В силу ст. 66 ТК РФ основным документом о трудовой деятельности и трудового стажа работника является его трудовая книжка.

Согласно п.п. 2, 4 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года № 225, трудовая книжка является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника, вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводе на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждении за успехи в работе. Все записи о выполняемой работе, переводе на другую постоянную работу, квалификации, увольнении, а также о награждении, произведенном работодателем, вносятся в трудовую книжку на основании соответствующего приказа (распоряжения) работодателя не позднее недельного срока, а при увольнении - в день увольнения и должны точно соответствовать тексту приказа (распоряжения) (п. 10). С каждой вносимой в трудовую книжку записью о выполняемой работе, переводе на другую постоянную работу и увольнении работодатель обязан ознакомить ее владельца под роспись в его личной карточке, в которой повторяется запись, внесенная в трудовую книжку (п. 12). В случае выявления неправильной или неточной записи в трудовой книжке исправление ее производится по месту работы, где была внесена соответствующая запись, либо работодателем по новому месту работы на основании официального документа работодателя, допустившего ошибку. Работодатель обязан в этом случае оказать работнику при его обращении необходимую помощь (п. 27). Исправленные сведения должны полностью соответствовать документу, на основании которого они были исправлены. В случае утраты такого документа либо несоответствия его фактически выполнявшейся работе исправление сведений о работе производится на основании других документов, подтверждающих выполнение работ, не указанных в трудовой книжке (п. 29).

Согласно постановлению Госкомстата РФ от 05 января 2004 года №1 к первичным документам по учету кадров относятся приказы, распоряжения, личная карточка.

Как предусмотрено п.п. 10, 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства РФ от 02 октября 2014 года № 1015 периоды работы подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае если в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета содержатся неполные сведения о периодах работы либо отсутствуют сведения об отдельных периодах работы, периоды работы подтверждаются документами, указанными в пунктах 11 - 17 настоящих Правил.

Документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца (далее - трудовая книжка).

При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

На основании п. 3 Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденного приказом Минздравсоцразвития РФ от 31 марта 2011 года № 258н периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, подтверждаются до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица - документами, выдаваемыми работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами; после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица - на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. Периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, на территории Российской Федерации до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица могут быть подтверждены свидетельскими показаниями. Характер работы показаниями свидетелей не подтверждается.

Кроме того, в случаях, когда необходимы данные о характере работы и других факторах (показателях), определяющих право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, установленные для отдельных видов работ (деятельности), для подтверждения периодов работы принимаются справки, а также иные документы, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами на основании документов соответствующего периода времени, когда выполнялась работа, из которых можно установить период работы в определенной профессии и должности и (или) на конкретных работах (в условиях), дающих право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости (п. 4 указанного выше Порядка).

В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Установление факта трудовых отношений в спорные периоды необходимо ФИО1 для досрочного назначения страховой пенсии по старости в связи с осуществлением ею медицинской деятельности. В связи с чем, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию истцом, являются работа в должности, предусмотренной Списком, утвержденным постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 года №781, выполняемая постоянно в течение полного рабочего дня за полную ставку заработной платы.

Между тем, в нарушение приведенных норм, ФИО1 таких доказательств не представлено.

Согласно трудовой книжке в указанные выше спорные периоды ФИО1 работала в должности медицинской сестры палатной в хирургическом отделении (т. 1 л.д. 7,8).

Так, приказом от 15 января 2007 года №3-лс ФИО1 была принята на должность медицинской сестры палатной хирургического отделения с 18 января 2007 года на время декретного отпуска ФИО9 (т. 1 л.д. 32). На основании приказа от 11 октября 2007 года №115-лс медицинская сестра палатная хирургического отделения ФИО1 переведена на должность медицинской сестры процедурной хирургического отделения с 11 октября 2007 года, ей увеличен объем работы в размере 10% (за исполнение обязанностей медицинской сестры кабинета трансфузионной терапии) (т. 1 л.д. 33, 65). С 27 марта 2008 года медицинская сестра процедурная хирургического отделения ФИО1 вновь переведена на должность медицинской сестры палатной хирургического отделения, что подтверждается приказом от 28 марта 2008 года №26-лс. В связи с изданием указанных выше приказов с ФИО1 были заключены трудовые договоры (т. 1 л.д. 34, т. 2 л.д. 61-68, 78-81).

Из выписки из лицевого счета застрахованного лица следует, что ФИО1 зарегистрирована в системе государственного пенсионного страхования 29 сентября 1998 года. В указанные выше периоды индивидуальные сведения подавались без кода особых условий труда (т. 1 л.д. 51-54).

В тарификационном списке МУ «Красноармейская ЦРБ» за 2007 год ФИО1 не числится, при этом в палате реанимации и интенсивной терапии имеются две вакантные должности медицинской сестры палатной на 1 ставку и на 0,25 ставки. Согласно тарификационному списку за 2008 год ФИО1 работала медицинской сестрой процедурной в хирургическом отделении на 1 ставку, в палате реанимации и интенсивной терапии имеется одна должность медицинской сестры палатной на 0,5 ставки (совместительство). По тарификационному списку на 2009 год в палате реанимации и интенсивной терапии имеется вакантная должность медицинской сестры палатной на 0,5 ставки (совместительство), ФИО1 работала в должности медицинской сестрой процедурной в хирургическом отделении на 1 ставку. В 2010 году в палате реанимации и интенсивной терапии имелось 1,5 вакантной ставки медицинской сестры палатной, при этом ФИО1 числилась медицинской сестрой палатной хирургического отделения, занимая 1 ставку (т. 1 л.д. 67-72).

Согласно сведениям МУ «Красноармейская ЦРБ» от 27 декабря 2018 года с заявлением о переводе в отделение реанимации и интенсивной терапии ФИО1 за период с 2007 по 2010 годы не обращалась, подтвердить работу ФИО1 в данном отделении в настоящее время не представляется возможным. По тарификационным спискам за 2007-2010 годы ФИО1 числилась в хирургическом отделении и занимала 1 ставку медицинской сестры палатной. Сведения в УПФ РФ в период с 18 января 2007 по 10 октября 2007 года, с 27 марта 2008 по 25 января 2009, с 28 февраля 2009 по 21 июля 2007 года подавались на ФИО1 согласно трудовой книжке, то есть как на медицинскую сестру палатную хирургического отделения (т. 1 л.д. 30, 31).

Реанимационные карты больных (т. 1 л.д. 94-209,) за отдельно взятые даты, равно как и выписки из журналов регистрации больных, учета лекарственных средств (т. 2 л.д. 182, 184-189) не являются достаточным доказательством выработки ФИО1 в спорные периоды с 18 января 2007 по 10 октября 2007 года, 08 декабря 2007 по 19 декабря 2007 года, с 11 февраля 2008 по 16 марта 2008, с 01 апреля 2008 по 21 июля 2010 года нормальной или сокращенной продолжительности рабочего времени в объеме полной ставки по предусмотренной Списком должности. Более того, указанные выше журналы не содержат указание на фамилию ФИО1 Согласно пояснениям представителя истца ФИО2, данным в судебном заседании, определить, что указанные журналы заполнялись именно ФИО1, можно по ее почерку.

По приведенным выше обстоятельствам судом не могут быть приняты в качестве доказательств, обосновывающих исковые требования ФИО1, предложение по премированию сотрудников хирургического отделения за 4 квартал 2009 года, в котором ФИО1 указана в качестве реанимационной медсестры (т. 1 л.д. 20), функционально-должностная инструкция медицинской сестры поста реанимации и интенсивной терапии хирургического отделения, содержащая подпись ФИО1 об ознакомлении (без указания даты ознакомления) (т. 1 л.д. 21, 22).

Графики работы хирургического отделения (т. 1 л.д. 14-16, 74-93, т. 2 л.д. 84-85, 176, 177), также не могут быть приняты судом в качестве доказательств выработки ФИО1 нормы рабочего времени в объеме полной ставки. Так, из пояснений специалистов ФИО10, ФИО11 следует, что составление указанных графиков какими-либо внутренними нормативными актами работодателя не предусмотрено, их ведение осуществлялось старшими медицинскими сестрами, на основании данных графиков подавались сведения в табели рабочего времени (т. 2 л.д. 86-100). В связи с чем, установить достоверность сведений, содержащихся в указанных графиках, в настоящее время не представляется возможным.

Утверждения истца о том, ее подпись в должностной инструкции медицинской сестры палаты реанимации и интенсивной терапии хирургического отделения подтверждает факт ее работы в данной должности в спорный период, отклоняются судом как несостоятельные. Даты ознакомления ФИО1 с указанной инструкцией не имеется, при этом с 22 июля 2010 года ФИО1 работает медицинской сестры палатной в палате реанимации и интенсивной терапии, что подтверждается трудовой книжкой. Фамилия и подпись ФИО1 располагается между подписью ФИО12 (№п п/п 8), датированной 11 июля 2011 года и подписью ФИО13, датированной 01 декабря 2011 года (№ п/п 9), что не исключает возможность ознакомления истца с указанной инструкцией после перевода ее на должность медицинской сестры палатной в палату реанимации и интенсивной терапии с 22 июля 2010 года (т. 1 л.д. 61-63).

Приведенные выше обстоятельства также подтверждаются вступившим в законную силу решением Красноармейского районного суда Челябинской области от 28 ноября 2018 года.

При этом, суд не находит оснований для того, чтобы положить в основу принимаемого решения показания свидетелей, поскольку оспариваемый истцом период приходится на период после регистрации истца в качестве застрахованного лица в системе государственного пенсионного страхования.

В связи с чем, поскольку доказательств, отвечающих требованиям достаточности, допустимости и достоверности, свидетельствующих о работе ФИО1 медицинской сестрой палатной в палате реанимации и интенсивной терапии в объеме полной ставки, как того требуют положения п. 5 Правил исчисления стажа от 2002 года, материалы дела не содержат, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для установления факта трудовых отношений между МУ «Красноармейская ЦРБ» и ФИО1 в должности медицинской сестрой палатной в палате реанимации и интенсивной терапии в указанные выше периоды.

Как указывалось выше, согласно п. 4, 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года № 516, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости (далее именуется - стаж), засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Медицинская сестра процедурная ФИО1 согласно приказу от 06 декабря 2007 года №-лс на время болезни медицинской сестры палатной палаты реанимации и интенсивной терапии хирургического отделения ФИО14 была переведена на эту должность с 08 декабря 2007 года (т. 1 л.д. 236).

На основании приказа от 13 марта 2008 года №20-лс на время перевода медицинской сестры палаты реанимации и интенсивной терапии хирургического отделения ФИО6 на должность исполняющей обязанности старшей медицинской сестры с 17 марта 2008 года на должность медицинской сестры палатной в палату реанимации и интенсивной терапии переведена медицинская сестра процедурная ФИО1 (т. 1 л.д. 236). По приказу от 13 марта 2008 года №20-лс медицинская сестра палаты реанимации и интенсивной терапии ФИО6 была переведена на должность исполняющей обязанности старшей медицинской сестры на время ежегодного отпуска старшей медицинской сестры хирургического отделения ФИО11 с 17 марта 2008 года, при этом временно переведенная ФИО6 была принята по совместительству на должность медицинской сестры палаты реанимации и интенсивной терапии на 0,75 ставки с этого же времени (т. 1 л.д. 239).

На основании данных приказов с ФИО1 были заключены трудовые договоры на время отсутствия основного работника (т. 2 л.д. 51-58).

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 пояснила, что в связи с указанными выше временным переводами с ФИО1 вместо дополнительных соглашений к трудовому договору были заключены трудовые договоры по причине наличия в отделе кадров только установленных бланков трудовых договоров.

Из справок МУ «Красноармейская ЦРБ» от 14 марта 2019 года №54, от 19 июня 2019 года №44 следует, что ФИО1 работала медицинской сестрой палатной палаты реанимации и интенсивной терапии в связи с болезнью ФИО14 с 08 декабря 2007 по 17 декабря 2007 года, в связи с переводом ФИО6 - с 17 марта 2008 по 13 апреля 2008 года. За период с 08 декабря 2007 по 17 декабря 2007 года ФИО1 отработано 36 часов при норме за 6 рабочих дней – 43,2 часа, за период с 17 марта 2008 по 31 марта 2008 года – 104 часа при норме на 11 рабочих дней 79,2 часа, за период с 01 апреля 2008 по 13 апреля 2008 года - 56 часов при норме за 9 рабочих дней 64,8 часов (т. 1 л.д. 238, т. 2 л.д. 107).

При этом согласно справке МУ «Красноармейская ЦРБ» от 22 февраля 2019 года ФИО14 работала медицинской сестрой палаты реанимации с 09 ноября 1995 по 30 марта 2009 года, ФИО6 - с 30 октября 2000 по 04 июля 2010 года (т. 1 л.д. 229).

В соответствии с ч. 1 ст. 264 ГПК Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависят возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

Перечень фактов, установленный в ч. 2 ст. 264 ГПК Российской Федерации, не является исчерпывающим.

Согласно положениям п. 1 ч. 1 ст. 262, ч. 1 ст. 263 и п. 3 ч. 2 ст. 264 ГПК Российской Федерации в их взаимосвязи дела об установлении фактов, имеющих юридическое значение, относятся к делам особого производства, которые рассматриваются и разрешаются судом по правилам искового производства с особенностями, установленными для особого производства в целом и для конкретной категории дел особого производства в частности.

Так, в соответствии со ст. 265 ГПК Российской Федерации суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов. В заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов или невозможность восстановления утраченных документов.

Таким образом, в судебном порядке могут быть установлены лишь те факты, которые влекут за собой возникновение правовых последствий и в случае невозможности получения требуемого документа во внесудебном порядке. Таких доказательств истцом в ходе рассмотрения дела не предоставлено.

Согласно выписке из лицевого счета застрахованного лица у ФИО6 за период с 01 января 2008 по 31 декабря 2008 года, то есть в период, когда осуществлялась ее замена ФИО1 на основании приказа от 13 марта 2008 года, проставлен код для досрочного назначения трудовой пенсии 28-СМХР. С 01 января 2007 по 31 декабря 2007 года, то есть в период замены основного работника ФИО15 ФИО1 согласно приказу от 06 декабря 2007 года, у ФИО14 проставлен код досрочного пенсионного обеспечения 28-СМХР (т. 2 л.д. 115-131).

Доводы истца о том, что была фактически допущена к работе на должности медицинской сестры палатной палаты реанимации и интенсивной терапии, следовательно, на данные правоотношения распространяются положения ч. 2 ст. 67 ТК РФ, основаны на неверном толковании норм материального права. Возможность возникновения трудовых отношений между работником и работодателем на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя, предусмотренная ч. 3 ст. 16 ТК РФ, может иметь место в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. В настоящем случае трудовые отношения между ФИО1 и МУ «Красноармейская ЦРБ» были оформлены надлежащим образом, что подтверждается первичными кадровыми документами, иными достаточными и достоверными доказательствами не опровергается. Доказательств утраты надлежащих документов вследствие стихийного бедствия, небрежного их хранения, либо умышленного уничтожения, материалы дела не содержат. Из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении МУ «Красноармейская ЦРБ» следует, что данное учреждение является действующим юридическим лицом (т. 2 л.д. 173-175).

Таким образом, требования ФИО1 об установлении факта трудовых отношений между ней и МУ «Красноармейская ЦРБ» на должности медицинской сестры палатной в палате реанимации и интенсивной терапии за период с 08 декабря 2007 по 17 декабря 2007 года, с 17 марта 2008 по 13 апреля 2008 года, даже с учетом выработки ФИО1 нормы рабочего времени за ставку заработной платы в период с 17 марта 2008 по 31 марта 2008 года не подлежат удовлетворению, поскольку по смыслу закона при сохранении за работником места работы, в данном случае за ФИО14 и ФИО19 именно за ними должны сохраняться также дополнительные гарантии, компенсации или льготы, которые предусмотрены для занимаемой ими должности. Обязанность работодателя передавать в пенсионный фонд сведения о временных переводах работника (замена в связи с болезнью и пр.), в том числе, при переводе на должность, дающую право на досрочное назначение пенсии, равно как и вносить данную информацию в трудовую книжку, закон не предусматривает. Принимая во внимание изложенное, поскольку установление факта трудовых отношений в указанные выше периоды не влечет для ФИО1 последствий, суд полагает требования истца в данной части также не подлежащими удовлетворению.

Таким образом, в виду отсутствия оснований для установления факта испрашиваемых истцом трудовых отношений, суд приходит к выводу о том, что производные требования о возложения на ответчика обязанности внести исправления в трудовую книжку и направить в ПФР корректирующие (исправленные) сведения по коду условий для досрочного назначения пенсии, удовлетворению также не подлежат.

Кроме того, в судебном заседании представителями ответчика заявлено о пропуске истцом предусмотренного ст. 392 ТК РФ срока разрешения индивидуального трудового спора.

Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Как следует из материалов дела, о нарушении своих трудовых прав, а именно о работе на должности, не соответствующей записям в трудовой книжке и первичным кадровым документам, ФИО1 узнала не позднее 27 марта 2008 года, что последней не оспаривается. Так, 18 января 2007 года между ФИО1 и МУ «Красноармейская ЦРБ» был заключен трудовой договор, по которому истец была принята на должность медицинской сестры палатной хирургического отделения (т. 2 л.д. 78-81). В последующем истец переводилась на должность медицинской сестры процедурной (октябрь 2007 года) и в марте 2008 года вновь на должность медицинской сестры палатной хирургического отделения. Указанные переводы сопровождались изданием соответствующих приказов, с которыми ФИО1 знакомилась и заключением договоров, которые ею подписывались.

Между тем, с настоящими исковыми требованиями ФИО1 обратилась в суд только 20 ноября 2018 года, то есть с пропуском установленного ст. 392 ТК РФ трехмесячного срока для обращения в суд более чем на 10 лет, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска, а иные требования не подлежат удовлетворению как производные. Доказательств уважительности причин пропуска указанного выше срока истец не представила.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Муниципальному учреждению «Красноармейская центральная районная больница» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности - отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме, через Красноармейский районный суд.

Председательствующий подпись О.С. Бутакова

Копия верна, судья