Апелляционное определение № 33-2063/2026 от 7 апреля 2026 г.

УИД 29RS0022-01-2025-000323-02

Судья Лощевская Е.А. № 2-315/2025 8 апреля 2026 года

Докладчик Попова Т.В. № 33-2063/2026 город Архангельск


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе

председательствующего судьи Поповой Т.В.,

судей Зайнулина А.В., Сафонова Р.С.,

при секретаре судебного заседания Бурковой Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению федерального государственного бюджетного учреждения «Центральное жилищно-коммунальное управление» Министерства обороны Российской Федерации к ФИО1 , ФИО2 о возмещении ущерба с апелляционной жалобой ФИО1 на решение Приморского районного суда Архангельской области от 16 мая 2025 года.

Заслушав доклад судьи Поповой Т.В., судебная коллегия

установила:

федеральное государственное бюджетное учреждение «Центральное жилищно-коммунальное управление» Министерства обороны Российской Федерации (далее – ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России) обратилось в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о возмещении ущерба. В обоснование заявленных требований указано, что 19 октября 2023 года ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России признано потерпевшим по уголовному делу № в отношении ФИО2, ФИО1, постановлением заместителя руководителя следственного органа от 3 апреля 2024 года учреждение признано гражданским истцом по данному уголовному делу. Совокупностью собранных по уголовному делу доказательств, которые содержатся в материалах уголовного дела, подтверждено фиктивное трудоустройство в жилищно-эксплуатационный (коммунальный) отдел № (<данные изъяты>) филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО) в период с 1 марта 2018 года по 10 октября 2019 года ФИО3 Факт фиктивной трудовой деятельности ФИО3 и ответчиками не отрицается. При этом ФИО3 трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором и должностной инструкцией, фактически не исполнял и на работу не прибывал, в связи с чем права на получение заработной платы и иных выплат он не имел, о чем ФИО1 и ФИО2 было достоверно известно. Вместе с тем, в указанный период ФИО1 представлял в кадровое подразделение заведомо ложные и не соответствующие действительности сведения об учете рабочего времени, согласно которым ФИО3 якобы исполнял служебные обязанности в соответствии с трудовым договором. ФИО2, зная о фиктивном трудоустройстве работника, мер для его увольнения не предпринимал, ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России об известных ему противоправных деяниях не уведомлял. Впоследствии на основании указанных табелей учета рабочего времени должностные лица финансовой службы филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО) ежемесячно производили начисление и выплату заработной платы и иных выплат ФИО3 Размер причиненного преступлением ущерба составил 986 556 рублей 23 копейки, который ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России просило взыскать в солидарном порядке с ответчиков.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО4 исковые требования с учетом уточнения поддержала.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении требований, в том числе в связи с пропуском срока на обращение в суд.

Ответчик ФИО1, третье лицо ФИО3, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. От ответчика ФИО1 в суд поступил отзыв на исковое заявление, в котором он также просил отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь, в том числе на пропуск истцом срока на обращение в суд.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Решением Приморского районного суда Архангельской области от 16 мая 2025 года исковые требования ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России к ФИО1 о возмещении ущерба удовлетворены частично.

С ФИО1 в пользу ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России в счет возмещения ущерба взыскано 466 017 рублей 95 копеек.

В удовлетворении требований о взыскании ущерба к ФИО1 в остальной части иска отказано.

В удовлетворении требований ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России к ФИО2 отказано.

С ФИО1 взыскана государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 14 150 рублей 45 копеек.

С решением суда не согласился ответчик ФИО1, в поданной апелляционной жалобе он просит решение суда отменить. В обоснование жалобы ссылается на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушение и неправильное применение судом норм материального и процессуального права. Полагает, судом не установлен и не подтвержден факт наличия у истца ущерба, его размер, выводы суда о наличии оснований для взыскания ущерба с ответчика основаны на недопустимых доказательствах, судом не применены последствия пропуска истцом срока на обращение в суд с заявленными требованиями. Считает, что постановлением о прекращении уголовного дела в отношении него и ФИО2 подтверждается отсутствие в его действиях противоправности, его вины и причиненного вреда. Никаких иных надлежащих доказательств причиненного ущерба и вины ответчиков истец в материалы дела не представил, фактически обратившись в суд за взысканием ущерба, которого не существует. Указывает, что все полученные в качестве оплаты труда ФИО3 денежные средства потрачены на обеспечение деятельности ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России ввиду крайней необходимости в связи с недостаточностью финансирования. Довод истца об обратном опровергается материалами уголовного дела. Факт того, что закупленное имущество до настоящего времени не поставлено на бухгалтерский учет, объясняется недостатками в работе должностных лиц по проведению инвентаризации и учету товарно-материальных ценностей. Считает, истцом не представлен расчет убытков и подтверждающие его первичные бухгалтерские документы. Представленная справка не отвечает требованиям допустимости доказательств, суммы ущерба не внесены в книгу учета недостач. Заключение эксперта, составленное в рамках прекращенного уголовного дела, также не подтверждает наступление вреда. Предметом экспертного исследования являлись расчетные листки и суммы заработной платы, выплаченной ФИО3, вопрос о наличии ущерба и его размере на рассмотрение эксперта не выносился. Полагает, что работодателем не соблюдена досудебная процедура по установлению виновных лиц и привлечению их к ответственности, а также установлению размера ущерба, что является основанием для оставления иска без рассмотрения. Бремя доказывания обстоятельств, необходимых для наступления материальной ответственности работника, возложено на работодателя. Считает, срок на обращение в суд по заявленным требованиям необходимо исчислять с момента, когда работодателю стало известно о том, что ФИО3 не работает в жилищно-коммунальной службе №, а заработную плату получает. Указанный срок истек не позднее 1 января 2023 года, привлечение ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России в качестве потерпевшего по уголовному делу течение указанного срока не прерывает. Указывает, что судом не дана оценка наличию в действиях работодателя признаков злоупотребления правом. Ссылается на ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), согласно которой материальная ответственность работника исключается в случае возникновения ущерба вследствие крайней необходимости.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 25 августа 2025 года вышеуказанное решение суда отменено в части удовлетворения исковых требований ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России к ФИО1 о возмещении ущерба, а также в части взыскания с ФИО1 государственной пошлины в доход местного бюджета. Принято в отмененной части новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России к ФИО1 о возмещении ущерба отказано. В остальной части решение Приморского районного суда Архангельской области от 16 мая 2025 года оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 21 января 2026 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 25 августа 2025 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Ответчик ФИО1 просит о рассмотрении дела без его участия. Третье лицо ФИО3 не обеспечил получение почтовой корреспонденции. При таких обстоятельствах в соответствии с ч.ч.3-5 ст.167, ч.1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), учитывая, что применительно к ч.2 ст.117 ГПК РФ, абз.2 п.1 ст.165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом положений ч. 4 ст.1 ГПК РФ, риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат, отказ в получении почтовой корреспонденции по адресу места жительства, о чем свидетельствует ее возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Представители истца ФИО4, ФИО5, участвовавшие в судебном заседании суда апелляционной инстанции до объявления в нем перерыва, с доводами апелляционной жалобы не согласились.

Проверив законность и обоснованность постановленного судом решения, заслушав представителей истца, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, исследовав материалы дела, исследовав материалы уголовного дела № в порядке п. 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», принимая во внимание определение судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции, указавшей на необходимость установления фактических обстоятельств дела, положения ч. 4 ст. 390 ГПК РФ, согласно которой указания вышестоящего суда являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, ответчики ФИО6 и ФИО2 состояли в трудовых отношениях с ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России.

В период с 9 января 2018 года по 31 января 2019 года ФИО6 занимал должность заместителя начальника отдела (по району электрических сетей), района электрических сетей № жилищно-эксплуатационного (коммунального) отдела № (<данные изъяты>) на основании трудового договора от 29 декабря 2017 года №. С 1 февраля 2019 года он переведен на должность начальника жилищно-коммунальной службы № филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО), 1 октября 2019 года он уволен с работы.

Согласно п. 2 должностной инструкции начальника жилищно-коммунальной службы № филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО), к обязанностям работника относится: консолидация, контроль передачи информации, формирование отчетности установленного образца в установленные сроки (п. 2.4), руководство производственно-хозяйственной деятельностью службы (п. 2.5), контроль деятельности подразделений службы (п. 2.7), организация текущего производственного планирования, учёта, составления и своевременного представления отчётности о производственной деятельности службы, работы по внедрению новых форм хозяйствования, улучшению нормирования труда, правильному применению форм и систем заработной платы и материального стимулирования, обобщению и распространению передовых приёмов и методов труда, изучению и внедрению передового отечественного и зарубежного опыта конструирования и технологии производства аналогичной продукции, развитию рационализации и изобретательства (п. 2.14), контроль подбора кадров рабочих и служащих, их расстановки и целесообразного использования в подразделениях службы (п. 2.15), осуществление контроля за работой должностных лиц, ответственных за составление учёта рабочего времени на работников службы (ведение табелей), и предоставлением ими достоверной информации по установленной форме и в установленные сроки (п.2.19).

ФИО2 с 1 января 2018 года согласно трудовому договору от 29 декабря 2017 года № работал в качестве мастера производственного участка № жилищно-коммунальной службы № (<данные изъяты>) жилищно-эксплуатационного (коммунального) отдела № (<данные изъяты>) филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО). На основании дополнительного соглашения от 1 февраля 2019 года к трудовому договору от 29 декабря 2017 года ФИО2 переведен на должность мастера тепловой сети жилищно-коммунальной службы №.

20 июня 2023 года старшим следователем - криминалистом военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО1 и ФИО2 В постановлении о возбуждении уголовного дела указано, что не позднее декабря 2017 года ФИО1 и ФИО2 из корыстных побуждений вступили в преступный сговор с целью хищения принадлежащих Министерству обороны Российской Федерации денежных средств, выделенных на заработную плату работника производственного участка № жилищно-эксплуатационного (коммунального) отдела № (<данные изъяты>) путем фиктивного трудоустройства такого работника на вакантную должность и использования в личных целях соответствующих денежных средств. В результате совместных действий ФИО1 и ФИО2 на вакантную должность мастера производственного участка № жилищно-эксплуатационного (коммунального) отдела № (<данные изъяты>) с 1 марта 2018 года был трудоустроен ФИО3, в феврале 2019 года он переведен на должность моториста (машиниста) котельной.

10 октября 2019 года ФИО3 уволен с работы на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. За период фиктивного трудоустройства на банковский счет ФИО3 в качестве заработной платы поступили денежные средства в общем размере 986 556 рублей 23 копейки, которую последний после обналичивания в полном объеме передавал ФИО2, который, в свою очередь, совместно с ФИО1 распоряжался похищенными денежными средствами по своему усмотрению.

Постановлением заместителя руководителя следственного органа от 19 октября 2023 года ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России признано потерпевшим по указанному уголовному делу.

3 апреля 2024 года ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России в рамках уголовного дела подан гражданский иск к ФИО6 и ФИО2 о взыскании материального ущерба, учреждение признано гражданским истцом по уголовному делу.

Постановлением заместителя руководителя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по гарнизону Северодвинск от 14 мая 2024 года уголовное дело № в отношении ФИО1 и ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, за ФИО1 и ФИО2 признано право на реабилитацию, потерпевшему, гражданскому истцу разъяснено право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

Как следует из постановления о прекращении уголовного дела, основания для уголовного преследования ФИО1 и ФИО2 не подтвердились. Так, не отрицая факт фиктивной трудовой деятельности ФИО3 в период с марта 2018 года по октябрь 2019 года в жилищно-эксплуатационном (коммунальном) отделе № <данные изъяты>) (реорганизован в жилищно-коммунальную службу №) филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО), вину в совершении инкриминируемого преступления ФИО1 и ФИО2 не признали, ссылаясь на то, что заработная плата фиктивно трудоустроенного ФИО3 в полном объеме расходовалась на приобретение материальных ценностей для нужд объектов жилищно-эксплуатационного (коммунального) отдела № (<данные изъяты>) филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО), расположенных на <адрес> – обеспечения производственного процесса и создания необходимых условий труда работникам на данных объектах в связи с недостаточным и несвоевременным централизованным финансированием.

ФИО2 предоставлен согласованный с ФИО1 перечень материальных ценностей, приобретенных за счет заработной платы ФИО3, с указанием их стоимости на момент приобретения в период с марта 2018 года по октябрь 2019 года, состоящий из 105 пунктов. По сообщению руководства жилищно-коммунальной службы № филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО) материальные ценности согласно перечню в централизованном порядке не поступали и на бухгалтерский учет не ставились.

В результате проведенного по уголовному делу детального анализа и сопоставления имеющихся доказательств, согласно предоставленному ФИО2 перечню материальных ценностей установлен факт организации их поставки для нужд объектов жилищно-эксплуатационного (коммунального) отдела № (архипелаг Новая Земля) филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО), расположенных на <адрес>, ФИО1 и ФИО2 вне централизованного финансирования.

Разрешая спор, руководствуясь нормами гражданского законодательства, регулирующими правоотношения, возникающие вследствие причинения вреда, а именно положениями ст. ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), не усмотрев пропуска истцом срока на обращение в суд с заявленными требованиями, установленного п. 1 ст. 196 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в результате противоправных виновных действий ФИО1 имуществу ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России причинен ущерб, в связи с чем взыскал с данного ответчика в счет возмещения ущерба 466 017 рублей 95 копеек, отказав в его взыскании в большем размере.

Поскольку наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и причиненным истцу ущербом не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в удовлетворении исковых требований к ФИО2 судом отказано.

В соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

Решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований к ФИО2 сторонами не обжалуется. В связи с этим в указанной части решение суда не является предметом проверки суда апелляционной инстанции.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения исковых требований к ответчику ФИО1 соглашается, однако считает необоснованным применение судом к данным правоотношениям норм гражданского законодательства.

Как следует из материалов дела, ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России заявлены требования о возмещении ущерба с ФИО1, который в спорный период с 1 марта 2018 года по 1 октября 2019 года состоял с истцом в трудовых отношениях.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причинённый работодателю» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52), в силу ч. 1 ст. 232 ТК РФ обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб возникает в связи с трудовыми отношениями между ними, поэтому такие дела подлежат разрешению в соответствии с положениями раздела XI «Материальная ответственность сторон трудового договора» ТК РФ. По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые, как следует из ч. 2 ст. 381 ТК РФ, являются индивидуальными трудовыми спорами.

Следовательно, к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению нормы трудового законодательства, что не учтено судом первой инстанции.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности стороны трудового договора по возмещению причиненного другой стороне ущерба и условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора, содержатся в главе 37 ТК РФ.

Частью 1 ст. 232 ТК РФ определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с этим кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ч. 3 ст. 232 ТК РФ, расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной ТК РФ или иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены ст. 233 ТК РФ. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 ТК РФ определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (ч. 1 ст. 238 ТК РФ).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несёт ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причинённого работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 ТК РФ).

В соответствии со ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несёт материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 ТК РФ).

Частью 2 ст. 242 ТК РФ предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в ст.243 ТК РФ.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52, к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причинённым ущербом, вина работника в причинении ущерба.

Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя.

Статьей 381 ТК РФ установлено, что индивидуальный трудовой спор – неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признаётся спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

В соответствии с ч. 4 ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных ч. ч. 1-4 настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (ч. 5 ст. 392 ТК РФ).

Таким образом, исходя из характера спорных правоотношений, к заявленным истцом требованиям подлежит применению годичный срок обращения в суд, установленный ч. 4 ст. 392 ТК РФ.

Выводы суда о неприменимости в данном случае положений ст. 392 ТК РФ свидетельствуют о неправильном применении норм материального права.

В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 начало течения годичного срока для обращения работодателя в суд с иском о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, определяется в соответствии с ч. 4 ст. 392 ТК РФ днем обнаружения работодателем такого ущерба.

Если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (ч. 3 ст. 392 ТК РФ). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления.

Статья 392 ТК РФ не регулирует вопросы приостановления, перерыва, течения срока на обращение в суд при защите нарушенного права в судебном порядке.

Учитывая позицию Верховного Суда Российской Федерации (Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за 3 квартал 2003 год, утвержденный Постановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 03 декабря 2003 года, 24 декабря 2003 года), институт исковой давности может быть применен по аналогии закона к нормам трудового законодательства.

В соответствии с п. 1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

В силу абз. 2 п. 2 ст. 204 ГК РФ, если судом оставлен без рассмотрения иск, предъявленный в уголовном деле, начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности приостанавливается до вступления в законную силу приговора, которым иск оставлен без рассмотрения.

Если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, если основанием оставления иска без рассмотрения послужили действия (бездействие) истца (п. 3 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, из анализа приведенных норм права следует, что положения ГК РФ в системной взаимосвязи с положениями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривают возможность приостановления течения срока исковой давности в случае предъявления гражданского иска в уголовном процессе. Указанные нормы могут быть применены в рамках разрешения заявленного спора в силу ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, поскольку нормы трудового законодательства правового регулирования данного вопроса не содержат.

Статьей 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением. Решение о признании гражданским истцом оформляется определением суда или постановлением судьи, следователя, дознавателя. Гражданский истец может предъявить гражданский иск и для имущественной компенсации морального вреда (ч. 1).

В соответствии с ч. 2 ст. 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции.

Из материалов дела следует, что 03 апреля 2024 года в ВСО по ГС поступило исковое заявление представителя потерпевшего ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России ФИО120 от 27 марта 2024 года о признании ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России гражданским истцом по уголовному делу и взыскании с ответчиков в пользу учреждения причиненного ущерба в размере 986556 рублей 23 копейки; к исковому заявлению приложена надлежащим образом оформленная доверенность филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО) от 08 декабря 2023 года № (в копии) на представление ФИО11 М.С. интересов ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России в органах следствия со всеми правами, которые предоставлены потерпевшему, гражданскому истцу, совершать необходимые процессуальные действия, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Постановлением заместителя руководителя ВСО СК России по гарнизону Северодвинск от 03 апреля 2024 года ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России признано гражданским истцом по уголовному делу.

При этом еще 19 октября 2023 года ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России признано потерпевшим по уголовному делу, следовательно, указанный момент времени является днем обнаружения работодателем причиненного ему ФИО1 ущерба.

Соответственно, течение годичного срока для обращения ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России в суд с иском о возмещении работником причиненного работодателю ущерба подлежит исчислению с 19 октября 2023 года.

Однако, с учетом установленных обстоятельств, положений ч. 4 ст. 390 ГПК РФ, в силу которой указания вышестоящего суда являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело, подачей в рамках уголовного дела иска представителем ФИО5 (27 марта 2024 года) по надлежаще оформленной доверенности от филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО) от 08 декабря 2023 года №, признании ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России гражданским истцом по уголовному делу 3 апреля 2024 года, что является существенными обстоятельствами, влияющими на исчисление срока обращения в суд, а также принимая во внимание положения ч. 4 ст. 392 ТК РФ, ст. 204 ГК РФ по аналогии ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, и прерывания срока обращения в суд, такой срок не истек к моменту направления ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России иска в суд 7 февраля 2025 года.

Таким образом, доводы ответчика ФИО1 о пропуске срока обращения в суд, ссылки на то, что привлечение ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России в качестве потерпевшего по уголовному делу течение указанного срока не прерывает, являются несостоятельными.

Ссылки ответчика ФИО1 на то, что срок на обращение в суд по заявленным требованиям необходимо исчислять с момента, когда работодателю стало известно о том, что ФИО3 не работает в жилищно-коммунальной службе №, а заработную плату получает, указанный срок истек не позднее 1 января 2023 года, на вышеизложенных нормах закона не основаны.

Как указано выше, ответчик ФИО1 в силу должностной инструкции осуществлял контроль за работой должностных лиц, ответственных за составление учета рабочего времени на работников Службы (ведение табелей) и предоставление ими достоверной информации по установленной форме и в установленные сроки.

За период работы на ФИО3 составлялись табеля учета рабочего времени. На основании сведений о рабочем времени ФИО3 ему начислялась и выплачивалась путем перевода на банковскую карту заработная плата, что подтверждается табелями учета рабочего времени, расчетными листками за весь период работы.

Согласно заключению эксперта от 10 августа 2023 года №, общая сумма денежных средств, выплаченных филиалом ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России (по 12 ГУ МО) ФИО3 в качестве заработной платы в период с марта 2018 по октябрь 2019 года составила 986556 рублей 23 копейки. Это подтверждается и расчетными листками.

Из материалов уголовного дела следует, что всю заработную плату, полученную за указанный период, он передавал ФИО2, данный факт в судебном заседании не отрицал ответчик ФИО2

Подписание ФИО1 табелей учета рабочего времени, зная, что ФИО3 в учреждении фактически не работает, на основании них ФИО3 выплачена заработная плата, которая передавалась ФИО2, последний по распоряжению ФИО1 приобретал на указанные денежные средства товарно-материальные ценности и направлял ФИО1, как правильно указал суд первой инстанции, свидетельствует о том, что ФИО1 не только не контролировал правильность информации об учете рабочего времени, но и достоверно зная, что ФИО3 трудовую деятельность фактически не осуществляет, своей подписью в табелях учета рабочего времени, удостоверял правильность внесенной в документ информации. Указанные противоправные действия ответчика ФИО1 носят виновный характер. Начисление заработной платы произведены без учета отсутствия ФИО3 на рабочем месте, в результате указанных действий истцу причинен ущерб в виде незаконно выплаченной заработной платы ФИО3

При этом между истцом и ответчиком ФИО1 заключен договор о полной материальной ответственности от 29 декабря 2017 года №, в силу которого последний взял на себя обязательство принимать меры к предотвращению ущерба, нести материальную ответственность при причинении ущерба по его вине. Заключение с данным ответчиком такого договора не противоречит законодательству.

Обстоятельств, исключающих материальную ответственность ФИО1, судебной коллегией не установлено.

При таких обстоятельствах имелась совокупность условий (отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения ФИО1, его вина в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности), позволяющих взыскать с ответчика ФИО1 ущерб в пользу истца, в связи с чем вывод суда первой инстанции о взыскании с него ущерба с учетом установленных периодов подписания им табелей учета рабочего времени в размере 466017 рублей 95 копеек является правильным.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что постановлением о прекращении уголовного дела в отношении него подтверждается отсутствие в его действиях противоправности, его вины и причиненного вреда, правового значения при решении вопроса о привлечении работника к материальной ответственности не имеют. Данное постановление преюдициального значения для спора не имеет.

Вопреки доводам ФИО1 в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие причинение ущерба и его вину.

Ссылки ФИО1 на то, что полученные в качестве оплаты труда ФИО3 денежные средства потрачены на обеспечение деятельности ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России ввиду крайней необходимости в связи с недостаточностью финансирования, закупленное имущество до настоящего времени не поставлено на бухгалтерский учет, объясняется недостатками в работе должностных лиц по проведению инвентаризации и учету товарно-материальных ценностей, факт его приобретения подтверждается, несостоятельны. Обстоятельство постановки его на учет также не имеет юридического значения для настоящего спора. Имеющийся в материалах уголовного дела перечень материальных ценностей, приобретенных ФИО7 в спорном периоде работы ФИО3, оценка стоимости этого имущества, не могут служить основанием для вывода о том, что ФИО1, действовал не противоправно, поскольку он достоверно знал, что ФИО3 трудовую деятельность фактически не осуществляет, тем не менее подписывал табеля учета рабочего времени, на основании которых ФИО3 выплачивалась заработная плата.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что расчет убытков и подтверждающие его первичные бухгалтерские документы не представлены, а справка не отвечает требованиям допустимости доказательств, суммы ущерба не внесены в книгу учета недостач, заключение эксперта, составленное в рамках прекращенного уголовного дела, также не подтверждает наступление вреда, являются необоснованными.

В данном случае ущерб определялся как сумма заработной платы, выплаченной ФИО3, а потому невнесение его в книгу недостач к числу юридически значимых обстоятельств, отнесено быть не может. Бухгалтерские документы о размере выплаченной ФИО3 заработной платы, позволяющие определить размер ущерба, в материалы дела представлены.

То обстоятельство, что предметом экспертного исследования являлись только расчетные листки и суммы заработной платы, выплаченной ФИО3, вопрос о наличии ущерба и его размере на рассмотрение эксперта не выносился, на правильность вывода суда о наличии ущерба у истца не влияет. Вопрос о том, имеется ли ущерб у истца, относится к компетенции суда, а не эксперта.

Доводы ФИО1 о несоблюдении истцом досудебной процедуры по установлению виновных лиц и привлечению их к ответственности, а также установлению размера ущерба, наличии оснований для оставления иска без рассмотрения, на нормах ТК РФ не основаны. Трудовое законодательство не предусматривает в качестве обязательной соблюдение как таковой досудебной процедуры. Вопрос о виновных лицах, размере ущерба, установлении лиц истцом разрешен до подачи иска в суд.

Признаков злоупотребления правом в действиях истца судебная коллегия не усматривает.

Доводы ответчика ФИО1 о том, что материальная ответственность работника исключается в случае возникновения ущерба вследствие крайней необходимости, что имело место в данном случае, несостоятельны. Обстоятельство недостаточной финансированности к числу обстоятельств крайней необходимости отнесено быть не может.

Оснований для снижения суммы ущерба на основании ст. 250 ТК РФ судебная коллегия не усматривает, учитывая, что ответчик ФИО1, ограничений к труду не имеет, его имущественное положение позволяет возместить причиненный работодателю ущерб, а наличие кредитных обязательств и их размер само по себе не являются безусловным основанием для уменьшения ущерба, так как не свидетельствуют о тяжелом материальном положении ответчика. На иные обстоятельства тяжелого материального положения он не ссылается.

Таким образом, изложенные ФИО1 в апелляционной жалобе доводы, не содержат фактов, которые влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции. При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит, а в соответствии с требованиями ч.1 ст.327.1 ГПК РФ и разъяснениями, содержащимися в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 года № 16, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Руководствуясь ст. ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Приморского районного суда Архангельской области от 16 мая 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 13 апреля 2026 года.

Председательствующий

Т.В. Попова

Судьи

А.В. Зайнулин

Р.С. Сафонов