Решение № 71-103/2024 от 27 февраля 2024 г. по делу № 71-103/2024

дело № 71-103/2024

УИД: 66RS0004-01-2024-001765-54


РЕШЕНИЕ

г. Екатеринбург 28 февраля 2024 года

Судья Свердловского областного суда Филиппова Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобы ФИО1, защитника Садыкова И.А. на постановление судьи Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 19 февраля 2024 года № 5-67/2024, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

установила:

обжалуемым постановлением судьи ФИО1 признана виновной в совершении мелкого хулиганства, сопряженного с неповиновением законному требованию представителя власти либо иного лица, исполняющего обязанности по охране общественного порядка или пресекающего нарушение общественного порядка и ей назначено административное наказание в виде ареста на срок 10 суток.

В жалобе ФИО1, защитник Садыков И.А. просят постановление судьи отменить, приводя доводы о его незаконности и чрезмерно суровом наказании, указывая на допущенные, процессуальные нарушения.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалоб, заслушав защитника Садыкова И.А., поддержавшего доводы жалобы, оснований для отмены постановления не нахожу.

В соответствии с ч. 1 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях мелкое хулиганство, то есть нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительным приставанием к гражданам, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества, влечет наложение административного штрафа в размере от пятисот до одной тысячи рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

Согласно ч. 2 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях те же действия, сопряженные с неповиновением законному требованию представителя власти либо иного лица, исполняющего обязанности по охране общественного порядка или пресекающего нарушение общественного порядка, влекут наложение административного штрафа в размере от одной тысячи до двух тысяч пятисот рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

Как видно из материалов дела, 18 февраля 2024 года около 16:20 ФИО1, находясь в общественном месте – в фойе дежурной части отдела полиции № 5 УМВД России по г. Екатеринбургу по адресу: <...> и Ванцетти, д. 119, в присутствии посторонних граждан (заявителей и свидетелей, вызванных в ОП № 5) выражалась грубой нецензурной бранью, вела себя нагло и вызывающе, на неоднократные законные требования сотрудников полиции о прекращении противоправных действий не реагировала, тем самым выражала явное неуважение к обществу, нарушая общественный порядок, что зафиксировано в рапортах полицейских ОП № 5 (л.д. 7, 12, 13, 21).

По данному факту составлен протокол об административном правонарушении, который соответствует требованиям статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 4).

В своих письменных объяснениях и пояснениях в районном суде ФИО1 не оспаривает факт нахождения в указанные в протоколе об административном правонарушении дату и время в месте выявления административного правонарушения, но вмененное ей нарушение общественного порядка отрицает, указывая на то, что нецензурными словами в адрес сотрудников полиции не выражалась.

Между тем факт нарушения подтверждается собранными по делу доказательствами, которым дана оценка на предмет допустимости и относимости, в том числе: протоколами о доставлении и об административном задержании (л.д. 8, 23-24), протоколами изъятия, где в ходе личного досмотра у ФИО1 обнаружен, в том числе плакат с надписью «Одно из наших требований – свободу политзаключенным» (л.д. 10, 11), справкой на физическое лицо (л.д. 14, 15), справкой из базы данных АС ЦБДУИГ, где содержится информация о том, что ФИО1 30 августа 2022 года выдано свидетельство о предоставлении временного убежища (л.д. 16-20), справкой на физическое лицо (л.д. 22), а также пояснениями ФИО1 в районном суде, показаниями свидетеля - инспектора отделения ИАЗ ОП № 5 УМВД России по г. Екатеринбургу В., допрошенной в районном суде.

Оценив вышеназванные доказательства в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении правонарушения, и верно квалифицировал ее действия по ч. 2 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2007 года №45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», при решении вопроса о наличии в действиях лица нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, следует учитывать способ, время, место их совершения, а также их интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства. Такие действия могут быть совершены как в отношении конкретного человека, так и в отношении неопределенного круга лиц. Явное неуважение лица к обществу выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним.

Применительно к диспозиции ч. 1 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с объективной стороны мелкое хулиганство представляет собой совершение действий, нарушающих общественный порядок, выражающих явное неуважение к обществу, спокойствию граждан, характеризуется, в частности, нецензурной бранью в общественных местах. Хулиганством может быть нарушен общественный порядок в любой сфере жизни и деятельности граждан: на производстве, в быту, в любом месте нахождения людей.

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, действия ФИО1, направленные на унижение чести и достоинства окружающих людей, совершены в виде слов неприличной формы, содержащих нецензурную брань, что подтверждает ее явное неуважение к обществу и выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним, сопряженные с неповиновением законному требованию представителя власти, поэтому привлечение ФИО1 к ответственности по ч. 2 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является обоснованным.

Суждения авторов жалоб о том, что материалами дела не подтверждается состав правонарушения, являются надуманными и несостоятельными и опровергаются совокупностью доказательств по делу.

Судьёй районного суда были соблюдены принципы состязательности и равенства сторон, участникам процесса была предоставлена разумная возможность в представлении доказательств и изложении своего мнения о них.

Как следует из материалов дела, при рассмотрении дела по существу судьей районного суда в судебном заседании исследованы материалы дела в полном объеме, в том числе рапорта сотрудников правоохранительных органов, пояснения в судебном заседании свидетеля – инспектора ОИАЗ ОП № 5 УМВД России по г. Екатеринбургу, предупрежденного об ответственности по ст.17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, принятые в качестве относимых и допустимых доказательств по делу.

Исследованные судьей районного суда рапорта должностных лиц отвечают требованиям, предъявляемым установленных ст. 26.7 нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку содержат необходимые сведения, указывающие на событие данного нарушения, так и на лицо, к нему причастное. Каких-либо сведений, объективно свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц, составивших рапорта, материалы дела не содержат, а исполнение сотрудниками правоохранительных органов своих служебных обязанностей, включая выявление правонарушений, само по себе, не может свидетельствовать об их предвзятости в изложении совершенного ФИО1 административного правонарушения.

Принципы презумпции невиновности и законности, закрепленные в ст.ст.1.5, 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при рассмотрении дела, соблюдены.

Каких-либо нарушений процессуальных прав ФИО1, связанных с ограничением в доступе к правосудию, в праве на справедливое судебное разбирательство и равноправие сторон, из материалов дел не усматривается.

Право на судебную защиту, гарантированное ст. 46 Конституции Российской Федерации, пп. 1 и 3 ст. 6 Конвенции, ею реализовано беспрепятственно. Нарушения прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации и ст.25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, из представленных материалов также не усматривается, поскольку ФИО1 не была ограничена в возражениях на предъявленное обвинение, при рассмотрении дела имелась возможность воспользоваться юридической помощью защитника, в реализации процессуальных прав ущемлена не была.

Несогласие защитника с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что судьей районного суда допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренные законом процессуальные требования, и не является правовым основанием для отмены состоявшегося решения суда первой инстанции.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности соответствует требованиям ст. 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 названного Кодекса для данной категории дел. В постановлении судьи отражено событие правонарушения, квалификация деяния, приведены обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, доказательства, исследованные в судебном заседании.

Наказание в виде административного ареста назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст.ст. 3.1, 3.9, 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с учетом данных о ее личности, в размере, предусмотренном санкцией ч. 2 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является справедливым и соразмерным содеянному.

Оснований для признания назначенного ФИО1 наказания чрезмерно суровым не имеется, поскольку оно согласуется с его предупредительными целями, соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного.

Нарушений прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации и ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе права на защиту, не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст. ст. 1.5, 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при рассмотрении дела не допущено.

Нарушений процессуальных требований при производстве по делу не допущено, оснований для отмены постановления судьи не имеется.

Вместе с тем имеются основания для изменения обжалуемого судебного акта, так как при назначении ФИО1 административного наказания судьей районного суда не было учтено следующее.

Согласно ч. 4 ст. 27.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях срок административного задержания лица исчисляется с момента доставления в соответствии со ст. 27.2 настоящего Кодекса, а лица, находящегося в состоянии опьянения, со времени его вытрезвления.

В силу ч. 3 ст. 3.9 и ч. 3 ст. 32.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях срок административного задержания засчитывается в срок административного ареста.

Из материалов дела следует, что ФИО1 была задержана в 16:20 18 февраля 2024 года и оставалась в этом статусе до принятия судьей решения о назначении административного ареста, то есть до 12:15 19 февраля 2024 года.

Таким образом, с учетом положений ч. 3 ст. 3.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях срок административного ареста надлежит учитывать с момента фактического задержания ФИО1

Оснований для возвращения ФИО1 изъятого у нее агитационного материала (плаката) не имеется, поскольку в силу п. 3 ч. 3 ст. 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, указанный плакат не относится по данному делу к документам, являющимся вещественным доказательством. Кроме того, иные изъятые у ФИО1 вещи, которые также перечислены в протоколе изъятия, ФИО1 вправе получить путем обращения к соответствующему должностному лицу.

Руководствуясь ст. 30.6, п. 2 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

постановление Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 19 февраля 2024 года № 5-67/2024, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, изменить.

Срок административного ареста ФИО1 исчислять с 16 часов 20 минут 18 февраля 2024 года.

В остальном обжалуемое постановление судьи оставить без изменения, а жалобы ФИО1, защитника Садыкова И.А. - без удовлетворения.

Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано (опротестовано) путем подачи жалобы (протеста) непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции

Судья Свердловского

областного суда Ю.А. Филиппова